Часть 39

Стадион содрогался от рева ста тысяч глоток. Ирландия победила, но золото Снитча, зажатое в кулаке окровавленного Виктора Крама, сделало этот финал горько-сладким. Магическая полночь над лесом была расцвечена миллионами искр: лепреконы танцевали в небе, рассыпая призрачное золото, которое таяло, не долетая до земли. Гарри, Рон и Гермиона пробирались к своей палатке в плотной толпе фанатов. Рон, обмотанный болгарским флагом, пребывал в каком-то трансе. — Вы видели? Видели этот финт?! — вопил он, едва не сбивая с ног проходящего мимо гнома. — Крам — бог! Плевать на кубок, он лучший ловец столетия! Гермиона, чьи щеки раскраснелись от бега и ночной прохлады, со смехом пыталась увернуться от его размашистых жестов. — Рон, твоя Болгария проиграла, успокойся! — она весело взглянула на Гарри, который просто широко улыбался, чувствуя себя по-настоящему живым и свободным. — Но признаю, это было... захватывающе. Они не замечали, как за их спинами, в тени высоких вязов, стояли двое, для которых этот праздник был лишь утомительным шумом. Джейн и Северус расположились на небольшом пригорке, откуда лагерь просматривался как на ладони. Снейп выглядел так, будто его насильно заставили присутствовать на казни здравого смысла. Он сложил руки на груди, спрятав ладони в широких рукавах мантии. — Десять минут, Джейн, — его голос прозвучал как сухой щелчок затвора. — Если через десять минут это стадо не начнет расходиться по стойлам, я трансгрессирую прямо отсюда, и мне плевать на антиаппарационные барьеры Министерства. Она не ответила. Крики радости, взрывы хлопушек и бесконечный топот сотен ног сливались в единый гул, который сверлом ввинчивался в виски Джейн. С каждым ударом пульса в голове вспыхивала острая, пульсирующая боль — верный признак того, что её внутренняя тюрьма дает трещину. Джейн стояла, прислонившись спиной к сухому стволу вяза, и её лицо казалось высеченным из серого камня. Она медленно закрыла глаза, пытаясь визуализировать свои ментальные барьеры, но те плыли, как отражение в мутной воде. Усталость от последних недель — допросов, и бесконечного сдерживания Тьмы — накопилась критической массой. — Твоя окклюменция сегодня напоминает решето, Джейн, — тихий, лишенный эмоций голос Северуса раздался совсем рядом. Он стоял, полубоком к ней, внешне полностью поглощенный наблюдением за толпой. Но его рука, скрытая длинным рукавом, на мгновение коснулась её ладони. Кожа к коже. Короткий импульс ледяного спокойствия, который помог ей не провалиться в серую мглу головной боли. — Все впорядке, — вытолкнула она сквозь стиснутые зубы. Слова царапали горло. — Просто... слишком много шума. И этот адрес. Я должна скорее найти его. — Ты— профессионал, — отрезал Снейп. — И не из тех, кто упускает добычу из-за лишнего часа задержки. Джейн едва заметно кивнула. Каждое движение отдавалось вспышкой боли за глазницами. Северус наконец повернулся к ней. В его черных глазах не было жалости — только трезвый расчет и та самая опора, в которой она нуждалась. Он видел, как дрожат её ресницы, видел белизну её пальцев, сжимающих трость. — Тебе нужно выпить зелье, как только мы вернемся в палатку, — произнес он тоном, не терпящим возражений. — Иначе ты выжжешь себя раньше, чем закроешь это дело. В этот момент мимо них пронеслась Гермиона, таща за собой Рона, который всё еще размахивал болгарским флажком. Девочка внезапно остановилась, её взгляд метнулся к Джейн. Она замерла, словно наткнулась на невидимую стену холодного, разреженного воздуха. Её глаза расширились — интуиция ее не подводила. — Профессор?.. — робко начала Гермиона, глядя на Джейн. — С вами всё хорошо? Вы такая бледная... Джейн открыла глаза. Её взгляд был тяжелым, почти осязаемым. На секунду радужка её глаз подернулась странной, маслянистой чернотой. — Не отставайте, мисс Грейнджер, — голос Джейн прозвучал неестественно низко, с каким-то металлическим скрежетом. — Ночь еще не закончилась. Гермиона вздрогнула, попятилась и, подхватив Гарри и Рона, поспешила скрыться в толпе. Она не понимала, что только что видела, но холод, исходивший от Джейн, остался на её коже неприятным онемением. Снейп мгновенно перехватил запястье Джейн, сжимая его до боли, возвращая её в реальность. — Контроль, Джейн. Не пугай детей раньше времени. Хотя что то здесь определенно не так.— Задумчиво сказал он, глубже вдыхая ночной воздух. — Грейнджер слишком умна для своего окружения, — заметила она, пытаясь отвлечься от внутреннего гула. Снейп наконец посмотрел на Джейн, и в его глазах отразился зеленый всполох очередного фейерверка. — У таких, как она, инстинкт самосохранения обычно развит лучше, чем у чистокровных идиотов вроде Уизли. Она знает, что мир не всегда бывает добрым. Северус оказался прав. Воздух в лагере внезапно стал тяжелым. Веселые крики вдали сменились чем-то другим. Чем-то, что заставило Северуса выхватить палочку, а Джейн — забыть о головной боли. Над лагерем, разрывая ночную синеву, распустился ядовито-зеленый череп Черной Метки. Огромная змея, выплывающая из челюстей, залила лес мертвенным светом, превращая лица людей в маски мертвецов. Для Джейн этот свет стал детонатором. Головная боль, до этого сверлившая виски, взорвалась ослепительной белой вспышкой. Демон внутри неё, почуяв знакомое клеймо и страх тысяч людей, рванулся к поверхности. Контроль, истонченный неделями усталости, лопнул, как перетянутая струна. Вдоль главной аллеи лагеря, подсвеченной пламенем горящих палаток, двигалась процессия в капюшонах. Они не просто шли — они играли. В воздухе, нелепо дергаясь, плыли фигуры маглов-владельцев кемпинга. Их дети плакали внизу, а Пожиратели хохотали, заставляя несчастных переворачиваться в воздухе, словно тряпичных кукол. ​— Смотрите! Еще одна грязнокровка! — пьяный, сорванный голос одного из нападавших разрезал воздух совсем рядом. ​Из-за поворота, задыхаясь от бега, выскочили трое. Гермиона бежала последней, её лицо было белым, как мел, а глаза полны слез от едкого дыма. Она споткнулась о корень дерева и упала, больно ударившись коленями. Гарри и Рон, дезориентированные вспышками заклинаний, не сразу заметили, что она отстала. ​Двое в масках мгновенно отделились от толпы. Один из них, высокий и грузный, вскинул палочку, и на его губах заиграла гнилая ухмылка. — Ну же, крошка, покажи нам, как ты умеешь визжать без своей палочки! — он выплюнул «Круцио», и красный луч прорезал темноту, ударив в землю в сантиметре от руки Гермионы. Джейн увидела это. Увидела расширенные от ужаса глаза девочки. В её сознании что-то надломилось. Мир вокруг неё начал темнеть, а воздух стал настолько холодным, что трава под ногами мгновенно покрылась изморозью. Её глаза полностью заполнились чернотой, поглощая радужку. Это была уже не Джейн. Она сделала шаг вперед. Без палочки, без единого слова, она просто вскинула руку в сторону Пожирателя. Из её пальцев сорвался не луч заклинания, а вихрь вязкой, абсолютно черной материи. Он ударил мужчину в грудь с силой тарана. Пожиратель даже не успел закричать — его просто снесло назад. Черное пламя Джейн не жгло плоть, оно выпивало саму жизнь: маска на его лице треснула, а мантия начала рассыпаться в прах. Он рухнул в кусты, скорчившись от неестественного холода, который прошил его до костей. Второй в маске замер, не понимая, какая сила только что стерла его напарника. — Джейн! — Северус среагировал мгновенно. Он чувствовал: если она сейчас сделает второй шаг, пути назад не будет. Он не стал использовать магию против неё — это бы только спровоцировало ее сейчас. Он просто шагнул в эпицентр её холода и наотмашь перехватил её за горло, впечатывая спиной в ствол вяза. Это было жестко, грубо, но это был единственный способ вернуть её в реальность. — Смотри на меня! — прошипел он ей в лицо. Его черные глаза были в дюйме от её налитых кровью зрачков. — Джейн, вернись! Дыши со мной! Он ворвался в её разум всей своей мощью окклюмента, возводя там стену, которую она сама уже не могла удержать. Он стал её кожей, её границей. Джейн судорожно дернулась, её пальцы царапнули его запястье, но чернота в глазах начала медленно отступать. Второй пожиратель уже занес палочку для следующего удара по Гермионе, но Северус был быстрее. Невербальное «Сектумсемпра» сорвалось с его палочки. Пожиратель взвыл, когда его плечо рассекла невидимая сталь, и он кубарем покатился в догорающий костер. ​Дети, застывшие от ужаса, смотрели на своего профессора. Гермиона, дрожа, поднялась с колен, глядя на Снейпа так, будто увидела саму Смерть, решившую сменить сторону. Гарри и Рон, успевшие вернуться к Гермионе, замерли в пяти шагах. Они видели всё. Видели ту черную волну, которая едва не поглотила Пожирателя, и видели Снейпа, который сейчас прижимал профессора Брамс к дереву с пугающей яростью. Гермиона видела лицо профессора Брамс в ту секунду, когда та ударила — оно было чужим, диким. И она видела Снейпа. Не того вредного профессора, который снимал баллы, а человека, который сейчас боролся за чью-то душу. — Профессор Снейп... — прошептал Рон, его голос дрожал. — Что это было? — Поттер! — Северус даже не обернулся, его рука всё еще удерживала Джейн за горло, чувствуя, как возвращается её нормальный пульс. — Забирайте Уизли и Грейнджер и проваливайте в лес! Живо! Или я лично прослежу, чтобы вас исключили до рассвета! Гарри, бледный как полотно, схватил Гермиону за плечи и потащил за собой. Девочка обернулась лишь на секунду, запоминая эту картину: догорающие палатки, зеленое небо и две черные фигуры под деревом, слившиеся в один болезненный узел контроля и боли. Джейн тяжело выдохнула, её тело обмякло. Чернота ушла. — Северус... — прошептала она, едва обретя голос. — Тихо, — он медленно ослабил хватку, переводя руку с её шеи на затылок, придерживая её. — Больше не двигайся. Ты едва не перешла черту. ​— Ты... ты спас её?— прошептала она, глядя на свои руки, которые всё еще светились остаточным темным светом. ​— Я спас тебя, Джейн, — Северус на мгновение прислонился лбом к её лбу. — А она — просто удачное совпадение. Она посмотрел в сторону леса, куда убежали дети. — Грейнджер умна. Она видела слишком много. Нам придется с этим что-то делать, когда всё закончится. — тихо сказала Джейн. — И это все о чем ты сейчас думаешь? ​Джейн горько усмехнулась, и этот звук больше походил на хруст ломающегося льда. Она всё еще чувствовала пальцы Северуса на своем затылке — его ладонь была горячей, в то время как её собственная кожа казалась мертвенно-холодной. ​— А о чем мне еще думать, Северус? — она наконец подняла на него взгляд. В её глазах, теперь снова серых и измученных, отражалось безумное зеленое сияние Метки. — О том, что я схожу с ума? Или о том, что я едва не стерла этого подонка в пыль на глазах у детей? ​Северус не отвел взгляда. Он чуть сильнее сжал ладонь на её затылке, заставляя её стоять ровно, не давая соскользнуть в апатию. ​— Ты думаешь о Грейнджер, потому что это проще, чем признать, что ты на пределе, — его голос был тихим, вибрирующим от подавленной ярости, направленной не на неё, а на весь этот проклятый мир. — Твоя окклюменция рассыпается. Еще один такой срыв, и даже я не смогу вытащить тебя обратно. Ты станешь просто оболочкой для того, что живет внутри. ​Он медленно отпустил её, но лишь для того, чтобы достать из внутреннего кармана мантии небольшой флакон из темного стекла. Жидкость внутри была густой и отливала серебром, как ртуть. ​— Пей, это должно помочь хотя бы временно. — приказал он. Это не была просьба. — Пей сейчас же, пока твоя головная боль не превратилась в магический выброс, который снесет остатки этого лагеря. ​Джейн дрожащими пальцами приняла флакон. Холодное стекло обожгло кожу. Она выпила зелье залпом, поморщившись от металлического привкуса. Почти сразу гул в ушах начал стихать, а резкие контуры горящих палаток — размываться, становясь терпимее. ​Она прикрыла глаза, прислонившись лбом к его плечу. Всего на секунду. Позволяя себе слабость, которую не видел никто, кроме него. ​— Поттер... он расскажет Дамблдору. Грейнджер начнет копать в библиотеке. И что то она точно найдет. — Прошептала она в ткань его мантии. ​— Пусть копает, — Снейп осторожно обнял её за плечи, создавая вокруг них двоих кокон из черной ткани и тишины. — Дамблдор как всегда закроет глаза, и убедит всех что ты все контролируешь, а что касается мисс Грейнджер... мы найдем способ занять её ум чем-то менее опасным, чем твоя биография. Но если ты еще раз решишь поиграть в самопожертвование, не приняв зелье вовремя — я сам сдам тебя в Мунго. Для твоей же безопасности. ​Джейн слабо улыбнулась. Она знала, что это ложь. Он бы никогда её не сдал. ​— Идем, — Северус отстранился, снова надевая маску холодного профессора, но не выпуская её локоть из своей руки. — Нужно найти Артура. И убедиться, что наши «герои» не влипли в еще большую неприятность. Лес вокруг них буквально взорвался вспышками заклинаний. Около двадцати волшебников трансгрессировали одновременно, беря поляну в кольцо. ​— Оглушай! — взревел голос Амоса Диггори. ​Двадцать «Остолбеней» прорезали ночную мглу, скрещиваясь в центре поляны. Северус среагировал за доли секунды до того, как заклинания достигли цели. Он не стал выставлять индивидуальный щит — он просто рванул Джейн на себя, укрывая её своим телом и накрывая их обоих мощным, непроницаемым Протего. ​Красные лучи бессильно разбились о невидимую полусферу, рассыпаясь искрами. ​— Прекратить огонь! — раздался резкий, сухой голос Барти Крауча. — Идиоты! Вы чуть не сбили своих! ​Маги опустили палочки. Пыль и дым начали оседать. В центре круга, окутанные остатками магической защиты, стояли Снейп и Брамс. Северус медленно опустил палочку, его лицо было бледнее обычного, а взгляд обещал каждому из присутствующих медленную и мучительную смерть в подземельях. ​Джейн стояла за его плечом. Она уже успела стереть с лица остатки боли, вернув себе маску ледяного безразличия, хотя её пальцы, сжимающие трость, всё еще подрагивали. ​— Мистер Диггори, еще один подобный промах, и я лично прослежу, чтобы ваш следующий визит в Комитет по регулированию магических существ стал для вас последним, — процедила Джейн. Её голос был тихим, но в наступившей тишине он прозвучал как удар хлыста. ​— Брамс? — Крауч выступил вперед, его лицо было серым от ярости и напряжения. — Что вы здесь делаете? Где тот, кто выпустил Метку? — он презрительно посмотрел на Северуса. ​— Мы занимались защитой студентов, Барти, пока ваше воинство упражнялось в стрельбе по теням, — Джейн сделала шаг в сторону, выходя из-за спины Северуса. Её голос был ровным, без единой нотки недавнего срыва. — Дети Грейнджер, Уизли и Поттер были атакованы группой в масках. Мы вмешались. ​— Поттер? — Диггори подпрыгнул на месте. — Он здесь? Это он выпустил Метку?! ​— Мистер Диггори, не будьте идиотом больше, чем того требует ваша должность, — бросил Снейп, презрительно оглядывая министерских работников. — Поттеру четырнадцать. Чтобы вызвать Морсмордре, нужно нечто большее, чем умение летать на метле и удача. ​В этот момент из кустов, дрожа, вышли Гарри, Рон и Гермиона. Они выглядели жалко: в саже, с расширенными от ужаса глазами. Крауч мгновенно бросился к ним, но не с заботой, а с подозрением. ​— Кто из вас это сделал?! — закричал он, хватая Гарри за плечо. — У кого палочка?! ​Джейн увидела, как Гермиона вздрогнула и непроизвольно посмотрела на неё. Девочка помнила ту черную вспышку, которой Джейн смела Пожирателя. Она видела силу, которая не имела отношения к министерским учебникам. ​Джейн слегка прищурилась, поймав взгляд Гермионы. Это был не приказ молчать — это было напоминание. ​— Оставьте их, Крауч, — холодно произнесла Джейн. — Если вы ищете виноватых, загляните в кусты в десяти ярдах отсюда. Там лежит один из наших «гостей» в маске. Если он еще прийдет в себя, вы сможете спросить его, чье именно имя он выкрикивал перед тем, как потерять сознание. ​Диггори и пара мракоборцев бросились в указанном направлении. ​— Здесь эльф! — крикнул кто-то из темноты. — И... Мерлин, посмотрите на этого парня! Он будто попал под обвал, но на нём нет ни царапины, только иней на бровях! ​Крауч побледнел еще сильнее, когда вытащили Винки. Пока министерские спорили о домовом эльфе и найденной палочке Поттера, Северус и Джейн стояли чуть в стороне, как две черные скалы среди бушующего моря глупости. ​— Ты видела его лицо? — тихо спросил Снейп, едва шевеля губами, так, чтобы слышала только Джейн. Он имел в виду Крауча. ​— Он напуган до смерти, — так же тихо ответила она. — Но не Меткой. Чем-то другим. ​— Грейнджер не сводит с тебя глаз, — заметил Северус. — Она тоже напугана. ​Джейн посмотрела на Гермиону, которая сейчас что-то шептала Гарри, указывая на профессоров. — Пусть смотрит. Гермиона чувствовала, как её бьет мелкий озноб, и дело было вовсе не в ночной прохладе. Она всё еще видела перед глазами ту секунду: профессор Брамс делает шаг, и пространство вокруг неё словно трескается. Это не было похоже на «Экспеллиармус» или «Ступефай». Это было похоже на то, как если бы сама темнота между деревьями ожила и ударила Пожирателя в грудь. ​— Гарри, ты видел? — прошептала она, вцепившись в рукав его куртки. — Она... она сделала это без палочки. И её глаза... они были безумными, не человеческими. ​— Снейп тоже был... — Рон запнулся, сглатывая комок. — Я никогда не видел, чтобы он так быстро двигался. Он схватил её за горло, Гарри! Я думал, он её убьет, а он будто... удерживал её. Чтобы она не разнесла здесь всё к чертям. ​Гарри смотрел на двух профессоров, стоявших в стороне от министерской суеты. Среди кричащего Диггори и бледного Крауча они казались вырезанными из другой реальности — два черных обелиска, холодные и непоколебимые. ​— И тем не менее они спасли нас. — тихо ответил Гарри. ​Ему было не по себе. В школе Снейп был просто несправедливым учителем, а профессор Брамс была для него тем самым надежным взрослым, к которому можно прийти за помощью и советом. Но здесь, под изумрудным светом Метки, они казались частью того самого опасного мира, от которого Гарри пытались защитить, и пугали его до чертиков. ​Гермиона снова посмотрела на Джейн. Профессор Брамс в этот момент подняла взгляд, и их глаза встретились. В этом взгляде не было вины или желания объясниться. Только холодное спокойствие. ​— Она опасна, Гарри, — Гермиона отвела глаза, чувствуя, как на её руках снова выступают мурашки. — И похоже Снейп — единственный, кто может это как то контролировать.