Глава девятая. По ту сторону баррикад.

      – Ваша тактика, Майор, принесла плоды…       Алисия потягивала чай, рассматривая фигуру в белом костюме и в круглых очках арийской наружности. Оно и неудивительно, ведь этот мужчина, пришедший за несколько часов до поднятия барьера, прибыл из Германии, как последнее подкрепление среди наемников. Хотя его группа и не входила в состав уже прибывших и являлась отдельным подразделением под названием “Последний Батальон”. Немец вел за собой небольшую группу вампиров и оборотней, измененных с помощью мутагенов как магической природы, так и созданных с помощью науки. Однако от него самого разило эликсирами и машинным маслом.       Сама принцесса кровососов приехала в Англию в надежде изменить судьбу своей расы. Человечество все сильнее разрасталось как в количестве, так и в технологиях. Последние несколько десятков лет их поджимали Маги-Охотники с одной стороны и спецслужбы маглов с другой. Теперь даже поесть нормально нельзя, чтобы не выехал отряд убийц. А ведь это в относительно безопасной Румынии!       Но чем дальше, тем меньше ей нравилась вся эта ситуация. За несколько месяцев темные волшебники все сильнее и сильнее разжигали пламя войны, втягивая в эту адскую круговерть всех, до кого могли дотянуться. И все же Алисия продолжала участвовать в этом беспределе, потому что на плечи девушки возложены судьбы и надежды рода. Отец уже давно махнул на все рукой, перейдя на кровь животных. А из родового замка он сделал отель для иных видов! Злоба буквально раздирала, стоило вспомнить про этот позор, однако приходилось сдерживаться, чтобы не начать крушить все, что попадало под руку.       Этот же блондинчик, коего практически сразу же допустили во внутренний круг выглядел невероятно подозрительно. Его предложения по выкуриванию сопротивления порой вызывали отвращение даже у вампира. Казалось, что фашисты продолжали работать точно так же, как и на полях Второй Мировой “отрывались” бойцы SS. Применение артиллерии, ядовитых веществ, в целом оружия, запрещенного Женевской конвенцией – только ядерных бомб не хватало для полноты картины.       Сейчас же шло обсуждение по поводу остатков недобитых авроров. То, что среди убитых не оказалось ни одного члена Ордена Феникса – настораживало. Сидящий во главе стола лысый мужчина едко усмехнулся.       – Все это из-за того, что вы заигрались в грязных маглов, – буквально сплюнул Волан-де-Морт. – Зачем эта вся неэффективная ерунда, когда есть старая добрая “Авада”? На худой конец “Адское пламя” или “Проклятый холод”.       – М-да? – Майор выгнул бровь. – Знаете, дорогой мой друг, насколько скудна и скучна ваша магия по сравнению с настоящим оружием? Может ли она показать всю красоту расстрелянных детей, женщин, стариков? Или же лицо, искаженное от страданий, надышавшегося хлором солдата? А свист падающих бомб на спящий лагерь? Конечно, волшебство можно вплести в симфонию войны, но лишь как один из многочисленных инструментов.       Немец встал с места и подошел к карте Великобритании, висящей на стене. Черными крестами на ней отмечены уничтоженные базы, а синим – зоны поиска. Несколько минут понадобилось, чтобы он продолжил.       – Господа, мне нравится война, – мужчина поднял голову к потолку. – Господа, мне нравится война… Господа, я люблю войну!       Слушатели невольно засмотрелись, как этот хлыщ в белом костюме воздел руки вверх.       – Люблю геноцид, люблю блицкриг, люблю наступление, люблю оборону, – слова сливались в симфонию, буквально рисуя картины безо всякого волшебства, – люблю осады, люблю прорывы, люблю отступления, люблю зачистки, люблю поражения… – короткий вдох создал небольшую паузу, но стал лишь прилюдией к следующей тираде. – На полях, на улицах, в окопах, на равнинах, в тундре, в пустыне, на море, в небе, в грязи, в болоте. Я искренне люблю все виды войны, которые можно устроить на этой планете! Люблю оглушительный грохот артиллерии, разрывающей построения противника на части... Когда вражеские тела взлетают в воздух, а потом мелкими кусочками сыплются на землю – моё сердце поёт! Люблю, когда наш «Тигр» с его 88-ми миллиметровым орудием... сходится с вражеским танком! До чего же приятное чувство, когда они выпрыгивают из танка, чтобы погибнуть под огнём! Люблю, когда пехота бросается на вражеские ряды в штыковую атаку. Меня трогает вид новобранцев, испуганно тыкающих штыками снова и снова в тело давно мёртвого врага. А вид повешенного на столбе дезертира вызывает странное возбуждение. И до чего же восхитительно визжат вражеские пленные, в унисон с визгом пулемёта, которым я их выкашиваю. А это жалкое Сопротивление, которые дрались с нами во дни нашей славы, хотя и были отвратительно вооружены. Я даже помню как шрапнельный снаряд из «Доры» весом 4,8 тонн снёс их город! Люблю, когда советские солдаты впадают в панику. Когда деревня, которую они защищали, была разрушена, а женщины и дети несколько раз изнасилованы... Как же они расстроились…       Слова стихали, но яркие образы продолжали будоражить фантазии. Тень ухмыльнулась, наблюдая за этим безумцем. Ее Темный Лорд проигрывал этому “пришельцу” из прошлого, что каким-то образом застал Вторую Мировую. Однако это оказалось не все.       – Господа, мне нравится война, – продолжил Майор Максимилиан Монтана уже тише и спокойней. – У меня был мой батальон. Последний Батальон отборных головорезов, прошедших через Ад. Но им повезло встретиться с “Черными шинелями” Советов незадолго до начала всего этого и пасть в бою.       Он резко развернулся, выхватывая свой “Вальтер” из кобуры и наставляя тот на Реддла.       – Давай, маг, проверим, что сильнее: твое заклятие или мой пистолет!       Волан-де-Морту не понадобилось повторного приглашения. Он вскинул палочку и зеленый луч “Авады” рванул в сторону фрица. От удара мощного потока маны блондина буквально откинуло в стену. С поникшей головой и раскинутыми руками сидящее тело походило на лишенную нитей марионетку. Но вот что странно – “Вальтер” продолжал сжиматься ладонью упитанного магла.       Неожиданно наемника мелко затрясло. До слуха собравшихся донесся смех, что медленно но верно становился все громче, перерастая в жуткий, безумный, хохот. Макс откинул голову, продолжая буквально ржать. А после резко замолк, вновь вскидывая оружие. Прогремело несколько выстрелов, но лишь одна пуля пролетела настолько близко, что лишь поцарапала лицо магу.       – Ой-ой, – мужчина принялся подниматься, – стрельба – не моя сильная сторона.       Под шокированные взгляды Майор поднялся, небрежно сунув оружие в кобуру. У магов никак не могло уложиться в голове главное:       – Как ты выжил? – озвучил один из Пожирателей, тыкая трясущимся пальцем в того, кто обязан быть мертвым.       – В смысле – как? Ах, да, – лицо фрица растянулось в злорадной улыбке, – это же ваша великая “Авада Кедавра”... Только вот беда: то, что мертво – умереть не может.       – Бред! Не шути со мной, – наконец пришел в себя Реддл. – Даже нежить…       – Но-но-но, – покачал пальцем блондин. – Ты такой же, как наш дорогой и ныне покойный фюрер. Я навел справки, так что более чем уверен. Вы пытались найти бессмертие в магии, которая за последнее столетие застыло в развитии, – он принялся расхаживать перед столом совещаний, будто учитель перед классом. – Однако истина кроется не в концентрации на чем-то одном, а в симбиозе. Когда-то, давным давно, весною сорок пятого, передо мной встал выбор: отречься от человеческой сущности и стать вампиром или же влачить существование калекой. Но вот он я здесь, без клыков и целый. Как? Ответ прост: слияние волшебства, механизмов и плоти. Хотя последняя все же слаба, так что в целом остался лишь живой мозг.       Отвратная улыбка этого чудовища вновь озарила лицо. Теперь, когда его сущность всплыла наружу, многие оказались шокированы. Алисия наконец поняла, почему не ощущала не сердцебиение, а какой-то механический стук. Сам же Лорд чувствовал омерзение и… возбуждение. Бессмертное тело, о котором он жаждал – возможно. Но какой ценой? Использовать магловские изобретения? Отвратительно, но… ***       Холодный октябрьский ветер пробирал до костей. Энди Фокс кутался в шинель, зевая от усталости. Часы показывали приближение полночи. До конца караула оставалась пара десятков минут. Новое правительство хоть и пугало, но страна продолжала функционировать. Хотя оставались и те, кто пытался бросить вызов Хозяевам, так что пока недостатка в корме для вампиров и оборотней не имелось. Страшно подумать, что случится дальше…       Магия… Принять существование такого первое время было сложно. Однако демонстрации в качестве оружия, превращающиеся в волков существа, поднимающаяся после укусов нежить заставили понять, что теперь такова реальность. Солдат поежился, но от холода или накатившего ужаса – непонятно.       Со спины раздался скрип гальки. Мужчина развернулся, вскидывая автомат и включая подствольный фонарик:       – Стой, кто идет?       В пятне света оказалась фигура в гражданской одежде, прикрывающая лицо. Но видимая часть позволила определить вторженца: бывшего сослуживца Стивена Уилсона. Он оказался тем, кто перешел на сторону отщепенцев, именуемых себя сопротивлением.       – Не думал тебя тут встретить, – усмехнулся Фокс, не сводя дула автомата с вторженца.       – А ты, Энди, решил продаться новым хозяевам? – Уилсон медленно поднял руки.       – Уж лучше так. Знаешь, я бы мог тебя отпустить, но…       – Вероника, – вздохнул мужчина в штатском.       – Угадал. Если бы она выбрала меня, Стив, то ты бы сейчас убегал, а я сообщал о том, что ничего не обнаружено. Но теперь за твою шкурку я получу три десятка серебряных монет от магов.       Уилсон покачал головой. Увы, таких, кто готов продать даже мать родную за деньги, повылазили изо всех щелей. А тут еще примешивалась ненависть из-за того, что женщина, которой Фокс хотел обладать, ушла к другому. Тем более к тому, кого сейчас держали на мушке.       Энди продолжал смаковать своей вседозволенностью и не заметил, что на деле контролирует ситуацию не он. В спину прилетел сгусток магической энергии, оказавшийся “Петрифик Тоталусом”. Его тело моментально задеревенело и готовилось рухнуть, но подскачившая пара человек успела перехватить как его, так и оружие, не дав шумом выдать позицию. Тот, кто поймал Фокса, вытащил из-за пояса нож и резко провел по горлу парализованного. Обездвиженный мужчина, что не в силах был даже замычать, так и задохнулся от крови, заполнившей легкие.       Стивен лишь покачал головой, когда прошел мимо остывающего трупа. Время сожаления прошло, ведь если они не пополнят боеприпасы, которые маги сейчас левитировали со склада, то когда за ними придут – нечем будет отбиваться от чертовой нечисти. А становиться чьим-то кормом или того хуже – ожившим трупом, он не хотел. Энди Фокс сам выбрал свою судьбу и уже расплатился за это. Как и Уилсон заплатит, стоит прийти назначенному часу.