Chapter XV. Just the truth

      Снейпа разбудили тихие шаги — подняв голову в темноте, он понял, что рядом сидит Гермиона.       — Что-то случилось?       — Ты уснул за столом…       — Да, я заметил, — разминая шею, ответил мужчина.       — Почему ты не ушел?       — А сама как думаешь?       Гермиона, очевидно, стушевалась, хоть в ночной темноте этого и не разглядеть. Видимо, вариантов ответа у нее не было, или, что вероятнее, озвучивать она их не собиралась.       — Переживал за тебя, — закатив глаза, ответил наконец Снейп, поняв, что ответа не дождется. — Ты чего вскочила? По ощущениям сейчас глухая ночь.       — Защита засекла какую-то активность, — шепнула она. — Но сейчас тихо.       — Странно… — мигом насторожившись, Снейп встал и скомандовал напарнице: — А пошли-ка обратно в спальню.       Судя по сдавленному выдоху, подобную фразу она расценила как-то не совсем верно.       — Иногда опытные воры, зная расположение комнат, с помощью даже магловских приблуд определяют, спит ли хозяин квартиры в спальне, — как-то немного поспешно объяснил мысль зельевар. — Ты встала, и возможно поэтому они затихли.       Ответа он не расслышал толком, но они пошли-таки обратно, и, кивнув на кровать, он прошептал:       — Ложись и делай вид, что спишь. Я уж, с твоего позволения, тоже прилягу.       Расположившись на самом краю, чтобы не смущать напарницу уж совсем в край, он прикрыл глаза, прислушиваясь. Девушка тоже уместилась на кровати и даже натянула по самые уши одеяло — хотя, учитывая июльскую жару, решение было весьма опрометчивое.       Прошло несколько минут подозрительной тишины — и вдруг магическая защита вокруг квартиры дрогнула, будто кто-то пытался сломать ее, но крайне и крайне осторожно. Снейп резко поднял палочку, и его черты заострились в свете внезапных бликов от сполохов магии, что побежали по стенам.       — Надо же, какие самоуверенные, — выдохнул он. — Будь начеку.       — Я могу сейчас перехватить защитную магию, и они не взломают плетение, — она вытащила палочку из-под подушки.       — Не стоит. Так даже лучше — я почему-то уверен, что это не обычные воры: твою защиту снести, и в столь короткий срок — да там не меньше трех человек, и минимум один достаточно хорошо осведомлен о плетении.       Диалог прервали внезапно — раздался громкий грохот, и в дверь спальни врезалось заклинание. Она не выдержала, распахнувшись с оглушительным треском. В помещение ворвались сразу четверо, и их лица скрывали капюшоны. Одеты они были в столь знакомую уже аврорам одежду культа.       Никто из них не ожидал, что Грейнджер не спит — и поэтому Гермиона вместе со Снейпом ловко обезвредили двоих, сравняв счет. Теперь нападающим надо было быть куда осторожнее — ни эффекта неожиданности, ни преимущества по количеству уже не было.       Один из двух оставшихся — высокий и явно до сих пор уверенный в победе — внезапно снял капюшон. Это был Забини.       — Ну что, Грейнджер, — с ленивой усмешкой произнес он, перекатывая палочку в руке. — Я, конечно, догадывался, что ты жить не сможешь без какого-нибудь идиота, греющего твою постель, но, мать твою, Снейп?       Снейп в ответ на это только ухмыльнулся.       — Вот уж не думал, что тебя по-прежнему будет так заботить личная жизнь бывшей девушки. Небось обидно, что запасной аэродром накрылся?       — Да сдалась мне эта сука, что я там не видел!       Гермиона в ответ на это зло скривилась, но все еще предпочла промолчать.       — Как низко ты пал, однако… — прошипел Снейп.       — Зависит от угла, с которого смотришь, — холодно бросил Забини, делая шаг вперед. — Отойди в сторону лучше. Нам нужна только она.       — Так что ж вы стоите тогда без дела, — язвительно поинтересовался Снейп. —Попробуйте забрать.       Он вскинул палочку, и мощный щит встал между ними и Забини. Это и послужило сигналом — заклинания начали лететь по комнате, яркими вспышками разрезая воздух. Гермиона отбивала проклятия с присущим ей изяществом, явно стремясь попасть по Забини чем-то максимально неприятным. Снейп же двигался как тень, так же легко парируя, но уступив напарнице ее личного врага и атакуя второго. Его заклинания были точны и не менее изобретательны — хоть в них и отсутствовала та ненависть, что вкладывала в них девушка.       Забини же очевидно злился, чувствуя, как два аврора теснят их. Его напарник терял силы, и было очевидно, что преимущество как в мастерстве, так и в скорости реакции не на их стороне. Если еще минуту назад они были искренне уверены, что все получится — сейчас вопрос на повестке дня был уйти отсюда живыми. Блейз направил на Гермиону мощное проклятие, явно собираясь чисто выиграть время, и снейпов вновь скастованный щит принял удар, но самого зельевара отбросило к стене.       — Северус! — закричала она, рванув к нему, но была остановлена почти задевшим ее Ступефаем.       Девушка резко развернулась и, уже даже не заметив, что параллельно кастует и вслух, и невербально, принялась кидаться уже куда более запрещенными заклинаниями — быстро, точно и с холодной яростью. Напарник Забини пропустил одно, и сейчас куклой свалился на пол, подползая к товарищам и аппарируя вместе с ними, пока Блейз на пределе возможностей защищался. Ни о какой контратаке и речи не было.       — Это… не конец… Грейнджер! — крикнул он, видя, что ситуация абсолютно вышла из-под контроля.       Он пропустил-таки одно заклинание, и кровь брызнула из рассеченной щеки. Гермиона вдруг сильно увеличила его плащ — тот упал на пол, а Забини, воспользовавшись столь нелепой атакой, аппарировал, сбегая.       Мигом наступила оглушающая тишина, а девушка упала на колени рядом со Снейпом, проверяя его пульс.       — Ты живой, — прошептала она с облегчением, и ее руки ощутимо дрожали.       Он медленно открыл глаза, с нереальным скептицизмом глядя на нее.       — Не думала же ты, что мне придет конец от одной встречи со стеной? — прохрипел он, садясь.       — Ты спас меня от проклятия, — выдохнула она.       — Не обольщайся, — бросил он. — Я просто заметил его раньше.       Но в его голосе звучала скрытая забота, которую она все же уловила, и сам ответ был какой-то... привычный, что ли.       Гермиона устало откинулась на назад, прислонившись к кровати и тяжело дыша, но, заметив язвительный прищур Снейпа, не удержалась:       — Ну, конечно, ты же не можешь признать, что просто сделал что-то хорошее.       — Тебе когда-нибудь говорили, что ты магнит для неприятностей, Грейнджер? — проигнорировал ее слова Снейп.       — Было дело, если честно. Ты не хочешь встать с пола? А то у меня колени болят так сидеть.       Он фыркнул, отбрасывая с лица прядь волос, и оглядел комнату, останавливаясь взглядом на напарнице.       — Ты прямо образец сочувствия, Грейнджер.       — Но я же сижу вместе с тобой! — Гермиона со вздохом оперлась на руки, чтобы вытянуть ноги, и облегченно застонала, как только ей это удалось. Видимо, какое-то заклинание таки успело задеть колено.       — И все же ты всегда оказываешься рядом, чтобы помочь мне, — тихо произнесла она. — Спасибо.       — Это всего лишь профессиональная привычка.       — Защищать бывших студенток?       — Помогать тебе.       Гермиона смутилась, не ожидая подобного ответа, а затем, видимо, чтобы отвлечься, заклинанием подтянула к себе плащ, оставленный Забини. На вороте вполне отчетливо виднелись пятна крови, которые она тут же продемонстрировала напарнику.       — Вот теперь мы этого мудака найдем быстро, — с гордость объяснила она свою задумку.       — Вынужден признать, я счел твои действия странными во время боя, но это было на редкость гениальное решение. — Снейп кивнул на количество крови. — Только столь мощное заклинание я бы кидал все же не в лицо, попади оно в шею, ты бы его убила.       — Тоже мне потеря, — зло скривилась Гермиона.       — За что же ты его так ненавидишь?       — За все хорошее.       — Так себе ответ, не слышу аргументов.       — Ах, хочешь аргументов! — Гермиона вдруг резко повернулась к нему. — Ну так вперед, давай!       — Что?       — Сам посмотри. Тебе же все неймется у меня все выведать. Так давай, смотри, я даже щит сниму. Уверена, это будет крайне аргументированный ответ.       — Ты уверена? — опять переспросил Снейп, переживая, что она может быть немного не в себе.       — Давай, смотри! — зло вскрикнула девушка, решительно хватая Снейпа за руку. Блестящие янтарные глаза смотрели ему в самую душу — и, ненавидя себя за свои действия, мужчина шепнул заклинание.       Перед внутренним взором замелькали картинки — в основном каких-то взаимодействий Гермионы и Забини. Прогулки, разговоры, чаще всего где-то на фоне еще мелькал Джордж, и они втроем чертили какие-то схемы на многочисленных листах бумаги. Затем все вдруг изменилось, и стало очевидным, что это происходит уже после смерти Уизли — воспоминания были смазанны, кое-где были пробелы, было очевидно, что девушка тяжело переживала произошедшее. С Забини она общалась немного и чаще всего короткими фразами — а затем картинка вдруг стала очень четкой, прорисовались детали. Похоже, это и был главный, ключевой момент их истории.       Гермиона вошла в незнакомую профессору комнату, ставя на пол рюкзак. За столом расположились Забини и двое неизвестных, но судя по количеству пустых бутылок, сидели они так давно.       — О, Гермиона! Ты вовремя! — пьяно позвал девушку Блейз, но она даже не особо отреагировала. Пройдя к шкафу и взяв какую-то книгу, она положила ее в рюкзак, явно собираясь уйти. — Не-не-не, не так быстро!       — Ты же знаешь, я не люблю с тобой говорить, когда ты в таком состоянии, — явно не в первый раз напомнила ему девушка. — Давай завтра, когда протрезвеете.       — А ему, собственно, без разницы, что ты там любишь, — доверительно сообщил ей один из тех парней, стриженый под единичку и с бандитской рожей.       — После того как ты убила какого-то вашего кореша, — добавил второй, блондин.       — Я… что? — замерла Гермиона, неверяще смотря на своего парня. — Ты и вправду так считаешь?       — Временами, — чуть поразмыслив, ответил Забини. — Ты же не соизволила показать мне воспоминания, чтобы я удостоверился, что это не ты.       — Я и не обязана их показывать! Не думала, что моих слов тебе недостаточно…       — Так а с какой радости я должен тебе верить? — искренне удивился Забини, с трудом вставая со стула. — Хрена с два ты правду скажешь, только ходишь и страдаешь на публику.       Гермиона отшатнулась в неверии, во все глаза глядя на Забини.       — Что… что на тебя нашло? Ты бы никогда такого не сказал…       — Пока ты не убила моего друга — да, — пожал плечами Забини и вдруг начал заваливаться набок, вырубаясь от количества спирта в крови. Блондин его поддержал и затем кое-как толкнул в сторону, чтобы тот не лежал под ногами. Второй же, коротко стриженный, с похабной улыбкой прошелся взглядом по фигуре Гермионы.       — А ничего так куколка, хорошая ставка была.       — Какая ставка? — побледнела девушка, делая шаг назад. В груди стало нещадно колотиться сердце в тревожном предчувствии проблем. Она покрепче сжала в руке палочку, готовая в любой момент ее применить.       — А такая, что парень твой совершенно в покер играть не умеет, — вальяжно ответил блондин, абсолютно не обращая внимания на ее боевую стойку. — И проиграв дохуя всего, поставил интересное времяпровождение с тобой, куколка.       — Он не имел права!       — А какая разница, если ты в меньшинстве? — оскалился стриженный, обходя стол с другой стороны от собутыльника. Он тоже явно не чувствовал особой опасности от девушки. — Ну, может, он и не ставил, мы сами это придумали, какая хуй разница, итог будет один.       — Только попробуй.       — Всенепременно, — рассмеялся тот, резко кидаясь в ее сторону.       Гермиона вовремя отскочила в сторону, уворачиваясь от мужчины, и ее заклинание ударило куда-то в стену позади. Второе было более удачным — угодив в живот блондину, оно вызвало болезненный ожог. Не давая себя схватить, девушка опять прыгнула вбок, цепляя стул и царапая об угол подоконника руку, падая вниз и уклоняясь еще от чьего-то заклинания. Она слышала, как опять заматерился белобрысый, когда уже второе подряд заклинание угодило в него, уложив на землю, — и едва не пропустила удар в лицо от стриженного. Потеряв от неожиданности равновесие, девушка упала назад, сразу же кувыркаясь в сторону, — только оппонент успел схватить ее за щиколотку. С разгону несколько раз пнув его, куда дотянется, Гермиона вскочила на ноги, тяжело опираясь на стол, слыша стон за спиной. Развернувшись, она кинула на стриженного связывающее заклинание, ища блондина. Параллельно взгляд зацепился за посуду на столе — и девушка почувствовала, как сердце застучало где-то в горле. Там стояло четыре стакана. Резко дернувшись в сторону, она искренне надеялась, что успеет переиграть свою ошибку, — но спину вдруг пронзила резкая боль, и Гермиона упала в болезненных попытках вдохнуть.       — Хватай суку, — простонал с пола окровавленный блондин, пытаясь подняться.       — Вовремя я, конечно, в туалет ушел, — послышался над головой девушки незнакомый голос, и ее грубо дернули за выкрученную руку вверх, вынуждая стать на колени. — Боевая какая, это подружка Забини, что ли?       — Она самая… Стерва ебанутая, — подходя к ним, сказал стриженный, с размаху ударив Гермиону в скулу.       — Ты ей лицо попортишь, — флегматично прокомментировал держащий ее мужчина, глядя, как мотнулась в сторону голова девушки от удара.       — На возможность ее трахнуть это не повлияет, — сплюнул кровь второй. — Тащи ее.       Гермиона резко рванула в сторону, чувствуя, как хрустит вывернутый сустав, — но попытка оказалась тщетной. Оба были куда сильнее, и получив еще один удар по голове, на какой-то миг девушка даже потеряла сознание. Понимая, что попытки освободить руку приведут только к выломанному суставу, она стала упираться ногами в землю. К ее ужасу, решили эту проблему мужчины вмиг — просто приподняв ее над землей, что в паре с вывернутой рукой причинило еще больше боли.       — На помощь! Пожалуйста, не трогайте меня! Не надо! — закричала Гермиона, срывая не только голос, но выжигая магический резерв в бесплодной попытке вызвать патронуса без палочки. Ей казалось, что вены буквально обожгло выбросом магии, только, увы, вреда никому не причинив.       Крик девушки, казалось, только позабавил троицу — блондин, что наконец встал с земли, пнув в процессе лежащего в несознанке Забини, подошел к Гермионе, хватая пальцами ее подборок.       — Вот объясни мне, куколка, чего столько сопротивления? Ты все равно никуда не денешься, а так расслабься, глядишь, и удовольствие получишь.       Стриженный же тем временем разорвал на ней футболку, оставив только топ, и, оскалившись, принялся бороться с замком ее джинсов.       — Через мой труп, — прошипела Гермиона, хватая зубами за руку белобрысого. Послышался отвратительный хруст и душераздирающий крик — мужчина отскочил с окровавленной рукой, его палец держался на остатках сухожилий.       В комнате вдруг вылетела дверь, и ворвались Гарри с Роном — им хватило доли секунды, чтобы оценить произошедшее, а затем они кинулись в бой.       Во рту было невероятно мерзко от чужой крови, но воспользовавшись тем, что противники отвлеклись, Гермиона опять рванулась в сторону, освобождая хотя бы вторую руку — и схватив первое же, что достала, ударила им стриженного. То оказались ножницы, которые глубоко зашли в шею врага, заставив того буквально давиться собственной кровью, хрипя и оседая на землю. Вдруг ей стало легче — друзья обезвредили последнего из нападающих, и девушка начала тяжело завалиться вперед. Гарри успел ее подхватить — и, сжав пальцами его рубашку, девушка почувствовала, как ее начала хватать истерика: дышать стало очень сложно, слезы лились градом, и, цепляясь за обнимающего ее друга, она буквально кричала.       Рон подошел с другой стороны, накидывая ей на плечи собственную рубашку, и наклонился, обнимая со спины. Так они и стояли, молча, не рискуя ничего говорить, лишь шепча успокаивающие слова, пока девушка не начала понемногу затихать. Тогда-то они и услышали хрип пришедшего в себя блондина:       — Ты все равно ничего не расскажешь, дрянь.       — Весьма вряд ли, — тут же прошипел Рон, хватая его за шиворот и с перекошенным от ненависти лицом ударяя его о стену — раз, второй, пока лицо врага не было полностью залито кровью.       — Да неужели она признает, что собственный парень ее в карты проиграл? — захохотал белобрысый, уже даже не пытаясь вытереть глаза.       Гермиона вдруг рванула вперед и, схватив по дороге со стола нож, всадила его в руку мужчине. Тот заорал, пытаясь отшатнутся.       — Скажи правду, он действительно меня проиграл? Он действительно меня поставил?! — закричала девушка срывающимся голосом, опять ударяя его, чуть выше, и лишь достав нож из раны, ударила снова, и снова, пока раз на пятый лезвие не застряло в кости.       — Да нет, нет, он слишком бухой был уже, нет! — визжал блондин. — Остановись, умоляю, не надо!       — Я тоже тебя умоляла! — безуспешно пытаясь выдернуть нож, закричала в ответ Гермиона. — Я тоже тебя просила, но разве ты слушал?!       Она вдруг почувствовала, как Гарри осторожно взял ее за плечи и, чуть отодвинув, сам ухватился за рукоять, под вопль несчастного вырывая-таки нож. Затем он молча протянул его подруге несмотря на то, что блондин теперь вслух умолял уже его или Рона сжалиться.       Попытавшись взять нож, Гермиона поняла, что пальцы вконец ослабли и все руки были полностью покрыты кровью. Поэтому, ухватив рукоять обеими руками, она с криком ударила в последний раз и, глядя на падающее тело, сама стала оседать. В этот раз ее подхватил Рон, прижав к себе.       — Я его убила… я его убила?       — Убила. И его, и второго, третьего мы положили, — осторожно касаясь ее плеч и гладя по спине, хрипло ответил Рон. — Все в порядке, теперь все хорошо, слышишь? Ты в безопасности.       — Мы все уладим сами с криминалистами, а тебе нужно отдохнуть, давай домой? — ласково добавил Гарри, будто ребенку, которого пытался успокоить.       — Нет, нет, я не хочу быть одна, нет! — в панике замотала головой Гермиона, и Рон еще сильнее прижал подругу к себе, чтобы та не упала.       — Не одна, будешь с Джинни, хорошо? С Джинни же безопасно, правда? — тут же предложил Поттер, аккуратно перехватывая из рук Уизли лучшую подругу. — Согласна? Все хорошо, ты же знаешь Джинни, с ней тебе точно будет спокойно.       Гермиона сквозь слезы кивнула, и Гарри, кивнув другу, аппарировал.       Картинка опять изменилась — теперь то очевидно была гостиная жилой квартиры. Возле столика, сидя на ковре, как раз раскладывала журналы Джинни, но стоило ей увидеть новоприбывших, как стопка полетела на пол, а сама девушка вскочила на ноги, подбегая к мужу.       — Все потом, просто побудь с ней, никуда не отходи, — прошептал Гарри, и та кивнула, аккуратно беря подругу за руку. Поттер тут же аппарировал обратно, как только Гермиона хоть и с трудом, но сумела отлепиться от столь безопасных объятий. К счастью, она тут же попала в еще одни — Джинни аккуратно подвела ее к дивану и, несмотря на тотальную окровавленность, усадила, прижав к себе.       — Извини за кровь, — кое-как выдавила Грейнджер, пытаясь проглотить стоящий в горле комок. — Я… потом уберу.       — Не неси чушь, плевать абсолютно на это, — тут же последовал ответ. — Ты в порядке?       — Нет…       — Извини, черт, очевидно же… Глупый вопрос.       — Но кровь… почти вся не моя, не переживай.       — Угу.       Снейпа резко выкинуло обратно, и он понял, что у него в глазах стоят слезы. Гермиону перед ним и вовсе несколько потряхивало, но она старалась держаться. Мужчина потянулся к ней, крепко прижав к себе, и понял, что по щеке таки потекла предательская влага. Положив подбородок на макушку девушки, он чувствовал под руками, как дрожит от вновь пережитых воспоминаний напарница.       — Хочешь, я его убью? — очень тихо поинтересовался Снейп и почувствовал ее в ответе улыбку.       — Хочу, но нельзя, тебя же посадят. Он мудак, но, увы, действительно не успел ничего сделать. Точнее как — ставить-то он поставил, но выиграть или проиграть не успел.       Снейп перевел взгляд на заставленный книгами шкаф и даже оценил количество навешанных на него заклинаний — он вообще не пострадал во время боя. Затем на прикроватный столик с когда-то аккуратно сложенными папками и канцтоварами, что сейчас разлетелись по комнате. Затем взгляд упал на множество полароидных фотографий на доске — уж очевидную любовь девушки все вокруг завешать фотками он заметил давно, и стоит признать, где-то глубоко в душе ему это даже импонировало. В этом он, естественно, никогда бы не признался.       — Твоя связь с Поттером и Уизли — это что-то весьма интересное на самом деле. Как ты смогла до них докричаться?       — Они говорили, что вдруг как наяву услышали мой крик и почувствовали будто бы магический след, как во время следящего заклинания, — припомнила девушка.       — Действительно уникально. — Снейп замолчал, формулируя вопрос, и затем спросил: — Но почему никто не знает о произошедшем? Почему ты никому не говоришь?       — Потому что тогда все будут к нему относиться, как я или Гарри, Рон и Джинни, а он… опять же, он мудак, но не заслужил того, чтобы я разрушила всю его жизнь просто потому, что он не умеет пить и выбирать собутыльников.       — Смеешься? Он хоть и частично, но виноват в том, что произошло, а ты так просто спустила все на тормозах?       — Он не пытался меня изнасиловать.       — Зато его друзья пытались, и он тебя поставил на кон в игре в карты.       — Но ведь по факту он не успел меня проиграть, так что ему даже предъявить нечего, и он же отрубился еще до бойни…       — А ты так уверена, что он бы защитил тебя?       — Не хочу даже думать об этом. — Гермиона аккуратно подняла голову, чуть отстранившись, чтобы заглянуть в лицо собеседнику. — Ты все еще меня обнимаешь.       — Я заметил. Ты против?       — Нет, ни в коем случае, — тут же замотала головой девушка, запоздало осознавая, в каком положении они находятся. К щекам прилил жар, особенно с пониманием, что происходящее нравится не только ей.       — Вот и хорошо.

***

      Вполне очевидно, что выспаться опять не получилось — они вновь явились в министерство вдвоем, весьма недовольные и помятые, но, как и в прошлый раз, стоило им обнародовать новости, их внешний вид был забыт.       Решено было не отслеживать Забини сразу — пускай расслабится и осядет в каком-нибудь логове. Но вот Гермионе строго запретили теперь находиться одной — по какой-то причине она представляла особый интерес для этого культа сумасшедших.       — Как обычно, все пряники мне, — прокомментировала подобные новости она.       И опять, учитывая ночные события, им приказали отправляться отдыхать сразу после обеда, не работая полный день: уставший аврор — это бесполезный аврор. Но до этого они остались разгребать завал несданных отчетов. А Гермиона — еще и слушать гневную тираду Гарри.       — …Да потому что я говорил тебе, что если бы ты его еще тогда сдала, как… — тут парень кинул взгляд на Снейпа, что третьим стоял в кабинете возле стола, — …да, в общем-то… когда…       — Успокойся, он уже в курсе, — улыбнулась ему Гермиона, беря в руки папку. — Я на пару минут, отнесу это в архив.       Она вышла, легко закрыв дверь, а Гарри же проводил ее откровенно удивленным взглядом.       — В курсе?..       — Да, — ответил ему Снейп, — так что, если я совершенно случайно убью его при задержании, прошу принять и простить.       И несмотря на всю холодную насмешку в голосе Поттер понимал, насколько это серьезное обещание.       — Мне кажется, можно и что-то повеселее сделать, — рискнул он.       — Я похож на шута, Поттер?       — Нет, конечно. Но ты, наверное, помнишь ту легендарную историю про встречу Блейза с драконом?       — Я сам ему лечебные зелья варил.       — Да блин, вот почему все так плохо пошло! — досадливо скривился парень, снимая и протирая очки. — А я-то все думал…       — Изволь объясниться, — поднял бровь Снейп, обходя стол и опираясь на шкаф плечом.       — Да как сказать… Гермиона ведь запретила говорить другим, даже клятву взяла, — Гарри прокашлялся и понизил голос. — Но мы не хотели все так оставлять, так что… Рон совершенно случайно решил выпить с Забини именно в вечер перед миссией и именно у него дома, Джинни не менее случайно оставила у брата дома разведенное антипохмельное, которое не сработало, а я, по невероятному стечению обстоятельств, понятия не имел, что в области задания будет дракон, и по еще более страшному совпадению отстал и потерялся как раз до встречи Забини с ящером.       Снейп понял, что улыбается и что впервые в жизни почти гордится этими гриффиндорцами, которые откровенно дали фору его родным змеям. Это было именно то, что он так ценил в людях, — они остались верны обещанию подруге никому ничего не говорить, но молча и хладнокровно отомстили за Гермиону, не оставив ни единой улики.       — Вы знали, что он выживет?       — Никто и не хотел, чтобы дракон вдруг его убил, — почесал подбородок Поттер. — Поэтому дорогу я нашел очень вовремя, как и зелье для первой помощи при рваных ранах имел с собой. Просто и взятый у Чарли нейтрализатор, который помогал справиться с драконом, из нас двоих оказался именно у меня.       — Совершенно случайно, конечно же?       — Именно.       — Кажется, впервые в жизни я сожалею, что сварил хорошее зелье, — задумчиво глядя на бывшего ученика, ответил Снейп.       — Вы это о чем? — заходя обратно в кабинет, подозрительно поинтересовалась Гермиона.       — О том, что теперь не только мы с Джинни и Роном хотим убить Забини, — весело отозвался Гарри и, похлопав подругу по плечу, заговорщицки подмигнул. — Но это большой шаг в отношениях, тебе не кажется? Глядишь, и привыкнешь правду говорить…       — Гарри! — возмущенно воскликнула девушка, и парень, смеясь, вышел. Под внимательным взглядом напарника она подошла к своему столу и, сев, принялась за отчеты. Только вот мысли ее были очень далеки от написанного на бумаге — она размышляла, кому стоит рассказать о причинах смерти Джорджа.       После вчерашнего письма и истерики она поняла, что ей действительно стало легче. Она в самом деле получила ответ на три года мучившие ее вопросы и, выплакав вчера годовой запас слез, наконец почувствовала облегчение. Джордж знал, что делал, и понимал риски. Он не страдал и не винил никого — он лишь действовал так, как считал нужным. Конечно, грусть от утраты это не уменьшало — но приносило столь желанное душевное равновесие, сменяя боль на светлую тоску о друге.