Часть 91

От лица Артура Лейвина              После моего появления битва, которая практически подходила к своему концу, остановилась. Я видел, как Лилит стояла, окружённая трупами и более чем десятью еле стоящими на ногах людьми в мантиях, что были её врагами. Но меня вовсе не это интересовало, а то, как Лилит выглядела.              Её одежда была в пятнах крови, по краям обожжена, местами порвана, а на гладкой бледной коже тоже была кровь, но, похоже, это не являлось её собственной. За её спиной резвились цепи, в которых был и Элайджа, потерявший сознание. Я прекрасно знал и неоднократно испытывал на себе её мощь, но это не мешало мне беспокоиться и бояться за неё — ведь даже слона можно повалить тысячами муравьёв.              — Ты наконец-то пришёл, — усмехнувшись, сказала она, когда я подошёл к ней ближе.              Хоть она и сохраняла ровный тон и спокойное лицо, будто не сделала ничего такого и может ещё продолжать, я видел, что у неё был холодный пот и уже началась отдышка. Наверняка у неё была ещё и головная боль, но Лилит никогда бы не показала свою слабость чужим или врагам. Я лишь кивнул ей и, шурша рукой в кармане штанов, вытащил её любимые конфеты. Знал ведь, что будет именно такая ситуация, и лишь сладкое помогало Лилит при головной боли.              — Сильви, защищай Лилит, — положив конфеты на её безмолвно вытянувшуюся руку, обратился я к сестре Лилит и моему питомцу. — Я сам закончу это.              Это я виноват. Зря я отпустил её тогда одну, думая, что ничего такого не произойдёт за одну ночь. Поклялся ведь, что не позволю и в этой жизни повториться тому, что произошло в прошлой. Но что в итоге? Кажется, я не так уж и сильно изменился, как мне казалось. Моя голова пульсировала, пока я подходил к оставшимся противникам. Ничто другое не имело значения. Не сейчас. Не до тех пор, пока я о них не позабочусь.              — О-отойди! — один из них замялся, а в его глазах отразилось сумасшествие.              Отступая, они все подготовили заклинания. Интересно, поняли ли они, что заклинания на самом деле тратят их жизненную силу? Но это не важно. Я убью их раньше. Они выпустили свои заклинания, и десятки разных элементов рассыпались и закружились, становясь всё больше и больше. Они продолжали безумно ухмыляться, но по их телам было заметно, как сильно на них подействовал этот вызов заклинания. Я заметил, как красные пылающие сферы посинели, когда один из них улучшил колдовство. Кажется, они планировали убить не только меня, но и разрушить академию.              — Папа… — встревоженный голос Сильви эхом раздался в моей голове.              — Всё нормально.              Я мог бы позволить им убить себя собственными же заклинаниями, но они этого не заслуживают. Это была бы слишком милосердная смерть. Хотя бы один из них нужен мне живым — по крайней мере, пока я не получу от него ответы. Я хотел уничтожить их, но эта атака, вся эта катастрофа, не могла быть осуществлена только этими ничтожествами. Кто-то насильно перенапряг их мана-ядра… до такой стадии, что даже если я оставлю одного в живых, он, вероятно, совсем скоро скончается сам.              Как бы то ни было, их союзник смог преобразовать жизненную силу этих людей в ману. И по побледнению кожи и мана-зверям можно было предположить, что это как-то связано с «Вритра».              — Судя по твоему выражению, кажется, ты не знаешь, что сейчас произойдёт. Ты думал, что сможешь выжить? — зашипел самый нахальный из них, пуская слюни изо рта. — Умри!              Десятки пылающих голубых шаров, каждый из которых способен сжечь дом, полетели в меня, словно пушечные ядра. Я вздохнул и пробормотал:              — Вторая фаза.        [Пробуждение Дракона]              Зрение преобразилось в монохромное, и цвета я мог различить только по частицам маны.        [Абсолютный Ноль]              Казалось, сам воздух замер прямо перед тем, как шары белого пламени врезались в меня. У меня осталось совсем немного времени, пока работает вторая фаза. И мне нужно получить ответы, прежде чем это случится. Пробираясь через облака пара и обломков, я разглядел фигуру того самого, который громче всех кричал, шокированно озирающегося. Все его товарищи стояли, заморозившись во льду, точно ледяные статуи.              — К-как т-такое возможно? Нет, это нереально. Что это за ледяное заклинание? — тараторил он, будто увидев призрака.              Он начал произносить ещё одно заклинание, и, что удивительно, судя по тому, сколько маны он собрал в своей руке, оно было мощнее предыдущего.        [Адское Копьё]              Этого заклинания я никогда не видел. Мана сформировалась в пылающее синее копьё. И что меня удивило — частицы маны не просто сформировались в облик копья, а, казалось, превратились в горящее оружие.              — Надеюсь, ты и это переживёшь. Потому что я хочу, чтобы ты наблюдал, как я буду трахать твою драгоценную возлюбленную! — съязвил он, швыряя огненное копьё.        [Чёрный Гром]              Я выстрелил шаровой молнией из правой руки, поймав древко копья парня левой рукой. Моя рука слегка дёрнулась назад от силы броска, и раздалось слабое шипение от столкновения огня и льда.              — Ааа! — пронзительный вой этого червяка донёсся до моих ушей. — Моя рука! Как больно! Рука!              Я шёл в его сторону, всё ещё нервно трогающего место, где была левая рука.              — Белый Огонь! — зарычал я, и рука воспламенилась жемчужным огнём.              Я почти подобрался к нему, а он продолжал пятиться от меня.              — Оттрахать её?! — произнёс я сквозь зубы.              — Это… это не честно! М-магия молний? Ты к-кто такой?!… — голос Джона затих, когда он в недоумении взглянул на меня.              Его губы дрожали вместе с поражённой молнией культей.              — Твоя смерть, сучоныш.              Душераздирающий крик этой личинки разорвал воздух, когда я схватил его за оставшуюся руку. Пламя в моей ладони начало медленно замораживать его вплоть до молекул. От удара его рука разлетелась, как стекло. Он поражённо смотрел на осыпающиеся осколки того, что было его левой рукой.              — Н-нет… как ты смеешь! Я Джон Уинтервел! Высокопоставленный аристократ! — выплюнул он, отталкиваясь ногами подальше от меня.              Придавив его ногу, я прижал его к полу. В его взгляде не было ни следа здравомыслия. Он больше не был человеком.        [Высокая Гравитация]       Нога Джона превратилась в багровое месиво. Куски костей валялись в гуще крови, сочащейся в трещины в земле, которую я пробил, усилив ногу гравитацией. Ещё один хруст кости раздался по округе, а за ним последовал пронзительный вой боли, когда я проделал то же самое с другой ногой. Так же, как Вритра оставил Алею медленно умирать в глубинах подземелья, так и подобает поступать и с ними.              Взяв Джона за шкирку, я ударил его по лицу, чтобы привлечь внимание.              — Кто ответственен за всё это?              Его глаза встретились взглядом с моими, и он плюнул кровью мне в лицо.              — Думаешь, что я что-либо тебе расскажу? Пхахаха! Ну так слушай! Люди с нового континента придут сюда войной! Они куда сильнее, чем я, и они обязательно сделают с твоей любовницей то, что не смог я! Уверен, что она уже на прицеле! Ха-ха… — я бросил его на землю. — …Тьфу!              Я посмотрел на него снизу-вверх, и он, заметив мой взгляд на себе, весь сжался от страха.              — …Говоришь, они придут за Лилит? Так знай, что любой, кто посмеет прийти за ней… — медленно проговорил я, не разрывая зрительный контакт.              Глядя на него — талантливого мага, воспитанного полагаться только на свою силу, не чувствующего ни вины, ни раскаяния за поступки и предательство, — мне становится жаль его. Почти. Джон действительно мог измучить и осквернить Лилит, если бы она была менее сильной. Его слова всё ещё звенели в моей голове вместе с изображениями того, что могло бы произойти, если бы Лилит была слабой.              Я поместил ногу между его изувеченных нижних конечностей — на единственном живом месте, кроме головы. Единственном месте, которым он ещё дорожил.              — Ч-что ты делаешь? — в его голосе проявились нотки страха.              Я посмотрел ему в глаза и сказал то, что думал:              — Подаю пример того, что произойдёт, если такой же дурак, как ты, попытается что-то сделать с Лилит.              Его глаза расширились от осознания, и он замолотил остатками рук. Он хотел что-то сказать, но…              — Пусть твои страдания преследуют тебя и в следующей жизни… — произнёс я равнодушно.        [Высокая Гравитация]        Бечено