Куропаткина смелость

Осенних листьев печальный танец. Шепчу: «i miss you», но мы расстались. Туман рассветный. Рассвет туманный… Чем было лето? — Игрой, обманом? Вражда иль дружба?.. Под звёздной высью, Кому-то нужно моё «i miss you»? Автобус довёз их от вокзала до набережной. Ещё три остановки пешком, и она — дома. Посмотреть на часы… — Хэппи, вчера мы были здесь в это же время! — Отпад! А кажется, что прошёл, как минимум, год! — Мне — аналогично… — Здесь прощаемся? — Счастливый явно не счастлив. Говорит односложно, взгляд унылый. Она бы соврала ему, сказала бы: «да-да, пока, чао!»… Но ей хочется, точно убедиться, что он пойдёт не «куда нибудь ещё», а домой. Нет к нему доверия. Остановившись напротив, грустно смотрит в глаза. Надоел уже, нет сил, хуже хрена с горькой редькой… Он недавно чуть не погиб, чудом остался жив. Она об этом уже забыла?! — Ну, конечно я... не Сокол с квадратными бицепсами… — «Наша песня хороша, начинай с начала»?! Хэп, давай я тебе массаж сделаю. Его изумление зашкаливает. — «Ореховые» глаза уже на лбу. — Хэппи, только массаж! С одним условием. — Ага, так и знал! Условие… — Такое: ты молчишь во время массажа. — Только и всего?! А где? Тут, на лавке что-ли? — Прикалываешься ты, но что-то юмор твой сегодня «не фонтан»… Решиться и набрать номер! У Неё 45 минут. Конечно, домой придётся ехать на такси. Если успеет. Страшно — стрёмно — глупо — рискованно... — Добрый вечер Юджин, можно мне воспользоваться мед/офисом? — Добрый. Массаж или капельница? — Массаж. От капельниц, спасибо, его спасли… — Музыканта?.. Пользуйся офисом, сколько нужно. Передай мой пламенный привет ему. Гудки… Разрешение получено и она не заморачиваться по поводу слов: — Хэп, тебе пламенный привет от Юджина. С доставкой. А теперь погнали, у нас мало времени! Убыстряющий шаг Хеппи, на ходу ворчащий про «дёрганье глаза» от «пламенности», — база. Открыть офис своим ключом, — переобуться в мягкие тапки, дать такие же тапки другу; помыть руки. Всё на автопилоте… Оттащить Хэппи к массажному столу, от иконостаса в правом углу, где старинная «Оранта»… Он серьёзно стал верующим?! Ладно. Похоже, раритетность иконы и позолоченный иконостас, его впечатлили. Ценитель… Молчит, и Слава Богу. — Снимаешь верхние шмотки сюда, на вешалку. Ложишься головой к окну, руки — как удобно. Молча... Масло «лемонграсс — апельсин — лаванда» даёт очевидный эффект. Она начинает побаиваться, что Хэп уснёт на массажном столе. С размаху, не сильно, бьёт его кистями рук. Он мило улыбается. Ладно, не жадная, — прибавим элементы эро-массажа, самые простые… Ещё шлепки. Ага, совсем проснулся: бодрячком. Делать просто массаж, чувствуя, что это единственный её массаж Хэпу: «опытные руки не обманешь». Включим Энигму… Под «Возвращение в Эдэм», Хэп «растекается» под её руками. У него красивое тело. Мышцы пловца, а не музыканта. Но почему-то впечатленье, что она ублажает великолепного в своей дикости, большого экзотического кота! Сытый хищник довольно жмурится от прикосновений, но… Маловато будет! Давай ещё-ещё! — Тело, ну что с него возьмёшь на самом деле, кроме анализов? Спасибо что есть музыка, способная это тело умиротворять. Совсем не так с Юджином. — Там чётко чувствуешь мудрую душу, будто «просвечивающуюся» сквозь физические ткани. Юджин не придаёт «ливеру» значения бо́льшего, чем интеллекту, уму, жизнестойкости, доброй воле, дружелюбию и юмору. Ну есть ещё качества, за которые Юдж уважает людей. Но это не качества тела. Красота, выносливость, быстрота… даже сила — без стыковки с качествами души, для Юджина — пустой звук. Иногда он может восхититься врождённой силой или красотой, на уровне «сотворил же Абсолют такое!» И всё. Его интересуют индивидуумы с приобретёнными умениями. Сила, выносливость, — как результат упорных тренировок, для здоровья и защиты себе подобных. Красота, искусство — как результат труда и ремесленничества, для радости и восхищения других, а также, сохранности того же здоровья, психического и физического. Сила Юмора, способная вытащить из депрессии; оптимизм, жизненная стойкость — как мастерство исцеления, радования, вдохновления... Сотрудничество для Творчества, Сотворчество для Радости… Время — время. Мысли; растирание-разминание… Как-то Он сказал: «Понимаю, что такие качества, как наглость, грубая сила, панибратство, дерзость, бесстыдство, пофигизм, – играют огромную роль в этом мире, но… Не могу заставить себя их уважать… Вот ЭТО она в Нём уважает и ценит. За это… Нет, любит она Юджа за то, что Он есть такой, Любит… — Ну, вот, полчаса пролетело. Как один миг. Лежи, пока я руки помою. Когда он слёзает с массажного стола, она уже переобута. Бросить Хэппи его шведку и майку с вешалки. Время — время… Наконец, он обул свои кроссы́. Вытолкать его, с чуть не забытым рюкзаком, из помещения. Форточка закрыта, свет выключен. Закрыть дверь. — Счастье, Ты не на шутку меня испугал утром, и вот, опять… Чего молчишь? — А уже можно говорить?.. Кайф! Мне тоже нужно такому научиться! У неё в сумке звонит телефон… — Слушай, если хочешь, Тим через минут 5 подъедет к остановке на набережной, отвезёт вас... Лады? — Лады, Юджин. Спасибо. — И тебе. Спасибо… — не успевает она спросить: «за что?» – гудки-гудки… — Счастье, ждём на остановке. Седой дядя подъедет, отвезёт нас по домам. Даром. — «Даром — за амбаром». Я оплачу. — Ой, что это у меня в кармане сумяры, в мокром пакете? А, васильки! Живы ещё! Бери, Хэп! Так, в пакете, Рыжей и подаришь. Мне с цветами нельзя домой. Ещё пирожки, в рюкзаке, – детям и ей… А ты понял, что в офисе камера и прослушка. — Не дурак. ...Тишина и темень. Они одни на этой остановке. Как раз в это время обычно она на служебном транспорте возвращается с работы… Хэп всё-таки откровенно лапает её, сидя рядом на лавке. Не грубо так, ласково — возбуждающе, лапает. Значительно похолодало и у неё было желание посидеть обнявшись… в дружеском тепле. Наивная… Да что ж такое? – Куда запропастился быстрый Тим?! — Слушай друг, понимаю твоё желанье оторваться по полной хотя бы со мной. Но нам не по 18, у нас дети, семьи! Чем они виноваты, что МЫ такие инфантильные?! — И сексапильные. — Он гладит её под блузкой по спине… — И безответственные! А за всё приходится отвечать. Закон бумеранга, слышал? У нас типа «произошла перезагрузка»... Всё что могла, я тебе дала. — Неа, ты мне не давала, я помню. — Я люблю человека, который тебя впечатлил, у которого ты собираешься учиться. Он не жалует безответственных «тюбиков»... Подействовало? Он даже чуть отстраняется… Или нет? — Можно я поцелую тебя на прощание? Так понимаю, в машине ты мне не позволишь. Ей кажется, или это… твёрдая уверенность что они больше не встретятся?.. Никогда? — Хорошо, делай всё что хочешь! — Она поднимает руки, в жесте словно сдаётся. – Время работает не на него. Он, моментально, так сжимает в объятиях, что ещё немного — и сломает рёбра! Поцелуй долгий, отчаянный… Когда он пытается распустить язык, она не выдерживает, закатывает ему щадящую, но громкую пощёчину. — Обещал, что «язык в ход не пойдёт»! Деградируешь, братан? — Я прощаюсь с тобой… А этот поцелуй поразительно похож на «шутку» Жана в её подъезде! Откуда на его губах вкус корицы?! Огонь, пожар его тела и… нежность! Её не возбуждал его голый торс, умелые руки; даже стояк напротив её паха! Нет!.. Но эта горячая и терпкая, словно…недопечённая айва с корицей, нежность! …Ей резко плохеет, когда он, отстраняясь на миг, вдруг произносит абсолютно чужим голосом: «Чёрного кобеля не отмоешь добела!» и… Вспышка Белого Света?! Нет-нет, это показалось, это просто свет фар машины Тима! В котором они, обнявшись, обалдело смотрят друг на друга… Спасибо, что это Тим, повидавший на своём веку… много всего. Спасибо, что он молчит, спокойно открывая пред ними заднюю дверь авто. — Адрес молодого человека? Хэппи, чуть заикаясь, говорит адрес, и, они уже мчат по объездной, 140 км/час… — Я свихнулся?.. Или мы оба свихнулись? Мне снова померещилась та птичья тварь! — Мне тоже! Это не сокол, Хэп, это кречет, самая красивая птица из соколиных. Повезло-повезло… Он произнёс такую уместную для тебя старинную поговорку! — Час от часу не легче! Что, теперь придётся обращаться к психиатру? — Думаю, психиатр нам не поможет. — Утешила. Я тебя теперь боюсь! — Это тебе за то, что вёл себя... неподобающим образом. Я помню совсем другого Хэппи, друг. Почему её волосы, касающиеся его лица, мокрые? И блузка сверху вся промокла… от его слёз? — Ты боишься возвращаться к ней, Счастье?.. Прости меня за то, что я тебе позволила. Это была слабость. И это была измена Ему. — Не мужу?! Или муж не считает такое изменой?.. Они стараются тихо разговаривать на фоне… «Крыльев» Нау, из динамиков. Они оба — слабые. У них нет стремления летать, нет крыльев, чтоб улететь отсюда, куда душа пожелает? Есть лишь обязанности, которыми они сами себя сковали? Цепи мыслей слов и дел? — Ты ни кому не… — Не расскажу. Я верю, что этих птиц больше не будет. Во всяком случае в твоей жизни, Счастье… Авто подъезжает к знакомому до боли дому, в котором, когда-то давным-давно, они втроём просто пили чай и пели под гитару. Всё изменились. И гитары-то нет… Ей фиолетово, что в зеркале заднего вида можно рассмотреть, как долго и нежно она его целует… Седому на это «сиренево», он помешан на своей Докторше, а остальное — «фон». Он никому не расскажет и забудет, и не придаст значения... На неё накатывает истерический смех, когда «Крылья« затихают и... из динамиков звучит: «Я тебе, конечно, верю, разве могут быть сомненья. Я и сам всё это видел это наш с тобой секрет»… — Песенка про нас! Спасибо тебе за наш секрет. — Хэппи ласково прижимает её к себе, они сталкиваются лбами. — Никому — никому!.. Наше? — Наше: нам с тобой. Пароль — отзыв, со времён их работы на сменах в студии, а именно, записи двух так и не прозвучавших в эфире песен. Вот этого действительно жаль... — Васильки отдай Рыжей. И ни полслова о нашей случайной сказке!.. Хэппи оплачивает Тиму поездку, делится с ним пирожками. Тим берёт, он не гордый и домовитый... Пока-пока-пока. ««_ — Слушай, этот щедрый неформал чём-то неуловимо похож на чудика, которого я от вас вчера вёз. «Вчерашний» тоже вначале немного заикался и заплатил больше, чем я просил. Где ты их таких находишь?! — Места́ надо знать!.. Ой, тебе не надо, прости. — А Юджин прав, ты стрёмная. — ВЫ правы. Да, это про меня. *** — Думал придётся просить прощенья у тебя, за дайвинг в твой сон, за внедрение туда Кречета. Ан нет, получилось, как я предполагал: одна из вероятных запланированных ошибок… Сова, с тобой всё нормально?.. — Он ещё спрашивает!.. Сапсан, что Ты позволил себе творить в моём Сне и с Моим Сном?! Какое право ты на такое имеешь?! — Так вот же, Сова: Соизволение Справедливости… Кречет ещё колышется в густом киселе́ сизого тумана, над ним — то вспыхивают, то гаснут, серебряные искры… — Возвращай, слышишь, немедленно его верни! — Если я верну его немедленно, он тронется рассудком. Ты этого хочешь? — Сейчас ты ВСЁ мне объяснишь, Сапсан! А я серьезно подумаю над «ПС. Отречения»… от тебя. Несмотря на то, что я так… Да не смотря ни на что! Сапсан спокоен. Он бывал и в более неоднозначных ситуациях. — Задавай свои вопросы, Сова. Но учти, Я не контролировал ни чьё сознание. Лишь считывал информацию и слушал эфир… — Ты видел мой будущий сон... без участия в нём Твоего Двойника?! — Да, сначала было так, позже — ты уснула, тебе помогал Кречет. — Чего?! Зачем Ты вообще впутал в такое Кречета? «Вживил» его в сознание Хэппи... — Отвечаю на два вопроса: Кречета впутал потому, что «Он» однажды спас «нас с тобой» на человеческом Слёте. Да и кто ещё знает на своём опыте, к чему приводят такие, вроде как безобидные костерки страстей? Никуда я его не «вживлял». Он чувствовал всё то, что чувствовал этот Музыкант, только и всего. Кстати, ты ни чем не переубедишь меня, что для него это было не полезно. Для тебя — аналогично. — Ага, очень полезно: Ты, используя Его, просто не дал двум людям делать то, что они смогли бы делать, премудро сыгнорив их свободу выбора. Это было, естественно, по Справедливости! — Именно По-Справедливости. Вот если бы Музыкант не вернулся домой, и Твоей Двойняшке, всю её оставшуюся жизнь, хотелось бы из-за этого повеситься, что, было бы справедливо?! — ДУМАЙ! — Ты хочешь сказать… — Что у нас мало времени. Кречету наш разговор противопоказан. И, ввиду того, что он скоро вернётся… Короче… Когда после своего правильного решения у реки, она чуть всё не испортила в поезде, однако же, позвала Моего Двойника… — Это называется «позвала»?! — Эмоции отбрасываем. Было названо Имя, через которое, Я мог позволить Кречету проявиться. Он – спас вас от дальнейших пагубных последствий. — От каких последствий?! — Пожалуйста! — Был на 50% возможный вариант развития событий... после которых, Макс и Марина, заглянув к вам в вагон, сразу ретировались бы подальше; при выходе на перрон, пол/упаковки презервативов было уже использовано вами и… вы не только перестали бы разговаривать друг с другом, но даже боялись бы взглянуть друг-другу в глаза… Для Меня, заметь, это было крайне невыгодно, поскольку, я лишился бы тогда одного из лучших своих учеников. Сокола, как ты, надеюсь, понимаешь… — Ты что, всё видел?! Со всеми возможным вариантами последствий»?! — О, Небо! Теперь ещё это! Типа чувства? Если бы Исполнители видели ваши «картинки и мультики», они давно бы все выжили из ума! Считка информации подобна прочтению книжного текста, без картинок и художественного оформления. Тут Просто ловишь мысль: «попытка совращения», и сразу, «возможные последствия такие то». Думаешь, Равновесие тратит Свою энергию на ерунду, типа эмоций и тактильных ощущений?! Даже не можешь представить, сколько раз Я считывал: «попытка грабежа», «шантаж», «попытка убийства»… Но, в вашем случае, получался очень серьёзный «эффект бабочки» — от любого вашего взаимодействия. Потому Кречет послушался меня и согласился на астрайтинг. — Он специально тогда не сказал код возвращения? Чтобы… — Он не всё играл, Сова. Актёр из него — так себе, но ты поверила. — Получается Жан тоже играл?! — Когда увидел кофту Хэппи на тебе, он предчувствовал ваше путешествие… Решил отвлечь. Но того, что Хэппи попытается даже совратить Юджина, он не… — Сапсан, Он возвращается! — Давно пора. Я конечно замедлил время обрантинга, но без лишней информации, Сова! Ему и так… — Гадко, не то слово! Гадкий чел, »сексуально-озобоченный» на все клетки его мерзкого тела! И этот запах корицы! Айва — ещё ладно, но эта дрянь!.. Ты понял, что мне пришлось... — Проявляться 2 раза. Знаю, что 3-й ты не выдержал бы. СПАСИБО, Друг! Ты спас её и моего будущего ученика. Причём, он тебе воздаст вскоре. Спас, всё-таки их семью... — Семью больного похотью переростка, возомнившего себя крутым мачо?! — «Вообще-то, я не» собирался. — Это чисто случайный побочный эффект… Сова не выдерживает: — Зачем Ты унижаешь Счастливого, Креч?! Совсем не каждый может сыграть «Вальс цветов» на гитаре. И, кстати, «Лунную сонату» тоже… Кречет смотрит на неё так, словно, какая-то бородавчатая жаба, вылезшая из болота, по-глупости осмелилась с Ним заговорить. — Ах, посмотрите кто проснулся! Непревзойдённая Принцесса Секса! Досмотрела свои похотливые Сны?! Или нет… — Кречет, я ведь не знала, что так будет, я не просила меня спасать! Он, резко отвернувшись, уже молча взлетает… — Постой, старик. Ты должен знать, Она сделала всё, на что была способна. Я ведь тоже тебя вытаскивал из дерьма. Ты можешь не помнить, но… — Это я помню, Сапсан. Именно потому я и пожертвовал… А ладно, я на речку, мыться! Об одном прошу, объясни этой Инфантильной Дуре, что если б не Твоё адвокатство, бегала бы она сейчас «на своих четырёх», рядом со своим пятнистым хамом!!! — Любящий! — орёт ему вслед Сапсан, — знай, для неё это было самое хитрое искушение! «Мы часто осуждаем то, на что мы не решались сами»!!! — Понял, Надёжный! Спасибо! Ответ думаю!!! Сапсан пристально смотрит на удаляющуюся точку в небе и … бирюзовое зарево, появившееся вокруг Кречета, словно омывает его в полёте… — Ну вот, мыться ему теперь не нужно. Алые листья клёнов падают им на крылья. Шелест… Ветер… — Сапсан, объясни! — Не соображаю! — Пример: Альпинист сошёл со знакомой тропы, поскользнулся и катится вниз. Но, на пути к него другой альпинист, идущий вверх. Например, ты. Ты уводишь его в сторону от «пути соскальзывания», поскольку видишь позади него, уже сходящую неотвратимую Лавину Страсти… Показываешь альпинисту, что есть другие пути, есть люди с другим мировоззрением. Но, Лавина, краем зацепившая его, желает поглотить Вас обоих.. Для него эта Лавина — привычное дело!.. Если ты сдашься на её милость — гибель Вам. И не только Вам!.. Устоишь?.. Тогда, что-то подобное вашему «Хэппи-энду»… Но ещё есть Любящие. И есть Любовь. — Почему Креч решил, что я… стала бы животным, если бы… Сапсан перебивает её: — Кречет решил правильно. Но не учёл некоторых обстоятельств… Ого, я потратил массу времени на вас! И, на себя конечно. Ты сама можешь узнать ответ. На последующие Вопросы, — тоже!.. Смотри, закат! Закат великолепен: багряно-алые полосы перемежаются с палевыми, словно кто разместил на горизонте слоёное желе или пудинг, украсив сверху… слоем медного купороса. — Сапсан, минуту! Это не вопрос, скорее утверждение… Серебристые глаза смотрят на неё с внимательным любопытством. Он точно не будет теперь просить у неё навигаторства. Исчезнет сейчас в «спринт-портале», расстанется с ней, неведомо на сколько. Без «До встречи». — Получается, ни кто не поймёт, насколько трудно, было ей не позволить Хэппи… — Ну почему же? Я очень даже понимаю. Кречет поймёт, когда забудет пережитые «эбоции»... — Он смеётся. — А Юджин уже понял, поскольку… сам чуть не согрешил с этим… «счастьем». — Что?! Не может быть! — А ты сказала «всё бывает». Тебе интересно, почему Юджин, в полном отчаянии, этого не сделал? — Скажи!.. — Знал что Альпинист, зацепившийся, в падении за тебя, упадёт на самое дно, »отцепившись» и тупо отдавшись ему... несправедливо. …Мгновенная, ярко-серебряная вспышка, рассекает вечер. «Светлая Дыра» мигом втягивает в себя Сапсана, лучащегося серебром. — До встречи, Сова!.. *** «Другое Время». — Никогда бы не подумала, что так может быть. «Никогда не говори никогда»… Её свёкор — довольно крепкий кряжистый старик, о котором все его знакомые говорили: «этот дуб ещё пошумит»… умер, по дороге на ближайший базарчик, «от оторвавшегося тромба»… Ни что не предвещало... Погожий октябрьский день выдался на редкость солнечным, тёплым. Бабье лето было в разгаре, со всеми паучками на паутинках и цветными листьями… Иакова Алфеева — день «Апостола Гармонии», забрал её свёкра… После возвращения их с детьми из поездки в Лавру. Свёкор не ездил. Впрочем, ни кто его этим не попрекал: негоже убеждённому атеисту обманывать себя и окружающих.– Ради чего? А она видела ТАМ чудеса. О которых не кричат и не пишут в газетах. Людей, встающих с инвалидных колясок и передвигающиеся самостоятельно. Людей, вешаюших на иконостасы золотые цепочки и украшения, в благодарность, за исцеление от десятилетиями их мучивших болезней… Вода из источника в церкви лечила экзему, псориаз и ещё многое. Её ребёнок, с «квадратными» глазами, с детской важностью, заявил: «Я понял, меня очень сильно избаловали.» Это стало для неё Чудом. Ещё — то, что по прошествии недели, после возврата домой, ребёнок этот выздоровел от кожной болячки, которую дерматологи не могли классифицировать, и, соответственно, лечить… Тут, педиатру пришлось лишь картинно развести руками, и повторить несколько раз: «Ну, бывают же чудеса!» Свёкор, когда они вернулись, подшутил насчёт их богомольности и отсутствия результата от поездки… поскольку ребёнок-то, выздоровел спустя 5 дней, – когда свёкора уже не стало… Она поняла, как важен и нужен был этот дед своим внукам. В материальном плане, в том числе… Поняла, что такое нужда, постепенно «накатывающая волнами». Дед не жалел для внуков ничего, баловал как мог, на свою огромную, по тем временам, пенсию. – Походы в кафе, в дендропарк, ботан./сад, в луно парки, театры, на каток… всё это кануло в Лету. …Свести бы концы с концами! Юджин не мог помочь. У него как раз обострился «любимый гастрит», который лечили на дневном стационаре. А ещё Его вернувшийся из частной клиники сынуля, «чудил». Юджу тоже не хватало денег… Палочкой-выручалочкой был Жан, вышедший в начальство. Жан забурел, купил квартиру в центре, куда они с женой переехали со съёмной. Жан стал важной птицей, но доброты своей не растерял… Только гонору у него прибавилось. И упрямства… Новоявленный супергерой Марка, посещал индивидуальные занятия Юджина, на пару́ с… Эллочкой, решившей стать реабилитологом. Рина узнала об этом от самого Марка, несколько раз подвозившего её домой с работы, когда необходимо было побыстрей. После знакомства с Юджином, «Сокол» заверил её по телефону, что его внедорожник круглосуточно в её распоряжении, даже хотел доверенность оформить. Но она как следует водить не умела. Автошколу заканчивать некогда… и не на что. Тогда он стал просто помогать. Материально — тоже… — Брось, я обойдусь, не отдавай, у тебя дети малые, а у меня — уже совсем «здоровые лбы»… Ты мне новую профессию подарила! Я же не знал, куда деваться. По ресторанам лабал... Ты мне буквально «применение» подарила. Это я тебе должен. Прямо «аналог раннего Хэппи» …по моральным качествам. Учитывая то, что Марку 42 и он, за последние свои 12 лет испытал много разного, с ней ведёт себя галантно и вежливо. Учитывая то, что он ей в отцы годится …почти. Тоже тип из Последних Героев?.. Это Сказка, Мил Человек. Ведь в сказках ВСЁ бывает! Она позабыла на время о существовании Счастливого и Сэнди… И даже о курсах Юджа… Конечно, Юджин проявляется и реализуется, но… как будто в другом измерении… Занять — заработать — отдать. Работа, домашние задания детей, готовка еды «почти из ничего», стирка; короткий сон… работа. Неоценимая помощь Жана: шутками, деньгами, продуктами. Не «на равных». Она уже не знает, сколько должна ему. Он просит не отдавать. Долг пожизненно? Вырваться из этого круга, помогают лишь «вылазки на природу, всей семьёй». Уже в середине ноября, солнечным и довольно тёплым для этого месяца днём, вся их семья в тёплых куртках, с рюкзаками, пешком добирается от города... до «охотничьего берега». Так место называет её отец. Она называет этот берег «Берегом Ничего». Память настырно подсовывает ей августовский день «нежданного Счастья»… из прошлой жизни. Она решила так думать. И она думает так, расстилая туристский спальник на собранную детьми огромную кипу сухой травы, на полу пещеры. Радуясь, что тогда к пещере не подошла. Заливая в котелке, висящем над костром, …чёрную малину: «вяленые» ягоды, полусухие, но чистые, с этих, почти голых, кустов. Осталась, с лета, хоть и такая… Компот классный, дети довольны. Алекс доволен больше чем дети, ибо «Пещера — то что надо! Дождь нам нипочём и ветер, и с новыми спальными мешками, которые нас — супертепло, комфортно! Ещё есть и эта «дверь!» — Чудо! Ага, «сказка — песня»! — немного саркастично смеются дети. Весело — и хорошо. Радость это не частый гость в их семье, а посему нужно поддерживать. Она тоже смеётся… Забыть лето? — Да иди оно в пень! Утренний туман, такой густой, что, на расстоянии вытянутой руки — ничего не видно. Дети спят, в пещере, смотрят свои наивные, пока ещё, сны… За малиновыми кустами, на спальнике Алекса, им совсем не холодно, а местами — даже очень жарко… Есть люди, которые определяют качество семейной жизни «качеством секса» супругов. По мнению таких людей, Этот брак, считался бы невероятно счастливым. Есть люди, по мнению которых, счастье брака, определяется желанием супругов состариться вместе. Она согласна со «вторыми»; не понимая «первых». С некоторого времени… Хотя до старости ещё как до… Стойте! Зачем вообще сейчас, — об этом?! Затем, что она знает, с Кем хотела бы вместе состариться? Абзац… И то, что «ковылять потихонечку» аллейками парка; даже старческие памперсы менять?.. Только Ему… И радоваться даже этому! Просто каждому мигу, прожитому… вместе. Алекс вроде и старше её, но такого — не поймёт… Ноябрьский рассвет, расстворяющийся в тумане … Телу прекрасно… Душе мерзопакостно. Потому, что «Есть одна любовь, та, что здесь и сейчас. Есть другая — Та, что Всегда». Зачем врать?! Ложь порождает ложь… И привыкаешь тупо врать себе, что… не хочется Его увидеть, услышать этот голос! — Сию минуту, сейчас же!.. Сколько можно терпеть это горькое молчание между ними?! Больше чем 2 месяца. Вроде, не срок… Где Ты, Юджин?! Один Твой взгляд — дороже всех «кувыркании́» на спальнике, этого разнузданного «сексодрома» на… «Берегу Ничего»! Что та «взаимная дрочка» с Хэппи, что эта жаркая «вакханалия в тумане» — не стоят и одного Твоего Слова! Наверное, так сходят с ума… Алекс разводит огонь «суперпримусом», он уже не с ней… С ней рядом — телефон, заблаговременно кинутый в карман куртки… вибрирующий там в беззвучном режиме! Сердце сейчас выпрыгнет!.. Кто ещё будет звонить ей в 6 утра?! Кто ещё просыпается в 5-00?! Даже в воскресенье… — Здравствуй, прости, что в такую рань. Почему-то я подумал что ты не спишь… — Правильно подумал. Не сплю. И мы далеко от города… — Река? Костер? Давно не ходил с рюкзаком… Красиво наверное? И грибы есть? — Юджин, ты что-то хотел у меня спросить. До вопросов о природе. — Это теперь не актуально. Раз вы за городом. — Что не актуально, скажи? — То, что Я хотел пригласить тебя на 19:00 на занятие, в качестве модели. — Так на 19, я смогу! Мы днём возвращаемся. — Точно сможешь? Просто, на этом занятии... ты мне очень нужна. Почему её уши слышат лишь последние 4 слова? И что, мозги решили самовольно уйти в отпуск? — Нужна, значит буду… — тихий ответ, чуть охрипшим голосом — До свидания!.. Обнимаю. — Ага — с саркастичным смехом — Тема: «Эро/массаж». Ну что ж, спасибо Алексу за, его, не собственными словами, выражаясь, «шикарный Трах-тибидох». — О́на не будет стонать, под руками Юджа, после долгого их отсутствия… на её коже… Наверное… Семья возвращается в город, той самой электричкой, на которой, в конце лета, они с Хеппи… Забыть. Ничего не было… Сытые — довольные дети и муж, «наетые» печёным мясом и, запечённой же, картошкой с вешенками… Её мысли не здесь. Дома, Она может голову самым лучшим шампунем, принимает ванну с лавандой и… — Куда это ты выряжаешься? — Алекс, с явным удивлением, взирает, на перерытый ею, гардероб. — Иду к Юджу, «Кто-то/ моделью» работать. На 19… — В воскресенье?.. А, эти, — «индивиды», блатные, на дому? Она кивает головой. Вслух врать не хочется. Он думает, что у Юджа на дому. Что, вовсе не истина. Её муж не знает, что эти «блатные» снимают, у Седого, однокомнатную квартиру для своего обучения. Недорого. И, по 2 часа — 2 раза в неделю. Наконец, надев самое лучшее: чёрно белый, до колен, свитер-платье, жемчуг; кожаные лосины и, чёрные утеплённые мокасины, в цвет лосин; Она накидывает, тоже чёрное, кожаное приталенное пальто. Услыхав, от мужа, что Юджинова жена «скиснет от зависти»… ну, это Алекс сильно льстит… закрывает дверь и ныряет в холодный ноябрьский вечер, словно в прорубь… Марк «подбирает» её на перекрёстке. До места ехать минут 20. Он успевает рассмотреть её прикид, тихо присвиснув: — Ого, ты сегодня прямо превзошла сама себя! И волосы теперь пепельно-русые? Это «каре» у тебя, насколько я знаю?.. — Марк, ты говоришь со мной, словно моя задушевная подруга! — Ты ж не знаешь, что я, с 16–ти лет, со своей сестрой сводной возился: сначала пелёнки ей менял, потом — в школу водил, от хулиганов защищал и уроки помогал делать. А ещё потом — красил ей волосы, ведь так дешевле, чем в парикмахерской. Даже стричь научился! Причём, хорошо… — Погоди, с какой сводной сестрой? — Ну даёшь, «с какой»? Одна у меня сестра — Марина. — Так она — не родная тебе?.. — Понимаешь, мой отчим был очень добрым человеком. Воспитывал меня, с моих 13-ти до 16-ти, один. А тут, встретил хорошую девушку, да только она была беременна от другого, который её бросил. Ну, отчим мой на ней женился, да ещё и в родах — сестру помогал принимать, он Мариной её и назвал. Врачи думали, мать её помрёт после родов, — еле выходили. Болела долго. Мы с отчимом, нянчили Маринку, как могли. Меня, в 17 даже дразнили «молодым папашей». И ещё, отчим погиб в автокатастрофе, а Катерина, — Маринина мать, живёт-поживает, внуков нянчит… — Что-то у меня всё перепуталось с вами. Каких внуков? Твоих «здоровых лбов», что-ли?! — Та нет, Марининых двойняшек. По 4 года им. С мужем Маринка развелась. Ей пришлось, из домохозяек — в шансонетки идти. Вообще, она очень смелая. Ради детей своих — на всё пойдёт. Из-за них в ресторане и работает. На мои средства — содержать не хочет. Гордая Куропатка… — Что? Кто куропатка?! …»по тормозам!!!» — Ты чё орёшь?! Я чуть «Вольве» зад не смял от твоего тика! Куропаток, что-ли, боишься?.. В школе сестру Куропаткой дразнили, причём, эту кликуху я «вытравить» не смог, никак!.. Так что, ожидание встречи с Юджем, как-то «смазывается» откровениями о «куропатках» и пониманием: она забыла, что есть на свете сироты, без отца-матери, добрые мужики, способные жениться на беременных не от них женщинах, матери-одиночки, работающие на пропитание своих детей… Она обо всём, напрочь забыла, кроме того, что сейчас Его увидит…

***

Вообще «не то…» Та же внешность, проницательный взгляд, строгое спокойствие во всём облике, но… Юджин изменился. Снова. Не внешне. — В движениях, в интонации голоса, в мимике. Он стал «ещё взрослее». Сейчас у неё чёткое впечатление, что старше Он не на 16 лет, а на все 32. — Ну, что стали на пороге?! Пожалте в горницу! — Он плавно встаёт из-за стола, плавно, хоть и быстро, подходит. И… обнимает их, обоих, «в охапку»! Тёплые, добрые, чуть ли не, отцовские, объятия… Если бы не то ощущение, которое все, без исключений, чувствуют от Его массажей: «энергия: «не мужская и не женская», просто энергия»… — Это осталось. Ушла порывистость движений, …желание быть моложе! Вот что она ощутила. И, даже ужаснулась… — У нашей Элеоноры муж приболел, посему, придется нам «соображать на троих»… Но это — по кофию, по чаю, — после занятия. А сейчас, Марку придётся конспектировать… Ты, пока что, отдыхай… Ей известна эта тема. Со времён диких «писков и визгов» первых Юджевых курсантов, до внимательного скепсиса интернов, учащихся после мед института, и «примеряющихся» стать модными сексопатологами… Он проговаривает этот материал, так же, как любую другую лекцию. Без каких-либо особенностей. Не сухо, но, предельно бесстрастно Он врач, его друзья — врачи. В том числе, гинекологи и сексопатологи. «Сокол» тоже спокоен, не смущён некоторыми… медицинскими фактами. Вот действительно, Ученик достойный Учителя. Имба. Почему-то, мысли цепляются… за непривычные интонации его голоса …Боже, Юдж проявляет эмоции «в аудитории», какого?! Но это очень продуманные, воспитанные, что ли, эмоции. Например, когда Он говорит: «можно возбудить любимого человека, даже просто касаясь его шеи и плеч, своими волосами… ну, вот, это уже не массаж, какого оно ко мне в тему проникло? Но, пусть будет, это тоже метод… В семейной жизни иногда помогает. Хех…» Мысли, которых слишком много. Ошеломление. И, ещё: «А смогла бы ты, как смелая Марина, прокормить детей, работая на подтанцовках в ресторане, когда расстанешься с Алексом?!» — стоп, откуда мысль взялась?! Она не собирается… Или, всё-таки… Дети в младших классах. Пока что. И... так надоело лгать!.. — Рина, теперь твой небольшой стриптиз. Я вижу, Ты уснула?.. Он говорит это, немного издеваясь. …Она узнаёт, Его, 8-ми летней давности, манеру общения с Нею… что не так? Отчего и… зачем?! Ответ «приходит», даже быстрее, чем она приходит в себя! «А зачем ты оделась как шлюха, эту кожу натянула, французское бельё? Да ещё и «Клима'» щедро надушилась? У Ннего — жена и трое детей! Ты раньше была… скромнее!» Ого, телепатия «вернулась» так что мало не покажется?! И, при этом: — Побыстрей, родная у нас не так много времени! — Сейчас, Учитель. Она, рывком, сбрасывает свитер, «сдирает» с ног лосины… падает на массажный стол, в абсолютно убитых чувствах. Лицом вперёд. Он, молча, легонько проходится пальцами, по её ногам, от её щиколоток — до бёдер, потом — круговыми — гладит спину. — Как ты понял, я показываю элементы массажа. В целом — тренируйся дома, на жене, если есть желание… Раньше, я просто «вычитывал» эту лекцию и… отправлял всех домой, к их любимым. Но, очень просили, хоть что-нибудь, показать. И, Мы стали показывать… «Хоть что-нибудь»… — Переворачивайся. Чёрно-белое атласное бельё, с чёрным ажурным кружевом, сдвигается, уверенным движением… Он не снимает с неё «бюстик», просто проводит руками вокруг её груди, чуть разминая… При других обстоятельствах, она бы, довольно и благостно «мурлыкала» …сейчас — нет. Мурлыкать неохота, от слова «вообще». Охота послать сейчас Его, на все известные и неизвестные «весёлые буквы»! При удивлённом, малость смущённом, Марке… который, тоже чувствует, но не понимает, это настроение меж Ними. Дрянное… вовсе не «эрос» и, даже не «порно»!.. Жесть. Сконцентрировав остатки мысли, Она «бросает в эфир дикий крик», — фразу из очень старой песни, произнесённую, когда-то, Жаном, — в ответ на Её пошлый вопрос: «Ты сейчас не меня обижаешь, ты сейчас обижаешь Любовь» Не забыть, сказать «спасибо» Жану: Юджин конкретно офигевает от такого «мысленного посыла»! Руки — чуть влажные, чего на массаже с Ним ни разу ещё не было! Осторожные поглаживания живота, сменяются довольно сильными шлёпками, в области «галифе»… — Ладно, прости, что Я обиделся на Тебя… и, из-за того… музыканта. Переворачивайся. Вибрация: «вибр» сильных пальцев — вдоль бёдер, икр, поясницы… — Из-за Того, который мне гитару подарил?.. — своевременный вопрос Марка. Юджин тупит?! «Супор — ступор»… — Прости и Ты, Учитель; зря я тогда, не попросила прощения. — Ну вот Вам, вопиющий пример: с помощью эротического массажа можно примирить двух страшных врагов… — Врагов?! Как-то не верится, если учесть степень доверия между… Она, сходу, перебивает Марка — Раз Юдж сказал Тебе, Я тоже говорю: мы были злейшими врагами, непримиримыми ни чем. — Ну, раз Вы, Вместе, так дружно это утверждаете… …Вот, теперь, Она почти мурлычет, от Его прикосновений, но, Марку кто-то звонит… — Марк, Я так понимаю, под дверью — Твоя супруга, в качестве полиции нравов. Пойди, впусти Её в наш «Дом Терпимости». « — Я не хотела бы, в таком виде… — Тогда, одевайся. Но, лучше так, чем то, в чём ты пришла. В тех вещах ты ещё больше похожа на… Жемчуг, очень кстати»… ««_ — Здравствуйте, Яна. Мне Марк, о Вас, немного рассказывал; тоже хотите на курсы?.. О, это — наша фотомодель, и, жертва науки: 2 в одном, моя родственница, Рина. — Ооочень приятно. Жгучая брюнетка с копной пышных вьющихся волос, кареглазая, очень стильно одетая, — в худи, похоже, импорт… тихо кивает, возлежащей на кушетке, словно гетера, Рине… опустив глаза. — Марк, Вы можете, не теряя времени, закреплять тему в действии, только, у себя дома, поскольку, наше время истекает, господа… И, хитро прищурившись, — уже усевшейся, в кресле, Яне: — Вы поздновато пришли. Всё пропустили. Но, я верю, Ваш муж Вам объяснит эту тему. А сейчам, массаж спины — Рине: 20 минут. Вашей жене, если Она не против, я разомну её «болящие» плечи, через джемпер, конечно: — Не возражаете, Яна? — Ннет… не возражаю. — У нас 20 минут, Марк. Марк же, наотмашь, «стегающий» её спину, наподобие, как веником в бане; улучив минуту, когда его Яна блаженно закрывает глаза… наклоняется к Рининому уху, и, под «хлестание», шепчет: «По-моему, вы́ — друг-друга, любите»… — Не по-твоему Марк. К сожалению, не по-твоему… Ты, кое в чём, до сих пор наивен. Хоть и «Сокол»… Твоя смелая «Куропатка», могла бы объяснить Тебе, на что бывает похожа женская смелость. Но лучше тебе этого не знать, так легче жить…