Часть 35 Лиса и Сторожевой пес.

Прошел еще месяц после того дела. Произойти успело многое. Лау — предатель контрабандист. Сиеля арестовали. Отпустили. А следователя убили. Ребекка очень грустила по этому поводу, ведь у него была беременная невеста. Лондон, март 1887 года. Похороны Фредерика Абберлайна. Туманный холод пронизывал кладбище. Серый дождь стекал по чёрным зонтам, шептал в голых ветвях, ронял капли на свежий холм земли. У могилы стояли немногие: сослуживцы из Скотленд‑Ярда, священник, а рядом — Мария Абберлайн, Ребекка Кингсли и Сиэль Фантомхайв. Ребекка в траурном атласе и кружевном капоре сжимала букетик белых лилий. Сиэль — без шляпы, взгляд твёрдый, но в глазах тоска. Они не говорили: слова сейчас были лишними. У могилы уже никого не осталось, кроме друзей и… упрямо стоявшей молодой женщины в скромном чёрном платье. Лицо бледное, глаза — красные от слёз; руки невольно прикрывали едва заметный изгиб живота. — Мария, — Ребекка шагнула к ней, бережно взяла за руку. — Он… даже не успел увидеть сына. Голос дрогнул, но она сдержалась. — Я знала, что вы были ему дороги. Он часто говорил о вас. Ребекка сжала её пальцы: — И он был дорог нам. Я хочу, чтобы ты знала: ты не одна. Я буду рядом — с тобой и с твоим ребёнком. Мария удивлённо подняла глаза: — Но почему? Ты графиня. А я… — А ты — невеста человека, который спас мне жизнь, — твёрдо сказала Ребекка, — Помнишь, Сиэль? Тот вечер, когда я пропала… Сиэль посмотрел на Марию: — Фред передал мне данные о пропавших девочках. В тот же вечер. Хотя не должен был. Он приложил фотографии и подсказки — всё, что помогло найти Ребекку. — у мальчика прошли мурашки по телу от воспоминаний того вечера, но он стойко стоял. Мария замерла: — Он… он говорил, что занимается «старыми делами». Я не знала… — Он защищал нас, — сказала Ребекка, — Теперь мы защитим тебя. — обнимая девушку проговорила она. Сиэль наблюдал за подругой, давая ей делать свое женское дело, успокоить вдову. Сам он позаботится о достойном жаловании для нее, хорошем враче, который будет следить за протекающей беременностью, о поставке еды, а так же о том, как связаться с ним или Бекки если что-то вдруг понадобиться. Мария, тихо плача благодарила графиню за помощь и поддержку во всех смыслах этого слова. Девочка лишь гладила ее по спине и шептала что-то успокаивающее. Граф не слышал что, но было видно — это помогает. *** На следующий день Марию ждал сюрприз. Она пришла в дом, заваленный игрушками для будущего ребенка от корпорации «Фантом» и читая письмо, которое к ним прилагалось начала плакать. *** Туманный Лондон окутывал улицы серой дымкой. В кабинете графа Фантомхайва царила деловая тишина. Сиэль, склонившись над бумагами, едва сдерживал зевок. Напротив, в кресле, расположилась Ребекка — спокойная, собранная, с безупречной осанкой. — Сиэль, ты опять пялишься в эти отчёты, как кот на сметану, — улыбнулась она, — Глаза уже слипаются. — А ты, как всегда, замечаешь всё, — стрельнув взглядом отозвался он и вернулся к бумагам, — Но если не разберёмся сейчас, потом будет поздно. Тут же зашел Себастьян, в руках серебряный поднос, чайник, чашки и десерт. — господин, вам надо отдохнуть хоть чуть чуть — он расставил чашки и тарелки. — если не разберусь сейчас, потом будет поздно… — повторил Сиэль. — Знаю, — она чуть наклонила голову, — По этому давай к делу. Лау думает, что мы гоняемся за тенью Мао. А мы уже знаем, где зарыта собака. — И где же? — Сиэль откинулся на спинку кресла, невольно отмечая, как спокойно и уверенно она держится.  — пойду пожалуй заварю лучше кофе — проговорил с улыбкой Себастьян, потому что граф его явно не собирался слушать. Упрямый мальчишка. Фантомхайв кивнул и мужчина ушел.

В ней нет ни тени суеты — только холодная ясность. Именно это ему и нужно.

Девочка сделала глоток чая, возвращаясь к диалогу: — В китайском квартале. Мой человек видел, как ящики с двойным дном грузили на корабль. Завтра в Саутгемптоне всё вскроется. — Ты уверена? Лау не из тех, кто оставляет следы. — Конечно, не оставляет, — Ребекка улыбнулась, — Но он не знает, что у него под боком лиса, которая умеет читать между строк. Лиса. Да, именно так. Она видит то, что скрыто от других. Без лишнего пафоса — просто берёт, и делает. *** Операция «Опиумная сеть» На следующий день Сиэль наблюдал за Ребеккой из тени переулка у порта. В простом платье горничной она двигалась с размеренной грацией — ни суеты, ни лишних движений.  — «Как она это делает? В её походке — ни намёка на волнение. Будто идёт не на опасную операцию, а на утреннюю прогулку» — наблюдая за уходящей подругой подумал мальчик. Себастьян ждал рядом, видя взгляд, которым мальчик провожал подругу. *** Ребекка вернулась через полчаса, едва заметно улыбаясь. — Ну что? — Сиэль шагнул к ней. — Всё по плану. Ящики с двойным дном, опиум внутри. Завтра утром таможенники их вскроют, а мы будем рядом, чтобы поймать Лау за руку. — Ты невероятна, — он улыбнулся. — Как всегда на шаг впереди. — Просто ты слишком много думаешь о правилах, — она коснулась его рукава, — Пошли? Время не ждёт. — «Она права. Я слишком привык действовать по протоколу. А она… она находит щели там, где я вижу сплошную стену. И делает это так естественно, без показного героизма. В этом её сила.» — Сиэль размышлял идя следом за подругой. Он всматривался в ее спину. *** Ночью на причале они увидели Лау. Тот стоял в тени, ухмыляясь. — Граф Фантомхайв, графиня Кингсли — протянул он, — Какая приятная неожиданность. Чай любите? — Любим, когда он не отравлен, — Сиэль скрестил руки. — Твои игры закончились, Лау. — Игры? — Лау рассмеялся. — Вы думаете, что, поймав пару ящиков, остановите поток? — Мы не просто поймаем, — сказала Ребекка. Её голос звучал ровно, без тени волнения, — Мы вырвем корни. Даже если придётся копать до ада. Лау замер, оценивающе глядя на неё. — Вы оба… опасны. Но помните: когда рушится одна сеть, другая уже готова занять её место. — Тогда мы будем рвать и её, — Сиэль шагнул вперёд. — Потому что мы — сторожевой пёс и лиса Её Величества. И наша клятва — защищать Корону. Она не дрогнула. Ни на секунду. Даже перед лицом Лау, который мог бы сломать любого одним словом. В ней — та самая сталь, которую он неосознанно искал… *** На рассвете ящики вскрыли. Внутри — килограммы опиума и письма с вензелем герцога Эллингтона. — Теперь ты видишь, почему я говорила не доверять теням? — Ребекка кивнула на бумаги. — Вижу, — Сиэль сжал письма. — Но теперь у нас есть свет. Свет правды. — И немного моего шарма, — она улыбнулась, — не забудь! Сиэль рассмеялся: — Никогда не забуду. Ты — мой штиль. Без тебя я бы точно потерялся в этом хаосе. — Зато ты держишь нас на правильном пути, — она положила руку ему на плечо. — Вместе мы непобедимы. Штиль. Да, именно это. Не буря, не вихрь, а ровное, надёжное течение. То, что держит на ногах, когда мир вокруг рушится. *** В кабинете Королевы Сиэль и Ребекка стояли перед троном. Виктория изучала документы. — Вы сделали то, что должны были, — произнесла она, — Герцог Эллингтон будет арестован. Контрабанда остановлена. — Ваше Величество, — Сиэль склонил голову. — Мы лишь выполняли свой долг. — А долг — это всё, что у нас есть, — добавила Ребекка. Королева кивнула: — Вы — мои верные стражи. Пока вы стоите на страже, Британия непоколебима. *** Когда они вышли из дворца, солнце клонилось к закату. — Спасибо. Без тебя я бы не справился, — сказал Сиэль, глядя на подругу, — «И почему я только сейчас это осознал?» — Да ладно тебе, — она махнула рукой. — Мы команда. И пока мы вместе, никакой Лау или герцог нам не страшны. — Точно, — он улыбнулся, — Лиса и сторожевой пёс. Непобедимый дуэт. Они пошли вперёд, два силуэта на фоне багрового неба. Себастьян и Калеб ждали их уже у готового кэба. Второй открыл дверь, а первый подал руку, но Сиэль слегка отодвинув его протянул руку Ребекке и приняв ее с учтивым кивком она поднялась внутрь, а за ней граф. Дворецким оставалось только хитро улыбаться и переглядываться на этот непонятный во всех смыслах поступок мальчика. Где‑то вдали раздался звон колокола — короткий, чёткий, будто отбивающий новый такт их пути. Она — его штиль. И пока она рядом, я знаю: они справятся. А остальное… остальное пока не важно.