Видеосалон

Своенравный замок никак не желает поддаваться. Ленка дëргает обмëрзшими пальцами упрямый ключ, матерясь сквозь зубы. Ну блять, вот не вовремя! Прямо в сапогах несётся по коридору в их комнату - ничего, всё равно ей же пол мыть. Щас пообедает быстро, сменит школьное платье на потрёпанные замшевые брюки - и на улицу. Тимка сегодня хрен знает, когда с работы вернётся - его в горсовет вызвали ордер на квартиру получать, а потом ему по своим делам каким-то надо. Он с самого утра предупредил, чтоб она его не теряла, и что вернëтся поздно, так что она до вечера - сама себе хозяйка. Ну да ладно, за то можно смотаться к Валерке, и не слушать Тимкино ворчание старпëрское. Валерка - вот теперь её мысля́ постоянная. Валерка красавец - кудри, глаза - всë при нëм. Порой как глянет - так у неё сразу всë из рук валится, ноги подкашиваются, и по физиономии сама собой улыбка расплывается. Одно слово - втюрилась. Сунулась в буфет - так и есть: в миске ещё осталось штук десять выпеченных накануне пирогов. Так, ну половину - Тимке, он стопудово голодный вечером заявится. Из оставшейся половины ещë пару Ленка сейчас стрескает. Остались три - самых красивых, поджаристых - их она сейчас замотает в газету и отнесëт Валерке. С картошкой, это конечно не с мясом, но ведь она сама их пекла, старалась, да и вообще, если ему не понравится - сам дурак. И снова Ленка бежит по дороге, только не к школе, а подальше, к комиссионному. Валерка велел если что, там его искать, обещал диковину какую-то показать, и Ленке страсть как интересно посмотреть, что же это за хрень такая. Валерка прям так и сказал "Мы с пацанами такое намутили! Увидишь - охуеешь!" А тут ещё и Тимка масла в огонь подлил: взял в моду ночами куда-то бегать. Ленка сперва у него всë выпытывала, мол, баба у него завелась что-ли. Тимка отмалчивался, но по тому, что он всегда возвращался усталый и недовольный, Ленка поняла: не баба - дела. Вот, наконец, и комиссионка. Ленка было остановилась, замерла, как заяц посередь улицы, да глядь - из окошка по соседству с комиссионкой выглядывают знакомые морды. А в глубине, в самом дальнем углу - такая дорогая и близкая кучерявая макушка! Ленка махом в двери влетает. Пацаны, которых в караул поставили, её не трогают - знают уже, что своя. Валерка - и сердце Ленкино обдаëт уже привычной радостью - у стены стоит, и что-то там всë возится, возится. За столом сидит Суворов, а рядом с ним - Тля, которая что-то на листке кисточкой мазюкает. Вот-те на! Тля значит, первая про дело ихнее, таинственное, узнала! Откуда - да тут к гадалке не ходи: Суворов вокруг неё вьëтся, как кот вокруг сметаны. И ведь Тля - нормальная девка, что она в нëм нашла - самоуверенный и наглый, а по факту - дурак дураком. То ли дело Валерка... - "Тля, привет!" - Ленка машет девчонке, и та, наконец, голову от листа поднимает и коротко ей улыбается. - "Э, повежливей!" - блять, опять ты, полководец сраный! Но не надейся, Ленка сегодня драться не станет - и поважнее дела есть! - "Валерка, привет!" - и с наскокв влетает в раскрытые объятия, виснет на его руках, карабкается по плечам, как макака по баобабу. А под пальцами - мышцы - перекатываются, перетекают одна в другую. И почему-то - Ленку передëргивает от неожиданного порочного желания - так и чешутся ладони ему рубашку расстегнуть, щекой к этой мускулистой груди прижаться, оплести руками и ногами, как плющ дерево, и... Дальше Ленка головой встряхивает, сама себя одëргивая - это уж совсем лишнее! Тимка если узнает, какие мысли у неё в бошке бродят - всю плешь проест! А как тут не думать, если она на руках у него сидит, а сама чувствует, как в бедро что-то упирается - ежу даже понятно что. Оба-на, Валерка, выходит, сам её... Того. Охота ему с ней по взрослому, по серьëзке. Да только Ленка сама об этом думает вскользь, моментом, а чтоб прям сразу в койку - не-не. Да и Тима она боится: натворят чего - брат и ей голову открутит, и Валерке яйца оторвëт. - "Валерочка... Ослик ты мой кучерявый..." - Ленка ластится, по волосам его треплет - "Хороший Валерочка, пригожий, мягкий..." - и, увидев, что пацан аж глаза закатил от кайфа, махом даëт ему подзатыльник и слетает с крепких мужских рук: "Всë, харэ, заебал!" - "Ой бля, хорош! Смотри лучше, что мы с пацанами замутили!" - и Валерка, словно в отместку за её выверты, хватает её за шею и притягивает ближе, к углу, где, на массивной чугунной подставке стоит телевизор, а на нëм - какая-то хреновина. - "О, круто, телик!"- улыбается Ленка, затем, вспомнив про пироги, достаёт из рюкзака свëрток - "На, эт тебе! Подкрепишься, хоть поумнеешь!" - "А эт тебе!" - Валерка достаёт из кармана горсть шоколадных конфет и сыплет их в Ленкины руки - "Сладкого наешься - может добрее станешь!" Ленка улыбается, и отходит в угол, в котором, как примороженная, сидит Айгуль, рядом со своим полководцем недоделанным. - "Чë малюешь, Тля?" - Ленка бесцеремонно, пинками сгоняет со скамьи Суворова, и садится рядом с девчонкой. Та, похоже, давно уже сидит, корпит - Вон, всë платье в краске. Тля откладывает кисточку, и коротко рассказывает ей , что знает, и у Ленки глаза на лоб лезут от удивления: вот те на! Видеомагнитофон! Видеосалон открывают! Ну и новости! - "А чего мне, не Тимка, не ты ничего не сказали?!" - и на Валерку глаза таращит. - "Сюрприз хотели!" - Валерка плечами пожимает и к ней ближе подходит. Но Ленка его уже не слышит: она вторую кисточку схватила, и уже помогает Айгуль рамку на плакате вырисовывать! Вот так, всем афишам афиша будет! Их стенгазету в школе уже и при всех в классе похвалили, и на конкурс отправить успели. Хорошо получается - текст Тля уже накалякала, осталось рамку разукрасить, да вокруг текста какие-нибудь смешные выверты намалевать, чтоб, значит, поярче было и позаметнее. - "Э, Ленка, а ты ничë не забыла?" - Валерка к ней сзади подходит и за плечо её дëргает. - "А должна? Ничего, вроде." - Ленка слушает его вполуха, сосредоточено водя кисточкой по бумаге. - "А обмен слюнями?" - и Валерка к ней наклоняется, как конь к водопою, и кладëт свою ладонь ей на щëку, поворачивая её лицо к себе. - "Не мешай!" - Ленка сбрасывает его руки. Нашëл время, умник - "Хочешь обмен слюнями - могу тебе в морду плюнуть!" И вправду, сейчас - вообще тискаться не охота: вся, с головой уходит Ленка в процесс - мало того, что рисовать она готова круглыми сутками, так ещё тут - общее дело, польза, да и вообще, приятно чувствовать себя частью чего-то большого и значительного. И Тля - блин, Айгуль - вон сидит, довольная. Хоть и смотрит на всех кошкой дикой, а всë равно - улыбается, подмигивает, что-то говорит. Хорошая она, Айгуль, пусть и девка. Ну и что, что в юбках и платьях ходит, ну и что, что из неё лишнее слово не вытянешь - всё равно. Главное - Ленка это уже поняла: человек она хороший. А остальное - приложится: Ленка уж теперь ею займëтся, научит крепко на ногах стоять. Зря что-ли её, Ленку, с зелёных соплей драться натаскивали - сначала Тимка, а теперь - ещё и Валерка. И Айгуль научится - пусть и без того боевого запала, который в душе Ленкиной горит. Дребезжание железной двери Ленку из процесса вытаскивает, холодными пальцами в реальность возвращает. А в дверях Тимка стоит, и ошалелыми глазами на неё смотрит: "Ты чë тут делаешь?" - "Плакат малюю, как видишь!" Тимка на неё всё глядит, а затем к Валерке оборачивается: "Турбо, ну вот нахрена ты её сегодня сюда притащил, а? Договорились же - сюрприз, а ты испортил всё!" - "Ничего он меня не тащил, сама пришла!" - "Ну один хрен, адрес же ты от него узнала!" Ну всё, завëлся, дед-пердед! Есть у Тимки нехорошая черта - ворчать. Если уж начнёт - так не скоро уймëтся. Пробежится по всему: и это-то плохо, и то не как у людей. Ленка брательника понимает - не сам по себе он такой, от жизни собачьей. Вечно всё на нём было, и сейчас так. Вот и носится, за всё переживает, хочет, чтоб жизнь у них была хорошая, сытая. Поэтому Ленка на него не в обиде, да только терпеть его воркотню - не фунт изюма скушать. - "Ладно, всё, айда домой!" - Тим её за руку тянет, едва Ленка последнюю снежинку дорисовывает. Быстро откладывает кисточки - пусть Айгуль моет, а ей бежать пора. Набрасывает пальто, и бежит к Валерке, обниматься. Валерка при брате её не тискает - только шапку ей на голову нахлобучивает и по спине хлопает: "Пошли, Ведьма! Провожу вас!" - и, не удержавшись, чмокает в переносицу. Тимка за их спиной рвотные позывы изображает, за что получает по плечу от Валерки, и тычëк под рёбра - от неё, Ленки. Вот ведь дурак, нашёл над чем свои ха-ха выставлять! И опять Ленка по дороге идёт, и двух своих близких людей за руки держит - справа Валерка, слева Тимка. И снова снег падает, оседая на шапках и куртках. А на душе - хорошо. Всегда бы так.