Часть 41

Дмитрий

Дмитрий касается воды, в которой по какой-то причине нет его отражения. Вокруг — темнота, ей препятствуют только пара факелов, притороченных к стенам симметрично от входа. Что это за место? Как он здесь оказался? Похоже на сон, но ощущается совсем иначе. Он выходит наружу, но, вопреки ожиданиям, снаружи нет ни ветра, ни света — только песок и стелющаяся горизонтом темнота. По песку ведут прочь от места, где Дмитрий находился, следы. Узкая тонкая тропка, которую можно с трудом различить на однообразном полотне песка. В голове мелькает мысль — может быть, он умер? Последнее, что он помнил — это как упал на кровать в собственной квартире, как придвинул Лэйн ближе, чтобы не сбежала, пока он спит. А потом - темнота. Та же, что окружала его, стоило удалиться от единственных источников света. Он нащупал пистолет в кобуре. Когда оружие легло в ладонь, стало немного спокойнее. Что же ему оставалось делать? Только идти вперед, в пустоту… С каждым сделанным шагом в объятия темноты ничего не менялось. Разве что в какой-то момент Дмитрий понял, что не видит практически ничего, так как единственный источник света остался уже далеко позади. Кто-то шёл следом. Кто-то шёл навстречу. Обходил со стороны. Он поднимает оружие, напрягая руки. Годами выверенная выправка позволяет сосредоточиться. Силуэты маячат, движутся, пока, наконец, не оказываются настолько близко, что Дмитрий может различить отвратительное лицо, когда-то, кажется, принадлежащее человеку… На загривке дыбом встают волосы, и Дмитрий делает выстрел, практически не задумываясь. Утробные звуки существ становятся громче. Они наваливаются с разных сторон, давят, патроны кончаются, а противники будто материализуются из пустоты… Вот, уже длинные лапы хватают его за руки, за плечи, за колени, бедра. Он понимает, что ему осталось совсем немного. Животная жажда жизни разрывает грудь, заставляя остервенело сражаться, нанося удары один за другим. Ему не победить, ему даже не вдохнуть… Грудь сжимается от ужаса приближающейся смерти и…

Дмитрий подскакивает на кровати, резко садясь. Сердце так сильно стучит, что ему приходится спустить ноги на холодный пол и ладонью коснуться груди. Крупными глотками вдыхая воздух, Дмитрий всё ещё не может отделаться от явного ощущения смерти. И, кажется, его сердце с ним согласно. Несколько крупных капель пота стекают по виску. Свободной ладонью Дмитрий проводит по лбу, отмечая, что весь покрыт испариной. С каких пор сны так сильно на него влияли? И почему этот сон казался настолько реальным, что, закрой он сейчас глаза, — вернется туда, где его рвут на части? Не оглядываясь назад, он ощупывает кровать рядом. Простыни холодные, Лэйн нет. Пребывая в абсолютно дурном настроении, Дмитрий выходит из комнаты, натыкаясь на Грега и Лэйн у входной двери. Картина выглядит весьма двусмысленно, и складка мгновенно пролегает меж бровей Дмитрия, буравящего взглядом Грега. Но, кажется, что его друг и сам не сильно понимает, во что впутался. — Кто оставил? — не давая и возможности вставить Грегу фразу после реплики Лэйн, ледяным тоном задает резонный вопрос Дмитрий. Но стоило ли ожидать, что услышит ответ? Само собой, Лэйн не знает. — Тебе что надо? — следующий острый вопрос летит уже в Грега. — На тебя в трусах пришел посмотреть, — огрызается Грег. — Может, остынешь и оденешься хотя бы? Дмитрий сильнее сводит брови, и Грег сразу понимает, что это значит. — Ты серьезно? Посмотри на дату. Мать твою, третье ноября сегодня. Слышишь, третье? Я из-за тебя на сорок минут раньше положенного встал, а, между прочим, мог и поспать в очень приятном обществе… Дмитрий прикрывает глаза, тыльной стороной ладони протирая веки, будто надеется смыть наваждение. Подумать только: пару минут назад он умер во сне, а тут пришёл Грег с цветами и заявляет, что у него день рождения. Дмитрию очень нужен был тот, кто остановит землю и даст ему сойти. Дмитрий заваливается обратно в спальню, не желая оставаться у всех на виду. «Давай, приди в себя, твою мать», — набирает полную грудь воздуха Кирсанов и проводит ладонями по лицу. «Возьми себя в руки, ну же!» Почему с каждым днем это становилось всё сложнее? Как будто кто-то вытягивал из него силы. «Думай». Подцепляя штаны и по-солдатски быстро натягивая их, Дмитрий, что есть сил, заставляет свой мозг настроиться на работу. «Цветы для Лэйн. Сегодня. Кто принес? Почему сегодня? Кто знал, что она здесь и… кто знал, когда у неё день рождения…» Быстрым шагом он возвращается в гостиную. Аккуратно подвинув Лэйн в сторону, залезает в шкаф, достает свежую футболку и также быстро уносится в ванную, ни на кого не обращая внимания. «Сказала бы она сама? Нет, навряд ли. Она сказала, что забыла сама. Значит, это кто-то, кто мог видеть дату в личном деле. Или кто-то, кто знает её дольше года… Донован бы не стала — не её стиль. Скорее бы прислала какую-нибудь дикость или пошлость, как мне в прошлом году. Но, нет, здесь цветы — это что-то личное», — умывая лицо водой, он вдруг застывает, глядя на собственное отражение в маленьком зеркальце. «Каин». «Ублюдок. Надо было добить его в Роткове». Он выходит из ванной через пару минут. — Одевайся, поедешь с нами, — озвучивает Дмитрий свое решение Лэйн. — Мы подождем на улице, — переводит Дмитрий взгляд уже на Грега, после чего небрежно берет букет в руку. — Ты уверен? А вдруг ей понадобится по… Грег не успевает закончить фразу, поскольку Дмитрий выталкивает его из квартиры. — Донован тебя искала вчера, ты в курсе? — спрашивает Грег, когда оба оказываются на улице. — Разве я не тебя отправлял к ней, вместо себя? — Вот, и, знаешь, чего я натерпелся? Тебя когда-нибудь сравнивали с гнилью?.. — Она сравнила тебя с гнилью? — Вообще-то тебя. — Пусть бесится. Мне всё равно. Скоро будет готова вакцина. Надеюсь, ты готов быть в числе добровольцев на испытание? — У меня один вопрос: от неё стоять не перестанет? Дмитрий усмехается. — Когда Лэйн спустится — спросишь у неё. — А ты будешь колоть вакцину? — Само собой. — А, ну, тогда я спокоен. Стала бы она лишать тебя твоей основной функции?.. Дмитрий ничего не ответил. В словах Грега была какая-то жестокая ирония, но почему-то сейчас говорить о потенциальном бесплодии с другом Дмитрий не хотел. Дмитрий догадывался, куда Каин мог бы пойти. В этом городе можно было пойти только в два места — к Донован и Яну. И, если бы он пошел к Донован, уж Дмитрий наверняка об этом знал. Вывод напрашивался сам собой. Оставалось только узнать, в какую из нор на этот раз залез Ян. Самым верным было начать с места, где последний раз Дмитрий встречался с любителем широкой улыбки, и интуиция не обманула Кирсанова. Прямо у входа, облокотившись на стену и закутавшись в куртку, стоял Каин, нервно озирающийся по сторонам и потягивающий сигарету. Дмитрий спешно припарковал авто, выскочил, схватив с собой букет цветов, и направился прямо к Каину. Тот, завидя Кирсанова, переменился, отлипая от стенки. И, кажется, будто бы что-то хотел сказать, понимая, что Дмитрий движется на него, подобно выпущенной пуле, но не успел. Замахнувшись, Дмитрий со всей силы ударил Каина букетом по лицу. Красивые красные бутоны рассыпались по сырому асфальту. — Сдурел?! — озлобился Каин, переходя на крик. — В следующий раз принеси розы, чтобы на твоей идеальной мордашке осталась парочка мужественных шрамов, — рыкнул Кирсанов. — Да… причем здесь я, это Ян сказал отнести. Я только доставил! — не менее злобно крикнул в ответ Каин. Дмитрий на мгновение замер. — Что? А ну, повтори! — Что слышал, придурок! Сначала разбираться надо, а потом лупить, — снова рыкнул Каин, готовый бы броситься на Дмитрия, но явно опасающийся последствий. Дмитрий схватил Каина за воротник и придавил к стене. — Следи за языком, если не лишний, — сказал он едва слышно. Но Каин хорошо слышал его. — Ян, значит… — Дмитрий прищурился. — Где он? Каин кивнул головой на дверь. И, когда Дмитрий отпустил его, потер щеку, недовольно кривясь. — Ждите здесь, — бегло бросил Лэйн и Грегу генерал. — Присмотри за ними обоими, — это уже предназначалось Грегу. — Я быстро. И толкнул дверь вниз. Знакомые ступени, полутьма. Ян был в том же месте, что и в их последнюю встречу. Будто бы он за всё это время даже не сдвинулся с места. Правда, охраны в этот раз было побольше… И запах. Запах был другой… он был слабый, но так хорошо знакомый Дмитрию. Чёрт, да это же были сигареты Донован! — Дмитрий! Проходи. Я уже начал думать, что ты не придёшь!

***

— Чего уставился? Нравлюсь? — сказал Каин Грегу, через какое-то время бросивший ощупывать саднящую щеку. — Я блондинок не очень, — пожал плечами Грег, будто колкость Каина его даже не задела. — Глупые они какие-то. Каин усмехнулся. — Так ты, значит, себя умным считаешь? Так, что ли? — искренне удивился Каин. — Или его? — Каин кивнул на дверь, за которой какое-то время назад скрылся Дмитрий. — Не, его точно нет. Умный человек в свой день рождения не станет носиться по городу в поисках ухажеров своей жены, — пожал плечами Грег. — И уж тем более не оставит её со мной, — Грег бросил взгляд на Лэйн и улыбнулся. — Забавно. Ты когда-нибудь слышал, чтобы день рождения совпадал с днем смерти? — Чего? — насторожился Грег. — Ничего. Просто, на вашем месте, я бы не стоял здесь. Неужели не поняли, что это ловушка?.. Иисус Христос и Дева Мария… — вздохнул Каин, причитая себе под нос. Грег подобрался на месте. — Я скажу тебе подождать здесь, но ты же не послушаешь, да? — бросил он Лэйн. И в следующую секунду бросился следом за Дмитрием. Они оба едва успели добраться до открытой двери в комнату, где виднелся Ян. И Дмитрий, без сознания лежащий на полу. — Не так быстро! — увидев их, Ян улыбнулся своей жутковатой улыбкой. Люди по обе стороны тут же подняли оружие, и на каждого смотрело не меньше пяти дул. — Думаю, одного несчастного случая нам на сегодня достаточно, не так ли? Вы двое — унесите его, — Ян кивнул своим парням, и те, насилу подняв Дмитрия под руки, потащили его куда-то вглубь комнаты. — Тш-ш-ш, — заметив, как Грег дернулся, протянул Ян. Кто-то схватил Лэйн и Грега за плечи, предотвращая их будущие попытки вмешаться в ситуацию. — Предлагаю сделку: вакцина в обмен на жизнь вашего дорогого друга. Знаю, что она почти готова. Не так ли, Лэйн? Кстати, с прошедшим. Выглядишь потрясающе, — он улыбнулся и подмигнул ей, игриво присаживаясь на краешек стола. — Я знаю, что частично успех в её создании принадлежит моему человеку, так что я могу и требую передать вакцину мне. Сколько там человек может жить без воды? Трое суток? Прекрасно. У вас трое суток. Он сделал паузу. — Ах, да, и не надейтесь подсунуть мне витаминки в ампуле. Проверять будем на генерале, — он улыбнулся. — Как будете готовы, сообщите Василию. А пока ребята проследят, чтобы вы добрались до дома. Ну, пока!

Лэйн

Грубый тон генерала заставляет Лэйн вздрогнуть от неожиданности и резко обернуться. Лицо Дмитрия кажется еще более недовольным, чем обычно, и причина этому очевидна для всех присутствующих настолько, что впору бы посмеяться. Вот только Дмитрию не смешно, и явный укол в их сторону со стороны Каина он воспринимает даже слишком болезненно. — Дмитрий, успокойся, — как можно более мягким тоном произносит Лэйн, протягивая руку, чтобы попытаться хоть как-то сгладить ситуацию, но Дмитрий как будто и вовсе ее не слышит. Он спешно покидает комнату, оставляя их с Грегом с выражением полного изумления и непонимания. Нет, дело было не только в букете, что, будто пощечина, был брошен под двери их квартиры. В чужой голове явно роились мысли более тяжелые и темные. Лэйн спешно нагоняет Дмитрия в гостиной, но тот все еще занят чем угодно, но только не тем, чтобы обратить на нее внимание. Это злит, и недовольным взглядом провожая генерала, скрывшегося в ванной, она тихо ругается себе под нос. — Воу! Рот бы тебе помыть с мылом, — с усмешкой восклицает уже появившийся рядом Грег. — Заткнись и объясни, что с ним? — Ты меня спрашиваешь?! Не я, слава Богу, с ним живу! Лэйн в ответ лишь раздраженно кривит губы и, стоит генералу вновь показаться в поле зрения, как он окончательно повергает ее и Грега в шок. Его приказ звучит дико и неуместно, и цветы в руке не оставляют сомнений в том, что он собирается сделать, но последнее, чего сейчас хочет Лэйн — это выходить из квартиры. Все внутри нее сопротивляется желанию Дмитрия, злость и обида оседают глубокой складкой меж бровей — неужели, сейчас самое важное для него — это чертов букет и тот, кто решил вот так очевидно оставить его именно в этот день? Неужели, импульсивное желание продемонстрировать свое недовольство и превосходство оказалось сильнее голоса разума? Важнее ее самой? И, будто бы назло, Дмитрий тут же хватает Грега за локоть, чтобы вывести того из квартиры. — Дима! Не надо никуда ехать! Ответом ей оказывается только тишина опустевшей квартиры. Лэйн стискивает зубы, чувствуя, как внутри все вскипает от негодования. У нее нет выбора, но все еще есть шанс достучаться до Дмитрия, поэтому она мигом одевается и спускается вниз, где у машины ее уже ждут. Лэйн предпринимает еще одну попытку отговорить генерала от явно опрометчивых поступков, но он все еще, как будто из принципа, не хочет ее слушать. Игнорируя открытую для нее дверь сидения рядом с водителем, она садится сзади и захлопывает дверь с такой силой, что вздрагивает даже Грег, который явно оказался не готов к подобной реакции — он все еще ни разу не видел Лэйн в состоянии, отличном от привычной отрешенности и собранности. — Ох, Кирсанов, пожалеешь ты об этом, — кряхтя, произносит Грег, усаживаясь вперед и уже откровенно посмеиваясь. Всю дорогу Лэйн молчит, глядя в окно и пытаясь совладать с гневом внутри себя. Ей одновременно хочется врезать Грегу, наорать на Дмитрия и все-таки всадить нож в Каина, но она понимает, что не справится с тремя мужланами, которые с какой-то оголтелой уверенностью воспринимают Лэйн исключительно как повод устроить состязание, чьи яйца звенят громче. Буквально прошлым вечером она готова была бросить все, лишь бы хоть сколько-нибудь времени провести с Дмитрием наедине, но судьба будто бы издевалась над ней, подкидывая проблему за проблемой. Когда машина останавливается, и генерал открывает дверь, Лэйн пару секунд медлит, не спеша выходить следом. В окно она видит фигуру Каина, и горечь от воспоминаний снова скапливается ядом на языке. Она жаждет, чтобы он сказал или сделал что-то лишнее, за что уже без всякого сожаления спустит на него всех собак, но этого, кажется, и не требуется — Дмитрий все делает за нее, возвращая букет Каину прямо в лицо. Возможно, в несколько других обстоятельствах, она бы и оценила этот жест, но не сейчас. Не тогда, когда череда событий прошедшего месяца истрепала нервы настолько, что, казалось, еще чуть-чуть, и Лэйн придется сдаться. Когда генерал хватает Каина за грудки, Лэйн снова хочет вмешаться, но чужая рука цепко хватает ее за локоть. Лэйн оборачивается, и ее взгляд упирается в спокойное лицо Грега. — Оставь, пускай разберутся сами, — в его голосе уже нет той насмешки, и Лэйн это вводит в замешательство. — Будем стоять и смотреть, как они бьют друг другу морды? — А хочешь, чтобы он все в себе держал? — уже с усмешкой продолжил Грег, останавливаясь вместе с Лэйн всего в паре шагов от генерала. — Белобрысый, вон, додержал, потом бить тебя начал. — Еще слово, и я расскажу Дмитрию, что ты звал меня замуж в день нашей свадьбы. Будет, на ком вымещать злость до конца жизни. Грег мгновенно меняется в лице, встречая свинцовый взгляд Лэйн. И, кажется, когда он слышит голос Дмитрия, его темная кожа на секунду приобретает нездоровый сероватый оттенок. Они оба провожают генерала встревоженным взглядом, и Лэйн тут же отходит за Грега, не желая даже смотреть в сторону Каина, что так и остался стоять у двери, за которой скрылся генерал. Вся ситуация казалась странной, ведь виновник произошедшего был пойман, но и этого как будто оказалось недостаточно. Лэйн в пол уха следит за диалогом двух мужчин, и на последней фразе Каина резко разворачивается к нему лицом. Сердце на секунду сжимается, и, если бы не Дмитрий, что был где-то за дверью, она бы точно вцепилась Каину в лицо. — Так ты просишь прощения, значит? — глухо произносит Лэйн, просверливая дыру где-то промеж чужих светлых глаз. — Ему я хочу отомстить сильнее. А тебя мне все равно не добиться, — Каин усмехается отчаянно и даже брезгливо и отворачивается, не желая продолжать диалог. Повинуясь желанию увидеть Дмитрия, Лэйн мгновенно забывает про Каина и вбегает в здание вслед за Грегом, даже не задумываясь о том, что там может быть опасно. Их опасения подтверждаются, когда первое, на что оба обращают внимание, — это генерал, лежащий на полу без сознания. Лэйн сдается первая, но сильные руки вовремя перехватывают ее, не давая ступить и шагу дальше. Чужой голос обращает на себя внимание, и Лэйн с ужасом узнает того самого мужчину со шрамом на щеке, которого она впервые увидела на обочине дороги. Странный пазл никак не хотел складываться, ведь ясно было, что у Дмитрия с Яном явно накопилось общее прошлое, о котором Лэйн не имела ни малейшего представления. Ян обращается к ней так, будто они давно знакомы, и Лэйн теряется от смеси страха, замешательства и злости. Кто он? Откуда ее знает? И почему позволяет себе уносить ее генерала, ее мужа неизвестно куда прямо на ее глазах? Но сейчас Лэйн ничего не может с этим сделать, и все, что остается — это глотать горечь обиды и поражения. А еще вины за то, что не настояла достаточно, чтобы Дмитрий остался дома, забыв про чертов букет. — Понятия не имею, кто ты, но ампулу с вакциной я затолкаю тебе в глотку, если с ним что-то случится, — мертвецким тоном отвечает Лэйн, за своей злостью совершенно теряя границы дозволенного, на что мужчина начинает только громко и заливисто смеяться. — И правда — с характером, — сквозь смех отзывается он, картинно стирая перебинтованными пальцами невидимые слезы с уголков глаз. — Мне стоит быть осторожным! Лэйн и Грега за пару секунд буквально выталкивают наружу, и один из молчаливых бугаев небрежно бросает последнему ключи от внедорожника. Грег ловит их на полпути к земле, и оба пару бесконечно долгих секунд молчат, тупо глядя на закрывшуюся вслед за ними дверь. Каина снаружи уже нет, и Лэйн про себя снова выругивается, потому что сейчас он был бы идеальным кандидатом, чтобы спустить пар. Грег, шумно вздохнув, бросает, наконец, взгляд на Лэйн, и хмурится. — Надо собирать отряд. Ян не врал, когда говорил, что за ними «проследят». Возможно, Лэйн слишком буквально восприняла эту фразу, но паранойя сопровождала ее всю дорогу до казарм, куда Грег решил незамедлительно отправиться. Казалось, будто весь город теперь глазел именно на них, откуда-то зная, кто они и куда едут. Последний раз она ощущала нечто подобное в Роткове год назад, вот только ее паранойя, как оказалось, не была уж совсем безосновательной. Грег непривычно молчал всю дорогу, хмурясь и явно обдумывая, что делать дальше. Без генерала вся выстроенная система рисковала рухнуть в одночасье, чего допустить ни в коем случае было нельзя. На кону стояло слишком много, и повстанцы уже не в первый раз проявили себя уж слишком вызывающе, чтобы продолжать их недооценивать. Наконец, он бросил короткий взгляд на Лэйн, до скрипа сжимая пальцами руль. — Никому не говори, что случилось. Солдатам пока не обязательно об этом знать, — его голос стал непривычно сухим и монотонным, на что Лэйн с удивлением обратила внимание. — Все происходящее будем обсуждать только внутри отряда. Ты, я, Анна, Ноа, Ник и Кира. Больше никому доверять нельзя, поняла? — Поняла. — И, пожалуйста, не делай глупостей. Вас обоих спасать я не потяну. В ответ на это Лэйн лишь едва слышно скрипит зубами. Кажется, сегодня глупость совершили все, кроме нее одной, но спорить с Грегом не было смысла. В конце концов, он отчасти был прав — Лэйн готова была сделать, что угодно, лишь бы вернуть Дмитрия. И хорошо, если это окажется просто очередная «глупость». Уже в казармах Грег всего за пару минут собирает весь отряд в кабинете генерала. Не видеть среди знакомых лиц самого Дмитрия было настолько непривычно, что Лэйн по уже забытой привычке села в самый дальний угол. В голове было пусто, но на душе скопилась такая тяжесть, что хотелось в одиночестве запереться в их с Дмитрием квартире и никого не видеть ближайшие пару часов. Когда Грег ставит отряд в известность, Анна подскакивает со своего места первая. — Твою мать, Грег! Серьезно? Ты просто отпустил его туда?! — А что я должен был сделать? На поводок его посадить? Это, кажется, только в вашей семье так принято. Ты прекрасно знаешь, что он никого не слушает, если не хочет! — Ты — говнюк, Грег, тебе вечно со всего весело, пока мы все не оказываемся в дерьме! — Эй! — Кира встревает мгновенно, когда замечает, как брови Грега начинают хмуриться. — Смысл сейчас орать друг на друга? Хотите, чтобы уши под дверью присели? Все мгновенно замолкают, понимая, что Кира права. Она бросает неоднозначный взгляд на Лэйн, что все это время сидела молча, и складывает руки на груди. — Что с вакциной? Она и правда скоро будет готова? — Да. — Да? И все? — Нет, не все. И Донован, и этот Ян хотят получить ее первыми. Кажется, они друг другу за нее глотки перегрызть готовы. — Не думаю, — отзывается Грег, и все моментально переводят на него удивленные взгляды. — Донован уже пыталась избавиться от повстанцев силой, но у нее ничего не вышло. Она больше не доверяет генералу, и, видимо, решила списать его таким образом. Удобно ведь — ее человека похитили повстанцы, которые еще и хотят саботировать производство вакцины. Людям это не понравится, так что у нее, фактически, карт-бланш на расправу. Одним махом избавится и от Яна, и от Дмитрия. На последней фразе все явно напряглись. Все, кроме Лэйн. Слушая Грега, она, почему-то, не испытывала ни капли переживаний за судьбу генерала. Это было странное чувство, что с ним все будет в порядке. Что он справится, что бы не пытались с ним сделать, и ей нужно лишь придумать способ, как ему помочь. Не отряду, а именно ей. — А ты у нас, значит, теперь за генерала? — с тихим и обреченным смешком спрашивает Ник, обращаясь к Грегу. — Да, ровно до момента, пока он не окажется на свободе. Есть возражения? Отряд молчит, и только Ноа тяжело и шумно вздыхает, явно предвкушая грядущие проблемы. — Никак нет, — отзывается он, снимая очки и устало потирая глаза. — В генералов, обычно, стреляют первыми, а я лично геройствовать не намерен. — Спасибо, дружище — поддержал, так поддержал. Ноа только разводит руками и хмыкает, и этого короткого диалога, кажется, хватает, чтобы снизить градус напряжения, повисшего в воздухе. Лэйн только замечает тяжелый взгляд Анны, которая явно не намерена оставлять перепалку с Грегом незавершенной. Через десять минут все, кроме Лэйн и Анны, покидают кабинет, каждый со своим заданием на ближайшие пару дней. Анна подходит ближе к окну, где сидела Лэйн, и устало присаживается на потертый подоконник. — Не переживай, он справится. — Знаю. Анна тихо хмыкает и даже едва качает головой, радуясь, по всей видимости, что ей не нужно успокаивать безутешную супругу. — Насколько сильно ты можешь повлиять на Грега? От такого вопроса Анна удивленно опускает голову и смотрит на Лэйн поверх очков, пытаясь что-то высмотреть в ее задумчивом и неуместно спокойном выражении лица. — Достаточно, при необходимом уровне харизмы и физической силы, — девушка хмыкает, но тут же улыбка пропадает с ее лица. — Только не говори, что уже что-то придумала. — Да, и тебе это не понравится, — Лэйн переводит взгляд на Анну, на что та только закатывает глаза. — Знаешь, я достаточно насмотрелась на то, что творят эти двое. Может, действительно надо послушать жену генерала, а не его бабника-заместителя. Лэйн едва улыбается в ответ, облегченно и благодарно, на что смягчается и сама Анна, расслабляя до сих пор напряженные плечи. — Тогда поклянись, что не запрешь меня в казармах, когда услышишь мое предложение. — Я тоже хочу поскорее им обоим врезать, поверь, так что рассказывай.