Часть 21

      В баре царила обычная вечерняя рутина. Сэм что-то искал в ноутбуке за угловым столиком, Эллен пересчитывала выручку, а Джо укачивала Билли за стойкой. Дин мыл стаканы. Его движения были спокойными, почти механическими, но глаза, привыкшие к постоянной угрозе, регулярно скользили по залу, по затемнённым окнам, по каждому вошедшему. Он ждал. Всегда ждал.       И дождался.       Первым признаком стал огонь в подсобке Эша — не обычное замыкание, а зелёное, ядовитое пламя, вырвавшееся из-под двери вместе с клубами едкого дыма и самим закопченным Эшем, вывалившимся в поисках воздуха. После чего раздался оглушительный треск ломающейся древесины, и из пролома в стене, ведущей в подвал, выползло нечто. Существо с кожей, похожей на потрескавшуюся глину, и длинными, костяными шипами на спине. Оно источало запах серы и гниющей плоти.       В баре на секунду воцарилась оглушительная тишина, которую тут же сменили крики и грохот опрокидываемых стульев. Охотники инстинктивно хватались за оружие.       Но первый выстрел прозвучал ещё до того, как они успели сориентироваться.       Пуля из крупнокалиберного пистолета, который Дин всегда держал под стойкой, точно вошла в грудь твари. Но существо лишь дёрнулось, издав скрежещущий звук, и продолжило двигаться вперёд. Оно было защищено.       И тут в Дине что-то сорвалось. Это была не просто ярость. Это была леденящая, абсолютная, беспощадная ярость. Не потому, что на них напали. А потому, что эта тварь посмела. Посмела прийти сюда. В его дом. Туда, где спит его сын.       — Ты! — его рёв заглушил все звуки в баре.       Он не стал искать укрытие. Не стал строить тактику. Он просто пошёл навстречу чудовищу, как разъярённый бульдозер, непрерывно стреляя. Каждый выстрел отбрасывал тварь назад, но не убивал её.       — Ты посмела прийти сюда?! — он рычал, вкладывая в каждое слово всю свою ненависть. — В мой дом?!       Сэм уже закопался в их арсенал, но Дин, казалось, не нуждался в помощи. Его ярость стала оружием сама по себе. Он поймал брошенный братом новый магазин и вщёлкнул с такой силой, что казалось, он сломает затвор.       — Я ждал тебя! — кричал он, продолжая стрелять. Тварь, оглушённая его яростью и шквалом огня, отступала к пролому в стене. — Ждал, когда же найдётся какое-нибудь создание, достаточно глупое, чтобы прийти сюда!       Он был уже в паре метров от неё. Тварь замахнулась когтистой лапой, но Дин, не прекращая стрелять, увернулся с рефлекторной ловкостью и всадил последнюю пулю прямо в то место, где должен был быть глаз.       Существо завизжало и рухнуло на пол, забившись в предсмертных судорогах.       В наступившей тишине было слышно только тяжёлое, хриплое дыхание Дина. Он стоял над трупом, его кулаки были сжаты, а грудь вздымалась и опадала. Он медленно повернулся, его горящий взгляд обвёл зал, остановившись на Джо, прижимавшей к себе испуганного, но молчавшего Билли.       — Всё! — прохрипел он, обращаясь ко всем присутствующим, но глядя прямо на сына, как бы давая ему клятву. — Представление окончено! Расходимся по своим делам!       Он больше не был просто отцом или барменом. В его позе, в его голосе, в его глазах снова был тот самый Дин Винчестер, для которого не существовало невозможных врагов. Только теперь у него было ради чего сражаться. И он дал понять это всему миру тьмы, который, он знал, прислушивался.