Часть 42

Дмитрий

— Доброе утро, господин генерал. Низкий женский голос, спокойный и размеренный. Ему удается зацепить, как крючком, сознание Дмитрия и вытащить его на поверхность. Первое, что он ощущает — страшную сухость во рту. Следом — тяжелую давящую боль в голове. Позже присоединяются боль в ребрах и животе. Он лежит на чем-то твердом и ледяном — похоже, на полу. Вокруг темно и тихо. Единственный источник света — где-то сзади. Практически там же, откуда раздался незнакомый голос. — Где я? — пытается сказать генерал, но выходит только едва слышный шипящий шепот, дерущий глотку. Следом Дмитрий закашливается, и страшная ошибка отзывается болью в ребрах. Он тут же кривится. — Там же, где и я, полагаю, — спустя какое-то время отвечает голос из темноты. Он поражает своей рассудительностью, но Дмитрию пока не до этого. Он приподнимается на локтях, аккуратно сгибает колени и ладонью ощупывает бока. Даже такие простые движения отзываются болью, отчего приходится скривиться и зажмуриться до звездочек перед глазами. — Лучше бы тебе лежать. На тебе неплохо отыгралась парочка местных дебилов-охранников. Наверное, за то, что их в детстве лупил папаша, — она хмыкает, а Дмитрий убеждается в том, что боль в ребрах действительно походит на ту, что оставляют тяжелые ботинки. — Где я, и кто ты? — не послушав собеседницу из тени, Дмитрий всё же подбирается и через боль усаживается где-то в углу клетки. — В тюрьме, очевидно. Имя моё Весна, а фамилия Порша. Но едва ли ты их когда-то слышал, даже учитывая твою должность. Повисает негромкая пауза, пока Дмитрий закатывает футболку, чтобы увидеть буро-фиолетовые пятна, расплывшиеся, точно нефтяной след, по торсу. — Давно я здесь? — Со вчерашнего утра. Сейчас уже почти ночь. Ты провалялся почти двое суток без сознания. — Как это возможно?.. — Тебе что-то кололи. Несколько раз ты просыпался, но вряд ли ты это вспомнишь. Дмитрий провел ладонями по лицу, будто пытаясь стереть остатки вязкого бессознательного или хотя бы усмирить головную боль. — У тебя есть вода? Женщина хмыкнула, а затем в полутьме послышалось шуршание. Где-то через минуту чья-то холодная рука коснулась плеча Дмитрия через решетку. — Знала, что ты попросишь. Оставила немного от своего ужина… Тебя, как я поняла, ни кормить, ни поить они не собирались. Дмитрий спешно перехватил небольшую кружку из чужой руки и с жадностью, практически в один глоток, осушил её до дна. Увы, там было чуть больше половины. Этого едва хватило, чтобы язык во рту стал похож на язык, а не на кусок деревяшки. — Моё имя ты знаешь, может, своё назовешь? — продолжила Весна, когда Дмитрий вернул ей кружку. — Ты назвала меня генералом, — ответил Кирсанов, — но не знаешь моего имени? — Именно. Генералом тебя называли надсмотрщики — оттуда и узнала, — она пропустила небольшую паузу. — Я не из вашего города, если ты ещё не понял. Генерал нахмурился, по своему обыкновению пытаясь взять контроль над ситуацией. — А откуда? — Панчево. Это неподалеку. — Там есть форпост? — Вполне себе. Почти две тысячи жителей — нам удалось изолировать себя, организовать периметр и наладить кое-как свою жизнь, — она хмыкнула. — Нам и раньше приходилось не сладко, так что после апокалипсиса нас почти нечем было удивить. — Две тысячи?.. — Дмитрий оживился и тут же пожалел об этом, схватившись за бок. — Почему вы не выходили на связь? Почему не сообщили о себе? — Зачем? Настолько логичный и закономерный вопрос повис в воздухе, и Дмитрий даже не нашелся, что ответить. И тогда женщина продолжила: — У нас с достатком скотины, есть земля и инструменты. Нам удалось наладить подачу электричества. Мы умеем выделывать шерсть, выращивать пшеницу и печь хлеб, очищать воду. — А что с лекарствами? Весна замолчала, казалось, на несколько минут. — Из-за этого я здесь. Мой муж диабетик. Мы собрали весь инсулин, который был в аптеках города и близлежащих. Но этого всё равно не хватит надолго. Я пришла за помощью. — И давно ты сидишь здесь? — Хм. Наверное, дня четыре. — Я не слышал о тебе, не докладывали о людях из-за периметра. — Видимо, не такой уж ты и генерал, каким себя считаешь? — женщина грустно усмехнулась. Они какое-то время помолчали. — Есть ещё вода? — Извини, господин..? — Дмитрий. — Извини, Дмитрий. Кирсанов вздохнул, насколько позволяли ребра. — Блять, — едва слышно прошептал он. — Согласна, — спустя несколько секунд отозвалась женщина.

***

Они молчали довольно долго. Дмитрий потратил это время, чтобы привести себя в подобие порядка и исследовать камеру. А также восстановить события в голове: вот он видит Яна, вот кто-то заходит за спину, укол. Дмитрий дергается, отчего игла гнется и причиняет боль. Он ударяет кого-то рядом, даже сбивает с ног. Тянется за пистолетом, но темнота опережает его… Он даже не помнит, как падает. Сейчас об этом напоминают только шрамы на лице. Напрягшись ещё немного, он воспоминает не только Яна, но и запах сигарет Донован. Мозаика начинает постепенно складываться. Видимо, Донован решила, что ей нужен новый мальчик для битья, и Ян прекрасно на это сгодится. Чем она его соблазнила? Ответ, кажется, на поверхности — вакцина. Именно ею одержим Ян, во-первых, а, во-вторых, Лэйн говорила о том, что Донован накануне интересовалась её производством. Глупец, неужели он думает, что с крокодилом, который несется на тебя с раскрытой пастью, можно договориться?.. Донован не доверяет никому, кроме себя. И при первой же возможности обвинит Яна и повстанцев в смерти дражайшего генерала. Кстати, а почему он всё ещё жив?.. Элементарно! Они ждут, когда Лэйн передаст им вакцину взамен на его жизнь. «Чёрт, Лэйн…», — сердце неприятно сжалось от одной мысли о ней. «Едва ли они оставят меня в живых. Слишком боятся, — судорожные мысли бегали в голове Дмитрия. — Даже избили только тогда, когда я был без сознания. Шуты», — он злобно усмехается. Что ж, похоже, злость, комом копившаяся последние дни где-то в груди, наконец, норовила вырваться наружу. Найти выход и самореализоваться. А это значило только одно — что Дмитрий снова убьет. И ничего при этом не шелохнется в груди. Он взглянул на часы — они показывали почти полночь. А ещё — его месторасположение на передатчике Анны. О, в какой она, должно быть, была ярости, когда узнала о пропаже своего брата. Впрочем, главное, чтобы она тоже не входила в план Донован… — Ты сбежишь, — наконец, через какое-то время говорит Дмитрий. Весна за решеткой отвечает не сразу — видимо, ей удалось задремать. — Что? — Мне нужно, чтобы ты передала кое-что. Послание. Для этого ты должна будешь выбраться и сделать всё, что я скажу. — Мне не очень нравится формулировка «должна». — Мы достанем для тебя инсулин. Мои сестра и жена — медики, они помогут тебе. — С этого стоило бы начать. У тебя есть план? — Да. Надень мои часы. У тебя длинные рукава? — Да. — Хорошо. Спрячь их под кофтой, чтобы никто не заметил. В них маячок — тебя найдут, когда ты окажешься снаружи. Умеешь стрелять? — Да. — Прекрасно. А теперь слушай, что тебе нужно сделать…

***

Тяжелую полночную тишину внезапно разорвали протяжные женские стоны. Свернувшись калачиком на полу своей камеры, Весна принялась громко и протяжно стонать, словно бы всё её нутро разрывало от ужасной боли. Дмитрий занял то же положение на полу, что и прежде — притворился, будто бы всё ещё без сознания. Тяжелые шаги за дверью, ведущую в камеру, раздались спустя пару минут. Вошли двое охранников. Один из них фонариком осветил Дмитрия в первую очередь: ему понадобилось секунд десять, чтобы, очевидно, убедить себя, что генерал без сознания. — Какого черта ты орёшь, дура?! — А-а-а… врача! А-а-а… а-а-а… помогите! — Блять, что это с ней? — Не знаю. Но если она так и будет орать, разбудит коматозника. — Помогите! Помогите, прошу… а-а-а… Охранники задумались на мгновение. Потом один из них, судя по звуку, снял с предохранителя пистолет. — Открывай, отведем её к Майку. Я прикрою тебя, если что не так. — Ну уж нет, давай ты. Или дай пистолет мне! — … сыкло. Ладно, стой здесь. Тот, что с пистолетом, неторопливо открыл решетку и зашел внутрь. Весна дождалась, когда он присядет на корточки, чтобы осмотреть, и рванула на него, прижимая к решетке, смежной с клеткой Дмитрия, и выбивая сильным и точным ударом из его руки пистолет. Дмитрий неслышно поднялся в темноте своей камеры. Пространства между прутьями было достаточно, чтобы две руки опутали охранника, и хрустнула свернутая шея. Почти в это же время Весна, уже завладевшая пистолетом, не колеблясь, выстрелила во второго охранника. — Удачи, — коротко бросил Дмитрий, когда в свете дверного проема мелькнула невысокая худощавая фигурка женщины с тяжелыми каштановыми волосами по плечи, и тут же исчезла. Дмитрий пошарил по карманам того охранника, который теперь лежал мертвым телом в камере Порши. Улов был небольшой, но приятный: складной нож, энергетический батончик и сложенная вчетверо картинка грудастой красотки. Дмитрий, практически не жуя, проглотил батончик, пряча нож в ботинок. А после снова лег на пол в ту же позу. «— Почему ты не пойдешь со мной?» — проигрывался в голове диалог с Весной. «— Пока я здесь, они будут думать, что все идет по плану, и не тронут никого из моих. К тому же, не факт, что они носят ключи от обеих камер на одной связке — это глупо.» «— Я могу вернуться за тобой. Тем более, если у меня будет оружие.» «— Нет. Ты не слишком им нужна, тебя не будут искать. У тебя куда больше шансов улизнуть и затеряться. Из-за меня встанет на уши весь город. Я выберусь, просто не сейчас.» «— Ну, как хочешь. Так что мне нужно передать и кому?» «— Как выберешься, беги на север. Ночь безоблачная, ты хорошо сориентируешься по звездам. Избегай больших улиц, держись тени. Уверен, спустя пару часов максимум тебя найдут мои люди. Но, чтобы быть уверенной, спроси… Спроси, чей жетон я нашу на шее. Если ответом будет Павел — значит, свои.» «— Поняла. Что я должна передать?» «— Прежде всего, расскажи им то же, что рассказала мне. Скажи, зачем здесь и что нужно. А после передай от меня вот что: Донован в игре. Получив вакцину, она убьет и Яна, и меня. Начнется война между своими — доверять никому нельзя. Пусть отсутпают в укрытие за периметром, где мы нашли Жигалова — Кира знает дорогу… Они не послушают тебя, конечно, но хотя бы пусть отправят туда тех, кто не настолько идиот, чтобы лезть под пули.» «— Что-нибудь ещё?» «— Да… Скажи, что я люблю её.» «— Кого?» «— Она поймет.»

Лэйн

Отряд сидел молча. Все, как один, смотрели только на одного человека — женщину, что только что закончила свой недолгий, но красочный рассказ. Ее глаза спокойно изучали каждого присутствующего, будто она пыталась вычитать что-то на их лицах, и короткая загадочная улыбка прокралась лишь однажды, когда взгляд остановился на Лэйн. Точнее, на ее сложенных на коленях руках, где тускло поблескивало кольцо. Грег сдался первым, поднимаясь со своего места и делая шумный вздох. Его привычно придурковатое выражение лица за последние двое суток сильно изменилось — между бровями пролегла складка, взгляд потяжелел, а губы то и дело кривились не то от нервов, не то от злости. Кажется, теперь он думал, не переставая, вынужденно оказавшись на месте Дмитрия. Слишком много людей, нюансов и рисков, которые нужно было просчитать и учесть. ⁃ Значит, я был прав, — едва не сплюнув на пол, произнес Грег, проводя рукой по коротким дредам. — Сука, Донован… Говорил же, что ее пора пристрелить. Ноа, до этого сидящий рядом с Грегом, тихо фыркнул, закатывая глаза. ⁃ И что дальше? Передать бразды правления повстанцам во главе с клоуном с порванным лицом? Донован хоть выглядит, как человек. ⁃ Не об этом сейчас речь, — вклинилась Анна, которая все это время не сводила взгляда с женщины, что буквально полчаса назад отдала ей часы ее брата. — Сначала надо вытащить Дмитрия. ⁃ Не хочу портить вам планы, но ваш генерал был очень настойчив, когда говорил про укрытие. Грег бросил неоднозначный взгляд на незнакомку, после чего помотал головой и упер руки в бока. ⁃ Я бы сильно удивился, если бы он попросил прийти и спасти его. Желательно, с одеялом, чтобы показать всем, какой стресс он пережил. ⁃ Подумай еще раз над моим предложением. С новыми деталями план выглядит вполне рабочим, — теперь уже Анна сверлила взглядом Грега, слегка приспустив очки и как-то странно и крайне недвусмысленно поведя бровью. ⁃ Да, стоит еще раз все обдумать. Встречаемся здесь же через час, — Грег пару раз покивал головой, явно избегая свинцового взгляда Анны, и махнул рукой в сторону выхода. — Кира, выдай Весне все необходимое на ближайшие два дня. ⁃ Да-да, Лжедмитрий, будет сделано. Под короткие и нерадостные смешки, отряд постепенно освобождал насиженные места. Лэйн покинула свой привычный угол последняя. Внезапное появление Порши хоть и внесло смуты, но не рушило ее собственные планы. Наоборот, как будто все происходящее складывалось вполне удачно. Грег, что пережил разгромную ссору с Анной сутками ранее, едва ли мог принять предложенный ей план действий. Точнее, план Лэйн, который должен был открыть для нее самой нужную дверцу. Следуя ее задумке, отряду пришлось бы разделиться. Часть его действительно должна была скрыться вместе с готовой вакциной и флешкой, на которой хранилась теперь уже вся информация, включая содержимое вывезенных из Роткова документов — последние два дня они с Анной только тем и занимались, что собирали все нужное в одном месте. Второй частью отряда руководил сам Грег, и их задачей было помочь вызволить Дмитрия из лап Донован. Лэйн прекрасно знала, кому стоит нанести визит, и теперь для нее это было делом принципа, как всего пару недель назад для Дмитрия — «разговор» с Борисом. Кто-то снова попытался засунуть руки в то, что для нее важно, и уж теперь Лэйн самолично проследит, чтобы эти руки намертво зажевало в утилизаторе для отходов. Лэйн находит взглядом Весну и внезапно обнаруживает, что та тоже смотрит прямо на нее, как будто хочет что-то сказать. Они равняются почти у самого выхода из кабинета генерала, и женщина осторожно касается плеча Лэйн. ⁃ Ты ведь его жена, я права? ⁃ Верно. С ним все в порядке? ⁃ Он выживет, — Весна как-то странно усмехается куда-то в сторону, убирая руку и снова переводя взгляд на Лэйн. — Просил передать, что любит тебя. Не думай, что это последняя его просьба — он крепкий, но поторопиться все же стоит. От слов Порши на душе на секунду становится легче. Лэйн благодарно кивает, не сдерживая вымученной и усталой улыбки — черт возьми, как же безумно она хотела услышать это еще раз, но уже из его уст. ⁃ Не благодари. Сочтемся, когда вызволим генерала.

***

⁃ Лэйн, ты уверена, что стоит это делать? — Анна обеспокоено поправила съехавшие очки, глядя на стопку папок перед собой. — Может, просто их спрятать? ⁃ Вы унюхали все спрятанное в Роткове, думаешь, другие не смогут? Нет, Анна, их все нужно уничтожить. Все нужное есть на флешке. ⁃ А если потеряется? ⁃ Так не теряйте. Анна делает паузу, удивленно глядя на девушку. ⁃ Погоди, ты не оставишь ее себе? ⁃ Не сейчас. И тебе не отдам. Если что-то случится, то мы следующие, кого повяжут. Флешка и готовая вакцина — это единственное, чем мы можем шантажировать и Донован, и Яна. В секционной воцаряется тишина. Анна с пару секунд нервно стучит ногтями по металлическому бортику стола, но после все же кивает, тяжело вздыхая. ⁃ Ты права. Схожу до лаборатории, заберу все оставшееся. ⁃ Да, а я проветрюсь, пожалуй, — Лэйн едва морщит нос, устало потирая глаза. — Почему в этой больнице так воняет… Анна тихо прыснула и уже из дверного проема мельком глянула на подругу. ⁃ И давно тебе разонравились запахи морга? Лэйн ничего не ответила, лишь закатив глаза и отмахнувшись от ухмыляющейся Анны, уже скрывшейся в коридоре. После того, как она от души сорвалась на Греге, ее настроение немного улучшилось, чего нельзя было сказать о самой Лэйн. Ей с каждым днем становилось все хуже — ее одолевала жуткая усталость, поспать удавалось лишь урывками то в морге, то в казармах, ставших почти родными. От неудобных армейских коек последние дни болела спина, и сил едва хватало даже на самый минимум. От того, что она почти ничего не ела, ее мутило, а, стоило через силу проглотить хоть корку хлеба, мутило еще сильнее. А еще эти запахи. И как она раньше не замечала, что здесь они уж слишком резкие? Стоило ей об этом подумать, и к горлу подкатил неприятный ком. Лэйн сорвалась с места и едва успела добежать до уборной, как ее тут же стошнило. Прошло еще пару минут, прежде чем, навалившись руками на бочок, она с ужасом осознала, что все это время дело было вовсе не в том, что помещения больницы проветривают крайне редко, а матрасы в казармах слишком жесткие. ⁃ Нет… Нет, не может быть… Сердце забилось в груди, как бешеное. Страх постепенно сжимал все ее тело в тиски, и Лэйн пришлось буквально заставить себя дойти до раковины и дрожащими руками умыться. Ледяная вода лишь слегка привела ее в чувства, и в голове вновь возник знакомый импульс. Бежать. Как тогда, по дороге из Роткова, когда хотелось на ходу выпрыгнуть из внедорожника и спрятаться там, где ее никто и никогда не найдет. Собственное напуганное лицо, отражавшееся в грязном зеркале, было еще бледнее обычного, но губы Лэйн моментально скривились от злости. Она не может позволить себе раскиснуть. Не сейчас, когда Дмитрий вот-вот рискует расстаться с жизнью. Он нужен ей, как свежий воздух, которого так не хватало, и теперь даже сильнее, чем когда-либо. Вернувшись в секционную, Лэйн уселась за стол и закрыла руками лицо. Казалось, что в ней самой жизни почти не осталось, что все вокруг существует лишь для того, чтобы уничтожить ее тело и разум окончательно. Ей все еще нужно двигаться дальше, но как же это было трудно, и становилось только хуже с каждым следующим днем. Тошнота, хоть постепенно и отпускала, но вместо облегчения приносила еще большую тяжесть и сомнения. Что ей теперь делать? Стоит ли продолжать так рисковать? ⁃ Что, красавица, переживаешь за своего генерала? Хриплый мужской голос заставил Лэйн вздрогнуть. Убрав руки от лица, она увидела усевшегося с торца стола огромного, словно скала, мужчину. На его лысой голове слегка покосилась застиранная медицинская шапочка, а свои руки он привычно вытирал полотенцем, уже похожим на половую тряпку. ⁃ У нас в запасе еще целая ночь, зачем ты пришел? Василий усмехнулся, кидая грязное полотенце на стол и тут же наваливаясь на него одной рукой. Деревянная столешница под его весом жалобно скрипнула. ⁃ Спать тебя отправить, зачем. В зеркало-то себя видела? ⁃ Видела. Яну передай привет — это все из-за него. Тишину секционной моментально разрывает громким смехом. ⁃ Ты мне про этого мальца не говори ничего, я ему еще задам пару вопросов. ⁃ В чем дело? Он же у вас главный, разве нет? — Лэйн едва хмурится, замечая, как в болотистых глазах мужчины на мгновение проскальзывает сомнение и…злость. ⁃ Слушай, я человек старой закалки, и я не привык свои идеалы предавать за пару красивых обещаний, — голос Василия снижается на пол тона, и от дежурной улыбки не остается и следа. Он долго и въедливо смотрит на Лэйн, пока не продолжает снова. — Мы не договаривались корешиться с теми, против кого воюем. Ян может петушиться этим, сколько влезет, а я не для того всю свою семью с кровью и потом спасал, чтобы сейчас продать ее суке, которой до людей дела нет. А ты, вроде, девка не глупая, должна понимать, к чему все идет. ⁃ И что ты предлагаешь? ⁃ Мне интересно, что предлагаешь ты, — он хмыкает, указывая пальцем на Лэйн, от чего та удивленно ведет бровью. — Мне вести тебя завтра к Яну, и я хочу знать, что ты собираешься делать с вакциной. В секционной снова повисает тишина. Лэйн пристально смотрит на Василия, и в ее голове появляется проблеск надежды — этот огромный санитар из морга, чья роль, похоже, не сильно меньше роли самого Яна, только что в открытую признался, что недоволен действиями своего начальства, и пришел к Лэйн, чтобы сказать об этом. Узнать, на чьей стороне она. ⁃ А кто сказал, что я пойду к Яну? Мы оба знаем, что он просто посредник. Да и вакцину я никому отдавать не собираюсь — она все еще моя. Лэйн отвечает спустя минуту тяжелого молчания, и в ее взгляде вновь возрождается стальная уверенность в том, что она делает. Если она сможет привлечь в свой план грубую силу, то их с Дмитрием шансы выжить кратно увеличатся. ⁃ Хочешь разворошить улей? Не боишься, что пристрелят еще на подходе? ⁃ Донован не станет в меня стрелять. Пока вакцины у нее нет, я ей нужна живая. ⁃ Хм-м… Перехитрить лису хочешь, значит, — Василий задумчиво сводит брови, глядя куда-то в пол, после чего хлопает массивной ладонью по столу, от чего все предметы на ней мгновенно подпрыгивают. — Тебе я помогу. Я твоему генералу обещал, что в обиду не дам, а одна ты там сгинешь. Имей в виду, что ему я тоже не доверяю, так что любой его неверный шорох, и вытаскивать буду только тебя, — он снова указывает пальцем на Лэйн, как-то странно ухмыляясь. — Не хватало еще грех на душу брать. ⁃ Идет, — без колебаний отвечает Лэйн, не сводя пристального взгляда с Василия и лишь едва хмурясь в ответ на его ухмылку. — Главное, сделай так, чтобы он смог держать оружие. ⁃ О, об этом я позабочусь! А ты рассказывай, что задумала. Может, еще передумаю тебя спасать, — громкий смех снова заполняет помещение, но в этот раз Лэйн и сама едва улыбается.

***

⁃ Ни в коем случае! Мы увозим ее с собой! Анна складывает руки на груди, с опаской, но в то же время гневно глядя на Василия, возвышающегося за спиной Лэйн. ⁃ В этот раз у вас выбора нет. Она остается со мной, и завтра к Яну тоже идет со мной. Одна. Таковы условия, если генерал вам нужен живым. ⁃ Что, боится, что его рожу порвут с другой стороны? ⁃ Я бы опасался, да. Василий ухмыляется, демонстративно небрежно наваливаясь на дверной косяк, и Анна в ответ стискивает зубы. Кажется, что их скрежет слышен даже в коридоре, потому что Грег оказывается рядом спустя всего пару секунд. Лэйн едва слышно вздыхает, замечая его гневно сведенные брови. ⁃ Уезжайте. Со мной все будет в порядке. ⁃ Я уже один раз тебя послушал, потом неделю от дерьма отмывался, — недовольным тоном произносит Грег, на всякий случай наполовину перекрывая собой Анну. ⁃ Не спорь, Грег, я не могу так рисковать. У тебя есть свой план, и я в него не вхожу. ⁃ Ты теперь входишь во все планы, в мои в том числе. ⁃ Жена со званием генерала все равно не передается, прости, — Лэйн хмыкает, пожимая плечами, чем вынуждает и Анну, и Грега нахмуриться еще сильнее. ⁃ Лэйн, ты выглядишь нездорово. Ты уверена, что оно того стоит? Во взгляде Анны читалась едва ли не паника. Она знала лишь часть плана, Грег знал и того меньше и просто делал то, что говорила Анна, но Лэйн знала, что сестра Дмитрия не так глупа, чтобы не заметить двойное дно. Ради брата она готова была пойти на многое, довериться Лэйн, но что-то явно ее смущало. Что-то, о чем Лэйн будет молчать до последнего, иначе ее и правда посадят под замок. Устало улыбнувшись, Лэйн сделала пару шагов к девушке и крепко обняла ее за талию, кладя подбородок на плечо. Анна была теплой, от нее пахло порошком, и Лэйн на секунду почувствовала совершенно одурманивающее спокойствие, позволив себе ненадолго прикрыть глаза. ⁃ Все будет хорошо, обещаю, — наконец, произнесла она, и тут же в задний карман штанов Анны протиснулось что-то маленькое и твердое, а голос Лэйн стал совсем тихим, чтобы только Анна могла ее услышать. — Отдай Кире. Скажи, что доверяю только ей. Ошарашенная произошедшим Анна на автомате обняла Лэйн в ответ, но, быстро собравшись, на секунду сильнее стиснула руки. ⁃ Я достану вас обоих из преисподнии, если вы испортите мне праздник. ⁃ Какой?.. — отстранившись, Лэйн удивленно посмотрела на Анну. Ее голубые глаза сверкали привычным льдом, не терпящим протеста. ⁃ Я планировала отпраздновать день рождения Дмитрия и твой, раз уж ты соизволила про него сказать. Так что не смей рушить мои планы, — Анна говорила совершенно серьезно, после переведя озлобленный взгляд на санитара. — Только попробуй ее хоть пальцем тронуть. Василий в ответ только поднял руки и самодовольно ухмыльнулся. Остаток ночи Лэйн провела в Госпитале. Ее план был совершенно безумным, и все могло рухнуть в любой момент, но она готова была рискнуть. Партия готовой вакцины уже была загружена в контейнер и спрятана для Анны в одной из холодильных камер морга. Флешку она должна была передать Кире, чтобы та скрылась с ней в отдаленном и безопасном месте. То же самое следовало сделать и с контейнером. Все документы были брошены в печь крематория, обрубая напрочь все концы, связывающие их с лабораторией в Роткове. Теперь все, что имело ценность, хранилось на флешке и у Лэйн в голове — гарантия, что еще один день она точно переживет. Когда за окном начало светать, в коридоре послышались тяжелые шаги. Задремавшая прямо за столом Лэйн резко открыла глаза и бросила диковатый сонный взгляд на Василия. Было странно видеть его не в грязной рабочей робе, а в обычной одежде. ⁃ Готова? ⁃ Да, готова. Лэйн потерла глаза, которые ужасно саднили от недосыпа, и бросила взгляд на стол. Небольшой контейнер и клетка с серым лабораторным кроликом — все, что на нем стояло. Зверек беспокойно метался по клетке, а маленькие глаза-бусины словно мерцали алым. ⁃ Ты его держи от меня подальше, ага? Лэйн только усмехнулась и, поднявшись со стула, взяла и контейнер, и клетку. Погода на улице оказалась не менее мерзкой, чем ее настроение, а старый дворец, в котором восседала Донован, теперь не казался Лэйн таким загадочным и мистическим. Она ощущала едва ли не физическое отвращение, шагая вслед за Василием по длинным украшенным старой лепниной коридорам. Их вели два охранника, и перед одной из дверей остановил еще один. ⁃ Цель визита? Василий выпрямил спину и, оказавшись на полторы головы выше всех присутствующих, с непроницаемым видом посмотрел на охранника. ⁃ На чай решили заглянуть. Хозяйке своей стукни. Охранник не ответил, видимо, узнав Василия в лицо, и, приоткрыв дверь за собой, в пол голоса сообщил о посетителях. Последовала пауза, после которой Лэйн уловила лишь короткую фразу: ⁃ Впусти их. Только проверь, чтобы не было оружия. Кивнув, охранник закрыл дверь и грузно посмотрел на Лэйн и Василия. Второго он долго изучал с ног до головы, но, ничего подозрительного так и не обнаружив, перевел взгляд на Лэйн. Решив не трогать ее руками, он только кивнул на контейнер в руке. ⁃ Открывай. ⁃ Это холодильник для вакцины. Открою, и вся партия испортится за пару минут. Показать? Глаза мужчины моментально округлились. Пару мгновений он что-то прикидывал в голове, но после, решив не брать на себя ответственность за испорченную жизнь целого города, кивнул в сторону дверей. ⁃ И какого хрена, позвольте узнать, вы пришли ко мне? Голос Донован звучал слегка раздраженно. Она окинула взглядом вошедших в ее кабинет людей и тут же кивком приказала охраннику закрыть за собой дверь. На Василия она даже не обратила внимания, все еще, по видимому, считая его туповатым ручным песиком Яна. ⁃ Не вижу смысла таскаться с вакциной по всему городу. Уставшая, не менее раздраженная Лэйн, словно хозяйка, прошла вглубь кабинета и поставила на единственный стол клетку и контейнер. Донован, явно не ожидавшая подобного поведения «мышки», удивленно приподняла брови. ⁃ Что это? ⁃ Вакцина, как ты и просила. И подопытный кролик вместо генерала. Полюбуйся, как она действует, забирай себе и верни мне мужа. В воздухе повисает пауза, и Донован, которой больше не нужно было разыгрывать сцену, расслабленно присела на край своего стола. ⁃ А я думала, что только мужчины в отношениях тупеют. Оказывается, я тебя переоценила. Лэйн с силой стискивает зубы, проглатывая брошенные прямо в лицо оскорбления. Ей всего лишь нужно позволить Донован расслабиться, почувствовать свою власть и безнаказанность. С Дмитрием это работало безотказно, значит, и сейчас должно было. Донован ведь тоже из тех, кто временами переоценивает свои возможности. ⁃ Вы оба просто душки. Сопите и обижаетесь, как будто вас ставят носом в угол. Прелесть! Донован тихо смеется и тянется в карман своих брюк, чтобы достать портсигар. Она не торопится, явно смакуя момент и обдумывая, как бы еще сильнее повернуть все в свою пользу. Сердце на секунду останавливается. Лэйн понимает, что лучше момента не будет. У нее есть всего один шанс, иначе все пропало. Крючок на клетке тихо щелкает, Лэйн открывает дверцу и уверенно хватает кролика за уши. Еще секунда, и она протягивает брыкающегося зверька почти под нос Донован, сидящей всего в метре от нее. ⁃ Подержи. Такая глупая и неконтролируемая реакция тела — поймать то, что, кажется, сейчас упадет. Пальцы Лэйн разжимаются, но, вместо кролика, на пол с тихим стуком падает портсигар. Кролик, оказавшись уже в чужих руках, со злости и страха издает короткий писк. ⁃ Чт… Твою мать! Зверек все же падает на пол вслед за портсигаром, а на запястье Донован уже виднеется кровавый след. Испуганный кролик сделал именно то, что должен был — вонзил свои маленькие зубки глубоко в кожу. Лицо Донован перекашивает от гнева и брезгливости, она смотрит на рану, пальцами быстро стирая кровь и пытаясь понять, что произошло. ⁃ Тварь! — выплевывает женщина, и Лэйн понимает, что адресовано это совсем не сбежавшему куда-то под шкаф кролику. — Ты что делаешь?! ⁃ Уравниваю шансы, — Лэйн отступает на шаг, кривя губы от отвращения и вскипающего в крови азарта. — Отвечая на твой вопрос: да, кролик заражен. У тебя есть час. Лицо Донован, кажется, темнеет от гнева. Она бросает взгляд на контейнер, но Лэйн тут же тихо фыркает. ⁃ Ее там нет. ⁃ Где она? Лэйн только пожимает плечами, опускает руку в карман своего пальто и достает оттуда маленькую лабораторную ампулу, заполненную до краев прозрачной жидкостью. ⁃ Это все, что есть. Охранников можешь уволить — их обмануть еще проще, чем тебя. ⁃ О, и что же мешает мне пристрелить тебя прямо сейчас и забрать вакцину? В ответ на это Василий, что все это время молча перекрывал собой дверь, сделал предупредительный шаг вперед. ⁃ Ох, вот оно что, — Донован пропустила истеричный смешок и глазами, полными ненависти, посмотрела на Лэйн. Она держала себя в руках из последних сил, но ее наигранно спокойный голос то и дело срывался. — Отдай вакцину, иначе я отдам приказ стрелять. ⁃ Тогда я просто вылью ее на ковер. ⁃ Не боишься подохнуть прямо здесь? ⁃ Нет. Я ведь заберу тебя с собой. Вакцину вовремя ты все равно не достанешь. Донован через силу тянет ядовитую ухмылку, и Лэйн, замечая это, совершенно пустым взглядом смотрит ей прямо в глаза. Кажется, что весь адреналин в ее теле истощился настолько, что не осталось ничего, кроме полоумной одержимости и жажды мести. ⁃ Чего ты хочешь? ⁃ Я уже сказала: верни Дмитрия и забирай вакцину. И не забывай, что время идет, — голос Лэйн становится таким же мертвым, как и ее взгляд. Еще немного, и они уйдут отсюда. Если повезет, то все втроем.