Глава 36

      Я попыталась пошевелиться. Тщетно. Веревки крепко связывали меня от плеч до лодыжек. Могла только чуть-чуть вытянуть шею. И то, при резком движении в ней что-то хрустнуло и отозвалось такой резкой болью, что я очень аккуратно приняла прежнее положение и уставилась в потолок.       — Мисс Амбридж, — послышался насмешливый женский голос.       Я попыталась скосить глаза, чтобы увидеть его обладательницу, но увидела только край собственного шкафа с одной стороны и стену с другой.       — Увы, не могу понять, с кем имею честь разговаривать, — я попыталась произнести это самодовольно, но прозвучало слабо.       Незваная гостья разразилась громким лающим истерическим смехом. Не думаю, что ей на самом деле было весело, скорее, играла на образ. Во всяком случае, звучало довольно фальшиво.       — И все-таки что вам надо? — я чуть повысила голос. — Тинки!       — Госпожа…       — Авада Кедавра!       По глазам резанула зеленая вспышка, и я завизжала от ужаса.       — Тинки!       Эльфийка не отозвалась.       — Тинки!!! — голос истерически надломился.       — Она не ответит, — абсолютно спокойно хмыкнула женщина.       Внутри меня что-то оборвалось, даже дышать стало нечем. На спине выступил ледяной пот. Если бы я могла, я бы убежала со всех ног, но у меня получалось только дергаться в веревках, из-за чего узлы затягивались еще сильнее.       — Кто ты такая?! — заорала я, пытаясь вырваться.Меня слегка приподняло, тело приняло полусидячее положение. Пошевелиться я по-прежнему не могла. Зато могла видеть.Прямо напротив меня стояла худая женщина с всклоченными черными волосами. Лицо выглядело изможденным настолько, что казалось будто тонкая кожа с заметными морщинками плотно облепляет череп, и места для мышц и жира там уже не остается.Темные глаза безумно блестели. Женщина не могла долго фокусироваться на одной точке, и ее взгляд бегал, останавливаясь то на мне, то на стенах, то на потолке, то на лежащей бесформенным кулем на ковре Тинки.       — Тинки! — мне очень хотелось зажать рот рукой, но такой возможности не было, и из горла вырвался всхлип.       — Я же сказала, что ее больше нет! — бешено заорала незнакомка, и чем-то хлестнула меня по лицу, оставляя болезненный след.       — Тварь! — завизжала я. — Ты кто такая?       Как ни странно, мой крик ей, похоже, понравился. Женщина засмеялась, а потом степенно прошлась по комнате и остановилась, нависая надо мной так, что черные кудри, коснулись моего лба. От нее исходил запах немытого тела, смешанный с какими-то тяжелыми удушливыми духами.       — Не узнаешь меня, Амбридж? — вкрадчиво прошептала она, наклоняясь к моему лицу.       Из ее рта тоже воняло какой-то гнилью. К горлу подкатил ком, и я не смогла удержать его внутри. Содержимое желудка потекло по веревкам, которыми я была связана, и частично оказалось на постельном белье.       Ведьму это не смутило. Кажется, ей даже понравилась такая реакция организма.       — Беллатриса Лейстрендж? — уточнила я, смаргивая выступившие слезы и пытаясь отодвинуться подальше.       Ведьма, которую я видела в Азкабане. Которая была готова на все, лишь бы постоять рядом с Патронусом. Которая скулила и выла за решеткой…       — Беллатриса Блэк!       — Развелась? — несмотря на подкатывающую истерику, ледяной тон мне удался. Показывать страх было смертельно опасно.И плевать, что я находилась в собственной блевотине.       Беллатриса захохотала и провела длинными острыми ногтями по моей щеке. Больно. Но омерзение было еще сильнее. Меня чуть снова не вырвало.       — Ты пожалеешь, что вышла из Азкабана, — прошипела я.       Смех оборвался. Безумные глаза сфокусировались на моем лице, а палочка уткнулась мне в сонную артерию.       — Ты ничего не знаешь про Азкабан… — прошептала она.       — Не знаю, — согласилась я, чуть отклоняя голову. — Зато ты скоро узнаешь. И прежние условия покажутся тебе курортом. — Защитить тебя некому. Малфой уволен.       — Откуда?! — Беллатриса заржала, как ворона закаркала. Даже отошла на полшага, чтобы лучше меня разглядеть.       — Из министерства магии, — ледяным тоном ответила я.Ответом мне был усилившийся смех. С визжащими нотками.       — Люциус… Малфой… работает, — Беллатриса всхлипнула от смеха. — Работает в министерстве магии, — она оборвалась на полуслове и вдруг стала очень серьезной, выхватила волшебную палочку и направила ее на меня. — Интересно, кто же ты все-таки такая? Круцио!       И я завизжала, что есть мочи от пронизывающей меня адской боли. Как будто мое тело подожгли адским пламенем. Я почувствовала себя настоящей ведьмой. На костре инквизитора.       — Чтоб ты сдохлааааааа! — слова прервались криком.       — Так кто же ты? — Беллатриса остановилась и, пока я пыталась отдышаться, ласково погладила меня по волосам и смахнула с моей щеки слезы.       — Долорес. Джейн. Ааааа… — договорить мне не дали, и тело снова пронзила жутчайшая боль.       — Ты меня обманываешь, — Беллатриса сделала передышку и обиженно выпятила нижнюю губу. — Зачем?       — Тварь, — выплюнула я.       — Круцио максима!       Нет, до этого была не инквизиция. Инквизиция началась сейчас. Боль не просто пронзала все мое тело, она проникала глубже, в самые отдаленный уголок мозга, в самую крошечную клетку тела. Я вся превратилась в один сплошной сгусток боли.       В какой-то момент я, наверное, отключилась, потому что, когда боль снизилась до терпимой, я поняла, что лежу на кровати, подушка залита моими слюнями и слезами, а сама я едва дышу, и легкие сжимает боль при каждом вдохе.       — Клавдия? — уточнила Беллатриса.       Я ошарашенно подняла на нее глаза. Ведьма широко улыбалась во все оставшиеся гнилые зубы.       Я замотала головой, уже понимая, что это тщетно.То, что не удалось Грюму с его Сывороткой правды; то, что не удалось Дамблдору и Снейпу с их оклюменцией; то, что не удалось даже Волан-де-Морту с Непреложным обетом, удалось одной гребаной психопатке с Круциатусом.       — И где же Амбридж? — весело спросила Беллатриса.       — Умерла, — быстро ответила я.       Все, что угодно, лишь бы больше не было боли.       Ведьму это развеселило. Она засмеялась и пару раз крутанулась, поднимая ветер полами своего платья. Но также резко остановилась и приблизилась вплотную к моему лицу.       — Ты отправила моего лорда в министерство магии! — рявкнула она. — Сделала из него канцелярскую крысу.       Я изо всех сил замотала головой.       — Волан-де….       — Не называй его имя! — завизжала Беллатриса.       — Твой лорд в министерстве благодаря мне! — доверительно зашептала я. — Он никогда не был так близок к власти…       На лице у Беллатрисы отразилось сначала непонимание, потом удивление, а потом придурковатая радость. Ведьма снова счастливо захохотала.       — Лорду не понравится, что я связана, — добавила я. — Ты будешь наказана.       Беллатриса сжала крепче палочку, заколебалась, но в последний момент передумала, и развязывать меня не стала.       — Я — единственная, кто любит его всей душей, — с придыханием прошептала она.       Я посмотрела ей в глаза, понимая, что это правда.       — Советую тебе уйти, — неожиданно даже для себя спокойно произнесла я, поражаясь собственному хладнокровию.       Ведьма захохотала.       — Почему?       — В этой комнате отвратительная звукоизоляция, — ответила я. — Прислушайся.       В коридоре раздавался громкий топот, смешанный с гулким стуком протеза о каменный пол.       — БОМБАРДА МАКСИМА!       Дверь моей комнаты разлетелась в щепки, Беллатриса бросилась к шкафу, но не успела она сделать и пары шагов, как отлетела в стену, ударилась головой, и оглушенная сползла на пол.       — Энодо! — произнес испуганный молоденький мракоборец, бросившийся ко мне.       Я вскочила с кровати, едва почувствовала способность двигаться. Хотела накинуться на Беллатрису, но не смогла. Заметила Тинки.       Эльфийка лежала на полу, раскинув тонкие ручки как сломанная кукла. Глаза неподвижно смотрели в потолок, рот приоткрылся, словно она хотела что-то сказать.       — Тинки, — я присела рядом и тронула ее за холодную руку. — Тин… ки… — голос прервал всхлип, и я затряслась в рыданиях.       Моя эльфийка, которая ввела меня в курс дела в этом мире, которая помогала мне во всем от приготовления пищи до ведения документации. Единственный друг, на которого я могла положиться.       — Убей ее! — приказала я, вскакивая на ноги.       Грюм устрашающе нависал над истерически хохочущей Беллатрисой, держал наготове палочку, но потом просто пнул ее здоровой ногой, так, что женщина согнулась от боли.       — Предатель крови! — завизжала она, и получила удар уже по лицу.       Съежившаяся на полу, с разбитым носом и губой, с которых капала кровь, Беллатриса уже не казалась настолько опасной, как минуту назад. Но безумие никуда не делось, и ведьма даже в таком положении умудрялась смеяться.       Она убила Тинки. Просто убила, даже не ненавидя. Как что-то лишнее.       — Амбридж!       — Амбридж!!!       Я почувствовала, что меня куда-то оттаскивают, разжимают пальцы, которые вцепились в волосы и лицо Беллатрисы. А та визжит, пытаясь высвободиться. Абигейл усадила меня на кровать, но я вырвалась и заняла место за плечом Грюма.       — Не понравилось быть связанной, Амбридж? — усмехнулся Грюм, полуоборачиваясь. — А как же Рraesumptio innocentiae? — передразнил он Боунс.       — Это не Амбридж! — завизжала Беллатриса, чуть отползая в сторону. — Она сама призналась!       — Инкарцеро! — произнесла я, и из палочки вырвались веревки, плотно обвившие тело Беллатрисы. Медальон на моей шее потеплел. — Мы отправляемся в Азкабан, Грюм, — я слегка прикоснулась к его плечу, он вздрогнул.       — Нееет! — в этот раз ужас в голосе Беллатрисы был не поддельным, она замотала головой, ударяясь о стену. — Нет! Я не вернусь туда! Нет! — она забилась в путах.       Я подошла к валявшейся на полу ее волшебной палочке, подняла и переломила пополам. А потом каждую половину еще раз. Беллатриса при этом вскрикнула. Медленно, наслаждаясь каждой секундой ее страха, я подошла к тумбочке и вытащила оттуда кожаный мешочек, висевший на шнурке.       Пальцы слушались плохо, но я смогла аккуратно открыть его, и уронить на пол металлическую монетку с выгравированным словом «Азкабан» на ней.       — Мисс Амбридж, нам убрать тело? — тихо спросила Абигейл, не решаясь подойти к нам.       Тело.       Это не тело. Это Тинки.       — Оставь, — попросила я, сглатывая комок в горле. — Я вернусь и похороню ее.       Я посмотрела Беллатрисе в глаза.       — Ты совершила самую большую ошибку в своей жизни, — я взяла Грюма за руку. Второй рукой он схватил за локоть Беллатрису.       И я прикоснулась к монете.