Глава 5. Тени прошлого

      Ставлю чашки на стол и сажусь напротив Рика. В течение целой недели он продолжал навещать меня по вечерам, и всё ещё в военной форме, темной и угрюмой, как его настроение, когда он не хочет что-то обсуждать. Мы сидим молча, лишь пар от чая медленно поднимается, заполняя пространство между нами. Его грубая фигура кажется чуждой этому уюту, но почему-то вписывается так, как будто всегда была здесь.       — А ты никогда не думал приходить в гражданке? — Начинаю я, не отводя взгляда от его лица. — Раз уж навещаешь меня. Тебя за самоволку не вышвырнут?       Рик кивает, чуть прищурив глаза, словно раздумывает, стоит ли вообще отвечать.       — Я делал обход, — спокойно говорит он, опуская руку на стол. — А потом заметил свет у тебя. Вот и решил заглянуть. Проверить, всё ли в порядке.       Его рука внезапно накрывает мою, теплая и сильная, обволакивающая мои пальцы так, будто это самое естественное действие в мире. Через пару минут высвободив пальцы, начинают чертить узоры на его тыльной стороне руки, лёгкие и неосознанные движения. Сама не замечаю, как увлекаюсь, следя за тем, как мои пальцы переплетаются с его кожей, как будто стараюсь разгадать невидимый узор на его ладони.       Мы продолжаем говорить, но слова постепенно теряют смысл. Обычные разговоры о погоде, работе, о том, как прошло утро, но всё это тонет в тихой игре моих пальцев.       Он неожиданно останавливает мои движения, прижав мою кисть к столу. Хватка становится твёрже.       — Зачем это? — Голос кажется хрипловатым, чуть ниже обычного. Взгляд упорно не отрывается от моих глаз.       Смотрю на наши переплетённые руки и, недолго думая, отвечаю.       — Так бог смерти не заберёт тебя.       На секунду его лицо замирает. А потом уголки губ дрогнули, медленно растягиваясь в усмешку. Это не просто усмешка, а один из тех его насмешливых, опасно-тёплых взглядов, которые он кидает, когда ему интересно, насколько далеко я зайду.       — Так ты в это веришь? — Его голос насыщен лёгким недоверием, будто я сказала что-то совершенно нелепое.       Улыбаюсь ему в ответ, почти не сдерживаясь. Не стараюсь даже показать, что я на полном серьёзе.       — А ты нет?       — В бога смерти? — Он фыркает. — Я думал, ты веришь в обычного бога.       Я качаю головой, чувствуя, как дыхание слегка сбивается. Его пальцы ещё на моей руке, но теперь уже мягче, играючи скользят по коже, и это ощущение горячей волны буквально парализует.       — Есть только один бог. — Мой голос становится тише, но звучит твёрдо.       Он молчит, но его взгляд остаётся на мне, тёплый и немного сосредоточенный. А затем тишину прерывает резкий звук телевизора, который неожиданно переключается на экстренные новости. Я совершенно упустила момент, когда включила его чтобы работал на фоне.       На экране ведут репортаж о найденных телах пропавших людей. Флэг резко встаёт, его тело напряглось, как пружина, готовая к действию. Склоняется ко мне, неожиданно быстро касается моей щеки губами, лёгкий, почти невесомый поцелуй. Я даже не успеваю среагировать, как его тёплые губы касаются моей кожи, оставляя за собой едва ощутимый жар.       — Мне пора, — шепчет он, прежде чем развернуться и исчезнуть за дверью.       Остаюсь сидеть неподвижно, пальцы машинально касаются щеки, на которой осталась едва уловимая память о его прикосновении. Не смотрю на экран, не слушаю новости, только вглядываюсь в пустоту, туда, куда только что убежал Рик, пытаясь понять, как он снова сумел оставить меня с этим неизбывным ощущением его присутствия.

***

      Утро встречает меня, как обычно, тихо и размеренно, пока я не беру в руки телефон. Экран засвечивается, но стоит мне попробовать позвонить или отправить сообщение, как из динамика вместо гудков доносится этот мерзкий, записанный смех. Механический, холодный, лишённый всякой жизни, он отскакивает от стен сознания, оставляя неприятное ощущение. Это не первый раз. Но в этот раз что-то внутри меня щёлкает, как затвор пистолета. Сдержанная ярость. Чувство, будто я снова на войне, и враг уже рядом.       Ставлю телефон на стол. Никакой важной информации на нём давно нет, после первого-то взлома я научилась быть осторожной. Но это не меняет того факта, что кто-то снова пытается добраться до меня. Принимаю решение действовать прямо сейчас по указаниям Стива.       Открываю ноутбук, пальцы быстро пробегают по клавиатуре, как по давно заученной мелодии. Несколько команд, и я выхожу на след взломщика. IP-адрес и локация ведёт к дому на окраине города, глубже в лес, в сторону, куда обычные люди не суются. Адреналин медленно наполняет вены, растекаясь по телу. Он будто возвращает меня в прошлое. Закрываю ноутбук и встаю.       Весь день в школе чувствую это напряжение под кожей. Как будто невидимые нити натянулись и ждут, когда я их оборву. Ожидание растягивается, словно затишье перед бурей, которая вот-вот начнётся.       Когда школа пустеет, и последний ученик уходит, иду в класс литературы. Здесь всегда тихо, почти свято. Но я знаю, что под тумбочкой есть кое-что, что не имеет никакого отношения к поэзии или прозе. Быстрым движением открываю шкафчик с двойным дном и достаю оттуда пистолет и патроны. Они холодные на ощупь, металлические, обжигающие кожу своей реальностью.       Как и воспоминания. В голове вспыхивает картинка: мои товарищи, яростные бои, как я защищала их, чувствуя пульсирующую боль в каждой мышце, в каждом движении. Война научила меня многому: выживать и бороться до конца. Без этого не вернёшься живым. Но главное, всегда иметь при себе оружие.       Спрятав пистолет под пальто оттенка эспрессо, направляюсь к автобусной остановке. Холодные порывы ветра обжигают лицо, но внутри горит жара предвкушения. Дорога ведёт глубже в лес, к дому, который выглядит как из чужого кошмара. Но я знаю, что там мой враг.       В автобусе тихо, только шелест шин по мокрой дороге, смотрю в окно, уносясь мыслями назад. На фронт, где мы стояли плечом к плечу, готовые умереть за своих. Как рёв взрывов и свист пуль пробуждал что-то первобытное в каждом из нас. Тогда не было времени думать, был лишь инстинкт — защищаться, биться, спасать… спасаться. Это чувство не уходит. Оно просто спит где-то глубоко внутри, до тех пор, пока его не пробудит угроза.       Каждая мышца тела напрягается, всё становится предельно ясно и чётко. Ощущение полной готовности, как тогда. Когда ты знаешь, что сделаешь всё, чтобы выйти победителем.       Автобус качается на поворотах, и я смотрю на темнеющий лес за окном. Разум переполняют картины прошлого. Я вспоминаю, как мы отбивались от врагов, как каждый выстрел был точен и быстр. Адреналин впивался в сердце, а вокруг только мрак и беспорядочные звуки войны. Те, кто были рядом, знали, что я не брошу их, как бы тяжело ни было. И я снова чувствую то же самое, не могу позволить себе проиграть.       Мы приближаемся к окраине. Поправляю ремешок сумки, внутри которой скрыта дополнительная обойма, и сосредотачиваюсь. Теперь это не просто взлом телефона, это вызов, брошенный лично мне.       Выхожу из автобуса, и холодный ветер сразу же цепляется за моё пальто, будто пытается удержать, не пуская дальше. Поздняя осень идеальная маскировка для темноты и тишины, но каждый звук в таком лесу становится громче, чем он есть. Листья хрустят под ногами, и каждый шорох вызывает странное чувство предвкушения, смешанное с тревогой. Дом появляется на горизонте, с каждой секундой приближаясь. Замедляю шаг, прислушиваясь, ловлю каждое дыхание ветра. Никого.       Выдохнув, тихо вытаскиваю пистолет из-под пальто. Его тяжесть в руке кажется привычной, успокаивающей, как будто всё, что мне нужно сделать, следовать инструкциям. Лес вокруг почти неподвижен, как застывшая картина. Весь мир затаился. Дом уже совсем близко, как призрак в полутьме.       Тишину разрывает звук ломающихся веток под ногами. Треск ударяет по ушам, и я тут же выставляю вперёд пистолет. Мгновенная реакция, почти инстинкт. А напротив стоит Флэг.       Он стоит, сложив руки на груди, с тем выражением лица, которое я бы предпочла не видеть сейчас. Насмешка в его глазах почти физическая, и я машинально опускаю руки.       — Что ты тут делаешь, Луна? — Голос прозвучал тихо, но с ноткой явного сарказма. Он опускает взгляд на мой пистолет, будто я держу игрушку, и усмехается.       — Трижды взломали мой телефон, — выдыхаю я, оглядывая округу. — Пришла проучить мудака, а ты?       — У меня… задание, — он отводит взгляд к дому и приподняв автомат делает шаг вперёд. Я не даю ему двинуться дальше, ловлю его за руку.       — Вот как это делается, — начинаю я, пряча пистолет под пальто и подходя к двери. Слышу, как он тихо выдыхает, наверное, собирается возразить, но вместо этого наблюдает.       Дважды стучу в дверь кулаком и поджимаю губы. Жду, что кто-то откроет, и представляю долговязого задрота или, может, группу амбалов с холодными глазами. Но дверь открывает пожилая женщина. Её лицо излучает такое доброе, почти материнское тепло, что на секунду я теряюсь. Она улыбается, как будто мы старые знакомые.       — Добрый вечер, — говорю я, стараясь придать голосу дрожащую нотку неопытной и потерянной девушки. — Простите, что потревожила. Кажется, я заблудилась. И мой телефон… он не работает.       Старушка продолжает улыбаться, её глаза светятся странной смесью тепла и чего-то неуловимого, тёмного.       — Ничего, деточка, — отвечает она мягко. — Такое здесь часто бывает. Ты живёшь в городе?       — Да, — киваю, стараясь не подать виду, что что-то не так. — Опоздала на автобус и решила срезать путь, но… сами понимаете.       Я бы так и осталась верить, что ошиблась при вычислении адреса, но вдруг замечаю что-то странное позади неё. Пара ног, торчащих из комнаты за её спиной. Военные ботинки. Что-то внутри меня напрягается, и я ощущаю, как пальцы невольно тянутся к пистолету под пальто.       — А вы… живёте одна? — Спрашиваю, всё ещё изображая потерянность.       — Одна как перст, — с легкой грустью говорит она и, не отпуская меня, обнимает за плечи, разворачивая лицом к лесу. — Внуков нет, детей тоже. Так что и телефон не приобрела. Так и живу. Вон в той стороне город, видишь?       Её рука на моём плече становится тяжёлой. Слишком тяжёлой. Осторожно достаю пистолет, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой. Внутри снова пробуждается то, что я давно научилась подавлять.       — И… про взломы телефонов вы ничего не знаете? — Произношу, держа пистолет в готовности. Не вижу её лица, но чувствую, как её энергия меняется.       Внезапно рука сжимается на моём плече, и я вижу, как она резко поворачивается, готовая напасть. Пистолет взлетает, и я нажимаю на спусковой крючок. Выстрел раздаётся оглушительно громко в этой безмолвной тишине. Пуля попадает ей прямо в подбородок, и её тело тяжело валится на землю.       Опускаю руку в которой всё ещё остаётся оружие, чуть смахиваю кровь с пальто и слышу, как за спиной приближается Флэг.       — Очень гуманно, — он фыркает, подходя ко мне и оглядывая старуху.       — Ой, Рик Флэг осуждает мои методы? — Оборачиваюсь к нему с усмешкой, указывая пальцем на ноги, торчащие из комнаты за дверью.       Мы медленно входим в дом, словно каждый шаг отзывается в тишине стуком сердца. Пространство внутри кажется пустым, но воздух густеет с каждым шагом. Повсюду следы разложения, отголоски того, что здесь когда-то было жизнью. На полу, на мебели, везде тела военных, словно забытые куклы, выброшенные в хаосе чего-то ужасного. Кровь запеклась в пятна, остывшая, но всё ещё свидетельствующая о насилии. Дыхание тяжелеет, краем глаза замечаю, как Рик напрягается, двигаясь чуть вперед.       Чем дальше мы проникаем в дом, тем больше трупов появляется на пути. Чувствую знакомый, острый запах смерти, такой плотный, что его можно ощутить на вкус. Однако что-то здесь не так. Замечаю рацию на полу. На её маленьком экране мигает таймер. Время почти вышло. Внутри всё сжимается.       Не говоря ни слова, хватаю Рика за локоть и рывком разворачиваю его к выходу.       — Валим отсюда, — шепчу, сдерживая дрожь в голосе. Рука скользит вниз, обхватывая одно из тел. Я уже готова тащить его за воротник к выходу, когда вдруг раздаётся голос Стива.       — «Положь на место», — звучит его механическое предупреждение через рацию.       Я не смотрю на Рика, но чувствую, как он напрягается, его плечи будто окаменели, а взгляд вдруг становится ледяным.       — Кто это? — Его голос резкий как выстрел. Замечаю, как он поднимает автомат и направляет его прямо на рацию.       Я молчу, просто толкаю его сильнее к выходу. Нет времени объяснять. Мои шаги ускоряются, и вот мы оказываемся на безопасном расстоянии от дома. Рик не отстаёт, но его шаги уже звучат угрожающе. Мы останавливаемся.       — Выполняй приказ, — говорю я в рацию, чувствуя, как этот момент растягивается до бесконечности.       Дом взрывается в ослепительной вспышке. Взрыв обрушивается на лес, как ударная волна, разнося осколки во все стороны. Машинально прикрываю лицо, но чувствую, как разлетаются куски дерева и стекла. Открыв глаза, вижу только пылающие обломки, остатки того, что когда-то было этим домом.       Рик тут же навёл автомат на меня.       — Что ты сделала, Луна? — Его голос острый, как лезвие ножа. — Какого хрена происходит?!       Я должна бояться его. Его оружия, его напряжённых мышц, его готовность выстрелить. Но вместо страха меня накрывает странное чувство, но точно не страх. Просто стою перед ним, безоружная, спокойная. Поднимаю руку и небрежно бросаю рацию в сторону огня. Она стучит об деревянное крыльцо с едва заметным звуком, и вскоре звучит ели заметный взрыв. Это должно его разозлить.       И это срабатывает.       В следующее мгновение Рик срывается с места и сбивает с ног, нависая надо мной. Оказывается на мне. Холодная земля впивается в спину, дыхание сбивается, но я едва это замечаю, потому что он слишком близко. Наши тела соприкасаются, его горячее дыхание обжигает мою кожу, когда он нависает надо мной, одной рукой упираясь в землю, другой удерживая автомат.       — Ты совсем спятила? — Шипит он, его голос слишком близко, его тело напряжено, и я ощущаю это напряжение каждой клеткой.       — А ты как думаешь? — Отвечаю я с вызовом, и мои губы дрожат, но не от холода.       Он замолкает на мгновение, глаза сверкают огнём, который мне сложно прочитать. Его взгляд опускается на меня, задерживается, и я чувствую, как воздух становится плотнее, как будто мир вокруг нас сжался до этого единственного момента.       — Ты хоть понимаешь, что теперь я обязан отвезти тебя в моему командиру? — Его голос становится низким, почти хриплым. — Что за игру ты устроила?       Выдыхаю, не в силах больше держать это напряжение внутри. Его колени между моими ногами, его рука на земле рядом с моим лицом. Моё сердце начинает биться быстрее, как будто в такт его движениям. Внутри что-то ломается и сливается в один горячий импульс.       — Не я её начала. — Бросаю ему в ответ, опуская взгляд к его губам. Пальцы дрожат, но я не двигаюсь. Всё, что нужно, ещё одно его движение, чтобы меня прорвало.       — Вот тебе и без башенная, — ухмыляется он, а потом внезапно тянется ближе, его лицо оказывается слишком близко к моему. Чувствую запах его кожи, его дыхание касается моих губ. Сердце колотится как бешеное.       Я знаю, что мне нужно двигаться, бороться, что это всё не по правилам. Но вся моя сдержанность рушится под его взглядом и прикосновениям.       — «Флэг, доложи обстановку». — Раздался голос из его рации, заставив его замереть в дюймах от моих губ.       Рик приподнимается, вытащив рацию, пока я всё ещё была под ним. А ведь уходить совсем не хочется.       — Объект уничтожил улики. — Пристально смотрел он на меня, так и не двинувшись.       — «Выслать отряд икс?»       — Нет нужды.