Часть 31. Тот, что громче всех, с козлиной бородкой

Питер не обещал, что больше не сбежит. Он действительно пообещал, что больше не сбежит, когда они придут на похороны дяди Бена, но как насчёт всего, что было до этой даты или сразу после неё? Это было не под запретом. Питер не знал, что и думать обо всём этом. Он сбежал и оказался в своём старом доме, но Мэй там не было, и после этого всё потеряло смысл. Мистер Старк был с ним дружелюбен, несмотря на то, что ему удалось перехитрить гения. Питер гордился собой за то, что сделал что-то подобное. Он вспоминал лучшие дни, когда учился в школе и у него были друзья, с которыми он мог поговорить. Они обсуждали всё: от последнего фильма до последних событий Мстителей. Они обсуждали поступки героев и спорили друг с другом о том, почему их любимый Мститель — лучший. Это были не самые важные разговоры, но Питеру нравилось думать о них, когда он чувствовал себя одиноким по ночам. Воспоминания об одном из его старых друзей, который рассказывал о Торе и его молоте, всегда вызывали у него улыбку. Он должен был признать, что Тор тоже производил на него впечатление, но его любимым Мстителем всегда был Железный Человек. То, что делал мистер Старк, будучи гениальным изобретателем и супергероем, было просто невероятным, и он никогда бы не подумал, что однажды превзойдёт его. После того как Питер бесследно исчез из Башни, он почувствовал, что может постоять за себя. По крайней мере, иногда. Мистер Старк, похоже, думал так же, потому что он не злился, как разозлился бы Бен, и не смотрел на Питера с разочарованием, как сделала бы Мэй. Нет, мистер Старк выглядел впечатлённым, любопытным и гордым за Питера, но больше всего он был любопытен. Он хотел знать, как Питер это сделал и помогали ли ему, но когда Питер ничего не ответил, мистер Старк просто кивнул и снова попросил Питера пообещать, что он не сбежит, по крайней мере во время похорон. Питер пообещал ему. После этого они проводят вечер вместе. Как настоящая семья, — сказала мисс Поттс, и её глаза увлажнились, но улыбка была такой милой, что Питер понял: ей это нравится, даже несмотря на то, что они смотрят мальчишеский фильм. Он мысленно ухмыльнулся, вспомнив об этом. Она так это назвала. Они закончили с небольшим ужином, который она приготовила, и подошли к огромному удобному дивану. Мистер Старк позволил Питеру выбрать место, и, как и несколькими днями ранее, Питер сел посередине между мистером Старком и мисс Поттс. Оба взрослых довольно кивали. Им потребовалось почти двадцать минут, чтобы сесть на диван рядом с ним и прижаться к нему так, чтобы он почувствовал тепло их тел. Он сделал вид, что не заметил этого, но он видел, как счастлива была мисс Поттс, а мистер Старк был так тих, что можно было подумать, будто его здесь нет. Этот человек никогда не молчал, но сейчас... Мисс Поттс пододвинула к ним одеяло и беззвучно спросила, не хочет ли Питер укрыться вместе с ними. Он согласился, потому что ему всегда было уютнее под тёплым одеялом. Мистер Старк ненадолго отошёл, а когда вернулся, принёс с собой закуски и газировку, и это было просто идеально. Настолько идеально, что Питер даже не возражал, когда мистер Старк снова обнял его (чтобы, по его словам, помассировать шею мисс Поттс). Питер прижался чуть теснее, потому что ему понравился звук, который издавал дуговой реактор в груди мистера Старка. Он вырубился ещё до того, как начался фильм, и даже закуски не смогли его разбудить. Некоторое время спустя он проснулся. Мисс Поттс всё ещё лежала с его стороны, положив голову ему на плечо, а руку — на одеяло, чтобы ему было тепло и уютно. Она тоже спала. Мистер Старк сидел, глядя на почти тёмную комнату вокруг, и время от времени взъерошивал волосы Питера. Питер заметил, что он делает это уже довольно давно. Неудивительно, что он так крепко спал! — Всё в порядке, малыш? — голос мистера Старка звучал хрипло, как будто он слишком много говорил. Питер кивнул. Он почувствовал, как мистер Старк положил руки ему на голову и провёл кончиками пальцев по его волосам и шее. Он вспомнил, что уже чувствовал это, но тогда он не проснулся. Даже его паучье чутьё молчало. Оно никогда не было таким тихим! Даже когда он был рядом с Беном, в его голове не звучал сигнал тревоги, когда Бен пытался напугать его просто ради шутки. Но паучье чутьё всегда подсказывало Питеру, что что-то должно произойти, и ему было трудно изображать удивление. Когда мистер Старк начал гладить Питера, его чувства были спокойны. Это очень удивило Питера и заставило его почувствовать себя виноватым. Почему его чувства реагировали таким образом, и почему рядом с мистером Старком? — Что такое? — спросил мистер Старк и указал на газировку Питера, которая стояла на столе. — Хочешь еще чего-нибудь выпить? — Нет, я в порядке. Спасибо. — Питер покачал головой. Его голос звучал ровно, но ему казалось, что он плачет уже несколько часов. Это было неправильно. — Голоден? Я могу сходить и принести тебе остатки сэндвича, который Пеп приготовила специально для тебя. — Мистер Старк не пошевелился, и Питер понял, что тот не хочет этого делать, потому что ему слишком приятно находиться рядом с Питером. — Я больше не голоден. Спасибо. — И впервые за долгое время его желудок решил дать Питеру передышку и промолчал. Мистер Старк вопросительно посмотрел на Питера. — Что-то тебя тревожит, — сказал он. — Я вижу. Питер попытался покачать головой, говоря мужчине: «Нет, я в порядке», но он знал, что мистер Старк этого не потерпит. Поэтому он отвернулся и посмотрел на большой экран, на котором застыло изображение сражающихся друг с другом роботов. Это было похоже на атаку Читаури несколько лет назад. Он снова взглянул на мистера Старка. Может, он такой тихий, потому что это напоминает ему о том случае? Может, это какая-то другая паническая атака, как та, что он видел в лифте? — Мистер Старк? — медленно произнёс Питер и на этот раз увидел выражение лица мистера Старка. Оно мелькнуло на долю секунды, а затем снова исчезло. — Да, малыш? — Мистер Старк улыбнулся ему. Забыв об инопланетянах и приступе паники, Питер решил задать главный вопрос. — Что вас тревожит? Мистер Старк прищурился, как будто не понимал, что имеет в виду Питер. Затем он тоже посмотрел на экран. Он хотел сказать безобидную ложь и на этом закончить, но, открыв рот, чтобы заговорить, снова посмотрел на Питера и замолчал. Он вдохнул. И выдохнул. — Мне не нравится, когда ты называешь меня «мистер Старк», — сказал он. — Но это же ваше имя! — выпалил Питер, не подумав. Но он понял, что имел в виду мистер Старк, и вдруг вспомнил, сколько раз после результатов теста он обращался этими словами к мужчине, сидевшему рядом с ним. Он представил себе то же обиженное лицо и вспомнил, как выглядела мисс Поттс. Мистер Старк слегка кивнул. — Да, это одно из моих многочисленных имён. Одно из них. Те, которыми меня называют незнакомцы или люди, которым что-то от меня нужно. Люди, которых я вижу ненадолго и больше никогда не увижу. — Он вопросительно посмотрел на Питера. — Ты ведь не такой, правда? Питер покачал головой. Он бы никогда так не поступил. Он мог бы понять, если бы тебе нужно было, чтобы кто-то был особенно вежлив, но уйти после того, как ты получил желаемое? Это было не в духе Питера. — Поэтому мне не нравится, когда ты так меня называешь. — Мистер Старк ненадолго замолчал. — Это напоминает мне обо всех тех случаях, когда я опаздывал и я… — Как вы хотите, чтобы я вас называл? — перебил Питер, как только услышал обиду в голосе мистера Старка. Он боялся, что знает, как хочет, чтобы его называли, и сразу понял, что не сможет этого сделать. Возможно, это правда, но он просто не мог, хотя даже не помнил Ричарда Паркера, человека, которого считал своим отцом. В его памяти мелькали обрывки воспоминаний, такие мелочи, как, например, красная машина, но это могло быть связано с тем, что это была одна из немногих фотографий брата, которые были у Бена. Так что нет, это было не из-за Ричарда Паркера. Мистер Старк выглядел задумчивым. Он снова повернул голову, и его взгляд упал на боевых роботов, но Питер знал, что он их не видит. Затем его взгляд скользнул по комнате, остановился на нескольких картинах на буфете, которых Питер раньше не видел, и он глубоко вздохнул. — Я называл своего отца папой, — начал мистер Старк и пожал плечами. — Но у нас были непростые отношения. Иногда мне казалось, что я ему не очень нравлюсь, а иногда я понимал, что он мне совсем не нравится. — Он вздохнул и бросил на Питера короткий взгляд. — Можно сказать, непростые и запутанные. Питер кивнул. Он мог это понять. В его старой школе было несколько мальчиков и девочек, которые говорили то же самое о своих отношениях с родителями. В то время Питер не мог представить, что будет говорить о Бене или Мэй так, как другие ребята иногда говорили о своих родителях. Это даже не звучало неуважительно, скорее как будто они не любили друг друга, а это было невообразимо. — Чтобы ты понял, что я не хочу давить на тебя, чтобы ты называл меня так — сказал мистер Старк. Питер снова кивнул. — Но слышать, как ты называешь меня мистером Старком... — Мужчина снова вздохнул. — ... тоже неправильно, — закончил предложение Питер. Мистер Старк скорчил гримасу и кивнул. После этого они несколько минут молчали. Как будто оба боялись того, что будет дальше. Что было глупо, правда? — Как вы хотите, чтобы я вас называл? — Питер собрал всю свою смелость, чтобы задать этот вопрос, но это было легко. Теперь, когда мистер Старк сказал ему, что не хочет, чтобы он называл его папой. — Ты мог бы хотя бы называть меня Тони? — Но, несмотря на эти слова, мистер Старк не выглядел счастливым. И Питер тоже. Он старался не показывать этого, но мистер Старк заметил и кивнул. После этого он снова погрузился в раздумья. — Как бы ты чувствовал себя комфортно? Чёрт возьми. Питеру было бы очень комфортно с мистером Старком до конца его жизни, но он понимал, почему это может стать проблемой. Он попытался вспомнить, как ребята в школе называли своих отцов, настоящих и новых. Он закрыл рот. Он не мог себе представить, что мистеру Старку понравится, если его будут называть «стариком» или «папой». Мистер Старк внимательно наблюдал за ним, и казалось, что он читает мысли Питера, потому что внезапно ухмыльнулся. — Готов поспорить, ты сейчас подбираешь слова. Нет, он ничего не подбирал, потому что подходящих слов просто не было. — Я люблю давать всем прозвища, — сказал мистер Старк, как будто это могло помочь. — Например, Пеппер. Её настоящее имя — Вирджиния. Ты знал об этом? Питер кивнул. Об этом упоминалось в большинстве статей о ней. — Ты представляешь, как я зову её Вирджинией? Я серьёзно, — мистер Старк вздрогнул, как будто его коснулось что-то мерзкое и отвратительное. — Или Роуди. Роуди зовут Джеймс. — Он снова вздрогнул. — Как такой потрясающий человек может быть Джеймсом? Это же невозможно, верно? Питер решил, что сейчас не стоит упоминать мистера Барнса. Дело было не в том, считает ли мистер Старк его крутым. —Может, ты придумаешь для меня прозвище? Какое-нибудь, которое тебе нравится? Питер пожал плечами. Это казалось невыполнимой задачей. Сколько он себя помнил, мистер Старк всегда был мистером Старком, доктором Старком или Железным Человеком, и называть его как-то иначе было бы... Питер даже не знал, что бы он почувствовал, потому что не мог себе этого представить. — Роудс иногда называет меня Тонс, — попытался помочь мистер Старк. — Может, тебе тоже это понравится? Питер снова пожал плечами. Он не мог использовать это прозвище для обращения к мистеру Старку, потому что это было бы слишком личным. Сначала к мистеру Старку, а потом и к полковнику Роудсу, потому что он использовал одно из его прозвищ? Звучало так, будто он считал себя равным или что-то в этом роде. Ни за что… Некоторое время никто из них не произносил ни слова, и в комнате было очень тихо. Так тихо, что они оба слышали тихий храп. Так тихо, что его можно было бы не услышать, но они сидели совсем рядом. Мистер Старк фыркнул. — А она всегда говорит, что я шумный! — Он покачал головой, но его взгляд был полон нежности по отношению к его женщине. В следующее мгновение он поднял глаза и встретил удивлённый взгляд Питера. — Вот оно. Ты мог бы назвать меня как-нибудь так! Сначала Питер не понял, что тот имеет в виду. Потом до него дошло. — То есть я должен позвать вас: эй, ты, на огромном диване, можешь подойти сюда? — спросил Питер. Это прозвучало очень, очень неуважительно, и он почувствовал на себе разочарованный взгляд тёти Мэй. — Я не могу этого сделать! — Нет? Почему нет? Это было бы в нашем духе, понимаешь? Мы могли бы устроить соревнование! Нельзя использовать одно и то же описание несколько раз. Это было бы весело! И Питер видел, что мистер Старк так считает. Это было бы что-то вроде прозвища для него самого, нет, это было бы что-то вроде дюжины прозвищ для этого человека, и ему явно нравилась эта мысль. Питеру пришлось отвести взгляд, чтобы скрыть улыбку. Все его одноклассники как-то называли своих родителей, и это были не самые приятные имена, но когда они это делали, Питеру всегда казалось, что за этим стоит что-то большее. Они знали друг друга и были важны друг для друга, и Питеру очень хотелось бы, чтобы у него сейчас был кто-то такой. — Значит, я могу называть вас мужчиной с козлиной бородкой только раз в день?