Глава 9. Бессонные ночи

      Рассвет разливается по комнате мягкими лучами, заливая диван, на котором мы запутаны в этом безумном вихре. Словно последние отблески ночи всё ещё держат нас в своей власти, не отпуская, не позволяя остудить накал. Влажное и горячее от пота тело Рика обжигает кожу, каждое прикосновение ощущается как удар током, пальцы сильнее сжимаются на моих запястьях, скрученных за спиной. Удерживает крепко, но в каждом прикосновении всё ещё ощущается дикое, жгучее желание. Но сейчас всё иначе. Рик нашёл мой тайник, и добавил ещё один элемент в нашу игру. Игрушка внутри меня вибрирует, и с каждым толчком её холодный металл смешивается с теплотой его тела. Я задыхаюсь, дыхание становится всё быстрее, а он только усмехается, как будто видит, насколько меня это заводит. Давно я такое не испытывала.       Лучи солнца падает на его лицо, и в этот момент я вижу, как мускулы напрягаются под загорелой кожей. Пот тонкой плёнкой покрывает его тело, сбегая каплями по рельефным линиям пресса, и это зрелище будто разжигает внутри меня новый огонь. Я сама подаюсь назад, и это движение вызывает в нём что-то дикое. Его руки скользят вниз, сжимают мои бёдра, оставляя следы, и он держит меня крепко, не позволяя отступить, только позволяя двигаться в такт его ритму.       Его тело напряглось, как сталь, удерживая на месте. Глаза полуприкрыты, на губах медленная, лениво-насмешливая улыбка. Но в нём не осталось ничего медленного, каждый его толчок точен, силен, выверен. Его бёдра ритмично бьются о мои ягодицы, и это жаркое, настойчивое движение заставляет дрожать. Он наклоняется вперёд, и его горячее дыхание касается моей щеки. Шёпот хриплый и низкий:       — Просыпайся, крошка. Мы ещё не закончили.       — Жёстче, — хриплю я, слова едва вылетают из губ, но он слышит и ухмыляется, слегка качнув головой. Он продолжает двигаться, каждый его рывок глубокий и точный, словно испытывает мои пределы.       Его стоны резонируют глубоко внутри, как приказы, которым я подчиняюсь. Такое ощущение будто всё тело пульсирует, особенно там, где он скользит пальцами, держа меня в этом состоянии между наслаждением и безумием. Грубо сжимает на мои запястья, и я невольно подаюсь вперёд, когда он толкает сильнее.       Он подтягивает меня ближе, так, что я оказываюсь почти на его коленях. В его руках моя кожа кажется горячей, пальцы оставляют красные следы там, где он сжимает сильнее, добавляя ещё больше дикости в наши движения. Его грудь, твёрдая и горячая, прижимается к моей спине, и я чувствую, как его дыхание обжигает шею.       Руки Рика скользят по моему телу, сжимаются на бёдрах, заставляя поддаться вперёд, навстречу его движению. Он сильнее нажимает на игрушку, погружая её глубже в мою задницу, и я чувствую, как вибрации усиливаются. С каждой новой волной мне кажется, что я теряю контроль над телом. Я задыхаюсь, пытаюсь удержаться, но его руки, его голос, его жар, связывает меня крепче любых цепей.       — Ты такая жадная, — произносит он, и его голос звучит с той самой ленивой, насмешливой интонацией, которая доводит меня до безумия. Он чувствует, как я начинаю дрожать, как не могу сдержать стоны, вырывающиеся с каждым новым движением. — Хочешь больше?       — Да, — выдыхаю я, почти захлёбываясь от признания, от той дикой силы, что захватывает моё тело.       Его рука скользит вниз, чуть надавливая на игрушку, заставляя вибрации проходить глубже, и я задыхаюсь от этого ощущения, от того, как он использует каждую возможность, чтобы вынудить меня подчиниться. Прижимаюсь к нему сильнее, вибрации и его движения сочетаются в нечто почти невыносимое, и не могу удержаться от стона, пронзающего утреннюю тишину.       Он наклоняется ближе, его губы касаются мочки моего уха, и я чувствую, как он выдыхает тяжело, хрипло, с каким-то едва сдерживаемым наслаждением:       — Ты вся дрожишь. Мне остановится?       — Не смей.       Его слова пронизывают меня, заставляя кожу покрыться мурашками. Я пытаюсь обернуться, чтобы встретиться с его глазами, но его руки удерживают меня на месте, заставляют чувствовать каждое движение, каждый толчок, каждый вибрирующий импульс игрушки, которую он добавил к нашей игре. И чем больше он контролирует меня, тем сильнее тянусь к нему, словно к источнику всего этого дикого огня.       — Не можешь остановиться? — Прикусывает мочку уха, его голос едва сдерживает насмешку. — Скажи мне, что ты хочешь, Луна.       Я пытаюсь дышать, но выходят с трудом, каждый вдох сбивается с ритма из-за его движений. И я всё-таки произношу, сквозь сжатые зубы:       — Хочу, чтобы ты… не останавливался.       — Это очевидно, — он смеётся тихо, грубо, и вдруг начинает вытаскивать игрушку и снова надавливая, делая вибрации мощнее. — Но мне нужно услышать что-то другое.       Он тянет меня ближе, так, что моё тело напрягается, и я чувствую, как каждый толчок пронизывает меня от макушки до пят. Его рука опускается ниже, находя чувствительные места, и я едва не кричу от этого контраста, холодный металл, горячие пальцы, член глубоко внутри словно касается сердца.       — Попроси меня, — требует он, и его голос звучит с какой-то жестокой нежностью. — Попроси меня сделать это сильнее.       Я пытаюсь удержаться, но не могу. Его руки вцепляются в меня, движется всё сильнее и быстрее, и я кричу, не могу больше сдержаться.       — Молю, Рик… сильнее! Заставь почувствовать твои фантазии. — Член внутри меня дёргается и по телу пробегается волна возбуждения.       Он не отвечает, не смеётся, но я чувствую, как его руки сжимаются крепче, как его тело напрягается сильнее, и он снова входит глубже, не давая ни шанса отдышаться, не позволяя сбавить темп. Всё сливается в одно, его движения, вибрации, тепло его кожи, и я знаю, что скоро мы так и не успокоимся.       Я пытаюсь что-то сказать, но он наклоняется, кусая за плечо, оставляя лёгкий след. И я не могу удержаться от стона, от этой волны, что пробегает по позвоночнику.       Его пальцы двигаются, замедляются, и я чувствую, как они сжимаются на моей талии, словно показывая, что он полностью контролирует каждое наше движение. Я пытаюсь найти баланс, но каждый его новый толчок выбивает меня из колеи, и я понимаю, что больше не могу бороться. Только идти туда, куда он ведёт, только поддаваться этому бешеному ритму, который разгоняет кровь, как волны по телу.       Рассвет становится ярче, и всё кажется каким-то нереальным, как будто мы всё ещё застряли в ночи, в этом горячем, неподатливом безумии. И я знаю, что его хватка не ослабнет, пока сам не решит, что это закончится.       Рик убрал игрушку, пальцы скользнули по моему телу, оставляя липкие следы от смазки, и вдруг резко поднял меня на колени, сильнее прижав к спинке дивана. Напряжение нарастает, каждый его медленный, контролирующий вдох отдаётся в моих ушах.       — Ты знаешь, что я не закончил, да? — Его голос низкий и хриплый, как обещание, от которого кожа покрылась мурашками.       Ещё одна игрушка, холодная и скользкая, коснулась меня, и я задохнулась от острого ощущения, прежде чем она исчезла, а Рик, прижавшись сильнее, начал проникать сзади, настолько медленно и глубоко, до самого основания, что я даже не успела осознать, когда именно он начал двигаться. Невольно напрягаюсь, и он громко выдохнул, отпуская одну из моих рук и обхватив мои бёдра, прижимает крепко, не давая уйти ни на миллиметр.       Каждый толчок был жёстким, резким, колени дрожат, а мышцы ломит от напряжения. Он двигался так, будто пытался проникнуть ещё глубже, ещё сильнее, с его губ сорвался низкий стон, бёдрами вбиваясь в меня, словно выражая все те сдерживаемые желания и агрессию, которую копил, от которых внутри всё сжималось ещё сильнее.       — Такая узкая, — пробормотал он, с силой вжимаясь в меня и задерживаясь, заставляя меня прогнуться и раскрыться под ним. — И я хочу, чтобы ты чувствовала меня ещё дольше.       Я лишь сдавленно вскрикнула, и он сжал мою руку за спиной, жёстко дернув, чтобы я не смогла двигаться. Входит медленно и выскальзывает почти до конца, а затем с рывком возвращается, заполняя до отказа, перехватывая дыхание. Тело вспыхивало огнём с каждым толчком, и я была в его власти, полностью зависима от его темпа и силы.       Горячее дыхание коснулось моего уха, когда он остановился на мгновение, ещё крепче сжав меня, впивается пальцами в кожу.       Он снова двинулся вперёд, и я зажмурилась, когда ощущение резкого вторжения заставило выгнуться, едва не свалившись с дивана, но Рик удержал, как всегда, властный, непоколебимый. Каждое движение его бедер было грубым, даже диким, и он не давал шанса вырваться или замедлить темп.       Слова терялись на моих губах, но он продолжал, двигался с яростью, и я чувствовала, как он тяжело дышит, прикусываю нижнюю губу на мгновение оглянувшись, глаза его были прищурены, в них плясали дикие огоньки. Грубые руки ещё сильнее сжали мои бёдра, и я ощутила, как он проникает ещё глубже, как будто пытаясь преодолеть границу между нами, и звук его низкого рычания утонул в моих стонах.       Прижимается ещё плотнее, заставляя моё тело прильнуть к его, что удалось ощутить каждый его напряжённый мускул, горячий и твёрдый, когда он снова резко проникал внутрь.       Он продолжал, и теперь с каждой секундой темп становился всё жёстче, движения грубее, и я с трудом могла оставаться на месте, пытаясь поймать дыхание, но это было невозможно. Руки скользнули по спине, не давая опоры, кончики пальцев царапали кожу, оставляя красные следы, пока он не отпустил и не позволил себе поддаться дикости, двигаясь во мне глубоко и властно, без остановок, пока я не задохнулась от всего этого, пока внутри всё не сжалось, как будто готовясь взорваться.       С каждым толчком он казался всё более жёстким, отчего меня бросало в дрожь. Нависает надо мной, вжимаясь всем телом, не давая уйти ни на дюйм, пока с каждой секундой всё больше не сжимало внутри, пока не стало невозможно дышать.       Его руки крепко держали мои бёдра, словно боясь отпустить, и я ощущала, как кончики его пальцев глубоко врезаются в кожу, оставляя следы. В голове смешались звуки его тяжёлого дыхания, горячие шепоты, которые были почти как приказ, и тепло, что пронзало от его прикосновений. Я хотела задержать дыхание, но каждый его толчок выбивал воздух из лёгких, и я чувствовала, что совсем теряю контроль.       — Рик, — хриплю я, прикусив губу, но он не замедляет, наоборот, только усиливает хватку, заставляя меня снова прогнуться, прижаться плотнее.       — Не кончай, — шепчет он низко, почти рыча, и его рука дергает мои волосы назад, заставляя голову запрокинуться. — Ты сейчас моя. И я хочу насладиться каждой секундой.       Каждое слово, как удар, пронзающее тело, от которого невольно напрягаюсь, сжимаюсь вокруг него, и он издаёт хриплый, довольный звук, что отзывается вибрацией внутри. Его движения становятся всё резче, и я слышу, как он пытается поймать дыхание, как его грудь тяжело поднимается и опускается рядом с моими плечами.       Я вся сгораю от его грубости, оставляющая меня на грани. Пытаюсь сосредоточиться, ухватиться за что-то, но всё бесполезно, Рик держат меня слишком крепко, всё внутри сжимается, как последняя волна сметает остатки самообладания. Мгновение, и я теряюсь в этом вихре, позволяя себе отдаться полностью, когда он резко вжимает меня ещё глубже и замедляется, входя до конца.       Замирает на долю секунды, тяжело дыша, и я чувствую, как его тело напрягается, пока он сам не поддаётся последнему резкому движению, в которое вкладывает всю силу, и это выбивает воздух из лёгких, оставляя нас обоих дрожащими и потными, но при этом цепляющимися друг за друга.       На мгновение по гостиной разливается тишина, только его тяжёлое дыхание, когда он разлёгся на диване. Медленно оседаю на его груди. Аккуратно поглаживает моё бедро, будто пытаясь успокоить нас обоих после этого дикого ритма. Он остаётся так, держит меня крепко, не позволяя отстраниться, пока я не почувствую, что снова могу дышать ровно.       Но вся тишина дома разбивается когда диван скрипит от того, что Рик резко поднимается вместе со мной на руках. Утыкаюсь ему в шею, чувствуя его кожу на своих губах, когда он аккуратно направляется в сторону ванной. Его тело всё ещё напряжено, каждое движение отдаётся силой и уверенностью, но сейчас он не торопится, и я лишь ощущаю, как его руки крепко держат, не позволяя выпасть из этого момента.       Вода мягко плещется, и он осторожно опускает меня в тёплую ванну, сам присаживаясь рядом, за спиной. Вода охватывает тело, смывая пот и остатки страсти, и я чувствую, как он осторожно обнимает меня, притягивая ближе. Крепко держат мои плечи, и я откидываюсь назад, позволяя себе расслабиться, хотя дыхание всё ещё сбивается.       Мы сидим так какое-то время, пока вода постепенно остывает, и я чувствую, как напряжение, что так долго нарастало внутри, наконец отпускает. Его руки осторожно поглаживают мои бёдра, лишь чуть сильнее прижимает к себе, когда я выдыхаю, чувствуя его дыхание на затылке.       Наконец он поднимает голову, и я ощущаю, как его губы касаются моей шеи, оставляя мягкие поцелуи, прежде чем он, слегка прищурившись, наклоняется ко мне, усмехаясь:       — Ты открыла мне страшную тайну, Луна, — его голос всё такой же хриплый, но теперь он звучит почти нежно. — Что же мне теперь делать?       — Воспользоваться ситуацией и иметь меня часто и регулярно. — Выдохнула я, ощутив едва заметное подёргивание его плоти на пояснице. — Когда начинается твоё задание? — Откинув голову ему на грудь, пальцами промываю руки мылом.       — Сегодня. — Более поникшим голосом произнёс он, помогая намыливать плечи. — Завтра. Точной даты нет, но во вторник меня точно не будет в Америке. — Я медленно начала оборачиваться к нему, аккуратно, стараясь не расплескать много воды по полу.       Рик провёл мокрыми пальцами по моей щеке, пристально вглядываясь в глаза.       — Я вернусь. Обещаю. — Потянувшись к нему нежно касаюсь его губ.