Глава 2 «Самое глубокое из его заблуждений»

      К моменту, когда Гарри решил оторваться от беседы, он обнаружил, что в баре их осталось двое. Десятки людей, между которых он протискивался при входе, испарились вместе с официантами, успевшими перед уходом убраться. И даже Войс, что совсем недавно поставил перед Гарри вторую бутылку огневиски, исчез.       Опустив взгляд к наручным часам, Гарри увидел, что только три ночи.       — Рано они, — его язык слегка заплетался. — Обычно бары не стихают до утра.       — У меня утончённая публика, — деловито произнесла Пэнси, допивая вино.       Казалось, что в её руках красовался тот же бокал, что и в начале вечера. Сколько она выпила? А сам Гарри?       — Они любят выдержанное вино, светские беседы и ложатся спать в полночь, — вкрадчиво говорила Пэнси, заходя за барную стойку. — Почти все.       — Такая внимательная хозяйка, — слишком мечтательно произнёс Гарри.       Если до этого он сидел полубоком, чтобы говорить с Пэнси, то теперь корпусом повернулся к стойке. Подперев кулаком щёку, Гарри с наслаждением наблюдал, как она ловко управляется с бутылками. По всей видимости, делала себе «что-то с зонтиком». Именно так Гарри прозвал все коктейли.       — Госпожа, — усмехнулась Пэнси, виртуозно смешивая лёд с соком из шейкера.       Следом её пальцы поддели пару вишенок, лежавших на подносе с фруктами. В отличие от Гарри, Пэнси ела. Даже больше, чем пила. Возможно, именно поэтому она была ещё в состоянии смешивать алкоголь и при этом внимательно смотреть на самого Гарри. От её глаз, хитро бродящих по его лицу, в жилах стыла кровь, заставляя трезветь.       Словно кошка: грациозная, ловкая, высокомерная, со взглядом хищника, который уже закрывал клетку за спиной Гарри. И ему нравилось быть жертвой. То, как Пэнси кружила вокруг него, завораживая каждым движением, заставляя дрожать от услышанного и предвкушать новые усмешки вкупе со вкрадчивым тоном. Это дурманило сильнее огневиски.       — Поттер.       Гарри взглянув ей в глаза. Какие же они яркие…       — Открывай рот, — приказала Пэнси.       Она продолжала ухмыляться, когда Гарри, даже не задаваясь вопросом зачем, последовал команде. Пэнси подалась вперёд, едва не ложась на стойку и кладя ему в рот ягоду.       — Не могу же я оставить тебя голодным, — аккуратно проводя пальцем по его губам, прошептала Пэнси.       Жар, обдававший кожу; запах табачных духов, въевшийся в одежду: контакт настолько близкий, что казался нереальным, — всё это в одночасье смешалось, и Гарри подался к ней. Вряд ли у него ещё будет возможность напиться до состояния, где он осмелится поцеловать её. Количество огневиски сейчас развязывало руки, позволяло касаться её губ, вдыхать аромат парфюма и не задумываться, что будет дальше.       Иногда казалось, что Пэнси жила по этому сценарию, а Гарри непростительно редко позволял себе о нём мечтать.       — И что дальше? — она склонила голову набок и ухмыльнулась. — Повалишь меня на эту стойку и трахнешь до умопомрачения?       Гарри, лишь после двух бутылок огневиски решивший её поцеловать, едва не свалился со стула. Глаза его расширились, кожа загорелась, а рассудок протрезвел так быстро, что он даже опомниться не успел.       — Всё-таки переборщила, — с лёгкой грустью выдохнула Пэнси.       И пока Гарри в замешательстве стоял и не знал, что делать, она уже аккуратно обошла стойку и оказалась совсем рядом.       — Придётся самой, — поглаживая его плечи, произнесла она.       Её ладони скользнули к шее Гарри. Она прижалась к нему. Бордовые губы коснулись его, а после он себя уже не осознавал. Руки сами обхватили её талию, притягивая ближе, а возросшая сила до боли сжала её кожу. Так, что лёгкий стон вырвался из горла. Пэнси открыла глаза лишь на пару секунд, чтобы взять сумочку и двинуться к камину.       Она продолжала отвечать на поцелуй, пока Гарри жадно касался её. Словно пытаясь утолить эмоциональный голод в желанной близости, он ловил рваные вдохи и игривые взгляды. Чувствовал, как холодные пальцы бродят по его жаркой коже, а реальность исчезает за пределами прикосновений.       — Какой адрес? — прошептал Гарри, оторвавшись от Пэнси.       — Я не собираюсь сегодня домой, — ухмыльнулась она, подбрасывая порох. — Площадь Гриммо, 12.

***

      Кровь стучала в висках, жар порхал над кожей, а воздуха не хватало.       Гарри едва успел признать собственную гостиную, когда его резко толкнули к стене в коридоре. Ударившись о неё, он поднял глаза и столкнулся взглядом с Пэнси. Она уже приближалась, вытягивая руку и стягивая с Гарри пиджак. Ни единого слова или попытки остановиться, только шумные вздохи и нетерпеливые движения.       Тонкие пальцы Пэнси коснулись шеи Гарри, постукивая по венкам. Она довольно ухмылялась, губами мягко касаясь челюсти и спускаясь ниже. Поцелуи сменилась укусами, а острые ногти царапали торс, пока она с лёгкостью расстёгивала пуговицы. Будто зачарованные, они едва не сами выскальзывали из петель, пока наконец не закончились.       Сделав шаг назад, Пэнси схватилась за полы рубашки, распахивая её и стягивая с плеч Гарри. Он пытался коснуться Пэнси в ответ. Желанное тело, что он видел обнажённым лишь в своих фантазиях, было настолько близко, что противостоять мечтам не получалось. Но каждый раз Пэнси била его по рукам и вновь припадала коже, терзая и покусывая шею.       Подобно ненасытному вампиру из грёз, она ловила взгляд Гарри и причиняла ему лёгкую боль, при этом улыбаясь. И хуже было не то, что он позволял ей это делать, не то, что она отталкивала его, находясь так рядом. Ужаснее всего, что это лишь сильнее привязывало Гарри к Пэнси. Он горел под холодными руками и до зуда в пальцах сдерживался, чтобы не коснуться хотя бы ткани обтягивающего платья.       — Хочешь меня, Поттер? — прошептала она, сжимая его челюсть и смотря в глаза.       — Хочу, — едва слышно ответил он.       Пэнси ухмыльнулась и толкнула его в дверной проём.       Оказавшись в собственной спальне, Гарри попятился к постели, пока Пэнси медленно приближалась к нему. Словно зверь загонял жертву, но так соблазнительно, что никто не сопротивлялся. Гарри слишком долго мечтал об этой близости, чтобы бояться или бежать. Он хотел лишь идти навстречу и ощущать, как тело закипает от возбуждения.       — Тогда будь послушным мальчиком, — произнесла она, указательным пальцем касаясь его подбородка.       Мгновение, и руки Пэнси опустились к ремню, резкими, но неторопливыми движениями расстёгивая пряжку. Та громко звякнула, и следом Гарри толкнули на кровать. Он подтянулся к изголовью, неотрывно смотря на Пэнси. Будучи уже обнажённым, он испытывал лёгкую уязвимость от оценивающего взгляда, которым она бродила по его телу.       Сама Пэнси разделась лишь наполовину. Под платьем оказалось почти такое же, разве что более короткое, открывающее вид на отсутствие белья. В свете луны, что проникала в спальню через окно, Гарри видел силуэт: манящие бёдра, тонкая талия и твёрдые выступающие соски.       И ей нравилось его внимание.       Подойдя к постели, Пэнси перекинула ногу через бедро Гарри и опустилась на него. Глаза закрылись от наслаждения, и Гарри издал тихое шипение. Мягкое тепло начиналось с нервных окончаний и блаженством расходилось по всему телу, заставляя дрожать. Гарри потянулся, чтобы снять с Пэнси остатки одежды, но она не позволила.       Обхватив его запястья, она завела их к изголовью кровати, а следом что-то щёлкнуло. Холодные браслеты сковали его, не позволяя пошевелиться. Гарри мог лишь наблюдать за воплощением своих грёз и чувствовать, как удовольствие волнами накрывает его с каждым движением.       Но откуда у неё наручники?       Пятернёй опершись на широкую грудь, Пэнси пригнулась к нему, вызвав новый поток истомы.       — Дотронешься, когда я разрешу, — произнесла она ему в губы и поцеловала.       Продолжая двигаться верхом на Гарри, она тихо стонала, смотря в глаза и слегка царапая торс. Словно издеваясь, Пэнси поглаживала его тело, не позволяя прикасаться к своему и лишь дразня его сексом и полуобнажённым видом.       Знала бы она, сколько раз он воображал это… Впрочем, судя по всему, она прекрасно всё понимала. Разве что в фантазиях Гарри он не был пристегнут к постели, мог дотрагиваться до неё и вообще находился сверху.       Самое глубокое из его заблуждений.       Тем временем вид полуобнажённой Пэнси, двигающейся на нём, распалял, подталкивая к краю.       Удовольствие лишало слуха, разрывало горло и заставляло едва не метаться по постели от невозможности действовать. А Пэнси лишь ухмылялась, выгибаясь и царапая острыми ногтями. Казалось, у Гарри уже были кровоточащие раны, но он не чувствовал боли, лишь подкатывающую эйфорию.       И в мгновение, когда у Пэнси вырвался громкий стон, Гарри толкнулся бёдрами вперёд, заставив её вскрикнуть и закусить нижнюю губу. Она зашипела, а из его горла прозвучал полурык. На несколько секунд Гарри опустил веки, тяжело дыша и слушая колотящееся сердце. Пэнси пульсировала вокруг него, продолжая обволакивать теплом, пока Гарри медленно открыл глаза.       Словно почувствовав это, она распахнула свои, и на её губах появилась удовлетворённая улыбка. Пригнувшись вперёд, так, чтобы выступающие соски оказались перед лицом Гарри, она расстегнула оковы.       И вот оно. Самое время прикоснуться к ней, подмять под себя и отправиться во второй раунд. Но Гарри лишь слегка шевельнулся, помогая Пэнси слезть с себя и наблюдая, с каким интересом она на него смотрит.       Её била совсем лёгкая дрожь, отчего Гарри потянулся за одеялом и аккуратно накрыл их. Осторожно, боясь, что Пэнси оттолкнёт, он вытянул руку, взглядом предлагая ей лечь на плечо. Несколько секунд она со всем доступным скептицизмом смотрела на него, но всё-таки подалась вперёд.       Бедро Пэнси опустилось на его, а сама она прижалась грудью к Гарри. Он слышал её размеренное дыхание, пока проваливался в сон. Гарри верил, что утром проснётся самым счастливым мужчиной Лондона.

***

      Солнце пробиралось сквозь стекло в спальню, теплом бродя по коже. Ощутив это, Гарри невольно улыбнулся и открыл глаза, смотря в слегка размытый потолок. Пару мгновений он осознавал, что сейчас утро, у него выходной, а вчера был один из лучших вечеров в жизни. Это воспоминание заставило ладонь опуститься рядом.       Но там никого не было. Гарри свёл брови к переносице и тут же потянулся к очкам, лежавшим на тумбочке. Спешно надев их, он выпрямился и осмотрелся: Пэнси, как и её вещей, не было. Лишь одежда Гарри валялась на полу, прокладывая путь из коридора до постели.       Поморщившись, Гарри встал, подтягивая к себе пижаму. Одевшись, он зевнул и медленно вышел к лестнице, двигаясь на кухню. Оттуда уже доносились ароматы свежесваренного кофе и яичницы. Когда Гарри вошёл, обнаружил радостного Кикимера, что напевал странную песню и даже пританцовывал.       — Хозяин! — воскликнул Кикимер. — Какое прекрасное утро!       Уже через несколько мгновений Гарри почувствовал, что стул сбил его с ног, заставив сесть. На столе появился горячий завтрак, а чашка наполнилась кофе.       — Никогда не видел тебя таким радостным, — скептически отметил Гарри, с подозрением смотря в тарелку.       — А я до этого не видел чистокровных волшебниц, выходящих из вашей спальни рано утром, — ухмыльнулся Кикимер.       Странное зрелище.       — Через пару поколений нас ждут чистокровные отпрыски, это ли не прекрасно?! — радовался Кикимер, выходя из кухни.       Гарри невольно усмехнулся и всё-таки принялся за завтрак. В голове всё ещё витал образ Пэнси, которую он не успел застать с утра. Почему она ушла так рано? Разве ей?.. Ночью она была довольна. Гарри очень надеялся на это, хоть уже и начинал сомневаться. Девушки же не уходят, если им хорошо? Обычно нет, но Пэнси для Гарри всегда оставалась особенной.       Может быть, у неё работа? Да, скорее всего, так и есть, но сделать для неё что-то не помешало бы. Видит Мерлин, в эту секунду Гарри ощущал себя как Лаванда, не знающая, как напомнить Рону о своём существовании.       Можно отправить сову или патронус — звучало хорошо, но не для Пэнси.       Откинувшись на спинку стула, Гарри скрестил руки на груди. Он смотрел в одну точку, генерируя лучшую идею для знака внимания. В голову сразу приходили жесты Малфоя по отношению к Гермионе. Но Пэнси вряд ли большой поклонник магловских книг… Что можно ей подарить? Такого, чтобы показать, как для Гарри важна их близость, но не настолько, чтобы это выглядело как оплата за секс… Плата за секс? Ему определённо стоило поменьше слушать разговоры Гермионы и Джинни.       Послышались шаги. В кухню вновь вошёл Кикимер. Пройдя мимо стола, он опустил лист пергамента, а после довольно зашагал к посуде.       — Что это? — свёл брови к переносице Гарри.       Кикимер удивлённо взглянул на него.       — Адреса лучших цветочников, которых я знаю, разумеется! — развёл руками Кикимер. — Сейчас же отправьте ей букет! Такую женщину нужно завоёвывать сразу!       — Ты настолько сильно хочешь чистокровных отпрысков? — нотки осуждения скользили в голосе Гарри.       — А насколько вы хотите завтраки без лягушек? — спросил Кикимер.       Риторический вопрос.       Не ответив, Гарри последовал совету Кикимера. В этот же день он отправил Пэнси букет роз и приложил к нему записку. Гарри долго думал над текстом, но решил, что комплимент точно должен подойти. Да и лукавый взгляд цветочника свидетельствовал о правильности решения. Поэтому с чувством выполненного долга Гарри вернулся домой и стал ждать ответа. В мечтах он должен был прийти сразу, в реальности же Гарри так и не получил письма.

***

      — А это куда?       Гарри взглянул на Курта. Тот свёл брови к переносице и с интересом рассматривал внушительный том «Основ криминалистики», который на досуге почитывала Гермиона. Она любила странные книги, которые лишь отдалённо относились к их роду занятия.       — Убери к Гермионе, — устало выдохнул Гарри.       Курт подошёл и облегчённо опустил на заваленный книгами стол новый фолиант. Он ещё не подозревал, что и его разбирать будет сам. Просто завтра. В моменте Гарри показалось, что стоит помочь Курту, всё-таки они все находились в этом кабинете. Но после вспомнил пятничные приключения и количество проблем, которые доставлял стажёр. Муки совести тотчас исчезли.       — Откуда у нас дело Малфоя? — спросил Курт, держа папку.       — Он передал нам одно из своих, — выдохнул Гарри, протянув руку.       Название проекта «Персефона» неоднозначно намекало на причину беспокойства Гарри. Ему стоило бы заняться делом Пэнси, вместо того чтобы думать о ней. О том, как она не отвечает, не выходит на связь и в целом испарилась из его жизни. Хотя «испарилась» после пары дней молчания звучало уж слишком надуманно. Так рассуждала та часть Гарри, что не поглядывала на часы каждые двадцать минут.       Время близилось к обеду.

***

      — Локонс подписал отказ от претензий в мой адрес, — довольно заявил Курт, входя в кабинет.       Гарри, словно очнувшись ото сна, поднял взгляд и быстро кивнул. Глаза вновь заметили проект «Персефона» — папка так и не была открыта. Гарри стоило приступить к работе, по крайней мере, это заставит отвлечься от навязчивых мыслей о Пэнси, которая всё ещё не отвечала. Ни письма, ни совы, ни патронуса — ничего, что могло бы дать Гарри хоть какую-то реакцию на совместную ночь.       Возможно, он был груб? Слишком инициативен? Поспешил?       Вопросы друг за другом звучали в голове, пока Гарри не прикрыл глаза в желании успокоиться.

***

      — Адрес оставил на столе, — вновь прозвучал голос Курта.       Это уже начинало раздражать.       Гарри взглянул на короткую записку, после чего свёл брови к переносице и поднял глаза на собиравшегося домой Курта. Рабочий день закончился. А Гарри так и не притронулся к работе и не попытался выйти на связь с Пэнси.       — Адрес чего, напомни?       Слово «напомни» Гарри перенял от Рона. Оно не кричало «я забыл нечто важное», но вместе с этим давало возможность узнать прослушанную информацию.       — Мисс Паркинсон, — пожал плечами Курт. — Ты просил пару часов назад. Вопросы по делу?       Спросив это, Курт кивнул на папку, что Гарри сжимал в руках.       — Да, конечно, — тут же заверил Гарри и открыл первую страницу, опустив взгляд в текст, что уже читал в пятницу. — Можешь идти.       Гарри даже не поднял глаза на Курта, а тот был вовсе и не против. Не прошло и минуты, как он покинул кабинет, а Гарри остался в гнетущей тишине. Вчитываясь в текст, он искал зацепку, хотя бы маленькую причину, по которой мог заявиться к Пэнси с вопросом. Это идея пришла ему ещё утром, но Гарри всячески отталкивал её, напоминая, что она не смешивает работу и секс. Но деваться было некуда.       Гарри физически необходимо узнать, почему она его игнорирует, и для этого как раз удобно запросить подпись в конце заявления. Вряд ли с Малфоем она заботилась о таких пустяках, но для Гарри сейчас это выглядело настолько вопиющим недостатком, что он уже надевал пальто.

***

      Через час Гарри рассматривал себя в зеркале импровизированного фойе.       Пэнси жила в небольшом малоквартирном доме в центре магического Лондона. На дверях висели говорящие головы, в аквариуме плавали медузы, а консьержка перемешивала чай палочкой, зачитываясь мемуарами мадам Малкин. Эта пожилая женщина в розовом, пугающе напоминающая Амбридж, лишь спросила, к кому он направляется.       Хотелось думать, что Гарри просто не вызывал подозрений, а не то, что сюда мог проникнуть кто угодно. Всё-таки безопасность даже в магической части Лондона — важная проблема. Он отлично это знал по долгу службы.       Выдохнув, Гарри ещё раз посмотрел на цветы, после на себя и наконец двинулся по широкой лестнице вверх. Ковролин поглощал звук шагов, а мраморные стены приумножали сбивчивое от волнения дыхание. Когда Гарри добрался до нужного этажа, то начал подозревать, что находится здесь не один. Но на первый взгляд это было не так.       Квартира Пэнси была самой крайней, так что найти её не составило труда. Но Гарри не спешил стучать. Ещё несколько минут он стоял перед бежевой дверью с цифрой тринадцать и набирался смелости сообщить о своём присутствии.       — Привет, я по твоему делу в Аврорате, — шёпотом отрепетировал он. — Да, порядок.       Гарри опустил первый удар по двери, и та поддалась, медленно открываясь. Пэнси настолько рада гостям?       Сведя брови к переносице, Гарри заглянул в небольшой открывшийся проём.       — Пэнси?       Ответом служило лишь лёгкое эхо, которое совсем не понравилось Гарри. Толкнув дверь, он шагнул во тьму, одновременно с этим доставая палочку и зажигая огонёк Люмоса, что мгновенно осветил квартиру.       Жар пробежал по коже, паникой оседая в груди. Гарри затаил дыхание, взглядом бродя по разбросанным вещам и перевёрнутой мебели. Виднелись осколки бывшей посуды, лежали завядшие цветы, были переломаны стулья и разбит стеклянный кофейный столик, стоявший у дивана.       Вопросы сыпались на Гарри, а аврорский опыт подбрасывал картины произошедшего одну хуже другой.       Что здесь случилось?       — Кто ты и что здесь делаешь? — твёрдый голос раздался со спины, а палочка упёрлась между лопаток.       Гарри не мог вспомнить, где и когда слышал этого человека, но был уверен, что знал его.