Берегись... Хан Джисон?

      Стоя перед зеркалом в ванной, Сынмин неспешно мазал губы и область вокруг мазью, в надежде, что это поможет. Теперь уже он не думал, что идея целовать Хенджина была слишком уж хорошей, но и жалеть об этом не мог. Это было одно из нечастых импульсивных решений, которые были весьма приятными в процессе. ー Ну что, доволен?... ー немного раздраженно спросил в пустоту Хенджин, наблюдая за тем, как тот пытается избавиться от сыпи.       Он бы с радостью не находился рядом Сынмином на постоянной основе, если бы ему было хоть чем заняться в своем неосязаемом состоянии. Да и к тому же, ему было ужасно одиноко все то время, пока тот был в школе. Из дома Хенджин выйти не мог, по всей видимости все еще привязанный к своему физическому телу. Взаимодействовать с предметами он не мог и провел весь день в одиночестве, блуждая по дому. Ощущалось это как одна из самых омерзительных вещей, которые он когда-либо испытывал. Ненавидел находиться в одиночестве, и не говорил ни с кем уже больше суток, что практически сводило с ума. Первые пару часов с тех пор как ушел Сынмин, он еще мог найти чем отвлечь себя от мыслей об одиночестве, но уже на четвертый час парень забился в угол и пытался не плакать от очередного осознания того, что теперь никто больше не обратит на него внимание, просто потому что не сможет. Он даже не может никак контактировать с людьми, чтобы они отреагировали на его присутствие. Он пустое место. И мысли об этом поглощали его весь день.       Стало очень страшно оставаться с собой наедине, но выбора у него не было. Спрятаться от себя Хенджин не мог. А посему в голову так и лезли мысли о родителях, которые сейчас ищут его, о друзьях, которые не понимают где он, находясь при этом прямо рядом с виновником его смерти. Все это так жестоко раздирало его хрупкое сердце, что почти весь день Хенджин провел в слезах, сидя у входной двери, словно домашний пес, ждущий хозяина. Только в его случае этот самый “хозяин” не погладит его по голове и не покормит с руки, он даже не заметит его присутствия в комнате, из-за чего состояние Хенджина только ухудшалось. Ненавидел когда его игнорируют, а тут даже сделать с этим ничего не мог. Приверженцем насилия он, конечно, не был, но в случае с Сынмином это было бы вполне справедливо, но даже этого сделать он не мог. Причем не только физически, но и морально, до сих пор чувствовал легкую вину за то, что расцарапал ночью его лицо и чуть не придушил. Хотя и пытался всячески оправдать себя тем, что хуже того, что сделал Сынмин, сделать он не мог. ー Даже для меня было очевидно, что ничем хорошим это не закончится… ー скривив губы в легком отвращении, сказал Хенджин, осматривая сыпь Сынмина в отражении зеркала. ー Еще рубашку мою напялил… ー недовольно пробубнил он, попытавшись толкнуть его, но как и ожидалось, рука прошла сквозь, лишь еле заметно шелохнув рубашку.       Хенджин еще утром пытался дергать за нее, но ничего не выходило, Сынмин даже внимания не обратил. ー Ну посмотри же на меня… Прошу тебя… ー его глаза жалобно округлились, ему было так одиноко здесь в своем вакууме, что принял бы немного внимания даже от Сынмина.       Но тот по-прежнему не замечал его. Парень отложил мазь на раковину и вымыл руки под теплой водой. Хенджин попытался коснуться хотя бы ее, но почувствовал лишь слабое, еле уловимое тепло, перед тем как тот выключил воду. Все бы отдал, чтобы сейчас хотя бы горячую ванну принять, чтобы почувствовать тепло хотя бы от воды. Но увы, невозможно было даже это. Снова соскучившись по теплу, Хенджин невольно попытался коснуться Сынмина, но снова ничего не вышло. Утром и подумать не мог бы, что расстроится из-за того, что не сможет прикоснуться к нему, но ему нужен был хотя бы кто-то, чтобы утолить этот тактильный голод и желание ощутить тепло. В этом неосязаемом состоянии всегда было так холодно. И он даже не мог понять: так должно быть или все дело в том, что его тело томится в морозильнике этажом ниже.       Сынмин безразлично поднял голову, чтобы в последний раз взглянуть на себя в зеркало, и той самой злосчастной периферией заметил рядом с собой мутный силуэт. Но сфокусировав свое зрение в этом месте в отражении зеркала, разумеется, никого не увидел. ー Чего хмуришься?... Чего ты хмуришься? ー Сынмин взглянул на него, это было очевидно.       Неужели есть и другие способы достучаться до него, находясь в состоянии призрака? И все же, эти появления не сказать, что сильно влияют на Сынмина, все равно толком никак не реагирует. Все чего хотелось Хенджину - это внимания к себе, чтобы хоть кто-то поговорил с ним и прикоснулся. Но Сынмин запер его в этом состоянии, будто знал, чего тот боится больше всего в жизни.       Внутри снова вспыхнуло раздражение, и он уже чувствовал, как подступает та же ненависть, что и ночью. Но на сей раз Хенджин попытался держать себя в руках. Не хотелось навредить Сынмину из-за своего чувства мести, не его этот путь и как бы не тянуло туда, идти по нему он не собирался. К тому же, быть может Сынмин на самом деле прав?       Хенджин много раз думал над тем, достоин ли он жить, пока у него была такая возможность, и сам никогда не находил ничего, что мог бы сделать, чтобы стать достойным этого. Поэтому каждый раз искал ответ в устах рядом стоящего. И раз Сынмин посчитал, что он не сделал ничего, чтобы быть достойным, быть может так оно и есть. Как бы глупо это не звучало, Хенджин готов был легко поверить в это, так как сам большую часть времени так думал, за исключением тех моментов, когда его хвалили.       Но вот теперь Сынмин снова проходит сквозь него, не замечая его присутствия, даже после мимолетного силуэта, что он заметил краем глаза. А Хенджин тем временем внутри будто начал постепенно гнить, словно ржавая железяка. Он почти ощущал как горечь, обида и ненависть к себе поглощали его изнутри, пока он смотрел на себя в зеркало в темной ванной комнате, когда Сынмин уже вышел оттуда и выключил свет. На глаза снова навернулись слезы, поблескивая в отражении зеркала. Рядом не было никого и больше никогда не будет, ни мамы с папой, ни Джисона, ни других друзей. Никто из них больше не посмотрит на него, по крайней мере так, как это было раньше. Страшно было думать о том, что проделанная Сынмином работа останется незамеченной, и он так и не увидит своих родителей хотя бы так, в последний раз. В тоже время не хотелось, чтобы они видели даже его останки. Как представит, так сердце сжимается. Тихо всхлипывая, Хенджин сел на пол в ванной, уже не пытаясь сдерживать слезы. Мысли о том, как мама подходит к останкам его тела где-то в морге, была слишком болезненной. Внутри будто собирался черный тяжелый ком, все больше и больше заполняя его пустое, неосязаемое тело. Он уже видел, как она плачет по дороге в морг, отец плакать не мог, он за рулем, а мама плакала, раз третий за утро. Первый раз, когда проснулась посреди ночи от кошмарного сна, второй раз пока пыталась накраситься, чтобы отвлечься, из-за чего пришлось все стирать и ехать так, а в третий в машине, когда на карте на телефоне начала виднеться надпись “Городская больница. Патологоанатомическое отделение № 4”. Вот врач патологоанат и детектив заводят их двоих в холодное помещение, отец придерживает маму за плечи, тихо отговаривая ее от того, чтобы она смотрела, и лучше он сам опознает. Но она в слезах сопротивляется, желая увидеть сына в последний раз, еще не зная, что не хочет в последний раз видеть его именно таким.       По мере продвижения сюжета этой пугающей картины, всхлипывал Хенджин все громче, оставаясь в темноте своего одиночества. У мамы ведь день рождения скоро, даже отпраздновать не сможет. Хотелось верить, что хотя бы не проведет весь день у его могилы. И это при условии, если к тому моменту его тело вообще найдут. Хенджин почти растекся на полу, утопая в своих слезах. То, о чем он весь день старался не думать, зацикливаясь только на ненависти к самому себе и желанию избавиться от одиночества. Как вдруг в ванной включился свет, и Хенджин машинально затих, как делал это всегда, когда была опасность, что кто-то заметит как он плачет. Но быстро вспомнил, что прятаться не от кого.       Сынмин заглянул в комнату и, нахмурившись, тщательно осмотрел ее. Он точно слышал как здесь что-то выло, но не мог понять в чем дело. Пришлось зайти в комнату и прислушаться к сливу в раковине. В ужастики он, конечно, не верил, но откуда-то же этот вой доносился, в конце концов. Хенджин растерянно поднял на него глаза, шмыгая холодным носом. ー Издеваешься, да?... ー дрожащим голоском проскрипел он с пола. ー Теперь еще и слышишь?...       Слышит и видит, в теории даже почувствовать может, но недостаточно, чтобы осознать, что это Хенджин, и чтобы хоть минимально помочь ему. Было бы менее обидно, если бы тот совсем никак не мог почувствовать его присутствие, не было бы ложных надежд. После включения света Хенджин заметил, что его вены снова почернели. Чуть приподнявшись на коленях, чтобы взглянуть на себя в зеркало, он заметил как по его лицу, по всем капиллярам, также распространялась темнота, придавая его и без того холодному лицу синий оттенок, заставляя Хенджина сильно испугаться.

…

      Джисон не мог перестать злиться и на следующий день. Вчера он весь вечер перерывал фотографии Хенджина, которые были у него в распоряжении, чтобы найти где тот мог быть одет в эту злосчастную рубашку. И это было не зря, фотографию он таки нашел, и это действительно была та же самая рубашка. Это Джисон определил по тому, что на рубашке Сынмина отсутствовала первая сверху пуговица, как и на рубашке Хенджина на фото. Теперь он полностью был убежден в том, что Сынмин виновен в пропаже Хенджина, и как именно - нужно выяснить. Как именно это сделать его не волновало, если это поможет найти Хенджина, он хоть к нему в дом заберется посреди ночи. Нужно для начала лишь разузнать все необходимое.       Именно поэтому сегодня он был нацелен весь день доконать Сынмина, пока тот не сдастся, потому что уходить ему некуда. И первым делом, с самого утра, на первой перемене он подошел к Сынмину, на сей раз не дожидаясь пока они останутся одни. ー И как ты это объяснишь? ー в его голосе уже слышалось раздражение. Просто потому что он думал об этом всю ночь и даже нормально поспать не смог, гадая, что могло произойти с Хенджином.       Он показывал Сынмину практически в лицо фотографию, где Хенджин одет в ту же рубашку, что сейчас была надета на нем.

Ты умный… И внимательный…

ー Рубашка, как у меня. И что?.. ー он холодно взглянул на Джисона, поправляя маску на своем лице.       После вчерашнего он не собирался давать ему фору и так легко расслабляться, несмотря на то, что все еще было лестно его внимание. ー А тебя не смущает, что и у тебя, и на фото на рубашке пуговица отсутствует?... ー Джисон старался не заводиться слишком сильно, но сам голос Сынмина уже выводил его из себя.       К этому парень уже был готов заранее, поскольку пуговицу приметил еще в моменте, когда следил за Хенджином при его жизни. Периодически он делал его фотографии или видео, чтобы дома получше рассмотреть его внешний вид и проанализировать как тот ведет себя. И буквально с этого же дня, фото которого ему показывал Джисон, у него также было несколько снимков.       Сынмин как ни в чем не бывало протянул руку к нижней пуговице на своей рубашке и с легкостью оторвал ее, не прилагая ни единого усилия. После чего показал Джисону. ー Качество у рубашки плохое… Вот и все.       Эту пуговицу Сынмин заранее, еще дома немного подрезал, чтобы при Джисоне оторвать ее. Прекрасно знал, что тот будет искать доказательства, и отсутствующая пуговица станет самым очевидным. Жалко было, конечно, портить уже любимую рубашку, но ради этой любопытной игры стоило того.       Джисон еле сдержался, чтобы не бросить свой телефон на пол. Тот только что разбил за полсекунды все, о чем он думал всю ночь. И это раздражение доставило Сынмину истинное наслаждение. Он точно знал, что тот все давно понял и не остановится, но от этого становилось только интереснее и приятнее.       Хоть в тот раз он и ушел, но сдаваться Джисон не собирался. Больше никаких улик у него не было, но раз Сынмин полностью игнорирует все его аргументы, что мешает ему, в свою очередь, проигнорировать отсутствие улик? Ему было очевидно и без доказательств, что тот виновен. Он не полиция, чтобы опираться только на прямые доказательства. У него нет правил и кодекса. И когда в стаде вдруг появляется волк в овечьей шкуре, молчать он не может. Если, конечно, это волк, а не сошедшая с ума овца. Как бы то ни было, Джисон был готов сорвать эту шкуру, даже если ее придется вырвать с кожей.       На следующей перемене он первое время просто наблюдал за Сынмином и чем тот занимался. Но единственное, что ему удалось заметить, это как парень вытаскивает из своей сумки какую-то мазь, и все же не придал этому большого значения, поскольку тот все еще ходил в маске и скорее всего просто подцепил что-то вроде герпеса. В этом Джисон не нашел ничего подозрительного, хотя все равно запомнил на всякий случай. А после того как Сынмин вернулся в класс, снова поймал его прямо на входе, загнав в угол между стеной и шкафом. ー Что на этот раз?... ー немного безразлично произнес Сынмин, поправляя маску. Внутри наслаждаясь его раздраженным взглядом и тем, как он пытается докопаться до истины, не зная с чего начать. ー Я знаю, что дело в тебе… Я знаю, что ты причастен к этому… ー прищурив глаза, жужжал себе под нос Джисон, словно мантру. ー Причастен к чему? ー косить под дурака оказалось крайне увлекательно. Теперь даже не удивлялся почему Хенджину так хорошо жилось, ему даже притворяться не приходилось. ー Все ты понимаешь, прекрати это. ー Он продолжал сверлить Сынмина взглядом, в надежде, что в его глазах появится нечто похожее на улику. ー Где Хенджин? ー Я похож на ищейку?... ー его глаза приняли еще более холодный оттенок, пока внутри он ликовал от восторга. ー Ты похож на лжеца. ー Практически припечатав его к стене, сквозь зубы процедил Джисон.

Давай… Давай…Продолжай…

      Его слова растекались внутри Сынмина приятной сладостью. Наконец-то кто-то видит, кто-то смотрит и замечает. Он практически был готов улыбнуться под маской, настолько приятно было наблюдать за ходом его мыслей. Никогда еще не получал физического удовольствия от простого разговора. Джисону даже не приходилось касаться его, чтобы вызвать это приятное волнение внутри. ー У тебя все в порядке?.. Отстань от меня со своим Хенджином… Ради интереса он попытался отмахнуться от Джисона и уйти, проверяя насколько твердо тот настроен.       И не дав сделать Сынмину и шага в сторону, он потянул его за рубашку назад, ударив о стену спиной благодаря небольшому импульсу.

Продолжай… Прошу тебя.

ー Нет-нет-нет… Сейчас я решаю, идешь ты или остаешься тут. ー И дабы тот не сбежал, прижал его к стене, положив руку на его грудь.       Что на это ответить Сынмин не придумал, так как уже почти таял от удовольствия, с трудом глотая воздух через плотную маску. ー Где Хенджин? ー настаивал на своем Джисон, прижимая того к стене, даже не заметив, что тот даже не пытается сопротивляться.       Ощущение чужой руки на собственном теле было для Сынмина очень необычным, поэтому он даже не сразу осмыслил, что тот сказал ему. ー Я уже ответил тебе… ー тихо и расслабленно, что ему не свойственно, выдал Сынмин, чуть смягчив свой холодный взгляд. ー Хватит. ー Злило какой он спокойный, как косит под дурачка, и главное то, что он, в отличие от абсолютно каждого человека на этой планете, знает где Хенджин.       Их разговор прервал звонок на урок, немного разочаровав Сынмина и еще больше разозлив Джисона. Тот немного отстранился от парня, вдавливая его в стену уже только взглядом. Но перед тем как уйти с очередной победой в раунде, Сынмин позволил себе подразнить Джисона уже в открытую. Он наклонился к его уху, и немного опустив маску, тихо прорычал и тявкнул, словно злобная служебная собачонка, изображая поведение самого Джисона. И только почувствовав дуновение ветра от резко замахнувшейся руки парня, ускользнул за свою парту.       Такое наслаждение в последний раз Сынмин испытывал, когда впервые ужинал нежнейшим мясом Хенджина. А тут Джисону удалось вызвать у него внутри подобное волнение всего за пару минут разговора. Раздумывая над этим, Сынмин окончательно убедился, что все вокруг обращают внимание не на тех людей. Все смотрят на Хенджина, в то время как рядом всегда пылал Джисон. Это Сынмин еще не брал в счет самого себя. Просто потому что он сам, как “достойный”, идет вне обсуждений.       И впервые за свою жизнь Сынмин почти весь урок провел лицом в стол, с удовольствием прокручивая в голове недавний момент того, как Джисон допрашивал его. Никогда еще люди не подходили к нему так близко и не касались его так часто. Ему определенно хотелось, чтобы эта игра продолжалась, на какие бы риски не пришлось пойти ради этого. В конце концов, Сынмин уже думал о том, какой Джисон на вкус.       Сам же Джисон тем временем изредка поглядывал на его сторону, намереваясь продолжить доконать его весь оставшийся день, хотя пока это не давало никаких результатов. Но другого выбора пока у него не было, Сынмин все больше издевался над ним, и теперь уже в открытую, что ужасно злило Джисона, а делать это ему противопоказано. Нельзя давать ему то, чего он так и просит, но пока совладать с собой не выходило.       Смотря на учителя, он заметил, что та коротким кивком подтвердила что-то какому-то ученику на задней парте. Машинально он повернулся и заметил, как Сынмин встает из-за своей парты и выходит из класса. Упускать такой момент было бы глупо, но и отпроситься прямо следом за Сынмином он не мог. И все же проблемой это не было, нужна была лишь небольшая ловкость рук и аккуратность. Дверь на выход находилась прямо перед ним, всего через одну парту, где сидели люди. Спрятаться за ними не составит труда, нужно лишь не спешить. Дружить с классом, что не удивительно, весьма полезная вещь, никто не настучит на него, если он вдруг решит провернуть подобное. Поэтому дождавшись когда учитель посмотрит в учебник, Джисон бесшумно соскользнул со стула, усмехнувшись поздоровался с обитателями первой парты, и снова выждав когда учитель отвлечется, ушмыгнул прочь из класса.       Догонять Сынмина в коридоре он не стал, проследил за ним до туалета, чтобы оказаться с ним наедине в маленьком пространстве, где тот не сможет никуда сбежать.       Сынмин тем временем думал только о том чувстве, что наполняло его внутри. Хотелось умыться прохладной водой и отвлечься. К сожалению, школа была не тем местом, где он мог расслабиться, подумать об этом и насладиться в полной мере. Думать об этом, касаясь рубашки Хенджина, смотря на него, вспоминать как рука Джисона касалась его, прижимая к стене. Никогда бы не подумал, что так сильно полюбит это ощущение, когда что-то касается его тела. Теперь даже было жаль, что он не успел почувствовать тоже самое от Хенджина. Почему-то вдруг в голове всплыли воспоминания об этих страшных кошмарах, что недавно потревожили его сон. Тогда ему казалось, будто кто-то сидит сверху на нем, такая тяжесть, страх, опасность, а все равно приятно. Странное ощущение, над которым Сынмин раздумывал после того, как умылся и стал пялиться в грязную раковину школьного туалета. ー Прогуливаем? ー недовольно спросил Джисон, опираясь плечом о дверной проем.       Не успев взглянуть в его сторону, Сынмин надел на лицо маску, но тот уже в любом случае уже успел рассмотреть сыпь на его лице, которая с каждым днем становилась только сильнее. ー Можешь не прятаться. Я все видел уже. ー И на самом деле это его совсем не волновало. Связи между тем, что ему нужно, и какой-то сыпью на лице парня он не видел.

Ну же… Не разочаровывай…

      И дабы немного помочь ему, Сынмин таки снял маску. Не поймет - дойдет впоследствии. Поймет - так даже интереснее. ー Что с тобой? ー подойдя к парню, Джисон небрежно указал на сыпь на его лице, которая выглядела весьма плачевно.       Спросил просто ради интереса, никак не связывая это с основной темой их разговора, с Хенджином. ー Герпес. ー Коротко ответил Сынмин, решив, что вряд ли тот на самом деле сам знает как выглядит герпес на самом деле. И не прогадал. ー Так и подумал…       Детектив из Джисона может и неплохой, но знаний ему явно не хватало, что шло на руку Сынмину. ー Ну что?... Так и будешь прикидываться? Или скажешь что-нибудь? ー он уперся руками в раковину, смотря на Сынмина через отражение в зеркале. ー Тебе лекцию про герпес провести? ー предпочел выбрать первое.       Что вызвало недовольный смешок у Джисона. ー Где Хенджин?       Этот вопрос постепенно начинал раздражать их обоих, но без него диалог не строился. Впрочем как и с ним. ー У тебя есть вопросы по разнообразнее? ー холод снова вернулся в глаза Сынмина. И раз Джисон не хотел смотреть на него напрямую, он также смотрел на него через отражение в зеркале. ー А ты когда таким смелым стал, мне интересно? Не после пропажи Хенджина ли? ー на сей раз Джисон перевел свой взгляд на него напрямую, смотря прямо ему в глаза, стоя на расстоянии нескольких сантиметров.       Смотря на него, в голове Сынмина раз за разом проносился момент, как он своими руками замахивается топором на Хенджина. И представлял на его месте Джисона. Умный безусловно, в какой-то степени даже догадливый, внимательный это уж точно. Но лишь по сравнению с Хенджином и остальными. В сравнении с ним, Джисон все еще находился на месте того, кто оборачивается на шарканье топора по полу. С ним интереснее, чем с Хенджином, но это не значит, что он лучше. Как минимум потому что Солнцем был именно Хенджин, в то время как Джисон оставался Луной, лишь отражая его свет. ー И что ты думаешь, я так просто скажу все, потому что ты попросил?       Находясь так близко к Джисону, он еле держал себя в руках, чтобы не подойти еще ближе. ー То есть ты признаешь, что ты виноват в его пропаже? ー он почувствовал, что смог ухватиться за тонкую, хрупкую нить.       Сынмин наконец перестал косить под дурачка, и надежда на успех загорелась с новой силой. Он был прав, его догадки не были простыми глупостями, все это имело смысл. ー Признаю что? Что я сделал? ー хотелось, чтобы тот сказал это вслух, смотря ему в глаза.

Скажи прямо…

ー Я не знаю, что ты сделал… Но я узнаю. ー Сам не заметил как становился все ближе и ближе к нему.       Сынмин глянул на него сверху, так как тот был немного ниже. Такая крохотная разница в пару сантиметров, а уже позволяет ему давить на Джисона взглядом и параллельно наблюдать за этими злобными глазками, что смотрят на него исподлобья. ー Не советую целоваться со мной. Тоже подцепишь. ー Сказал он с абсолютно спокойным лицом, указывая на сыпь на своем лице.       Не съязвить в такой момент было бы большим упущением. К тому же после этого Джисон снова разозлился и оттолкнул его от себя. ー Идиот?..       Сынмин почти улыбнулся, врезавшись спиной в стену. ー Ты мне зубы то не заговаривай… ー Несмотря на то, что Джисон сам оттолкнул его, угрожать не находясь в нескольких сантиметров от его лица, поэтому почти сразу подошел к нему, снова не давая парню отойти от стены.       А Сынмин только рад был, смирно стоя у стены, гадая к чему этот разговор вообще может привести. Но вот о чем он точно будет думать перед сном сегодня - это Хан Джисон с его желанием поиграть в детектива. Раньше думал только о Хенджине, но знал бы, что рядом все это время было такое золото, наверное давно бы убил Хенджина, чтобы посмотреть на это представление. ー Я про тебя полиции скажу, понял? ー продолжал угрожать Джисон.       Все, что ему было нужно, это найти Хенджина целым и невредимым. Как шло расследование полиции он понятия не имел, но раз Сынмина не поймали сразу, значит вряд ли они его хотя бы подозревают. Так как даже он сам понятия не имел как эти двое могут быть связаны. Не мог же Сынмин просто проследить за парнем и поймать где-нибудь в подворотне? Сил не хватило бы, телосложением он хилый уж больно. Хенджин порой так брыкаться может, что чтобы удержать его на месте, сил понадобится не мало. ー И что ты им скажешь? ー в том, что сегодня спать он будет дома, Сынмин был уверен полностью.       Как бы приятно не было все это слушать и ощущать, и то как бы прав Джисон не был, обвиняя его в пропаже Хенджина, доказательств у него не было даже косвенных. Рубашка это мелочь, которая не являлась для него уликой, такую можно купить где угодно, благо Хенджин не был эстетом и покупал одежду в масс маркетах.       Об отсутствии прямых улик Джисон не подумал, настолько для него было изначально очевидно, что тот виновен. А сейчас Сынмин так вообще не скрывал этого, просто потому что бояться было нечего. ー Я найду, как доказать им. Потому что я знаю, что это ты.       Сынмин лишь коротко кивнул, подтверждая его слова. Хотелось, чтобы он нашел, чтобы продолжал, но открыто помогать ему он не собирался, иначе в чем интерес. Джисон оказался сообразительным и сам придумает как заставить его сознаться во всем. А ежели нет, то у Сынмина будет возможность воссоединить их дружбу с Хенджином. Эти двое в равной степени интересовали его, но только пока Хенджин ужасно раздражал его и вызывал зависть, в которой он сам себе не признавался, Джисон вызывал у него восторг. Парень давал ему внимание, а не требовал его. Теперь Сынмин в полной мере понимал почему эти двое были настолько близки, Джисон один из немногих, кто не нуждается в внимании к себе и, кажется, даже не задумывается над этим. Правда что именно ему нужно, Сынмин пока только пытался понять. Из очевидного, конечно, ему нужно было найти Хенджина, собственно только поэтому он и обратил внимание на Сынмина. Но должны ж быть причины почему Джисон так легко отдавал свое внимание тому же Хенджину. По крайней мере для этого весь этот месяц обучения Хенджина был непростым. ー Хорошо… Ищи. Я тебе не мешаю. ー Пусть продолжает играть в детектива, главное, чтоб где-то рядом вился, словно дворовая собачка.       Его спокойствие и нежелание противостоять Джисон принял за вызов и не веру в его силы что-либо накопать на него. Из-за чего снова начал злиться. ー И что это значит?.. ー Ищи Хенджина… Посмотрим, найдешь ли. И не успел он моргнуть, как почувствовал, что тот схватил его за рубашку, снова вжимая в стену. Начинало казаться, будто Джисон делает это осознанно, а не со злости, слишком уж часто это стало происходить. ー Ты со мной в игрушки играешь? Не зли меня… Мне твои увиливания уже надоели… ー и в отличие от Сынмина, в восторге от их разговоров он совсем не был. ー Я для тебя может и не выгляжу угрожающе, но поверь, за Хенджина я от тебя и мокрого места не оставлю.       И если бы ему не была нужна от него информация, уже давно сделал бы это, сразу как только узнал, что тот причастен к пропаже Хенджина.       Сынмин же очень сомневался в этом, не настолько Джисон похож на него и не настолько он интересный и смелый, как человек. ー Я тебя услышал… Ищи. Я тебе не мешаю. ー Все никак не мог придумать, что бы заставило Джисона прижать его к этой стене еще сильнее, но тот, кажется, итак злился уже от каждого его слова. ー Ох, ты не мешаешь мне, да?... Ну и где Хенджин? Что с ним? ー Я сказал, что не буду мешать, но это не значит, что я стану помогать тебе… ー было бы слишком глупо настолько открыто рыть яму самому себе. ー Ты больной на голову?... Просто скажи сразу, чтобы я знал. ー Впрочем в этом ему даже не нужно было подтверждение Сынмина. Уже сам факт того, что тот, по всей видимости, похитил Хенджина и делает вид, что все это очень смешно, очень хорошо показывал как много проблем у этой головы. ー А сам как думаешь, где он? ー мысленно Сынмин внимательно просматривал всю морозилку у себя дома, будто Джисон экстрасенс, который прямо сейчас прочтет его мысли.       Раздражала эта его не смешная игра. Не было сил и терпения играть в нее, собственно как и желания. Нет времени заниматься подобными глупостями с очевидно больным на голову человеком с синдромом бога, когда на кону стоит буквально чья-то жизнь. Именно поэтому вместо ответа Джисон швырнул его на пол со всей силы, что смогла разжечь его злость. Сколько бы пролетел по скользкому полу Сынмин, если бы не простая стена, загадка для них обоих. Но один из них остался доволен результатом. Необычное ощущение, когда тебя кидают на пол, не сказать, что слишком приятное, довольно болезненно, особенно руке, на которую Сынмин приземлился, но сразу даже не обратил на эту тупую боль внимание. Его мысли были заняты самим фактом того, что Джисон осмелился бросить его на пол.       Тот окончательно вывел его своим поведением и небрежным отношением к подобным серьезным вещам. Никогда еще ему не приходилось вести себя с людьми настолько грубо, но рядом с Сынмином его будто окутывала некая мрачная энергетика, уловить и осознать которую он не успевал, перед тем как сделать что-то. Именно поэтому, не подумав, на эмоциях, Джисон наступил ему на плечо, заставляя того лечь на пол. Полное отсутствие сопротивления со стороны Сынмина давало ему слишком много воли и власти, той, которой у него не должно было быть. И тем не менее, пелена обиды, злости и желания защитить Хенджина, где бы тот ни был, закрывали его угол обзора практически полностью, словно обезумевший бык, увидевший тореадора в конце арены. Теперь уже Сынмин смотрел на него снизу вверх, ощущая как все тело становится ватным от нового необычного чувства. Он продолжал смиренно лежать на полу, словно тряпка, лишь наблюдая за ним, и наслаждался тем, насколько же ему не все равно. Плечо немного ныло от того, как нога Джисона давит на него, но все что ему хотелось - это прикрыть глаза и сказать “Продолжай”. И все же пришлось замолчать, чтобы он действительно сделал это. ー Я не стану играть с тобой. ー И что бы Сынмин не задумал, он будет делать все против его задуманного сценария. Тот сам стер границы, чтобы нарисовать свои собственные, по которым Джисон должен ходить, но смотреть, где именно расположены эти границы, парень даже не собирался. Он просто будет идти по прямой, без разбора и стеснений.