Нора - навсегда

После Парижа всё казалось немного другим. Дэанэ сидела в купе поезда, глядя на проплывающие за окном английские поля, и не могла перестать улыбаться. Рядом Билл рисовал в альбоме, то и дело поглядывая на неё. — Ты уже час лыбишься, — заметил он. — Челюсть не сведёт? — Не сведёт. Я счастливая. — Это заметно. Напротив них Чарли и Тинна играли в взрывного дурака. Перси читал книгу и делал вид, что не имеет к этим безумцам никакого отношения. — Я выиграл! — заорал Чарли. — Ничего ты не выиграл! У тебя была краплёная колода! — Не было! — Была! — Тинна, ты невыносима! — Сам такой! — Дети, — вздохнул Билл. — Угомонитесь. — Мы не дети! — Мы на год младше тебя! — И ведёте себя на десять лет младше. Чарли и Тинна синхронно показали ему язык и вернулись к игре. Дэанэ засмеялась и прижалась к Биллу. — Знаешь, — сказала она тихо. — Я раньше думала, что семья — это обязательно что-то сложное. Что надо заслуживать любовь, доказывать, что ты достоин. — А теперь? — А теперь понимаю — нет. Семья — это когда ты просто есть, и этого достаточно. Билл поцеловал её в макушку: — Именно. --- На платформе 9¾ было шумно и людно. Родители встречали детей, обнимали, тащили чемоданы. Дэанэ вышла из поезда и сразу увидела их — рыжую толпу Уизли, которая выделялась в любой толпе. — Дэанэ! — завопила Джинни, едва завидев её. Она вырвалась из рук Молли и побежала так быстро, что чуть не упала. Дэанэ подхватила её на руки и закружила. — Привет, маленькая рыжая! — Я скучала! — Джинни вцепилась в неё мёртвой хваткой. — Ты надолго? Дэанэ открыла рот, чтобы ответить, но Молли подошла и положила руку ей на плечо. — Навсегда, милая, — сказала она просто. — Дэанэ теперь будет жить с нами. Всегда. Джинни замерла, переваривая информацию. Потом её лицо расплылось в такой счастливой улыбке, что, кажется, засветилось всё вокруг. — Навсегда?! — переспросила она. — Совсем-совсем навсегда? — Совсем-совсем, — подтвердила Дэанэ, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — УРА! — заорала Джинни так, что на них обернулись. — Мама, ты слышала? Она навсегда! — Слышала, доченька. — Молли улыбалась, но в глазах у неё тоже блестело. Рон подошёл солиднее, но тоже сиял: — А ты нам подарки привезла? — Рон! — одёрнула Молли. — Что? Я просто спросил! — Привезла, — засмеялась Дэанэ. — Французские конфеты. — Ура! Близнецы подошли синхронно: — А нам? — А вам — кое-что особенное. — Что? — Секрет. Они заулыбались и переглянулись. Тинна стояла чуть поодаль, сжимая в руках свой чемодан. Чарли мялся рядом, не зная, то ли обниматься на прощание, то ли просто стоять. — Ну, — сказала Тинна. — Я пойду. Родители ждут. — Ты скоро приедешь? — спросил Чарли. — Не знаю. Напишу. — Пиши. Они помолчали. — Обними её уже, — шепнула Дэанэ. Чарли шагнул вперёд и обнял Тинну. Коротко, но крепко. — Я скучать буду, — сказал он в её макушку. — Я тоже. Она отстранилась, помахала всем и пошла к выходу с платформы. Чарли смотрел ей вслед, пока она не скрылась в толпе. — Придёт в себя, — сказал Билл. — Дайте время. — Знаю, — вздохнула Дэанэ. — Всё равно жалко. Молли обняла её за плечи: — Идёмте домой. Там пироги стынут. --- Нора встретила их теплом и знакомым запахом. Дэанэ вошла в кухню и вдруг поняла, что это место действительно стало её домом. Каждая трещинка на стене, каждый криво висящий горшок, каждый рыжий волос на полу — всё было родным. Джинни бегала вокруг и кричала: — Она навсегда! Навсегда! Теперь у меня есть старшая сестра! — У тебя и так есть старшие братья, — заметил Перси. — Братья — не то! Сестра — это другое! — Чем же? — Тем, что она не рыжая! — выпалила Джинни и тут же осеклась, глядя на Дэанэ. — Ой, ты же рыжая. — Рыжая, — подтвердила Дэанэ. — Значит, рыжая сестра! Ещё лучше! Все засмеялись. За ужином Дэанэ сидела между Биллом и Джинни, слушала привычный гомон и чувствовала, как внутри разливается тепло. — Тётя Молли, — сказала она тихо, когда все отвлеклись. — Спасибо. — За что, милая? — За всё. За то, что приняли. За то, что сказали «навсегда». Молли посмотрела на неё долгим взглядом: — Детка, ты теперь наша. И это навсегда. Мы Уизли просто так не отпускаем. Дэанэ улыбнулась сквозь слёзы. Вечером, когда все разошлись по комнатам, она вышла на крыльцо. Билл, как всегда, был рядом. — Устала? — Нет. Счастливая. — Это одно и то же иногда. — Наверное. Они сидели молча, глядя на звёзды. — Билл. — М? — Я правда навсегда? — Правда. — Не прогоните? — Дура. — Он поцеловал её в висок. — Мы теперь без тебя не можем. Дэанэ закрыла глаза и улыбнулась. Нора пахла пирогами и счастьем.