Часть 3 Золотая принцесса вампиров.

Внезапно, как из недро самого зла, Наруто ощутил неотвратимую опасность, стремительно нарастающую вокруг него, подобно глухому нарастающему гулу. Он инстинктивно заслонил Хаджимэ и Юи своего тела, готового, как истинный защитник, встретить надвигающуюся бурю. В этот момент в его спину впились острые, как ножи, колья света, испускающие холодный блеск угрозы. Этот неожиданный момент не мог не встревожать его друзей; в их сердцах зародилось смятение, а в глазах – страх. Однако, несмотря на мучительные боли, которые терзали его тело, Наруто, обладая непоколебимой силой духа, стоял на ногах, словно гордый воин, стоящий на страже. Словесно переживая все ужасы мира, он продолжал вирус Хаджимэ и Юи, отражая не только физическую, но и духовную атаку. — Наруто! — с внутренним спокойствием отреагировала Юи, и ее голос напоминал крик души, изведенной тревогой. — Как ты? — спросил Хаджимэ, его сердце сжималось от страха за состояние своего друга, как будто под гнетом невидимой руки. — Я в порядке, просто помогите избавиться от кольев, — проговорил Наруто с упрямством, что это удивляло и восхищало одновременно. Повернувшись к Хаджимэ, тот достал из кармана пару пуль, наполненных святой водой — символом надежды в этом мрачном мире. Словно обретая уверенность, он вылил их на колье, и, о чудо! — Хаджимэ и Юи смогли избавить Наруто от этих колючих орудий, вытаскивая их из его спины. Каждый выхваченный шип оставлял за собой не только физическую боль, но и тени, которые пронзала душа. Как только колья были вытащены, Наруто, собрав себе всю свою чакру, мигом исцелил себя, как бы возрождаясь из пепла. Его взгляд, полон решимости и напряженности, обрушился на того, кто осуществил это подлое защиту. Перед ними стал огромный черный монстр, представший скорпиона, зловеще сверкающий в тусклом свете. — Он здесь, чтобы ты не сбежала, я прав? — проговорил Хаджимэ, и в его голосе прозвучала лишь неуверенность, а Юи повернулась в ответ, ее тревога отразилась в серьёзных глазах. — Ццкиёми, спрячься за этот камень, а мы разберёмся, — с решимостью объяснил Наруто, и его голос звучал как приговор, обрушивающий все предложения. Девушка, не вошедшая в спор, лишь в мире, покорно исполняющая просьбу Наруто. Она, укрывшись за колонной, невольно стала свидетельницей последнего зрелища, развернувшегося перед ее глазами. Наруто и Хаджимэ, подобные неукротимым духам, сражались против президента дочери Скорпиона, зловеще охраняемого Юэ, как тень, угрожающая ее свободе, не отпускающая эти мрачные катакомбы, полный затхлый воздух и подавляющую тишину. Сами же Наруто и Хаджимэ, забыв о страхе, разгулялись, как два дремлющих титана, пробуждающиеся к жизни. Хаджимэ, с огнем в глаза, использовал свое огнестрельное оружие, именуемое «Гром», которое, казалось, разрывает тишину, наполняя ее гулким отголоском, а Наруто, облеченный в ауру решимости, владел своим мечом, названным им «Мечом семи элементов», как символ своей стойкости. Собрав свою революцию, Наруто направил стихию воды на монстра, обливающего его холодным потоком, что как бы стало олицетворением борьбы между жизнью и смертью. Хаджимэ, с холодным расчетом и бедой, нащупал уязвимое место чудовища и стал палить в него, как воевода, который обрушивает свой гнев на врага, заполнив воздух звуками ярости и отчаяния. В конечном итоге, после мучительной борьбы, монстр-пал, сокрушенный натиском двух уважаемых душ, и все вышли победителями из этой жестокой схватки, осененные светом свершились. Юэ, наблюдая с надеждой и страхом, заметила, что всё закончилось. Словно пробудившись от тяжёлого сна, она подошла к Наруто и Хаджимэ, чьё дыхание всё ещё было полным волнением, а сердце — наполнялись гордостью за совершенное. — Почему? — едва слышно произнесла Юэ, как будто этот вопрос таился в ней давно и вот теперь, наконец, вырвался прогноз. — Что? — переспросил Хаджимэ, не понимая, куда направлены ее мысли. — Почему ты не бросил меня и не сбежал? — повторила Юэ, и в ее словах было не столько горечь, сколько удивление. — Только низко я бы не пал, — спокойно ответил Хаджимэ, но в его голосе слышалась твёрдость, будто в отсеке он даёт не только вопросы, но и саму тень сомнений. — Да, когда-то тебя предали, жестоко предали, но ведь ты всё равно на нас положилась. Я мужчина, а это значит, что мне не разрешено поступать иначе. — Всё верно говорит, Цукиём, — начал Наруто с мягкой, но непоколебимой уверенностью, — Хоть ты и вампир, я, как всевышний, не мог бы остаться равнодушным. Юэ посмотрела на него с легким удивлением. — Кстати, — задумчиво проговорила она, — почему ты называешь меня Цукиёми? - Наруто улыбнулся, словно заново обдумывая свой ответ, и с каким-то глубинным уважением продолжал: — В одном из миров есть богиня луны по имени Цукиёми. Ты — как она, ночная звезда, пробивающаяся через мрак. — Богиня луны… — Юэ прошептала это почти с трепетом, как бы мысленно поднимаясь к этим сияющим высотам. Тем временем Хаджимэ продолжал занятие, раскладывая останки поверженного монстра, но разговор не оставлял его равнодушным. — Помнится, раса вампиров исчезла на войне лет триста назад, — он уточнял это почти машинально, но взгляд его был полным и пытливым. — Триста лет? — тихо спросила Юэ. — Выходит, тебе, Юэ, не меньше трех сотен лет, — в голосе Хаджимэ прозвучало больше логики, чем чувства, но не совсем было и удивления. Юэ сдержанно улыбнулась, едва заметно, словно оберегая тайну. — Грубиян, — тихо ответила она, словно бросая вызов его холодному расчёту. — А что? — Наруто взглянул на нее, вое его было любопытство, — у всех вампиров такая долгая жизнь? — Нет, — сказал Юэ просто, — я — особенная. Из-за регенерации я не старею. - Хаджимэ молчал, принимая ответ, и через мгновение добавил: — А ты случайно не знаешь, где мы или как выбраться отсюда? — Не знаю, — произнесла Юэ, — но, говорят, лабиринт этот был создан одним из Восставших. — Восставших? — переспросил Наруто, прищурившись. — Это те, кто когда-то восстал против Бога, что принёс тиранию в этот мир, — объяснила Юэ. — полагали, что они хотели разрушить мир, но их план провалился, и заговорщики побежали сюда, в лабиринт. — И находится здесь, в лаборатории великого лабиринта Оркуса, скрывается их прибор? — пробормотал Хаджимэ, углубляясь в размышления. Юэ кивнула. — В самом сердце лабиринта, в его тайных воспоминаниях. — Если всё это правда, то там может быть путь к свободе, — задумчиво проговорил Наруто, его глаза горели огним надежды. — Логично, — Хаджимэ поднял взгляд, — чародеи эпохи Богов вполне могли оставить телепорт для мгновенного выхода на поверхность. В этих словах слышалось не просто желание, а уверенность в том, что выход существует, и путь к ней лежит перед ними. Сидели они в тишине, истомлённые, каждый с тяжестью и томлением в душе, как будто сама судьба застыла между ними, заглядывая в их глаза, не позволяя забыться. Здесь, среди чужого мрака, они обретали странное, неясное единство. Хаджимэ, комплексно склонившись над своим делом, создал оружие – снайперскую винтовку, каждый ее элемент, эта деталь представляла собой живое существо, воплощающее его яростную борьбу. И вместе с патронами, словно цепляясь за самую низкую свою сущность, создав эту винтовку, потому что она одна могла дать ему силу продолжить свой путь. Наруто же, читая неподалёку, сотворил для всех оно — и откуда появилось, Бог история, ведь создано было не из плоти и крови, а, казалось, из самого его желания накормить их, дать отдохновение и успокоение. Он предложил еду им с величием и простотой, и они приняли ее, не отказываясь, — каждый осознавал, что есть нечто высшее в том, что бенто, плод чудесной силы, сошло с его руками. Хаджимэ, лишь взглянув на останки поверженного монстра, мрачно усмехнулся: он мог бы съесть их позже, не чувствуя, что он более ни страха, ни отвращения, холодный рассудок диктовал ему, что и это — путь к выживанию. — А что ты мастеришь? — спросила Юэ, внимательно глядя на Хаджимэ. Он чуть поднял взгляд, лицо его было напряжённым и угрюмым, будто он пытался подчинить непокорные детали своей воле, сделать их продолжением себя. — Новое оружие, чтобы повысить убойность, — отозвался он сухо, как будто тяжесть застывших мыслей заглушила в нем всякое чувство. — И как ты его назовёшь? — продолжает Наруто с задумчивой усмешкой, как бы стараясь вытянуть из него хоть тень жизни. — Я назову его... Трепетан, — произнес Хаджимэ, и в этом имени был весь он, вся та глубокая пропасть, в которой ему довелось скитаться. Но тут Юэ вдруг с удивлением начала смотреть на их лица, как будто бы заглянув глубже, и заговорила, перебивая тягучее молчание. — Наруто, Хаджимэ... почему вы здесь? Почему руководство маной и чакрой так странно, так непосредственно? А главное — почему от тебя, Хаджимэ, как будто веет монстрами, будто ты их поедаешь? А что с твоей рукой? — вопросы ее, сыпавшиеся один за другим, были как цепи, от которых не уйти, но Хаджимэ контроль, точно в полусне, медленно, видимо, погружался всё глубже в воспоминания. — Так, погоди, Юэ, — он положил ей руку на плечо. — Мы снижаем всё по порядку, только не спеши. И в его голосе прозвучала какая-то горькая решимость, будто бы он не ради нее, а ради себя, чтобы унять беспрестанный внутренний вопль. — Бог Эхип, — начал он, и глаза его померкли, — вдруг самолично пригласил меня и моих одноклассников в этот мир. Мол, "спаси людей от демонов", а спросил бы сначала. Мирная мне профессия синергиста выпала — что там с ней взять? Одноклассники же мои насмешливо звали меня никчёмным, ненужным в бою. Мы прибыли сюда, чтобы покорить лабиринт. Но когда появился бой с Бегемотом, меня предал одноклассник. Я увидел перед собой холодное лезвие предательства и провалился в бездну. Наруто ринулся ко мне на помощь, и оба мы упали туда... в это чёрное существо. Там монстр откусил мне руку, и я едва не погиб. Но Наруто... он спасает меня, хоть и ценой страшных перемен. Но разум мой, однако, утром поправился: я сам сделался чуждым себе, начал поедать этих монстров, как одержимый, и лишь святая вода могла меня спасти. Наруто слушал молчание, с печальной серьёзностью, полагая, что так и должно было быть, что эти тени Хаджимэ не могут не преследовать. А Юэ, взглянув на него, вдруг перевел взгляд на Наруто, словно пытаясь проникнуть в его тайну. — А ты, Наруто? Как ты попал сюда? Я в твоей силе, но она сдержала, не так, как у других, — ее слова прозвучали тихо, но требовательно, и Наруто, тихо усмехнувшись, ответил ей спокойно. — Моя история — иная, — сказал он и посмотрел вдаль, словно сквозь пространство и время. — Да, этот бог вызвал вас, но меня, напротив, убили. Архангел Михаил, мой подчинённый, сообщил, что в бунте есть и ангелы. Михаил просил найти одну из них — Нойнт, и забрать обратно. — Нойнт? — изумилась Юэ. — О ней давно не было вестей. — Тебя это удивляет? — Наруто смотрел на нее, как бы присматриваясь к ее лицу, далекие загадки. — Да... Но как ты оказался бездне, если должен был начать ее поиски? Следуйте и поворачивайтесь в сторону Хаджимэ. — Это был приказ короля. Он пригласил меня в группу Хаджимэ. Но предательство — оно пришло с неожиданной стороны. Мы потерпели неудачу в бездну, и когда Хаджимэ потерял руку, мне пришлось пожертвовать его жизнью, чтобы вытащить его с того света. - Юэ, слушая, вдруг затихла, а на глаза ее проступили слезы. Хаджимэ нахмурился и тихо спросил: — Что случилось, Юэ? — Мне плохо от того, что ты страдаешь, Хаджимэ, — едва слышно прошептала она, прикрывая глаза. — Не бери в голову, — пробормотал он, отвергая ее жалость. — На одноклассников мне всё равно, на их предательство — тоже. Мне важно только одно: выжить и вернуться. Пусть даже на это уйдут все силы. - Она вскинула голову, как бы из последних сил побеждая отчаяние, и, печально улыбаясь, ответила: — А у меня и нет места, куда бы вернуться. — Тогда пойдём со мной в Японию, — сказал вдруг Хаджимэ. — Там может быть скучно, зато спокойно. Наруто поддержал его, с мягкой улыбкой посмотрев на Юэ. — Если ты из Японии, — спросил он Хаджимэ, — то какой город? — Токио, — отозвался тот и добавил: — А ты? — Куо. — Куо... Это же недалеко от Киото, — заявил Хаджимэ, и на миг тишина повисла над ними, но на этот раз — полное понимание и тайное соглашение. — Ладно, — сказал наконец Наруто, — нам пора двигаться. В это время в замке империи Мельд, с глубокой комплексностью, развитыми характеристиками Коки, был поражён: они поднялись до небывалых высот, что внушало ему надежду. Мельд, от всей души уверенный в необходимости прогресса, предложил ребятам продолжить тренировку — ведь в их положении не было места для ошибок. Тем временем Наруто, Хаджимэ и Юэ, как бы в смятении душа, продолжали блуждать по мрачным катакомбам лабиринта Оркуса. Их шаги эхом раздавались по узким тропам, уводя всё глубже в объятия темноты. Пробираясь через извивающиеся мосты и преодолевая массивные кристаллы, они прошли в пещеру, откуда с помощью троса спустились ещё ниже. Едва устроив небольшой привал, земля задрожала, и, увидев, они открыли вид чудовищ, похожих на динозавров. Нарастающее чувство опасности толкнуло их на бегство, они быстро стали искать защиты от явной угрозы. — Чёрт! Проклятье! — вскрикнул Хаджимэ, терзая свою душу невыносимым Бременем. — Удачи тебе, — произнесла Юэ, повиснув у Наруто за спиной, ее голос звучал, как нежный шёпот, но в сердце ее таилась тревога. — Тебе-то легко говорить, — отозвался Хаджимэ с досадой, — да что же с ними такое? Скольких бы мы не убили, только новые тенденции, как сама природа смеётся над нами. — Их становится только больше, — заметила Юэ, ее глаза блестели тревогой, — здесь явно что-то не то. А эти цветы на их головах… что это за странная прелесть? — Они выглядят даже мило, — с лёгким весельем произнесла Юэ, но Хаджимэ с горечью отверг её слова. — Ничего подобного, — сказал он, — а может, этот цветок — паразит? — Если это так, нам нужно найти и уничтожить источник, — задумался Наруто, — это значит, что нам придется сразиться с монстрами этого этажа. Троица задумалась, понимая, что за их невидимыми спинами таится неведомая угроза. Монстры, безжалостные и бездумные, уже выглядели, готовясь атаковать Наруто, Юэ и Хаджимэ. Однако неожиданно они заметили проход и, прыгнув туда, попытались перевести дух, оставив своих преследователей в недоумении. Монстры лишь пробежали мимо, лишив своей добычи. В то время как Наруто и Хаджимэ отдыхали, Юэ, словно вампир, начал высасывать кровь из Наруто. Но тотчас же ощутив это, он заблокировал поток своей крови и вместо этого передал ей свою чакру, как будто желая закрыть ее от своих слабостей. — Ну, каково тебе, Наруто? — поинтересовался Хаджимэ с искренним уважением, но в то же время с оттенком недоумения. — О чем ты, собственно? — уточнил Наруто, внутренне смущенный. — Разве ты не понимаешь? Она высасывает твою кровь! Каково это, быть профессором для другого? — с настойчивостью спросил Ногума, поглядывая на свой спутник. — А, ты об этом… Не стоит беспокоиться, — проговорил Наруто с легкой усмешкой. — Я заблокировал поток крови, и потому она просто черпает из меня энергию. - Хаджимэ, сдерживая глухую тревогу, заглядывает в глубокие мрачные коридоры: — Интересно, где же он? Где прячется этот паразит? — Скорее всего, дальше по дороге, — проговорил Наруто, громко его звучание звучало почти как предостережение. — Почему ты так уверен? — вновь спросил Хаджимэ, его голос был наполнен тревожной настороженностью. — Я просканировал местность и заметил, что впереди есть пещера. Враг, скорее всего, прячется в ней, — заявил Наруто, как будто производство осуществляется из глубины их внутреннего опыта. — В таком случае, давай двигаться дальше, — предложил Ногума, полагаясь на мудрость друга, несмотря на страх, нарастающий в груди. Продвигаясь дальше по мрачным лабиринтам, троица наткнулась на пещеру, густо-усеянные цветы, как природа здесь, несмотря на это, Мысли создают иллюзию красоты. Но в этой великолепии таилась злая сущность — паразит, управляющий динозаврами с помощью этих цветов. Внезапно монстры внезапно объявились, и Наруто с Хаджимэ поняли, что спасение — единственный путь. Юэ, удобно устроившись на шее Наруто, продолжал безжалостно поглощать его чакру, не обращая внимания на окружающую опасность. Вбежав в пещеру, Хаджимэ, осознавая свою ответственность, закрыл проход, оставляя за собой темные перспективы. — Превосходно, это сработает какое-то время, — произнес Хаджимэ с оттенком уверенности, пронизанным скрытым уважением. — Ты действительно молодец, — ободрила его Юэ, ее голос звучал тепло, но за этим тоном скрывалась легкая ирония. — Может, ты всё-таки слезешь со мной, раз так считаешь? — произнес Наруто, позволив произнести легкую долю издевательств, но внутри него зреет тревога. — Э… Ну ладно, — отозвалась Юэ, спрыгивая с его спины, оставляя за собой невидимый след напряжения. — Похоже, эти монстры в состоянии неистовства, значит, мы на правильном пути, — тихо заметил Хаджимэ, его голос звучал как эхо звука. — Оставайтесь здесь, — проговорил Наруто с решительностью, — лучше забаррикадируетесь. — Что-то не так? — спросил Хаджимэ, несмотря на его уверенность. — Я чувствую, что мы не одни, — ответил Наруто, его голос стал более сильным, — оставайтесь здесь и отдыхайте, а я разберусь с этой тварью. Хаджимэ, уступая воле судьбы, без лишних слов воздвигаем стену, стремясь оградить себя и Юэ от надвигающейся угрозы. Тем временем Наруто, движимый неведомым пространством по возбуждению, углубился во мрак, лишь чтобы наткнуться на нечто ужасное — паразита, внешность которого излучала изощрённое зло. Тело его, словно женское, с бежевым оттенком и цветком на голове, вызывало странную прелесть, но эта красота таила в себе пагубную опасность. Глаза пурпурного цвета, изогнутая одежда, одеяние, кажущееся платье, лишь подчеркивало его натуру, позволяя скрыть хищность. В этот момент мы попытались подчинить Наруто своей воле, но тот, собравшись с применением, использовал огненное мастерство, чтобы убить врага заживо, преодолевая внутреннюю поддержку. Повернувшись к Хаджимэ и Юэ, Наруто обнаружил, что они находятся в состоянии расслабленности, что лишь усилило его внутренние размышления о том, что значит быть охотником в этом ужасном мире. — Как всё прошло? — спросил Хаджимэ, его голос отражал не только любопытство, но и легкое наказание, свойственное тем, кто живет в постоянной опасности. — Этого паразита больше нет. Я испепелил его, — ответил Наруто, но в его словах скрылась тень неуверенности, похоже он не только сразил чудовище, но и столкнулся с чем-то более глубоким и ужасным в себе. — Ты не увидел больше ничего? — продолжал Хаджимэ, в его интонациях слышался призыв к знанию, а не к простому любопытству. — Кстати, будешь? — он предложил мясо-монстра, похоже, искал в этом предложении какую-нибудь нормальность в этом ненормальном мире. — Я воздержусь, — ответил Наруто, отказываясь не только от еды, но и от внешних связей с тем, что убило. — Дальше я не заходил, но почувствовал небольшой сквозняк, доносящийся из-под земли. — Скорее всего, там есть проход, ведущий на нижние этажи, — предположила Юэ, и в ее голосе звучала надежность, будто бы именно она могла открыть завесу тайны, скрытой во мраке. Как только Хаджимэ завершил свою трапезу, его и Юэ привели к себе неприметную фигуру Наруто. Они, словно в забытьи, направились к центру, где свет глянцевого кристалла создал некую атмосферу таинственности. В центре зала раскрылся круг, медленно опускаясь вниз, словно приглашая троицу спуститься на очередной, последний этаж. В отсутствие монстров Наруто, Хаджимэ и Юэ можно было без помех пройти вниз. Но, достигнув узких переулков, они наткнулись на лестницу, ведущую к последним фиолетовым воротам, украшенным королевскими узорами, создавая олицетворяющими надежду и опасность одновременно. — Кажется, мы придерживаемся конца нашего пути, — произнес Хаджимэ, его голос дрожал от смеси надежды и звука. — Откуда ты черпаешь эту уверенность? — спросила Юэ, ее глаза блестели с любопытством и осторожностью. — Что это, — начал Наруто, — это единственный проход. Если мы найдем портал, мы сможем выбраться на поверхность, на свободу. — Ты прав, — откровенно Хаджимэ, хотя в его словах прозвучала нотка неуверенности. — Что ж, давай посмотрим, какие испытания нас ждут.