Глава 26

***

      Пенелопа была удивлена, когда мать объявила, что лорд Фезерингтон устраивает бал. Она удивилась, что у них есть средства на это, но, видимо, кузен Джек в последнее время охотился за инвесторами. Она надела одно из новых бальных платьев, которые заказал для нее Энтони. Когда она вошла в семейный дом, то удивилась количеству нарядов: насколько она знала, все ценное было продано, хотя Филиппа и Пруденс упоминали, что в последнее время их мать тратит больше денег.       Когда она увидела кузена Джека, он показался ей счастливее прежнего, хотя он уделял мало внимания Пруденс и больше времени проводил, наблюдая за ее матерью. Пенелопе стало не по себе от взглядов, которыми кузен Джек постоянно одаривал ее мать, — это были взгляды вожделения. Пенелопа пыталась выбросить это из головы, пока продолжался бал. В середине вечера Энтони вытащил ее на танцпол и прислонился к ее уху:       — Я узнал, что скрывал лорд Фезерингтон, и скоро встречусь с ним, останься с моей матерью, пока я разберусь с этим. Я обещаю рассказать тебе все сегодня вечером, — тихо сказал он. Она отстранилась и на мгновение встретилась с ним взглядом, а затем кивнула, зная, что может ему доверять. Обычно она бы хотела, чтобы с ней советовались, но он хотя бы информировал ее, а не держал в неведении. Как только танец закончился, она направилась к Вайолет, наблюдая за тем, как ее муж и кузен Джек входят вдвоем в гостиную. Пенелопа видела, как ее мать издалека наблюдает за происходящим, широко раскрыв глаза.

***

      Как только Энтони остался с лордом Фезерингтоном наедине, он позволил вежливому выражению исчезнуть с его лица.       — Лорд Фезерингтон, до меня дошло, что вы распространяете ложь, — резко произнес Энтони, наблюдая, как тот съежился.       — Я не знаю, о чем вы говорите! — сказал лорд Фезерингтон, быстро скрывая минутную потерю самообладания. Энтони насмешливо ответил:       — Не трудитесь лгать мне, милорд. Я следил за вами, как только вы вошли в жизнь моей жены. Я послал людей на шахты, которыми вы так гордитесь, и знаю, что они сухи, как пустыня. Я знаю, что вы приняли несколько инвестиций от разных лордов, хотя шахты пусты. Я знаю, что даже драгоценности, в которые одета ваша новая невеста, — подделка, — сказал Энтони, выкладывая ему все начистоту.       Лорд Фезерингтон несколько мгновений выглядел так, словно собирался сопротивляться правде, прежде чем он просиял:       — И что вы намерены с этим делать?! — спросил он с напускной бравадой, скрывающей настоящий страх. Энтони приподнял бровь, почти забавляясь тем, что говорит этот человек:              — Я раскрою все ваши проступки, и вы будете уничтожены. Выпейте, милорд, у вас есть одна ночь, прежде чем ваша жизнь рухнет, — ответил Энтони, прежде чем выйти из комнаты и оставить лорда обдумывать его слова. Он знал, что лорд Фезерингтон, как и подобает трусу, сбежит, ведь это был самый простой способ спасти сестер и мать Пенелопы. Если бы маленький проныра сбежал, был бы скандал, но вина не легла бы на этих женщин. Сделав это неприятное дело, он вернулся к жене и пригласил ее на новый танец. Пенелопа с любопытством посмотрела на него, но он покачал головой, надеясь, что она поймет и подождет, пока они не вернутся домой. Он позаботится о том, чтобы ввести ее в курс дела, когда они окажутся в уединении, вдали от посторонних ушей.

***

      Порция наблюдала, как лорд Бриджертон вместе с Джеком вошел в гостиную. Она нервно сжимала руки, ожидая, пока она скроется от посторонних глаз, но сможет увидеть, как только лорд выйдет из комнаты. Она была так взволнована, когда ее план сработал, что не удержалась и организовала бал, но, возможно, она привлекла к себе слишком много внимания. Она вздохнула с облегчением, когда лорд Бриджертон вышел из комнаты через несколько минут после того, как вошел в нее. Выждав положенное время, она вошла в комнату и увидела Джека, который прислонился к столу и пил бурбон так, словно это могло спасти ему жизнь.       — Что хотел лорд Бриджертон? — осторожно спросила она, закрывая за собой дверь.       Он провел рукой по волосам:       — Он все знает. Он следил за мной, заставлял людей исследовать Рубиновые шахты, он все знает и у него есть доказательства. Он намерен раскрыть их завтра, — сказал он, его рука слегка дрожала. Она задохнулась от ужаса и тут же прикрыла рот рукой, обдумывая его слова. Она была так уверена, что все получится, они были так близки. Джек выпил весь бокал бренди, налил еще один и выпил его, после чего выровнялся: — Мы должны уехать, сегодня же, — просто сказал он.       — Мы не можем просто сбежать ночью! А как же мои юные леди? — в отчаянии сказала она.       — Так всегда и было задумано, мы должны сложить деньги в сундуки. Мы можем собрать все позже вечером, а утром сесть на первый корабль в Америку. По прибытии мы сможем послать за девушками, — сказал он, его голос стал более уверенным. Должно быть, он заметил колебания на ее лице, потому что он подошел к ней и обнял ее в знак привязанности: — Мы должны идти, Порция, у нас нет другого выбора. К утру нас разорят, а потом все придут за деньгами. Другого выбора нет, с девочками все будет в порядке. Пенелопа присмотрит за ними, — успокаивающе сказал он.       Она чувствовала себя неуверенно, не доверяя этому идиоту, она знала, что он нехороший человек, он трус. Она не хотела бросать своих девочек, но какой у нее был выбор? Утром они все равно будут уничтожены, и что она тогда сможет сделать для своих девочек — ничего. Пенелопа позаботится о своих сестрах, она уже дала это понять, но Порция вернется к своей ужасной семье. Она не хотела возвращаться к своей родной семьи и не желала становиться подопечной следующего лорда Фезерингтона. По крайней мере, тот, что перед ней, довольно управляем и, кажется, любит ее. С ее девочками все будет в порядке, но с ней не будет, если она останется. Приняв решение, она подняла на него глаза и кивнула:       — Хорошо, давайте начнем собираться и закончим вечером. Мы сможем уйти сегодня вечером, как только уйдут гости, — тихо сказала она.       Он улыбнулся, и в определенном свете это было очаровательно:       — В каком-то смысле это облегчение, я не должен буду жениться на Пруденс, и мы сможем быть вместе, — сказал он, притягивая ее к себе для поцелуя. Она не сопротивлялась, но так же ничего не почувствовала, когда его губы прикоснулись к ее губам. Но она уже много лет играла в эту игру, и сможет и сейчас.       Отстранившись, он быстро вышел из комнаты, и она на мгновение задумалась, почувствовав, как по лицу потекла слеза. Она покачала головой, выпрямилась, вытерла слезы с лица и расправив плечи вышла с комнаты, чтобы провести свой последний бал в качестве леди Фезерингтон.

***

      Пенелопа поняла, что что-то происходит, как только Энтони отошел от нее, но это чувство укрепилось, когда она увидела выражение лица кузена Джека. Это чувство удвоилось, когда мама заключила ее в крепкие объятия, прежде чем она уходила с бала с мужем. Ее мама была не из тех, кто любит открытое проявления привязанности. Когда они вернулись домой, Пенелопа практически потащила мужа в его кабинет за объяснениями, так как это чувство не покидало ее. Она просто знала, что что-то не так, что-то в воздухе изменилось.       По мере того как Энтони объяснял глубины лжи ее кузена, многие кусочки головоломки складывались в единое целое и обретали ужасающий смысл. Она начала понимать, какую ложь плел ее кузен, откуда взялся внезапный приток денег. Плохо, что он лгал, но брать инвестиции, которые, как он прекрасно знал, никогда не будут возвращены, и тратить их на бал было отвратительно. Пока она сидела и переваривала новости, в дверь кабинета Энтони неожиданно постучали, и после разрешения зашел взволнованный лакей:       — Милорд, сестры леди Пенелопы просят ее прийти в их дом. Они не объяснили причину, — нервно сказал мужчина.       Энтони кивнул, и Пенелопа тут же встала, почувствовав, что ее внутренности снова дают о себе знать. Прошел всего час или два с тех пор, как они ушли, что же могло пойти не так? Они оба быстро направились обратно через улицу, все гости, похоже, уже ушли. Пенелопа сразу же заметила своих сестер, стоявших в фойе дома Фезерингтонов с обеспокоенным видом.       — Что случилось?! — резко спросила Пенелопа, когда она приблизилась.       Филиппа шагнула вперед:       — Мы не можем найти ни маму, ни лорда Фезерингтона. Мы проверили весь дом, ты же знаешь, мама никогда не уйдет, ничего не сказав, тем более так поздно, — обеспокоенно сказала Филиппа, бросив взгляд на Энтони, но все свое внимание сосредоточив на Пенелопе. Пенелопа увидела, как ее муж на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул: он определенно думал о том же, о чем и она. Пенелопа быстро направилась в покои матери, зная, что если она уедет, то никогда не оставит свои платья. Она пробежала по дому, не заботясь о том, что кто-то из слуг видит ее, ворвалась в комнаты матери и направилась к ее гардеробу. Открыв двойные двери, она вздохнула и увидела, что половина гардероба пуста. Она услышала, как Энтони подошел к ней сзади, и с горечью поняла, что ее мать уехала. Она ушла с кузеном Джеком.       — Что ж, полагаю, я знаю, о чем будет последний номер «Леди Уислдаун», — спокойно сказала она, повернувшись к мужу.