Не такая, как все…

***

Сборы в Большой зал Проснувшись ранним утром около шести часов, Эмили сразу поняла: до прихода профессора Снейпа осталось всего пару часов. За это время ей нужно было привести себя в порядок и надеть школьную форму — именно так было написано на маленьком клочке пергамента, лежавшем на деревянной прикроватной тумбочке. Девушка полностью открыла глаза, скинула белое одеяло к ногам и, присев на край больничной кровати, которая за эти дни стала ей почти родной, с нетерпением ждала момента, когда снова сможет пойти на учёбу. Взглянув на тумбочку, она заметила, как догорал тот самый кусочек пергамента, превращаясь в маленькую горку пепла. Сжав голову обеими руками, Эмили пыталась прийти в себя: ночные переживания и дурной сон оставили её в неспокойном состоянии. Ей было интересно, зачем именно этот сон пришёл к ней в виде загадочного послания. Она задавалась этим вопросом, но радовалась одному — паническая атака не началась. Однако усталость была очевидна: Эмили явно не выспалась. Почти всю ночь она ворочалась с боку на бок, пытаясь найти удобное положение, но безуспешно. В итоге девушка лежала, глядя в потолок и обдумывая, как пройдёт её первый день в новой школе. Под утро она отключилась и увидела сон. В этом сне был тёмный зал с длинным столом, горящим камином и людьми в чёрных мантиях с масками, скрывающими лица. Они что-то обсуждали, но голосов не было слышно. Этот сон Эмили видела уже не в первый раз — именно он заставил её проснуться и выйти из магической комы. Отбросив остатки сна, Эмили встала с кровати и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Из-за бинтов полноценный душ или ванна были невозможны — только после проверки заживления ран девушка сможет принять душ, но об этом сообщат вечером. Ограничившись привычными утренними процедурами, она умылась, нанесла лёгкий макияж и распустила волосы, которые струились до поясницы мягкой волной. Надев фамильный кулон-оберег, Эмили спрятала его под тонкой тканью блузки. Подойдя к чемодану, который волшебным образом появился возле тумбочки, она достала из него заранее подготовленную мамой школьную форму. Видимо, мама знала, что придётся спрятать дочь подальше от лишних глаз. Вещей было так много, что Эмили растерялась при выборе. Ей хотелось произвести достойное впечатление на одноклассников и не упасть в грязь лицом. В итоге она остановилась на льняной, полупрозрачной, приталенной белой блузе фирмы Wang и чёрной плиссированной юбке выше колена. Образ дополнили чулки, лакированные лоферы и длинная мантия, которая открывала вид на стройные ноги и острые колени. Взглянув на часы, Эмили отметила, что уже семь тридцать. Если профессор так же пунктуален, как о нем говорят, у нее оставалось не больше пятнадцати минут. Не желая терять ни секунды, она достала из внутреннего кармана мантии портсигар с шоколадно-вишневыми сигаретами. Она распахнула окно, присела на подоконник и закурила. Сладковатый дым медленно выплывал из ее пухлых губ, растворяясь в утреннем воздухе. Эмили расправила плечи, пытаясь сбросить напряжение, и в этот момент рядом возник оранжевый комочек. — Принцесса, к чему эта грусть? — Флем поднял голову, насмешливо прищурившись. — Ты только губишь нас своим унынием. — Я просто… переживаю, Флем, — тихо ответила она. — Всё слишком резко изменилось: потеря родителей, новая школа, предательство отца. У меня здесь никого, кроме профессора и брата, но он даже не знает, что я существую. Мне приходится играть чужую роль, скрывать себя… Мне так не хватает Энн. — Прекрати! Тебя будто подменили за одну ночь, — отрезал Флем. — Это они должны тебя бояться, а не ты их. Вспомни Ильверморни: ты была сильной, не позволяла никому себя обидеть и никогда не выставляла эмоции напоказ. Ты чистокровная ведьма, Кимберли. Тебе не нужно никому ничего доказывать — они сами всё поймут со временем. Эмили затянулась снова, глядя в окно. — Той девушки, Кимберли, больше нет, — прошептала она, глядя на струйку дыма. — Она никуда не делась, она внутри тебя, — Флем ткнул маленьким пальчиком ей в грудь. — Соберись. Мы — твоя поддержка, и ты со всем справишься. Эмили с трудом сдержала слезы и слабо улыбнулась. Было странно и приятно осознавать, что этим маленьким существам не всё равно. — Кажется, кто-то идет, — прошептал Флем. Эмили щелкнула пальцами, и сигарета мгновенно растворилась в воздухе. В дверном проеме показался профессор. — Доброе утро, мисс Роуз. Вы готовы? Идемте, я не терплю опозданий — это касается всего, включая уроки. Эмили молча кивнула и последовала за ним в коридор.

***

Женское крыло спален Слизерина. — Пэнси, проснись! Кажется, мы проспали, — Дафна трясла подругу за плечо. — Сегодня пятница, последний рывок — и выходные. Если не поторопимся, останемся без завтрака. Слизеринка что-то невнятно проворчала в подушку и с трудом разлепила глаза. — Черт, Даф, как мы могли? Я понадеялась на тебя и не завела будильник. Раньше за наше пробуждение всегда отвечала Трейси, пока не свалила из комнаты. «Ей нужно больше творческого пространства», видите ли. Сучка. Чует мое сердце, нам кого-нибудь подселят. Пэнси выхватила из шкафа полотенце и быстрым шагом направилась в ванную. Дафна уже стояла под душем, поэтому Пэнси остановилась у раковины, глядя на свое отражение в зеркале. — Гринграсс, какие планы на выходные? Наши что-нибудь придумали? — перекрывая шум воды, крикнула Пэнси. — Если не ошибаюсь, Блейз предлагал сходить в Хогсмид, — отозвалась Дафна. — Кстати, с чего ты взяла, что к нам кого-то подселят? — Просто предчувствие. Ладно, давай быстрее, я уже готова. Слушай, Даф, помнишь тот вечер с заданием Нотта? Дафна вышла из душа, на ходу заворачиваясь в полотенце. Она подошла к зеркалу, небрежно скрутила мокрые волосы в пучок и обернулась к подруге: — Конечно, помню. Но почему ты спрашиваешь спустя столько дней? Пэнси, тебя что-то гложет? Хотя, чтобы Паркинсон что-то всерьез волновало — не поверила бы. Кстати, спасибо вам за тот вечер с Малфоем. Мы с Блейзом тогда очень сблизились, теперь мы встречаемся. Только не трепи об этом при моей сестре, родители не одобрят такой союз. Так к чему ты клонишь? Пэнси тяжело вздохнула и встретилась с ней взглядом в зеркале: — Дело в том, что Драко тогда сбежал посреди ночи. И все последующие дни тоже где-то пропадал. Не то чтобы я следила за ним... Он и раньше всегда уходил сразу после секса, ни разу не оставался до утра. Просто подумала, может, Блейз что-то проболтался? — Пэнс, Блейз не посвящает меня в дела Драко, — отрезала Дафна. — Я же говорила: Малфоя не удержать, какой бы ты ни была в постели. Ты сама утверждала, что тебя устраивают такие отношения. — Я поняла, Даф. Закроем тему, — Пэнси резко развернулась и первой вышла из ванной. — Пошли, не бери в голову, а то точно опоздаем.

***

Эмили замерла перед массивными резными дверями Большого зала. Волнение, скребущееся внутри, немного утихло лишь благодаря выкуренной перед входом сигарете — руки больше не дрожали. Она поправила волосы, смахнула невидимую пылинку с юбки и глубоко вдохнула, готовясь выйти под прицел сотен глаз. Из-за дверей доносился приглушенный голос директора: Макгонагалл заканчивала напутственную речь, приветствовала преподавателей и желала всем хороших выходных. — ...И я рада сообщить о пополнении в нашей Школе чародейства и волшебства. Прошу поприветствовать новую ученицу. Мисс Эмили Роуз! Имя прозвучало как выстрел. Эмили вздрогнула, собралась с духом и, расправив плечи, шагнула вперед. Двери, словно повинуясь невидимому жесту, распахнулись. Зал встретил её гулом и морем взглядов. Сотни студентов — от первокурсников до выпускников — сидели за четырьмя длинными столами. В центре, на возвышении, за преподавательским столом, замерли учителя. Эмили чувствовала всё: от тихого восторга до откровенной неприязни и холодного соперничества. Она старалась не подавать виду, что это давление её задевает. Её взгляд на секунду встретился с Северусом Снейпом. Он сидел неподвижно, наблюдая за ней с тем самым фирменным хитрым прищуром. Эмили подошла к высокому стулу, где её ждала Минерва Макгонагалл. — Присаживайтесь, мисс Роуз, — мягко произнесла директор, указывая на стул. — Шляпа расскажет вам о факультетах и вынесет свой вердикт. Как только шляпа коснулась головы, она заговорила — сначала вслух для всего зала, а затем перешла на шепот, предназначенный только для Эмили. «Четыре факультета Хогвартса — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин — названы в честь основателей, — вещала Шляпа. — Я определяю каждого ученика туда, где его характер и ум раскроются полнее всего. Факультет станет для вас второй семьей, домом и полем битвы за очки, которые приносят славу или позор». Пока Шляпа вещала о правилах, Эмили украдкой рассматривала преподавательский состав: Минерва Макгонагалл — директор, декан Гриффиндора, мастер трансфигурации. Помона Стебль — декан Пуффендуя, знаток травологии. Филиус Флитвик — декан Когтеврана, профессор заклинаний и дирижер хора. Северус Снейп — декан Слизерина, мастер зелий и преподаватель ЗОТИ. В стороне, чуть поодаль, сидел Гораций Слизнорт, известный своим «Клубом Слизней», куда он отбирал лишь самых одаренных или влиятельных студентов. Рядом с ними расположились профессора узких дисциплин:  Септима Вектор (Нумерология), Клода Дромгул (Древние руны) и Сивилла Трелони (Прорицание). Эмили перевела взгляд на стол Слизерина. Среди кудрявых голов она снова поймала на себе чей-то изучающий взгляд. «Вот же черт», — подумала она, опуская голову. «Вы не простая ведьма, Эмили, — голос Шляпы стал вкрадчивым и тихим. — Вижу целеустремленность, талант к целительству, задатки мастера зелий... О, а это что? Стихии? Редчайший дар». — Тсс, пожалуйста, не нужно об этом, — едва слышно прошептала Эмили. «Вы сильная чистокровная ведьма, не стоит прятать свою суть, если только у вас нет смертельных врагов. Вы — лидер, даже если пытаетесь это скрыть. Что ж... Слизерин!» Зал взорвался аплодисментами. Слизеринцы свистели и хлопали громче всех, остальные факультеты отреагировали сдержаннее. Макгонагалл забрала шляпу, а Эмили, выдохнув, направилась к своему столу. — Добро пожаловать в наше змеиное логово! Я — Дафна Гринграсс, но зови меня просто Даф, — в глазах девушки светилась искренняя доброжелательность. Впрочем, Эмили не спешила делать выводы: за приветливой улыбкой легко могла скрываться холодная расчетливость. Вторую девушку Эмили узнала сразу: высокомерная особа, подружка того самого блондина, что пытался помочь ей в прошлый раз. — Привет, Пэнси Паркинсон. Классные лоферы, — Эмили бросила короткий взгляд на обувь собеседницы и добавила с легкой усмешкой: — Эмили Роуз. Приятно познакомиться. Пэнси прищурилась, сканируя Эмили с головы до ног. — Кажется, мы уже виделись. Как самочувствие? Ты, похоже, на редкость живучая. «Нормально, — мысленно хмыкнула Эмили, — а она, похоже, уже успела меня похоронить». Прежде чем она успела ответить, Дафна снова перехватила инициативу: — О, ты наша новая соседка! Я так рада! — она восторженно хлопнула в ладоши, приобняла Эмили за плечи и, не задерживаясь, упорхнула по своим делам. — Еще увидимся, — бросила Эмили ей вслед, ограничившись коротким кивком. Допив кофе, она почувствовала на себе тяжелый, пронизывающий взгляд. Подняв голову, Эмили встретилась с темно-синими глазами кудрявого парня. Он подошел и присел рядом, и странное, почти осязаемое спокойствие накрыло её с головой. — Ну привет, принцесса. Рад, что ты жива, — он улыбнулся, и Эмили сразу поняла: перед ней аристократ с той самой искрой безумия, которая ему удивительно шла. — Честно говоря, я не сомневался, что в наши ряды вольется еще одна «змейка». У меня отличная интуиция — своих чувствую сразу. Прости, что не представился в прошлый раз. Теодор Нотт, для друзей — Тео. Не люблю официоз. Он начал рассказывать о событиях того дня, и Эмили поймала себя на мысли, что этот парень ей нравится. С ним хотелось общаться. Вдруг она почувствовала на себе другой взгляд — ледяной, серый. Эмили обернулась: парень напротив смотрел на неё пристально, без тени эмоций, но в глубине его глаз плясали опасные искры. Она поспешно вернулась к разговору с Тео, которого, похоже, что-то беспокоило. — Эмили Роуз, верно? — Тео понизил голос. — Кстати, не припомню такой фамилии среди «Священных двадцати восьми». Не подумай, что я помешан на чистоте крови, просто любопытство берет вверх. — У нас в семье были разногласия, — уклончиво ответила Эмили. — Родителей больше нет, а фамилию матери я предпочитаю своей. Надеюсь, вы поймете. Малфой, сидевший неподалеку, всё это время внимательно слушал. Услышав ответ, он язвительно усмехнулся и покачал головой. Эмили не выдержала и в упор посмотрела на него. — Вот именно, — процедил Малфой. — Грязнокровка или полукровка, которая по ошибке попала не на тот факультет. Хотя бы одежда выдает, что у неё есть хоть какой-то вкус. Тео хотел было вмешаться, но Эмили остановила его жестом. — Даже «спасибо» сказать не могу, — холодно отрезала она, глядя прямо в серые глаза Малфоя. — Я прекрасно знаю, кто я, и мне не нужно мнение таких высокомерных снобов, как вы, мистер «аристократ». В отличие от вас, я жила в Калифорнии. Если, конечно, вы знаете, где это. Если нет — могу одолжить карту. Этот парень раздражал её до зубовного скрежета. Самодовольный, дерзкий, невоспитанный — типичный лидер, окруженный свитой, которая ловила каждое его слово. Вот вариант текста с улучшенной стилистикой, более плавными переходами и исправленной логикой повествования. Он явно пользовался успехом у девушек, но Эмили хотелось понять, что скрывается за этим фасадом. Взъерошенные волосы небрежно падали на лоб, а строгая черная рубашка подчеркивала крепкое телосложение. В его облике было что-то солидное и сдержанное, почти неприметное, и всё же Эмили не могла отвести взгляд. Странно, но он притягивал её, вопреки здравому смыслу. «Очередной самовлюбленный индюк, от которого млеют все девчонки в округе, — подумала она. — Какая разница, что там под этой рубашкой? Черт, неужели мне это действительно интересно?» — Малфой, дружище, хватит, — вмешался Тео, пытаясь разрядить обстановку. — Ты выставляешь факультет на посмешище, настраивая всех против новеньких. Ты же знаешь правила: на Слизерин попадают в основном чистокровные. Судя по тому, как долго шляпа принимала решение, я уверен — она одна из нас. Эмили перевела взгляд на брата, который как раз помахал ей рукой. Калеб Кама заметно вырос. Жаль, что он даже не подозревает, кто стоит перед ним. — Кстати, у нас тут парень из Калифорнии — Калеб Кама. Может, вы знакомы? — спросил Нотт, повернувшись к Эмили. — К сожалению, нет, но буду рада познакомиться, — улыбнулась Эмили, пытаясь скрыть волнение. Малфой фыркнул, едва сдерживая раздражение, но тут же притих: Пэнси, нависшая над ним сзади, что-то прошептала ему на ухо. Эмили отвернулась, заметив, как спесь аристократа мгновенно улетучилась. Тео уже уплетал вторую порцию ужина, периодически предлагая Эмили хоть что-то съесть, но она лишь вежливо качала головой. Она не могла оторваться от величия Большого зала, завороженно разглядывая заколдованный потолок, в точности повторявший состояние неба снаружи. Сотни парящих свечей заливали помещение мягким светом, создавая почти магическую атмосферу. Вокруг шумели студенты: кто-то обсуждал предстоящие уроки, кто-то — сплетни. Взгляд Эмили зацепился за мальчика в очках, сидевшего неподалеку. — Кто он? Тоже местная знаменитость, как и наш аристократ? — спросила она. Тео поперхнулся и удивленно вскинул брови: — Да уж, как ты угадала? Они с Малфоем заклятые враги. Они рассмеялись, но идиллию прервала Пэнси. Девушка, сидевшая рядом с блондином, впилась в Эмили хищным взглядом, явно намереваясь устроить допрос при всех. — Насколько я поняла, тебя перевели из другой школы? Интересно, из какой же? — процедила она. Малфой не упустил шанса съязвить: — Пэнс, наверное, из выдуманной. Его свита дружно рассмеялась, как по команде. Эмили почувствовала, как к горлу подкатывает ком, но заставила себя ответить четко и твердо: — Нет, я из Ильверморни. Училась на факультете Ученого. — М-м, звучит «здорово», — протянула Пэнси, растягивая губы в фальшивой улыбке. — Надеюсь, мы еще услышим подробности. Мы ведь теперь соседки. Девушки обменялись холодными взглядами, а парни многозначительно переглянулись.

***

Ох уж эти Пары или сгореть со стыда… Эмили опасалась, что найти друзей будет непросто. Однако, неожиданно оказавшись на новом факультете, она обнаружила, что всё складывается совсем не так, как она предполагала. Парень по имени Теодор оказался на удивление дружелюбным. Он с готовностью рассказал ей обо всех особенностях их факультета: как за хорошую успеваемость начисляются баллы, а за нарушения, вроде прогулок по школе после отбоя, их могут отнять, если поймают. По выходным студентам разрешалось посещать деревушку Хогсмид. Там можно было заглянуть в разнообразные волшебные лавки и уютные пабы, где приятно провести вечер за кружкой сливочного пива или чего-нибудь покрепче. Впрочем, Эмили быстро поняла, что многие студенты – настоящие безумцы. Особенно это касалось Слизерина: распитие алкоголя, курение и употребление запретных магических веществ там были обычным делом. В подземельях они устраивали шумные вечеринки, а у Чёрного озера собирались у костра. Слушая Теодора, Эмили вспомнила свой сон, в котором она видела именно это Чёрное озеро. Мысль о том, что она увидит его своими глазами так скоро, казалась невероятной. Ведь гостиная Слизерина располагалась в самом низу, в подземелье, и из её окон открывался вид на морских обитателей. Кроме того, в Хогвартсе регулярно проводились захватывающие и порой опасные матчи по квиддичу – игре в воздухе на метлах, где соревновались разные факультеты. Через несколько минут в школе прозвенел звонок, и студенты покинули Большой зал, направляясь на занятия. Взглянув на пергамент с расписанием, она увидела, что первым уроком будет зельеварение. Все дружно спустились по коридору, ведущему в подземелье. Войдя в небольшой кабинет, где в три ряда стояли столы на двоих, студенты обнаружили, что всё необходимое для урока уже разложено: котлы, учебники, доска и ингредиенты для зелий. Сегодняшний урок был совместным с Гриффиндором. Когда Эмили подошла к столу, Дафна перехватила её за руку и повлекла к своей парте, показав Нотту язык. Тот лишь ухмыльнулся и покачал головой. — Даф, это нечестно! Ты отбираешь у меня партнёра, которого я себе забронировал на все пары. Я это тебе припомню. — с победной улыбкой, обнажив белоснежные зубы, произнес Нотт, усаживаясь за стол. Дафна же, будучи предусмотрительной, знала, кого выбирать в напарники – ту, кто в этом предмете стабильно получал лишь высшие оценки. Или же она наивно верила, что её выбор окажется хотя бы выигрышным. Присев, Эмили решила заняться делом. Она взяла учебник по зельям и едва успела его открыть, как в кабинет, словно чёрный ворон, влетел профессор Снейп. Обернувшись, он встал лицом к студентам. — Доброе утро, студенты! Как вы уже знаете, на нашем факультете появилась новенькая. Не буду скрывать, я рад, что такие студенты, как вы, попадают именно к нам. Сегодня я заменяю профессора Слизнорта, который отсутствует по уважительной причине. Итак, проверим ваши знания в области зельеварения! — Мисс Роуз, я, конечно, ничего не имею против вас и мисс Гринграсс, но в напарники вам нужен такой же сильный волшебник, как и вы сами, особенно для того зелья, которое вам предстоит приготовить сегодня. — Эти слова словно ударили Эмили в самое сердце. Она с тревогой ждала, кого же ей назначит в напарники Снейп. В душе она надеялась, что профессор сегодня поступит по справедливости и выберет кого-то из Гриффиндора. Как бы странно это ни звучало, она была готова на всё. — Эмили Роуз и Гарри Поттер, — объявил Снейп, — достойные напарники. Слизерин и Гриффиндор. Готовим «Умиротворяющий бальзам». Приступайте. — Но профессор, — попыталась возразить Эмили, — его приготовление занимает довольно много времени. Снейп лишь нахмурился и вышел из кабинета, не ответив. В классе послышались перешёптывания, но Поттер, не обращая внимания, пересел к ней. Сегодня Малфой был особенно язвителен. — Поттер, расслабься, — усмехнулся он. — Наша змейка не кусается, садись к ней поближе. Наверное, кроме Грейнджер, с девчонками ты и не сидел. Порадуйся — тебе кажется достался огонь, раньше времени не потуши. Вокруг раздался смех. — Заткнись, Малфой, — холодно ответил Поттер, бросив взгляд на Роуз. Он был напряжён и не мог сосредоточиться. Слова Малфоя явно задели его, и девушка начала переживать: сегодня либо провал, либо придётся делать всё самой. Главное — чтобы Поттер не подвёл. Эмили раздражало поведение аристократа, который продолжал доставать их бумажными птичками с надписями «Поттер влюблён в грязнокровку Роуз». Она старалась не обращать внимания и успокаивала себя. Но одна маленькая шалость всё же вывела её из себя. Она пыталась игнорировать Малфоя, но он перешёл все границы. Готовность зелья была почти на исходе — оставалось лишь добавить последний ингредиент. Но случилось то, чего Эмили не ожидала и не успела предотвратить: полный котел с почти готовым зельем с грохотом упал к её ногам, и часть содержимого разбрызгалась прямо на неё. Она вскочила, опустила голову и увидела, как полупрозрачная ткань рубашки прилипла к телу, обнажая каждую деталь, а юбка насквозь промокла. Спасало лишь то, что перед уроком Эмили наложила на себя заклинание от ожогов — видимо, она догадывалась, что сегодня приключения не обойдут её стороной. Стыд охватил её: под рубашкой просвечивало тончайшее кружево, которое совсем не скрывало её. Мужская часть студентов явно заметила это и, судя по их взглядам, им это понравилось. Обернувшись на Слизеринцев, которые тихо посмеивались, она застыла — они замолчали, встретив её взгляд. Блейз толкнул Драко в плечо и тихо что-то прошептал ему на ухо. Повернувшись, Малфой встретился с глазами Эмили. Он ехидно улыбнулся, оценивая её мокрое тело, а Тео с Блейзом, сидевшими рядом, молча перевели взгляд с неё на Малфоя. Они поняли, что он промахнулся, пытаясь направить заклинание на Роуз. Эмили пристально смотрела в глаза Драко, и злость начинала разгораться внутри неё. Мысленно она призвала Флема: «Поиграем немножко?» Ухмыльнувшись, она решила устроить маленькое шоу. Невербально произнеся заклинание, она взглянула на Малфоя — с ним происходило что-то странное.  Ему становилось жарко, словно пламя горело внутри, прожигая органы; он хватался за горло. Вдруг он поднял голову и встретился с её взглядом. Эмили ожидала испуга, но он лишь улыбнулся — сработал защитный барьер. Девушка, не отрывая глаз от блондина, прошептала: «Темная магия». Он будто прочитал слова по губам и лишь усмехнулся. «Чёрт, почему я не могу ему навредить? Откуда у него защита?» — подумала она. Развернувшись к столу, Эмили быстро собрала вещи в сумку и выбежала из кабинета. До конца урока оставалось ещё много времени, но она больше не могла там оставаться. Выбежав в коридор, она пыталась поправить падающую сумку с плеча, когда вдруг чья-то рука резко схватила её за локоть и прижала к стене. Холодная каменная поверхность ощутилась на спине, и по телу пробежала дрожь. Подняв голову, Эмили встретилась с ледяным серым взглядом. Он прижал её к стене рукой и убрал пальцами мешающий локон за ухо. Смущённо отведя изумрудные глаза в сторону, она вздрогнула, когда его пальцы скользнули к шее, а дыхание стало обжигать кожу. Его губы коснулись мочки её уха, и, сглотнув, она попыталась облизать сухие губы, закрыв глаза она тяжело вздохнула. Эмили понимала: она бессильна против него — она в его власти.