Глава 7. О сюрпризах

Январь 1898 — Ты вообще понимаешь, что происходит в твоем государстве?! — Софья Андреевна была не в духе. — Веселишься, пока солдаты проливают кровь за страну! Да ты должен жить там, чтобы поднимать боевой дух простых служащих! Николай осознавал, что обстановка накаляется и матушку уже не остановить. — Война войной, но мне необходимо держать лицо перед высокопоставленными людьми, — пытался оправдаться он. На ужин во дворце подавали запечённую индейку, свинину, а также большое количество салатов, закусок, свежих фруктов и мороженое. Софья Андреевна и Николай сидели друг напротив друга за большим дубовым столом. Слева от него трапезничала Анастасия, а справа — Петр. Слуги кружились вокруг них, подавая то одни, то другие блюда. Несмотря на суету, была крайне напряженная обстановка. — Съездил бы в ставку на мысе, поприветствовал солдат, — мать Императора сжала в руке тканевую салфетку. — Ты для них герой, чуть ли не мессия! А ты прячешься в своей табакерке! — Хватит! Повисла тишина. Даже слуги остановились и потупили взгляды. Анастасия смотрела на свою тарелку и боялась пошевелиться, а Петр с удовольствием наблюдал за развернувшимся действом. — Продовольствия не хватает, солдаты голодают! Ты знал об этом, Николай? Но они все еще тебя любят! — выпалила Софья Андреевна. — Ах, да, ты же получаешь свои идеальные доклады от советников, которым безусловно доверяешь! А матери ты поверишь?! — Эти вопросы вас не касаются, матушка. — Конечно, не касается. Ты же танцуешь на балу с какими-то девками. Да-да, весь город уже об этом говорит. Не хочу даже слышать подробности! Она со звоном бросила вилку на стол и вышла из столовой. Все молчали. Это задело Николая. — Кажется, пора поговорить о делах насущных, — ехидно улыбнулся Петр. — На балу в Высшей школе мне понравился «десерт». Это была последняя капля. Николай резко встал изо стола, стул со скрежетом прочертил паркет. — На сегодня мы закончили. Всем доброй ночи. Он шел по коридору дворца, обдумывая недавний разговор с матерью. Он злился. Злился на матушку и на Петра, который и без того подлил масла в огонь. Часы в кабинете пробили полночь. Николай сидел, оперев голову на правую руку. В помещении, несмотря на богато украшенные стены, статуи и библиотеку, было очень пусто. Казалось, что даже тишина отдается эхом от стен. И почему ему стало противно от последних слов его брата? Петр хотел его подразнить? Николай знал, что все это ему назло, но почему внутри терзает раздражительность? Лию он воспринимал лишь как способ поиграться и отвлечься от насущных проблем. Простая девушка, которая случайно попалась под руку. Но Николай понимал, что она была только его целью и больше ничьей. После непродолжительных мыслей ему в голову пришла мысль. Он попросил слугу пригласить к себе Петра. Когда зашел его брат, Николай смотрел в окно, заложив руки за спину. В небе светила яркая полная Луна, отбрасывая белый свет на стены кабинета. Огонек в керосиновой лампе плясал, распространяя свой тусклый свет. Петр вальяжно обошел деревянный стол и присел на место Николая. Император даже не пошевелился. — Прекрасный сегодня был ужин, — сказал Петр, рассматривая свои ногти. — Жаль, что он закончился на такой печальной ноте. — Поедешь на границу, поднимать боевой дух солдат, — Николай сделал глубокий вдох. — И это не обсуждается. Глаза Петра округлились. От его вальяжности не осталось и следа. Он выпрямился, сидя на стуле и поправил воротник льняной рубашки. — Что, прости? Я не расслышал, — изо рта Петра вырвался нервный смешок. — Ты хочешь, чтобы я вместо тебя поехал на бойню? Ну уж нет! Это твоя прямая обязанность, не моя. — Тебя никто не спрашивал, — Николай навис над Петром. — Отправляешься завтра же. Великий князь сглотнул, глядя на серьезное выражение лица своего брата, который, кажется, не шутил. Но он что-то смекнул. — Посылаешь меня куда подальше, чтобы я не мешал вашей любви с госпожой Карницкой? От гнева Николай закрыл глаза, венка на лбу начала бешено пульсировать. Но Петр был прав. Это была одна из причин. — Ты трус, братец, — теперь взгляд Петра сталь серьезнее некуда. — Все твое правление — это ложь! Ложь самому себе о том, что ты такой идеальный и правильный. Реформатор! Посмотри на себя: до отца тебе как до крайней точки Континента! Николаю была плевать на своего отца и его правление. В детстве он всегда тянулся к нему, но времена меняются. Отныне он строил свое государство, которое принадлежит ему. — Приятной дороги, братец. — император вдруг улыбнулся. — И да, буду ждать тебя с новостями. Петр собирался уходить, но тут обернулся. — Я не претендую на госпожу Карницкую, — бросил он. — Не знаю, какую игру ты затеял, но явно не из-за симпатии к этой особе. Ты всегда думал, что тебе можно все. Но однажды ты поймешь — не все в этой жизни так просто. После этих слов великий князь покинул кабинет.

***

Лия шла по полю, усыпанными орхидеями. Они были благородного красного цвета. «Как красиво», — подумала она. Ей захотелось притронуться к этим прекрасным бархатным лепесткам. Она присела на корточки и коснулась одного из них. Но тут же поняла, что по её пальцам стала стекать какая-то жидкость. Что-то теплое и необычное. Это была кровь. Лия с удивлением встала, оглядывая поле и поняла: орхидеи были такого цвета отнюдь не по своей природе. Она проснулась. Девушка лежала на своей кровати. Шторы были задернуты, поэтому Лия не понимала: сейчас утро или день. От прошедшего неприятного сна её передернуло. Вдруг в комнату постучали. Это была Анна. Девушка потянулась и пригласила её войти. — Доброе утро, госпожа, — служанка отодвинула шторы, впуская утренний свет. — Понимаю, что у вас каникулы, но все же стоит явиться на завтрак. Господин Карницкий будет недоволен. Лия была дома. Она ждала этого момента с тех пор, как поступила в Высшую школу. В квартире девушка ощущала себя в безопасности. Их дом находился на окраине Столицы, поэтому от Высшей школы путь был неблизкий. Лия была бы рада приезжать домой во время учебы на выходные, но отвлекали большое количество домашних заданий и водоворот прошедших событий. Но теперь она дома. Лия надела свое простое домашнее платье цвета морской волны, поправила локоны и вышла в коридор. Повернув за угол, она попала на столовую. В центре комнаты стоял небольшой стол из сосны, справа красовался бежевый диван, на стенах висели картины — реплики работ известных художников Империи. Все было по-простому, но Лия чувствовала уют от этого места. Оно было ей по-настоящему дорого. Во главе стола сидел отец Лии, на другом конце от Арона сидела тетушка Джена. Она поприветствовала всех и села рядом с тетушкой. — Лия, милая, доброе утро, — тетушка была в настроении, — как спалось на любимом месте? — Отлично, спасибо, — Лия улыбнулась. Завтрак был скромный: овсяная каша, фрукты и выпечка, а также кофе. Анна все аккуратно расставляла на стол. Члены семейства принялись за еду. В воздухе витала некоторая неловкость. Но вдруг тишина прервалась. — Лия, не поделишься своими успехами в Школе? — начал Арон, — у тебя есть промежуточные результаты? — Да, папенька, — девушка заерзала на стуле. — «Отлично» по всем предметам, кроме истории Империи и арифметики. — С арифметикой у тебя всегда были проблемы. — подтвердил Арон. — Возникли какие-то сложности с историей Империи? Лия обдумывала, как объяснить ситуацию отцу. — К сожалению, мы не сошлись с профессором в некоторых исторических фактах и оценке освещаемых событий, — Лия взяла чашку с кофе и сжала её в руке. — Необъективная оценка знаний? — Арон взглянул на свою дочь. — Что ж, печально. Я думал, в данном учебном заведении будут оценивать студенток по достоинству. Система образования не стоит на месте. Надеялся, что это коснется и Высшей школы. Арон достал сигару. — Лия, расскажи нам, из-за чего произошел твой конфликт с преподавателем? — он выдохнул дым. — Может, всему виной конкретная ситуация? — Я писала эссе по конфликту между Империей и Республикой, — начала Лия. — Профессор Рехенберг не оценил мою позицию. — И что же это была за позиция? — спросил заинтересованно Арон. Лия рассказала, что изначально Империи не стоило двадцать лет назад завоевывать земли, которые всегда принадлежали Республике. У государства лишь было желание получить признание на Континенте и обеспечить себе выход в море, иметь мощный флот. Но эта цена слишком высока — пострадали ни в чем неповинные люди, солдаты, сражавшиеся за свою родину. Арон внимательно её слушал. — Я понимаю твою позицию, Лия, — Арон посмотрел на свою дочь. — Но погляди на это с другой стороны. В Империи полно людей, которые хотят дестабилизировать ситуацию в стране, и, как ты понимаешь, это выходцы не из нашего государства. В мире есть черное и белое, но не забывай и про середину. В ней истинный смысл истории. Когда была война двадцать лет назад, именно республиканцы пытались совершить революцию в Империи. Они убивали высших должностных лиц, пытаясь пошатнуть наш политический костяк. — Но, отец, — Лия была в недоумении. — В различных учебниках по истории Империи сказано, что война с Республикой началась по причине начавшейся там революции. Наша страна, воспользовавшись случаем, отняла часть территории у моря. Империя хотела иметь полную власть над Заливом. — Не исключено, — Лия заметила, что ее отец поспешил закончить этот разговор. — Лия способная девочка, Арон. — вмешалась Джена. — Думаю, что оценка по истории Империи никак не повлияет на её умственные способности. Девушка благодарно улыбнулась тетушке. — Лия, как прошел Рождественский бал? — спросил Арон. — Тебе понравилось? У девушки встал ком в горле. Она вспомнила, как в танце Николай сжимал её талию, как касался губами её уха. Лию передернуло, но она взяла себя в руки. — Да, отец, — сказала девушка. — Николай пребывает в добром здравии. На торжестве также присутствовал великий князь. — Николай? — недоуменно спросил Арон. — Может быть, ты хотела сказать Его Императорское Высочество? Сердце Лии провалилось. Она поняла, что сказала лишнего. — Кажется, нам всем немного надо отдохнуть после плотного завтрака, — тут же вмешалась Джена.

***

Лия сидела на кровати в своей комнате и вспоминала прошедший разговор. Эмоции обуздали её, и она не могла подавить их. Господи, что же она наделала? А если папенька заподозрит что-то неладное? В дверь постучались. Вошла тетушка Джена. — Как дела, дорогая? — поинтересовалась она. — Попросила у Анны немного свежих фруктов. Она поставила тарелку на тумбочку. — Тетушка, мне нужно тебе кое-что сказать, — Лия перебирала складки платья. — Только можно это останется между нами? Девушка доверяла ей. За последние пять лет, которые Лия провела без отца, они очень сблизились. Она всегда делилась сокровенным и никогда не боялась, что её могут осудить. Наоборот. Тетушка всегда помогала своей племяннице советом. У Джены не было собственных детей, поэтому Лию она воспитывала как свою дочь и очень ее любила. — Лия, я все знаю. — тетушка присела рядом и тронула девушку за плечо. — Тот танец с императором... — Это не просто танец, — Лия собралась с силами, чтобы сказать это. — Мне кажется, что у него есть ко мне какой-то интерес. — Я видела эти взгляды, дорогая, — понимающе сказала Джена. — Их не спутаешь ни с чем другим. Уж поверь мне, я прожила довольно долгую жизнь. — Но что мне делать? — умоляюще спросила Лия. — У меня есть Александр, я не имею права. — Будь осторожна, моя милая, — вздохнула Джена. — Я всегда пойму тебя, но не общество. Оставайся начеку. — Надеюсь, что отец ничего не заподозрил, — сказала Лия. — А то я взболтнула лишнего. — Об этом не беспокойся, Лия, — тетушка улыбнулась. — Я ему сказала, что ты слишком устала после долгой дороги.

***

Лия проводила все свое свободное время за чтением книг и домашними заданиями, которые ей дали в Высшей школе на каникулы. Иногда она выбиралась на прогулки, надевая свое любимое черное шерстяное пальто. Это было пальто её матери, которое сохранил отец. Лия однажды нашла его в старых вещах, и оно ей так понравилось, что не та смогла больше с ним расстаться. В тот день было по-особенному солнечно. Лучи пробивались сквозь светлые шторы, освещая комнаты. Некоторые из членов семейства расположились в общей гостиной. Арон читал газету, закинув ногу на ногу, а Джена и Лия обсуждали недавно прочитанную девушкой книгу по политической мысли. — «Мудрому правителю непозволительно строить крепости», — начала читать Лия вслух. — «Ведь чем она выше, тем более ты ненавистен народу. Ибо когда народ возьмется за оружие, ему на подмогу придут другие». Она отложила книгу. — Я видела, как полиция забирала демонстрантов на Центральной площади, тетушка, — продолжила обсуждать произведение Лия. — Но их настолько мало, что они не смогут навредить Его Величеству. Девушка вдруг заметила, как Арон смотрит на них поверх газеты. — Это если держать ситуацию под контролем, — сказала Джена. — В таких случаях императору всегда нужно быть начеку. — Впервые в жизни согласен с тобой, Джена, — Арон свернул чтиво. — Лия, какие интересные вам произведения задают в Школе. Неужто студенток и правда учат политической мысли? — Да, отец, — Лия посмотрела на свои руки, в которых держала книгу. — Предмет по времени для изучения не такой небольшой, но все же он есть. В Высшей школе говорят, что мы должны знать немного о политической мысли, чтобы поддерживать беседу со своими будущими мужьями. — Ах, вот как, — вздохнул Арон. — Все-таки есть что-то сносное в вашем учебном заведении. Видимо, профессор Рехенберг у вас является исключением. Лия хихикнула и увидела, как отец улыбается в ответ. Ей сразу стало тепло на душе. Хоть это был и маленький разговор, но от него веяло какими-то искренними чувствами. Тут неожиданно постучали в дверь. Лия и тетушка посмотрели друг на друга, краем глаза девушка увидела удивленный взгляд отца. — Кто-то из вас ожидает гостей? — спросил он. Джена и Лия помотали головой. Они втроем выглянули в коридор, наблюдая как служанка Анна открывает дверь. Сердце девушки бешено застучало: на пороге стоял Александр. На нем было черное длинное пальто и такого же цвета грубые сапоги. Зеленые глаза горели огнем, а каштановые волосы были слегка растрепаны из-за ветра. Он стоял прямо перед ней: статный и высокий, сложив одну руку на груди. — Господин Карницкий, — он перешел порог и протянул руку Арону. Тот, помедлив, пожал её. — Госпожа Карницкая, — Александр поклонился Джене. — Какими судьбами пожаловали к нам? — заинтересованно спросил Арон. — Мне дали небольшое увольнение, чтобы я смог навестить родственников, — начал Александр, — и, конечно же, я не мог не посетить мою прекрасную будущую жену. Он поцеловал тыльную сторону ладони девушки. Лия не ожидала увидеть своего жениха, он в письмах не предупреждал её о скором визите. Наверное, у него такие поступки в крови. На обеде все оживленно общались, несмотря на ту неловкость, что была поначалу. Отец Лии спрашивал Александра о том, как продвигается служба, какие есть новости с приграничных территорий. Он неохотно делился подробностями, хотя его речь была настолько приятна, что никто и не замечал, что ему это в тягость. Лишь Лия сидела и смотрела на своего суженого: темные густые волосы, отдающие блеском, небольшой нос с горбинкой, острый подбородок. Грубые мужские пальцы держали вилку, а другая рука периодически поправляла прядку на низком лбу. Когда она увидела Александра, то не смогла осознать те чувства, которые испытывает к нему. Обман, манипуляции и лицемерие. Теперь он здесь, перед ней: статный и красивый. Но она все же не понимала, что сидит внутри неё. Раньше ей было жаль его, что он там, на войне, но сейчас, когда она рассматривала Александра, то поняла, что от былого сочувствия не осталось и следа. Лия никогда не забывала его поступок, который он совершил. Как ввел отца в заблуждение своим предложением руки и сердца Лие. — И тут я подумал, господин Карницкий, — Александр поднял бокал с вином. — Почему бы нам и не отпраздновать свадьбу на днях, пока я нахожусь в увольнении? Лия была уверена, что жених ожидал поддержки от ее отца. — При всем уважении, Александр, — сказал Арон. — Думаю, что вам не стоит спешить с помолвкой. Лия сейчас полностью погружена в учебу, и скорая свадьба будет только мешать этому. Глаза Александра расширились. Лия благодарно посмотрела на отца, а тот тихонько подмигнул ей. — Да, конечно, — Александр поставил обратно свой бокал на стол. Повисла тишина. Но Лия понимала, что отец был прав. Сейчас не подходящее время для брака. Ей хотелось отложить это действо на более долгий срок. — Когда закончится война, тогда и поговорим, — Арон достал сигару.

***

— Кажется, ваш отец сегодня не в духе, — сказал Александр. Они стояли с Лией в гостиной у окна. Снежинки медленно кружились за окном, создавая на земле бархатное покрывало. Солнечная погода сменилась пасмурной. — Уверена, что у него на это есть свои причины, — Лия посмотрела вдаль. Она не могла взглянуть на Александра. Лия не хотела делать вид, что все хорошо. Простых извинений от него, может быть, было и недостаточно, но это уже первый шаг к искуплению. Однако Александр ни в письмах, ни сейчас даже не заикнулся об этом. — Лия, — он взял её руку и сжал в своей ладони, — я соскучился. — Пытаетесь делать вид, будто вы ничего плохого не сделали? — выпалила Лия. Александр удивленно посмотрел на нее. — Вы обманули моего отца сказав, что я приняла ваше предложение руки и сердца. Но до этого я предельно ясна высказала свою позицию. Не хотите объясниться? Лия заметила, что ее жених растерялся. Он отпустил руки Лии, посмотрев в окно. — Не думал, что вы такая злопамятная. Девушка крайне удивилась. — Злопамятная? Александр, вы поступили не как благородный господин, а как безвольный мужчина. Зачем все это нужно было? Александр оперся рукой о стену и наклонился к уху Лии: — А вам лучше бы было с господином Текслером, госпожа Карницкая? Я так не думаю. Еще скажете мне спасибо за то, что я вас спас от этого старикана. И прошу, давайте больше не поднимать эту тему. Вы скоро станете моей супругой. Обязуйтесь слушаться вашего мужа. Лия заметила, что Александр выглядел очень грозно. Она сглотнула. Душа провалилась куда-то в пятки. Этот человек дал ей понять, что теперь она принадлежит ему. И весь этот обман теперь позади. Она медленно кивнула. — А то, что свадьбу отложили, конечно, меня расстроило, — продолжил Александр как ни в чем не бывало. — Мое сердце сейчас не на месте от этого. Лия удивилась такой перемене настроения. Лицемер и манипулятор. Девушка хотела мысленно дать ему пощечину. Она решила немного подыграть, но ненавязчиво задеть: — Александр, это честь для меня, что вы посетили наш дом. И польщена, что вы хотите в скором времени организовать торжество по случаю нашей свадьбы. Но времена, увы, тяжелые и не позволяют моему сердцу искренне веселиться и радоваться за нас. Он вдруг опешил от такой откровенности. — Да, война, — Александр о чем-то размышлял. — Уже есть первый пострадавший. Он указал на свой шрам на подбородке. — Пуля прочертила, представляете? — Он говорил об этом с восторгом, но резко его взгляд потемнел. — Еще чуть-чуть и... Александр резко наклонился и поцеловал Лию. Его обуздали эмоции. Он сжал свои крепкие ладони на ее талии. Лия коснулась жестких губ Александра, но не поддавалась в ответ на его поцелуи. Ей было очень противно и плохо от этого. Она выставила руку вперед, надавив на его грудь. — Александр, пожалуйста. Папенька или тетушка могут увидеть нас. Лия заметила, что в глазах Александра разгорелся неведомый ей огонек. — Вы почти моя, госпожа Карницкая, — выдохнул он ей в губы. — Вам отец теперь как вторая семья. Я же всегда буду на первом месте. — Но сейчас вы в доме моего папеньки, — гордо ответила Лия. — Не думаете, что он может быть зол? — Наивная-наивная Лия, — он покачал головой. — Вы пробуждаете во мне совсем не уместные чувства. Александр снова попытался ее поцеловать, но Лия увернулась. Он странно посмотрел на нее. — Давайте присядем, — предложила она. — Расскажите мне о ваших делах на фронте. Лия заметила, что Александр пожал губы, но прошел к дивану в гостиной. — Дела как дела, — он сел и развел руки в стороны. — Что вы хотите от меня услышать? — Вы писали, что положение на поле боя очень печальное, — она чуть отодвинулась от него, но постаралась делать заинтересованный вид. — Хотелось бы узнать побольше об этом. — Республиканцы застали нас врасплох. Но нужно время. И я верю, что Его Величество сделает все для победы. Так думает каждый солдат. И мы одержали невероятную победу на Мысе. — Что вы говорите? — Лия продолжала играть свою роль. — Я искренне рада. Она заметила, что Александр выглядел задумчивым. — Кстати, об этом. Послезавтра пройдет торжественная встреча с императором в Гранатовом дворце по данному случаю. Самых лучших будут награждать орденами за отвагу. И я хочу, чтобы вы присутствовали со мной, как будущая супруга. Лия замерла. Церемония награждения? И Николай будет присутствовать там. Она не знала, что и думать. С одной стороны, император увидит ее с Александром и поймет, что она действительно принадлежит другому. Но с другой. Лия хотела снова увидеть его взгляд. Что он предпримет теперь? Все это словно театр. Представление вызывало противоречивые чувства, но хотелось все дальше и дальше смотреть на сцену. Тот танец до сих пор не отпускал ее. А душа металась в агонии. Выходить замуж за нелюбимого, который добился этой помолвки обманом или досмотреть представление и погрузиться в невероятную пучину эмоций? Но если Александр так с ней поступает, то почему она не может? Эта мысль заставила Лию одернуться. Нет, нельзя. Она будет верной супругой. А, может, нет?