Герой и линчеватель

Он ошибался. Он провёл в этом сумасшедшем мире не так уж много времени, но за то короткое время, проведённое здесь, увидел чудеса, которые заставили бы покраснеть самых престижных учёных: телевизоры с изображением, превосходящим всё, что мог показать Голливуд; автомобили, выглядевшие настолько странно, что казалось, им самое место на ярмарке «Мир завтрашнего дня» и мода, заставившая бы бродвейскую звезду поднять бровь. Он не понимал их, но, по крайней мере, они не были… непонятными. К счастью, в них было достаточно сходства, чтобы он знал, чем они должны быть, а не сваливал все на пришельцев. То, что он видел перед собой, повергло его в тупик. Он видел роботов в журналах, видел, как чемпионы по боксу хвастались, что могут победить жестяных человечков, не имея ничего, кроме зубов и перчаток. Если бы они сейчас увидели перед собой это чудовище, то у них бы штаны стали коричневыми — эта чертова штуковина была чертовски огромной и выглядела как плохая шутка про носорога. Металл вместо шкуры, острый шип вместо естественного рога. Глаза светились зловещим красным светом, а голос, доносящийся изнутри, звучал неестественно. — Ха-ха-ха, новый костюм просто великолепен, да?! Все наслаждайтесь?! — Голос ревел, густо акцентированный русский смешивался с ломаным английским. Он встал на задние лапы, тёмный металл громко жужжал при каждом шаге. В корпусе было несколько узких прорезей, и он увидел внутри человекоподобную фигуру с голубой кожей. Этой штукой управлял человек? Не может быть, он был бы раздавлен внутри. Рядом с ним расширились глаза Женщины-паука, и она непроизвольно отступила на шаг назад. — …Черт, в прошлый раз у него этого не было. — Ты уже дралась с этим идиотом? — спросил Человек-паук. Вокруг него слышались крики людей, целые толпы проталкивались друг мимо друга, пытаясь убежать от металлического чудовища, стоявшего посреди улицы. Полицейских нигде не было видно, но он сомневался, что нескольких револьверов будет достаточно, чтобы уложить здоровяка. Он пожалел, что у него нет под рукой взрывного устройства. — Да, долгая история… — Где Женщина-паук! — Он крикнул, прервав ее. — Я хочу выразить соболезнования, прежде чем убью большого партнёра по бекону! Вот и все. Что бы он ни имел в виду, этого было достаточно, чтобы вывести ее из себя, судя по тому, как сузились ее «глаза». — Я здесь, ты, смурф-переросток! — Не дожидаясь больше ни секунды, она подпрыгнула и выстрелила линией паутины в соседнее здание. Механическое чудо загудело и заскрипело, повернув голову в ее сторону. Женщина-паук метнулась к нему, почти сразу сократив расстояние, и нанесла удар ногой в то, что было подбородком. Голова динамо-машины не сдвинулась ни на дюйм и он рассмеялся. — Это всё, что у тебя есть, маленькая девочка-паук? — Он попытался схватить ее за руки, но она прижалась к стене здания в недосягаемости для него. — Оу, что случилось? Слишком боишься обнять старого друга Алексея? Он хихикнул. Бруно наслаждался этим, что было совершенно очевидно. — Разве мы уже не делали этого, засранец? — Она просунула нить паутины и потянула, пытаясь оторвать ему голову. — Как, черт возьми, тебе удаётся выбраться? Мама Смурф платит залог или что? — У меня есть хорошие друзья, лучше, чем бекон, который в тебя стреляет, да? — Он схватил паутину и потянул, притягивая ее к себе. Не успела она разжать хватку, как упала на него и оказалась в сокрушительных объятиях. — Знакомо! Как будто мы танцевали на концерте девчачьей группы! Это был его сигнал перестать стоять, как пьяный мудак. — Эй, гений, сюда! — Он направил пистолет ему в спину и нажал на курок, громкий звук заглушил крики и шум мчащихся машин. Выстрел по этой твари ничего не даст, в этом он был чертовски уверен. Он с трепетом наблюдал, как пули отскакивают от его спины с гулким звоном. И все же этого было достаточно, чтобы привлечь его внимание. Хватка того слегка ослабла, а голова наклонилась и посмотрела в его сторону. Отлично, теперь он смотрел на него… зачем он это делал? Ах да, чтобы попытаться отвлечь его, и фрик в белом смогла скрыться. — О, кто это! Еще один партнёр маленькой паучихи? Брать с собой огнестрел, чтобы сражаться с Носорого — плохая идея! Пули для меня как насекомые! Одна рука отпустила ее. «Надеюсь, она воспользовалась шансом сбежать», — нащупала ближайшую машину и подхватила ее с негромким ворчанием. — Вот, лови! Его цель была совершенно не точна, но это не было поводом для радости. Гладкий автомобиль подбросило в воздух… прямо к толпе гражданских. — Черт побери! — Человек-паук бросился к группе людей. Их было слишком много — только на первый взгляд он насчитал полдюжины; он не успеет растащить их всех. Нужно было остановить машину, пока она не превратила их в кашу… Его пальцы скрючились, и он выпустил паутину, прикрепив ее к ближайшему уличному фонарю справа. Машина уже почти настигла их. — Давай…! — Он выпустил еще одну порцию слева, распределяя чёрный шёлк и натягивая его на другой конец, чтобы создать грубую сеть. Он не знал, сможет ли поднять эту машину, и не хотел испытывать судьбу. Раньше его паутина всегда оказывалась прочной… Пожалуйста, Господи, пусть это сработает. Он затаил дыхание, когда машина столкнулась с простейшей сеткой, материал натянулся и на мгновение показалось, то он вот-вот порвётся, прежде чем остановиться. Машина с громким стуком упала на землю, а сетка почти разорвалась. — …Не могу поверить, что это сработало, — Он сдержал вздох и оглянулся на толпу. Даже сейчас некоторые из них все еще занимались бог знает чем, хотя некоторые, по крайней мере, выглядели так, словно просто застыли от шока, а не стояли позади намеренно, как идиоты. По крайней мере, он на это надеялся, учитывая, что одна из них была дамой с ребёнком на руках. — Ух ты, это было круто! — воскликнул молодой человек, прижимая к себе прямоугольник. — У тебя такие же способности, как у Женщины-паука? Как… Он схватил этот маленький предмет и швырнул его в стену. — Эй! Это был мой… — Убирайся отсюда, пока тебя не убили, придурок! — крикнул он, заставив юношу отшатнуться назад. — Это касается всех вас! Он бросит еще одну машину, и я, возможно, не смогу остановить его снова! Это, казалось, окончательно вывело их из коллективного ступора. Человек-паук с минуту смотрел им вслед, а потом снова обратил внимание на громадное чудовище. По крайней мере, Женщина-паук была свободна, что не могло не радовать. — Держи эту форму! — Она выпустила сгусток паутины, закрыв красные глаза белыми шариками. Ударив ногой по его груди, она успела отпрыгнуть назад, прежде чем он успел наброситься на неё, и почти бесшумно приземлилась рядом с ним. «Это безумие», — повторил он в очередной раз. Полное безумие. Фрики в костюмах со способностями, русские с броней, которая заставила бы покраснеть Тони Старка, и, что самое ужасное, несколько идиотов, остающихся позади и использующих свои маленькие предметы для бог знает чего. Сражаться здесь было небезопасно; здесь было полно домов и квартир, и идиоты или нет, но он не хотел видеть, как они превращаются в пасту. — Спасибо за помощь, — сказала она. Трудно было понять, иронизирует она или искренно благодарит. — Ладно, послушай, эти штуки его надолго не отвлекут. Мы должны увести его отсюда, пока он не начал бросать новые машины. — Ты читаешь мои мысли. Есть идеи? Один глаз был свободен. Прежде чем она успела ответить, он поднял другой автомобиль — на этот раз грузовик — и бросил его в них. На этот раз прицел был немного лучше, но Человек-паук отпрыгнул в сторону, избежав столкновения с машиной. Женщина-паук прыгнула на встречу ей. — Эй, что ты… — Просто доверься мне! Она приземлилась на бок и упёрлась в неё руками. Она… она пыталась остановить её. Она была безумна? Он смотрел разинув рот, как она и большой автомобиль ударялись о стену здания. Ее должно было раздавить, расплющить, как блин, но этого не произошло. Едва он увидел, как она прижалась к стене, как грузовик остановился, а не проехал сквозь неё и не разнёс стену на мелкие кусочки. — Аааркг, черт возьми! Прекрати бросаться машинами, чертов мудак! — Она швырнула машину обратно в русского изменника, звук сминаемого металла разнёсся по всей дороге, когда он соприкоснулся с «Динамо». Несмотря на то что все здравые и рациональные мысли говорили ему об обратном, он уже знал, что она все еще бьётся. С тихим стоном она оторвалась от стены и судорожным жестом позвала его. — Так, тебе нужен план? Вот план, — Она указала направо. — Недалеко отсюда есть парковка, она должна быть пустующей, поскольку сейчас рабочее время. Мы заставим его пойти туда. — А потом? Я сомневаюсь, что он упадёт замертво только потому, что мы вежливо попросим, — Он огрызнулся. Увести его подальше от гражданских было, безусловно, первоочередной задачей, но если они не смогут остановить его от буйства, то это будет в лучшем случае временным решением. — Эй, что-то я не вижу у тебя никаких идей! — Она покачала головой. Носорог уже убирал последнюю часть паутины. — Слушай, мы можем разобраться с этим позже. Давай, на счет «три» мы вылетаем отсюда и… — Что? Я не могу качаться так, как ты! — воскликнул он. Он также был уверен, что не может раскидывать грузовики как попало, но это было неважно. — Если ты уйдёшь отсюда, я не смогу угнаться за тобой. — Как, черт возьми, ты не можешь качаться?! Разве тот, кто разрабатывал твои веб-шутеры, не подумал, что это может быть полезно! — Я понятия не имею, о чем ты говоришь! — Он крикнул в ответ. — Слушай, просто… просто иди уже отсюда! Я догоню! — Ты думаешь, что сможешь обогнать эту штуку? Ты что, спятил?! Мы должны… — Дети слишком много болтают, надо сосредоточиться на драке! — Слишком поздно. Человек-паук с быстро уменьшающимся шоком наблюдал за тем, как машина переходит из стоящего в ходячие состояние на четырёх ногах, а металлические пластины вокруг неё сдвигаются, образуя более толстую шкуру. Части ее лица разошлись, показав широкую ухмылку синекожего Бруно внутри. Прежде чем он успел что-то предпринять, Женщина-паук притянула его к себе. Одна рука обвилась вокруг его талии, а другая запустила паутину в соседнее здание: — Держись! Я не очень-то умею делать это с пассажирами! Не было ни стремительного головокружения, ни первоначального шока. Он уже достаточно раз прыгал со здания на здание, чтобы понять, что такое полет, но должен был признать, что, несмотря на почти привычный свободный бег, было что-то другое в том, чтобы пронестись по бетонным джунглям, как какой-нибудь потенциальный Тарзан. Как ей удалось проделать это, не уронив его, он не знал, но не собирался смотреть в рот дарёному коню. — Я не вижу, он нас преследует? — воскликнула она. Оглянувшись назад, он не смог подавить чувство ужаса в животе при виде металлического носорога, прокладывающего себе путь по улицам. Если бы они остались в том месте, сколько домов и квартир снёс бы этот урод? Он покачал головой. Не стоит думать об этом сейчас. —Да, он точно не отстанет! —отозвался он. Они спускались все ниже, и это их настигало. Одной веб-руки было явно недостаточно. —Почти пришли! —Она выпустила еще одну паутину и повернулась, ее ноги заскользили по стене другого офисного здания, прежде чем она подпрыгнула: — Черт, прости за это! Просто доверься мне, хорошо? — Почему? Что ты… Ее руки дёрнулись, одна выпустила еще одну верёвку, чтобы она могла раскачиваться, а другая подбросила его вверх. Его глаза на мгновение расширились, прежде чем он увидел, как она запустила еще одну верёвку своей теперь уже свободной рукой и подбросила себя вверх, поймав его прежде, чем он успел начать падать. — Ха, так и знал, что это сработает! — В следующий раз предупреждай, ладно? — пробормотал он. Силы у бога-паука или нет, но он был чертовски уверен, что падение с такой высоты все равно убьёт его: — …Надеюсь, у тебя есть план, когда мы доберёмся туда. — Он не хотел умирать в этом сумасшедшем доме. Он не знал, сколько прошло времени: может быть, 10 секунд или 10 минут, но в конце концов он увидел место назначения. Машины стояли бок о бок, и ни одного потенциального человека. Женщина-паук слегка притормозила, когда они приблизились к огромному количеству автомобилей. — Так, мы на месте! — Она оглянулась. Носорог быстро догонял их: — Слушай, нам нужно найти способ вытащить старого Бегемота из этого костюма. Пока он в нем, нам крышка. — …Брось меня в него. — Что? — Она посмотрела на него так, будто он сошёл с ума; на самом деле он не мог с ней не согласиться. — Что ты собираешься делать? Прокатишься на нем, как на лошади? — Просто брось меня ему на спину, пока он не догнал! Нечленораздельно бормоча про себя, она выпустила последнюю паутину и крутанулась на месте, чтобы бросить его в спину наступающему псевдоживотному. Оставалось надеяться, что она хорошо прицелилась. — Агх! — Он сдержал ругательство, когда врезался в металлическую «кожу», и схватился руками за щели, пытаясь удержаться на месте. «Я почувствую это утром…» — Он скорчил гримасу и прижался покрепче. Так, теперь нужно найти способ остановить эту штуку… Его мысли оборвал поток электричества. Его хватка ослабла, и едва он почувствовал тупую боль в затылке, как приземлился на спину. Конечно же, эта штука должна быть наэлектризована. Она и так могла поднимать машины как ничто другое, чего же еще ожидать? К счастью, сумасшедший русский, похоже, не заметил его оплошности, вернулся в прежнее состояние и снова встал на задние лапы, приближаясь к Женщине-пауку. Затуманенными глазами он наблюдал за их схваткой. Как она… нет, глупо даже задумываться об этом; она могла отбросить грузовик и не дать ему превратить ее в блин. Конечно, она могла бороться с этим рукотворным чудовищем. Но, судя по тому, как смеялось синекожее чудо, удары и пинки не приносили ей никакой пользы. В конце концов ему удалось схватить ее за ногу. Приглушенно вздрогнув, он наблюдал за тем, как он бьёт её о землю, смеясь при этом. — Что случилось, маленькая паучиха? Больше нечего сказать Алексею? Он подхватил ее на руки и приподнял, чтобы она встретила его взгляд. — Алексей… должен прекратить… называть себя в третьем лице… это глупо, — Она слабо выдохнула, ее голос грубо подражал его русскому акценту. Все еще шутит… он не мог понять, восхищает это или печалит. — О, храбрая девочка! Жаль, что ты не приняла предложение адвоката, а? — Он притянул ее ближе, его улыбка стала шире. — Теперь и ты, и большой бекон Стейси умрёте. Ничего личного, это бизнес, ты же понимаешь. Этот недоумок хвастался, пытаясь затянуть процесс. Они всегда так делают. — Давай, вставай! — Он скрипнул зубами и шатко встал. Что он должен был делать? Даже когда в голове не шумело, он не мог похвастаться призовыми ударами. Но, черт возьми, лечь и умереть было не вариантом. Он подошел ближе и дрожащей рукой прицелился в механическое чудовище. Тот уже стоял прямо, несколько щелей стали шире. Ему казалось, что он победил, он ослабил бдительность. Он не знал, хватит ли одной пули, чтобы уложить этого урода. По крайней мере, ему будет больно. — А-а-а! — Он отпустил Женщину-Паука и широко раскрытыми глазами посмотрел на кровоточащую ногу. Крови было не так много: боль или шок привлекли внимание фрика? В любом случае он увидел, как тот повернулся к нему, оскалив зубы. Он не обратил внимания на то, как тот хромает. — Ты! Я не нанимался тебя убивать, но ты только что сделал это лично! — Его кулаки сжались, из кончиков пальцев выскочили миниатюрные сверла и опасно зажужжали: — Последние слова, маленький мальчик-паучок? — Да… посмотри назад. Он не стал этого делать, решив, что это просто трюк, чтобы потянуть время. Тем не менее, когда Женщина-паук ударила его машиной по спине, это доставило ему еще больше удовольствия. — Заткнись, мать твою! — Она подхватила еще одну машину и швырнула ее в него, отчего он врезался в кучу машин. — «Паучиха» — это, «Большой бекон» — то! Ты как заезженная пластинка, и мне надоело это слушать! Еще одна машина врезалась ему в голову, повалив его на землю. Человек-паук недолго раздумывал, стоит ли стрелять в него снова, но решил не делать этого. Все, что он мог сделать было ничем по сравнению с тем, что вытворяла взбешенная героиня. Он уже видел, как механический костюм разваливается на части, все больше и больше обнажая голубую кожу, пока Русский пытался отбиться от натиска машин. Точно… надо было напомнить себе, чтобы он больше не злил дамочек в костюмах, с которыми столкнётся. Женщина-паук отбросила в сторону разбитые останки машины, которую она использовала в качестве дубинки, и задыхалась, положив обе руки на колени. Перед ней стоял синекожий чудак, весь в синяках и выглядевший так, будто пережил не лучшие времена, но определённо живой. — Ну, это было весело, — Она хмыкнула. Опустившись на колени, она подхватила чудаковатого русского и прижала его к стене с помощью паутины, оставив его рот открытым. — Хах, жаль, что тебе пришлось это увидеть. Просто… он очень раздражает, понимаешь? Он, конечно, не Стильт-мен и не Бодега Бондит, но поверь мне, он не отстаёт. — Я понимаю, о чем ты… — Хотя он также использовал бы несколько более подходящих слов. Была тонкая грань между назойливостью и готовностью убивать невинных людей только потому, что они оказались там. — Так, надо спросить у Бегемота, кто снова вызволил его из тюрьмы, — она легонько шлёпнула его по лицу, пробуждая его от сна. — Клянусь, каждый раз, черт возьми… — Подожди… он уже выходил? Это не первый раз? — Его глаза сузились под маской. Он увидел этого парня только сегодня и уже знал, что любой здравомыслящий судья без раздумий вынесет ему смертный приговор. — Включая сегодняшний случай? Три раза и больше, — Она вздохнула, явно расстроенная. — Не знаю, как ему удаётся выходить оттуда. Можно подумать, что после первого раза его посадят в одиночную или что-то в этом роде… — Где я? — Он пробормотал, быстро моргая глазами, чтобы прийти в себя. — Что… Что случилось? — Тебе надрали задницу в третий раз подряд, — она скрестила руки. Человек-паук практически видел ухмылку под ее маской. — Так, значит: тебя раз или два вытаскивали из тюрьмы? Я даже не удивлена. Если Бодега Бандит смог выбраться, не удивлюсь, если и ты сможешь. Она резко ткнула его в грудь. — Но ведь Бодега Бондит не выходит на свободу в грёбаном силовом костюме, верно? Итак, Золушка, кто твоя крестная фея? Кто подарил тебе новые игрушки? Ты тайная кузина Тони Старка или что-то в этом роде? — Иди… к черту… девочка-паучок… — Он плюнул в неё, хотя был настолько одурманен, что полностью промахнулся мимо ее головы. Такой реакции он давно ожидал. У многих преступников было извращённое чувство чести: убийство невинных или разрушение жизни — это нормально, если только ты не превращаешься в голубя на табуретке, словно это стирает чувство вины, которое они могли испытывать. Иногда их нужно было немного подбодрить… если, конечно, она была готова довести дело до конца. — Я предупреждаю тебя, Алекс. Ты не… — Что не должен? Я тебя не боюсь, девочка, — Он захихикал, откинув голову назад настолько, насколько это было возможно в его положении. — Если этот город — скотобойня, то ты самая большая свинья из всех! Даже значок не нужен, чтобы изображать бекон! Его рот разошёлся, обнажив окровавленные зубы. — У тебя не хватит смелости причинить мне боль, когда я беспомощен. Особенно на глазах у всех этих людей. Он огляделся вокруг. Люди собирались вокруг них, более уверенные в себе теперь, когда источник опасности миновал. Он видел, как дрожат руки Женщины-паука, как сузились глаза ее маски, но она не предпринимала никаких дальнейших действий. Была ли она связана с полицейскими? Официально говоря, они не могли просто выбить признание… конечно, они все равно это делали, но конечно, не тогда, когда их могли видеть люди, если только они не избивали «никудышных негров». — Слушай, я не знаю, что за чертовщина здесь происходит, но общую суть я уловил, — Он сказал. — По мне, так его кто-то вызволил из тюрьмы, и он не в первый раз оттуда выходит. У тебя нет причин меня слушать, но ты видела, что он чуть не сделал… — Что ты хочешь, чтобы я сделала? Избить его? — Она покачала головой. — Слушай, одно дело — отбиваться, когда он еще представляет угрозу, другое — когда на него надели наручники. Может быть… Может быть, полиция сможет что-то из него вытянуть, — Даже когда она это произнесла, в ее тоне уже слышалось сомнение. Этот парень сбегал уже три раза, а они так и не смогли его вычислить. Неужели полицейские собираются вытащить чудо из своей волшебной шляпы? Вряд ли. Алексей хрюкнул, когда Человек-паук ударил его по лицу. Линчеватель в маске вздрогнул, хотя изо всех сил старался не обращать внимания. Это было похоже на удар по шкуре животного. — Теперь ты будешь со мной разговаривать. Он грубо схватил его за лицо. — Кто выпустил тебя из тюрьмы? Откуда у тебя такой костюм? — Эй, какого черта ты делаешь? Мы не можем… — Ты правда думаешь, что копы не делают этого, когда ты не смотришь? — Он ударил его кулаком в живот, получив еще один стон боли. — Ты видела, что он чуть не сделал. Эти люди погибли бы, погибли бы и другие, если бы ты не увела его. Ты собираешься просто ждать, пока он снова вырвется? Ты не была так удивлена, когда сказал, что это уже третий раз. Она оттащила его, прежде чем он успел нанести еще один удар. Собравшаяся толпа начала перешёптываться между собой и показывать пальцем, до его слуха донеслись отдельные слова вроде «соперничество» и «бой супергероев». — И каково же твоё решение? Просто бить парня, пока он не выкашляет что-нибудь? — Она покачала головой. — Слушай, мы не можем просто избивать людей, ясно? Пусть этим займётся полиция. Поверь мне, они знают, что делают… — Да, малыш. Послушай девочку-паука, — Алексей ухмыльнулся им обоим. Человек-паук хотел стереть эту ухмылку с его лица. — Увидимся, когда я снова выйду. В следующий раз вам так не повезёт, да? В следующий раз я брошу машину посильнее, чтобы паутина не остановила ее… Хватит. Он навёл револьвер и выстрелил, целясь чуть выше колена. Ухмылка Алексея переросла в крик боли, который только усилился, когда прострелили и вторую ногу. И снова он не увидел крови: что бы ни было у этого чуда вместо кожи, это определённо не было нормальным. Он старался избегать коленных чашечек; он не хотел делать его калекой, даже если тот заслуживал этого. — Все еще думаешь, что я шучу, Алексей? — Он прижал пистолет между ног, вызвав у более крупного мужчины звук, похожий на хныканье. — У тебя уже прострелены две ноги, хочешь третью? У меня еще полно патронов… К его спине прикрепилась паутина, и его снова потянуло назад. Он едва успел уклониться от удара, направленного в лицо, но паучье чутье, несмотря на опасность, почему-то не сработало. — Ты что, совсем спятил?! Я только что сказала, что мы не бьём людей, когда они уже обездвижены! — Может, и нет, но не все из нас могут использовать грузовики как биту, — Он сплюнул. — Если бы я допустил хоть одну ошибку, полдюжины людей превратились бы в пасту! Неужели ты собираешься рисковать тем, что он выберется и сделает это снова, только потому, что теперь, когда он беспомощен, ты не хочешь его приструнить? — Он насмехается. — Извини, сестрёнка, но это не имеет для меня никакого смысла. Особенно после того, как ты бросила машину ему в лицо. — Черт возьми, смотри! — Она подняла руки и глубоко вздохнула. — То, что мы носим маску, не означает, что нет правил, ясно? Ты не можешь просто… бить людей ногами, потому что они пытаются тебя разозлить! — То есть, взрывать машину у кого-то перед носом — это нормально, а пытаться получить информацию — нет? Какого черта… — Я тебе говорю! — Алексей прервал ее, его голос звучал удручающе. — Просто вызовите скорую помощь, чтобы вытащить пули! Два человека в паучьих костюмах смотрели друг на друга в тягостном молчании. Видно было, что она хочет сказать что-то еще, продолжить свою тираду о морали и правилах поведения в обществе, но Человек-паук заговорил первым. — Ладно, ты, синекожий чудак. Выкладывай все и надейся, что она поймёт, о чем ты, черт возьми, говоришь. — Потому что Бог знал, что он сделает. Он не мог разобраться в этом сумасшедшем доме. Следующее, что он предположил — Тумс и Осборн восстанут из мёртвых… — Так, слушай… — Он глубоко вздохнул. — Этот побег… не такой, как предыдущие, — Он сглотнул, стараясь не обращать внимания на боль в ногах. — Человек, похожий на секретного агента, одетый в красное, он… пробрался в камеру и сказал мне, что у него есть предложение… — Продолжай, не держи нас в напряжении… — пробормотал Человек-паук. — Он говорил мне… что его работодатель выпустит меня из большого дома… в обмен на это я надену экспериментальный костюм и сражусь с Женщиной-Пауком. — Я? — Глаза в маске расширились. — Погоди, так вся эта чушь про убийство капитана Стейси была… — Чушь. Он сказал… — Он слабо рассмеялся. — Чтобы разозлить тебя… что ты защищаешь большого бекона Стейси, и я должен был этим воспользоваться. Не знаю, почему… — Он пожал плечами. — Это… это все, что я знаю, ясно? Так что вызывайте скорую, немедленно… — Секретный агент в красном, тебе это о чем-нибудь говорит? — спросил Человек-паук. — Нет, если не добавить в конце «белый и синий», но я уверена, что Капитан Америка на моей стороне, — пробормотала она, еще больше сбивая его с толку.— Слушай… нам нужно поговорить об этом, но не здесь. Я уверена, что полиция и скорая уже едут сюда, но я все равно их вызову, так что давай пойдём в более уединённое место. Я бы не хотела устраивать еще одно шоу для толпы, — Она жестом указала на людей, которые наблюдали за ними как ястребы. Она подпрыгнула и выпустила линию паутины, перепрыгнув на вершину соседнего здания. Она жестом показала ему, чтобы он следовал за ней… неужели она забыла, что он не может раскачиваться, как Тарзан? Он покачал головой и спрыгнул на кучу машин, перепрыгнув через ограждение прежде, чем кто-то успел подумать о том, чтобы последовать за ним. Надеюсь, на этот раз копы смогут задержать этого парня… не то чтобы это было его проблемой, конечно. Как только он вернётся домой и окажется подальше от этого сумасшедшего дома, все вернётся на круги своя. Он успел сделать всего несколько шагов по переулку, как она опустилась перед ним, и его паучье чутье снова стало жутко отсутствовать. Вокруг неё оно не вспыхивало… это настораживало. — Хотела спросить, когда ты собираешься меня догнать. — Точно, забыла, что тот, кто дал тебе твои веб-шутеры, не вложил в них функцию качания, — Она скрестила руки и прислонилась к стене переулка. — Слушай, насчёт того, что случилось там… — Мы действительно собираемся продолжать это? — Он прервался, в его голосе слышалось раздражение. Он уже слышал эту лекцию от тёти Мэй, уже пережил приступы ненависти к себе. — Может, тебе это и не нравится, но неужели ты думаешь, что он откажется от всего этого, если мы будем хорошо себя вести? Из-за его костюма трудно было разглядеть, но он просто еще один бандит. Единственное, что заставляет их сожалеть — это когда ты угрожаешь или причиняешь им боль. — Может быть, но это не значит, что мы должен опускаться до их уровня, — Она ответила. — Послушай, я не собираюсь быть ослицей и говорить, что эта информация бесполезна. Может, кто-то что-то видел в полицейском участке, может, другие заключённые мельком видели этого «человека в красном», но мы не можем просто начать бить людей ногами или выбивать из них дерьмо, чтобы получить информацию. Есть грань, понимаешь? Я знаю, ты, наверное, новичок в этом деле, но такие, как мы, должны держаться от этого подальше. — Такие как мы? Ты имеешь в виду «супергероев»? — Он покачал головой. — С чего ты взяла, что я такой же, как все? — Ты помог мне сразиться с Носорогом, например. Ты также помог спасти тех ребят, которые остались. Не совсем идеально, но я и не думала о том, как помочь ближнему, когда только получила свои силы. Тебе просто нужно немного поработать над этим. — Слушай, я ценю твой вотум доверия, но я не герой. Сейчас я просто тот, кто хочет покинуть этот сумасшедший дом и найти дорогу домой, — Он пожал плечами. — Так что удачи тебе в роли супер-паука или как ты там это называешь, но я не останусь. Надеюсь, ты сможешь найти человека в красном… — Хотя если она по-прежнему избегает допрашивать бандитов, потому что хочет быть «лучше» их, то он в этом сомневается. Он прошел мимо неё, не сказав ни слова. Он уже достаточно отвлёкся; ему нужно было найти Октавиуса. Без своей инвалидной коляски он не смог бы далеко уйти, а маленького калеку-немца, покрытого кровью, как мясник, было легко вычислить в толпе. — Подожди, — Она позвала. — Еще один вопрос. — Да, и какой же? Глаза в маске сузились, прежде чем она заговорила, ее голос звучал неуверенно. — Твой голос… звучит… знакомо. Ты уверен, что мы не встречались? Может, это и дурной тон, но, возможно, мы знаем друг друга без масок. Кто знает, может, ты был в той же группе, когда паук укусил меня. — Сомневаюсь… — пробормотал Питер в ответ. Питер Паркер был просто еще одним лицом в толпе, репортёром газеты «Бьюгл», который занял место Бена Урича после его смерти. Он сомневался, что дама со способностями имеет представление о том, кто он такой. «Если только она не была на складе вместе с Фэнси Дэном и остальными, когда они разбили ту статую», — Он насмешливо хмыкнул. Если бы это было так, то сейчас она была бы не более чем грудой костей. — Я только что приехал. Поверь мне, сестрёнка, если бы я знал даму, которая может прилипать к стенам и швырять грузовики как ни в чем не бывало, я уверен, что не забыл бы о ней. — Хм… если ты уверен. Она все еще сомневалась. Почему? Если только под маской не скрывалась Мэри Джейн или Фелиция Харди, он сомневался, что кто-то кроме их узнает его. — Ну что ж, удачи тебе с этой маленькой загадкой. Мне нужно покинуть это место как можно скорее… Он не стал оборачиваться, когда она ушла, и пополз по стене, скрывшись из виду. У него было достаточно проблем, чтобы не беспокоиться о том, как подстроить себя под какие-то произвольные стандарты, чтобы считаться «героем».

***

Гвен пронеслась над Нью-Йоркским горизонтом, ее разум был затуманен. Большая часть тела болела, но, к счастью, костюм почти не пострадал. «Спасибо, мисс Ван Дайн», — подумала она. Алексей снова был в тюрьме, и она наблюдала с безопасного расстояния, как копы тащат его обратно в тюрьму без костюма. Может быть, Щ.И.Т позаботится об этом? Уж они-то точно выглядели куда более продвинутыми, чем те, до которых могли добраться даже Кингпин и Мердок. Она подхватила спрятанный рюкзак, забралась на соседний небоскрёб и присела на край, позволяя холодному зимнему ветру обдувать ее. Несмотря на все произошедшее, прошел всего час, а ей нечем было заняться. Снова патрулировать? Может быть. Несмотря ни на что, ее раны не были калечащими, так что она не могла взять больничный… Она застонала. Порывшись в костюме, она достала номер и прочитала его. — Офицер Бен Гримм… Это было законно? Если бы она действительно хотела, то могла бы расспросить отца о нем позже, чтобы убедиться, что Гримм в порядке. Сотрудничество с копами решило бы многие ее проблемы, даже если бы оно не было официальным. Это было бы намного проще, чем выпрашивать у отца доступ к полицейским файлам, обращаясь за помощью к старым приятелям. Покачав головой, она сунула его в сумку, а затем достала телефон. Об этом можно будет побеспокоиться позже, а сейчас нужно проверить, не пропустила ли она что-нибудь.

***

Ничего особенного. Несколько сообщений от Бетти о том, что она встретила Даркмена перед «Доллар Дог», сообщение от Глори о репетиции группы в конце недели, ее отец спрашивал, не собираются ли они сегодня вечером… Еще одно сообщение от Мэри Джейн, которая пыталась выяснить, не является ли она Женщиной-пауком. Гвен вздохнула. Может быть, ей следовало остаться на месте, когда Касл пытался ее разозлить; это было бы, по крайней мере, более естественно. Но годы, проведённые в роли Женщины-паука, вбили в ее голову идею борьбы. Именно это подтолкнуло ее к тому, чтобы начать защищать Питера… Она сжала руки в кулаки. По большей части она уже смирилась с этим, но мир, похоже, не желал прекращать напоминать ей об этом. Сначала Джеймсон назвал ее убийцей по телевизору, затем эти новые ящерицы, а совсем недавно детектив Фрэнк Касл преследовал ее за несправедливое «убийство», которое было совершенно ею. — ^&*#&* сукин сын! — Одно только воспоминание о нем выводило ее из себя. Одно дело — преследовать ее, но подвергать опасности ее отца и дом, в котором они жили, — это уже слишком. Если он еще раз покажет свое лицо, то она его просто уничтожит. — Привет, Гвен, опять сидишь на вершине Эмпайр-стейт-билдинг? Она нахмурилась, глядя на текст. Почему «детектив Ватсон» так настаивала на этом? Насколько она помнила, Женщина-паук все еще разыскивалась полицией за убийство и сопротивление при аресте. Если она надеялась, что сможет использовать ее для рекламы группы, то ее ждало разочарование. — Нет, Статуя Свободы. Эмпайр Стейт был на прошлой неделе. Сарказм всегда был ей к лицу. Она положила телефон обратно в сумку и переключила на беззвучный режим. У неё еще был свободный день, можно было провести его с пользой. В здании напротив неё зарычало огромное существо, когтистые руки которого хватали и рвали металлические колонны недостроенного сооружения.

***

Он наблюдал за тем, как героиня в костюме отмахнулась от него, его зелёный панцирь вспыхнул при виде неё, а хвост в ярости взмахнул, едва не опрокинув колонну. — Она виновата… во всем виновата… — прорычал он. По ее вине их забрали, по ее вине над ними ставили эксперименты, по ее вине их превратили в уродов. Она была первой из них, и он собирался заставить ее заплатить за это.

***

Питер еще немного побродил по переулкам и остановился, подняв руку, чтобы снять маску. Ему нужно было отдохнуть от роли Человека-паука, даже если для этого придётся немного сбавить обороты. Может быть, если он остынет и очистит голову, то сможет… Паучье чутье. Здесь кто-то был. Опустив руку, он оглянулся на тёмный переулок. Несколько углов выходили от стены — достаточно, чтобы кто-то мог спрятаться… — Я знаю, что ты там. Убирайся, пока я не рассердился. Прошло мгновение молчания, прежде чем оттуда вышла фигура. Человек-паук поднял бровь: это был тот самый Паучок. Он не ожидал увидеть его снова. — Хм… должен признать, ты не тот, кого я ожидал увидеть, парень, — Он засунул руки в карманы плаща. — Думал, ты сбежал, когда дама в белом пришла выручать нас. — Да, сбежал, — Он неохотно кивнул. — Я… я испугался, ясно? Ты спас меня и все такое, но я немного запаниковал. Я… я не был уверен, настоящий ли ты или просто очередной бандит, ищущий информацию… — И что заставило тебя передумать? — Я… я видел, как ты помогал Женщине-Пауку. Ты ведь супергерой, не так ли? — Я не… — Он вздохнул и прищёлкнул языком. Спорить с этим было бессмысленно, только время терять. — Ладно, допустим, я один из них. Что тебе от меня нужно? Ты ведь в беде, не так ли? — Да… — Он нервно потирал руки. — Ладно, не будем торопиться. Как тебя зовут? — спросил он. Всегда хорошо начинать с интервью. — Г-Габриэль Рейес, но большинство людей зовут меня Гейб, — тихо ответил он. — Хорошо, теперь скажи мне, что не так, Гейб. — Слушай, я… я увидел то, что не должен был видеть, ясно? — Он огляделся по сторонам, словно проверяя, нет ли шпионов. — Я… я вступил в банду, да, но только потому, что у меня не было другого выбора. Я думал, это будет что-то простое, просто продавать несколько мешков травы или что-то в этом роде. Ну, знаешь, что-то, чтобы прокормиться? Сделать несколько продаж, отдать копам свою долю, а они будут смотреть в другую сторону… — Притормози, парень, я тебя не осуждаю, — Слишком сильно, по крайней мере. — Я знаю кое-кого, кто управляет одним из самых горячих спикизи в городе. Поверь, ты не самый худший из тех, с кем я сталкивался. — Ладно, смотри. Этот парень, Кувалда, большая шишка для Маггии. Он пришёл и попросил нас быть охранниками, думая, что кучки смуглых парней с оружием будет достаточно. Лёгкие деньги, верно? — Он судорожно покачал головой. — Я думал, они собираются провезти контрабандой что-то вроде фальшивых денег, или, может быть, спортивные машины или что-то в этом роде. — Полагаю, это были не подарки для вечеринки… — Ладно, послушай, я могу принять на себя какое-то дерьмо, но это было… — Он покачал головой с закрытыми глазами. — Это сделает тебя сильнее, чем Женщина-Халк, оружием, которого нет даже у Щ.И.Т.а. Оно… оно большое, как… — Как та штука, которую носил наш русский изменник? — Гейб кивнул, его глаза были полны страха. — Ты из-за этого уходил от ответа? — Да, блять, да! Если Кувалда получит эти пушки, он не собирается жертвовать их на благотворительность. Многие люди пострадают, хуже, чем при нападении суперзлодеев! — Он прикусил нижнюю губу. — Я пытался предупредить полицию, но не уверен, что поверил не тому парню или кто-то подслушал, но остальные члены банды узнали об этом и… — Он заставил себя нервно улыбнуться. — Ну, вот мы и пришли… — Вот мы и здесь… полагаю, тебе нужна моя помощь. — Ну, да… — Он сжал пальцы в кулак. — Вы с Женщиной-пауком — супергерои. Копы не могут или не хотят помочь, так что… Преступники отрывались, а копы ничего не делали; история всей его жизни. Тем не менее, это отвлекало: Даже если он сомневался, что Октавиус сможет зайти слишком далеко самостоятельно, такое времяпрепровождение может дорого ему обойтись, оставить его здесь на мели дольше, чем нужно… Но может ли он просто проигнорировать это? Вернуться домой, в свой Нью-Йорк, а не в этот сумасшедший дом, и оставить его на растерзание безумцам, у которых больше яиц, чем ума? Скорее всего, нет. — Ты ошибаешься только в одном, парень. Мы с Женщиной-пауком не напарники, — Он вздохнул.— Но я все равно готов помочь. Просто… расскажи мне все, это не первая моя банда и не последняя.