Глава 10. Об открытиях

На следующий день после занятий Лия осталась одна в комнате. Гувернантка ушла на прогулку. Она звала с собой Лию, но та отказалась. Девушке не терпелось прочитать ту книгу, которую ей дала Лиза. Лия медленно достала её из тумбочки. Пальцы предательски дрожали. Она понимала, что сейчас сделает что-то противозаконное и пути назад не будет. Но ей хотелось открыть тайны и понять мотивы Лизы. Неспеша она стала перелистывать страницы. Бумага шелестела под напряженными пальцами, сердце бешено стучало. В один момент она подумала, что это начало чего-то нового, неизведанного. Но в то же время Лия переживала, что её могут вычислить, найти книгу. Мысли переплелись между собой. Она перелистнула первые страницы и стала читать. Книга была больше похожа на вырезки каких-то идей и мыслей, которые собрали воедино в одном произведении. Слог будто обволакивал и затягивал, Лия невольно зачиталась. Мы — тайное общество «Красная орхидея» стремимся к перемене порядка и полной смене власти... Положение в Империи шаткое. И тому есть определенные доказательства: — забастовки рабочих; — молодой император, который не несет наследие своего отца, а делает все по-своему, принимая необдуманные реформы; — отсутствие право голоса для студентов, молодежи и определенного круга рабочих и крестьянства; — роль Парламента как органа незначительное, что позволяет говорить о неуважительном отношении императора к мнению общества и др. Многие слои общества, особенно дворянство, хорошо живут при своих поместьях, радуясь жизни, но не обычные граждане. Они мучаются и страдают, сберегая каждую монету... Лия встрепенулась. Она никогда не задумывалась о низших слоях общества, их укладе жизни. А ведь основной процент в государстве составляют рабочие и крестьяне. И некоторые из них живут впроголодь. Девушка подумала о Николае. Наверное, еще рано говорить о том, какой он правитель и что из себя представляет. Даже открытие Высшей школы – не заслуга Николая. Это заслуга его отца, императора Алексея III. Просто многие почему-то приписывают эту реформу нынешнему государю. Вынырнув из своих мыслей, Лия продолжила чтение. Ей не терпелось узнать, что будет дальше. ...Поэтому мы предлагаем следующее: — Сделать Империю республикой; — Ввести право голоса для молодежи, студентов и других слоев населения; — Отменить имущественный ценз для участия в голосовании; — Изменить Конституцию; — Предоставить бесплатные земли крестьянам... Лия отложила книгу. Ей показалось, что в некоторых идеях мелькают нотки максимализма. Она провела пальцами по обложке. Внутри бушевали противоречивые чувства. Ей казалось, что это так далеко от нее, и ей не стоит касаться вообще данной темы, но с другой – это люди Империи, которые являются такими же обычными гражданами, как и она. И если в государстве наступит равенство и порядок, то, возможно, станет жить лучше всем. Лия помнила, что в Республике тоже произошла революция, хотя более двадцати лет назад там процветала монархия. Но она не знала, что сейчас происходит там. В Империи делают все для того, чтобы отгородить население от какой-либо информации о другой стране. Есть ли в этом какой-то явный мотив?

***

Николай стоял на небольшом возвышении Центральной площади. Отправлялись очередные полки на зону боевых действий. Совсем скоро состоится решающая битва, которая должна предопределить дальнейшую судьбу всего хода войны. Серые облака медленно плыли по небу. Дул легкий ветер и медленно кружил снег. Как будто сама природа оплакивала солдат, которые отправлялись на фронт. Бойцы отчеканенным шагом шли по брусчатке, оттачивая каждое движение. Их головы были повернуты вправо, на Императора. Николай смотрел на них сверху вниз, ощущая свое могущество перед этими людьми. Он жаждал победы. Любой ценой. Вокруг площади также столпилось большое количество народу. Кто-то выкрикивал имена своих близких, провожая их, возможно, в последний путь, а кто-то тихо плакал. Женщины махали белыми платочками, попутно вытирая слезы. Солдаты остановились посредине площади. Все замолкли. Возвышаясь на пьедестале, Император начал речь: — Дорогие бойцы! Мы осознаем, какую жертву вы приносите, отправляясь на фронт. И вы знаете, что данная она не будет забыта на многие века. Мы с гордостью провожаем вас и верим, что каждый солдат вернется целым и невредимым. Да хранит вас Господь. Все солдаты прокричали три раза «Ура!». Но вдруг что-то поменялось. Люди, стоявшие вокруг площади, стали агрессивно себя вести, выкрикивая какие-то неразборчивые, но явно враждебные речи. Николай расслышал несколько из них: — Император поплатится! Это не наша война! — Мы не должны отправлять своих родных на эту бойню! Сердце Николая бешено застучало, а душа ушла в пятки. Он никогда и не мог представить, что что-то подобное могло произойти при его правлении. Ведь его любят и боготворят. Он быстрым шагом подошел к краю пьедестала, охрана огородила его от всех остальных людей. Несмотря на мороз, он чувствовал сквозь перчатки, как кожа становилась горячее и горячее. На лбу выступили капельки пота. Император не успел ничего сделать, как перед ним возникла страшная картина: вдалеке толпы людей откинули гвардейцев и направлялись прямиком к Гранатовому дворцу. Все происходило молниеносно. Охрана мигом нацелила на них свои оружия, но разъяренный народ будто бы этого не замечал, продолжая все сметать на своем пути. Они кричали, толкались, стрелою направляясь к воротам дворца. Какая-то часть толпы, не желая участвовать в этом, хотела было бежать, но их подхватывало волной нарастающей кучи людей. Они не могли выбраться. Некоторые люди падали и их затаптывало. Солдаты, которые только что по стройке синхронно оттачивали шаг, были в растерянности от происходящего: кто-то не мешал бушующей толпе, кто-то был в эпицентре событий, а некоторые пытались успокоить взбунтовавшийся народ без применения оружия. Но все было тщетно. Людей становилось все больше и больше. Они появлялись из ниоткуда, окружая пристанище Императора. Среди криков были слышны какие-то неразборчивые фразы. Некоторые из толпы скандировали лозунги: — Долой войну! Долой власть! Остальные подхватывали эти слова и гул нарастал с невероятной скоростью. Теперь Николай отчетливо все слышал. Он был напуган. — Ваше Величество, пойдемте, — один из советников появился рядом с ним. — Похоже, кто-то устроил диверсию. Но Николай смотрел, не отрывая взгляд. Дыхание участилось. Его зрачки были максимально расширены. Он смотрел на этот всепоглощающий хаос, не веря в происходящее. Николай знал, что неконтролируемая толпа — самое страшное, что может случиться. Они хотят его свергнуть?! Как они вообще могли думать об этом?! Ведь его боготворят, верят в него. Вдруг он заметил, как гвардейцы подходили все ближе и ближе к толпе, готовые выстрелить в них в любой момент. И тогда начнется кровавая бойня. — Не стрелять! Только по моей команде! — крикнул он. Передав поручение, гвардейцы лишь угрожая оружием, начали двигаться прямиком к разъяренной толпе. Кто-то выстрелил в небо. Раздался хлопок. Это был предупреждающий сигнал. Скандирования прекратились, люди кинулись в рассыпную. Ветер усилился. Началась массовая давка. Еще хуже прежней. Медленно идущий снег превратился в стаю острых иголочек, который больно бил по лицу. — Ваше Величество, вы должны быть в безопасности, — настойчиво, но мягко сказал советник. — Вам нельзя здесь находиться. — Я в безопасности, — машинально сказал Николай. — Здесь охрана. Никто меня не тронет. — При всем уважении, Ваша Светлость, — твердо произнес советник, — у кого-нибудь может оказаться оружие. Вам лучше пойти внутрь. Нечего смотреть на этих разъяренных людишек. — Ты думаешь, они просто так взбунтовались?! — Николай повернулся, в лицо бил снег, его волосы были растрепаны, а взгляд полон ярости и в то же время растерянности. — Что-то здесь не так... Николай не успел договорить и стал направляться к двери. Но тут неожиданно раздался резкий взрыв. Всех тряхнуло. Император отлетел в сторону, пытаясь за что-то ухватиться, но упал на землю. Советника повлекло за ним. Последнее, что он услышал, были отчаянные крики и стоны людей. Недалеко виднелось густое облако дыма.

***

На горизонте маячил кровавый закат. Его лучи рассекали тусклое небо. Лия вышла в сад, который находился при Высшей школе. Она вдохнула морозный воздух и расслабилась. Но внутри все еще пульсировала мысль о нескольких прочитанных страниц книги, которую ей дала Лиза. Вдруг вдалеке она услышала взрыв. Девушка замерла. Несколько человек, которые находились неподалёку также обернулись в предполагаемую сторону. Она резко сорвалась и побежала в сторону Центральной площади. Ветер рассекал волосы, а подол платья путался в ногах. Но Лия внутри чувствовала, что случилось какое-то несчастье. Оказавшись на месте, девушка увидела страшную картину: вдалеке рассеивалась дымка, а в центре лежали люди. Точнее, их трупы. Взгляд мертвецов застыл и был направлен куда-то в небо. Остальные выжившие пытались помочь раненым. Солдаты ходили взад и вперед для оказания необходимой помощи. Девушка замерла и прижала кулак ко рту, по щекам потекли слезы. От бега пальто расстегнулось, а платье волочилось по брусчатке. Чем ближе она подходила, тем ужаснее перед ней представала картина. Также практически в центре площади она заметила огромную дыру, похоже от взрыва. Вдалеке виднелись искорёженные куски брусчатки. К ней подошёл императорский гвардеец и попросил отойти. Лия встала как вкопанная, продолжая наблюдать за происходящим. Молниеносно она подняла глаза на пьедестал, который несколько возвышался над Центральной площадью. Там была суматоха. Ей показалось, что там было не меньше пяти людей. Они кого-то поднимали. Лия сглотнула. Это Николай. Внезапно она поняла, что хотела бы оказаться рядом с ним и помочь. Но император даже не предполагает, что она стоит здесь, совсем близко. Лия опустила взгляд и стала наблюдать за происходящим. Вдалеке виднелись кареты скорой помощи. Распластавшиеся тела оставляли за собой следы густой алой крови. Другие люди были настолько изуродованы, что девушку невольно затошнило, она отвернулась. Слёзы капали на землю. Внутри она ощущала жалость к пострадавшим и погибшим. Эмоции перебивали одна за другой. Ей казалось, что это длиться бесконечно. Сердце бешено выпрыгивало из груди, поток слез уже невозможно было остановить. Лия до конца не могла осознать, какая чудовищная картина перед ней предстала. — Лия? — кто-то окликнул её. Девушка обернулась, попутно вытирая слезы и увидела Майю и Лизу. Подруги мигом бросилась к ней и обняли. — Что здесь произошло? — Майя выглядывала из-за спину подруги на площадь, — О, Господи! — Откуда вы здесь? — М-мы были неподалеку и услышали шум. — пробормотала Майя. — Боже, не видела никогда ничего подобного... — Дамы, вам лучше покинуть площадь, — к девушкам снова подошел императорский гвардеец. — Здесь может быть небезопасно. Они медленно брели по улице, постоянно оборачиваясь. Врачи осматривали трупы, раненных проверяли на месте, кого-то отправляли в карету скорой помощи. Слышались разговоры, хрипы и стоны. Чем дальше они отходили, тем ужаснее Лия себя ощущала. Пока они шли, девушка заметила, что Лиза была погружена в свои мысли. — Там был император, начала вдруг Лия. — Кажется, он пострадал. После этих слов Лиза как будто отгородилась от этого мира, ее взгляд потемнел. — Ты в порядке? — спросила она у подруги. Майя тоже повернулась к ней с непониманием. — Просто задумалась, — бросила Лиза. — И кто такое мог совершить? — Дед говорил, что в Империи еще остались тайные общества, которые желают зла государству, — сказала Майя. — Может, это их выходки? Лия заметила, что выражение лица Лизы изменилось. Будто она что-то просчитывала или пыталась отгадать загадку. Подруга не так просто дала Лие ту книгу. Если это некий трактат тайного общества «Красная орхидея», то, несомненно, Лиза является его частью. Она только сейчас это поняла. — Я знаю, что произошло, — встрепенулась Лиза. Майя и Лия заинтересованно посмотрели на нее. — Это был теракт. — Но… — начала Лия. — Место массового скопления людей, сильный взрыв. Император в зоне досягаемости. — Лиза отчеканивала каждое слово. — Кто-то очень хорошо постарался это организовать. Но для чего? Майя и Лия молчали. Лиза так говорила, словно видела такие происшествия каждый день. Но сейчас им было не до обсуждений. Лия дрожала, а Майя выглядела так, будто расплачется. — Мне страшно… — зарыдала она. Лиза и Лия мигом обняли подругу. Они стояли недалеко от Центральной площади, продолжая слышать стоны людей.