Мы добрались. Все.

Хранить вещи умерших близких - тяжкое преступление против Малека. Их место в потустороннем мире, вместе с богом смерти и усопших. При отсутствии соответствующего храма для уничтожения подойдет любой огонь. Тот, кто не жжет вещи для Малека, будет сам сожжен Малеком.

Майор Рорили. Руководство по ублажению богов, издание второе

Вайолет

Следующие тренировки на Полосе препятствий прошли не более успешно, чем первая. Но мы, по крайней мере, больше не потеряли ни одного из членов отряда. И еще Тайнан перестал трепаться по моему поводу - конечно, потому что сам никак не мог справиться с маршрутом. Он все время падал с шаров. А я - выпадала из «дымохода». К девятому - предпоследнему - занятию я была уже готова просто поджечь всю Полосу. Участок маршрута, на котором меня постигала неудача, был призван заставить нас проявить силу и ловкость, необходимые для того, чтобы взобраться на дракона. И вот тут стало кристально ясно, что мои гребаные габариты меня подведут. - Может, ты заберешься мне на плечи, а потом… - Рианнон качала головой, когда мы в который раз изучали расщелину, ставшую моим заклятым врагом. - Я все равно застряну на полпути вверх, - ответила я, вытирая пот со лба. - Это не имеет значения. Нельзя прикасаться к другим кадетам на маршруте, - Сойер подошел к нам и встал рядом, сложив руки на груди. Кончик его носа теперь был ярко-красным, обгоревшим на солнце. - Ты здесь, чтобы разрушать надежды и мечты, или у тебя есть предложение? - парировала Рианнон. - Презентация уже завтра, так что, если у тебя есть какие-то светлые идеи, сейчас самое время нас ими одарить. Ответа не последовало, Сойер просто подошёл к Селин и взял её за руку, чтобы помочь наложить эластичный бинт правильно. В последнее время он часто помогал ей с этим. Как-то посмотрел как она это делает, разочаровался в её способностях лечения и решил что научит её, хотя пока она даже не пыталась запомнить как он это делает, видимо специально, аргументируя это тем что "Удобно же, когда всё делают за тебя" - Может спросишь совета у командира крыла ? - Подала голос Селин и меня передёрнуло. - С ума сошла ? - Девушка сосредоточенно смотрела на свою травмированную руку. - Вообще-то идея даже хорошая, может он что подскажет. - Подхватила Рианон, а я лишь закатила глаза. В жизни не стану просить помощи у этого высокомерного мужлана. - Ну тогда... Я обещаю что буду плакать после твоей смерти. - Рианон тут же стукнула подругу по плечу, та зашипела от боли и девушка спохватилась. - Прости-прости, забыла... Если я собиралась бежать в квадрант писцов, то нужно делать это сегодня ночью. Последняя возможность. Мое сердце сжалось от этой мысли. Это был логичный выбор. Безопасный выбор. Только две мысли останавливали меня. Во-первых, нет никакой гарантии, что моя мать не узнает. То, что Маркем будет молчать, не означает, что так же поступят тамошние инструкторы. Но самое главное, если я уйду, если я спрячусь… то никогда не узнаю, достаточно ли хороша, чтобы выжить здесь. И пусть я могу не выжить, если останусь, все же не уверена, что смогу жить в мире с собой, если сбегу. Я снова посмотрела на Селин и вспомнила слова Даина, "Она тянет тебя туда, где тебе не место". На протяжении этих дней она пыталась придумать как мне пройти Дымоход, а ещё каждый раз агрилась на Ксейдена если он находился ко мне ближе 10 метров. Даин прав, Селин сумасшедшая и никогда никого не слушает, но она верит в меня не только как в писца, но и как во всадника. Теперь я начала понимать почему Бреннан брал её в тайне на тренировки, видимо он уже тогда знал, что она всадница а не писец.

***

- Глория Меррилл, - зачитывал капитан Фитцгиббонс с помоста. Каждая черта его лица была видна очень ясно. И не только потому, что слепящее солнце пряталось за тенью облаков, но и потому, что я теперь стояла ближе. Наш строй становился теснее с каждым упавшим курсантом. Если верить Бреннану и статистике, сегодняшний день собирался стать одним из самых смертоносных для первогодков. Это День Презентации, и чтобы попасть на летное поле, нам придется сначала взобраться вверх по Полосе. Всё в квадранте всадников направлено на отсев слабых, и сегодняшний день - не исключение. - Камрин Дайр, - капитан Фитцгиббонс продолжал зачитывать имена со свитка. Я чуть заметно дрогнула. Его место было напротив моего на занятиях по определению драконов. - Арвел Пелипа. Имоджен и Квинн, стоявшие передо мной, - обе второкурсницы - со свистом втянули воздух. Не только первогодки подвергались риску; мы просто погибали чуть чаще. - Мишель Иверем, - капитан Фитцгиббонс опустил свиток. - Мы отдаем их души Малеку. И после этих слов наш строй сломался. —Второй и третий курсы, если вы не дежурите сегодня наПолосе, отправляйтесь в учебный корпус. Первокурсники, пришло время показать нам, на что вы способны. Даин натянуто улыбнулся и шагнул мимо меня, показательно глядя на других членов отряда. - Удачи сегодня. - Имоджен заправила за ухо выбившуюся прядь розовых волос и одарила меня тошнотворно-сладкой улыбкой. - Надеюсь, ты не упадешь… слишком низко. - Увидимся позже, - ответила я, поднимая подбородок. Несколько секунд она с отвращением сверлила меня взглядом. Имоджен уже сделала пару шагов, когда позади неё раздался ленивый, но явно насмешливый голос Селин: - Эй, Имоджен. Ты когда так улыбаешься… у тебя лицо будто тоже хочет упасть. Только не слишком низко, конечно. Имоджен замерла. Повернулась медленно, как раненая зверюга, готовая кинуться. - Повтори. Селин шагнула вперёд. Ни тени страха. Только лёгкая, убийственная ухмылка. - Сказала, что у тебя лицо съезжает вниз, когда ты пытаешься быть милой. Такое ощущение, будто даже твоя мимика от тебя сбежать хочет. Кто-то из кадетов тихо сказал: Охренеть… Кто-то присвистнул. Я почувствовала, как воздух в строю стал гуще. Имоджен вспыхнула так резко, будто её ударили. - Следи за языком, первогодка! - Почему? Ты же за своим не следишь. - Селин наклонила голову набок. - Хотя… тебе можно. От твоих слов всё равно толку меньше, чем от пустой страницы учебника. Это уже было не просто остро - это был удар. И Имоджен потеряла самообладание. Она резко шагнула к Селин, пальцы сжались в кулак - и в этот момент прогремел голос капитана строевой подготовки: - Кадет Гордон! Один шаг вперёд - и будете отрабатывать дисциплинарку до самой ночи! Второй курс - ВОН С ПЛОЩАДКИ! Имоджен стояла, тяжело дыша, будто её удержали за шкирку в последний момент. Глаза - два раскалённых угля. На Селин - чистая, кипящая ненависть. Но она развернулась и ушла, почти волоча за собой Квинн и Сианну. Они исчезли за поворотом, и напряжение чуть ослабло. Селин выдохнула, будто сбросив с плеч лёгкую пылинку, и подошла ко мне. - Она реально думала, что может тебя унизить? - спросила она негромко. - Ну уж нет. Не при мне. Я покачала головой. - Ты её довела до белого каления. Селин усмехнулась, но глаза у неё были серьёзными. - Если она хочет играть в крепкую, пусть хотя бы учится держать удар. А ты… ты держишься лучше, чем она. Я почувствовала тепло в груди - редкое, осторожное. - Спасибо, - тихо сказала я. - Пойдём, - отозвалась она, легко толкнув меня плечом. - Полоса ждёт. И, в отличие от Имоджен, она хотя бы честно пытается тебя убить. - Желаю удачи. - Хитон - самый толстый третьекурсник в нашем отряде, с рвано подстриженными и покрашенными в цвет пламени волосами, - прикоснулся к сердцу, сложив ладони над двумя нагрудными нашивками, и подарил нам искреннюю, но не слишком жизнерадостную улыбку. И тоже ушел. Провожая взглядом его удалявшуюся спину, я задалась вопросом, что означает круглая нашивка на правой руке - с водой и парящими сферами. Я знала, что треугольная нашивка слева от этой, с длинным мечом, означала, что с ним не сто́ит связываться на ковре. С тех пор как Даин рассказал мне о нашивке, обозначающей его сверхсекретные способности, я стала обращать пристальное внимание на изображения, которые другие курсанты пришивали к своей форме. Большинство носили их как почетные знаки, но теперь я видела в них то, чем они на самом деле являлись, - сведения, разведданные, которые однажды могли понадобиться мне для победы над противниками. Когда он ушёл, я ещё смотрела ему вслед, разбираясь с нашивками, когда рядом тихо фыркнула Селин. Она стояла справа от меня, привычно перебирая ремень на форме, будто проверяла: всё ли на месте, прежде чем вселенная решит снова бросить её в мясорубку. - Интересно, - пробормотала она, склонив голову к Хитону, - у него нашивка воды, а волосы - огонь. Человек-контраст. Если он взорвётся, мы хотя бы будем знать причину. Рианнон прыснула. Я тоже чуть не улыбнулась - даже сейчас, перед Полосой, Селин умудрялась отпускать такие комментарии, будто мы стоим в очереди за кашей, а не перед смертельным испытанием. - Я не знал, что Хитон умеет говорить. - Между бровями Ридока пролегли две морщинки. - Может быть, он решил, что стоит хотя бы поздороваться, прежде чем нас потенциально поджарят сегодня, - сказала Рианнон. - Стройтесь, - приказал Даин. - Ты идешь с нами? - спросила я. Он кивнул, по-прежнему не глядя на меня. Мы встали в две линии, и Селин оказалась слева от меня, правда, на шаг позади. Но её комментарии я слышала прекрасно - как и все остальные. - Как неловко, - Рианнон ткнула меня локтем. - Кажется, он на тебя злится. - Он хочет того, чего я не могу ему дать, - ответила я. И тут слева раздалось тихое: - О да… стабильность? Чёткие границы? Или просто адекватные ожидания? Селин сказала это так буднично, будто перечисляла ингредиенты супа. Рианнон резко зажала рот ладонью, чтобы не расхохотаться. Я снова чуть не улыбнулась. Пока мы обсуждали историю, дойдя до договора с Арифом, Селин неожиданно пробормотала: - Если бы к грифонам можно было договориться так же легко, как к некоторым людям… - она выразительно посмотрела на спину Луки, - сегодня здесь было бы меньше потенциальных трупов. Она никогда не говорила громко. Но каждый раз попадала точно. Мы двинулись к туннелю. Ноги сами шагали вперёд, в груди сжималось. Даин снова полез в своё святое - спасти меня от самой себя, - и я пыталась удержать голос ровным. Когда он снова вцепился в мою руку, Селин, шедшая чуть позади, тихо выдохнула: - Он реально думает, что, если сжать тебя сильнее, ты передумаешь?.. Мужчины. Даин ничего не услышал. Я услышала всё. Когда мы вышли в свет, ветер ударил в лицо, и волнение вместе со страхом вцепилось в горло. Даин умолял вслух. Отряд рядом притих. А Селин… Селин шагнула ближе, так, чтобы слышала только я. - Держись. Если упадешь - я тоже упаду, чтобы потом поднять тебя и ударить за глупость. Я не удержалась. На секунду - только одну - мне стало легче. Мы вышли к основанию Полосы, и Селин остановилась рядом, глядя наверх, туда, где смерть и драконы ждали нас. - Ну что, - тихо сказала она, подкручивая выбившуюся прядь. - Готовы стать статистикой? Или в этом году дадим первому курсу шанс удивить их всех? И впервые за всё утро я почувствовала не только страх, но и тепло. Потому что кто-то рядом тоже боялся, но не прятал этого. И ещё - потому что Селин была здесь. Обычно на поле разрешалось ходить только всадникам - за исключением Дня Презентации. - Не знаю, смогу ли я смотреть на все это, - сказал Даин, возвращая мое внимание к себе. Я посмотрела на его полное скрытой силы лицо. Идеально подстриженная борода окаймляла полные губы, сжатые в скорбную линию. - Тогда закрой глаза. У меня был план - дерьмовый, но попробовать стоило. - Что изменилось между тем днем, когда ты перешла парапет, и сегодняшним? - снова спросил Даин. В его глазах мешались эмоции, бо́льшую часть которых я не могла угадать. Ну кроме страха. Тот в интерпретации не нуждался. - Я. - повторила я твёрже, но Даин уже потерял нить. Его взгляд метнулся куда-то за моё плечо - туда, где стояла Селин, опершись на ограждение, будто наблюдала за цирком. - Нам надо поговорить, Селин. Наедине, - сказал Даин таким тоном, каким обычно командовал первокурсниками на тренировке. Угу. Удачи ему. Селин медленно подняла бровь, будто в его словах пыталась разглядеть хоть каплю права - права указывать ей хоть что-нибудь. - Ого, - протянула она. - Ты обычно с такими предложениями хотя бы цветы приносишь. Я чуть не подавилась воздухом. Даин - нет. Он побледнел так, будто она только что ударила его под рёбра. - Хватит. - Он шагнул ближе, гнев уже проступил у него в голосе. - Ты надоумила её на весь этот… безумный план. Я знаю, что это от тебя. Ты всегда… влияешь. И сейчас - Ох, Даин, - перебила Селин, и в её голосе было то ленивое презрение, которое доводило кадетов до белого каления. - Ты реально думаешь, что кто-то должен «навеять» Вайолет что-то? Она умнее тебя вдвое, в три раза решительнее, и уж точно не такая пернатая тряпка, чтобы действовать по чьей-то чужой прихоти. Даин качнул головой, будто не услышал. - Мы должны поговорить. Сейчас. Наедине. - Нет, - ответила Селин так спокойно, будто он спросил, не хочет ли она чаю. - Это не просьба. - Ну тогда тебе точно нужны цветы, - бросила она, отталкиваясь от стены, - и лучше похоронные. Даин вспыхнул. - Ты ставишь под угрозу её жизнь! Ты - это твоё влияние, твои идеи, твои… проделки! Вайолет была другой! До тебя! Ох, всё. Теперь он её разозлил. Селин подошла ближе, чем было безопасно, и её голос стал ледяным: - Давай уточним одну вещь, Даин Аэтос. Вайолет стала сильнее - именно после того, как перестала слушать тех, кто всё время пытался держать её в клетке. И если ты не способен вынести факт, что она растёт, - проблема не во мне. И даже не в ней. Проблема в тебе. - Ты всё портишь! - резко бросил он. - Нет, - сказала Селин сухо и слишком честно. - Я просто перестала позволять тебе портить её. Он дернулся, будто она ударила его. На секунду я решила, что он собирается перейти грань - но он резко отступил, сжал кулаки и прошипел: - Это ещё не конец. Мы ещё поговорим. Селин откинула волосы за плечо, смерив его взглядом. - Только если принесёшь цветы, Аэтос. - За мной, кадет Ашер, это приказ. - Селин закатила глаза, её раздражало что он мог воспользоваться своим положением против неё.

Селин

Мы отошли за угол тренировочного корпуса - туда, где ветер выл так, будто тоже был не прочь кому-то врезать. Даин остановился первым, развернулся ко мне, будто собирался исповедовать мне все грехи Бастиана разом. - Ты прекрасно знаешь, что Риорсон хочет её убить, - выплюнул он. Ах. Вот оно. Я скрестила руки на груди, почувствовав, как внутри поднимается знакомое сухое раздражение. - Ты серьёзно? - Я наклонила голову, будто пыталась рассмотреть, не подменил ли его кто-нибудь. - Вот так сразу, без разминки? Никакого «привет», «как дела», просто - Риорсон хочет её убить? - Не шути. Ты всё это знаешь. Ты видела, что между ними. Видела, что он делает. Видела, как он смотрит на неё. Это опасно. Он опасен. И он толкает её туда, откуда она не вернётся. - Я усмехнулась, но улыбка вышла холодной, как сталь. - Даин. Опасность - это не всегда враг. Иногда это… движение. Рост. Жизнь. А знаешь, что действительно её убивает? - Я ткнула пальцем ему в грудь. - Ты. Ты и твои вечные попытки держать её там, где она слабее. Где она удобнее. Он отшатнулся, будто слова были хуже удара. - То есть ты заняла сторону Ксейдена? - прошипел он. - Ты за него? Я рассмеялась. Тихо, зло, больше от усталости, чем от веселья. - Да ты хоть понимаешь, как всё перекрутил? - Я шагнула ближе. - Я не за Риорсона. И не против него. Я - за Вайолет. - Я дала этому сесть. Пусть прожжёт. - Он толкает её вперёд, даже если делает это грубо, хаотично, как ураган. А ты… ты всё время тянешь её назад. В тот мир, где ты можешь её контролировать. Где она маленькая, хрупкая и «твоя ответственность». Где она - не сама себе хозяйка. Даин заскрипел зубами. - Ты ничего не понимаешь. - Да, конечно, - фыркнула я. - Ты у нас великий эксперт по Вайолет. Столько лет рядом, а ты всё ещё не понял самого простого - она не твоя. Она никогда твоей не была. И никогда не будет. Он побледнел. Небо над нами словно сжалось. - Риорсон убьёт её. Я покачала головой. - Если кто-то из вас двоих её когда-нибудь и сломает - так это ты. Своей заботой, которая душит. Своим контролем, который будто золотая клетка. Своим страхом, который ты хочешь навязать ей как норму. Риорсон не держит её на цепи. Ты - пытаешься. Вот и вся разница. На секунду он потерял дар речи - и это, если честно, было приятно. - Ты ошибаешься, Селин. Ты ставишь её под удар. - Нет, - ответила я устало, - я просто перестала позволять тебе ставить её в тупик. Он отвёл взгляд первым - и это было лучшим ответом. Я развернулась, ветер трепал волосы, и бросила через плечо: - Если хочешь быть частью её жизни, Даин… перестань бояться, что она вырастет без тебя. И ушла. Хотя в груди что-то защемило, и нет, это была не старая обида за безответные чувства. Это была лютая ненависть в сторону Даина, как он может делать вид, что знает Вайолет лучше всех остальных, как он может лишать её выбора. Когда я вернулась к остальным, то заметила обеспокоенный взгляд Вай, она смотрела на меня так, словно меня избила толпа и я пришла к ней зализывать раны, прямо как в детстве. Забавно, эта девчонка даже мухи не обидит, а теперь она стоит передо мной, в экипировке всадника и совсем скоро начнётся Молотьба, мы сделали это, выжили. - Всё хорошо ? - Коснулась она моего плеча, а я только кивнула в ответ. - Всё нормально, Даин... - Я замерла, надо ответить, надо сказать - Просил передать чтобы мы были осторожны, обе... На этом наш разговор закончился.

***

Плечо снова тянуло тупой болью - той самой, что не громкая, но жрёт терпение медленно и наверняка. Эластичный бинт натирал кожу под формой, и каждый раз, когда я двигала рукой, повязка впивалась в воспалённое место, будто напоминая: ну давай, умница, попробуй сделать вид, что всё окей. Я смотрела на первый участок Полосы. Эти бешено вращающиеся столбики, которые мы ненавидели всей душой ещё на тренировках. Сегодня они крутились быстрее - или мне просто казалось, что мир решил втащить мне в челюсть. - Ты справишься, Селин. - Рианнон стояла рядом, её ладонь крепко сжала моё запястье. - Даже если плечо орёт, ты всё равно сильнее. Я хмыкнула. - Лесть от тебя - удивительно сладкая штука. Прямо как яд, но приятнее. Ри рассмеялась, тихо, чтобы никто кроме меня не услышал. А вот Вайолет… Она стояла чуть сзади, нервно жуя нижнюю губу, глаза тёмные от тревоги, будто она собиралась пройти трассу за меня. - Ты уверена? - спросила она в третий раз. - Плечо же… - Если оно не отвалилось пока мы шли сюда - значит, не отвалится и на Полосе, - ответила я, выдохнув и пытаясь хоть немного расслабить спину. Но честно? Мне было страшно. Тот липкий, холодный страх, который цепляется за позвоночник и поднимается выше, выше, выше… - Селин, смотри на меня. - Вайолет шагнула ближе, её ладонь легла на мою здоровую руку. - Ты же уже проходила это. Ты знаешь, как двигаться. Просто концентрируйся. Её голос был мягким, но в нём чувствовалась сталь. Та самая, которую она не замечает в себе сама. - А ты не волнуйся, - бросила я ей. - Твоя очередь ещё впереди. Вот тогда и паниковать будем вместе. Она фыркнула, но улыбнулась - маленькая, робкая улыбка, которая почему-то ударила мне точно в сердце. - Вперёд! - кто-то выкрикнул. И я пошла. Я шагнула на платформу, и боль в плече сразу отозвалась - будто кто-то ткнул раскалённой спицей в сустав. - Тихо, родная, - прошептала я себе. - Мы не умрём сегодня. Первый рывок - столбики вращаются, пытаясь сбить меня вниз. Я почувствовала, как бинт натянулся под формой, как мышца дрожит, протестуя. Но я прыгнула на второй столбик. Потом на третий. Земля подо мной кружилась, но я заставляла себя дышать ровно. Хватит. Двигайся. Я перепрыгнула последний столбик и приземлилась на узкую дорожку так резко, что в плече что-то хрустнуло. Чёрт. Но я продолжила бежать. Если остановлюсь - конец. Сверху слышался голос Рианнон: - ДАВАЙ, СЕЛИН! И это помогало. Честно. Я схватилась за первую цепь - слева здоровой рукой, справа больной. Плечо вспыхнуло огнём. У меня потемнело в глазах. - Ну давай же… давай… Я подтянулась, шатающаяся цепь била по пальцам. Каждое движение отзывалось в суставе болью, от которой дыхание сбивалось. - СЕЛИН, ДЕРЖИСЬ! - кричала Рианнон. - ЕСЛИ УПАДЁШЬ - Я САМА ТЕБЯ СОБЕРУ ПО КУСОЧКАМ И ОТПРАВЛЮ ОБРАТНО! - Не сомневаюсь! - выкрикнула я в ответ, перехватывая цепь выше. Я проползла через болтающийся участок почти вслепую. Всё сжалось в одну точку - боль и движение. Больше ничего Подъём вверх. Каждый раз, когда я тянулась рукой, бинт впивался в кожу. Его края уже промокли потом, пальцы дрожали. Я чувствовала, как кровь стучит в висках. Но позади стояла Вайолет, и я видела её силуэт - напряжённый, как натянутая струна. Она следила за каждым моим движением, будто могла поймать меня, если я сорвусь. - СЕ-ЛИН! - крикнула она. - НЕ СМОТРИ ВНИЗ! ТОЛЬКО ВПЕРЁД! Я улыбнулась сквозь боль. - А куда же ещё, малявка? Я подтянулась на последней выступе, сердце колотилось так сильно, что казалось - ребра треснут. Меня трясло. Плечо горело. Но я встала. На ногах. Живая. Вайолет подбежала к краю, её глаза блестели. - Я знала, что ты справишься! - А у меня, знаешь ли, выбора не было, - усмехнулась я, хотя ноги подкашивались. Сзади Рианнон рявкнула: - СЕЛИН, Я ГОВОРИЛА, ЧТО ТЫ ДЬЯВОЛ В ОБЛИЧЬЕ ДЕВУШКИ! Я выдохнула. Сильно. И впервые за всё испытание позволила себе почувствовать - я сделала это. Плечо ломило так, будто его выдернули и вставили обратно. Но мне плевать. Я прошла. Боди подхватил её так резко, что воздух вышибло. — Осторожнее, — буркнул он, словно оправдывался за то, что проявил человечность. Селин по инерции схватилась за его предплечье. — Я… э-э… спасибо. Слова давались тяжело - не от гордости, а потому что голова всё ещё звенела от напряжения трассы. Боди кивнул коротко, будто делал это просто потому что «так надо». Никакой теплоты. Чистая функциональность. Но всё равно - это была помощь. Она этого не ожидала, и тело реагировало подозрительной скованностью, как у дикого зверя, которому впервые дали воду, не требуя взамен крови. - Ты нормально? - рядом уже появлялась Рианон, волосы растрёпанные, лицо напряжённое. - Более-менее, - выдохнула Селин и осторожно опустилась на скамью. Плечо под бинтом ныло так, будто кто-то расшевелил туда гнездо злых ос. Рианон прикоснулась к бинту. - Это выглядит… плохо. - Спасибо, капитан очевидность, - попыталась шуткануть Селин, но получился скорее болезненный смешок. И тут на них упала тень. Та самая - высокая, широкая, уверенная. Ксейден остановился прямо перед ней, руки в карманах, выражение лица… блин, слишком спокойное. Настораживающе спокойное. - Дай посмотреть, - сказал он ровно. Без приказа. Без язвы. Просто… тоном человека, который привык брать ответственность, но не давить. - Нет, - автоматически отрезала она. Рефлекс. Слишком много людей пытались «осмотреть» её раньше, чтобы потом решить, справится она или нет. Он фыркнул мягко, даже почти дружелюбно. - Расслабься. Я не армейский врач. И не собираюсь лекции читать. Просто хочу убедиться, что ты не развалишься на следующем участке. Вот это уже звучало по-ихнему - чуть колко, но без агрессии. Она скосила взгляд на Рианон. Та одобрительно кивнула - мол, давай уже, он не кусается. Ну да… кроме морально. Селин вздохнула и чуть повернулась. Ксейден присел на корточки перед ней, как будто это был обыкновенный, почти бытовой жест, а не демонстрация того, что он не хочет смотреть на неё сверху вниз. Пальцами он едва коснулся края бинта - осторожно, как будто боялся причинить боль. И это уже вывело её из равновесия куда сильнее, чем его обычная язвительность. - Бинт накручен криво, - сказал он ровно. - Знаю. Я делала сама. На бегу. Он хмыкнул уголком губ: - Ты его так туго намотала, будто пыталась задушить собственное плечо. - Можешь просто сказать «плохо»? - огрызнулась она. - Это было бы скучно, - пожал он плечом. Вот она - их привычная динамика. Лёгкое подначивание. Ни капли флирта. Просто два человека, которые учатся не взрывать друг друга на расстоянии вытянутой руки. - Ну что, Се-лин-да, - протянул он, явно собираясь достать её этим прозвищем снова. - Не смей. Он поднял бровь. - Хорошо. Сегодня ограничусь. - Щедрый какой, - пробормотала она. Еще бы. Я вообще известен своей добротой. Она фыркнула, но… вот черт, впервые за долгое время не из раздражения. Скорее из удивления, что он умеет быть просто нормальным человеком. Он проверил её плечо так же аккуратно, как трогают оружие, которое уважают. Не вторгаясь. Не контролируя. Просто помогая - так, чтобы никто не заметил лишнего. - Движение ограничено, - сказал он наконец. - Серьёзно? А я думала, там просто поселилась маленькая смерть. - Не умрёшь, - он встал, выпрямляясь легко, будто не сидел на корточках. - Но если ещё раз стукнешься - будет хуже. Держись рядом с Рианон. - А ты с каких пор заботишься? Он пожал плечами. - С тех пор, как понял, что попытки не дают результата. Ты всё равно делаешь по-своему. Ну вот. Опять этот спокойный… почти тёплый тон. Селин почувствовала, как внутри колет тревога - оттого, что он вдруг стал не врагом, а чем-то неопределённым. - Ладно, - сказала она. - Спасибо. Наверное. - Всегда пожалуйста, - он ухмыльнулся. - Особенно если потом снова смогу назвать тебя Селиндой. - Риорсон… - Шучу. Не шучу. Кто знает. Я как раз пыталась поправить бинт, который снова начал сползать, когда Ксейден вернулся. Даже не подошёл - просто оказался рядом, будто вырос из тени. Классика. - У тебя всё ещё лицо «я собираюсь доказать всем, что не сломаюсь», - сказал он тихо. - Обычно это значит, что у тебя есть вопросы. Я фыркнула: - Да. Например… с каких пор ты решил быть добрым? Он на секунду застыл. Потом медленно - очень медленно - повернул голову в мою сторону. И всё его выражение говорило: серьёзно? - Это из-за разговора с Даином, - сказал он ровно, как будто речь шла о погоде. Я моргнула. - Какого разговора? Он выгнул бровь. - Того, где ты объясняла ему, кто тянет Вайолет вниз. …Я плотно упёрлась языком в нёбо. Какого? Мы ведь разговаривали наедине. Он не мог… И тут до меня дошло. - Ты… - я чуть не поперхнулась воздухом. - Ты всё это слышал? - Хм, - уголок его рта дёрнулся. - Не обязательно слышать. Я призыватель теней, Селинда. Я чувствую, где люди и что они делают. Вот это было неприятно. И, судя по его выражению лица, он знал, что меня переклинило. - Ты выглядишь так, будто только что поняла, что тени существуют, - заметил он. - Я выгляжу так, будто узнала кое-что новое, чего знать не хотела. - Ага, - он усмехнулся. - И надолго тебя хватит? - Зависит. Если ты ещё хоть раз подслушаешь… - Селинда, - перебил он мягким, почти ленивым тоном. - Расслабься. Я не подслушивал. Тени сами подтягиваются ко мне. Это как дыхание - не включается, не выключается. - И ты решил после этого проявить… - я сделала паузу, подыскав слово. - Нежность? Он фыркнул. - О, нет. Это не нежность. Это прагматичность. Ты полезна Вайолет. А значит, не должна развалиться раньше времени. Божечки. Ну вот, кажется, всё снова встало на свои места. - Я вообще-то не на твоей стороне, - буркнула я. - Да мне плевать, - пожал он плечом. - Главное, что ты на стороне Вайоленс. Я открыла рот, чтобы ответить… И неожиданно для самой себя брякнула: - Божечки, да ты и правда по ней сохнешь. В воздухе можно было услышать, как хрустнула реальность. Он медленно - очень медленно - поднял на меня взгляд. Сначала не было никакой реакции. Потом угол его губ дёрнулся, будто он пытался решить: усмехнуться или придушить меня. - Селинда, - сказал он наконец. - То, что ты выжила на трассе, не даёт тебе лицензии на идиотские выводы. - Но я же попала в яблочко? - Даже если бы попала, я бы не сказал, - отрезал он, но уже с тенью смешка. И вот тут впервые - впервые за всё время - мне стало ясно: он не злится. Он вообще не пытается доминировать. Он просто… позволяет мне видеть, что под драконом есть человек. И от этого становилось только сложнее понять, можно ли ему доверять. - Ладно, - сказала я, поднимая руки. - Молчу. Только давай договоримся: ты больше не вылезаешь из теней вот так. - Я ничего не обещал. - Риорсон! - Селинда. Мы оба одновременно закатили глаза - и, как ни странно, это выглядело… почти как нормальная дружеская перепалка. Почти.

***

Час. Целый час я наблюдала, как Вайолет лезет вверх по этой богами забытой полосе, будто пытается доказать всем, что её хрупкие кости - не повод списывать её со счетов. И да, мы все знали, что она упрямая до безумия… но когда она прыгнула через эти хаотично вращающиеся столбы, я почти проглотила собственное сердце. Она приземлилась на гравий, живая, целая - и я только тогда вдохнула. Третья серия препятствий - позади. Два осталось. И она до сих пор ни разу не коснулась верёвки. Я изо всех сил пыталась сохранять спокойствие, но руки невольно сжимались в кулаки. Каждое её движение - будто по лезвию ножа. И каждый раз, когда она выбиралась, внутри меня что-то облегчённо щёлкало: Жива. Идёт дальше. Я видела, как Даин, стоящий внизу, буквально прожигает её взглядом - его беспокойство отражалось на всём лице. Но Вайолет не смотрела вниз. Она знала, что если замешкается хоть на секунду - всё, конец. Она поднялась к «дымоходу». - Ты сможешь! - орала Рианнон, махая ей рукой с вершины скалы. И я бы улыбнулась, если бы спустя секунду не раздался другой голос: - Или можешь сделать нам всем одолжение и упасть! Джек. Тупой, самодовольный, вечно гавкающий Джек Барлоу. У меня внутри что-то хрустнуло. Я даже не заметила, как встала. Ноги сами понесли меня вперёд. - Следи за языком Барлоу! - выплюнула я, подходя ближе. - Угомони своё гавканье, или клянусь богом я сделаю так, что ты сука не доживёшь до начала Молотьбы! Он обернулся, его ухмылка врезалась в мою злость. - Ух ты. Горячая пошла. - Он склонил голову чуть набок, оглядывая меня сверху вниз. - Интересно… ты в постели такая же активная? Или, может, такой же гладкой становишься… как котёнок ? Меня, кажется, реально ослепило на секунду. Всё смешалось - кровь, бешенство, желание вломить ему по зубам так, чтобы он неделю суп через трубочку пил. - Барлоу, если ты ещё раз провернешь такую херню - я тебя кастрирую прямо здесь, голыми руками. - Я шагнула ближе, так что между нами оставалось дыхание.-— И знаешь что? Тебе даже не придётся переживать о постели. Никто туда тебя всё равно не пустит. Ни активного, ни гладкого. Он моргнул, чуть видя, что я не блефую, совсем. Но мой кулак уже взлетал - я бы реально врезала, если бы… Рианнон влетела между нами, как всегда - вовремя, когда мне вот-вот сорвёт тормоза. - Селин. - Она ухватила меня за предплечье. - Нам сейчас не нужен труп до окончания Полосы. Я могу подождать до конца, - процедила я, не сводя взгляда с Барлоу. - Нет, не можешь. - Рианнон повернула меня к себе, её глаза были серьёзными, но мягкими. - Она тебя увидит, если ты начнёшь махать кулаками. Её внимание должно быть там. Барлоу, видя, что меня удерживают, снова открыл рот: - Да ладно, милая, не злись. Мне нравится твой темперамент. - Скажи это ещё раз - и я тебя реально сдерну с этой скалы, - рыкнула я, даже не пытаясь вырваться из хватки. Рианнон притянула меня ближе к себе. Она была права. Чёрт её побери, она была права. Я выдохнула через нос, медленно, пытаясь сдержать дрожь от злости и страха. - Ладно. Но если он ещё раз рот откроет - я его реально сброшу. - В очередь, - усмехнулась Рианнон и отпустила меня. Я снова перевела взгляд на Вайолет. Она карабкалась вверх.

Вайолет

Я поглядела вверх, на полукруглую расселину, внутри которой должна была взбираться, а затем вернулась на несколько футов назад по тропинке. - Что ты делаешь? - закричала Рианнон, когда я схватила одну из веревок и потащила ее вбок. Та цеплялась за поверхность скалы, и вниз летели мелкие камни. Веревка была дико тяжелая и растягивалась с трудом, но мне удалось зацепить ее нижнюю часть за камень в основании «дымохода». Натянув веревку как можно крепче, я поставила одну ногу на стену расселины, дернула веревку на пробу, а затем вознесла молитву Зинхалу, чтобы все получилось. - Она что, имеет право так делать? - прорычал кто-то сверху. Имею и сделаю. Прямо сейчас. Затем я подняла другую ногу и начала маленькими шажками взбираться по правой стороне «дымохода», ступая по камням и перехватывая веревку руками, чтобы поддерживать свой вес. Примерно на полпути вверх веревка резко дернулась, соскользнув где-то наверху с большого валуна, но я быстро перехватила ее и продолжила подъем. Сердце стучало в ушах, но убивало не это, а боль в ладонях. К середине «дымохода» казалось, что языки пламени пожирают мои руки, и я стискивала зубы, чтобы не закричать. Вот он. Верх «дымохода». Веревка натягивалась все сильнее, вот она задела верхний край расселины, и я использовала всю оставшуюся силу, чтобы подтянуться. И после этого упала на четвереньки. - Да, так его! - завопил Ридок с вершины утеса и заулюлюкал. - Вот она, наша девочка! - Вставай! - закричала Рианнон. - Еще одно осталось! Моя грудь вздымалась, легкие горели, но я поднялась на ноги. Теперь я была на последнем пролете, последней ступени на пути к летному полю. Передо мной возвышался деревянный пандус, на десять футов отходивший от стены утеса, а затем загибавшийся вверх, как внутренняя часть чаши. Его самая высокая точка была на одном уровне с вершиной. На десять футов выше, чем я сейчас. Препятствие было предназначено для проверки способности кадета преодолеть переднюю лапу дракона и добраться до седла. Для чего я, опять же, слишком мала ростом. Но слова Ксейдена о том, что правильный путь не единственный, звучали в моей голове всю прошедшую ночь. И к тому времени, когда взошло солнце и прогнало тьму, у меня уже был план. Осталось лишь надеяться, что я смогу его осуществить. Я вытащила из ножен свой самый большой кинжал — из тех, что принесла сюда вДень призывника, - и вытерла пот на лбу тыльной стороной грязной ладони. Затем я забыла об огне в руках, о пульсации в плечах и о том, что коленом не слишком удачно приземлилась после прохождения столбов. Я заблокировала боль, заперла ее за стеной, как делала всю свою жизнь, и сосредоточилась на рампе, как будто от ее прохождения зависела моя жизнь. Хотя… Так оно и было. Здесь уже не было веревок. И был лишь один способ преодолеть подъем. Только гребаная воля. Так что я бросилась бежать, используя скорость в своих интересах. Мои ноги стучали о пандус, а подъем становился все более крутым. То, что я не преодолевала это препятствие лично, вовсе не значит, что я не видела, как мои товарищи по отряду проходили его снова и снова. Я бросила тело вперед, и импульс понес меня вверх. Я ждала до последнего, пока не почувствовала тот самый сакральный сдвиг, момент, когда гравитация дернула мое тело вниз почти в двух футах от вершины, и тогда я взмахнула рукой и вонзила кинжал в скользкое, мягкое дерево пандуса - чтобы использовать его как опору для последнего рывка. Из моего горла вырвался первобытный крик, а плечо буквально взорвалось болью, когда пальцы вцепились в край рампы. Я сжала зубы и закинула наверх локоть, чтобы получить больше рычагов, и подтянулась, используя рукоять кинжала в качестве последней ступеньки перед самой вершиной. Но я еще не закончила. Лежа на животе, я повернулась лицом к пандусу, затем перегнулась через край, выдернула кинжал и убрала его в ножны на ребрах, прежде чем, пошатываясь, встать на ноги. У меня получилось. Облегчение единым глотком высосало адреналин из моего тела. Тут я почувствовала, как руки Рианнон обхватывают меня, принимая на себя мой вес, пока я задыхалась. Ридок же обнял меня со спины, так, что я почувствовала себя начинкой для сэндвича, и орал от счастья. В других обстоятельствах я бы запротестовала, но сейчас только эти двое и держали меня на ногах. - Она не имела права так делать! - надрывался кто-то. - Да, но она только что это сделала! - бросил Ридок через плечо и наконец ослабил хватку. Мои колени дрожали, но все же не подгибались. А я хватала воздух, вдох за вдохом. - У тебя получилось! - Рианнон взяла мое лицо в ладони, слезы наполнили ее карие глаза. - У тебя получилось! - Повезло. - Я сделала еще один вдох и взмолилась своему бешено несущемуся куда-то сердцу, прося его замедлиться. - И. Адреналин. Я стояла чуть в стороне, обхватив плечи руками, пытаясь отдышаться после прохождения трассы. Сердце всё ещё колотилось, и я чувствовала каждую боль в ногах и руках. Но я справилась. Прошла. Жива, цела. И тут я услышала визг: - Это было жульничество! Я обернулась и увидела Эмбер Мэвис, которая неслась прямо к нам. Сердце сжалось - её злость была почти осязаема. Рядом резко появилась Селин. Она встала между мной и Мэвис, будто телом оберегая. - Серьёзно? - услышала я её голос, полный раздражения и защиты. - Девочка только что ноги себе не сломала, а ты решила закатить концерт? - Она использовала запрещённый манёвр! Это не засчитывается! - выпалила Мэвис. - А тебе бы даже мозг не засчитали, будь он у тебя, - отрезала Селин. - Она прошла трассу честно. - Я разговариваю с Риорсоном, - прошипела Эмбер, пытаясь пройти мимо. - Ну так иди и разговаривай, - Селин не сдвинулась с места. - Но если обвиняешь мою подругу - разговор и со мной тоже. Я почувствовала, как она крепко сжимает мою руку, тихо, но твёрдо. - Селин… всё хорошо… - пробормотала я. - Вообще ни разу, - отрезала она. - И я не позволю ей выместить свои проблемы на тебе. Мэвис сделала шаг вперёд, её взгляд мог бы прожечь камень. - Она нарушила правила. Это - нарушение, и я требую пересмотра. - А я требую, чтобы ты перестала транслировать свою зависть всему двору, - отрезала Селин, глядя прямо ей в глаза. - Тебя бесит, что она прошла, что не оправдала ваших ожиданий в том, что навернётся на этой чёртовой полосе и сдохнет. Вот и всё. У Мэвис дёрнулся глаз. А я увидела, как уголок губ Ксейдена невольно приподнялся. Он всё это видел. Забавно, да, но странно наблюдать. - Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, - выдохнула Мэвис. - Я? - Селин хмыкнула. - Я вижу факты. Я вижу, что Вайолет прошла. Ты нет. Так что не шуми, будто это что-то изменит. - Назад, Мэвис, - угрожающе сказал Гаррик, вклиниваясь между Эмбер и Ксейденом. Солнце блеснуло, отражаясь от двух мечей у него за спиной. - Эта мошенница использовала запрещенные предметы, причем дважды! - прокричала Эмбер. - Этого нельзя терпеть! Мы живем по правилам или умираем по правилам! Неудивительно, что она и Даин нашли общий язык - они оба влюблены в Кодекс. - Мне не нравится, когда кого-то в моей секции называют мошенником, - предупредил Гаррик и развернулся так, что его массивные плечи закрыли Эмбер от взоров остальных. - И командир моего крыла способен разобраться с нарушением правил в своем крыле. Потом Гаррик шагнул в сторону, и я встретилась взглядом с синими глазами Эмбер. Селин на его слова коротко кивнула, даже странно было видеть с её стороны поддержку в сторону сторонников Ксейдена. - Сорренгейл? - спросил Ксейден с явным вызовом, выгнув бровь и занеся кончик ручки над свитком. Я уже не в первый раз заметила, что, кроме эмблем Четвертого крыла и командира крыла, он не носил нашивок, которые так любили демонстрировать остальные. - Я ожидаю тридцатисекундного штрафа за использование веревки, - ответила я и почувствовала, как дыхание наконец выравнивается. - А нож? - Эмбер сузила глаза. - Она дисквалифицирована. Когда Ксейден не ответил на это, она перевела взгляд на него. - Конечно, она вне игры! Ты не можешь терпеть беззаконие в своем собственном крыле, Риорсон! Но взгляд Ксейдена не отрывался от моего лица. Он ждал моего ответа. Я посмотрела на подругу и она коротко кивнула, отступила в сторону. Видимо всё же решила доверится нашему командиру крыла. - Всадник может взять с собой в квадрант только те предметы, которые может унести на себе… - начала я. - Да кто ты такая, чтобы цитировать мне Кодекс? - закричала Эмбер. - …И в дальнейшем всадники не должны быть отделены от этих предметов, что бы те из себя ни представляли, - продолжила я. - Ибо после переноса через парапет они считаются частью их личности. Статья три, раздел шесть, дополнение Б. Подняв взгляд на Мэвис, я увидела, что ее голубые глаза широко распахнулись. - Это дополнение было написано, чтобы сделать воровство смертным преступлением. - Верно, - кивнула я, переводя взгляд с ее глаз на ониксовые, которые словно видели меня насквозь. - Но при этом оно придает любому предмету, перенесенному через парапет, статус неотъемлемой части всадника. - Я вынула из ножен обломанный и выщербленный клинок, поморщившись от острой боли в ладонях. - Это не кинжал, полученный после вызова. Его я перенесла через парапет и поэтому считаю частью себя. Глаза Ксейдена вспыхнули, я даже заметила тень ухмылки на его упоительно, неприлично прекрасных губах. Это должно тоже быть против Кодекса - выглядеть так охренительно и быть таким безжалостным. - Правильный путь - не единственный, - я использовала слова Ксейдена против него самого. И он проговорил, не переставая глядеть мне в лицо: - Она сделала тебя, Эмбер. - Формально! - И тем не менее, - он слегка повернулся и одарил Эмбер таким взглядом, какой я никогда не хотела бы почувствовать на себе. - Ты мыслишь как писец! - рявкнула она на меня. Это вроде как должно быть оскорблением, но я просто кивнула: - Знаю. Она тряхнула головой и зашагала прочь, а я снова убрала кинжал в ножны, позволяя рукам бессильно упасть по бокам туловища и закрыть глаза, когда облегчение наконец сняло эту ношу с моих плеч. Я сделала это. Я прошла еще одно испытание. - Сорренгейл, - сказал Ксейден, и я с трудом открыла глаза. - У тебя кровь. Его взгляд прикипел к моим рукам. Туда, где кровь капля за каплей падала с кончиков пальцев. Боль вырвалась наружу, пробившись через мою ментальную плотину, как бурная река, при виде того ужаса, который я сотворила со своими ладонями. Разодрала просто в хлам. - Сделай с этим что-нибудь, - приказал Ксейден, но.. Смотрел он не на меня, а на Селин, Ашер просто кивнула, никаких препирательств и возмущений, даже косых взглядом и шёпота оскорбления не было, она просто кивнула, как будто уже привыкла выполнять его приказы. Я кивнула и отошла в сторону, присоединяясь к остальным членам нашего отряда. Селин помогла мне отрезать рукава рубашки, а Рианон с перевязыванием ладоней, а я тем временем подбадривала двух последних товарищей по отряду, которые взбирались вверх по скале. В итоге мы добрались. Все