Глава одиннадцатая. Хитиновая клетка.

      – London Bridge is falling down Falling down, falling down London Bridge is falling down My fair lady…       Кровь продолжала стучать в ушах, пока грудь тяжело вздымалась.       – Build it up with iron bars Iron bars, iron bars Build it up with iron bars My fair lady…       Карта просвистела буквально в миллиметрах от уха, поцарапав кожу потоком воздуха. Небольшой лист, который оказался создан из металла, а не картона, вонзился где-то на треть в бетонную стену.       – Iron bars will bend and break Bend and break, bend and break Iron bars will bend and break My fair lady…       Тубалкаин загонял Поттера, напевая детскую песенку. Он шел медленно, с ленцой, выкуривая одну сигарету за другой. Жертва уже никуда не денется. Даже странное насекомое не настолько сильно мешало, как могло показаться поначалу. А чтобы никто не помешал ловить мальчишку, Рип забралась на вышку, готовясь отправить свинцовый шарик, заряженный маной, в любого приближающегося.       Можно, конечно, схватить пацана без этого всего, но тогда в чем смысл? Вампир уже устал жрать безвольных овец. И вот, наконец-то, появилась возможность поохотиться на мага, что проявлял хоть какую-то активность. ***       Гарри врезался спиной в стену, пытаясь отдышаться. Последние минут двадцать парень жалел, что в “Люмос” лишь испускает свет, но не имеет ультрафиолетовой составляющей. А еще, что на этой базе не установили лампы, излучающие такое свечение, потому как достать их сейчас очень непросто. Нужно срочно решать, что делать дальше. Имелся у него один вариант, однако слишком рискованный.       Дело в том, что юноша не по годам очень силен. И именно это являлось главной проблемой. Неподготовленное тело и ядро уже не раз подвергались огромным нагрузкам не по возрасту. То теневое пространство, что он уже разворачивал уже два раза, обычно подвластно магам, куда более старшим. “Прорыв дракона”, о котором его предупреждали Чисато и Нурарихён, должен случаться куда позже, после множества тренировок и медитаций, а также необходим определенный набор эликсиров, коими буквально пропитывалось тело на протяжении десятков лет их принятия.       Тогда, на четвертом году обучения, Поттер рисковал не по детски, применяя эту способность, что получена от контракта с Хари. Но в тот момент им двигал страх за подругу. Как и сейчас. Ведь даже если с гулями удасться справиться своими силами, однако с этими вампирами непонятно, что делать.       Секунда. Другая. Мысли роились в голове. В памяти всплывали слова кицунэ о том, что одно или два применения в ближайшие лет пятьдесят – и ядро просто разорвет. О такой возможности она знала не понаслышке, а от своего брата, Сеймея. Тот, конечно, не проводил таких опасных экспериментов на себе, но не зря он являлся гением в онмё.       Время утекало как вода. Решать надо здесь и сейчас. Неожиданно на ум пришло то чертово пророчество. То, что испоганило всю жизнь и лишило родителей. Неожиданно на всю опасность стало… наплевать. Выживает или нет, уже неважно. Главное – спасти друзей. А если Гарри тут умрет, то освободится от этого треклятого предсказания. Так что глубокий вдох и…       Сначала ничего не произошло. Хотя отклик от Хари был стабильный. Та при всем желании не могла не повиноваться приказу из-за контракта. А затем время принялось замедляться. Что-то нарушало естественный ход вещей. Юноша не мог двинуться, лишь наблюдать. А посмотреть было на что.       Пространство хрустнуло, потрескавшись, будто разбитое стекло. Небольшой его кусок выпал, разлетаясь на мириады осколков, обнажая странный механизм из кучи огромных шестерней, облитых вязкой тьмой. Но продлилось это недолго, ведь стоило моргнуть, как картинка изменилась. Теперь по ту сторону оказался небольшой и уютный кабинет.                   Огромный резной стол, как и пол вокруг, буквально устланы скомканными листами. А над всем этим бардаком, склонившись, восседала Тень, Джоан Роулинг, вооружившаяся ручкой. “Лилиан Стоун и Новая надежда”. Этот текст удалось разобрать перед тем, как это странное видение пропало, а время вновь начало набирать скорость. ***       Альгамбра довольно пыхнул сигаретой. Мальчишка спрятался за углом ближайшего здания и пока не собирался уходить. Вампир слышал его тяжелое дыхание и сердцебиение. Странное насекомое тоже исчезло. Казалось, что жертва утратила желание сражаться. Если так, то печально.       Неожиданно инстинкты взвыли, будто дурные. Последний раз он такое чувствовал, когда столкнулся с боевым монахом из Советов. Но то был старый опытный борец с нечистью, а тут – сопляк, что еще и школу не окончил. “Такого просто не может…” – Тубалкаин не успел закончить мысль, как из-за угла рванул поток непроглядного мрака. Непроглядного для вампира, что попросту не может быть. Что мужчина и озвучил одним ёмким словом “Scheisse”. Добыча-то оказалась с зубками.       Тьма поглотила все вокруг. Резко пропали все звуки и запахи. Вместо них немец стал ощущать поток сконцентрированной ярости и ненависти. Вот только они исходили явно не от мальчишки. Альгамбра выхватил по десятке карт в каждую руку, заряжая те маной и бросил их веером. Светящиеся в черноте прямоугольники разлетелись во все стороны, однако те, что должны были попасть в стену, не встретили сопротивления.       “Реальность или иллюзия?” – пижон выплюнул окурок, медленно отступая назад. Подобное искажение пространства ему встречалось, но в меньших масштабах. Если это правда оно, то можно просто добраться до границы и продавить барьер своей силой. Если же морок… “Да чего гадать?” – вторженец полоснул ладонь своим же оружием, однако боль, уже начавшая затухать вместе с заживлением пореза, не изменила ничего.       Со спины неожиданно ощутилась слабая жажда крови мальчишки. Как тот там оказался – непонятно. Вампир резко развернулся, блокируя удар катаны. Но вместо ответного удара пришлось уходить от летящего во фрица талисмана. Что бумажка делала, Тубалкаин проверять не хотел. Самое неприятное, что парнишки на том месте уже не находилось.       Следующая атака вновь оказалась направлена в спину, но в этот раз мужчина был готов, так что успел перехватить клинок левой рукой, а правой попытался полоснуть юнца с помощью карты. Тот же поступил нестандартно: Поттер отпустил оружие, вновь растворяясь во тьме. И тут до слуха фашиста донеслась песня. Голос явно женский, но какой-то… щелкающий. Певший явно насмехался над пришедшим сюда врагом:       – Twinkle, twinkle, little star, How I wonder what you are! Up above the world so high, Like a diamond in the sky…       Что-то в этой колыбельной казалось пугающим. Тембр ли неизвестного или протяжное, надрывное пение – неизвестно, но вампиру резко стало неуютно. И каждая строчка сопровождалась атакой. Вот только теперь это были не только прямые удары.       – When the blazing sun is gone, When he nothing shines upon, Then you show your little light, Twinkle, twinkle, all the night…       Из глубины тьмы в мужчину летело пять талисманов. Он бросил в них свои карты. Однако парень не остановился на достигнутом, и пока вторженец сконцентрировался на одной цели, Гарри отправил шестую бумажку из “слепой” зоны. Альгамбра успел лишь повернуть голову. Японское заклинание, записанное на полоске, вызвало разряд тока при соприкосновении с противником, так что катану пришлось отпустить. Та тут же исчезла во мраке.       – Then the traveller in the dark Thanks you for your tiny sparks; He could not see which way to go, If you did not twinkle so…       Следующая порция началась также с заклинаний, но тут уже примешалась и английская палочковая школа. Теперь вампиру пришлось противостоять паре “Ступефаев”, которые были брошены с разных направлений, нескольким прокля́тым белым полосам, и удару практически в лицо.       – In the dark blue sky you keep, And often through my curtains peep, For you never shut your eye 'Till the sun is in the sky…       – Да как ты меня достал! – Альгамбра взбесился и сам начал раскидывать карты во все стороны, надеясь попасть в наглого мальчишку.       – As your bright and tiny spark Lights the traveller in the dark, Though I know not what you are, Twinkle, twinkle, little star.       Парень припал на колено где-то в стороне. Пижон в белом костюме все-таки достал его. По одежде Поттера текла кровь от нескольких порезов. Тот тяжело дышал, опираясь на клинок, вонзенный во мрак.       – Вот ты и попался, сопляк, – Тубалкаин вновь натянул маску балагура, прикуривая сигарету. Хотя если положить руку на сердце, бой ему даже понравился. Юнец смог развлечь вампира.       – Значит, вот какой мой предел, – вздохнул Гарри.       Вот только мужчине не понравился тон. В нем не ощущалось страха. Жертва почему-то произнесла это ровно, будто сейчас шел не бой на смерть, а простая тренировка.       – Жаль. Значит надо больше стараться. Хари, теперь он твой.       Гриффиндорец тяжело поднялся, закидывая клинок на плечо и развернулся. На глазах у удивившегося от такой наглости вампира, мальчишка побрел куда-то во тьму, медленно в ней растворяясь.       Альгамбра тут же бросился ему вслед, но наткнулся на странный барьер. Из мрака стал появляться хитиновый экзоскелет того самого насекомого. Тело сколопендры начало медленно сжиматься вокруг жертвы. Фашист попытался отступить, прыгнув вверх, но наткнулся на скопление отвратительных лапок. Ни карты, ни удары не брали броню противника.       Мужчина продолжал биться в этой импровизированной клетке, как вдруг по ноге что-то проползло. И еще. И еще. Он рванул штанину и увидел, как к голени прицепилось несколько многоножек, что перемещались все выше. Попытка их стряхнуть не приводила ни к чему, ибо на место одной наползали пять.       Будь это обычными насекомыми, вампир бы их давно передавил, однако, казалось, что они появляются буквально из мрака и куда крепче уже виденных сколопендр. А в это время многоножки поднимались все выше и выше. И вон они уже ползали по лицу, проникая в рот, нос и уши. Порождения тьмы начали медленно, нехотя, вгрызаться в плоть Альгамбры.       – Знаешь, упырь, – голос раздался где-то в глубине мозга, куда уже успела проползти одна из сколопендр, – ты выбрал не ту цель. И если бы, – разум продолжал наполняться противным, щелкающим звуком, – не вынудил применить его эту технику, твоя смерть была бы быстрой. А так – я буду жрать тебя постепенно. Кусочек за кусочком. Рвать твою плоть. Разрушать разум. И из этой хитиновой клетки ты не вырвешься никогда… ***       Поттер сидел в стороне и наблюдал за этим клубком насекомых, что поедали вампира живьем, но так, чтобы его сознание не угасло раньше времени. Его самого ловко бинтовала женщина в черном кимоно, расписанном странным узором, похожим на сколопендру.       – Скажи, Хари, все настолько плохо?       – Твое ядро на пределе, так что следующий раз будет последним, – вздохнула аякаши. Она неожиданно обхватила Гарри со спины. – Мальчик, пожалуйста, не убивай себя…       – Боюсь, это не от меня зависит, – гриффиндорец поправил сползшие очки. – Ты же заметила?..