Три года спустя

      Лорд соседних морских островов с важным видом прошёл в середину Большого Чертога замка Вэйфер. Мягкий размеренный стук его отполированных сапог эхом повторял удары пальцев девушки по бедру. Лорд был красив грубоватой красотой — обожжённая солнцем кожа, руки, натренированные тяжёлым мечом, который висел у него на боку. Самодовольная улыбка Лорда Клауса, высокомерно вскинутая голова и мешок у груди из грубой ткани сказали ей всё о том, как обернётся это дело. Но никто из присутствующих не шевельнулся и не издал звука. Королевские гвардейцы поражённо застыли перед возвышением. От них вовсе не стоило ждать никакой помощи. В своих мундирах они выглядели нелепо. Смотрелись абсолютно странно. Хотелось засмеяться, выразить свою неприязнь к этим людям. Хотя всем своим видом они показывали, что стараются соответствовать статусу и быть выше остальных, ведь они же гвардейцы, и Гермионе показалось, что выглядело это до больного смешно. Напряжение, что образовалось в зале, нарушила королева на троне. Она устало вздохнула, убирая руку от своего подбородка, обвела взглядом всех собравшихся, а потом не постеснялась показать себя в дурном свете — закатила глаза. Эта женщина удивляла даже Гермиону, что уж говорить о её муже.       — Не ожидала, что на предложение, которое сделал вашему королю наш советник, отзовётесь вы, — её тон безошибочно намекал, что приезд лорда — оскорбление. Он не королевской крови. И его поведение достаточно красноречиво. Ему плевать. — Вы говорите от имени ваших короля и королевы?       Гермиона возложила надежды в своём сердце, что её мать будет вести себя достойно, но больше всего её удивил отчим, который за последние несколько часов не проявил никакой реакции. Никаких эмоций на лице этого мужчины. Он вообще собирался участвовать в переговорах? Грейнджер вздохнула тихонько, снова бросив быстрый взгляд на свою мать. Корона из золотых листьев на голове превозносила её выше всех остальных, смотрелась она величественно и прекрасно. Уверенный взгляд, броский и жестокий. Соответствует её статусу. Лорд же никак не отреагировал на поведение её величества. Полное игнорирование ситуации поставило Грейнджер в ступор. Она ожидала увидеть хоть какую-то реакцию, однако тот оглядел большие чертоги, бросил взгляд на нишу, украшенную колоннами, а после решительно остановил свой взгляд на королевской паре. От него не последовало ответа на вопрос, чем он, конечно, выразил своё полное неуважение. Находившийся рядом стражник из королевских гвардейцев окинул его взглядом, всё его тело напряглось, словно приготовившись к чему-то неожиданному. Рыцарь крепче сжал меч, висевший у него на поясе, когда лорд ухмыльнулся и перевёл взгляд на Гермиону. Принцесса неожиданно оказалась не из робкого десятка. Она не отвела взгляд, не покраснела, как делают это многие придворные дамы, если их собираются обольстить. И хоть принцесса находилась в тени, сохраняя только очертания своей видимости, что явно заставляло разыграться воображение любого человека, лорд не собирался отводить от неё взгляд. Тот обвёл контуры чужого тела своим взглядом, отразив заинтересованность ухмылкой на своих губах, а затем вытянул их, словно посылая поцелуй. Гермиона выгнула бровь, нисколько не ошеломлённая. Она скорее злилась на этого нахала. Лорд вёл себя абсолютно по-свински.       — Вы говорите от имени короны? — вмешалась её величество, заметив, что её полностью игнорируют. Улыбка с лица лорда пропала, наконец, он снова повернулся к правителям.       — Да, — тот перевёл взгляд на небольшую возвышенность.       — И вы привезли ответ? — поинтересовалась она. Конечно, больше всего её интересовало, примет ли корона преданность в обмен на помощь. Безусловно, та хотела бы спасти своё королевство от черноты, помочь всем людям, а особенно фермерам с урожаем и пропитанием. Но не всё было так просто. Урожай, который они могли получить за два года, едва ли мог покрыть все потери за последнее время.       — Я привёз ответ, — лорд хмыкнул, а затем бросил мешок из своих рук на пол. Из него выпало что-то круглое, оставляя за собой кровавый след, оно прокатилось по полу. Каштановые волосы. Смертельная бледность. Оборванные полоски кожи. Отсечённые кости. Голова советника короля и королевы Сании отскочила от сапога королевского гвардейца. Гермиона только и успела отметить про себя, что того чуть не стошнило. «Боги, будьте милостивы» — это всё, о чём могла подумать принцесса. Ответ определённо был очень неожиданным, страшным. Подразумевал чёткий отказ на предложение Сании. Несколько королевских гвардейцев уже схватились за свои рукоятки меча, как и лорд в центре большого чертога. Капитан гвардейцев стоял с лицом, не выражающим никаких эмоций. Всё, что он мог сейчас делать — ждать.       — Спокойно! — послышался приказ со стороны короля. Мужчина выпрямился на своём троне, окинул взглядом собравшуюся толпу, а взгляд тот был не более чем скучающий. Все тут же остановились. Капитан словно ожидал этого, даже не притронулся к своему мечу, продолжая стоять на своём месте, однако сию минуту напрягся, когда лорд снова обратил внимание на принцессу.       — Моя прислужница в договорённости не входит, — холодно обратилась к лорду королева. Женщина кинула на него свой презренный, пронизывающий до костей взгляд, а после фыркнула. — Ничтожество.       И Гермиона молчала. Ни один мускул на её лице не дрогнул. Вся её душа полыхала. Прислужница. Вот кто она теперь для своей матери.       — Очень плохо. Она достаточно аппетитная и могла бы изменить ход нашей сделки, — ухмыльнулся лорд. Никто более не сомневался, что гнилая душенька этого пройдохи была только малой частью проблем, которые они могли бы получить. Однако ответом на слова лорда была тишина, тот развернулся и вышел из чертогов, отправляясь в сторону порта, ведь их острова лежали в дальних краях моря. Туда ещё следовало добраться. Все оставшиеся повернулись к королю и королеве, и только Гермиона знала, этот вечер у неё будет очень особенный. Наполненный страстными танцами с кинжалом или мечом. И тем, и тем девушка умела хорошо обращаться.       — Покажи ему, какая ты милашка, — попросила королева. В этом голосе слышались все оттенки яда и послания смерти, которые она хотела бы донести до этого безумца. — Покажи им всем, чего стоит королевство Сания. Эти слова звучали, как резак, воткнутый в самое сердце. Один раз — и сразу смерть. Гермиона почувствовала наступающую темноту, пустоту и холод в своей душе. В такие моменты, когда её мать только и делала, что приказывала, принцесса старалась держать себя в руках. Она заставляла свою родную кровь вести двойную жизнь, оставаться и исполнять долг о спасении, который она не смогла исполнить три года назад. Тёмный принц отказался от неё. Разные мысли уже просочились в чистую и невинную голову, забивая её до отказа, заставляя бедную душеньку метаться в терзаниях и переживаниях. Однако по сравнению с тем, что ждало лордов на корабле, все переживания самой принцессы казались малой частичкой песка в большой чаше.       — Надо было просто отдать её ему, и то больше толку было бы, — заметил Корнон, как всегда отличавшийся своими едкими и безумными комментариями.       Гермиона не обратила на него своего внимания, хотя принц стоял всё это время в чертогах, а бросила свой взгляд на отчима, который просто махнул рукой. Принцесса тут же испарилась из зала, почти бегом отправляясь в свои покои. Только там она смогла бы переодеться в другие вещи, взять своё оружие и отправиться на охоту. Именно там она всегда перевоплощалась из милой девчушки с добрым сердцем в боевую красавицу-кавалериста.

*****

             Гермиона прошла мимо королевских гвардейцев, бросила взгляд на море и скрылась в тёмном переулке, оставаясь, чтобы ещё немного проследить за необходимым кораблем. По её наблюдениям, с лордом путешествовали ещё трое, что значит, ей придётся постараться сегодня. Вообще, она никогда без боя не сдавалась, только если это не касалось её личной жизни, о которой та мечтать и не могла. Девушка прокралась мимо одного из домов, ступая абсолютно без шума. Сапоги на её ногах не издавали даже малейшего звука, когда она шла по каменной дорожке, что вела к морю. В порту был пришвартован необходимый корабль. Влажный солоноватый воздух уже проник в её лёгкие, увлажнял кожу, доставлял сладчайшее удовольствие. Свою манеру двигаться и быть незамеченной, словно кошка на охоте, Гермиона проявила спустя годы тренировок с капитаном королевских гвардейцев. Сир постоянно её тренировал, относился к ней почти как к дочери, заботился о здоровье и даже ругал, словно родной отец. Порой ему и некоторым слугам начинало казаться, что принцесса призрак, так бесшумна и безумна она была в это злачное время.       Сегодня была именно такая ночь.       Грейнджер за свои двадцать многое помнила, она сидела на троне четырнадцать раз, около девяти раз мать пыталась отдать её тёмному принцу. Сначала он не приходил, потом явился на её семнадцатилетие, а дальше и вовсе решил игнорировать. Принц тьмы не имел наклонности завести жену, о своём решении он дал понять достаточно чётко и в этом его всё устраивало, а Санию — нет. Дела шли с каждым годом всё хуже и хуже. Мать злилась на дочь, что та не смогла впечатлить первородного принца тьмы. Что не смогла привлечь его внимание. С таким же успехом они могли предложить ему Корнона — и то лучше бы справился. Королева лишила дочь еды, оставила её почти без прислуги, отказалась принимать, что та вообще существует, в итоге снизив её до прислуги. Принцесса терпела. Стиснув зубы, терпела. Закрывала глаза на выходки своей матери. Закрывала глаза на пустое и порочное отношение её отчима к ней, ведь родного отца давно не стало.       — Лорд Сильвий, — очнувшись от своих мыслей, Гермиона окликнула знакомую фигуру, что появилась как раз совсем рядом. Девушка поправила свой наряд, открывая все его прелести на показ.       — Ох, чёрт, неужели королева передумала? Прислужница? — кажется, его удивлению не было предела, но тот был безумно рад, ведь так желал этого ещё там.       — Да. Я принесла вам ответ от её величества, — Грейнджер ухмыльнулась, взгляд лорда скользил по её фигуре, руки очерчивали выпуклые формы, а одна вовсе смело нырнула в разрез. Лорд присвистнул, ему явно всё нравилось.       — Бьюсь об заклад, ты многое знаешь о некоторых вещах? — принцесса вскинула бровь и помотала головой. О чём она должна была знать? Впрочем, задание было в другом, поэтому она моментально вернулась к назначенному делу, возвела свою руку, отвлекая тем самым лорда Сильвия.       — Не знаю, о чём вы, но моё послание, боюсь, вам не понравится, ведь именно за этим я тут.       — Как оно мне может не понравиться? Оно ведь такое приятное, тёплое и…       — Оно не приятное и не тёплое, — осекла его тут же принцесса, вскидывая руку с кинжалом, который моментально разрезал чужое горло. Отсечением чужих голов ей бы сегодня не хотелось заниматься, она всё-таки не ассасин, а вот убить этих непутёвых идиотов ей труда не составит. Следующее сражение состоялось уже с другим участником команды Сильвия. Тот увидел заваруху на небольшой палубе около домиков, направился тут же на помощь другу. Только опоздал. Гермиона ринулась ему навстречу со своим кинжалом из теникамня, целясь максимально пониже, так что попала мужчине в живот. Тот отшатнулся, схватившись за раненый бок, бросился в ответную атаку, забывая о своём ранении. Ярость, овладевшая им в тот момент, желала прикончить эту девчонку. Грейнджер же не составило никаких трудов не только лишить его оружия, но и парочки достопочтенных удовольствий, о которых она предпочла бы не думать.       Задание было окончено. Принцесса вытерла клинок о штанину, обвела взглядом пристань и снова скрылась в тени, словно её тут и не было. Где-то на другой стороне причала, здесь, в нижнем городе, слышались нелицеприятные звуки. Некоторым бы показалось, что кого-то убивают или режут сначала, но Гермиона знала — притон на другой стороне улицы умеет грамотно доставлять людям удовольствие. Она бросила один свой взгляд на другой корабль, увидев всего мельком, как чужие бёдра с силой двигались в чужом теле. И, судя по звукам, именно такие моменты кому-то приносили нереальное удовольствие. Никто не знал, что за ней не придёт её тёмный принц, но она знала и не имела никаких принципов, чтобы хранить ему обещанную верность. Забывшись на короткое мгновение, принцесса двинулась дальше по узким улочкам, переходя от дома к дому в нижнем городе. Нужно было как можно скорее вернуться обратно и доложить о выполненном задании. Такие сражения всегда заставляли её переосмыслить весь сложившийся мир. Задуматься о том, стоит ли вообще спасать людей этого королевства. Необходимо ли им это или они настолько гнилые, как и сами правители, что им ничего не нужно. За своими мыслями, в которые неизведанная никем принцесса стала погружаться всё чаще и чаще, забрела в интересный переулок. В этой части города ей ещё не доводилось бывать. Звуки тут не были похожи на стоны из притона или с корабля. Кто-то кричал от боли. Пытался спасти свою жалкую жизнь. Но всё, что та смогла разглядеть или хотя бы ощутить своим нутром, нисколько ей не понравилось.       Чуть поодаль от домика, за которым Гермиона смогла спрятаться, творилось что-то неладное. Голоса внутри определённо были встревожены, чувства их обострены, а действия не имели точности. Через пару мгновений принцесса поняла, что это никто иные, как боги. Сами первозданные. Высшие существа. Вот только их действия совсем не походили на праведность и милость. Совсем не доставляли удовольствия от увиденного. Грейнджер отметила, что девушка (судя по силуэту) взмахнула последний раз рукой, завершая деяние, магия исчезла, оставляя после себя клубы белого дыма, а перед ней на пол что-то рухнуло.       Гер не знала, умер кто-то или нет, но следом кто-то ещё присоединился к богине. Принцесса отметила, что в руках этого бога с алыми, как кровь, волосами тоже кто-то есть. Кто-то маленький, крохотный и явно безжизненный. Бог нёс на руках запеленованного младенца. Тот не издавал ни звука. Вскоре ребёнок очутился рядом с другим человеком. Бог ухмыльнулся, схватил за руку богиню и направился прочь. Гер не знала, куда себя деть. От этой картины у неё сжалось сердце, к глазам подступили слёзы, а в груди всё сдавило. Она только что увидела, как первозданные легко и непринужденно кого-то лишили жизни. Но разве боги имеют такое право? Это нисколько её не касалось. Гер вздохнула, бросая на этот дом последний свой взгляд, и решила двинуться дальше, как кто-то прихватил её со спины, зажимая рот. Руки тут же придавили к бокам, лишая любой возможности двигаться. Разряд прошёлся по её телу, когда осознание случившегося накрыло её. Она что, кому-то попалась? А если это третий от тех двух? Тогда ей просто не жить. Потрясение от контакта с кем-то другим могло стоить ей дорогих мгновений. Гермиона потерялась всего на долю секунды, но упустила свой шанс освободиться, еле дернувшись принцесса тут же упёрлась в твердую, как камень, грудь. Её очень крепко держали.       — На твоем месте я бы не издавал ни звука.