Глава 13

***

      Она сидела, задыхаясь, на обеденном столе, совершенно разбитая. Она и не подозревала, что такое удовольствие возможно, а он всего лишь поцеловал ее. Она не сразу оценила свои ощущения, а затем соскользнула со стола и вернулась на свое место и набралась смелости и ухмыльнулась мужу:       — Это было довольно приятно, — поддразнила она его, заставив хихикнуть.       — Да, думаю, на этом мы остановимся, пока ты не поговоришь с Дафной. Я не хотел бы перегибать палку до того, как ты сможешь разобраться в своих чувствах, — сказал он, и его тон отрезвил их обоих. Она кивнула, благодарная ему за понимание, но она не знала, что он использует каждую унцию своей сдержанности, тем более что следы его действий постепенно стали все заметнее на ее горле. Ему потребовалось все самообладание, чтобы успокоить себя. — Я бы ни за что не хотел нарушить доверие, которое ты мне оказала, но будь уверена, как только ты поговоришь с моей сестрой, я с радостью займусь с тобой любыми исследованиями которые ты пожелаешь, — назидательно произнес он, после чего перевел взгляд с нее на свою тарелку и начал накладывать себе еду. Она покраснела и поспешила сделать то же самое. Пенелопа молчала, пока они ели, снова чувствуя себя немного неловко. — Я надеялся показать тебе дом, а потом провести немного время за чтением в библиотеке, — сказал он непринужденно.       Пен улыбнулась ему и кивнула:       — С удовольствием. У вас обширная библиотека? — с любопытством спросила она. И вот так они стали дружески общаться, словно были друзьями уже много лет.       Время шло быстро, и не успела она оглянуться, как Энтони уже показывал ей дом. Он показал ей несколько гостиных и других мест для приема гостей в доме, а затем начал знакомить ее с помещениями, предназначенными для семьи. Он показал ей семейную гостиную, где по углам до сих пор валялись игрушки, оставшиеся с тех пор, как они были здесь в последний раз. Энтони показал ей покои своей семьи, а затем провел ее в отдельную часть дома:       — Я знаю, что по традиции мы должны занимать апартаменты лорда и леди, но я не могу забрать их у матери и не хочу оставаться в комнате, которая была у моего отца, поэтому я приказал перенести наши покои в эту часть дома. Надеюсь, мы сможем получить уединение со всеми моими братьями и сёстрами, — сказал он, показывая ей на противоположную сторону дома, чем та, в которой она находилась раньше. Он показал ей небольшую, более интимную гостиную с книжными полками вдоль всей стены, на противоположной стене был камин и довольно уютная зона отдыха. Над камином она увидела пустое место, куда можно было бы повесить картину. Она указала на него, и он улыбнулся: — Я хочу повесить туда наш портрет. Я подумал, что это будет прекрасное место для нас, — произнес он, и румянец наконец проступил на его лице, когда он отвел взгляд.       Пенелопа улыбнулась, гордясь тем, что он покраснел:       — Мне нравится, а есть еще какие-нибудь зоны? — взволнованно спросила она. Он кивнул и продолжил показывать ей небольшую столовую, две спальни, которые можно переоборудовать по своему усмотрению, или комнаты для детей, которые у них могут появиться. Она густо покраснела при этой мысли, прежде чем он показал ей комнату, из-за которой он очень волновался.       Энтони открыл дверь и жестом велел ей войти. Она ахнула: с одной стороны комнаты стоял большой письменный стол, а с другой было пространство для чтения. Вся комната была уставлена книжными полками, которые были пусты.       — Я подумала, что это может стать твоей письменной комнатой. Ты можешь заполнить полки книгами, какими только пожелаешь, — сказал он, указывая на полки. Она в шоке оглядела комнату, в ее глазах начали собираться слезы, когда она поняла, что он сделал для нее. Увидев ее слезы, у него расширились глаза от волнения: — Пожалуйста, скажи, что это слезы радости?! — спросил он в легкой панике.       Она кивнула и тут же обхватила его руками, зарывшись в его грудь. Ей там очень нравилось.       — Да, это слезы радости. Меня переполняют чувства нежности и благодарности к мужу, — сказала она ему в грудь.       Он усмехнулся и обхватил ее руками, целуя в макушку, когда она прижалась к нему еще сильнее:       — Знаешь, я могу привыкнуть к этому, — тихо сказал он, обнимая ее.

***

      После того как он показал ей ее кабинет, они удалились в библиотеку и несколько часов читали вместе, но теперь настал момент, когда он должен был показать Пенни ее покои. Он слегка нервничал, пока вел ее к двери. К счастью, ее покои находились прямо напротив его, по крайней мере, его новых покоев. Он открыл двери и жестом велел ей войти, когда она снова сделала это, он услышал изумленный возглас.       Пенелопа огляделась по сторонам, широко раскрыв глаза:       — За этой дверью находится гардероб. Я поставил в комнате довольно большой туалетный столик и стол поменьше на случай, если у тебя появятся мысли, которые ты захочешь немедленно изложить на бумаге, — сказал он, стоя в дверях.       Она улыбнулась ему:       — Это прекрасно, Энтони, спасибо, — сказала она с теплотой в голосе.       — Я рад, что тебе нравится. Я хочу, чтобы это было твое пространство, чтобы ты могла приходить сюда, когда захочешь уделить время себе. Слугам приказано выходить, если ты вдруг зайдешь, — сказал он, оглядывая комнату.       Она подняла бровь:       — Ты очень добр, но ты говоришь так, будто я не буду часто здесь бывать, — сказала она, своим тоном задавая немой вопрос.       Он улыбнулся ей, чувствуя, что снова нервничает:       — Я надеялся, что ты будешь спать в моих покоях вместе со мной, и я имею в виду именно сон и ничего больше. Я хотел бы проснуться с моей любимой женой в моих объятиях, если она того пожелает, — мягко сказал он, не желая давить, если она будет чувствовать себя неловко.

***

      Когда она увидела, что он готовы исполнить ее желание и предоставить ей место, предназначенное только для нее, она почувствовала, как в ее сердце зародилось тепло к нему. Она улыбнулась ему, позволяя этому теплу поглотить ее, надеясь, что ее эмоции выражены в ее глазах и понятны ему:       — Я была бы рада, Энтони, — тихо сказала она.       Он ярко улыбнулся, отчего тепло в ее сердце стало еще больше, а затем указал на коридор:       — Мои покои находятся прямо напротив, почему бы тебе не приготовиться ко сну, а я буду ждать тебя там? — осторожно спросил он. Она кивнула, на ее щеках появился румянец. Девушка одновременно нервничала и была взволнована. Муж хищно ухмыльнулся и быстро ушел в свои покои, оставив дверь открытой, чтобы она могла войти, когда пожелает.       С дрожащим дыханием она пробралась к гардеробу и подскочила, когда в комнату вошла Роуз, чтобы помочь ей раздеться:       — Вы в порядке, моя леди? — осторожно спросила она.       Пенелопа кивнула:       — Да, он не просит меня совершить акт, он просто хочет спать в его постели. Я просто нервничаю, ни один мужчина, кроме отца, не видел меня в спальном наряде, — ответила она, сжимая в кулаке платье.       Роуз понимающе улыбнулась:       — Поверьте, моя леди, он найдет вас очаровательной. Но почему бы вам не выбрать одно из ваших ночных платьев, которое лучше скроет вашу скромность? — спросила она, оставив выбор за Пенелопой.       Она кивнула, почувствовав облегчение от осознания того, что не просто окажется в тонкой ночнушке, которая не оставит шансов воображению. Хотя ее ночные платья все еще были довольно откровенными, но все же они придавали ей немного скромности. Но когда она увидела, что ее плечи практически открыты, а платье держит лишь тонкие бретельки, то почувствовала себя не так уверенно, как раньше. По крайней мере, материал был достаточно плотным, чтобы ее не было видно, а юбка доходила до щиколоток. Фасон не был откровенным, но облегающий, что ей вполне нравилось. Она чувствовала себя уверенно, по крайней мере до тех пор, пока не оказалась перед его дверью.       Пенелопа сделала глубокий успокаивающий вдох и медленно вошла в комнату. Когда она открыла дверь, то увидела, что он лежит в постели без рубашки, и остановилась на полушаге, чтобы просто посмотреть на него. Она никогда раньше не видела мужчин без рубашки, и Энтони, безусловно, был хорошим образцом для начала. Он издал звук, напомнив ей, где она находится, и она вздрогнула, быстро закрыв дверь.       — Не стесняйся меня, дорогая, я горжусь тем, что доставил тебе удовольствие, — непринужденно сказал Энтони, вставая с кровати и подходя к ней. Он нежно погладил ее щеку и прижался к ее губам. Они были сладкими и нежными, в них было гораздо меньше жара, чем в предыдущих поцелуях. Она улыбнулась этому жесту, когда он отстранился. Он окинул ее взглядом: — Ты прекрасна, — тихо сказал он.       Она улыбнулась и прислонилась к его губам в быстром поцелуе, а затем быстро направилась к кровати, застенчиво улыбнувшись ему в ответ. Он проследил за ее движениями темными глазами и присоединился к ней. Он не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее еще несколько раз, и в конце концов она оказалась в его объятиях, положив голову ему на грудь.