Часть 17

ГЛАВА 16. Ранним утром я с трудом добралась до спальни мужа внизу, и, открыв дверь, вошла, дрожащими руками держась за низ живота. - Что? Что случилось? - муж тут же подскочил, будто и не спал вовсе, и бросился ко мне, помогая сесть поудобнее на край кровати. - Да что-то с вечера сильно тянет. Очень странные ощущения… Он , пытаясь скрыть волнение, ляпнул первое, что пришло в голову, надеясь, что окажется неправ. - Роды начались? Я покачала головой, закрывая глаза, чтобы не встречаться с его взглядом. В этот момент боль накатила новой волной, и я еле сдержала стон - Тебе же еще рано! Еще почти два месяца! Почему ты ждала всю ночь? Где больно ? - Я думала, что это пройдёт, – пробормотала я, но мы оба знали, что дело было не в этом. После того, что произошло и разговора вчера вечером мне не хотелось обращаться к нему за помощью , и я как можно дольше оттягивала этот момент, надеясь, что схватки окажутся тренировочными. Усадив меня, муж подложил мне под спину подушку и торопливо оделся. Его движения были быстрыми, но неуклюжими – паника заметно охватила его. Закончив, муж быстро повернулся ко мне и неожиданно поцеловал в лоб. - Сейчас позову водителя! Я кивнула, чувствуя, как с каждой минутой боль становится невыносимее. Резкие распоряжения, которые он давал поднявшейся прислуге, эхом отдавались по ночному дому, я осталась одна на диване, сжимая подушку и молясь, чтобы всё это оказалось лишь ложной тревогой, хотя уже и так было понятно, что мой малыш родится гораздо раньше положенного срока. Я не смогла уберечь его. Когда муж вернулся, уже готовый отправляться. На мгновение наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах страх. Он выглядел растерянным, почти беспомощным, и это лишь добавляло к моему беспокойству. Поднявшись на ноги с его помощью, я ощутила, как слабость вновь охватила меня, и на мгновение показалось, что я упаду, но супруг крепко держал меня меня под руки. - Всё будет хорошо, я люблю тебя ! Всё будет хорошо,- как молитву шептал он. - мы со всем справимся.                                                       * * * * * Я все всматриваюсь и всматриваюсь в личико своего малыша и не могу оторваться. - Мой сын, - шепчу я, боясь его разбудить, и повторяю на все лады. - Сынок, сыночек… На его люльке, как медаль чемпиона, висит бирка с моим именем, датой рождения и весом - 2780 г. - Тебе нужно набираться сил и вырасти большим и сильным, - говорю я, с умилением глядя на своего малыша. Спит на боку мой мальчик, закинув назад голову, поджав к груди ножки и сложив ручки, как зайчик. Мне кажется, что я никогда еще не видела такого красивого малыша. Самый прекрасный мальчик, какого только можно себе представить. Крошечные, как кукольные пальчики на ручках и ножках. Пышная шевелюра тёмных волос. Муж уже гордо заявил, что у него тоже при рождении на голове была шапка волос. Волосы у нашего мальчика, и в самом деле, как у мужа, - густые и черные. А еще у сыночка самый очаровательный ротик и ямочка на подбородке, как у меня и у дочки. Дочку муж уже приводил познакомиться с братиком. Мне показалось, она была напугана моим отсутствием и рассержена на нас за то, что мы не смогли сдержать свою радость и умиление малышом. Мой бедная крошка, она была очень расстроена тем, что мы так явно радовались новорожденному. Она всегда была очень ревнива, теперь ей придется нелегко. Мы с мадемуазель обязательно придумаем что-нибудь, чтобы детки росли дружными и любили друг друга. По началу муж неотступно был со мной. Он следовал за мной везде – даже пытался зайти со мной в туалет, но был вежливо выпровожен медсестрой. Наверное, он боялся, что меня ни на секунду нельзя оставить без присмотра. Что я тут же воспользуюсь случаем и попытаюсь от него освободиться. Позову на помощь, расскажу кому-то о том, что произошло у нас дома. Когда врач спросила о причине появления нескольких небольших синяков на моей шее и подбородке, муж, с трудом скрывая беспокойство, начал оправдываться, говоря, что я сильно закашлялась и сама хваталась за горло. Поверил врач или нет, я не знаю, но больше вопросов по этому поводу он не задавал. Когда муж понял, что бежать и звать на помощь я не собираюсь, он успокоился. И даже решился поехать домой, чтобы переодеться и принять душ. А я в это время смогла позвонить Райхан и рассказать ей, что случилось, чтобы восстановить хоть какое-то чувство контроля над ситуацией, в которую я попала. Райхан была вне себя от злости, когда услышала о нашей с мужем ссоре. Я чувствовала её гнев даже сквозь телефонную трубку. - Он опасный человек, тебе нельзя с ним оставаться! - воскликнула она. - Он вышел из себя, но кажется, сам испугался не меньше моего, - начала я и остановилась, понимая, что по привычке пытаюсь оправдать ту отвратительную ссору, которая произошла между нами, и скорее всего, повлекла наступление родов раньше срока. - Я уже ничего не знаю - правильно ли думаю, так ли поступаю, - призналась я. -Просто чувствую себя словно в клетке уже очень давно, и иногда она мне даже нравится своей предсказуемостью . А вы… - я замялась, - вы уверены, что все еще хотите помогать мне? Зачем вам усложнять свою жизнь? - Ты сумасшедшая, что оправдываешь этого негодяя! - возмутилась подруга с присущей ей горячностью. Я так явно увидела, как она взмахивает в гневе свободной рукой! - Он постоянно давит тебя, а ты уже к этому привыкла! Я понимала, что она права, но в данный момент мои мысли были сосредоточены исключительно на только что родившемся сыночке. К тому же, я чувствовала себя ужасно плохо, и просто не могла думать ни о чём другом. На следующее же утро, откуда не возьмись, появился Эмре. В докторской униформе, в медицинской маске, он, непонятно как, пробрался сюда. Муж был рядом, и мы с Эмре не могли открыто поговорить, что только добавило пикантности этой ситуации. Его визит напомнил мне сцены из авантюрного кино со шпионами, тайными агентами и зашифрованными разговорами. Эмре деловито осмотрел меня, взглянул на шею и, увидев синяки, в бессильной ярости сжал одну руку в кулак. Это странно, но мне стало неожиданно приятно видеть его реакцию. Я чувствовала, как мое лицо расплывается в улыбке, и всеми силами сдерживала себя. - Как мы себя чувствуем? - прикосновения его рук были быстрыми, профессионально легкими. - Жар не спадает? - Нет, - ответила я. - Очень хорошо…точнее плохо, конечно. Но выглядите вы очень хорошо. Его глаза поверх маски хитро сверкнули, прямо как у Райхан. Я вконец смутилась, и начала лепетать что-то несвязное. - Я вас понял, - Эмре остановил мой поток непонятностей мягким прикосновением руки. - Не переживайте, мы не отпустим вас, пока вам не станет лучше. Мы обязательно сделаем так, чтобы с вами было все хорошо. Мне показалось, или он улыбался мне под маской? И на душе сразу стало так легко и светло, будто все и правда разрешилось одной этой его фразой. Я метнула осторожный взгляд на мужа - он сидел в кресле поодаль и внимательно просматривал документы. - Мне очень жаль, что я доставляю всем дополнительные сложности. - Не беспокойтесь ни о чем. Вот это - координаты очень хорошего специалиста по грудному вскармливанию, вам может понадобиться, - он проворно сунул мне в руку визитную карточку. - И я помогу всем, чем смогу. Я… просто очень люблю свою профессию, - добавил он мягко. А мне показалось, что он добавил что-то еще , только совсем-совсем тихо.                                                       * * * * * - Ты сегодня хоть немного спала? – муж налил себе белое вино, а мне подал бокал с гранатовым соком. Я полусидела, заботливо обложенная подушками, и с трудом удерживала бокал в своих руках. Соки, лекарства, процедуры, бесконечные посещения врачей, сеансы физиотерапии и массажи, которые причиняли мне нестерпимую боль, - вот во что превратилась моя жизнь в последнее время. А еще шепот, вздохи и жалостливые взгляды. Много жалостливых взглядов. От них мне становилось еще хуже. Уже почти два месяца я не вставала с постели. Сразу после родов у меня поднялась высокая температура и больше двух недель жар упрямо держался, хотя явных признаков инфекции доктора не находили. Потом температура немного упала, но головокружение, неодолимая слабость и сильнейшая мигрень продолжали мучать меня. Как только я открывала глаза, острая боль пронзала голову как спица. От малейшего движения шею и спину сковывали мучительные спазмы. Засыпала я только под действием сильных снотворных. В какой-то момент я даже была убеждена, что умру. Конечно, такая скорбная обстановка, которая сложилась вокруг меня, никак не способствовала моему выздоровлению! Я даже пригласила мадемуазель и в присутствии мужа взяла с нее обещание растить моих детей с такой же заботой, как если бы они были ее собственными детьми. И, кажется, я ошеломила ее и насмерть перепугала моего мужа, потому что после этого меня принялись лечить с утроенным рвением. Прислуга бойко сновала, выставляя блюда с полезной для меня едой. ” Какой в этом смысл? Я все равно не смогу проглотить больше нескольких ложек!” - хотелось мне сказать, что я вежливо благодарила и даже делал попытку улыбаться. Голова нестерпимо горела, болело все, что я могла чувствовать, даже попытка пошевелиться давалась мне с трудом. - Да, немного удалось. Послушай… Муж смотрел на меня - с заботой, преданностью, ловя каждое мое слово. - Может быть мне следует обратиться к другому врачу? По-моему, эти лекарства, что прописал твой доктор, не помогают, а делают еще хуже. И я тут же испугалась своих слов. С тех пор, как мое состояние немного улучшилось и мои мысли перестали быть расплавленной массой, я думала о том, что мне необходимо связаться с Эмре или Райхан. На той визитке, которую Эмре дал мне в больнице, было написано : ”Лейла Кирач, специалист по грудному вскармливанию” и номер телефона Райхан. Я еще посмеялась тогда над тем, что единственной подлинной информацией на той визитке был ее номер телефона. И я собиралась попытаться встретиться с ней. Но при наблюдении у врача, который был другом моего мужа я не могла этого позволить. Не поспешила ли я сейчас? Как отнесется к этому муж? Однако он тут кивнул, соглашаясь, и вполне миролюбиво ответил: - Да, конечно, я только сегодня об этом думал. Завтра, как только приеду в офис, я тут же запишу тебя к другому специалисту. Пусть проведут новые обследования, назначат какое-то другое лечение. - И я хотела бы пригласить консультанта по грудному вскармливанию, - я благодарно накрыла его руку своей. - Пока я принимала все горы лекарств, я не могла наладить кормление нашего сына. Мне не хотелось бы полностью переводить его на смесь. - Ты уверена, что хочешь этого? - обеспокоенно нахмурился муж. - Тебе нужно позаботиться о своем здоровье, восстановить силы. - Я уверена! - Хорошо, как пожелаешь, - опять согласился муж. - Я попрошу мадемуазель или моего секретаря найти тебе консультанта. - В этом нет надобности, - быстро заверила его я. - Доктор в больнице дал мне визитную карточку хорошего специалиста. Я бы хотела увидеться с ней. - Хорошо, позвони и пригласи ее, когда тебе станет получше, - проговорил он, поднимаясь. - Мне пора ехать. Сегодня вечером у меня важная встреча. Отдыхай. Я очень хочу, чтобы ты совсем скоро начала опять сопровождать меня, любовь моя. Поцеловав меня, муж ушёл, а я осталась со смешанным ощущением облегчения и тревоги. Всё это выглядело слишком гладко, слишком мирно. Очередное затишье перед новым витком контроля? Он не забудет, что я откопала его слабые стороны, не забудет, что я смеялась над ним. Не простит того, что я оказалась свидетелем его уязвимости. Осмелюсь ли я воспользоваться шансом уйти, или опять всё пойдёт по привычному сценарию, где каждый мой шаг оказывается под его бдительным взором? Я отдыхала во дворе под пристальными взглядами мадемуазель, медсестры, которая теперь регулярно приходила к нам, и прислуги, работающей в саду. Впервые за долгое время мне было лучше. Я так обрадовалась этому улучшению, что привела себя в божеский вид, и спустилась на кухню, откуда раздавался восхитительный аромат кофе и свежей выпечки, чем вызвала страшный переполох среди прислуги. Мужа нигде не было видно, и это несказанно радовало. С момента той отвратительной ссоры между нами, за день до родов, и последующего за ссорой разговора о разводе нам было как-то неловко в обществе друг друга. Мы были вежливы и приветливы друг с другом. Муж проявлял ко мне трепетную заботу, но воспоминания о том, как я пыталась сбросить подушку со своего лица и ощущение его руки на моей шее не позволяли мне поверить в его искренность. Наши отношения стали похожи на хождение по стеклу с ящиком Пандоры - один неловкий шаг, малейшее неосторожное движение может спровоцировать катастрофическую лавину, которая поглотит всё на своём пути и сметет даже видимость нашего благополучия.А еще боялась - а что если муж просто выжидал, обдумывал дальнейший действий? После того разговора родился наш малыш, и мы не возвращались Он всегда и во всем предпочитал холодный расчет и ни раз демонстрировал это и в бизнесе, и в нашей семейной жизни. Он никогда не реагировал сразу, держал все внутри. А потом наносил удар – быстрый и решительный. Что последует за нашим перемирием? Я увидела, как в открывшиеся ворота въехала машина мужа, вернувшегося с работы раньше, чем я ждала его, и немного напряглась - вот-вот должна была прийти Райхан, и я надеялась, что нам удастся провести немного времени без постоянного надзора. Я приветливо помахала мужу рукой и так и осталась лежать в шезлонге и дальше - положение еще не окончательно выздоровевшей позволяло мне не бежать приветствовать мужа. За меня это сделали мадемуазель и прислуга. - Ты ждешь меня здесь? – подойдя ко мне ближе, спросил муж. Я на всякий случай подобралась - неизвестно, обрадует мужа то, что я сижу в саду, или разозлит, - Сегодня госпожа чувствует себя намного лучше, - объяснила медсестра и резво вскочила с кресла. - Мы решили, что ей пойдет на пользу посидеть на солнышке. Муж посмотрел на меня с широкой улыбкой и нежно поцеловал меня в щеку. А я в очередной раз подивилась, в какой маскарад превратился наш брак! Я смотрела на супруга , а у меня перед глазами по прежнему стояло его лицо, застывшее в гневной маске, с раздувающимися ноздрями, и в ушах звучал его свистящий хрип :”Я не позволю тебе смеяться надо мной!”. Да-а, мы оба умели “создать впечатление”, притвориться, сыграть роль… И ведь это продолжалось все время нашей жизни вместе. А я так и не привыкла к тому, как быстро, а главное виртуозно муж меняет маски. Хотя если бы кто-то посмотрел на нас со стороны, то увидел бы, что и я ничуть не уступаю ему в лицедействе. И не важно, что я это делала во избежании проблем. Наверное, у него тоже были какие-то оправдания. - А я привез тебе твои круассаны с малиной, любимая! Мадемуазель зашлась в молчаливом восторге, а медсестра только восторженно хлопала глазами. Тут же, создавая видимость того, что он срезает засохшие ветки у куста, в нашу сторону посматривал неповоротливый слуга - самая дорогая ценность семейства моего мужа, его молочный брат. Мизансцена выстроена грамотно, со всеми составляющими! Просто готовая картинка под названием “Идеальная семья”для появления в журнале готова. - Спасибо, -я улыбнулась краешками губ, но обратила внимание, как внимательно смотрит на меня муж, ловя настроение…… - Или, может быть, послать во французскую кондитерскую за миндальными пирожными? - заботливо поинтересовался мой образцовый супруг. Ну что ж… почему бы и нет? Меня так и тянуло спросить про дневник питания, но я сдержалась, решив наслаждаться моментом, а потом думать о неприятном. - Да, пожалуйста, – с полуулыбкой кивнула я. – Кстати, я думала ты сегодня работаешь весь день. Муж еще раз поцеловал меня. - Приехал только, чтобы привести тебе круассаны, и тут же возвращаюсь обратно. А завтра, если ты будешь хорошо себя чувствовать, я возьму выходной, чтобы побыть с тобой. В конце концов холдингом могут заняться и мои управляющие хотя бы ненадолго. Зря я что ли плачу им хорошую зарплату? - подмигнул он мне заговорщицки и перевел взгляд на мадемуазель, словно приглашая ее поучаствовать в разговоре. Или проверить произведенное впечатление. Мадемуазель как-то вымученно улыбнулась в ответ. - А вон, кстати, идет твоя консультант по грудному вскармливанию, - муж кивнул на идущую по дорожке Райхан. Я перевела взгляд на приближающуюся подругу и с трудом узнала ее. Свои непослушные кудри, с буйством которых у нее обычно не было ни сил, ни желания справляться, Райхан стянула высоко на затылке в гладкий пучок, а половину ее продолговатого лица с высокими скулами заслоняли огромные очки в красной оправе, что придавало ей и деловой вид, и некую дерзость стрекозы-охотницы одновременно. Ее очки прекрасно сочетались с ярко-красным брючным костюмом. Вероятно, моя подруга решила затмить всех огненным цветом и тем самым переключить всеобщее внимание на внешнюю яркость и напористую манеру поведения, тем самым отвлекая моего мужа от лишних вопросов о ней самой и отводя подозрения от истинных целей визита. - Добрый день, дорогие мои! - громко приветствовала она нас, немного надменно оглядывая всех, и подчеркнуто театральным движением среднего пальца поправила свои огромные очки. Я с трудом сдержала смешок - она говорила с абсолютно нетипичным для нее акцентом, очень напоминавшим британский - так, словно она держала в рту кусок горячего картофеля. Впрочем, Райхан всегда умела удивить. - Меня зовут Лейла Кирач, я консультант по грудному вскармливанию, - представилась Райхан, подходя к моему мужу и решительно, почти по-мужски, подавая ему руку. - Кто у нас кормящая мамочка? - спросила она, по очереди внимательно оглядывая мадемуазель, медсестру и даже толстого слугу, который все также имитировал бурную деятельность, крутясь вокруг куста. Только потом она перевела взгляд на меня и, посмотрела поверх очков. В глазах ее на секунду плясали чертики - Райхан получала полное удовольствие от каждой секунды этого маскарада. Поскольку все, включая моего мужа застыли, сраженные ее напором, она окинула меня критическим взглядом, словно мысленно снимала с меня мерки, потом ответила сама себе, удовлетворенно кивнув: - Прекрасно! Она сделал несколько шагов к люльке с малышом и метнула кокетливый взгляд в сторону моего мужа : - Чудесный ребенок! Сразу видно, что вырастет красавцем. Очень похож на отца. Муж довольно улыбнулся, словно именно этого замечания он только и ждал. - Ну-с, где мы расположимся с мамочкой и младенцем? - Райхан требовательно осмотрела сад вокруг. - Я надеюсь, мы найдем менее людное местечко, чтобы, хмм... не шокировать окружающих. Но если вы предпочитаете полную открытость … - Мы можем подняться в спальню, - торопливо предложила я, стараясь, не допустить чрезмерного энтузиазма в своей голос. - Очень мило! - тут же откликнулась Райхан. Нам удалось запереться в спальне и просидеть там около часа. Время от времени Райхан входила в роль и громким голосом, так, чтобы было слышно всем любопытным за пределами спальни, смакуя каждое слово, отдавала мне команды. - А теперь поверните младенца, чтобы он своим животиком упирался вам в живот! Полностью … Вот так… Прелестно! И не забывайте, что подбородок малыша должен прижиматься к груди. Тогда прикладывание будет правильным. А теперь попробуем позу “Футбольный мяч” — младенец лежит сбоку от вас, ножки его направлены назад. Оч-чень хорошо! - ее голос звучал профессионально и четко. - И где ты только научилась всем этим премудростям? - удивилась я. - В книжках для мамочек, - с готовностью ответила Райхан. - Эх, говорила я родителям, что хочу пойти в актрисы! - мечтательно потянулась она. - Но не пустили. Заставили заниматься экономикой. Она сделала передо мной грациозный пируэт и театрально захлопала глазами. Увидев улыбку на моем лице, Райхан улыбаться перестала. - Пожалуйста, решайся! - взволнованно заговорила подруга, спускаясь до шепота. - Эмре сказал, что он видел синяки на твоей шее в больнице. Этот человек становится опасен. Чего ты ждешь? Чтобы он покалечил тебя или убил тебя? Я невольно коснулась шеи, где недавно были те самые следы, и почувствовала, как краснею. - Он хороший отец, - промолвила я, пряча глаза. Мне было стыдно за то, что мой муж почти задушил меня... - Хороший отец никогда не сделает так, чтобы матери его детей было плохо! - взмахнула руками Райхан. Она возбужденно ходила от окна к кровати. Казалось, ее колотило от бурлящей энергии. - Послушай, а если это повторится? А если однажды твои дети увидят или услышат, как их отец унижает их мать? - спросила она, делая шаг и присаживаясь на край моей кровати. - Он не даст мне развод, не отобрав детей. Мы обе замолчали. Райхан тяжело вздохнула, опустив плечи, как будто поникла. Она понимала, что мои страхи глубже, чем может казаться со стороны. - Мы же все придумали! - воскликнула она и тут же осеклась, опасаясь, что ее услышат. - Хорошо, мы будем ждать, — сказала она мягче. - Мы сможем тебе помочь. По крайней мере, ты должна знать, что у тебя может быть другая жизнь, если ты только осмелишься… Мы договорились, что я дождусь подходящего момента, когда мой муж соберется в деловую поездку на несколько дней, и дам знать Райхан и Эмре. Она сфотографировала малыша для паспорта и пообещала, что его документы будут сделаны в самые краткие сроки. Мы долго обсуждали, где мне лучше перейти границу, и наконец пришли к единому мнению, выбрав небольшой городок на западной части страны. Как только я буду готова, Райхан пришлет курьерской почтой наши документы на адрес отеля приблизительно в пяти километрах от пограничного пункта на мое имя. Уходя, Райхан сунула мне под подушку небольшую книжку в мягкой обложке. - Читай и вдохновляйся, - сказала она. - “Только с дочерью” Бетти Махмуди, про которую ты говорила. Мне пришлось очень серьезно постараться, чтобы добыть для тебя эту книгу. Ее здесь воспринимают с крайней осторожностью. Потом она водрузила очки и распахнула дверь. - Было очень приятно работать с вами, госпожа! - громогласно объявила она. - Удачи вам. Обращайтесь еще или приходите на прием сами. Будем ждать от вас звонка. Потом подмигнула мне и одними губами шепнула : - Позвони Эмре, он умрет от счастья! Я только успела кивнуть в ответ, понимая, что наш план уже начал воплощаться. Я чувствовала, что время, текущее как река, замедляется, и вот-вот разделит мою жизнь на “до” и “после”. Семь лет назад, когда время так же разделило мою жизнь, я сделала неверный выбор, и последствия оказались чудовищными.