Часть 90

От лица Элайджи Кнайта              Время как будто замедлилось. Я мог видеть, как бежали студенты, оставив площадь пустой, и как за ними начали гнаться мана-звери, будто сорвавшиеся с цепи бешеные собаки. Всё это происходило настолько медленно, что я мог пересчитать все волоски на теле ближайшего ко мне животного.              Какая-то внутренняя сила, казалось, вытеснила моё сознание, и я уже не чувствовал своё тело… своим. Я был совершенно другим человеком, просто наблюдавшим за происходящим от первого лица. Я никогда не ощущал подобного ранее, но знал, что то, что сейчас контролирует моё тело, могло использовать мою силу лучше, чем я сам. Это было своеобразное ощущение, очень ненормальное. Чудовище, которое я пытался держать взаперти внутри себя, поменялось со мной местами.              Зрение исказилось и постоянно пульсировало, отчего я предположил, что тело переполнилось адреналином. Я не слышал ничего, кроме биения сердца. Моё тело, казалось, управлялось кем-то, как марионеткой. Какого чёрта со мной происходит?              Чёрные шипы вырвались из земли вокруг меня, задевая некоторых профессоров, стоявших особенно близко. Я хотел перед ними извиниться, но тело сосредоточилось на мана-зверях и последователях культа того мужчины в маске. Когда на меня напал один из этих людей в мантиях, я переживал, но это было зря. Как только он направил на меня свой кинжал, какая-то чёрная плазма потекла по моей руке и направилась прямо на врага, отчего тот начал таять, словно топлёное масло.              Я разглядел удивлённое выражение на лицах всех тех людей в мантиях, но более неожиданно повели себя те, кто был в более роскошных балахонах. Это был показатель того, что они более высшего ранга в культе? Они побледнели, лицо скривилось в подобие страха. Они выставили руки вперёд, как бы пытаясь успокоить меня. В этот момент меня окружили десятки мана-зверей, готовясь напасть, но бесполезно. С лёгким движением моей руки чёрные шипы нанизали на себя каждого зверя.              Это сделал я? Я никогда раньше не видел такой магии. Это было неестественно. Эта сила предназначалась исключительно для убийств и разрушения.              Моё тело проигнорировало мёртвых мана-зверей и уверенно приближалось к людям, утратившим задумчивость, сменившуюся нахмуренными бровями и оттенком беспокойства в глазах. Другие фигуры решительно отбросили пленников и бросились ко мне, но по какой-то причине те, в расшитых балахонах, остановили их. Я не слышал, что он говорил, но казалось, они почти умоляли, их руки постоянно жестикулировали в надежде успокоить меня.              Вдруг резкая боль пронзила меня, словно через всё тело прошло горящее лезвие. Я не знаю, как, но похоже, что моё тело достигло своего предела. Нет. Пока нет. Я знал, что не мог его контролировать, но в этот момент я отчаянно хотел, чтобы моё тело по крайней мере убило культистов, как и планировалось. Тело постепенно зашаталось, каждый шаг становился более зыбким. Почти…              Тело вытянуло руку, и чёрные шипы полетели в сторону террористов. Шипы не могут убить их, как я надеялся, но благодаря своей скорости они от моего заклинания уж точно не смогут полностью увернуться. Мои враги упали назад от силы удара, и я едва смог увидеть чёрные шипы, торчащие из разных частей их тел.              Ещё раз…              Зрение становилось всё слабее, и тело остановилось. Кажется, я потерял сознание. Я ещё раз посмотрел на запутанных культистов, и прежде чем моё сознание полностью растворилось в темноте, я почувствовал, как моё падающее тело кто-то схватил. В последний раз посмотрев вперёд, я увидел женскую фигуру с белыми волосами и светящимися фиолетовыми глазами.              — Теперь ты можешь отдохнуть, Элайджа. Хорошая работа, — услышал я голос Лилит, прежде чем окончательно потерять сознание.       

***

От лица Клэр Блейдхарт              Все, кто остались на площади, в полном шоке смотрели на то, как один лишь Элайджа убил множество мана-зверей, что были сильнее обычного, и несколько культистов, незадачливо попавших под шипы… А этот чёрный огонь — он буквально расплавил одного из них за считанные секунды!              Мне думалось, что в этот момент невзрачный друг Лилит и Артура, которого я никогда не воспринимала всерьёз, был даже сильнее поменявшегося за один вечер Лукаса. Заклинания Элайджи были созданы и направлены лишь на убийство и разрушение. Я в надежде смотрела на него, надеясь, что он победит всех террористов, которые направлялись на профессоров, но в один момент Элайджа, казалось, потерял все свои невероятные силы. Он начал заваливаться и лишь на чистом упрямстве продолжал идти вперёд, надеясь убить чертовых культистов.              Я вновь начала терять надежду, когда мимо меня и Кёртиса пронёсся ветер. Все оставшиеся офицеры дисциплинарного комитета, тоже ощутив это, в удивлении смотрели на… Лилит?! Как она оказалась здесь? Девушка пронеслась мимо нас со скоростью молнии и схватила Элайджу именно в тот момент, когда он начал падать в обморок — может, от слишком большого пользования силой. Я видел, как она что-то говорила Элайдже, но это было слишком тихо, чтобы кто-то мог это расслышать.              Лилит, создав цепи из спины, обвила одну из них вокруг Элайджи и подхватила его в воздух, освобождая руки. Девушка, за секунду оценивая ситуацию, сперва посмотрела на профессоров, что уже были заняты борьбой с мана-зверями и культистами, затем направила своё внимание на нас — членов ДК, и, казалось, именно на мне задержала взгляд.              — Почему офицеры ДК стоят в стороне, когда ваша помощь особенно нужна? Клэр, я не ожидала, что ты будешь так трусить! — прокричала она, казалось бы, с упрёком, но я почувствовала только поддержку со стороны Лилит. — Где же делся весь твой стальной характер? Неужели всё то, что ты показывала нам всем до этого дня, было просто шуткой?              Её слова попадали прямо в цель, и я ощутила, как сердце начало биться быстрее, а ладони вспотели. Я снова ощутила себя той маленькой девочкой, которая восхищалась дядей, что казался ей самым сильным на всём белом свете. Она была права. Это мой долг. Долг лидера дисциплинарного комитета.              Взглянув на колокольню, я увидела Фейриха и других студентов, захваченных в плен. Если мы сейчас будем действовать, то всё ещё можем спасти их. Культисты были заняты преподавателями, и лишь немногие прислужники остались прикрывать их. Это был мой долг. И всё же, почему я всё ещё не могу двигаться? Неужели моё тело так сильно испугалось?              — Ах! — громкий крик заставил всех нас обернуться.              Это кричала профессор Глори. Она лежала на земле, а под ней медленно растекалась лужа крови. Я вспомнила, как она посмотрела на меня перед тем, как пересечь барьер. Её глаза говорили, что она может умереть и совершенно об этом не жалеет. Она наверняка боялась, но делала то, что должна, чтобы у других студентов был шанс выжить.              Я вновь направила взгляд на Лилит, которая уже кинулась в гущу сражений. Эта девушка была только на первом курсе и намного младше меня, но она была такой смелой и создавала по несколько заклинаний одновременно, что я не могла не восхититься ею.              — Она права! — я разорвала оковы страха, сдерживавшие меня, и шагнула вперёд.              Обнажив свой меч, я взглянула на Кёртиса, восседавшего на Грайдере, и он кивнул мне так же, как и профессор Глори. Клайв и несколько других студентов решили помочь нам. Прислужники уже перешли через барьер, чтобы помочь культистам, так что я кивнула Клайву, чтобы тот помог студентам сбежать и чтобы их не догнали мана-звери. Кёртис, Теодор и я встали в авангарде, а Кейтилин и Клайв пересели на Грайдера.              — Н-не надо! — прохрипела профессор Глори, широко раскрыв глаза от страха, когда на нас напали прислужники.              Они полностью скрывались в своих балахонах, и даже их лица были скрыты под неестественной тенью. Я отразила выскочивший из-под земли шип своим мечом, и вдруг фигура в плаще сбила меня с ног. Откатившись, я набросилась с мечом на врага, вонзая лезвие ему прямо в горло. Я чувствовала, как меч… прошёл сквозь его кожу. Тем не менее прислужник даже не дёрнулся и протягивал ко мне серые руки, собирая в них ману.              И в этот момент питомец Кёртиса отшвырнул от меня человека в плаще.              — Ты в порядке, Клэр? — Кейтилин протянула мне руку и помогла подняться после того, как выпустила во врага обездвиживающее заклинание.              И тогда мы услышали пронзительный вой со стороны битвы преподавателей с культистами. Но это кричали не преподаватели, а сами культисты. После того как Лилит вмешалась в бой, они не смогли ничего предпринять, прежде чем она убивала их заклинаниями. Она использовала огонь, молнию, землю, гравитацию и цепи, не давая врагам и шанса на победу. Одна лишь Лилит раскидывала их так, будто они были тряпичными куклами, а не врагами, из-за которых я чуть ли не ревела от страха.              Эта картина настолько воодушевила меня, что я даже позабыла, как буквально минуту назад дрожала от страха, не смея шевельнуться. Но всё-таки едва не пропустила огненный шар, выпущенный мне в грудь одним из прислужников. Едва успев парировать заклинание, я использовала этот шанс, чтобы оценить ситуацию. Лилит, оттянув большую часть внимания врагов на себя, позволила профессорам взять командование отступлением студентов в свои руки. Рядом со мной я заметила Кёртиса и Кейтилин верхом на Грайдере.              Возле колокольни Клайв, немного потрёпанный мана-зверем, только что подобрал с земли Фейриха. Другие студенты, знакомые мне с занятий у профессора Глори, сражались с прислужниками. Стиснув зубы, я побежала к Клайву. Я знала, что хотела от меня профессор Глори. Нужно спасать заложников, пока они отвлекали Лукаса.              Собрав ману в своём клинке, я набрала скорость, на ходу произнося заклинания.        [Огненное Копьё]              Пробив копьём обесцвеченного волка, нападавшего на Клайва, я как-то странно поднялась над землёй. Клайв удивлённо раскрыл глаза, его губы произносили моё имя, но я не слышала ни звука. Я не слышала никаких звуков.              И вот тогда я увидела каменный шип, пронзивший меня в живот. Опустив меч, я посмотрела вниз и коснулась шипа. Там была кровь. Моя кровь. И тогда вернулись звуки — шквал криков и воплей заполнил мои уши.              Мой взгляд перемещался от окровавленных рук к шипу в животе. Я хотела развернуться, но поняла, что вишу в воздухе. Гигантский шип пробил меня насквозь и поднял над землёй. Я видела, как Кёртис оттолкнул ошеломлённого Клайва и пробирался ко мне.              — Клэр! — крикнул Кёртис, но на этот раз его голос звучал очень глухо, как будто из другой комнаты.              Время замедлилось. Я видела, как Кейтилин спрыгнула с Грайдера и ринулась ко мне, шокированно прикрывая рот руками. Я пыталась что-то сказать, но получалось лишь мокрое бульканье. Я подумала о своём отце. О его твёрдом взгляде. Он был первым, кто рассказал мне о важности имени Блэйдхартов. Он гордился бы мной, увидев меня сейчас?              И как только я почувствовала, что всё исчезает, я услышала леденящий кровь рёв, пронзивший небеса. Глубокий, грохочущий гром, потрясший даже землю и шип, на котором я висела. Даже на грани смерти я как-то почувствовала страх. Не такой, который парализовал меня ранее, но тот, из-за которого тело инстинктивно захотело в почтении приклониться.              В этом состоянии, близком к смерти, я подумала, что мне лишь привиделся этот звук, но потом мои глаза увидели его. Неповторимого крылатого зверя, которого каждый искатель приключений, каждый человек надеялся когда-нибудь увидеть.              Это был... дракон?              Он совершенно не напоминал мне того, кем мама пугала меня в детстве, рассказывая сказки. Нет, этот дракон даже был милым. Два рога торчали по обе стороны его головы, и радужные глаза, которые могли заморозить даже видавшего виды авантюриста, показывали как красоту, так и свирепость. Те книги, которые я читала в детстве, описывали дракона как блестящий драгоценный камень, но этот дракон имел настолько непрозрачно чёрный окрас, что даже тени в сравнении с ним выглядели просто серыми.        Бечено