«Искушённый»

Пусть не услышишь этот крик Напрасный И далеки, как звёзды, Мы с Тобой… Любовь бывает разной… Очень разной… Ну, докажи, что это — не любовь! Утро: Вопящий в телефоне будильник… Зелёный чай — «лопухом» в чашке… Сборы на работу. Алекс спит. Ему на 9. Ей — на 7. Странный сон, в котором Она мчалась наперегонки с экзотической пятнистой кошкой нехилых размеров, «послать в открытую форточку»! Отослать Память о вчерашнем дурдоме куда подальше! Сготовить, одеться; приготовить одежду детям; заварить кофе мужу, ибо чай по утрам он не пьёт. Привычка — привычки — «на автомате» — в шум субботнего утра, которое для неё рабочее. Закрывая дверь, она, слышит мелодию телефона в сумке… — «С добрым утром, тётя Хая!» — сказано себе истерично, телефон — к уху, на лестнице «выкинуть из мозгов… вкус корицы губ Жана», здесь, у выхода во двор… — Аллё, доброе утро! — Привет, сегодня ты не работаешь! — Что?! — Прости, я вчера звонила — звонила, вечером! Ты не отвечала и «в сети» не была. Что-то случилось?! — Не, Лидок, ничо не случилось… Только то, что наш график опять перекроили — перекосячили?! — Та да. Сегодня получилась Тамаркина смена. Твоя — следующая суббота. Лидия — табельщик при распоряжениях начальства. Её дело предупредить и отменить, потому… — Спасиб, Лидок, что дозвонилась. Отдохну, значит, сегодня… И всё было бы «просто зашибись», если б не память о «вчера». Утренняя прохлада последних дней лета; ветерок в зелёной листве; ласковые, теплеющие постепенно, лучи августовского солнца… Напоминают ей… вчерашнюю реакцию Юджина на появление их, с Хэпом, в его одиноком вечере! Тепло лучей — след обжигающего поцелуя в подъезде. Ветер… неутешительное заверение в её ветрености?! …Да иди оно всё лесом! Она решает зайти в ближайшую кофейню и «за капучино» отвлечься от дурных воспоминаний… Хотя бы на сегодня. Отдохнуть от всех… кто так радовал, огорчал и удивлял Вчера.

Не судьба!

После того, как она делает заказ и идёт в пустой зал, наслаждаясь этой пустотой; начинает вгрызаться в тост с поджаренным беконом… снова звонит телефон! Ругая себя за то, что его не отключила, она принимает звонок, синхронно с которым, неумолимая Лавина Памяти, накрывает её. — Утра! Прости, что разбудил, но у меня к тебе — дело на 100 баксов. — Хэп шутит, но говорит так серьёзно! — Можешь посылать меня, возмущаться сколько угодно, но, уже купил тебе билет, чтоб ты провояжировала до моей станции и обратно! — Ты что, опять «под шафе»?! — Трезвее не бывает. У меня к тебе серьёзный разговор! Не телефонный… — Спятил?! — «Спячу», если не расскажу тебе то, что должен рассказать, о том, что видел и понял!!! — У НЕГО?.. — С НИМ… — Ого, Ты пугаешь меня, Хэп! Не подумал ни о моей семье, ни о том, что сегодня выходной. — Я думаю, что э́то — серьёзнее. Тем более, что в выходной ты можешь потратить 2 часа… на себя?! Да ладно, что она врёт Хэппи, словно только что проснулась! Одета, как на работу, успела хлебнуть чаю и… погрызть тост. Что-то ей «нэхорашо», есть расхотелось… Похоже, Вчерашнее Безумие продолжается, этому Безумию похер, что Она решила его «похерить». Вселенная явно игнорит Её мнение и желания!.. — Чего молчишь, заснула?! — Хэп, а ты где? — Приезжай на вокзал. Электричка в 7–45. — Он называет вагон и место. Залезая, в почти пустой автобус, трясясь на дерьмантиновом сиденье, она размышляет по поводу… эгоизма. Хэппи — натуральный законченный эгоист, нисколько не думающий о проблемах, делах и чувствах окружающих! Стоп! Юджин, похоже, тоже!.. Но, не настолько. Потому, что Его, жизнь «впихнула» в определённые условия и обстоятельства?.. Эгоист Жан, даже не подумавший о том, как его «шутка» повлияет на неё и, её семью. Хотя, он – и «помогатор на всю голову». Кому помог? А если, кто из соседей, увидел бы их поцелуй? Получается, в некоторых сферах жизни… Жан мешает! Седой подвёз её потому, что Юдж попросил и… платит массажами. Тоже вариант! Она знает о чокнутой, безумной любви Тима к одной докторше. Которая пытается загнать Седого «под каблук», не выходя за него замуж. Эгоисты. — Все?.. Алекс, у которого «обед по расписанию» и «мне нужно и всё тут!», деспотичный свёкор, с которым, уже какой год, «холодная война»… О, Боже! Всё мужчины вокруг неё — определённо, жуткие эгоисты!!! И женщины тоже?! А она мирится с их эгоизмом и даже, во многом, потакает Им!!! Эти неутешительные мысли прерваны появлением Хеппи, который, помогает ей слезть со ступенек автобуса, галантно подавая руку! — Ну надо же! А я только что задумалась об эгоизме… И твоём, в частности. — Ну надо же! О том же думал… в отношении те́бя. Вообще, бежим, опоздаем!!! Они, со всех ног, несутся к вагону, в дверях которого проводница уже убирает «лесенку»… — Мисс, умоляем, одну минуту подождите! — вопль бегущего Хэппи настолько жалобен, что молодая проводница опускает «трап» и ждёт, пока они, буквально запрыгнут, в вагон. — Мы Вам безгранично благодарны! Спасибо! Вы, похоже, также добры, как красивы! Расцветшая на порозовевшем, милом личике улыбка — наградой за комплимент. Девушка с восторгом смотрит… «в тыл» передвигающегося по вагону, Хеппи, за спиной у которого… в знакомом тёмном парусиновом чехле... Юджинова гитара?! Как только они с Хэпом плюхаются на свои места в уже поехавшей «электробричке дальнего следования», она, с нескрываемым ужасом, спрашивает: — Ты спёр у Него гитару и ливнул через окно?! Хэп, чуть не проглотив леденец от укачивания, обычно принимаемый им в начале любой поездки, разгневанно шипит: — У тебя кукуха совсем съехала, или как? Это — Его подарок. — Подааарок?! За какие же заслуги?! Или услуги?.. Ты что-то странное сказал по телефону. Ага, сказал « Мы с Ним»… или мне послышалось? — Слушай, я решил тебе по порядку всё рассказать. Но, сначала ты отвечаешь на два моих вопроса. — Что за игры, Хэп?! — Ты хочешь узнать что-то важное?Хотя, каламбур, мне это уже не важно! Итак, вопрос 1: где ты с ним познакомилась?.. — Вау, зачем тебе? Хотя, это не секрет — курсы повышения квалификации, медперсонал… — Принято. Вопрос 2: Кто он тебе? — «Вопрос конечно интересный»… У меня столь же интересный ответ: Заклятый Друг из Прошлой Жизни. — Что, серьёзно, веришь в эту хрень?! — Верю в генную память, что о́на существует наукой доказано. А наши с Ним предки, похоже, были не только врагами, а ещё и родственниками… поневоле. ...Предки, не те, что родители, а те, что Предки. И она, вопреки своему любопытству, по поводу незаслуженной им гитары, рассказывает… «о Конармии», телепатии и о своём сказочном спасении. Обо всём, о чём не сказала вчера. — Зашибись! Он защищает её, спас её; понимает… как никто другой? Взамен — что?! Ни благодарности, ни уважения. — Про уважуху я Ему говорила, а благодарностей Он не принимает. — Это я просёк… Скажи, а какого фига он стал преподавать?! Он же врач? — Уже 3-ий вопрос. Ладно. Если коротко, устал быть врачом скорой, ушёл по выслуге, как военный, начмед. Решил… делиться знаниями с людьми. — А образование? — Да так, Военно-Медицинская Академия… — Охренеть! Так и думал. — Послушай, Хэп, ты меня выспрашиваешь о Нём, словно замуж за него собрался!!! Она «ржёт», а он… и не думает смеяться! — Хэп, мы с тобой забыли, что Он женат, у Него сын?! — Рина, сиди, где сидишь… после вчерашнего вечера… и ночи, я серьёзно задумался, та ли, у меня, ориентация… — Заинтриговал. Что же произошло… ночью? Ты вообще знаешь, что заснул в кресле?! — Что заснул в кресле, что Он подлил мне «сплюху», в вино, что проснулся я в 5-00, наверное, чтоб увидеть, как Он плачет… на кухне за столом… молча. И слёзы капают в чашку с чаем. — Ага, сильно… что дальше? Вдруг, она понимает, что ей как-то стрёмно узнавать дальнейшее развитие событий. Кошмар. Вчера её просто поцеловал Жан… аналогично, что? Хэп — просто целовал Юджина?.. Хэппи к Юджину привела она!.. С бо́льшим успехом, могла бы привести домой к себе! Чтоб «сплавить», на такси, к Жану! Друг сердешный, точно не отказался бы приютить несчастного. А супруга се́го друга привыкла к подобным проявлениям гуманизма. Тогда, ничего бы, из дальнейшего безумия, не произошло! И с самим Жаном! И с ней. И с Хэппи? Даже, когда она звонила от Юджа домой и врала… могла бы и спросить, как свёкор воспринял её отсутствие. Узнала бы, что свёкор ночует у друзей на даче, а Жан развлекает её детей! Что можно Хэппи, обойтись без ночёвки у Юджина!.. «Что было бы, если бы» Она же видела, как восхищённо, Музыкант отнёсся к Его одобрению, юмору, и вообще, к Нему! Капец… Под стук колёс. «Ты приводишь домой к врачу, переночевать, смазливого молодого человека». Память награждает её невидимым но очень хлёстким тумаком! Под стук колёс и вязкое, тягучее молчание, она, чуть ли не с жалостливым презрением, смотрит на примолкшего друга... нехарактерно долго играющего «в молчанку» Он понял ход её мыслей! — Не-не, что-то ты «не в ту сторону думаешь»! Мы ничо… Хотя, я тащусь от Него… — И ЧТО мне думать, если ты такое несёшь?! Говори!!! Мне хотелось верить, что «быть такого не может», но «в жизни всё бывает»... Хотя, стоп! Если помнишь, на 2 незанятых места вполне могут сейчас подсесть люди! Они не заметили, как доехали, до следующей станции. Он достаёт, из кармана своих «капри»… 4 билета. — Я купил эти 4 места! Здесь не будет ни кого, кроме Вот Этих Двоих Придурков… — ??? — Слушай. Проснулся я, кажись, потому, что Он уронил что-то на пол на кухне… — Та-дам! До меня сразу дошло, что я «под сплюхой» был, я ж ведь, сам, понимаешь, без снотворного — не засыпаю, до часу, до двух ночи. Только меня даже сильное уже «не берёт». А тут, под винцом, «взяло». А может, что-то «медпрайм» было. ...Сижу я, в кресле, пледиком накрытый, клочки мыслишек с плинтуса, подбираю. И жутко мне, не то слово! Я-то вспомнил, где заснул и как вы́ с ним ругались! Даже сквозь сон слышал! Мыслислишки лезут: «а что Он там мне «вмешал», что я мог и не почувствовать... ничего. Понятно, что Он, таки тебя домой отправил. Хотя, логичней было бы не отправлять! Если я заснул… И тут меня холодный пот прошиб: раз Он тебя отправил, то что со мной?! Смотрю — я, как был, в одежде своей; телефон мой, в «кобуре», как есть, на столе лежит, рядом — будильничек небольшой. И времени — 5 утра!!! Ты ж знаешь, какой я тихий, если нужно! Ну и, в носочках, на цыпочках, прокрался к кухне. А Он, там, за столом сидит, просто жесть, какой… Слов не подберу! — Несчастный? — Не то!.. Скорей, «убитый» ваще: голову на руки уронил и что-то шуршит сам-себе. — Сам с собой говорил?! — Два слова всего, у меня ж слух ого какой: «Ошибка», — говорит, — «временна́я»… — Всё?! — А большего и не надо было! У меня чуть сердце не порвалось, так Он это прошептал! Поднял голову, а слёзы прям в чашку, падают… И, понимаю, что Он — сигма, реально, но «убитый» на хрен, вааще.       И, тут меня, прям, накрыло! Подбежал, обнял Его за плечи! Потом ему волосы глажу! Он зырит, как на умалишённого, а я… остановиться не могу!!! Даже поцеловал Его! Блять… — В губы??? — Хуже! Он повернулся, я... в шею, куда-то вмазал… Тут Он меня за плечи взял, руки такие, как кремень, и… словно ледяной водой облил: «Остановись» — говорит — «пока не поздно, ты же не гей!» Глаза, такие, нечеловеческие какие-то… — Серебро? — Да! Вот именно, ледяное серебро какое-то! А у меня, уже в башке: что угодно бы сделал для Него!.. Только чтоб легче Ему стало… — И чттооо?! — Да, Слава Богу, ничего. Постоял Он, рядом, буквально несколько секунд, лбом — в мой — лоб, уткнувшись. И я, реально, «сам в себя вернулся. Прозрел». Кукож! — просто, как ты сказала, хоть в окно прыгай. Подумаешь, высокий первый этаж... — А гитара как у тебя оказалась? — Так, что Он сказал: «Забирай, сгниёт она здесь, никому не нужная! Тебе точно нужна, а у меня что, жена — косметолог, я плохо играю, а сын… твой тёзка. Потому и дарю.» Я - Ему, — сумку свою, на память. — Спортивную, «неубиваемую»?! — Ну да… — Ой, Хэппи, тогда ты точно «влип»! Чтоб ты, когда нибудь, кому-то… — Так Он же мне — гитару! И плов, готовить научил, на скорую руку… Говорит: «Некоторые считают секс разновидностью творчества. Я, к этим некоторым, не отношусь. Никак. Эта «разновидность на стороне», ни к чему, кроме венерических заболеваний не приводит. А для экспериментов я слишком стар. Так что, Вы молодой человек, Мне бы не помогли, а себя бы погубили. И её, кстати, тоже… А может быть, Меня, заодно. Вы ведь мне понравились, как человек и как музыкант…» Я офигеваю! Он подошёл так и… обнял. — Чего?! — Ничего!!! Думал, потону нафиг! Такое, блин, как в водоворот меня втягивает, а внутри этого водоворота — огонь!!! — И только одна доминанта в мозгах: «выбор — твой, утонуть, или сгореть?» Слушай, а ты, вообще-то, мне веришь?! — «Я тебе, конечно, верю». Со мной тоже самое было. И не только это. Он может быть и льдом, и рекою, и огнём. Причём, одновременно. — ОН что, йог?! Или, там, суфий? — В том-то и дело, что не знаю. Вот Ты бы у Него и спросил!.. — Какое там! У меня от Его «экстрасенсовских» обнимашек до сих пор глаз дёргается!!! А Он, типа, сочувственно так: «Ну что, ТЕПЕРЬ, понял? Давай лучше завтрак готовить! Это, по любому, сотворчество будет.» Мы такой плов приготовили, просто за уши от казана но оттащишь! — Так что ж ты мне, впаривал, что голодный, как зверь?! — Это потому что я тоже опаздывал уже. Он, в литровку мне плова с собой напихал. Сказал с тобой подели́ться... — Узнаю́ почерк мастера. И это Он знал. Что ты меня сманишь… — Прости, мне было позарез нужно рассказать! Иначе меня, как мыльного пузыря, уже б не существовало… Спасибо, что Ты… — Подождите! А зачем Он - Тебе снотворное подмешал?! — А вот энто я спросил! Он сказал, что не в духе был, выслушивать всю ночь мои пьяные откровения и восхищения. Отдохнуть хотел… — Ага, от двух долбоёбов, принявших Его Дом за чайхану… — Та да, чаю, у Него в доме, по ходу хана! Видел, какой Он чифир пьёт! А, ещё он сказал, чем я ему тебя напоминаю: «идиотизмом спасать тех, кто об этом не просил»... Хэп, наконец, достаёт из рюкзака плов в банке, открывает крышку. Пахнет обалденно но она, вдруг, понимает, что больше хочет спать, чем есть! — Хэп, сколько у нас времени осталось до выхода из этого «кокона»? Ты, если хош, – ешь… Хочу поспать. — Обалдела?! Минут 20 — 25, до нашей станции! — Мне 20-ти минут хватит. Разбудишь… *** Не нравится ей Кречет, ой, не нравится!.. В последнее время. На Счастливчика смотрит так, словно тот не к Сапсану на Слёт собрался, а, как минимум, гнезда разорять! — Братец, Это Счастье хочет в Птицы! — Сова, твоему «Счастью» ещё «на своих четверых» бегать и бегать! — Откуда знаешь?! — Вижу. Нет у него Любви в Стае, нет Поручителя… — Послушай, Любвеобильный, Ты сам сказал мне, что был Рысью… — Сожалею о сказанном. У меня были Причина и Стремление. Здесь я вижу лишь восхищение и любопытство. — У меня — аналогичное с Ним! — Так Ты — Птица, хоть и ночная. Сапсан тебя взял в ученицы, на свой страх и риск. — Значит, его тоже возможно в ученики взять, раз он знаком с Сапсаном! — Хах, знаком, называется: В Городе?! Так это же ты их столкнула, по Своей Глупости! — Кречет, уймись! Я понимаю, что недостойна Твоей Дружбы, ибо Ты — неоспоримый образчик Изощрённейшей Мудрости, Искушённой Непорочности и Непроходимейшего Ослиного Упрямства! Ты даже на секунду не можешь допустить, что Животное кроме Тебя, способно трансформироваться! — Да ЧТО ты знаешь о Трансформе, ночная птица?! То, что к Ней способно любое, восхищённое Двойником Учителя, существо?! Я легко могу Тебе доказать, что это не так! Иначе уже добрая половина Его Городских учеников летали бы в Здешних небесах! — А откуда тебе́ знать, что это не так? — Это не так, Сова! Это так не работает! — Как это работает… Братец? — В Городе, эмоциям, рождённым Восхищением, нужно, словно в зеркале, отразиться в подобном восхищении Учителя. И лишь тогда Животное может… — «Кончай базар» Кречет! Зеркало сработало: отразились! — Чем докажешь? — Легко! — Мой Сон… Боишься? — «На слабо»?! Я перестал боятся твоих Снов, Сова! — Превосходно! «Я ВПУСКАЮ ТЕБЯ В СВОИ СНЫ. ВОЗВРАЩАЕШЬСЯ СЛОВОМ… «Люблю»! Или, смоги доказать, что это — не любовь! Предупреждаю, будет жарко Твоему Двойнику. В «моём» подъезде. Но Ты ведь быстро забудешь! *** — Просыпайся, твою… Наша остановка!!! Рина-а́-а!!! Поезд замедляет ход; Хэппи, разъяренный до предела, трясёт её за плечи, льёт на лицо воду из бутылки… — Хэп, дрянь ты такая, вот зачем?! — Пошли!!! Красавица Спящая! До неё, наконец, доходит, что происходит. Как бежали в вагон — точно так же, на перрон «выпадают»… — Всё забрали?! Гитара, рюкзак… — Хэп, мы забыли две оч. нужных вещи! Счастье оторопело хлопает себя по карманам: — Телефон… кошелёк… Что?! — Целых 2 башки с мозгами, братан! Причём, они, по видимому, принадлежали нам… Он, похоже выбирает, разозлиться или рассмеяться. Второе победило: — Ну, через 10 минут, твоя электричка. — Знач, поедешь домой без башки… — Ну уж, нет — без неё я Там никому не нужна… в свой нежданный выходной. — Ауч! Нежданный?! Рассказ, о её пробуждении и «поездке на работу», недолог. — Получается, ты им врёшь… — Получается, но эта ложь — точно «во спасение»… моих нервов. Я остаюсь здесь и, иду в гости, с тобою. На правах сестры. — Должен заметить, наше родство несколько преувеличено. Ты точно хочешь махнуть со мной, к этим придуркам на дачу?! — Стоп! Почему к придуркам?! — Да Толян — ещё тот раздолбай. Его гражданская жена тоже… раздолбайка! Короче, я тебя предупредил… Господи, как бы хотелось, вместо этого, остаться хтам, куда ты вчера меня привела... Готовить вместе, да хоть убирать… Да хоть что! — Ага, «лишь бы Ему стало легче»! Спасательный идиотизм?! Кстати, по ходу, Его Сынуля, уже вернулся «в гнездо». *** Вокруг зеленеют громадины древних дубов, пышные заросли ивняка. Она всё же решила идти с Хэппи. Тропинка вьется по лесу, словно, бесконечной длинны змея. Почему-то Хэп взял Её за руку. И молчит. — Он боится!.. Реально, боится этого Толяна, у которого придётся «перекантоваться какое то время». — Что-то ты невесел. Что за дела?! Это же друг твой? — Неа, просто приятель. Учились вместе… Зря ты увязалась. А я – дал уговорить себя. — Ну, уже идём. А места эти мне знакомы! Тут речушка должна быть в ивняке. И рощица осин а дубравой. — Ты откуда знаешь? — Мы когда-то, с Алексом, от самого города сюда, с рюкзаками путешествовали… Без детей. — Туристы, блин, нашлись. На туризме и сошлись?.. Он тебе не пара совсем! Другое дело, Юдж! — Включи мозги! А Юджу - я не пара. Потому не парься, учитывая свою «рассветную любовь» к Нему. Счастливчик густо краснеет, его рука, вцепившаяся в её руку, горячеет. — Я рассказал только тебе. Можешь рассказать Сенди, она поверит. Больше, думаю, ни кто… — Я, вообще-то, не собиралась… Память смеётся ей в лицо: это же слова Сенди, сказанные в ответ, на её собственный страх позора, 8 лет назад в задрипанном селе, на лавке!!! Рассказать? Ему? Сейчас?.. Но они уже подходят к небольшому дому за живой изгородью на краю деревни. Калитка приоткрыта. Собаки во дворе нет, потому они нагло заходят в пространство зелёных газонов и цветущих роз всех мастей, а также астр, вперемешку с помидорами черри, на клумбах. — Красиво… и оригинально. — она кивает на черри среди астр. Хэппи стучит во входную дверь и... дверь открывается. — Толян!!! Ты где?! Я приехал, чего не встречаешь?! …Мифический Толян, и не думает, кого-либо встречать, поскольку, «упившись до невменяемости», возлежит на широком диване у окна, «в чём мать родила», обнимая одной рукою за грудь спящую, тоже не одетую, любовницу, а другой, за талию… коренастого, мускулистого… любовника?! Хэп, мотая патлатой головой, отступает к двери. Наблюдая этот сюр, в котором хозяин дачи ещё и пытается продрать глаза, она решает за двоих: «Мотаем отсюда, нам здесь не рады!» Подтолкнув Хэппи к выходу из «обители греха», бежит за ним, набравшим приличную скорость, успевая, по ходу, отломать ветку черри и кинуть в свою сумку… Они бы долго «сдавали кросс по пересечённой местности», если б эту местность не пересекала живописная река… Берег… С разгону повалившись на чистый прибрежный песок, Рина смотрит на запыхавшееся «счастье», снимающее с плеч рюкзак и гитару… Хэп, закатив брюки, заходит в воду. С остервенением умывается, словно хочет смыть с себя… «всё вот это». — Как вода?! Может, искупаться? — Холодная. Что мне и надо. — Блин, Счастливчик, ты похоже, со вчерашнего вечера, приключений на жопу ищешь, если даже в этой глуши… — Заткнись! И так тошно, а ты ещё напоминаешь… «о хорошем». Ща, вытошню здесь, все эти приятные моменты, чтоб их… — Слушай, «вытошни» лучше плов в банке, из рюкзака! Может и тошнить перестанет! Он берёт рюкзак, открывает боковой карман и… упаковка рельефных презервативов падает на песок рядом с ней... 12 штук! — Ого, ты гигант! Что, решил на дачах всех баб перетрахать? Или, не только баб?! Уже через миг, она понимает, что очень «перегнула палку»! Поскольку, неожиданно, его «палка в боеготовности» оказывается, где-то на уровне её глаз, спасибо что ещё под его брюками… — Сейчас я, наверное, найду твоему рту лучшее применение, чем… Страшно и смешно одновременно: Она ловит себя на мысли, что это — снится, она всё это время спит в вагоне, на уютном плече друга… Не тут-то было: друг превратился в хищника, нацеленного на добычу. Она сама его превратила! Своими словами! Смотреть в дикие потемневшие глаза. Спокойно. Видеть их красоту и, жуткую страсть — на дне. — Ладно, надевай «кружева на головку» сам. Тогда я… Он немного теряется, от этого спокойствия, не понимая, куда делся страх, — составляющая страсти… Гандон надевает, отвернувшись от неё. — А теперь, брюки, надень сверху — ласково — спокойная просьба. — Что, будем медленно раздеваться? С кем-то другим, такой номер, навряд ли прошёл бы, но он любопытен. Она быстро расстёгивает только что застёгнутую ширинку и, сильно сжимает в кулаке… — Ты соображаешь, за что я тебя держу?! Одно неосторожное движение и, детей у тебя больше не будет. Как думаешь, тех двоих, что уже есть — предостаточно?.. Отчаянные «ореховые» глаза: грусть, боль, усталость, даже ненависть! В этих глазах, тоже можно утонуть. Они тоже достойны любви, но их хозяин… смотрит исподлобья и недобро скалится… Говорит: — Жестоко… — и это слово её ломает. Она осторожно отпускает и… сжимает снова, лаская, как приблудного кота. Видит, что ему — нравится. — Что ты делаешь?! — Нашла компромисс между тем, что хочется тебе и чего не хочется мне… Он тихо стонет, прижимая её к себе, пытаясь целовать. — Нет? Тогда… ну давай, я кунилин… — Обещал, «язык в ход не пойдёт». — Ёпт, это ж вчера! — Ну так «вчера» продолжается… Ему в кайф… её руки. Он вспомнил про свои: она и не заметила, как он расстегнул ей шорты; только чувствует, как его пальцы… проникают в неё, находят, и… «играют» на её плоти, нежно… Это руки Музыканта и, она задыхается… Он виртуоз… Счастливому вновь повезло. Ни души вокруг. Ни кто, кроме них, не слышит их громких стонов… Они кончают сказочно синхронно. После чего, упав на песок и заключив друг друга в объятья… тихо плачут, гладя друг друга… по чему попало. Это не жалость. Это не любовь. Не «дружеский секс», о котором шуршат малолетки… — Одноразовая акция сексуального сочувствия завершилась 1:1, то есть, ничья. — Заткнись, ради Бога. Минута тишины. Нет, пусть хоть минут 5! Река лениво катит свои воды, на поверхности которых, кое-где виднеются белые короны кувшинок и пёстрые стайки уток. Ивы тихо шелестят под лёгким ветерком; шмели гудят над клевером и васильками. Цветы… Трава… Их взгляды, наконец, окинувшие и впитавшие красоту, встречаются вновь. Одинаково восхищённые красотой. Одинаково спокойные. Понимающие, но… грустные. — Знаешь, если б жить вот так, у реки, ловить рыбу, охотничать. На гитаре играть вечерами… — Рассмешил. Ты бы и дня не выдержал. Сбежал бы, общаться и «налаживать дипломатические отношения». — Откуда знаешь? — Знаю тебя давно. Наверное… — Зачем это сделала? Могла сбежать. — Ответ тебе не понравится… Я «задолжала» твоей жене. — Что?! — Когда-то, уже решилась… с ней. Испугалась… Это было жестоко. — Ты же «гетеро»,.. вроде… — Нам было по 16 и мы ещё сами не знали, кто мы. — Откуда ты умеешь так? Теперь у меня впечатление, что Меня использовали. — Тогда, меня тоже. Я впервые так «рукоблудствовала». Только для Тебя. — Да так я… тоже впервые! — Ну ты даёшь: жене этого не дал! У тебя руки — чудо. Восполни. — Восполню… Может быть. Они жрут «Юджинов» плов с «Толяновыми» черри. Не сочетаемое сочетание. — Он спрашивал меня, почему я на тебе на женился. Я честно сказал:«мы слишком похожи, чтоб жить вместе. Лэйм»… Он понял. — Ну вот, снова о Нём. — Так о ком ещё, если ты Его любишь? Представляла Его, когда… — Нет. Даже не подумала ... Хотя, ты прав, я Его люблю. Но это настолько… неправдоподобная любовь. Фантастика, не научная. — Как и Он сам? — Он-то, как раз, очень научный. Вот я… как-то не очень. — Ты, как раз, фантастическая. — Ага, и потому у нас с ним всё, так «на букву «Х», хорошо»… — Ауч, я когда сказал, что Ему завидую, Он смеялся! Говорит, «Нашёл, кому завидовать! Сын — наркоман, инсульт до сорока» У Него был инсульт?! Не верится. — Хэп, многие в Него не верят, но тех, кто в Него верит — больше. У Него был микроинсульт. Он восстановился через месяц, съездив на море. Как Он сказал, «регенерировал»… — Каштанка, Мы так разговариваем, будто, не было сейчас у нас ничего. И «5-минутки молчания» По Прошлой Дружбе… — Обана! А что у нас было? Ну, чисто анатомически?.. Думай логически. Было что-то такое, из-за чего 5-ти летнему общению — хана?! Они молча смотрят в глаза друг - другу. Наконец, он, немного удивлённый, выдыхает: «Не было». — Тогда, реально, ты попадаешь под определение друга, данное Твоим Кумиром. –??? — «Друг принимает тебя любым, и, когда ты творишь чёрте что, он не будет повторять за тобой, но поймёт…» — Так это я… творил! Я купил на привокзальной пак гандонов. Я ехал трахаться! Потому что… — Она не давала тебе. Долго. А я тебя спровоцировала… И, не стала пшикать в тебя этим — она достаёт баллончик. И лупить, вот этим. — Достаёт резиновую мини - дубинку из сумки. — Дааа… Ахренеть! Ты знала?! — Подумала, лучше так, чем ты будешь яростно искать замену своей Рыжей, и, наверняка, кого-то погубишь… Ты же красив. И талантлив. И руки у тебя… — Слушай, мне не трудно повторить. Ну, с руками, раз тебе нравится. — Чтоб я — тоже повторила? Даш-на-дашь?.. Спасибо, не надо. — Ты не поняла! Мне, наверное, хватило… на сегодня. И, мне не трудно… — Тушите свет! Счастливчик решил осчастливить безвозмездно, ну, хотя бы, меня!.. Мне, тоже хватило, Хэп. Ты сам сказал, что эта Акция Спасения — одноразовая! Когда у тебя слова расходились с делом? А теперь — серьёзно. Ты увидел, кого я люблю. Более того, ты «умудрился» Его почувствовать. И, при этом, остаться, относительно, в здравом уме. Ну, разве что, тоже в Него влюбиться. Платонически. Я — причина того, что крыша у тебя малость «покосилась». Надеюсь, что возместила тебе часть «нанесённого ущерба». Хотя, Он бы точно сказал, что это — «уровень плинтуса»... Этим «плинтусом», может быть, мы сберегли себя от паденья ещё ниже… И знай, сексуальная совместимость у нас с мужем прекрасная. Как и у Вас с Сэнди. Это чтоб ты не смел меня жалеть. Мы с тобой, Хэп, несносные жадины: нам мало того, что у нас есть, хочется: «Журавлей с неба, да побольше». И ещё, ты меня поймёшь, Мы, часто, молчим, когда нужно сказать и, наоборот. — Тогда я говорю тебе «Спасибо». — И Я — Тебе. Спасибо. — Обоюдовзаимно… — Возвращаемся в реал, Хэппи. Последняя электричка из этой глуши — через 47 минут. Я посмотрела, на всякий случай, когда была на перроне. И теперь ты едешь со мной — к ней. Твоя резинофигурная упаковка пока побудет у меня. «К Толяну» ты точно можешь вернуться, но только через мой труп… Ты ж не станешь «мочить» человека, которого… осчастливил? Это будет нелогично. Когда гадко и муторно — посмотри мне в глаза… Которые, может быть, знают тебя наизусть. Без пантов. Без парки: «можно — нельзя» Если делим радость — то разделим и грусть: Без остатка, ровно 50/50, без «разборок по факту»: Доверия Платина — самый ценный ресурс, Для того, чтоб спасать, исцеляя друг - друга. — Всё нею оплачено… Приходи: в поту, в пыли, в грязи. — Излечить всё то, что будет — было… Как угодно, слышишь, приходи. — Наших душ родство не позабылось.