Первые Беспокойства

Грейк прижимал и качал чужое дитя, беспокоясь, что делает что-то не так. Ребенок неутешно плакал и плакал. Неожиданный стук в дверь заставил Грейка поспешить. Открыв, он увидел своего ближайшего соседа у порога. Обычно не в самом лучшем настроении, теперь его сосед хмурился из-под своих тяжелых бровей с недовольным видом. «Прости, пожалуйста! Я действительно не знаю, что я делаю не так,» — сказал Грейк, истощенный от недосыпа за последние несколько дней, пытаясь разобраться, как ухаживать за ребенком. Другой житель деревни продолжал нахмуриваться. «Я не понимаю, почему ты вообще заморачиваешься этим,» — буркнул он Грейку. — «Ему будет намного лучше среди своих. Просто верни его туда, где ты его нашел!» «Он один!» «Ну и что? Пусть он переродится.» «Люди не возрождаются, как мы!» — Грейк сказал с отчаянием. «Ты даже не знаешь, если это человек…» — другой житель смог нахмуриться еще больше. Его густые брови слились в одну линию и свешивались над его темно-зелеными глазами, углубленными в лице. Искры огня танцевали в них, отражаясь от камина, который Грейк разжег, чтобы приготовить суп, которым он только что пытался покормить ребенка. Грейк не ответил, отказавшись встречать взгляд другого жителя и продолжая качать ребенка, пытаясь его успокоить. «Тогда я просто не знаю!» — сосед развел руками в отчаянии. — «Но тебе нужно что-то сделать! Мои дети и я не могли спать всю ночь из-за всего этого шума!» «Прости, Гриш. Я пытаюсь успокоить его. Я действительно стараюсь,» — сказал Грейк, чуть не заплакав от того, что создал такие проблемы для всех. Сосед недружелюбно посмотрел на ребенка в руках Грейка. Подойдя ближе, он изучил его гневно искривленное лицо и рот, раскрытый так широко, что он казался почти квадратным. «Ну… Может ему хочется пить? Или он голоден?» — спросил он таким тоном, который облегченно дал понять Грейку, что он намерен помочь решить проблему. Это было намного лучшее отношение, чем жалобы, которые до этого сыпались на него в виде взглядов и шепота за его спиной. «Я дал ему еду, но он отказывается ее есть. Он едва не подавился. Я приготовил ему уху, и он съел немного, но, кажется, это вызвало у него желудочную боль,» — сказал Грейк, беспомощно глядя на плачущего ребенка. Существо продолжало вопить, его маленькое лицо покрывалось красными пятнами, его кулачки сжимались и он бесцельно махал ими. Его плотно закрытые глаза источали капли бесцветной воды. Другой житель приблизился поближе, вдохнул и тут же отступил с гримасой. «… Ты его почистил? Люди и их животные выделяют отходы после еды. Это отвратительно.» «Я почистил!» — ответил Грейк, немного смущенный. «Ну, может быть, люди похожи на своих животных. И их животные не едят обычную пищу, когда они младенцы. Они пьют молоко своей матери! Возможно, это ему и нужно,» — предложил другой житель, преодолевая недовольный тон, хотя и проявлял некоторое любопытство. Рот Грейка образовал маленькую 'о'. «Ты прав! Я не подумал об этом!» — с волнением сказал он, взглянув на маленького плачущего человечка, затем почувствовал, как его сердце замирает. «Но… где я возьму молоко?» Другой житель снова развел руками. «Ну как где? Конечно, у коровы! Где еще? Пойди поговори с Самнилом!» Грейк почти подскочил, бросив другому жителю искренне благодарный взгляд. «Я сделаю это прямо сейчас! Спасибо, Гриш! Ты так умен.» Лицо другого жителя немного успокоилось и он удовлетворенно кивнул, наблюдая, как Грейк поспешно надевает свой уличный халат. «Конечно, я умен. Я сам вырастил шестнадцать детей… Но не благодари, пока. Давай сначала попробуем, посмотрим, поможет ли это,» — объявил он и подождал, пока Грейк, обернув ребенка в одеяло, выскочил из его дома. Решительно подняв подбородок выше, пожилой житель повел Грейка. За ними останавливались и смотрели другие жители. «Мы идем к нашему фермеру, чтобы взять коровье молоко, чтобы узнать, если это поможет маленькому человеку перестать плакать,» — объявил им сосед Грейка. Их лица сразу стали любопытными. Бросая свои дела, жители последовали за ними, рассказывая другим, что происходит. К тому времени, как Грейк и его сосед достигли дома Самнила, за ними последовал целая небольшая толпа почти со всей деревни. Фермерский житель прекратил сеять зерно и моргнул, озираясь с непонятием от лица к лицу. «Молоко! Нам нужно молоко!» — потребовал Гриш, взяв инициативу. — «Это для маленького человечка Грейка. Чтобы узнать, перестанет ли он всё время плакать.» «О!» — фермер вздрогнул на месте. «У меня есть следующие предметы для обмена,» — начал было Грейк, но фермер только махнул руками, пока он поспешил к своему амбару. «Ты можешь договориться с ним позже, Грейк,» — буркнул сосед Грейка, и старый житель с неловким видом посмотрел на всех, видя, как другие жители начали кивать в знак согласия, их лица раздраженные. Толпа стала еще больше к тому времени, как фермер вышел с ведром теплой, светло белой жидкости. Откуда-то появилась чашка, которую вложили в руки Грейка. Затем — ложка. Все приблизились, смотря. И почти общий вздох облегчения прозвучал, когда маленькое создание в руках старого жителя впервые замолчало, попробовав еду, которую он ему дал, а затем продолжило есть, пока не вздохнуло с видом удовлетворения, устроившись в тихий дремотный сон. «Ура!» — воскликнули несколько голосов и начали разговаривать, пока сосед Грейка не бросил им всех взгляд. «Тсс! Пусть этот маленький монстр поспит. Я хочу немного покоя и тишины!» Разговоры стихли, хотя и не прекратились полностью, пока Грейк повернулся, чтобы вернуться домой. Фермер подбежал к нему, протягивая ведро. «Возьми! Возьми!» Раздраженно сосед Грейка взял ведро и понес его, за что снова получил благодарный взгляд от Грейка, у которого руки были заняты. «Спасибо. Большое спасибо,» — сказал Грейк, чуть не заплакав, улыбаясь им всем. Лица вокруг него немного смягчились, и толпа начала рассеиваться, как жители начали возвращаться к своим делам. Удовлетворенный, сосед Грейка пошел с ним до двери его дома. Поставив ведро внутри, он раздраженно отмахнулся от попыток Грейка поблагодарить его еще раз. Наблюдая, как Грейк осторожно нес спящее существо к колыбели, которую он для него построил, он покачал головой с недовольством, хотя с меньшей раздраженностью, чем раньше. «… Так что, ты действительно думаешь о том, чтобы его себе оставить?» — буркнул он. Грейк упрямо кивнул. Его губы сжались, когда он аккуратно расправил простыню из плотного плетения вокруг ребенка. Другую, которую он нашел вместе с ребенком, он раньше аккуратно сложил и убрал, предполагая, что это вызовет еще больше вопросов. «Тебе действительно стоит об этом подумать, Грейк. Ты можешь думать, что делаешь правильное решение, но забываешь, как ты стар. У тебя осталось максимум четыре или пять лет здесь. Кто будет заботиться о ребенке тогда? Я знаю, что никто из нас здесь не захочет этим заниматься.» «Я… " — Грейк моргнул, ошарашенный. Он даже не думал об этом, настолько он был занят лишь тем, чтобы разобраться, как удовлетворить самые важные потребности человечка, такие как питье и еда. «Я… найду кого-нибудь, кто мне поможет.» «Ну, это твое решение…» — другой житель пожал плечами, и Грейк кивнул. «… Хотя я все равно думаю, что это ошибка… Брать его к нам…» Грейк не ответил на это. Посмотрев на старого жителя и его приемного сына с некоторым сомнением, хотя уже не таким хмурым, другой старый житель хмыкнул и ушел в свой дом. Грейк продолжал стоять у колыбели ребенка и размышлял о жителях деревни, которых он знал, думая кого он мог бы попросить о помощи. Он знал, что его сосед был прав. Ни один из жителей его деревни не захотел бы помогать ему, особенно когда у них уже есть свои семьи и дети, о которых нужно заботиться. Это означало, что ему придется обратиться за пределы своей деревни. Ребенок в колыбели дернулся, и Грейк озабоченно посмотрел на него. «Не беспокойся, малыш. Не слушай их. Я смогу позаботиться о тебе,» — успокоил он. Конечно, если бы рядом были другие Люди, Грейк просто взял бы ребенка к ним. Только эти несколько дней ухода за ним показали Грейку, насколько различны Люди от Жителей. Он боялся совершить ошибку и случайно причинить вред этому маленькому человеку, вместо того чтобы помочь ему. Как сказал его сосед, ему действительно было бы лучше с другими людьми. Они наверняка знали бы, как заботиться о своем малыше. Только здесь не было других людей, и Грейк не знал, где они могли бы находиться. Он знал, что они живут где-то там, в местах за пределами их Долины. Старейшины были уверены в этом, хотя ни один житель этих мест там не бывал. Даже те несколько смелых жителей, жаждавших приключений, которые обычно предпочитали путешествовать из места в место, а не обосновываться, не решались уходить слишком далеко за пределы их Долины. Это было слишком опасно и слишком далеко, и никто из тех, кто пытался уйти отсюда, не вернулся. Это не было чем-то, что Грейк сам был готов сделать. Может быть, если бы он был помоложе… Грейк покачал головой и приблизил стул к колыбели. Его взгляд снова устремился на ребенка, и он улыбнулся немного, радуясь, что смог его успокоить. Ребенок спал, его выражение было мирным и довольным, его странные глаза закрыты, и маленькая грудь поднималась и опускалась ровно с каждым вдохом. Грейк даже не был уверен, почему он чувствовал такую защиту по отношению к этому пришельцу, но ему было все равно. Всегда хорошо быть добрым к другим живым существам. Он знал это, и этого было достаточно для того, чтобы принять свое решение. «Тебе нужно имя, малыш,» — старый житель обратился к ребенку. «Мне нужно называть тебя как-то, а не просто 'маленький человек'… Или… У тебя уже есть имя? Давай посмотрим…» Грейк прищурил свои зеленые глаза, и в воздухе над ребенком проблескнуло слабое сияние, странные, иномирные символы превращались в меняющиеся формы, которые Грейк не узнавал. Он немного нахмурился. «Что-то тебя все-таки назвали. Но это даже не настоящее имя. Кто назвал бы своего ребенка только цифрами и буквами? Нет, тебе нужно настоящее имя.» «… Хмм. Давай посмотрим… Ты человек, так что…» В глазах старого жителя мелькнуло щемящее выражение, когда он смотрел на ребенка, уже не видя его, но живые сцены и образы из историй, которые он так любил слушать в детстве. Ему нравилось представлять, как было бы отправиться в далекие места, где жили другие жители, где жители могли отправиться в приключения, а загадочные герои сражались с могущественными монстрами, иногда приходившими из других миров, чтобы причинить хаос и разрушения. Его взгляд сфокусировался на маленьком существе, тихо спящим в колыбели, и старый житель обдумал свою мысль. Через мгновение он кивнул, удовлетворенный. «Да, это будет хорошее имя для тебя… Потому что таким ты станешь, когда вырастешь… Ты вырастешь и станешь сильнее. И тогда ты будешь защищать нас всех. Все будут рады, что я привел тебя сюда и не унес тебя…» «… Херо (Герой).» Над головой ребенка засверкали серебряные буквы. Старый житель улыбнулся. Ребенок подернулся, как будто почувствовав, что что-то изменилось, его глаза немного раскрылись, пропуская серебряное сияние мимо его темных ресниц, а затем снова закрылись, когда он зевнул. Житель тоже зевнул и опустил голову на руку, усталость за последние несколько дней лишила его силы даже снять свой уличный халат. Он уснул, сидя прямо рядом с колыбелью.