INFINITY "

***

Промедлению смерть подобна. Промедленье подобно крику Заблудившегося в тумане у Великой Реки Времён… Не в раю, не в аду, не в нирване… Оборвав путеводную нитку, По Душевному Памяти Слитку Он способен узнать, Кто Он?

***

Не/адекват

— Что случилось, Жан? — Звездец у меня случился! Помогал соседям пианино до грузовика дотащить… Еле на этаж дополз. Спину между лопатками так свело, словно кол осиновый вбит! Помоги! У тебя же есть Живокост, Диклофеначка какая-нибудь?! Оплачу такси, только быстрее! И массаж оплачу. Помоги! В ужасе от того, что Жан узна́ет, куда «подавать такси», сказано: — Жан я не дома. Меня знакомые подвезут. — Я Тебя Жду. …Юджин, улыбаясь на «все 32», даёт ей одежду: — Одевайся уже! Иначе он может тебя не дождаться… Даже не представляешь, какая ты красивая сейчас! Я точно залип. …И это всё?! Он, реально, жесток… — Кто тебе сказал, что он меня дождётся?.. Красивая это от счастья. Я ждала Тебя столько лет! Ты мне говоришь, что скоро свалишь… с этой планетки. Она не собиралась рыдать, но слёзы сами капают на обнимающие её родные, ласковые руки. — Дай хоть попрощаться по-человечески! Ещё хоть полчаса! — Иди сюда. — Он, поддерживая её, словно больную… усаживает в то самое кресло… И садится в кресло напротив. Смотрит серо-серебрянным взором, словно в самую душу. — «Так вот теперь сиди и слушай». Ты поступила правильно… Я тоже правильно поступлю и сделаю всё что смогу, если вовремя уйду. То, что было между нами, останется словно воздух… Кислород в воздухе. Пусть эта близость будет нашим подароком друг другу и нашим сном. Нашим общим сном на двоих… У нас с тобой могла быть только Сумасшедшая Любовь, побеждающая всё и вся. Познав тебя, разве я смог бы от тебя «отлипнуть»? Даже если бы ты ушла, я вернул бы тебя любой ценой… Я пожертвовал бы всем, лишь бы мы́ продолжались! Мы́ смели́ бы все преграды на нашем пути. Мы пошли бы по трупам, поскольку никто из находящихся рядом не выжил бы… Зависть ли, месть, злорадство ли… да что угодно, было бы причиной их гибели или полной деградации… не важно! Сила, которой стали бы мы́, сметала бы всё и вся на своём пути, словно огненное цунами. Обычные люди просто не в силах выдержать необычную любовь. Ту, что не является обычной в их понимании…

Это их беда а не вина, запомни. Они не понимают

БесстрашнойЛюбви. Слишком сильной для них…

«Неадекватной»

— А Жан? Сама не знаю почему… — Правильный вопрос: он понимает, так сказать, за счёт своего Кредо… О котором, в своё время, ты узнаешь. Есть ещё несколько… «высокого полёта». Им будет трудно. Всё, наше время истекло. Пойдём. — Стоп! Ты уверен в том, что сказал сейчас? Мне не хотелось бы… — Уверен в этом, точно так-же как в том, что ты занималась любовью с импотентом и довела его до оргазма. Два месяца я никого и ничего такого напрочь не хотел. Те лекарства что я принимал, убивают либидо и удовольствие как эмоцию. Вероятно, в роду у тебя были гетеры. С тобой я себя чувствовал восемнадцатилетним!.. Наверное «омолаживать» — твоё качество. Любой мужчина это чувствует. И должен ценить. Он приподнимает её со стула и заключает в объятья, которые ни за какие сокровища невозможно разорвать!.. Возможно: «всё когда- нибудь кончается». — Время… невосполнимый ресурс. Твоё такси ждёт, — он говорит это с горьким сожалением, но… словно точно уверен, что ещё встретится с ней. В обнимку, они выходят в тёмный двор… Ни кто не узнает о них. Еле слышное ощущение онемения по всему телу: словно сильный анестетик под кожей. Или наркотик? Странное состояние. Анабиоз?.. — Слушай, я положил деньги в карман твоей куртки, не отнекивайся, тебе пригодятся. Мне — нет… Осторожней с «братцем». Если будет трудно — зови! Передай ему привет… До скорой встречи. Надеюсь. Люблю, — тихо шепчет Он. До-о́-олгий поцелуй… Верю. — отвечает она и… улыбается. Чтоб не разрыдаться. Они отрываются друг от друга. Теперь – всерьёз, по-настоящему. Всё происходит словно во сне… который кажется реальностью… Из которого ни как не проснуться?

***

То же авто что её сюда доставило… Парень-шофёр не берёт с неё плату: — Вы мне в прошлый раз переплатили! — В этот раз ехать втрое дальше… — Адрес, пожалуйста. Домчу́ как птица! Только не плачте. Ей даже не верится, что она просто… от Него ушла. Только что. В каком-то трансе… Слёзы текут сами. В салоне — песня «Инопланетянин», водопадом отчаянья: это о Нём… Идиотизм заниматься любовью с человеком, который наверняка знает, что через день — другой, умрёт!.. Сумасшествие не остаться с тем, кого любишь… после любви, ещё и зная, что он умрёт очень вскоре! Душа разодрана на две половины... А тело? Это всё мысли… и слёзы… Почему не больно?!.. Потому что Он «обезболил». — Хотите я включу «Другую волну»?.. — Нет, эта волна меня устраивает… — Послушайте, всё хорошо у вас с ним будет. Он словно не мог от вас оторваться: стоял и смотрел вслед. В спортивном костюме! В такой холод!.. Любит он вас, точно. Я в зеркало заднее увидел и офигел прям!.. Вы очень красивая. «Не сможет оторваться»? Не про них. Оторвался… И она тоже. Пришлось… А теперь западло Жан!.. И Алексу придётся позвонить от Жана. Таксисту она отдаёт чищенные орехи в пакете, который везла Юджу, но забыла достать из сумки. Это оплата за проезд… Напоследок водитель погладил её по волосам, словно девчонку. Жан действительно еле ползает. Она ждала минут пять пока её впустят в квартиру… Он, по-черепашечьи, ковыляет к дивану. — А где Ирма? Я должна ей показать… — Не получится, она к сестре поехала. Только завтра вернётся… Действительно капец! –Делать всё возможное своими руками с мышцами его спины. Всё, что в её силах. Сил хватает на Жана… Наконец, его мышцы начинают её слушаться и приходить в норму. — Живокост с Меновазином тебе в помощь! Мне пора домой. Десятый час!.. Тебе полегчало? — Ты волшебница. И ещё, ты сегодня та́к классно выглядишь! И это не из-за шмоток или косметики. Тут её спасает Алекс, наконец позвонивший. Она говорит что пришлось ехать к Жану, делать массаж. Что Жан заказал такси. — Добро… Ждём… Однако глаза братца, медленно привставшего с дивана, нифига не добрые!.. Цепкий сканирующий взгляд. Ухмылка на красивых губах: — Я помню такой прикол: чтоб муж тебе позвонил, это нужно отсутствовать долго. Ты сказала «знакомые подвезут»… Но от тебя до сих пор пахнет сексом. Духи этот запах не заглушили. Меновазин тоже! Где ты была?! Потихоньку отступая к входной двери с курткой и сумкой, она чувствует себя так, словно идёт по минному полю. Пиротехник хренов!.. Известно, что у её «братца» скорость реакции быстрее чем у неё, даже сейчас. — Остановилась! Ответила мне! Что ж, она устала, ей не осталось ничего другого, чем применить сходную тактику. — Родной, засунь своё «повелительное наклонение» себе сам знаешь куда. Я уставшая и расстроенная, приехала тебя спасать! И спасла! Перестань строить из себя полицию нравов и завари кофе… Нам. Он «затухает», идёт потихоньку к кухне… Есть ещё время, чтоб сбежать! Почему она этого не делает?! Типа, нехорошо так? Или её не пускает его кошка, что так усердно трётся об её ноги?.. — Тебе с корицей, или с кардамоном? Как он заботлив, как мил! Гад… Он сейчас узнает всё, что захочет. — Будь добра, захвати поднос с кофейником в комнату. Мне не так херово будет сидеть… в кресле. Боже, только не это! Вспоминая про Жанову ирреальную интуицию, жалеть что не слиняла вовремя?! Значит, нужно найти в ту самую смс'ку с адресом Юджа, который он отправлял с её телефона диспетчеру службы такси… так недавно. Спасибо что смс есть: меньше ненужного базара. ... Жан отбито сморит в её телефон, словно пытаясь доказать себе… неправильность аксиомы? — С Юджином? Не может быть!.. — Тебе кто-то сказал, что не может? Или ты сам придумал?.. — Да Он же и сказал! Что принимал миним. клофелина и какую-то хрень, тромбо/разжижающую. В результате: состояние полного нестояния месяца два. Он говорил. И мне советовал такие вещи не смешивать в организме. Лекарь! Что он пиздел мне? И на кой? — Фу, как не эпистолярно!.. Он не врал. Он и мне это сказал. Да я и сама поняла. До пояснений… Зачем рассказывать Жану?! Она так устала, что язык за зубами не держится?!.. А его взгляд темнеет: — Ага, неэпистолярно. Скажешь, ты каким-то образом, ухитрилась соблазнить Нашего Праведника? — Ничего не скажу, кроме того что ты вкрай охренел! Допрашиваешь? Вот и спасай тебя на свою… Господи, что она мелет?! Мысль, быстрой кометой: «а может что-то подмешано в кофе?! Вроде он не способен на тако́е… Но всё бывает?» Нет, это не в кофе, это что-то с Жаном… Он так смотрит, словно собирается съесть её вприкуску к кофе… Голос чарующе-ласковый, вкрадчиво-тихий, буквально сводит с ума!.. И глаза, из голубых превратившиеся в ярко-васильковые, словно огни семафоров! Что за?!.. Он наклоняется к ней через тумбочку, на которой стоит грёбаный поднос… Он гладит её волосы. Сочувственно: — Ты, очевидно, очень устала. Отдыхай! Жарко в свитере этом. Сними его уже и расслабься. Он не обидел тебя?.. — Жан, я люблю Его. Да, мы сейчас занимались любовью… Ей что незаметно вкололи сыворотку правды? Словно под гипнозом, она снимает свитер. И майку… — Тебе не повезло.– Он не любит тебя. Просто решил проверить, сможешь ли ты… Сама понимаешь всё. Нет, это не правда! Она знает, что это неправда! Но под его взглядом… это не важно… Если бы он перестал так смотреть! Господи! — Видишь, ты хочешь повторить со Мною то́, что делала с Ним… Это не сложно. Подойди!.. Словно в трансе, она подходит к его креслу, снимает джинсы вместе с трусиками… Он, вынув из тумбочки откупоренную бутылку вина, наливает немного себе на ладонь и… размазывает по… её лобку: — Вот так. Этот ханжа даже не подозревает что так можно, неопытный мудак! Я помогу тебе. За такое ты сама захочешь меня отблагодарить, милая… Он чуть отпивает из горла́, облизывает свои алые губы… …Со шкафа, стоящего неподалёку, на колени к нему, внезапно прыгает кошка! И впивается в его колени когтями! Чтоб удержать равновесие? — Бля.., Но́ра брысь!!! Понимание, что она стоит напротив кресла охеревшего «братца», голая; что он, только что, этим вином… – как ушат холодной воды на голову! Её бьёт дрожь, накатывает тошнота!.. Хочется выпрыгнуть из окна! Вместо этого, впрыгнув со страху в свои джинсы, она зачем-то кричит: — Юджин передал тебе привет! — быстро натягивая свитер… — Ну, и где этот приветик его? — Жан снова впивается в неё «блядскими очами». Это колдовство!.. Магия… — Вот подарок, я вспомнила! — Сквозь гипноз, она быстро проговаговаривает псалом Животворящему Кресту, прямо в лицо сумасшедшего «колдуна»… Теперь его «семафорный взор» ей не страшен. Даже смешон. Жан понимает, что проиграл, стервенеет но не сдаётся! Словно это не он сейчас… Глупое чувство жалости к беснующемуся побеждённому накатывает на неё. — Жан, после такого я перестала называть тебя другом. Перестала, но ты знаешь… Юджин скоро «свалит» отсюда. Скоро умрёт! Он сам сказал… и о том, что у тебя есть Кредо. — А знаешь, как гадко с таким Кредо понимать, что ва́м, например, можно? Хотя бы, типа напоследок… Чем я́ хуже Юджина?! Я тебе докажу! Не хочешь сама потрудиться, так я поработаю над тобой… в креслице! Юджину и не снилось, что мы сможем. — быстро произносит он, ловко хватая её за волосы и пригибая к полу… — Я люблю тебя и хочу тебя уже вечность! Я заслужил! Где-то мы это уже слышали… — Юджин! Помоги… — шепчет она сквозь его смех. — Сни́лось, Жан! Тишина зимнего двора оглашается противным воем сирены! Визгливый скрип тормозов! Громкие голоса, шум на лестнице, топот ног!.. Жан отпускает её волосы.

***

— Откройте, это скорая, кардиореанимация! У кого пред/инфарктное?! Человеку до сорока?.. По-видимому врач, чётко произносит «фио» Жана… Сам Жан, словно его только что расколдовали, глядя на неё, повторяет слово «прости» множество раз… Она идёт открывать.

***

Врач — усталая женщина средних лет, недоверчиво взирает на них, оформляя бланк ложного вызова. Рядом мнётся то ли интерн, то ли санитар недюжинного телосложения, видимо, настроенный на серьёзную работу, а не на «вот это вот»… Его чёрные глаза как-то придирчиво рассматривают её… Сильные руки в узлах мышц. Осанка, «косая сажень в плечах»… — Привет, Влад! — произносит она, подходя к каратисту. — Привет. Я думал, обознался, но ты подтвердила… Шикарно выглядишь. Тот самый физкультурник Влад, которого она «лупила спортивкой» на последних курсах Юджина. Она смущается, не отвечая за адекватность своего внешнего вида. Врачу отдан штраф из «Юджиновых» денег… Она говорит «пока́» убитому нафиг Жану, выходя за дверь вслед за Владом… — Светлана Станиславовна, подождите меня в машине, я спецовку забыл у них! — вдруг произносит интерн. — Хорошо, только побыстрей, смена закончилась! Нужно на пересменку… — Не захлопывай! — Влад успевает поставить руку в дверной проём, мешая Рине захлопнуть «самозакрывающуюся» дверь. — Зайдём! — он подталкивает её в квартиру, в комнату… в центре которой, всё так же, в кресле, сидит «убитый» братец, уставившись в тёмное окно невидящим взором. — Обними его, иначе он сойдёт с ума. Скажи «я тебя простила». Если хочешь, чтоб он жил дальше. Что заставляет её повиноваться его …приказам?! — «Железная логика»? Она делает всё указанное, пока Влад надевает поднятую с пола спецовку кардиореанимации. Жан приходит в себя. Пытается встать. Влад, тихо проходя мимо него, вдруг проводит рукою по светлым кудрям: «Очевидно ты очень устал… Отдыхай… Свитер можешь не снимать, замёрзнешь ещё во сне, отвечай потом за тебя… Спи, Весь Спектр Любви. Всё это тебе снится. Ты помог соседям, приполз домой, вырубился в кресле и выздоровел от этого наваждения… Мы Тебе Приснились»… Он берёт обалдевшую Рину за руку, выходит с ней в подъезд, закрыв дверь… Приобнимает за плечи и… они оказываются у дверей подъезда! — Кто ты, Влад?! Ты испугал… — Тише. Идём к машине. Я ученик Юджина. Для тебя этого достаточно. — Но ты применил к нему гипноз… Ты… телепортировал нас? — Он применил гипноз к тебе, — я применил гипноз к нему: в расчёте. Тем более, я не пытался насиловать этого красавца под гипнозом. — Влад смеётся и греет её озябшие руки…

— Светлана Станиславовна, можно я сегодня на пересмену не являюсь? Поеду домой, я здесь живу неподалёку. — Молодой человек, вы крайне не дисциплинированны, заносчивы… — Но я супер-диагност и я… суперобучаемый. — Ладно, распишусь за вас в журнале. Счастливо отдохнуть. — Вам, аналогично, счастливо! ...... — Тут на стоянке рядом припаркован мой Ягуар. Я довезу тебя домой. — Я поняла, что ты Его ученик… Ты меня спас. Но та́к забо́титься обо мне… Заплачу за проезд. Это далеко, по объездной… — Можешь не говорить адрес. Можешь, ничего не говорить и… думай потише. Это просьба. Доверься. Он всё знает. — Понятно. Телепат. Ещё и «скрытый». Они подходят к чёрному «Ягуару». Он открывает дверь: — Просто у меня столько разной информации в башке, что любой свихнётся, если «услышит». Да не бойся ты!.. Ладно. Я гей. Вот моя вторая половинка: он достаёт из нагрудного кармана фото смазливого шатенистого парня в белом халате; суёт оторопевшей Рине под нос. — Ну что ж, я «раскрылся». Едем. Уже поздно. В его авто умиротворяюще пахнет хвоей и апельсином от флакончика с арома/маслом у «лобового». Мрачно и торжественно звучит Фа́лько из динамиков… — Это мой Крыс поцепил. Подарок. — Влад глядит на флакончик. — Он не обижается на такой «ник»?! — А что обижаться? Крис-Крыс. Я для него по-жизни — заслуженное возмездие за ошибки юности… Так получилось. — Ага, именно поэтому ты, типа «альфа»… — Можно сказать, у нас волшебный омегаверс. Раз уж такой разговор, то позволь тебя поздравить с успешным «эросом»… наружным и внутренним. — Фу, какой ты пошлый!.. Только с Ним у меня так. Тебе ли не знать?! — Я точно знал, ещё тогда, когда согласился лечь под твои кулаки на спортивке, что ты и́ тело мечтаешь Ему отдать… Я медик. Тебе ли не знать, что медики часто пошлят… А с этим. Его нестандартным признаньем, и без телепатии было понятно... — Влад, ты знаешь что… Он собирается умереть вскоре? Точнее, знает дату своей смерти. — Да ты что?! Ни разу не «считывал»… Рина, Он тоже «закрытый». То что ты у Него «считывала», это Он тебе позволял… — Вот как?.. Влад, я устала от Фалько. Тогда он включает «Ретро что-то там» и, под шум моря Линдиного «Никогда», она засыпает. *** — Я заманался тебя будить! Почему, всегда я́?! Проснись уже, ради всех Небес!!! — О, Креч?!.. Мне приснилось такое, что я боюсь теперь с Тобой общаться. Вообще… Разве что, Сапс говорил: «Здесь» может быть диаметрально противоположно «Там». — Вот именно!!! Шарахаться от меня не нужно. Если только ты не горишь желанием вскоре обратиться в Рысь. — Всё пошло́ не так, Креч?! А ведь Они поручились за меня! И что теперь?! Инверсия?.. — Летим быстрее! Пока ещё есть надежда!.. О нет, жгучие саламандры омута, мы опаздываем! Иди ко мне! Перестань дрожать дура, я тебя не съем! Крылья!.. Ну, обними, Сова!.. Ей приходиться обнять Кречета: всё же это Его портал, у неё портала нет… Тёплая жемчужная пелена нежности, «закольцованная радуга», они — в бежево-белом «центре»… На неё изливается такой свет сочувствия, доброты, чистой радости!..

***

— Мы на месте, Сова. Отлипни от меня уже! На нас смотрят. Сова?.. Уютный каменный «навес» над скалистой «площадкой» у реки. Сухая трава под ногами. Утёс, укрывающий от ветра. Здесь не холодно. Сухо и… тихо. Она «отлипла» от братца и… взгляд её «прилип» к «пепельному» Сапсану, возле которого приземляется тёмно-лиловая Неясыть. Также рядом нахохлившийся Ворон, Престарая Выпь, Сокол… Всё — это все́?! Похоже, они решили «не раздувать дело». ИВПов нет… — Где Телохранитель? — спрашивает Ворон у Сапсана, словно Сапс — не провинившийся а по крайняку, например, ИПП. Ясно. Провинившийся здесь она!.. Преступница, совратившая двойника Звёздного Надёжного. Истинная блудница и распутница… Не достойна быть Птицей, хотя оперенье у неё почти белое, она видит днём… Это Его подарки. Которых она недостойна. Которые хочется отдать! — Мы не будем ждать Грифа. — изрекает наконец Ворон, видимо уже под завязку «наевшись» радужными мыслями» Совы. — Как известно, «семеро одного не ждут», посему начнём… Кто будет её адвокатом?! Искушённая? Справедливый? — Он вперяется глазами в Неясыть, в Сокола. — У неё есть здесь Адвокат. Он же — её испытатель. — Неясыть глядит на Креча. — Любящий, тебе ли не знать? — Что именно?! То, какие Вы Все дебильные долбодятлы?! На кой эта космоопера, когда мой двойник более чем наглядно всё доказал?! Какого чащеброда я достал из-под Спу́да «Заклятье Ласковой Покорности», мара́л Имя Светлого, пятнал своё Кредо?! — Кречет явно не в себе. Видно, как сильно он расстроен и огорчён. — Не кипятись, Любящий. Мы прочли твой сон, приняли к сведению зачёт в жертву. Но то, что её двойник не смог отпустить двойника Сапсана, без… — Без чего? Ну-ну, договаривай «Тим», чего стесняться? Вы же не стеснялись прочесть Её сон во всех подробностях.– с горечью произносит Сапсан.– Но Вы опоздали, ребятки! Время — невосполнимый ресурс. Буквально сей час моё птичье тело переходит в иное состояние. Я — полноценный Звёздный; я смоделировал «быстрый Возврат по Временно́й»: близость наших двойников стала сном во сне, то есть Пустым Сном! Всё, что Вы прочли́, нам не снилось! Это снилось нашим двойникам! Вы не в силах доказать обратное и ничего не сможете с этим поделать: ни-фи-га!.. Уже ни кто и ничего с этим сделать не сможет! Он подлетает к Сове, нежно обнимает её серебром крыльев. Он вновь серебряный! Она — светло-золотая… Рядом садится радостный перламутровый Кречет, растапливая в рыхлом снегу проталины с цветущими ирисами и подснежниками. — Любящий, прекрати! Неправомерно… — Кха, Ваша Премудрость?! Любящий — то; Любящий — сё! А если это не я натворил?! Это они! Вы реально грибов наелись или, как говорит мой двойник, «изрядно уху ели»?! Любовь это, повторяю Вам: земная, душевная и телесная… Только сильная очень. Дронт их поймёт, если они так её маскировали! Чем сильнее Чувство, тем больше поводов и умения Чувство это скрыть! При Сапсановой силе воли, эт ништяк… И театр абсурда, впоследствии! Прости, Сапсан! Прости, Сова! Видимо, я недостоин своего Титула и Регалий… И ещё я чуть не ухайдокал своего двойника! — Ты никогда не свидетельствовал что между ними Любовь, Кречет.– мягко и тихо произносит Неясыть. Кречета передёргивает от её слов. — Я никогда не свидетельствовал, что меж ними нелюбовь, Искушённая… Тебе ли не знать?! — Хватит паясничать!.. Нам нужен Телохранитель. Сапсан, у тебя есть Личный Доступ, он ведь твой ученик. — Произносит Ворон. — У Меня есть Доступ, но навряд-ли Реаниматор откликнется. Видимо Гриф снова кого-то спасает и ему не до нас… — говорит Сапсан, крепко обнимая Сову. — Надёжный, я понял что Ты не боишься лишения статуса Звёздного; что Ты не боишься инве́рсии и готов бегать «на своих четверых» с не́й рядом, но умоляю, подумай хорошенько! Столько энергии — в омут! Надёжный, неужто Ты изме́нишь… — Изменю. Скорей инверсируй меня! Мне бегать с ней рядом – найвысшее счастье! Не только бегать. Завидуешь, Премудрый? Куропатка твоя не сумела… — Заткнись. Я понял… Мне одного не понять, как же твои ученики? Без тебя им будет невмоготу. Любящий тогда останется единственным из несостоявшегося Трио… покуда не подрастут новые. Ты же знаешь, у нас сейчас каждый на счету. …Надёжный. Сапсан замирает. Отстраняется от Совы. Это больно. Это больнее чем больно: он жутко жалеет сейчас, что не может «раздвоиться»! Разорваться на две полноценных половины и жить двумя разными жизнями! Почему это невозможно??? — Сапсан, я знаю, каково тебе сейчас. — неожиданно тихо произносит Неясыть. — Говорил, что тако́й любви, как была у меня, не пожелаешь никому… Так какого птеродактиля ты пожелал её себе? Сочувствую… — Не жалей меня, Искушённая. — Видишь, я сам ни о чём не жалею. Я захотел узнать, каково быть с той, что меня любит. Мне повезло. Я узнал. Многие до конца своей жизни довольствуются «копиями картин». Мне посчастливилось увидеть и познать подлинник. Оказалось, что я жутко ошибался! Прости меня любимая, если можно такое простить! — Он «врастает крыльями» в Сову. — С тобой я ничего не боюсь. — Не нужно инверсировать, Сапсан! Моё самое страстное желание — чтоб Ты стал Звёздным… Полноценным Звёздным! Ты это заслужил! — Сова поворачивает голову на 180*.– Он заслужил, монстры непокобелимые, Вы это знаете! Это на вашей совести!Это я его соблазнила, околдовала, увела с верного пути! Так и обвиняйте меня! Он ни при чём! Ярчайший Луч закатного солнца становиться серебряным… — Луч Адвокатов! — сказочно одновременно выдыхают все присутствующие. — Ну тогда и ты́ достойна большего, чем стать рысью! — Сапсан, быстро нагнувшись и сорвав сухую ветку папоротника, говорит: «Телохранитель Ты Нам Нужен»… папоротник расцветает ярко-оранжевым цветком портала… из которого выпадают помятый Гриф с полу-оторванным крылом и… спящий молодой Коршун, тоже помятый, но без видимых повреждений. Сходу, без всяких пояснений, Гриф орёт Сове: — Вера в Любовь, твой черёд меня спасать: объяснишь Крису, что наши двойники не трахались! И не лизались! И вообще… Сапсан, друг, досмотри́ мой сон!!! — Смотрю — отвечает Сапсан, проводя крылом по раненному крылу Грифа… кровь останавливается, ткани срастаются, регенерируют… Сапсан выпадает в Измеренье Сна, входит в транс… Сова смотрит на просыпающегося Коршуна, узнаёт мысленно... — Реаниматор, что мне делать?! — «Покажи» Кри, с момента когда мы с тобой уходим от скорой и до «сейчас». Выдра Станиславна засняла наши с тобой спины на видео и отправила видео ему! Сразу же! Я, с чего-то, решил что она повременит… А он увидел и… в гей-клуб попёрся, ревнивый засранец! — Впускаю тебя в Свой Сон, Коршун. Возвращаешься словом «Понял»… — произносит Сова. — Гриф, ты… — успевает сказать Сокол. — «Крайне недисциплинированный, амбициозный выскочка» — согласен! Но я посредник. Я Реаниматор. — А ещё он нетрадиционной ориентации — посмеивается Кречет — Осторожней, Сокол… — А что ещё, красавчик?! Сказал «а» — говори «б»… алфавит знаешь? Креч всматривается в «Реаниматора»… и обескураженно говорит: — Чувствует чужую боль, как свою… Отдал свою почку умирающему другу детства, спас его… Полюбил. Взаимно. Вместе поступили в мед/универ… Для него мало быть врачом. Он любит единоборства. Заочно учится на факультете Здоровья, Спорта и Туризма.Чёрный пояс по карате. Мечтает жениться на своём партнёре. Они верны друг другу. — Ого, Весь Спектр Любви, «читаешь» похлеще меня!.. Я узнал о себе много нового и самое главное! — Я вообще́ не телепат. Это сердечная интуиция. За счёт неё… Теперь обескуражен Гриф — Реаниматор — Телохранитель… — Здесь Суд, претензия на инверсию. — Престарая Выпь, наконец очнувшись от дрёмы, пристально уставилась на Грифа… — Что Вы скажете? — Думал это Душевные Дружеские Посиделки в укромном местечке. Су́дите «Октаву Веры» за то, что она поверила в свою любовь?! Круто, ничё не скажешь. Вы охереть как отстали от «городской» жизни! Всё больше здесь тусуетесь? А мне приходиться та́м выгребать. Но я не в обиде: вот настоящее чудо видал: её двойник устоял пред Заклятьем Ласковой Покорности! Она позвала Любимого на помощь… Я появился, как Посредник… там, где обижают Любовь. Сова с Коршуном выныривают из Сна… Она спокойна. Он изумлён: — Гри, эта баба переступила через «Гипно- Покорность», по ходу не повелась на сладострастие! Поэтому Ты «реанимировал»? И этого чокнутого? Светлого Хранителя, что подписался испытателем, но еле вырулил… Жжёт увидать, кого она так любит! — Вот этого Звёздного, Кри. Сапсана. — А, тода я одуплился. Имба… Надёжный как раз выходит из транса: — Вижу что «круги по воде» от нашего единства нешуточные. Даже в этого ревнивца, — он указывает на Коршуна, — кое-кто успел втрескаться. Пришлось кое-кому внушать, что Крис ему приснился… Что замолкли, Уважаемое Собрание? — У нет слов, стало быть нет Приговора. — озвучивает общее мнение Неясыть. — Тогда, пустим их в Наш Сон, Сова? — Мы выдержим шестерых?! — МЫ выдержим…

***

Акватория Надежды — Где мы, Влад? Что это за дом?.. Куда ты меня привёз?! Красивый двухэтажный особняк поражает тем, что… это дом из её юношеской мечты… Терраса, купол закрытого бассейна во дворе… большой сад, весь в снегу сейчас… Стройные ели у крыльца, одна из которых богато украшена к Рождеству фигурками фарфоровых ангелов, плюшевых зверушек, конфетами и… даже финиками в фольге! — Это «Вероятность 3%». Я доставил тебя к месту назначения. Пока! У меня неотложные дела. Свидимся. Он исчезает вместе с «Ягуаром»! Мгновенно растворяется в морозной вечерней мгле… Из дома выходит Юджин! Моложавый, шикарно выглядит, улыбается, но… грустной улыбкой. В глазах Его печаль. — С прибытием, любимая! Дети спят. Дал им жаропонижающее. Всё нормально. Ужин готов. Ризотто… — Юдж, ничего не понимаю, объясни!!! Он обнимает крепко-крепко. Запах дорогих сигар и мужского деза Space. Горячие сухие губы, от которых немыслимо оторваться… — Пойдём, я объясню. Они заходят в приглушённо-мягко освещённый холл, на стенах которого, хорошие копии известных марин… Он помогает ей снять куртку, сбрасывает накинутую на свои плечи свою дублёнку… Снова объятие, снова долгий поцелуй. Хочется ещё и ещё! Забыть, откуда она приехала и куда ехала… всё и всех забыть! Их двое. Всё остальное — фон, иллюзия, фарс, никчёмные декорации!.. — Слушай внимательно! Ты вообще помнишь, что происходило с тобой?! — Помню — не помню, какая разница?! Ты со мной. Я с Тобой. Мне всё равно, где и как… Ты же понимаешь? — Нет. У меня есть чувство долга перед друзьями, учениками, перед родственниками. Даже пред врагами. — Но, каким-то образом, мы здесь а они там, сейчас… — Сейчас ты поймёшь, каким образом… Он усаживает её на стул в гостиной — точной копии той, что она рисовала в юности в художке, на «дизайн интерьера». Усаживается на стул напротив, берёт её руки в свои… Нежность. Забота. Доброта. Послушай, какой ценой: Я, после «нашего первого раза», раздумал помирать, нашёл смысл в жизни, мотивацию как говорят… Ею стала ты́. Ты уговорила и заставила меня жить. Вовсе не так, как я жил… Я развёлся. Ты развелась. Я — отчим твоих детей, они любят меня. Но отца своего они тоже любят; а он не прекращает попыток отсудить свои родительские права и забрать детей к себе. Он тоже любит своих детей… Может потому они часто и болеют, что как бы разрываются меж двух огней. У меня, после определённых медикаментов, полное бесплодие. Ты этим фактом очень расстроена… Я купил этот дом на деньги с имущества, которое мы поделили пополам с бывшей женой. У нас с тобой престижный массажный салон, машина, катер и… объёмный груз зависти окружающих, многие из которых скандируют, что мы «распутники в законе». С чего-то, нам жутко завидуют Тим с Мариной, хоть и не показывают… Марку не удалось открыть здесь дело. Он работает у нас в салоне. Его Яна жутко ревнует Марка к тебе. Я заколебался ей объяснять, что слаженно выполнять массаж в четыре руки, вовсе не подразумевает вместе спать и тому подобное… Алекс ненавидит меня. Жан ненавидит меня ещё больше, завидуя, что я ухитрился сделать то, на что он не решился… — При чём тут «решился»? Я бы ни за что, никогда… — Верю. Ты даже доказала это. Без сомнений… Но это сейчас так. — Почему сейчас?! Могло быть иначе?.. Ты обещал объяснить! Объясни! — Фух, наконец-то твои мозги проснулись и работают! Слушай… — Честно говоря, мне ничего не хочется слушать, кроме Твоего шёпота и твоих стонов! Я та́к сильно хочу… — Должен разочаровать. То, что ты забыла происшедшее с тобой в этой вероятности, не значит что этого не произошло… Реаниматор привёз тебя «в ровно через год после нашего сексапильного свидания»… Это не значит, что этот год мы не прожили вместе. Я пытаюсь рассказать тебе, что произошло за это время, чтоб Ты решила, будем ли мы дальше так бороться с судьбой, со своими бывшими друзьями и семьями, или… …мы вы́берем другой вариант развития событий. Я спокойно покину эту планетку, буду сниться тебе, помогать, когда будет невмоготу… Вижу чего ты хочешь, но пойми, мы пресытимся и… — Врёшь!.. Так и не научился врать. Пресытиться друг-другом, нам? — Твоя правда. За этот год ты научила меня радоваться любой нашей близости, даже в нелюбимых мною позах. — Он смеётся — Я понял что значит «молодеть от любви и сгорать от желания». Очень сожалею, что не верил раньше в твою любовь. Наверное было бы всё иначе. Даже если бы я понял тогда… с твоими ла́ндышами. –А что с ландышами, Юдж?! — До сих пор их помню, как вчера. Когда я нёс «твои» ландыши домой, почти 9 лет назад… знал, что ты наблюдаешь и очень хотелось обернуться, позвать тебя. — Поэтому ты их понюхал? — Ты же видела! Не представляешь, как мне хотелось, прямо в том классе, повалить тебя на парту лицом вниз и… абсолютно пофиг на то, кто бы это увидел и что сказал!.. За эти мысли я себя презирал… и тебя заодно. — Ты превосходно это скрывал! Я ненавидела тебя до того, как ты… принял у меня эти ландыши. — Я помню… Так вот, если бы ты тогда сказала, что тебе хотелось сказать… Нам обоим крыши посрывало бы под тем ливнем! Я не смог бы сдержаться и… буквально изнасиловал бы тебя под каким-то ветхим навесом у пустыря. … Ты, возненавидев меня, с матом плюнула бы мне в лицо; схватив сломанные ландыши, бежала к остановке и успела запрыгнуть в автобус. Конечно, я бы тебя не догнал… Кляня себя «за содеянное», простояв час под дождём, я в результате получил бы пневмонию… Долго скрывал от всех, что болен… Короче, ты пришла бы ко мне в больницу, узнав что я в предсмертном состоянии… спросить, делать ли аборт, поскольку я отец… Я поклялся тебе, что выживу и женюсь, ведь без тебя всё в этом мире для меня безрадостно и бесцветно. Наш «следующий раз» после свадьбы был настолько нежным и ласковым, что ты полностью простила и оправдала меня… У нас родился ребенок. Два года спустя, второй. Мы жили интересно, душа-в-душу… Я разрывался бы меж нашей семьёй и своим сыном от прежнего брака, наркоманом и дебоширом… Моя прежняя жена часто болела… Нам, естественно, помогал Жан, материально, в том числе… Чувствуя себя по гроб жизни ему должной, ты однажды сдалась пред его напором… Я конечно простил… А он умолял бы тебя развестись… В результате чего, ты вмазала бы ему в челюсть, сломав несколько зубов… и мы занимали бы у кого могли ему на импланты. Твоя задолженность Жану выросла бы в разы. Помогать он перестал, не переставая упорно лезть к тебе под юбку. «Радостный момент» — та случайная встреча с Хэппи, которая, так или иначе, должна была состояться. Ты привела бы его к нам домой, познакомить с мужем и детьми. «Тишину» мы бы пели всей оравой. Слышал весь квартал! Было офигенно весело… Естественно, о продолжении того поцелуя, которым он «спас тебя от Никиты», не могло быть речи… Хэппи, позавидовав нам всеми цветами зависти, отправился бы на дачу к Толяну… без тебя, конечно… Жена больше не увидела бы его… В итоге, без грустных подробностей, он спился, «угорел от водки»… как муж твоей подруги Талы, которая тоже не выжила бы… Ни кто из нас не заразился бы от неё; но её чёрная зависть нашему с тобой счастью прибавила ей страданий… Ты не встретила и не привела ко мне на курсы Марка… Тим, угасая в своей одержимости по Юлии, тоже начал бы прикладываться к бутылке, так и не встретив Марину… с которой вместе, вы работали бы в том самом ресторане певичками, под защитой Влада и его младшего брата, тоже единоборца, пока ты не устроилась в педиатрию массажисткой. В той реальности я ушёл бы отсюда в этот самый день и час, не выдерживая больше ни счастья, ни горя, ни зависти… Теперь выбор за тобой; первое: остаться там, где я уже «перешёл», с тобою не попрощавшись, но искренне прощаясь во сне. Ты и не сумеешь понять, приснилось тебе «наше море в кресле», или нет… и продолжения у этого «мо́ря» в реальности не будет… То, что снилось Жану... останется лишь его пустым сном… Он забудет это очень ско́ро. второе: можешь выбрать вектор, «приводящий» тебя сюда. В этот дом, к проблемам, о которых я тебе сейчас поведал. Что будет дальше здесь, я не знаю. Думаю, выстоим… Устал я правда очень. третий вариант: ты даже не знакома с Алексом, у вас нет детей; зато дети есть у нас. После моей смерти тебе придётся их содержать… вероятно, при помощи Жана. Не могу дать тебе гарантий, что мои дети не будут похожи на своего старшего кровного брата характером. Это будет ещё не скоро. Если прожить… этот вектор реальности. — Нет, Юджин! Насчёт Жана… — Я сказал «вероятно». Вероятны метаморфозы с нашими друзьями — знакомыми. — Юдж, у меня такая каша в мозгах из смеси этих Наших Трёх Вероятностей! — Телохранитель отвезёт тебя в твой «сечайшний» дом, к твоим теперешним детям и мужу… Заснёшь, посмотришь три сна: Три Вектора Вероятности, о которых я рассказл тебе. Всё станет на свои места. Выбор лишь за тобой. Даю тебе два часа и три кода от трёх векторов. Первый, «Ландыши в Ливне». Второй, «Наше Море». Третий, «Трёхпроцентная вероятность». Если «забанишь» все эти векторы — позовёшь меня… Это тебе за то, что со мной связалась. Она вскакивает со стула, садится к нему на колени… — Нет, прости… — Он мягко отстраняется от её нетерпеливых губ: — Сначала ты должна решить, какой вариант выдержишь… думай Он нежно целует и… Она оказывается в машине Влада!

***

«По правилам Космической Игры» — Ну что, снова «испыталовка»? Понимаю. Сам через подобное прошёл. Выжил. Ты выживешь, если любишь его. — Влад, я схожу с ума! Почему всё так сложно?! Прошу, ответь хотя бы… Ты кто? Понимаю, что боюсь тебя… — Это нормально, все боятся Межизмеренческого Посредника… Гораздо проще и легче сдохнуть, скатиться на дно, «выпилиться», чем быть «реанимированным». Но… скучнее и бессмысленней в разы! У меня не эстетичное призвание: Реаниматор Душ и Тел, в зависимости от обстоятельств и ситуаций. Скажу тебе по секрету, ишачья работа. Зато творю чудеса. Иногда вижу чудеса, не мною сотворённые… Как сегодня. Он «анестезировал» тебя, замедлил время… Желаю тебе сделать правильный выбор. — Кто Он, Влад?! Насколько это тайна и загадка, что ни кто мне не ответит?! — Он — Посвящённый. — Посвященный во что?! — Посвященный в Тайны Мироздания. Таким, как он, лучше не влюбляться. В смысле, не любить серьёзно. — Влад, прости что отвлекаю и… ты вообще на́ дорогу смотришь?! — Зачем?.. Через 23 секунды… а вот он, раф из-за поворота… перекресток без светофора. Свернуть вправо, не то этот идиот… Мимо проносится мотоцикл… — Я озвучил достаточно?.. — Ужас, Я поняла, на что это похоже! Себя Булгаковской Маргаритой чувствовать… Кто Ты? Азазелло? Абсолютно неожиданно, Влад, вздрогнув, перекрестился! — Ты эти ассоциации брось! Это совсем другой континуум. Мы служим не Карающей Справедливости, а Равновесию и Гармонии. — Кто это, Вы?!.. — Я, Юджин, Марк, Тимур… по ходу, Ты. Раз Он тебя любит. — Ого, ты мне всю «шайку — лейку» сдал!.. А Жан тогда кто? Может знаешь? Мне интересно… — Вообще-то мы приехали. Про этого родственничка своего поймёшь сама. «Договорились как-то две души, до того как на Землю спуститься, там рядом друг с другом быть: поддержка, опора, всё такое… именно потому, что их предки затаили вражду и ещё кое-что. Одна душа и говорит: «Предупреждаю, буду помогать чем смогу, как угодно, только…» — это не я придумал… Это Мона. Придумай продолжение!.. Удачи! …Взглянув на свой айфон, он буквально выталкивает её из машины.— Прости! У меня срочняк! — и бесследно исчезает вночи. *_*_*__ Из подъезда выбегают её дети, выходит испуганный Алекс: — Слушай, у нас настенные часы показывают времени на два часа раньше, чем в самом деле! Это не всё. На моём телефоне и на телефонах детей — то же самое! А на самом деле 23_00!!! — Только и всего, Алекс? Это не самое страшное. Кстати, вот деньги за массаж: она врёт, впихнув в руку мужа вторую «Юджинову» купюру… Он, разглядев номинал, округляет глаза: — Ирма расщедрилась за мужа? — А ты как думал?

***

…Она заставила себя заснуть. И ей приснились… три разных фильма: живые, красочные, драматические. И все три: «хрен редьки не слаще», как говаривал её прадед. У каждой Вероятности в итоге… Его грустные-усталые глаза. Уставшие от жизни глаза Юджина… Она не в силах «стереть» эту усталую грусть. Она в силах лишь отпустить… Прекратить эту печаль вместе с Его существованием на Земле… Он ничего Ей не должен. И Он… пойдет дальше. — «В иное измерение», «к Богу»… да ей фиолетово, как это обзывают. Душа Его будет жива. Живее некоторых «живущих» на Земле… И там точно найдётся Его душе работа. По аналогии со здесь. Только не так грустно и больно. Раз уж Он давно согласился на такой вариант… Она ведь считает Его мудрым. А тело… тело переболит, куда денешься… Главное что Юджу будет легче… Точнее Его душе, которая ей вовсе не принадлежит… «Посредник» её убедил? — Юджин… — шепчет она, не давая себе передумать… — Боже, как фатально я ошибся в тебе! Этого я ожидал меньше всего! — Чего «этого»? — Она поворачивается к нему, беззвучно появившемуся у окна… Обнимает. Он вполне реален. Тёплая кожа, мягкие волосы… Манящие губы. — Ты решилась отпустить меня? Благодарю… — Он целует, как до этого не целовал, сильно, страстно! Подымает её на руки и несёт… куда?! Опускает… на пол, делает резкий взмах рукой. — Запомни, это всё сон, в котором я рассказал тебе, как мог бы тебя любить… если бы не был таким мудаком… Мужу ты не изменяла и ничего у нас не было. Ни кто не вправе судить тебя за твои сны. Даже если они… не совсем сны. Ты свободна… в своей любви. Какие-то смутные тени быстро улетают куда- то… ............ — Секс-марафон? У нас так мало времени? — Угадала — он… кладёт её на рыжую перину, пружинящую, словно батут, нависая сверху, целует везде и всюду пересохшими губами… Она повторяет его имя, словно в бреду, целуя везде, от жарких ключиц и до самых лодыжек… Наконец… он проникает языком, от чего её крыша уезжает в иную Галактику... Минет и... — Теперь что, развернёшь к себе задом? — Только если тебе хотелось бы та́к. — Нет… Насколько же паршиво мне будет... без твого тепла. Обними меня покрепче! Тёплый оранжевый свет превращается в жёлтый. Они буквально втискиваются друг в друга… до скрежета зубов. — Держись! — Ты тоже… держись! — Они оказываются в светло-жёлтой комнате, пронизанной солнцем… за каким-то столиком. В низких креслах. — Предсказуемо. С этого у нас эрос начался. Подобно и закончился… — Он ласково гладит её руки, плечи, грудь; спускается ниже… но это массаж! Энергия Его рук перестаёт быть мужской, не становясь женской. — Что дальше, Любимый? Может споём вместе? — Нет, Любимая… Похоже, здесь нам… Я ошибся! Ещё не здесь! — Его изумлённый взгляд! В глазах его радость, какой она давным-давно не видала!.. Они… сливаются в Одно Целое в аквамариновом... Океане Се́рдца… Словно сердце у них теперь одно на двоих. Непередаваемое ощущение… Нереальное счастье… — Ты не станешь подыхать без близости со мной! Мы теперь едины не плотью… Это значит... здесь мы ещё встретимся не только в твоих снах! Если пойдешь со мною вы́ше, то увидишь, почему… Теперь она чувствует воздух… поскольку он разряжён, словно высоко в горах. Трудно дышать… Он вдыхает ей в рот своё дыханье… похожее на свежий майский ветер… Но не на долго этого хватает. Ещё один вдох и… — Счастливо, Любимая! До встречи в Твоих снах!.. Бирюзовый разряжённый воздух в молниях… образует из себя что-то наподобие… душевой кабинки! Он оказывается «в кабинке»… И она проскальзывает за Ним! Сталкивается взглядом с его серо-серебряным взором: «Нельзя!» — Пофиг! — Она видит, как льются на Него сильные струи воды! Под которыми… Он, своими руками отдирает от себя… лохмотья своего тела, словно ветхую ткань! Не мышцы, сухожилия и кишки, а обветшалую мантию рыцаря… Доходит до ключиц и… яркий бирюзово-серебряный свет, мощной волной, выталкивает её из «кабинки», одномоментно со… светящейся Серебряной Птицей, стремительно улетающей ввысь

***

— Почему я не могу летать так же быстро и при таком же ярком свете, Сапсан?! …Юная Сова сидела на старом высоком пне, любуясь закатом… Вдруг, на фоне ало-золотых полос, возникла стремительная тень…

***

— Что страшнее: начало конца или конец начала, Сова? — Тебе ли не знать, Искушённая?! — Для кого как… «толку, страдать, что это прошло; радуйся, что это было» …СПАСИБО, что это было…