Глава 42

POV: Капитан Квонг, директор военной школы FEDRA при карантинной зоне Бостона На секунду встав из-за стола, чтобы больше не видеть эти стопки бумаг, я подошёл к окну, за которым шёл дождь. Засмотревшись, как капли устроили гонку, в мысли опять полезла работа. Последний год выдался трудном, как по бумагам со статистикой потерь и закрытых секторов в зоне, так и морально. Будь потеря седьмой зоны и смерть Капитана Джейкоба одним из случаев, но нет, сперва усиленные осенние и весенние вспышки, в следствии чего меньше выживших после сезонных чисток, меньше территорий и прочие отступление на фронте. — Хотя, корректно ли обозначать фронты сражаясь с природой? Не желая нарушать редкий момент тишины, я вернулся за стол и начал перебирать бумаги, но мысли опять пошли вскачь. Майор всю плешь мне проела, а недавно и вовсе чуть не обвинила меня в сговоре с этими предателями, видите ли, иначе мою мягкость объяснить нельзя. Тупой суке невдомёк, что воспитание военного состава надлежащего уровня требует стратегии, а слепо надавить до хруста каждый дурак сможет. Впрочем, отчасти, есть в её словах хоть и доля, но истина, сил направлять практически не осталось, хочется внуков понянчить уже… видимо поэтому мои воспитанники не сразу пристрелили того странного парня, хотя по протоколу – ликвидация на месте. Полгода назад появилась эта пубертатная язва, маугли, как его звали первое время. Во время патруля, перед подготовкой к очередной весенней сезонной зачистке, группа контроля наткнулась на странную активность на местности. Заглушим автомобиль и приготовившись к тому, что из ближайших кустов выпрыгнет заражённый, они пропустили мимо себя койота, который просто помчался вдаль. Уже успокоившись, они хотели продолжить патруль, как слева из кустов выпрыгнул парень лет так четырнадцати, одетый в шерстяные шорты и футболку, с палкой на перевез, и сыпя матами, вперемешку с которыми была слышная какая-то кривая английская речь, по предположению оперативника, новозеландский, где он говорил, цитата: — А ну сюда иди, ты, сука блохастая, я твою сущность пушканчикам скормлю, а из трупа чучело, талисманом оживлю и заставлю крысиный танец плясать! Обычно они мне присылают максимально сухие отчёты, а тут так подробно, слово в слово, луче бы так описывали поведение заражённых. Однако, не только странный речевой оборот вызывал много вопросов, а последующее поведение, анализируя которое становиться не понятно, как этот сошедший с ума ребёнок выжил. — О, люди, живые, ахренеть. – Остановился он и повернулся к группе, показывая свой странный глаз. – Максимально не приятно познакомиться, меня зовут Мартин, божий посланник, спаситель мира, а вы, видимо, представители местной тоталитарной военной диктатуры, базирующиеся в закрытых безопасных, по мнению дегенератов, анклавах, ясно. Эту часть отчёта мне пересказали устно, вследствие чего, я взял его под карандаш, но дальше становилось только страннее и страннее. Первое что сделали мои подопечные, проверили температуру, заключение – жара нет, паренёк просто сума сошёл в окружении животных и заражённых. Вторым же был вышеупомянутый глаз – потыкав в него, мы уверились в том, что это протез, но то, что у него глаз взорвался и ему вставил новый хомяк… в общем мы поняли, что помимо сумасшествия, имеется сильное сотрясение мозга. Ну и третье и самое важное, после чего снабженческий корпус анально фистингуют без смазки до сих пор – это биометрический сканер. После небольшой перепалки с этим мелким фриком, группа контроля погрузила его в машину и наконец-то, по пути на базу, до кого-то дошло, что неплохо было бы проверить нашего микропсиха на наличие заражения и недолго думая, биометрический сканер показал красный сигнал. В секунды никто не понял, а после все были в кромешном шоке и как говорили приведшие в себя раньше всех очевидцы, больше всего был в шоке этот абориген. Его уже хотели на месте усыпить, но тот попросил проверить его ещё раз, итог – снова красный сигнал. Уже в истерике, молясь богами, он потребовал проверить его тело на предмет укусов и шрамов, что, впрочем, и было сделано. Оторвавшись от мыслей, копаюсь в столе и нахожу копию отчёта – да, парень молодой, но чтоб вообще никаких шрамов, такое как минимум странно, он то не в боксе всю жизнь провёл, а в дикой природе, впрочем, отвлекаюсь. После проверки на предмет свежих ран, порезов и укусов, ничего не нашли. Уже успокоившись, оперативник предположил, что парень мог надышаться споров и так подхватить кордицепс, на что этот мелкий предположил, мол и они заражены тоже. В попытке поставить на место юнца, оперативник использовал биометрический сканер на себе, и каков был шок, когда высветился красный код. Не веря результату, ещё пара проверок всех оперативников всеми запасными сканерами сделало так, что обратно в зону машина заезжала с торчавшим из окна оранжевым флагом с двумя голубыми полосками. Спустя месяц, после всевозможных проверок стало ясно, что сканеры из-за длительного использования «загрязняться» и даже если человек чист, сканер будет давать красный сигнал. Как побледнел штаб, когда у всех промелькнула мысль, скольких же не заражённых мы погубили? И это только начало. Что же касается Мартина, то у этого мелкого мазохиста была неприятная особенность – он не врёт! Исключение конечно его шизоидный бред, мол он посланник божий и должен поставить на путь истинный, а сам он ангел смерти, но в остальном, всё сложно. Психологи сходиться на детской травме и по хронологии, выстроенном специалистами на основе наблюдений и со слов Мартина, выходит, что он долгое время рос с матерью, а та, чтобы скрасить жизнь полную лишений, рассказывала сказки про героев и злодеев, а из-за несчастного случая, где он соврал, мать погибла, что и сделала в мозгу ребёнка впечатление, где врать – плохо, а быть героем – хорошо. Конечно нашлась полоумная специалистка, которая осуждала, по всей видимости, уже мёртвую мать, ведь как оказалась, они были родом где-то из Техаса и воспитание матери сильно сказалось на представлении парня, ведь после пары уточняющих вопросов выяснилось, что под истинным путём он подразумевает гетеросексуальные отношение, а другие виды – заблуждения. Без комментариев. Так что выходило, что он всегда попадал в неприятные ситуации из-за своего длинного языка, который не умолкал даже под угрозами выдворения из зоны. Конечно всё это блеф, ведь он то провоцировал всех, в том числе и крупных бугаев, на которых даже охранники старались лишний раз внимание не обращать, а он хоть и получал побои, но и не желавшие услышать горькую правду идиоты здоровыми из перепалки не выходили и часто задерживались в мед крыле. Да вот только так просто спускать его поведение нельзя, да, в перспективе он ценный кадр, который сможет предложить что-то новое, но до тех пор его нужно перепрограммировать и наказывать, удерживая в карцере – он так часто туда попадал, что можно уже переносить его спальню туда. Были даже мысли придержать его там подольше, скоро прибудет новая партия спасённых детей и их первое впечатление не должно испортиться из-за него, но подумав, решил, что скорее всего, как он выйдет, так и вернётся обратно, так что будет уроком новеньким. — Всё-таки есть плюсы в том, что он говорит правду… но этих юных мятежников нужно приструнить. * * * POV: Элли Уильямс, Богоизбранная Перебирая в руках плейер, а в голове мысли, я смотрела на меняющиеся картинки за окном, думая, что же со мной будет. Вот недавно мы проезжали мимо зелёных полей и вот мы снова за стенами, грязные улицы, граффити на стенах, миротворцы, даже коняшки бегают и вот мы на месте. — ВСЕ НА ВЫХОД! – после клича этого солдафона, пришлось ставать с уютной пыльной подушки сидения и выходить на сырость, так, забыли про задержание, плеер в сумку, сумку на плечи. Не успела я выйти и вдохнуть воздухом, пропитанный дождём, как меня окликнул знакомый голос. — Постой. – Обернувшись, я встретилась глазами со старым знакомым. – Послушай, ты не должна выкидывать свои старые трюки в этом месте… меня не будет рядом, чтобы защитить тебя. – после таких слов, я даже слегка опешила. — Тогда возьми меня с собой, я буду помогать тебе, я… – что же я несу? — Мы уже это обсуждали с тобой. У меня есть своя семья, которой я нужен. – … — Значит не возьмёшь? – в ответ я получил только покачивания головы в стороны… — Да и плевать. Я и сама справлюсь. Жаль только как на зло мне сразу же прилетел кулак в рожу. Парень, в двое больше меня, кулак в крови, скорее всего в моей и пока его прихвостень снимал с меня вещи, он закатил свой монолог. Только в моменте его пафосную речь прервали, ударом сзади по святому для парней месту, было жёстко. — Удар по яйцам но джутсу! Идиот, ты специально нарываешься на карцер или ты мазохист? Арукас, великий и неповторимый, конечно стребовал с его ангела смерти обойтись без лишних убийств, но и у меня нервы не из адамантия! – и если вся оставшееся речь этого шизойда была сказана ровно, то в моменте с восхвалением его рожу так скрутило, словно он целый лимон проглотил. Да и в целом этот псих выглядел вырвеглазно – если одежда была ещё ничего, то вот короткая причёска ёжик цвета серебра и повязка на глазу вызывала смешанные чувства. — Так его Мартин! А теперь, численный перевес. – и тут сзади того чела, который меня шмонал, повалили на землю, после чего эта бойкая продолжала – Ну согласись, Мартин, мы прекрасная команда! — Молчать, негролесбиянка! Наконец-то избранная явилась и скоро этот мир измениться, как и предрекал Великий Арукас – Снова скривил лицо. – Так что не смей заманить её в свои розовые ряды! — Боже, ладно, не кипятись, больно она мне сдалась, я больше по баварским сосискам, если ты понимаешь, о чём я. – И многозначительно посмотрела на этого Мартина, на что он только злобно фыркнул и закатил глаз. — Так, отставить гнусности, Элли, быстро убирайся отсюда, я возьму удар на себя. – и со скрипом повернулся к этой озабоченной, на что та кивнула и схватила меня за руку, потащив куда-то в кусты… а откуда он знает, как меня зовут? Уже в кустах, эта чёрная закрыла ладонью мне рот и попросила помолчать, пока на местности не началось. Мартин стоял, смотрел куда-то в сторону расфокусированным взглядом, изредка подёргивая мышцами лица, пока к нему не подошёл какой-то чел. — Ты вышел из карцера минут семь назад. Понимаешь, к чему я клоню? – распылался сильнее этот вояка. — Ну, я точно не уверен, но может быть… новый рекорд? — Нет! Ты не оставляешь мне выбора… помнишь, ты говорил, что русский? – Да? А по нему не скажешь… хотя они тоже белые, так что… — Ну если быть точным, то в моей прошлой жизни, которую я туманно помню. — Не суть, я почитал пару исторических хроник и знаешь, некоторыми практиками я воспользуюсь. Перед тем, как заковать, да, заковать тебя в карцере, ты, за каждое твоё прошлое попадание в карцер получишь удар шпицрутеном, какое сильное название. Ты парень крепкий, переживёшь. Охрана! – и этого паренька потащили куда-то в глубь помещения. Оторвавшись от представления, осознаю, что мне рот никто уже не держит, а моя соседка по кустам сидит и слегка подрагивает – окинув её взглядом, больше не вижу там наглую девчонку, но она быстро взяла себя в руки и посмотрела на меня, после чего кивнула в сторону и мы вышли. * * * Вторая половина дня прошла как-то сумбурно и скомкано, мы прошлись по кабинетам, собирали подписи на листе, а после меня зачислили на обучение и выделили койку, вместе с этой Райли. Пока прогуливались по заведению, я успела наслышаться слухов про местного психа Мартина, но как оказалось, эта сумасшедшая такая же… сумасшедшая. Я даже сперва не поверила, думала она ему из жалости подыгрывает, но нет, чёрт, я окружена психами… вот только то, что он знал моё имя… в прочем, он мог бы подсмотреть список прибывших, да, может его за это и посадили в карцер, точно так… Но сомнения продолжали нарастать, пока дверь в комнату тихо не открылась и оттуда не выглянула эта сумасшедшая. Интересно, что вообще происходит у неё в голове? — Ё, не спишь? — Сплю, отстань. — А, ну ладно, а ведь я хотел провести тебя до Мартина, но ты спишь, так что я просто лягу на свою койку и… — Боже, ладно! Показывай! — Так бы сразу. И да, не ори! – и вдарила мне по голове. Потирая место удара, мы двинулись по коридорам, рывками преодолевая расстояния, пока не спустились куда-то в глубь, там, где светам почти нет, а отовсюду исходит мерзкий запах крови, мочи и кала. — Сюда. – шепнула мне Элли, и мы двинулись дальше, где начал звучать лёгкий звон цепей. Дойдя до нужной камеры, через прутья решётки был виден силуэт худого парня, который был закован в цепи. Он сидел на коленях, руки в стороны, верх спины был весь окровавлен, а голова висела, смотрела в низ, пока волосы закрывали его лицо… постой, он же лысым был утром! — Постой. – сказала Райли и достала из пучка волос набор взломщика. Покопавшись в замке пару секунд, она открыла клетку, словно делала это не первый раз. – Вот, можешь теперь говорить. Подойдя чуть ближе, замечаю, что повязки на глазу больше нет, но лица разглядеть не могу. Подойдя ещё ближе, наклоняюсь вперёд, а он медленно начал поднимать голову и когда наши взгляды встретились, я увидела его розовый глаз! Я застыла, не в силах как-то отойти или что-то сказать, но мы продолжали смотреть друг на друга, после чего он заговорил. — Ты так же прекрасна, как и в день, когда исчезла. – От этих слов по лицу прошёлся жар, и я даже не знала, что сказать. Я просто продолжала на него смотреть, пока сзади не послышался тихи смешок. — Если вы закончили, то может перейдёшь к сути, Мартин? — Да, думаю ты права. Пошумев цепями, он высунул из них руки, после чего он поднялся с пола. Спина, которая были в глубоких ранах быстро зажила, когда он прошёлся по ней рукой, а после он достал из воздуха майку, обувь и стал одеваться… постой, что? — Так, ну раз мы закончили с знакомством, то пора, *кхм*, Элли, ты была избранная великим богом Арукасом, чтобы спасти этот мир. Чего блять?