Внутренние земли

I На границе Морозных гор царила теплая осенняя погода. Такая смена ландшафта напоминала скачок назад во времени. Желтые листья устилали влажную, согретую солнцем землю. Деревья шумели на ветру, сбрасывая остатки зелени. Если не приходилось вступать в бой, Лиллиан всегда нравилось, как опавшая листва хрустела под ногами, делая шаг громким, радостным. Движение давалось легко, тем более, что компания была достойная. Кассандра, закаленная в военных походах, Варрик — бывалый искатель приключений и, конечно, Солас, скитающийся по миру неизвестно сколько. Лиллиан вовсе провела жизнь у аравели, люди часто удивлялись, завидев эльфийские повозки с парусами, похожие на корабли. Охота давалась ей хуже, чем собратьям, но Роуан, главный охотник, разглядел в ней способности к навигации и выживанию. Она прекрасно читала карты, а без карт — следы, никогда не плутала и много дней шла в пути без устали и стенаний. Еще на подступи к деревушке в окрестностях Редклифа, путники услышали звуки битвы. В воздухе гремели магические разряды, и сначала Лиллиан решила, будто дюжина разрывов открылась разом. Заметив скаутов Лелианы, эльфийка повела группу без опаски. Хорошо замаскированный лагерь встретил их мрачно. Несколько рейнджеров были ранены, а постовые не спускали глаз с периметра. — Вестница Андрасте! — поприветствовала девушка-гном. — Я о вас столько слышала. Все вокруг слышали, как вы закрыли Брешь. Конечно, необычно, когда долийскую эльфийку беспокоит судьба других народов, но непочтительно здесь никто к вам не отнесется. Даю слово! Ее голос был торопливый, по-девичьи звонкий, но приятный. Девушка-гном с огненно-рыжими волосами и зелеными глазами, вдруг, осекла себя: — Ах, да! Разведчица Инквизиции Хардинг, к вашим услугам. Я… мы тут все… помогаем, чем можем. — Хардинг, значит? А в Верхнем городе приходилось бывать? — ухмыльнулся Варрик. — Боюсь, что нет. А что? — искренне удивилась она. — Да просто… — гном замялся и замахал руками. — А, неважно. В Ферелдене эта шутка не прозвучит. Лиллиан в недоумении медленно повернулась к нему, а Кассандра раздраженно вздохнула. — Очень рада с тобой познакомиться, — не в силах понять Варрика, эльфийка обратилась к Хардинг. — Перейдем к делу. Положение тяжелое, — отрапортовала она. — Мы пришли к старому Редклифскому объездчику за лошадьми. Я выросла в этих краях и не раз слышала в народе, что табуны Деннета — самые быстрые и выносливые по эту сторону Морозных гор. Но из-за всех этих баталий между магами и храмовниками мы не смогли даже добраться до фермы. Один Создатель знает, жив ли он еще. Мать Жизель помогает бездомным и раненным. Судя по последним донесениям, война добралась и туда. Наши солдаты во главе с капралом Вейлом как могут стараются защитить людей, но долго им не продержаться. Так что вы бы поторопились, времени терять нельзя. Разведчикам было весело пополнить припасы группы, но Искательница отказалась, решив, что помощь здесь нужнее. В лагере компания решила не задерживаться, следя совету Хардинг. — Варрик, — Лиллиан замешкалась на спуске в долину. — О чем была эта шутка? — Ох, — гном то ли усмехнулся, то ли кашлянул. Кассандра закатила глаза. — Я правда не поняла. Это какой-то способ знакомиться или… — Нет, снежинка. Все дело в одной книге. Я вижу, у вас в клане бульварное чтиво не в почете. Не увидев на лице Лиллиан намека на понимание, Кассандра сказала: — Все дело в его романе. «Трудная жизнь в Верхнем городе» или как там его. — «Hard in Hightown» можно сказать, — Варрик несколько смутился. Озаренная Лиллиан от стадии ликования быстро вернулась к замешательству. Хардинг ин Хайтаун? Она одарила Варрика смешливым взглядом и ускорила шаг: — А я то думала, это был самый нелепый подкат во всем Тедасе. Когда перед ними открылась деревушка, группа замедлилась. Поле было охвачено противостоянием. Местами из земли торчали огромные, величиной в дом, ледяные глыбы. Деревянные строения при этом горели, вода в пруду искрилась от электричества. Буйство стихий разрушало все на своем пути. Заметив несколько скаутов в бою с чужаками в мантиях, путники поспешили на помощь. Солас, в попытке образумить магов, громко закричал: — Мы не причиним вам вреда! — Они тебя, судя по всему не слушают! — Варрик зарядил арбалет и выстрелил в отступника. Из рук жертвы полетели так и не разгоревшиеся искры. Эльф стиснул зубы и прочел заклинание, окутывающее барьером своих соратников. Его посох начал сыпать энергетическими зарядами. Лиллиан заметила, что в ближнем бою маги почти беспомощны. У каждого при себе, на случай такого нападения, конечно, имелся кинжал, но против эльфийки противопоставить им было нечего. Крик незнакомца пронзил уши. Как странно, скауты Инквизиции ведь не демоны, зачем же отступники нападают? Эльфийка незаметно появилась за спиной вражеского мага, держащегося в стороне. В страхе, он поднял посох и выкрикнул заклинание. Под ногами Лиллиан вдруг заметила яркий свет. Большая голубая печать превратилась в столб льда, поразив не только эльфийку, но и самого мужчину. Прежде чем ненадолго отключиться, она увидела перед собой его большие светящиеся глаза. Помимо отчаяния, для Вестницы в них, навсегда, запечатлелось торжество. — Лилли! — закричала Кассандра, расталкивая противников. Эльфийка лежала на животе и тщетно пыталась подняться. Холод пробрал ее до самых костей, а кожа на правой руке, плече и бедре покрылась ледяной корочкой. — Я… сейчас, — голос потонул в звуках разрывающейся огненной сферы. Лиллиан откупорила зелье и сразу почувствовала, как в ней возвращаются силы. Искательница ринулась в бой, мимо нее промелькнул Солас. — Вставай, — сказал он. Ощущая в теле покалывание и прохладу, Лиллиан поняла, он использовал защитные чары. Уши едва не загорелись от стыда. Разбойница вскочила на ноги и крепче ухватилась за кинжалы, залитые кровью. Едва ей показалось, бой окончен, один из скаутов закричал, предупреждая о наступлении. — Это храмовники! — выдохнула Кассандра с некоторым облегчением. Небольшой, но хорошо оснащенный отряд издал воинственный клич. — Бросайте оружие! Мы из Инквизиции и хотим помочь! Команда Искательницы лишь на мгновение повисла в воздухе, а после, ее разорвал оглушительный звон щита. Лишь сноровка помогла Кассандре блокировать вражеский удар. Она стойко уперлась в землю, под натиском ее латные сапоги на несколько сантиметров утонули в земле. Безымянный храмовник вскрикнул, когда под лопатку ему воткнули кинжал. Он выгнул спину от чего клинок застрял между пластинами и обернулся, оттолкнув Кассандру. Перед ним была беловолосая эльфийка, которая вряд ли понимала, что делать с башенным щитом. Издав рев, храмовник рубанул мечом. Она юрко отпрыгнула в сторону. Сделав рывок, он снова промахнулся, но услышал как вражеский клинок вывалился из-под нагрудника. Маленькая фигурка прошмыгнула мимо него в попытке вернуть оружие. Мужчина резко развернулся и оглушил ее ударом. Кассандра обрушила на него всю свою мощь и повалила наземь. Едва не потеряв равновесие, она придавила его ребром мощного клиновидного заслона с гербом Церкви. Она не стала проверять как Лиллиан, но если та собиралась остаться в живых, ей лучше убраться подальше. Придя в себя, эльфийка действительно отступила, и вскоре Кассандра заметила ее в дуэли с лучником. Наконец-то здравое решение. — Видит Создатель, — прорычала Кассандра, когда схватка прекратилась. Ее лицо было залито кровью, она с трудом восстанавливала дыхание. Она поборола желание схватить Лиллиан за грудки, вместо этого, ткнув себя в наплечник. — Видишь это? Это называется тяжелая броня. А вот это?! Это шлем огромного, бронированного до зубов храмовника. Если на тебе нет лат, тебе тут делать было нечего! — О да, расскажи-ка, что мне надо было делать! — огрызнулась Лиллиан, инстинктивно отстраняясь от Искательницы. Эльфийка в гневе пнула стрелу, вонзившуюся в рыхлую почву. — Я ее зашибу, — Кассандра чувствовала, как кровь снова приливает к голове. — Тише-тише! — Варрик закинул арбалет за спину. — Бьянка не любит, когда вы ругаетесь. Лиллиан отыскала в траве свой кинжал и поправила куртку, усыпанную обрывками растений, каменной крошкой. Она больше не смотрела в сторону Кассандры, ей не хотелось видеть порицание на лице Искательницы. Что же идет не так? Пусть с демонами не получается, она же не квалифицированный экзорцист, только начинающий. Но с людьми-то она сталкивалась. Этот храмовник был и вполовину не такой ловкий и смертоносный как разбойники под Винтивером, коих Лиллиан встречала не мало. Из стычек с ними ей удавалось выйти живой, разве это ни о чем не говорит? Поляна у водопада, окруженная ветхими, но вполне функциональными хижинами была усеяна людьми. То были солдаты Инквизиции, народное ополчение, церковники и, конечно, несчастные фермеры. Где-то сквозь шум голосов стучал молоток. У небольшого пруда, стоял невысокий флагшток со знаменем Инквизиции. Заметив приближение Вестницы Андрасте в компании Искательницы, бойцы отдали честь. Не зная, что принято делать, Лиллиан мельком глянула на краткий кивок Кассандры и повторила. — Там маги, тут храмовники, а посередке — мирный народ. Все как всегда, — вздохнул Варрик. На вымощенной камнем площадке перед самым большим домом расположился медицинский пункт. Мать Жизель в окружении сестер хлопотала над ранеными. Некоторых из них, к сожалению, приходилось долго уговаривать, прежде чем те позволяли целителям приблизиться. — Не подпускайте их ко мне, преподобная мать, — взмолился парень, лежащий перед темнокожей женщиной в красном церковном клобуке. — Эта магия… — Обращенная во благо, их магия не злее, чем твой клинок, — успокаивающим кротким голосом сказала она. За спиной у Матери Жизель стоял мужчина в чародейской мантии. — Тише, мой мальчик. Позволь им облегчить твои страдания. Лишь управившись с пациентом, служительница Церкви обратила внимание на эльфийку, терпеливо ожидающую в стороне. — Мать Жизель? — почувствовав на себе взгляд, неуверенно поприветствовала Лиллиан. — Да, это я, — женщина выпрямилась. У нее была благородная осанка. — А вы, должно быть, та, кого называют Вестницей Андрасте. — Мне сказали, вы хотели видеть меня, — эльфийка не желала углубляться в формулировки. В конце концов, если у кого и были все причины для скепсиса и разочарования, так это у церковников. — Я знаю о церковном обличении и знаю, кто за этим стоит, — Мать Жизель поманила ее за собой. — Врать не буду: там есть очень влиятельные персоны, которые всеми правдами и неправдами будут бороться за трон Верховной жрицы. А многие просто в смятении. Столько хороших людей погибло зря… Пара преодолела крыльцо большого дома и завернула за угол. Похоже, женщина просто хотела уединиться. Наконец, остановившись, она грустно взглянула на Лиллиан. — Произошедшее ужасно, — осторожно сказала долийка. Разговор о том, сколько достойнейших людей могло бы выжить вместо нее, она слышала не раз. Начинать очередной такой, ей совсем не хотелось. — Страх повергает нас в отчаяние, но, к счастью, не лишает рассудка, — неожиданно мягко, почти ласково произнесла Мать Жизель. — Сходите к ним. Убедите оставшееся жречество, что вы не демон и бояться вас не нужно. Они слышали о вас только жуткие истории. Дайте им что-нибудь, во что стоит верить. — А не будет ли от этого только хуже? — Потому что вы не человек? — с грустной проницательностью поинтересовалась она. — И поэтому тоже. — Скажу так: вам даже не нужно убеждать их всех. Достаточно лишь, чтобы некоторые из них усомнились. Их сила — в едином мнении. Отнимите у них это, и получите время, в котором так нуждаетесь. — Спасибо, — Лиллиан смиренно опустила взгляд. — Я действительно не знаю, судьба ли это, посланы ли вы к нам Создателем… но я надеюсь. Надежда — все, что у нас сейчас есть. Люди послушают вас, как не послушают больше никого. Вы можете превратить Инквизицию в грозную силу, которая спасет нас или окончательно погубит. Мать Жизель немного задумалась. На вид жрице было около пятидесяти лет, и она олицетворяла собой все, что хотели бы видеть прихожане любой Церкви. Ее глаза излучали доброту, сострадание, большие мягкие губы, сложенные в покорную полуулыбку. — Я отправлюсь в Убежище и сообщу сестре Лелиане имена жриц, которых будет легко убедить прийти к вам на встречу. Это капля в море, но я сделаю, что смогу. — Что она сказала? — спросила Кассандра, когда эльфийка вернулась в одиночестве. Судя по голосу, Искательница если и не успокоилась, то очень хорошо это изобразила. — Она даст имена, — ответила Лиллиан, наблюдая за лагерем. — Хорошо, — Кассандра одобрительно кивнула. — Действиями Инквизиции в этих краях руководит капрал Вейл. Надо поговорить с ним. «Приказ принял», про себя сказала эльфийка и тронулась в указанную сторону. Во дворе за большим домом земля была залита кровью. Несколько грязных кушеток, сооруженных в спешке, пустовали. Напротив них, в тени располагались столы, на бережно уложенные фигуры была накинута ткань. Лиллиан отвела глаза, будто ее обожгло. Ей всегда казалось, пристально рассматривать мертвецов, которых не знал, дело неприличное. Похороны Лавеллан ее так не смущали, с родными должно прощаться как следует. Но любопытствовать перед телом незнакомца, все равно что заглядывать в замочную скважину. В разрушенной деревне все еще было множество тех, кто нуждался в помощи. Раненных солдат и беженцев, напугано кучкующихся поближе к зданиям, Лиллиан подмечала сразу. Теперь они невольные кочевники. Оставалось надеяться, что они найдут свой дом раньше, чем долийцы. Семьи с голодными детьми особенно будоражили. Церковь старалась помочь всем, чем могла, но этого, очевидно, было недостаточно. Встретив у подъема к водопаду эльфа в лохмотьях, который просил помощи для своей тяжело больной жены, Лиллиан на мгновение закипела. Вокруг столько целителей, неужели никто не захотел вылечить несчастную. Но позже он рассказал, что приготовить зелье от болезни может только его сын, ушедший в секту на холмах. С чувством печали и негодования, Лиллиан отправилась к капралу Вейлу. Тоненькие детские ручки, ковыряющие землю, красные глаза эльфа, молящие о помощи все еще ясно стояли перед ней. Каково это, наблюдать как твое сердце медленно умирает. «Ma vhenan», «сердце мое» так эльфы зовут возлюбленных. Хуже этого, только голодная смерть ребенка… Заметив как один раненый боец тащит товарища в медицинский пункт, она ненадолго отвлеклась. — Будем надеяться, Инквизиция придумает, как помочь пострадавшим, — словно заметив тучу над головой эльфийки, произнес Солас. — Я думала, мы и есть Инквизиция, — мрачно заметила она. — По одной ноге за шаг. Капрал Вейл, молодой мужчина в неполном комплекте брони и его бойцы стерегли ущелье на выходе из деревни. Он сдержанно поприветствовал Вестницу и пожаловался на то, что люди замерзают. — Замерзают? — переспросила она. — Зима на подходе, ночью мороз дерет будь здоров. У нас здесь есть все шансы помереть от ран, от голода, но хорошо бы, все-таки в тепле. Лиллиан нахмурилась. Флагов, развешанных по церкви в Убежище хватило бы, чтобы создать вокруг поселения целый шатер. Пообещав сделать все возможное, она отправилась в лагерь разведчиков. Уловив ее мысли, и Кассандра, и Варрик, и Солас в тот вечер отказались от пайка. Собрав пищу, Искательница направила людей в деревню. Когда ночь опустилась на долину, скауты выставили караул и подготовили для путников спальные места в палатках. Лиллиан тогда долго не могла уснуть, но не потому, что была голодна. II Морозный рассвет еще не успел проникнуть сквозь плотный навес, а Лиллиан уже раскрыла глаза. Утренний костер сонно трещал, в попытке согреться, возле него притаились скауты. Не желая привлекать внимание, эльфийка бесшумно прокралась ближе к краю обрыва, спрятанному за густыми кустами орешника. С него открывался невероятно красивый вид. Долина близ водопада больше не пылала, не гремела. Дома мирно спали, утопая в утреннем тумане. Скалы, подернутые холодным светом, отзывались эхом шумящей воды. Воздух немного колючий и звонкий, наполненный запахом жухлых листьев. Идиллию нарушала только зеленая дыра в небесном покрове. Лиллиан широко зевнула и, вдруг, четко увидела Соласа, стоящего в нескольких шагах от нее. Он был закутан в плащ и с умиротворенным видом смотрел вдаль. — Не спится? — поинтересовалась она, глядя на его лицо в мягких рассветных лучах. — Я думал, ты меня игнорируешь, — не сводя глаз с горизонта, сказал он. Эльфийка с улыбкой отвернулась. Она приветствовала новый день. «Да принесет он нам мирной дороги», раздался в голове голос Хранительницы Истиметориэль. — Нужно выдвигаться на охоту, пока горные бараны не проснулись. На этот раз уже Солас строго посмотрел на Лиллиан. Лохматые светлые волосы эльфийки спадали на лицо, поэтому ей удалось спрятаться от хмурых глаз. — Если ты не будешь питаться, у тебя не останется сил, чтобы кому-либо помочь. — Клан проводит на охоте несколько дней, мне не впервой, — возразила она. — Долийцы перед охотой не голодают. Добавить было нечего. Дожидаться пробуждения остальных, Лиллиан решила перед огнем. Разведчики любезно вскипятили ей воду. В ответ, эльфийка предложила им заварить травы с ягодами, которые она успела собрать по дороге. Согласились не все. Солас с благодарностью принял горячий напиток и удалился. Кассандра и Варрик с готовностью восприняли план Лиллиан начать день с охоты, чтобы пополнить запасы провианта деревни. По пути нужно поискать тайники магов, о которых рассказал капрал Вейл. Он предполагал, что в схронах найдутся полотна и шкуры. В окрестностях лагеря баранов было совсем немного. Хардинг и несколько ее товарищей вышли на помощь. Руководя охотой, Лиллиан впервые за долгое время, чувствовала себя хорошо. Она была в своей стихии. Окружающие чувствовали это и беспрекословно повиновались. Хардинг знала местность и не раз выслеживала дичь, но наблюдая за долийкой, которая, словно по чудесному наитию, безошибочно находила животных, полезные растения, да еще и передвигалась совершенно незаметно, оказалась обескуражена. Она видела в глазах эльфийки сосредоточенность дикой кошки, но никогда не замечала удовольствия от процесса. Лиллиан ни словом, ни видом не давала понять, что гордится добычей. Даже когда умудрилась вплотную подобраться к барану, чтобы одним точным движением повредить артерию. Могучий зверь в панике поскакал прочь, но не преодолел и нескольких метров. От Хардинг также не укрылось, что прежде, чем оставить тушу, долийка всегда выдерживала почтительную, только ей одной понятную паузу. Разделку решили организовать на опушке леса, ближе к деревне. Задача упала на плечи скаутов и крестьян. Кассандра напомнила Лиллиан о необходимости двинуться в сторону фермы объездчика. После полудня, путь лежал сквозь широкую лощину. На этот раз, храмовники и маги боролись друг с другом среди руин и брошенных хижин. Застыв в тени опадающих деревьев, Варрик скрылся за прицелом Бьянки: — Может проскочим мимо? — Я хочу убивать не больше твоего, — сказала Кассандра. — Но если мы не проредим беспорядки, здесь погибнет еще много беженцев. — Тогда нужно найти и всыпать главарям. Где-то же есть лагерь. У тех, у других. Спустившись к тлеющей избе, Лиллиан притаилась, высматривая отряд храмовников, нещадно бьющий магов. Искры и пламенные стрелы летели во все стороны. Лучше начать с магов, а от храмовников держаться подальше. Задержав дыхание, она стала невидимой и легким шагом направилась к цели. За ее спиной возникло немое замешательство. Колдун, укрывшийся за обломками повозки метал во врагов электрические разряды и только занялся прочтением нового заклинания как, вдруг, повалился на землю с перерезанным горлом, слова застряли в нем навечно. — Как она там опять оказалась? — недовольно бросила Кассандра, вступая в битву. — Читай намеки, — Варрик уже стоял на холме. Маги, окруженные храмовниками и группой неизвестных во главе с Искательницей Пентагаст, быстро сдали позиции. Яростные, потерявшие всякий рассудок рыцари, заметив Соласа, напали. Один из громил сразу сцепился с Кассандрой, но второй счел, что может расправиться магом и арбалетчиком. Путь ему преградила невысокая эльфийка. Он издал хриплые клокочущие звуки, похожие на смех с кашлем, и приготовился отодвинуть ее щитом. Распахнувшись, воин оказался под ударом шустрого врага. Лиллиан не надеялась пробить толстый нагрудник, стремительным движением снизу вверх, кинжал нырнул под шлем неприятеля. Почти достала. Мужчина, похоже, легкого пореза у подбородка не ощутил. Он был неповоротлив, но эльфийка, которую он никак не мог достать, раздражала его. Храмовник отмахнулся от нее как от надоедливой мухи. Перехватив тяжелую руку, Лиллиан, случайно повредила ремень на перчатке и теперь, тяжелая кисть болталась. Высокий мужчина слегка растерялся, но затем махнул ею словно моргенштерном. Удар по спине заставил эльфийку сделать выпад в безопасную сторону. Прежде чем к поединку присоединилась Кассандра и помогла добить война, Лиллиан получила еще несколько ударов. Глядя как эльфийка накладывает лечебную повязку на плечо, Искательница спросила: — Ну почему? Почему ты не можешь вести себя как на охоте? — Это как? — между бровями долийки образовалась складка. — Аккуратно. По одному, — Кассандра разводила руками. — Я что-то не заметила, чтобы ты утром выбегала перед стадом баранов с красной тряпкой на причинном месте. — Это же бараны, а не быки, — ничего не выражающим голосом прокомментировала она. — Тем более! Просто… верни все как было. Я же знаю, что ты умеешь. Почерневшая от пожара хижина почти развалилась. Протиснувшись сквозь еще горячие обломки деревянных брусьев, Лиллиан проникла внутрь и удивленно уставилась на Соласа, вошедшего через дверь на единственной уцелевшей стене. — Кажется, их заперли здесь, а потом подожгли, — эльфийка глянула на мертвых отступников. Обугленные тела, скрюченные в позе зародыша, рисовали мрачную картину. Какая жуткая, болезненная смерть. Варрик, неспешно прохаживаясь по комнате, усыпанной опаленной древесиной и бесчисленными осколками былого обихода, вдруг, остановился и потопал тяжелым сапогом. Звук был глухой. На его лице заиграла хитрая улыбка. Первый схрон действительно был полон всем, что нужно для выживания. Или почти всем, ведь магам он так и не пригодился. Лиллиан бегло зарисовала импровизированную карту, пока Варрик устанавливал деревянный заслон, ведущий в подвал, на свое место. Заметив двух лучников, собирающих на поле боя стрелы, части доспехов, Кассандра скомандовала в атаку. Солас заставил их застыть, создав ледяную бурю прямо у них под ногами. Малая численность противников, сделала бой недолгим. Однако, недалеко должен быть остальной отряд, решила Лиллиан. За холмом, как и ожидалось, двигалась целая группа храмовников. — Давай по сигналу, хорошо? — Кассандра притормозила эльфийку. Убедившись, что Солас и Варрик заняли удобные позиции, Лиллиан выжидательно посмотрела на воительницу. — Пошла. — Кассандра выставила щит вперед и громко закричала, привлекая к себе внимание. Лиллиан незаметно подкралась к бойцу с большим щитом в всадила нож под наплечник. Тот зарычал, одернув заслон. Воспользовавшись ситуацией, Кассандра оглушила его. Солас и Варрик незамедлительно выступили. На воле боя посыпался град из болтов и огненных шаров. Пехота рассредоточилась, закрываясь от раскаленных углей, броня краснела до бела. Кассандра не ослабила контроль, одного из солдат она притянула к себе с помощью тяжелого цепа. Эльфийка запрыгнула на война, сбитого с ног, кинжал утонул в его глазнице. Вдруг, она почувствовала, как ударная волна толкает ее назад, разрывной болт вражеского арбалетчика пробил ей ладонь. Метка на второй руке осталась цела, но застрекотала зелеными искрами. Варрик с готовностью зашагал вперед, держа на мушке негодяя. Лиллиан видела, как тот безжизненно свалился с каменного выступа после нескольких мощных выстрелов Бьянки. Стремительный выпад копейщика застал гнома врасплох. На подмогу ему пришел Солас, заставив неприятеля отступать прочь от лавы, извергающейся из его посоха. Из груди храмовника вырвался исступленный крик, он воткнул копье в землю и перескочил на траву. К нему подбежала эльфийка. Она была стремительна, но в этой дуэли, выиграть ей было не суждено. Не смотря на залпы арбалета с одной стороны и огненные шары с другой, копейщик был быстр, а длинный прут создавал противникам множество неожиданных проблем. Солас заметил, что несколько снарядов попросту отскочили от прыткого копья. Лиллиан оставалось уклоняться. Без времени на атаку, она начала выходить из себя. Утомленный ее плясками, враг направился к Варрику. Угадав момент, эльфийка припала вниз. Одним точным ударом она проткнула грубую кожу армейского сапога, вторым — вонзила кинжал в икру. Храмовник взвизгнул от неожиданности и что было сил, ударил Лиллиан копьем. Длинное древко все-таки задело ее, пусть и самым концом, но этого было достаточно. Эльфийка неловко отпрыгнула, а боец повалился на нее, придавив горло палкой. Сбросить его с себя у нее не было шансов. Перед глазами Лиллиан забегали искры. Она схватилась за копье, тщетно пытаясь приложить силу, достаточную чтобы сдвинуть с места рослого мужчину в латах. Кинжалы. Нащупав на земле один, эльфийка попыталась пробить противника сбоку. Металлический лязг означал, что попытка провалена. Злое лицо со стиснутыми зубами вдруг сменилось на черноту. Белокурая голова едва не раскололась от удара. Воздуха совсем не хватало. Внезапно, его хватка ослабла. Лиллиан захрипела в последней предсмертной попытке избавиться от удушья. Руки копейщика поднялись вверх, освобождая оружие. Эльфийка заметила латную перчатку Кассандры, которая уводила руки мужчины прочь. Его обмякшее тело, держащееся в бронированной скорлупе, завалилось на сторону. — Я искренне надеюсь, маги или храмовников, из тех, кто еще не выжил из ума, поскорее оценят твои старания, сжалятся над нами и помогут закрыть Брешь. Иначе, видит Создатель, ты скоро помрешь! — отчеканила Кассандра, осматривая поверженных бойцов. Лиллиан все еще лежала на спине, уставившись на вечереющую синеву, и жадно глотала воздух. Ветер гнал по небу розовеющие облака. К заморозкам. — Помощь нужна? — над ней возникла лысая голова с заостренными, немного растопыренными ушами. Лиллиан хмуро отвела взгляд и молча поднялась на локтях, оглядываясь по сторонам. Вспаханная битвой земля беспорядочно валялась комьями. Мертвецы в доспехах и мантиях. В жизни, полной страстей, они были врагами, в смерти — лишились различий. Одолеваемая головной болью, Лиллиан понуро следовала за остальными. К вечеру, команда, победив еще нескольких противников, наконец пересекла лощину и забралась на каменистый холм. С него открылся вид на ранчо объездчика. Территория фермы была цела, хоть и пустовала. Несколько друффало спокойно дремали за оградой. У большого дома горело несколько фонарей. Самого Деннета не было видно. Заметив крестьянские постройки Кассандра явно воспряла духом и ускорила шаг. Ей не терпелось выяснить, жив ли владелец. Не похоже, чтобы бойня добралась сюда. — Стоять! — перед ними возник рослый молодой мужчина с мечом в руках. — Меня зовут Кассандра Пентагаст! Мы из Инквизиции, ищем мастера Деннета. Смерив незнакомцев недоверчивым взглядом, незнакомец опустил оружие и сопроводил их к главному зданию. Двухэтажный деревянный дом уютно поскрипывал. Объездчик Деннет встретил их прохладно, кажется, он как раз собирался отойти ко сну. Это был смуглокожий, полностью поседевший мужчина. Он настоял, чтобы агентов Инквизиции уложили спать в хлеву, разговор был отложен на утро. Никто не мог противиться воле хозяина. То, что он невредим и по-прежнему держит ферму в порядке внушало большие надежды. Путникам постелили на брикетах с соломой. В амбаре пахло пылью и, кажется, крысиной отравой. Солас расположился в дальнем углу, а Кассандра ближе ко воротам. Она положила рядом с настилом свой меч и быстро уснула. Не то, чтобы Лиллиан не привыкла спать в кампании, но горло предательски болело, напоминая о неудаче, которая едва не привела к трагедии. Не в силах успокоиться, эльфийка тихо выскользнула за ворота. Ночь была черная, зеленые всполохи Бреши едва пробивались сквозь плотный слой облаков. Варрик, сидевший за ветхой оградой на плесневелом ящике, обернулся. Лиллиан стало неловко, что она нарушает его уединение. — Что, снежинка, мешает храп леди Пентагаст? — Голова болит, — она все-таки присела рядом. — Держи, — протянул он. В руках у Варрика была фляга. — Если Кассандра узнает, что ты меня спаиваешь, — с сомнением глянула на него Лиллиан. — Рассвирепеет. — Так я и ей могу подлить. Не долго думая, эльфийка согласилась. Горло обожгло крепленое вино, Лиллиан слегка поморщилась. По груди разлился жар. — В борьбе с холодами все средства хороши, — улыбнулся Варрик. — А действительно. Скажем капралу, что людям нужна не теплая одежда, а вино. Ненадолго оставшись в тишине, Лиллиан стало одиноко. В любой другой день она с большой радостью любовалась бы звездами одна, но из-за того, что Варрик замолчал, стало не по себе. — Что жуешь? — заметил он. — Ты будешь смеяться. — Удиви меня. — Древесную кору, — Лиллиан показала почерневшие от липкой массы зубы. Лечиться от головной боли жеванием коры ее научила целительница клана. Варрик тихо прыснул, его аккуратный хвост покачался из стороны в сторону. — Переживаешь насчет того, как все идет? — вдруг, спросил он. Разбойница молча пожала плечами, делая очередной глоток. — Ты пойми, она за тебя головой отвечает. Правильнее здесь сказать, что сейчас все головы Тедаса отвечают за тебя, конечно. Но если ты еще не поняла, у нее обостренное чувство ответственности. Совсем как у тебя. — Я не понимаю, что делаю не так, — честно призналась Лиллиан. — Ты лезешь в лоб. Вот я, например — нам с Бьянкой нужна приватность и… обзор, — когда Варрик вытирал губы, его щетина громко зашуршала. — Ты расскажешь, почему назвал арбалет Бьянкой? — оживилась она. — Как-нибудь в другой раз, обещаю. Но ты подумай вот как, для всего мира сейчас архиважно, чтобы ты осталась жива. И чтобы твоя драгоценная метка была при тебе. — Что ты предлагаешь? При первой возможности трусливо прятаться? — Нет-нет-нет, — Варрик закачал головой. — Я говорю. Хочешь остаться в живых стой за спиной у Кассандры, если хочешь кого-нибудь убить, держись за спинами у злодеев. Ножичек в спинку, чик-чик, перекатилась в кусты, понимаешь? «Какой же унизительный разговор» — взмолился внутренний голос. Здесь, вероятно, каждый знает свое дело, Варрик, Солас, Кассандра, но только не Лиллиан. Сколько возни с этой дикаркой. — Слушай, здесь никто не думает, что ты белоручка или неумеха. Все, что нужно сейчас, это сработаться. В конце концов, ты как-то дожила до своих лет. — Не попадалась на глаза, — меланхолично бросила она. — Продолжай! Просто… не попадайся на глаза. Рабочая схема. III После того, как гостей накормили завтраком, Деннет, наконец, был готов к разговору: — Так значит, решили навести порядок? Давно пора. Не знал я, что Инквизиция у нас из пустошей на галлах скачет. Я знаю, зачем вы пришли. Но не могу помочь прямо сейчас, сотня отборных ферелденских лошадей — это вам не письмишько. Просто так, с гонцом не отправишь. Все разбойники от Морозных гор до Убежища на них слетятся как мухи на дерьмо. К разговору присоединилась жена Деннета и его помощник, Брон. Пожилая женщина рассказала, что в окрестностях завелась крайне опасная стая волков. Не боясь ни дня, ни ночи, ни огня, ни ножа, они нападают на любого, кто ступит на их территорию, и она все ширится. Брон предположил, что если Инквизиции так нужны лошади, то они должны обезопасить ферму и крестьян. Если будут отстроены сторожевые вышки, работники смогут уберечься от внезапных бандитских налетов. Лиллиан не была уверена, что обладает полномочиями, чтобы что-то обещать. Охота на волков ее не смутила, но построить башню своими руками она точно не сможет. Кассандра ответила за нее, заверив Деннета, что все будет сделано. Уже на пути к выходу, Лиллиан решила прояснить: — Простите, мастер Деннет. Может конкретно я вас чем-то не устраиваю? — Что? — удивился он, зацепившись глазами за ее длинные уши. — Это потому что я сказал про галл? По мне так просто чудесные бестии. Я бы правую руку отдал, чтобы галлу объездить. Не смотря на то, что ситуацию никто не прокомментировал, Лиллиан чувствовала себя нелепо. Долийцы не нуждались в ее защите, ее долийское происхождение в нем не нуждалось. И все же, иногда, но особенно сейчас, когда все взоры прикованы к каждому ее шагу, по ней била любая предвзятость, какая могла возникнуть. В прошлом ей приходилось нелегко, люди и даже городские эльфы не могли в ее присутствии не отпустить о долийцах какой-нибудь язвительный комментарий. Если своих собратьев Лиллиан осуждать за это могла с трудом, то людям такое не спускала. Однажды, она спросила Хранительницу Лавеллан, как усмирить гнев, когда очередной шемлен обращается с тобой как бесправной язычницей. Истиметориэль ответила, что неразумные «суетливые дети» не должны становиться объектом вражды. «Не покоряйся ни им, ни их страстям». За пределами ранчо, путешественники сразу наткнулись на волка. Едва завидев людей, он бешенно оскалился, роняя слюни, и кинулся в бой без шанса на победу. — Что-то не так, — озадаченно произнесла Лиллиан, присев на корточки у туши животного. Внешне, хищник ничем не отличался от сородичей в других местах Ферелдена. Если только окрасом, но его повадки… — Почему ты так думаешь? — Кассандра вопросительно посмотрела на нее. В некоторых вопросах она признавала мнение эльфийки действительно авторитетным. — Волки охотятся на животных, но встреча с людьми их, обычно, пугает. Они скорее скроются, чем нападут. А этот… какой-то безумный. — Я слышал историю, как волки напали на серых стражей, а потом… — начал было Варрик. — Это был ужасный анекдот! — перебила его Кассандра. — Знаю, я сам его придумал, — рассмеялся он. Роща перешла в каньон, поросший деревьями и лианами. Скалы проглотили все звуки, в каменном коридоре стояла неестественная тишина. Солас сразу отметил, что это похоже на работу демона. Расправившись с одержимыми волками, путники зашли в тупик, представляющий собой относительно просторную площадку с высокими столбами сланца. Недавно здесь были люди, намекнули остатки веревочной лестницы. Закуток внезапно заполонили волки. Длинноногий, похожий на богомола демон, судя по всему, выпал из какого-то разрыва и не придумал ничего лучше, чем взять под контроль волчью стаю. Покончить с ним и его пленниками не составило труда. Лиллиан была под впечатлением, ведь никогда не слышала о том, чтобы демоны вселялись в животных. Казалось бы, а почему бы и нет. До того как пришли хищники, в каньоне прятались отступники. Очередной тайник был найден уже после убийства демона, так что солдаты Вейла смогут добраться сюда в безопасности. Также здесь повстречался лохматый, видимо, давно блуждающий друффало. Кассандра выразила опасения насчет его одержимости, но Солас заверил ее, что бизон в порядке. Сжалившись над несчастным, Искательница дозволила сопроводить его на ферму. Благодарный крестьянин чуть не расцеловал ее, но, благо, кончилось все выдачей монет и провианта. После небольшого перерыва, группа отправилась по дороге на восток. У подножия горы Лиллиан заметила долийку. Эльфийка с каштановыми волосами, держала магический посох в длинных и тонких руках. Валасслин на ее лице был посвящен Джун, богу ремесла. Не смотря на совершенно незнакомые цвета одежды, сердце Вестницы все равно екнуло. — Andaran atish’an! * По оружию вижу, вы собрались сражаться, — поприветствовала незнакомка. — И враг у нас, надеюсь, общий — демоны. *(Формальное эльфийское приветствие) — Ты сражаешься с демонами в одиночку? — Лиллиан присмотрелась к незнакомке. — Сражаться с демонами бессмысленно. Всегда могут прийти новые. Способа закрыть разрывы у меня нет, — долийка покачала посохом. — Но я слышала об эльфийских артефактах, чувствующих Завесу. Они могут подсказать, где появятся новые разрывы. Только вот я не ожидала, что демонов будет так много. Один из артефактов должен быть неподалеку. Поможете до него добраться? — Стоит попробовать, — Лиллиан оглянулась на своих спутников. — Надеюсь, мы не сильно отклонимся от пути, — Кассандра пожала плечами и кивнула в знак того, что не будет протестовать. — Спасибо. Это не слишком далеко, — эльфийка сдержанно, но благодарно улыбнулась и указала направление. Поравнявшись с Лиллиан, Искательница тихо спросила: — Почему ты так уверена, что это не засада? Может она одна из этих мятежных магов? — Она — долийка и не росла в круге, — ответила разбойница. — А ты, наверное, и есть та Вестница Андрасте, о которой все говорят? — незнакомка замедлилась и глянула на Лиллиан. — Я… не совсем. Я даже не знаю, как на это ответить. Я — Лиллиан из клана Лавеллан. — Все в порядке, я не в том положении, чтобы осуждать. — Ты далеко от своего клана? — Они все погибли, — сказала эльфийка. — Их убил демон, которого Хранитель имел неосторожность призвать. — Ir abelas*, — посочувствовала Лиллиан. *(Я скорблю о твоей потере) — Меня зовут Миирис и я последняя из клана Вирнен. Я искала другой клан, но тут появилась Брешь. Теперь делаю, что могу, чтобы помочь в этом хаосе. Вскоре из леса показалась высокая и довольно характерная арка. Камень оброс мхом и почти сливался с полуоблысевшими деревьями. Стена руин вклинивалась в скалу, перед ней стоял могучий желтый дуб, земля под ним была заполнена разросшимися сверх меры кустарниками, крушиной и чем-то, что Лиллиан не могла определить. Миирис привела попутчиков к булыжникам, беспорядочно сваленным у фасада. — Нужно сосредоточить магическую энергию, — сказала она. — Ты, «плоскоухий», справишься? — Ma nuvenin, da`len*, — сказал Солас. «*Как пожелаешь, дитя?», удивилась Лиллиан. Она не ожидала от Миирис такой грубости, и на месте Соласа и пальцем бы ради нее не пошевелила. Маг подошел к древним обломкам, закрывающим вход. Его глаза и руки ярко засияли голубым цветом. Невероятная сила подхватила камни и аккуратно составила в портал. Лиллиан восхищалась его спокойствием, ведь он мог запросто обрушить их на голову долийке. Внутри пахло сырой землей, плесенью и чем-то едким, почти кислотным. Глаза эльфов быстрее адаптировались к темноте, поэтому они первыми заметили привидений, летящих на встречу, словно мотыльки на свет. — Берегись! — крикнула Лиллиан. Она схватила Кассандру за руку, держащую щит и скрылась за ним вместе Варриком. Обжигающая стрела разбилась о металл и растеклась по каменному полу. Искательница не сразу поняла, что произошло, но оценила ловкость разбойницы. Соллас укрыл всех барьером и осыпал привидений магическими снарядами. Миирис тоже не сидела сложа руки. От ее мощных заклинаний бестии быстро распались на эфир. — Эльфийский артефакт в древних руинах, который привлекает призраков и привидений. Что может пойти не так, — зловеще произнес Варрик, когда спутники начали спускаться по ступеням в неизвестность. Солас указал на настенный факел причудливой формы. Тот был похож на корзину с частыми острыми прутьями. На руках эльфа заплясали холодные огоньки, он проделал витиеватые движения в воздухе и коснулся светильника. В «корзине» появилось бледно голубое пламя. — Я слышал о таком, но никогда не видел раньше. Это завесный огонь, — Солас завороженно уставился на танцующие волны света и зажег ручной факел. — Это своеобразный магический отклик. Память тонкой Завесы об огне в этом мире. Спускаясь в нижний зал, Лиллиан дважды чуть не покатилась по слизанным плитам, потому что не могла оторвать глаз от волшебного пламени. Первобытный зов тянул ее вслед за факелом. Должно быть так себя чувствовали древние рядом с первой искрой. Подземное помещение кишело призраками. При виде завесного огня они подняли пробирающий до костей вой. Чудовищное эхо пронеслось по поверхности стен, облицованных камнем. Лиллиан скрылась в темноте и начала двигаться со скоростью молнии. Вспышки света от пламенных заклинаний помогали Варрику ориентироваться, словно маячки, указывающие на цель. Кассандре было сложнее всех и большую часть ударов, как ей показалось, она насела по воздуху. Она не умела драться вслепую. Когда бой окончился, Солас зажег остальные факелы. Стало ясно, что комната заполнена грудами костей и черепов. Руины представляли собой ничто иное, как могильник. При виде древних, пыльных урн Кассандру начало одолевать суеверное чувство тревоги. Каменные плиты на полу треснули под натиском времени. В глубоких расщелинах жили толстые спутанные корни. Этот дуб, который стоял у входа, догадалась Искательница. Как же глубоко он врос в склеп. Миирис привела Лиллиан к небольшому шарообразному артефакту. Металлическая сфера стояла на ножке и находилась у неизвестного алтаря. Рельеф в камне, вероятно, изображал некое древнее божество. Ни один символ, ни один знак в этом месте был незнаком Лиллиан. На присутствие эльфов, сфера, вдруг, отозвалась и стала ярко зеленой. Она испустила сияющую дымку. Разбойница никогда не видела ничего подобного. — Мы пробудили кристалл. Теперь он будет реагировать на силу Завесы, — сказала Миирис. Вестница только сейчас поняла, шар напоминал ей разрывы. Мерцающие, плавно танцующие волны, загадочное потрескивание. Она незаметно глянула на левую перчатку, кожа под ней нервно покалывала. — Что ж, от этого будет польза, — Миирис удовлетворенно наблюдала за сферой с посохом в обнимку. Заметив что-то возле алтаря, она нагнулась. — Я смотрю, предки для меня кое-что оставили. Полагаю, мы помогли друг другу, как могли. — Ma halani. Ma Glandival. Vir Enasalin, — сказал ей Солас. Его бесстрастное лицо в лучах завесного огня выглядело грозным, почти жутким. — Что он сказал? — настороженно шепнула Кассандра. Лиллиан отвела взгляд от пары лишь на мгновение. — Я… пожалуй, вы правы. Вот, возьмите, — с некоторой досадой в голосе ответила Миирис, вручая эльфу найденный амулет. — Я не совсем поняла, — к своему стыду вполголоса призналась разбойница Кассандре. — Храни вас Митал, и держитесь подальше от сектантов, — с этими словами долийка направилась к выходу. — Сектантов? Где они? — Выше по дороге. Кучка шемлен засела в форте, чтобы поклоняться Бреши. Покидая древний мавзолей, Лиллиан резко обернулась к Соласу, так что он почти не столкнулся с ней: — «Путь победы», Солас, я не совсем поняла, что ты сказал. — Потом объясню, — мягко ответил он. — Мистер загадочный, — буркнул Варрик, щурясь от солнечного света. Глядя на фигурку одинокой эльфийки, тающую на горизонте, Кассандра задумчиво спросила: — Эй, Солас, ты всегда так жил? Один, в диких краях, отступником? — В основном, да. — И не тяжело было? — Нет. Тяжело было с эльфами. С людьми еще тяжелее. — Да… не могу поспорить. IV Заметив нескольких человек в мантиях, Лиллиан предложила затаиться. Незнакомцы стояли у ограды, составленной из щебенки и были скрыты за густыми багряными кустарниками. Понаблюдав за ними, путники решили, что те не очень похожи на мятежников. Мантии были достаточно дорогие, но без опознавательных знаков. Если они и принадлежали к числу бунтарей, то скорее к цивилизованной ее части. Лиллиан решила идти одна, Кассандра приготовила меч, не спуская с нее глаз. — Эй, а я вас знаю! — окликнула ее женщина с золотистыми волосами в пучке. Она была слишком опрятна для здешних мест. За спиной незнакомки была мощная, очень высокая стена с опущенной решеткой из плотных металлических прутьев. Лиллиан медленно подошла к ней. Солас вышел из укрытия и поманил за собой остальных, он пристально следил за эльфийкой, готовый в любой момент накрыть ее барьером. — После того, что было в Убежище, все зовут вас «Вестницей Андрасте». Но правда ли вы Вестница? Создатель не поведал мне. — Честно говоря, я сама до конца не знаю, — Лиллиан понимала, что выбирает скользкую дорожку и многие предпочли бы услышать от нее другое, но именовать себя избранной человеческого бога она никак не могла себя заставить. — Как я и догадывалась. Слухи о том, что вы можете совладать с разрывами — безоглядная ложь. — А вот разрывы я закрывать могу, — «как приятно говорить правду», подумала она. — Тогда докажите это. Докажите, что разрывы подчиняются вашей воле, воле Создателя. Покажите силу, которой владеете, — подозрительно прищурилась незнакомка. — Что вы… все здесь делаете? Что, по вашему, происходит? — взгляд Лиллиан уловил зеленые проблески, мелькнувшие во дворе за воротами. На территории форта должен быть разрыв, чтобы ему поклоняться, вероятно, неактивный. Иначе как тогда всем этим людям удается оставаться в живых? — Церковь пала и тем показала свое несовершенство. Песнь света — ложь, — незнакомка равнодушно взглянула на приближающихся женщину, гнома и эльфа. — Гордыней было бы полагать, что смертные губы могут выразить волю Создателя, а потому мы ждали в безмолвии. Лиллиан внимательно слушала, опустив брови. Ей казалось, если она отвлечется хоть на секунду, то упустит крохи и без того невнятного смысла. — Создатель разверз небеса. Скоро он призовет своих избранных в Золотой град. — Ясно, — протянула эльфийка. — А могу ли я зайти? Осмотреться, послушать о вашей вере. — Ну разумеется, своими глазами полюбуйтесь на чудо Создателя. Внутренний двор старого форта сильно порос травой, но сейчас на ней появились многочисленные тропы, главным образом вокруг статуи Андрасте. Величавая фигура с щитом и мечом стояла в центре. Вдоль каменной юбки тянулся плющ, а постамент совсем зарос и был едва заметен. Люди возле монумента что-то активно обсуждали. Шум голосов сочился со всех сторон: во дворе, из окон крепости, с балконов. Сколько здесь людей? Лиллиан заметила, что по форту местами даже бегают дети. Не желая привлекать лишнего внимания, путники прошли вдоль стены. Несколько адептов новой веры, стояли на коленях перед безмолвной Адрасте. Вглядываясь в лица прохожих, Солас безрадостно заключил: — По-моему, вполне ожидаемо, что кто-то начнет поклоняться Бреши… в надежде умилостивить. «Когда демоны истребят нечестивых, верных возвысят», услышав ересь, Кассандра ошеломленно обернулась, но шаг решила не сбавлять. — Я буквально на минуту, — сказала Лиллиан и забежала в арку, ведущую вглубь крепости. Удивленная Искательница проводила ее глазами и посмотрела на остальных. Солас поднял голову. Отследив направление, Кассандра увидела молодого эльфа, стоящего на балконе. — Приветствую! Ты Хиндел? — Лиллиан уже была возле него. — Да, это я, что вы хотите? — насторожился эльф. — Твоя мать еле дышит, отец просит у тебя зелье. — Что? — испугался он. — Как же вы меня нашли? Я сейчас же его приготовлю. — Ты не думал вернуться домой? Ты нужен своим родителям, — мягко спросила долийка, наблюдая за ним. — Моего дома больше нет, его сожгли храмовники. Подождите меня, прошу вас, — молодой эльф развернулся и покинул балкон. Лиллиан скучающе облокотилась на каменные перила и посмотрела на своих товарищей. Кассандра о чем-то спорила с Варриком и в целом была очень напряжена. Ее гордые наплечники поднялись до самых ушей, глаза воительницы блуждали по периметру. Наверняка, будь ее воля, она бы за уши перетаскала этих еретиков в Убежище, чтобы лично перевоспитать. Во имя любви к Создателю, разумеется. Варрик, напротив расхлябанно ковырял сапогом землю и каверзно поглядывал на Искательницу. Лиллиан знала это выражение лица. Сейчас он, вероятно, занят тем, что выводит Кассандру из себя. Солас стоял поодаль. Он, как всегда, безмятежно смотрел куда-то вдаль, должно быть, задумался о чем-то. В этом непродолжительном путешествии только он, казалось, еще ничему не удивлялся. Для любой ситуации у него находится разумное объяснение или хотя бы предположение, причем убедительное. Хотя, учитывая специфику происходящего, оставалось только верить ему на слово. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, Солас вдруг посмотрел на эльфийку. Лиллиан напряженно отстранилась от перил. Маг не сводил с нее внимательных глаз. Хиндел вернулся вскоре. Он передал Лиллиан закупоренную склянку, которую она бережно завернула в ткань и упрятала в рюкзак. Затем эльф передал ей рецепт зелья. — Ты точно не хочешь вернуться к родителям? — удостоверилась она. — Мое место здесь, — строптиво ответил юноша. Разбойница не лелеяла надежд, что он согласится, но попробовать была обязана. Таков был его путь. — Нам нужно вернуться в деревню, — Лиллиан торопливо спустилась во двор. — Как насчет разрыва? — напомнил ей Варрик. Эльфийка огляделась по сторонам, и заметила зеленые блики танцующие внутри длинного каменного туннеля, который вел во внутреннюю территорию. И как она могла забыть, зачем они пришли. — Мы не можем оставить этих несчастных наедине с демонами. Даже если они жду от них спасения, — Кассандра недовольно втянула губы. Пройдя по длинному и широкому коридору компания оказалась перед прорехой. Яркие волны энергии, едва Лиллиан приблизилась, вдруг пришли в колебание. Разрыв будто узнал ее. Эльфийка осознала, что ничего подобного она не видела уже несколько дней, но ни капельки не соскучилась. В ладони забегали искры, свет струился даже сквозь перчатку. Из портала появились сразу несколько привидений и два кошмара. Услышав несмелые возгласы зевак, пришедших посмотреть на Вестницу Андрасте, Лиллиан громко скомандовала: — Всем назад! Кассандра, Варрик и Солас были готовы. На глазах у особо любопытных сектантов, которым собственная жизнь была не так дорога, как зрелище демонических созданий бьющихся с Вестницей и ее верными соратниками, разворачивалась удивительная картина. Позже, события того вечера будут долго передаваться из уст в уста. Яростная Искательница Пентагаст, стена и меч команды; меткий гном, по слухам, сам мастер Тетрас, писатель и знаменитый приключенец; безымянный эльфийский маг, чья огненная буря едва не сожгла весь форт; сама Вестница Андрасте, что примечательно — долийка, и ее смертоносные клинки, а также армия злостных потусторонних тварей. Длинноногий демон-кошмар сначала принялся сбивать с ног дальнобойных участников героического отряда. Лиллиан сразу поняла, что держать плотный строй бессмысленно. От этой мысли ноги сами понесли ее подальше от сопартийцев. Кассандра, в попытке защитить мага и арбалетчика тоже попала на оглушающую печать. Ее тяжелые латы издали громкий, но сдавленный лязг. Влажный мшистый покров двора смягчил ее падение. Лиллиан вонзилась в кошмара прямо в момент, когда он телепортировался к Кассандре. Чуть не выронив клинки, оставшиеся в воздухе, эльфийка, вдруг подняла метку и соединилась с разрывом. Зубастая пасть кошмара открылась на половину уродливой шеи, он издал ошеломляющий визг. Все приведения в радиусе мгновенно повернулись к эльфийке. Убедившись, что оба кошмара оставили ее спутников в покое, Лиллиан не стала дожидаться удара и ушла в невидимость. Жилистые, насекомоподобные ноги одним прыжком приблизились к месту, где она только что была. Второй монстр на манер ящерицы растянулся по земле и быстро пополз в ту же сторону. Кассандра, опомнившись, догнала пресмыкающегося демона мощным ударом щита. Солас вслед за ней выстрелил ледяным лучом, уязвимая тварь застыла под сокрушительными ударами Искательницы. Следующим заклинанием был барьер. Воинам ближнего боя защита сейчас нужнее. Если бы только он мог видеть, куда пропала Лиллиан. Может она снова ранена и не может подняться. Эльф отступил к стене, чтобы получить лучший обзор. На какие-то доли секунды, он заметил, как одно из привидений замерцало и, вдруг, исчезло. Его губы растянулись в подобие улыбки, а глаза превратились в два факела. Лиллиан чувствовала, что состояние невидимости вот-вот иссякнет. Но прежде чем это случится, она сможет прикончить несколько привидений. Им всего то и нужно — пара точных ударов. Заметив огненную стену, надвигающуюся прямо на нее, Лиллиан чуть не вскрикнула от неожиданности. Теплая волна прошла сквозь нее, увлекая за собой непослушные пряди волос, и подожгла сразу два привидения, оставив эльфийку невредимой. Демоны безмолвно раскрыли рты в предсмертной агонии и спустя миг растворились в пространстве. Потеряв незаметность, Лиллиан бросила на Соласа свирепый взгляд. Ну, конечно, он не знал, что она не заметит его заклинания. Последний кошмар был быстрее своего менее удачливого брата и никак не хотел сдаваться, постоянно оглушая, то Соласа, то Варрика, то Кассандру. Лиллиан снова затаилась в невидимости. Она заметила, что в момент, когда он готовится к пространственному прыжку, совершает однотипные движения когтистыми лапами. В нужный промежуток, эльфийка незаметно приблизилась и сделала глубокий вертикальный разрез по сгорбленной спине демона. Кожа у таких как он была похожа на плотную, но ломкую бумагу. Тварь припала на жилистое колено и с ненавистью зачерпнула ручищей пространство за собой. Лиллиан сделала кувырок назад. Кассандра вовремя подскочила к нему и широко рубанула. Демоническая рука покатилась прочь. Теперь минуты чудовища были сочтены. Закрывая меткой разрыв, Лиллиан чуть ли не впервые, с момента, как ее притащили в Убежище, гордилась собой. Ее глаза торжествующе блестели, когда она смотрела, как потусторонние лучи закручиваются, вихрятся, почти красиво. После оглушительного треска, эльфийка тяжело задышала и едва не захохотала. Обернувшись назад, смеяться ей, однако, перехотелось. Адепты больше не существующей секты смотрели на нее, кто с ужасом, кто с благоговением. Один за другим они падали на колени с молитвой на устах. Создатель явил перед ними свою волю, чему они только что стали свидетелями. Избранная. Она здесь, она существует. — Слезы Создателя! — женщина, встретившая их ранее на входе в форт, подбежала к Лиллиан и припала к земле. — Ну и дурой я была, когда усомнилась в вас! Чем мы можем вам служить, Вестница Андрасте? — Скажите своим людям, чтобы помогли беженцам, — не задумываясь ответила Лиллиан. Она засомневалась, но все-таки тронула проповедницу за плечо, вынуждая подняться. — Как вам будет угодно! — раболепно закивала она. — Здесь останутся немногие. Остальные отправятся выполнять вашу волю, даю вам свою клятву. Когда Создатель призовет вас к себе ради высшей цели, вспомните, что мы служили вам. Едва путники вышли за ворота, Варрик сказал: — Эй, Лиллиан, а за меня замолвишь словечко? Замолвишь, не забудешь? — Это не смешно, Варрик, — осудила его Кассандра. — Это страшно, — ухмылка гнома сошла на нет. — Если серьезно, надо было просить у них что-нибудь посущественней. Когда они добрались до деревушки, солнце почти село. Воздух заметно похолодел. В поселении было много солдат, они патрулировали окрестности и встречали несчастных беглецов. Заметив отряд Вестницы, они отдавали честь. Кассандра отправилась передать капралу Вейлу данные о найденных тайниках, а остальные спустились на главную площадь. — Вот, возьми, — Лиллиан передала Соласу пузырь с зельем и рецепт и указала на эльфа, грустно сидящего на лавке. Маг кивнул, из его рта вышел пар, но он не произнес ни звука. — Ты не захотела с ним встречаться. Почему? — спросил Варрик. — А почему должна была? — Лиллиан вопросительно пожала плечами. — Ты отправила отряд с добычей к охотнику, данные о тайниках Вейлу доставила Кассандра. Теперь Смеюн принимает благодарности за лекарство, о котором никто бы и не вспомнил, если бы не ты. Что еще за несправедливость? — Я устала и мне не терпится в лагерь. Варрик скептично глянул на эльфийку. — Мне просто не нравится как они на меня смотрят, — сдалась она, стремясь найти во взгляде Варрика хоть каплю понимания. — Как они на тебя смотрят? — Как на спасительницу. — А ты не спасительница? — Конечно, нет. Я же делаю это не для того, чтобы мне поцеловали больную ручку или упали ниц в религиозном экстазе. Хватит с меня на сегодня благодарности. — Так значит дело в Андрасте? — Нет. Но справедливости ради, если на моем надгробном камне будет написано «Вестница Андрасте», мой клан меня проклянет. И вас проклянет. — Знаешь, я все переживал за тебя, снежинка, — Варрик с сочувствием сложил руки. — Думал, они тебя, как пить дать, сломают. Я ж не знал, что они и вполовину не так хорошо справятся, как ты. Здесь только ты думаешь о поклонах, незаслуженных словах благодарности и прочем. Я давно не видел, чтобы кто-то так обесценивал общественно полезный труд. — Варрик. — Я не знаю, чем тебе так претит статус народной героини. Полагаю, это какой-то глубоко личный дискомфорт, и это не мое дело. Но люди рассказывают о тебе страшилки. Может тебя, конечно, устраивает… — Устраивает, — Лиллиан простодушно кивнула и устало указала направление. Варрик рассмеялся. — А кто в клане следит, чтобы ты не слетала с катушек? Хранительница? — Нет, я не слетаю с катушек, Варрик. И да, это Хранительница. — Ну вот, и самой смешно. Перед возвращением в Убежище было решено переночевать в лагере Хардинг. Девушка-гном была рада снова повидаться. Разведчики с первой встречи явно потеплели, показалось Лиллиан. За ужином они вспоминали интересные происшествия за день, моменты с охоты и наперебой задавали вопросы о разрывах, сектантах и мастере Деннете. Солас, сполоснул походную кружку и откланялся. Кассандра задремала прямо у костра, сложив голову на плечо. — Вестница, а вы не могли бы показать ребятам трюк этими шорохами на траве, ну… чтобы баран сам подошел, — Хардинг с восхищением уставилась на эльфийку. Спустя секунду, она пояснила. — Будем использовать только ради пропитания, обещаю. Нам тут, скорее всего, еще долго сидеть. — Удивлена, что ты заметила, — Лиллиан искренне улыбнулась. — Но, если можно, лучше утром. — Ну конечно, — девушка смущенно закивала. — Вам пора отдохнуть. Варрик передумал будить Кассандру от греха подальше. Лиллиан прощально кивнула ему и уже собиралась лечь в палатку. Глядя на женщину, лежащую у костра, эльфийка тяжело вздохнула. Она присела над Искательницей и аккуратно погладила по предплечью. — Что случилось? — громко спросила она, одергивая руку. Сонные глаза Кассандры уставились на эльфийку. — Все в порядке, пойдем спать, — Лиллиан поняла, что к битве Кассандра готова всегда. И если посреди ночи на лагерь нападут, главное — громко кричать. Она взглянула на Брешь, зияющую в небе. В палатке было намного теплее, чем на улице. Почти хорошо. Эльфийка подняла ладонь и вгляделась сквозь темноту. Эта метка жива, она притягивает к себе разрывы и демонов. Но что с ней будет, когда Брешь, наконец, закроется? Метка просто стянется назад, как будто ее не было, или отравит тело долийки, захватит его. Почему-то, именно так Лиллиан представляла себе происходящее, как инфекцию. Она ведь сама собой не пройдет. После всего, что случилось, клан точно не примет ее обратно, но какая же прелесть — знать, что ты на что-то влияешь, пусть даже так. Гордыня понесла эльфийку по воспоминаниям. Разочарованный взгляд Хранительницы. Никакого толку. Не достаточно искусна для ремесла, не достаточно хороша для охоты. Чужая. Слишком мягкая, но хорошо ориентируется. Лиллиан, указывающая направление всему клану. Чуткий, но строгий охотник Роуан. Последние шорохи дня расплылись в дремоте, Лиллиан, наконец, закрыла глаза и спала так крепко, как давно не могла.