Часть 19. Курган Гильденхул

Стенвар, Серо и Эрандур отплыли в сторону кургана еще затемно на арендованном рыбачьем суденышке. На борт погрузили немного припасов, воды, изрядное количество мешков, и Айя не забыла положить древнюю нордскую кирку. — А это зачем? — удивился Стенвар. — Увидишь на месте, — подмигнула Айя. Сама она с рассветом поскакала на Тенегриве к форту Морозного Мотылька. Марвутструн бодрствовал, деловито обозревал свои владения. Услышав, что фадон собирается добывать оставшиеся сокровища, дракон тут же захотел лететь к кургану Гильденхул. — Садись, фадон, садись немедленно! — крикнул он. Айя еле успела забраться к дракону на шею и ухватиться за рога, как он тут же взмыл вверх. — Скажи, фадон, ты имел дело с призраками? — спросил Марвутструн. — Было такое. В кургане Холдира. — У твоих… союзников зачарованное оружие? — Да. Я недавно зачаровала меч Стенвару — на высасывание сил, у Серо меч точно бьет огнем, а Эрандур сам зачаровал свою новую сталгримовую булаву. Правда, я не знаю, на что именно. Но Эрандур владеет магией разрушения. — Хорошо. Призраков надо бить магией. — Ты что-нибудь знаешь о Хакнире? — Только то, что ты мне рассказывал, фадон.  Я знал одного вождя, давно, в Атморе. Пришла ему пора умирать. Он приказал убить множество своих слуг и похоронить с собой в кургане, чтобы их души служили ему после смерти. Разве станет тот пират охранять свои сокровища один? — Я тоже думаю, что там полно неупокоенных душ, потому и взяла с собой подмогу. — Будет тяжело. Но не бей Безжалостной силой. Опасно. Гробница древняя. Скала непрочная. Рази Огненным дыханием. Ободряй союзников ту’умом. — Спасибо за советы, фадон. Долетев до места, дракон опустился на берегу напротив острова, а потом обхватил Айю когтистой лапой, осторожно перенес к кургану и опустил на песок так бережно, словно она была яйцом, которое можно разбить при неловком движении. Айя только фыркнула: дракон явно гордился своей аккуратностью. В ожидании мужчин, она развела у входа в курган костерок и обогрелась немного, присев на корточки перед огнем. Прикрыв глаза, она погрузилась в размышления, но вскоре услышала голос Марвутструна: — О чем задумался, фадон? — О предстоящей битве. — А что у тебя в кошелях на поясе? — Тут магические кольца и амулеты, — Айя тронула левый, — а в этом — камни душ для подзарядки оружия. — Ты хорошо подготовился. — Я боюсь, что этот курган — ловушка, и мы не сможем в случае чего отступить, пока не победим призраков. Нам придется туго. Я вот сомневаюсь: стоят ли эти сокровища такого риска? — Хм… — дракон задумался. — Я не могу понять тягу смертных к золоту и блестящим камушкам. Но они важны для вас. Вы обмениваете их на полезные вещи. Тебе нужны полезные вещи, фадон? — Еще как. У меня скоро будет свой замок. — Расскажи! — потребовал дракон. Пока Айя рассказывала ему о старом тане, это как-то помогло убить время. Вскоре в пролив вошло рыбацкое судно. Мужчины бросили якорь и пришвартовали посудину, закрепив трос за огромный валун, лежащий на берегу. Айя никогда еще не видела Стенвара в шлеме, Серо же пока держал свой прикрепленным к поясу. Но когда на палубе появился Эрандур, Айя едва сдержала смешок. Опытные мечники явно потрудились на славу: стальной нагрудник был идеально подогнан, а шлем надет как положено. И все равно Эрандур выглядел… комично. Он старательно напускал на себя грозный вид воина, расправлял плечи и хмурил брови, но это только усиливало впечатление: благочестивый жрец Мара, которого насильно загнали в доспехи и отправили на войну. — Давно ждешь, хозяйка? — осведомился Стенвар. — Не очень. Не замерзли? — Все в порядке, — слегка улыбнулся Серо. — Мы готовы к подвигам. — Тогда пошли. Нам еще сталгрим дробить, — Айя выпрямилась. — Возьмите кирку. — Сталгрим? — удивился Эрандур.  — Сейчас все увидите. Попрощавшись на время с Марвутструном и оставив меховые накидки у костра, они вошли в маленькую пещерку — преддверие кургана. Мужчины разом замерли, увидев два массивных саркофага, полностью заполненных сверкающим сталгримом. Магический лед переливался холодным голубоватым светом, будто внутри него были заперты звезды. — За одним из них скрывается проход в курган, — пояснила Айя. — Осталось только решить, за каким именно. — Ничего себе, вот как это выглядит, оказывается, — почесал в затылке Стенвар. — Сталгрим-то заберем, чай? Скаалы тут недалеко. Им пригодится. — Давайте работать по очереди, — предложил Эрандур. — Чтобы никто не вымотался раньше времени. — Вы даже не представляете, насколько легко эта кирка разбивает сталгрим, — покачала головой Айя. — Ну что, левый или правый? — Что-то мне подсказывает, что правый, — задумчиво промолвил Эрандур. Он первым взял кирку и с размаху ударил по сияющей поверхности. По сталгриму мгновенно разбежалась сеть трещин, и к ногам жреца со тяжелым звоном упал увесистый кусок. — Ого! Ты права, дочь моя, это удивительная кирка! А простую руду с ней так же легко добывать? — Как с обычной киркой. — Айя развела руками. — Видать, на ней особое зачарование, под сталгрим, хотя я сама его не чувствую. Они принялись работать по очереди и довольно быстро убедились, что Эрандур выбрал верно. При очередном ударе оставшийся слой сталгрима с мелодичным шорохом осыпался вниз мелкими осколками, открывая аккуратный полукруглый лаз. Пройдя сквозь него, друзья оказались в широком коридоре, ведущем к большой двухстворчатой двери. Стоило им ступить внутрь, как вдоль стен одна за другой вспыхнули древние жаровни и светильники, словно ждали именно их прихода. Коридор оказался на удивление чистым — ни паутины, ни пыли веков. — Видите? Здесь полно магии, — сказала Айя. — Осторожность не помешает. Она бросила в угол «мешок с мешками», достала из поясной сумки древний ключ и вставила его в замочную скважину. Замок, будто недавно смазанный, легко поддался. Огромные створки сами собой распахнулись с тяжелым гулом. — Боги мои! — воскликнул Эрандур, когда в сокровищнице одна за другой вспыхнули зачарованные светильники. Серо только присвистнул, а Стенвар смачно выругался. — Стойте! — резко воскликнула Айя. — Ни шагу дальше. Это надо обдумать. — Да уж, — пробормотал Эрандур, — двери-то наружу открываются. Что-то мне подсказывает, что они захлопнутся, стоит нам только войти. Комната оказалась относительно небольшой — раза в три меньше тех огромных коридоров в древних руинах, что ведут к замкам, открываемым драконьими когтями. Но вся она была заставлена громадными сундуками, возле которых высились целые горы золотых и серебряных монет. Все они были древними, вышедшими из употребления сотни лет назад, однако золото и серебро всегда в цене. К сверкающим грудам было прислонено разнообразное оружие, а на крышках сундуков лежали прекрасные доспехи — и не только тамриэльские, судя по всему. Ближе ко входу тускло мерцала изумительной работы женская броня, украшенная тонкими узорами и серебряной инкрустацией. Айя никогда не видела ничего подобного. Размер был как раз такой, чтобы она могла примерить ее на себя. Она никогда не носила металлическую броню, но с магическим кольцом вес не должен был стать проблемой. Что скрывалось внутри сундуков — оставалось только гадать. Сокровища сияли в свете факелов, заманчиво переливались и словно манили подойти ближе, погрузить руки по локоть в это сверкающее богатство. — Сколько же крови пролил этот пират, чтобы скопить такие богатства… — голос Айи дрогнул. — Что ж, друзья мои, перед нами выбор: оставить все нетронутым, запереть дверь и уйти… или принять тяжелый бой. Дракон считает, что в гробнице нас могут ждать неупокоенные души. И что Хакнир там не один. — Отступить? — хмыкнул Стенвар. — Проявить трусость? — поддакнул Серо. — Скорее благоразумие, сын мой, — мягко возразил Эрандур. — Однако стоит представить, какие возможности откроют эти сокровища перед Айей… а значит, и перед всем Скайримом. — Лично я пришел сюда биться вместе с хозяйкой, — твердо ответил Стенвар. — А уж что она будет делать со всем этим — ей и решать. — Я как ты, — неожиданно согласился Серо. — Тогда вперед! — улыбнулся Эрандур. — Мы тоже сила немалая: два мечника, моя новая булава и магия, а уж Айя сегодня покричит всласть. И присмотрись к этой броне, дочь моя. Она будто специально для тебя выкована. — Что ж, войдем, — кивнула Айя. — Все разом, чтобы никто не остался снаружи. Они сделали два шага вперед одновременно, и тут же тяжелые створки с оглушительным грохотом захлопнулись позади. Айя мгновенно развернулась и попыталась вставить ключ в замочную скважину, но он не входил — что-то невидимое, но упругое, словно плотный воздух, мешало. — Осмотримся, что ли? — пожала она плечами. Она отперла ближайший сундук все тем же ключом, приподняла крышку… и тут же резко захлопнула ее обратно. — На это нельзя смотреть перед боем, — тихо сказала она. — Что там? — с любопытством спросил Стенвар. — Драгоценные камни да украшения, — ответила Айя с деланой небрежностью, явно пытаясь скрыть, хотя вид сокровищ явно потряс ее. Она быстро подошла к вожделенной броне и осторожно провела пальцами по гладкой поверхности, коснулась тонких изящных узоров. — Никакого зачарования, чистая работа. Просто броня. Но какая странная… Мне сперва показалось, что она ламинарная, но ведь это не так? Что скажете? — Мне не приходилось видеть такой, — хмыкнул Стенвар. — Тут и кольчуга, и металлические пластины. Но это точно не сталь. — Больше похоже на сплав, который куют орки, — заметил Серо. — Мне кажется, это орихалк. — Но она черная, будто из эбонита, — удивилась Айя. — А в фасоне есть что-то от брони Клинков. Может, это акавирская броня? Мало ли что они носили в древности. — Возможно, ты права. Смотрите, тут еще несколько акавирских мечей! — воскликнул Серо. — Примерь броню, дочь моя, — мягко предложил Эрандур. — Да хоть поверх своей надень. Она у тебя словно вторая кожа. Мужчины помогли Айе облачиться в доспех. Он действительно сидел на ней идеально. Однако от наручей и поножей она пока отказалась — в них было непривычно двигаться. Шлем тоже не стала надевать: хватало и родного, из шкуры нетча. Хотя «акавирский», как она мысленно его окрестила, ей очень понравился — открытый, с пластинами, защищающими уши и заднюю часть шеи, и небольшой пластиной, прикрывающей нос. Он надевался поверх плотной подшлемной шапки. — А как ты себя чувствуешь в броне, Эрандур? — спросила Айя. — Вроде двигаюсь, но тяжеловато мне, — честно пожаловался жрец. — Это поправимо, — Айя достала из поясной сумки одно из магических колец и протянула ему. — Надень вот это. — О! — Эрандур даже подпрыгнул на месте от неожиданности. — Я легкий, как перышко! — А для нас такие колечки захватила? — с надеждой спросил Стенвар. — Конечно, и не только их. Держите амулеты, — она принялась раздавать защитные амулеты, по три штуки каждому: на увеличение урона врагам, на поддержание силы и здоровья. — Да мы будто елки под праздник Сатурналий, — рассмеялся Стенвар. — А сама-то что же? — А у меня шкура нетча зачарована и лук. Ну что, идем дальше? В крипту? — Идем, пора! — воскликнул Серо, надевая шлем. В крипту вел извилистый коридор, заканчивающийся широким входом в обширный зал. В дальней его части на каменном постаменте лежал скелет, а по бокам от него на невысоких возвышениях стояли полуразрушенные саркофаги. — Не спешите, — промолвил Эрандур, — здесь явно попахивает некромантией. Он указал на магический круг, начертанный неподалеку от входа. — Здесь появится дух Хакнира? — догадалась Айя. — Далековато от места его упокоения. — Мы должны что-то сделать, прежде чем он решит показаться, — спокойно ответил Эрандур. — Пока что можно свободно ходить и осматриваться. — Развернуться-то тут есть где, — заметил Серо, окидывая зал взглядом. — С обычными призраками обычно легко справиться, — сказала Айя. — Они разлетаются от пары ударов зачарованным оружием. Но сильные неупокоенные духи в разгар боя могут призвать себе на помощь оскверненные души, скелетов или другую нежить. Они осторожно приблизились к постаменту, на котором лежали останки пирата. Рядом, по правую руку, поблескивал скимитар. — Как аккуратно его положили! — усмехнулся Эрандур. — Да еще и зачарованный. Ну кто устоит и не возьмет? — Не нравятся мне эти саркофаги по углам, — задумчиво проговорил Серо. — Оттуда точно кто-нибудь да появится. — Нам следует остерегаться лучников, — добавил Стенвар. — Айя, возьми их на себя. — Конечно, — кивнула та. — Наша задача — ослабить призрака Хакнира как можно сильнее. Поэтому становитесь втроем ближе к кругу призыва. Я уберу оружие с постамента и переберусь в сторону, чтобы лучше видеть весь зал. Как только появится призрак — нападайте на него разом, но только друг друга не покалечьте. — Хороший план. Ну, да хранят нас боги, — тихо произнес Эрандур. Стенвар протянул правую руку. Серо крепко сжал ее, а Эрандур и Айя положили свои ладони сверху. — Это будет славная битва, — мечтательно промолвил Серо. — Начинаем! — скомандовала Айя и отошла к постаменту. Она подождала, пока мужчины отбегут к кругу призывания и приготовятся, а потом резко скинула скелет вместе с оружием на пол. Когда стук костей по полу утих, пару секунд стояла мертвая тишина. А потом раздался знакомый гул открывающегося магического портала, и не в круге, а чуть поодаль возникла призрачная фигура, облаченная в сталгримовую броню. — Кто нарушил мой покой? Кто посмел бросить вызов? — прогремел голос Хакнира. «Как эти призраки самоуверенны и глупы», — успела подумать Айя, быстро отбегая в сторону и на ходу накладывая стрелу. Хакнир сразу выбрал первой жертвой Серо. Их клинки скрестились. В тот же миг Стенвар сделал точный выпад и вонзил меч в подмышку пирата — одной рукой за рукоять, второй, защищенной перчаткой, направляя лезвие.Поймав момент, Айя пустила стрелу точно в спину Хакнира. Почти одновременно Эрандур мощно ударил его булавой в висок. Призрак пошатнулся, яростно замерцал и исчез. — Приготовьтесь! — резко крикнула Айя. Со звенящими, леденящими звуками то тут, то там по всему залу начали появляться светящиеся фигуры пиратов. Теперь уже было не до тактики. Айя, как и обещала, взяла на себя лучников — среди них оказались и женщины. Эрандур почти не пользовался булавой, а больше поливал приближающихся призраков пламенем, стараясь прикрывать спины то Стенвару, то Серо. Хвала богам, в команде Хакнира не оказалось ни одного мага. Иначе пришлось бы совсем туго. Нет ничего хуже, чем нежить, способная применять магию. Поначалу Айя ругала себя, что согласилась надеть броню, но, когда от наплечника отскочила призрачная стрела, она поняла — друзья были правы. Стоило им расправиться с первой волной, как тут же появилась следующая. Айя старалась обходиться без криков, боясь обрушить потолок зала, но один раз все же не выдержала и окатила особо настырного лучника огненным дыханием. И вот наконец на каменном полу зала остались только бесформенные ошметки голубоватой эктоплазмы. — Все целы? Никто не ранен? — крикнула Айя, тяжело дыша. — Смотрите в оба, сейчас Хакнир появится снова! Пират возник в совершенно другом месте зала. Первым удар его скимитара принял на себя Эрандур. Сила удара была такой, что жрец рухнул на одно колено, едва успев выставить перед собой мерцающий магический оберег.Айя мгновенно всадила две стрелы в спину Хакнира. Почти одновременно к нему подскочил Стенвар и пронзил незащищенный броней бок. Он тут же отпрянул, давая возможность ударить Серо. Но Хакнир не рассыпался. Хотя он и упал на колени, призрак лишь яростно замерцал и снова исчез. Судя по тому, сколько светящихся фигур выскочило из ниоткуда, Хакнир утянул за собой едва ли не всю свою команду. — Муль! Ква! Див! — беззвучно выкрикнула Айя. Вокруг нее тут же вспыхнул огненный ореол воплощения дракона, окутав тело жаркой чешуйчатой аурой. Она поняла, что от лука теперь толку мало. Мужчины уже заметно вымотались после первого раунда, особенно Эрандур — он заметно ослаб. Айя выхватила из ножен короткий эбонитовый меч, зачарованный на высасывание энергии, и приготовилась помогать в ближнем бою. Как раз вовремя вспомнилось знание, почерпнутое в Апокрифе — Знание барда. По ее зову в зале возник призрачный барабан, и его мощный ритм эхом отразился от стен, вливая новые силы в уставших соратников. Она старалась изо всех сил прикрывать их, используя Стремительный рывок, чтобы неожиданно появляться за спинами нападавших и всаживать кинжал в незащищенные места призрачных тел. Насколько позволяла бешеная скорость боя, она посылала волны исцеляющих заклинаний, вздрагивая каждый раз, когда слышала очередной стон раненого. Циклон на короткое время отбрасывал задние ряды врагов. Но даже ту’ум имел пределы. Айя начала серьезно уставать. Когда на полу появился последний круг эктоплазмы, она поняла — впереди снова Хакнир. Эрандур уже стоял на коленях, опираясь руками о холодные каменные плиты. Серо зажимал бедро в том месте, где удар призрака расколол хитиновую броню. Айя метнулась к нему и прижала ладони к ране, творя исцеляющее заклинание. Драгоценные секунды утекали. И внезапно она вспомнила. — Хун! Каль! Зор! — из последних сил выкрикнула Айя одновременно с гулом, возвещавшим о появлении Хакнира. Но в крипте возник еще один дух. Это был Хакон Одноглазый, сжимавший в руках свою легендарную секиру — ту самую, мощь которой когда-то ощутил на себе Алдуин. Молча, не произнеся ни слова, он ринулся в бой рядом со Стенваром. Вдвоем они встретили атаку пирата, который выглядел так, будто его не ранили дважды. Хотя Стенвару пришлось ненадолго отступить под ударом зачарованного скимитара, Хакон, казалось, вовсе не чувствовал его силы — воин света из Совнгарда. Его секира с тяжелым хрустом обрушилась на плечо Хакнира в сталгримовой броне. Пират пошатнулся. И в этот момент Серо, который уже пришел в себя, подлетел сзади и одним мощным ударом снес призраку голову. Раздался оглушительный грохот, будто сама гробница содрогнулась до основания. Живые едва устояли на ногах. А потом все внезапно стихло. Рядом с мерцающим пятном эктоплазмы на полу остался лежать второй скимитар. Хакон Одноглазый молча поклонился Айе и растворился в воздухе, даже не дав возможности поблагодарить его. — Серо, дружище! — Стенвар кинулся обниматься с данмером. — Как ты его! — А ты как его! — Серо в пылу чувств крепко дубасил норда по спине. Стенвар перевел дух и вдруг широко усмехнулся: — А я уж думал, Лидия у меня вдовой сделается, так и не узнав, какой я молодец. Айя же бросилась к Эрандуру, который все еще стоял на коленях в той же позе. — Ты ранен? — она наклонилась, хватая жреца за плечи и заглядывая ему в лицо. — Пока не понял… Хотя справа что-то горячо. — Погодите обниматься! — прикрикнула Айя на остальных. — Помогите мне снять с Эрандура нагрудник! Из правого бока жреца сочилась кровь. Его заставили снять и рясу. Когда нагрудник был отстегнут, все вздохнули с облегчением. Это был не прямой удар скимитара, а касательная рана от меча — он вспорол завязки нагрудника, рясу и кожу. Рана оказалась обширной, но неглубокой. — Я даже не заметил в пылу битвы, что ранен, — признался Эрандур. — Видать, это твое кольцо подействовало, дочь моя. Айя открепила от пояса маленькую фляжку с зельем и промыла рану. — Моих сил, думаю, хватит, чтобы это залечить, — сказала она и начала творить заклинание исцеляющих рук. Пока золотистые волны из ее ладоней мягко касались тела жреца, Эрандур смущенно смотрел куда-то в сторону. — Ну вот, как новенький! — удовлетворенно произнесла Айя, глядя на тоненький шрам, оставшийся от раны. — Одевайся. Посиди пока вот тут, на камешке. Серо тем временем прихрамывая сходил за вторым скимитаром. — Интересное зачарование… Чувствую, что оно действует, но не пойму, как именно, — сказал он, поднимая второй меч с пола. — Ого! — Что? — спросила Айя.— А эти ребятки должны работать в паре! Я прямо чувствую, как их магия усиливается. — Так возьми их себе. Ты же умеешь сражаться двумя руками? — Умею, но давно не практиковался. Придется потренироваться. Ты правда хочешь отдать мне эти мечи? Они же стоят кучу золота! — А мне они зачем? Я не мечник. Попадись мне какой-нибудь особенный двуручный меч — отдала бы его Стенвару. Кстати, надо посмотреть, не найдется ли в сокровищнице что-нибудь подходящее. — Ага, — отозвался Стенвар, сидя на полу и вытянув ноги. — Хватит любоваться игрушками, — прикрикнула на Серо Айя. — Надо проверить твою ногу. — Да в порядке все, до дома дотерплю, — отмахнулся данмер, но все же присел рядом со Стенваром. — Ну смотри. И да, Серо, — продолжила Айя, — броню Печати Смерти теперь можно носить, проклятие с нее снято. Так что она тоже твоя. Тебе придется в самый раз. — Да ладно! За что? Я ничего такого для тебя не сделал! Я не могу принять такой подарок! — Ты со мной спорить будешь? — хмыкнула Айя. — Представь: приедем мы в Виндхельм, войдем во дворец, а ты идешь следом за мной в сталгримовой броне, и в ножнах у тебя эти два меча. — Ульфрик обос… в штаны наложит от зависти! — вдруг заржал Стенвар, и остальные невольно присоединились к нему. — Ничего, переживет, — фыркнула Айя. — Она ему все равно не по размеру. Пусть у скаалов заказывает себе лично. — Эктоплазму-то стоит собрать, — задумчиво промолвил Эрандур, глядя на голубоватые кляксы на полу. — Это очень редкий ингредиент. — Вы отдыхайте, мутсери, а я найду в сокровищнице какую-нибудь посудину, кинжал и соскребу все. — Чегой-то «отдыхайте»? — обиделся Стенвар. — Мы тебе поможем. Вон тут сколько. Да и сундуки пора открыть, а? Одним глазком хоть поглядеть, что там лежит. — Ну, пойдемте, поглядим. Магические кольца действовали отменно. Без них, пожалуй, после такого боя пришлось бы выползать из крипты на карачках. Посудина под эктоплазму нашлась быстро. Первый же отпертый сундук оказался доверху наполнен серебряной посудой тончайшей работы. — Ты возьми его в Виндхельм, — посоветовал Эрандур. — Как раз для нового дома. А то и для замка. — Пожалуй, — согласилась Айя, наклоняясь над сундуком и доставая кувшинчик с относительно широким горлышком и крышкой. — Вот сюда соберем эктоплазму. Подарю Милоре вместе с кувшинчиком. Внезапно в голове раздался знакомый голос: «Не оставляй здесь ничего. Пока магия этого места еще не рассеялась, нужно перевезти все сокровища в форт, иначе ты их потеряешь». — Я тут подумала… — спокойно произнесла Айя, повторяя слова Принца. — А давайте все-таки переправим это все в форт. — А давай, — легко согласился Стенвар. — Да и дракона уважим. Ему тоже хочется поучаствовать в приключении. Сперва они собрали всю эктоплазму, закрыли дверь в крипту и принялись за работу. Выломали окантовку саркофага, расширяя проход. Начали с сундуков — так и не успев их отпереть, выносили один за другим наружу. Марвутструн, успевший заскучать, пришел в полный восторг. Он даже готов был отказаться от привычного подношения в виде жареного кабана или оленя — тем более что уже успел поохотиться и слопать пару молоденьких кабанчиков. Перспектива летать туда-сюда с грузом его ничуть не оскорбила. Наоборот, дракон напоминал большого шалопая, которому наконец-то разрешили похулиганить. Он тут же подхватил по сундуку в каждую лапу и полетел в форт. Наиболее ценное оружие и лучшую броню вынесли из сокровищницы и погрузили на лодку. Туда же отправили кувшинчик с эктоплазмой. — Слушайте, тут лопаты! — вдруг воскликнул Эрандур, доставая из трюма пару. — Вот и славно! — обрадовалась Айя. — Видать, ими рыбу с палубы в трюм гребли. Работали не разгибая спины до самых сумерек. Даже магические кольца уже почти не спасали, а есть хотелось просто зверски. Мешки хотя бы связывали вместе — это заметно сокращало количество «ходок» для дракона. Добытый сталгрим сложили в отдельный мешок и оставили в пещерке. Туда же отнесли обычное оружие и не представляющую особой ценности броню — годную разве что на переплавку. — Я что-то чувствую… — внезапно сказал Серо, когда они наполняли золотом последний мешок. — Что-то будто сочится из крипты. — Поторопимся, друзья мои, — кивнула Айя. Они вынесли последние мешки наружу и подошли к лазу, чтобы в последний раз бросить взгляд на опустевшую сокровищницу. И в этот момент снизу, из глубины крипты, раздался нарастающий гул, а затем страшный грохот. Каменный свод зала внезапно рухнул вниз, заставив всех четверых резко отпрянуть. Когда пыль улеглась, они увидели лишь груду булыжников, полностью заваливших лаз. — Теперь здесь снова нарастет сталгрим, — спокойно сказала Айя, кивнув на левый саркофаг и тело драугра. — Скаалы смогут приплывать сюда и добывать его. — Но ты-то как почувствовала, что нельзя оставлять сокровища в кургане? — изумленно спросил Стенвар. — Не поверишь… как будто торкнуло что-то, — Айя только развела руками. Они выбрались наружу и остановились, глядя на осевший курган. От величественной гробницы осталась лишь небольшая скала с пещеркой у подножия. На беспорядочно разбросанных каменных глыбах нетерпеливо топтался Марвутструн, раздраженно постукивая хвостом по земле. — Фадон сломал курган? — спросил дракон с явным любопытством. — Он сам, честное слово! — рассмеялась Айя. — Мы ничего не трогали. Зато сокровищ там больше нет, все собрали. — Тогда полетели в форт. — Пожалуйста, позволь мне взять кого-нибудь с собой, — осторожно попросила Айя. — Двое поплывут на лодке, а мы пока перенесем сокровища в генеральские покои. — Хм… — дракон слегка прищурился. — Чтобы кто-то, кроме тебя, фадон, летел на мне? — Ну прости, я просто спросила, — виновато улыбнулась Айя. — Хозяйка, да не переживай, — вмешался Стенвар. — Ты просто отложишь отплытие на один день. Гьялунд и так, почитай, на твоих заказах живет, возражать не станет. А твои морячки лишний денек отдохнут. Кто полезет в форт к дракону? Пока мы плывем, ты и отдохнешь немного, и поешь. Сейчас припасы поделим по-братски. Мешки, конечно, можешь и потаскать… Дракон совершенно не понял, почему все четверо вдруг дружно расхохотались. — Кольца только не снимайте, — предупредила Айя, связывая последние мешки. — А то поляжете прямо на палубе без сил. — Да уж, не снимем, — кивнул Стенвар. — Тут еще с парусом придется покумекать, ветер-то сменился. Стенвар вынес с судна припасов и воды для хозяйки, чтобы она могла подкрепиться, когда доберется до форта. Наконец рыбацкое судно отчалило. Айя долго смотрела ему вслед, а потом забралась на шею дракона. Марвутструн аккуратно ухватил лапами оставшиеся мешки и мощно взмыл в воздух, уносясь прочь от прежде проклятого кургана.

***

— Броня у меня дома, — ответила Айя на немой вопрос в глазах Серо, когда они стояли в бывших генеральских покоях и разглядывали ряды сундуков и мешков, выстроившихся как на параде. — Хорошо, — улыбнулся тот. Прилетев в форт Морозного Мотылька, Айя первым делом поела и напилась воды. А потом, как и предсказывал Стенвар, принялась таскать мешки в свою собственную сокровищницу. Оставались еще сундуки. Айя спокойно приподнимала их с одного края за ручку, но тащить волоком до ступеней было далековато. Ждать мужчин ей не хотелось — хотелось поскорее управиться и вернуться домой, чтобы наконец отдохнуть. Иногда Айей овладевало просто невероятное упрямство. Дракон, конечно, удивился ее желанию расчистить двор, но помог. Он подвигал каждый сундук как можно ближе к нижней ступени лестницы, а дальше уже Айя, пыхтя, но не надрываясь, затаскивала их в комнату дважды покойного генерала. Она аккуратно расставляла сундуки по углам, недалеко от двери. Когда рыбацкое судно наконец причалило к форту, мужчины сперва растерялись: двор был пуст, сокровища исчезли. Айя же спокойно сидела на ступенях и доедала лепешку с мелко порубленным мясом кабана, щедро приправленным соусом из морозной мириам. Она успела проголодаться во второй раз. Узнав, куда все делось, мужчины сперва принялись ее «журить», стараясь не слишком выражаться, а потом просто махнули рукой. И вот теперь все четверо стояли в комнате и молча любовались трофеями. — Такого, пожалуй, и в сокровищнице Солитьюда нет, — довольно крякнул Стенвар. — Наверное, если только все сундуки посудой не забиты, — усмехнулась Айя. — Веса-то мы благодаря кольцам не чувствовали. Только перед сном обязательно снимайте их. Не носите целый день кряду, а то привыкнете — и потом еле ноги волочить будете. — Сама-то ты почти не снимаешь свой перстень, хозяйка, — заметил Серо. — Ты думаешь, я этому рада? — вздохнула Айя. — Вот в Виндхельме наконец отдохну от него, отвыкну. — Ну что, домой? — спросил Эрандур. — Домой, пожалуй. Завтра отдыхаем и отмечаем победу. Вот только съезжу в Тель-Митрин, предупрежу мастера Нелота, что отплытие откладывается. — С нами поплывешь или на драконе полетишь? — спросил Серо. — Не обижайтесь, но полечу. Мне с ним еще потолковать нужно. — Да чего обижаться-то? — рассмеялся Стенвар и легонько хлопнул Айю по плечу. Проводив мужчин, Айя вернулась в покои генерала и наконец отперла привезенные сундуки. Свет факела отразился от золотых и серебряных слитков, от множества украшений и драгоценных камней. Десятки разноцветных зайчиков разбежались по потолку. Айя тяжело вздохнула и заперла сундуки обратно, отметив тот, где лежала посуда, нацарапав на крышке крест. «Ты как будто не рада, мой цветок», — раздался в голове мягкий голос Хермеуса Моры. — Рада, мой Принц… просто очень устала. И мне не хочется покидать остров. Я понимаю, что это необходимо, и Скайрим, скорее всего, снова захватит меня целиком — там еще столько неизведанного, столько всего нужно сделать. И все же мне грустно. «Я уже говорил тебе и повторю вновь: не торопись и не ускоряй события. Твори то, что вы, смертные, называете добром, но и о себе не забывай. А развлечься будет чем: ты обещала добыть кое-что для Нелота, да и история с этерием стоит того, чтобы ею заняться». — И верно, мой Принц. К тому же я всегда смогу навестить остров. Спасибо тебе за это приключение, за кольца и за эти несметные богатства. Ты меня балуешь. «Нет, не балую. Я не склонен к такому, но всегда готов вознаградить за верную службу». — А разве я что-то делаю для тебя, мой Принц? — искренне удивилась Айя. «Ты опять вынуждаешь меня смеяться, мой цветок. А потом сама жалуешься, что от моего смеха у тебя лопается голова». Айя заперла комнату, вышла во двор и поежилась — холодный ветер с моря пробирал даже сквозь волчий мех накидки. Ночь уже повернула к рассвету. Марвутструн терпеливо ждал, чтобы нести своего фадона обратно в Воронью Скалу.

***

Два корабля отчалили на вечерней заре и взяли курс на Виндхельм. Впереди плыла «Северная дева», позади, держа надлежащее расстояние, — «Сила Восьмерых. Айя с детьми стояла на палубе, глядя на удаляющийся причал, собравшиеся на котором люди слились уже в тоненькую черную полосочку. — А тетя Лидия навсегда останется на острове? — зашмыгала носом Люсия. — Нет, она и дядя Стенвар потом приедут. — Тогда ладно. А в Виндхельме дети такие же вредные, как в Вайтране? — Не вредные, — ответила за мать Софи. — Они меня иногда даже угощали, когда я жила на улице. Айя улыбнулась и погладила дочь по голове. Эно тоже смотрел на море, прищурившись, будто высматривал кого-то на втором корабле. — А дядя Серо плывет на том кораблике? — Да, ты же видел, как он поднимался на палубу. И он там плывет, и мастер Нелот с ним. Айя тихо усмехнулась: пир по случаю победы в кургане устроили вчерашним вечером, и Стенвар с Серо перебрали, только Эрандур всегда знал меру. Норд-то остался в Вороньей Скале, под крылышком любящей жены, ему было легче. И перебрал-то он еще и потому, что Лидия сообщила о своей беременности, то есть на радостях. В сильном подпитии Стенвар бывал добродушным и покладистым, чего не скажешь о Серо — тот принимался хвастаться прошлыми победами и петушиться. Да и лишние кубки спиртного не пошли ему впрок: с утра он был скорее серо-зеленым, а не серокожим данмером. Внезапно над морем разнесся мощный драконий рев. Из-за ближайшего мыса вылетел Марвутструн и стремительно понесся в сторону кораблей. Никто из моряков даже не вздрогнул — на «Силе Восьмерых» дракона уже почти благословляли за участие в спасении, а на «Северной деве» давно привыкли, что госпожа Айя водит дружбу с драконами. — Фадон! — прокричал Марвутструн на драконьем языке, зависнув неподалеку от корабля. — Кос крил, кос мул! Даал! — Зеймах! — крикнула Айя в ответ, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Лахней! Вейр! Кос оник! — Зеймах! — повторил дракон. — Пруза! Фадон ут зеймах! — Дядя дракон назвал мое имя? — радостно запрыгала Софи. — Нет, он сказал «хорошо», — тихо пробормотала Айя, с трудом сдерживая слезы. Дракон уже было направился обратно к острову, но внезапно сделал красивый кульбит и вернулся к кораблю. На этот раз он крикнул тише: — Пруза! Вен-Каар! Сахвен! Зу-у дахмаан! После этих слов он, уже не оглядываясь, полетел в сторону Солстхейма. — А теперь про нас, про нас, да? — Люсия дернула мать за край одежды. — Да, он сказал, что будет вас помнить. А теперь идите в каюту, дети. Час уже поздний. Я скоро приду. Дети послушно, гуськом отправились в каюту, не капризничая. Айя прижала кулак ко рту. Плечи ее затряслись. — Что ты, дочь моя? — Эрандур подошел и осторожно приобнял ее за плечи. — Из-за дракона? — Нет… не знаю… — всхлипнула Айя. — Из-за всего… — Довакин ты мой, Довакин… — вздохнул Эрандур, прижимая ее к себе и мягко поглаживая по спине. — Никуда Солстхейм от тебя не денется. Пути сюда — всего сутки, чуть больше. Захочется — приедешь в любой момент. Да и Марвутструн ведь летает в Скайрим? — Летает… к брату, на Глотку Мира. — Вот видишь? Не горюй. И ложись сегодня пораньше. — Да… я пойду к детям. Если погода испортится — будите, покричу в небо. Дети уже разделись, аккуратно сложив одежду, и забрались под одеяло на широкой кровати, предназначенной для богатых пассажиров. Каюта находилась рядом с капитанской. Айя спокойно разделась, оставшись в одной рубахе, и подошла к постели. Люсия тут же спрыгнула на пол, освобождая матери место между собой и сестрой. Айя легла, невольно усмехнувшись — дети сразу обняли ее с двух сторон, и она почувствовала себя кошкой с котятами в одной корзинке. — Давайте спать, милые, — тихо сказала она. — Завтра нас ждет Виндхельм. И новый дом. Мне самой интересно, как там Калдар все обустроил.

***

Айя во главе небольшого семейства, в сопровождении Эрандура, высадилась в порту столицы Истмарка. Капитан Гьялунд тут же кликнул грузчиков-нордов, которые обычно доставляли грузы в город вместо аргониан. Те поспешно спустились в трюм и вскоре выволокли на палубу пять увесистых сундуков, множество туго набитых наплечных мешков, обычных мешков, большую клетку и… объемистый горшок с цветами. Айя назвала грузчикам свой дом — Хьерим. В Виндхельме его знали все благодаря печальной истории. Порт столицы Истмарка уступал размерами только порту Солитьюда. Здесь кипела работа: сновали люди и аргониане, вращавшие огромные колеса портовых кранов. Не было недостатка ни в тележках, ни в носилках, ни в повозках, ни в желающих нести груз на своем горбу. Мешки быстро погрузили в тачки, сундуки — в повозки, запряженные крепкими, хоть и неказистыми лошадками. Маленький караван двинулся к западным воротам. Эльфы, возводившие в незапамятные времена столицу для Исграмора, понимали, что строят не просто город, а важнейший порт. Они строили на совесть, желая заслужить милосердие воинственного норда. Именно поэтому от гавани к жилым кварталам вела необычайно широкая улица. Спуск был пологим: слева шли ступени, а справа — гладкий мощеный подъем, по которому легко могли проехать повозки. Глядя на оживленный порт, Айя невольно подумала, что, если торговля в Вороньей Скале разрастется, данмерам тоже понадобятся новые пирсы — в стороне от старых. Хорошо бы эксперимент с жидким камнем удался. На пристань вышел Орт Эндарио и тепло приветствовал Айю. — А о вас вчера справлялись, госпожа, — сообщил он. — Кто? — равнодушно спросила Айя, решив, что это либо Ульфрик, либо Калдар. — Капитан вон того корабля, — Орт указал на дальний причал. Айя повернула голову — и почувствовала, как ноги становятся ватными. Когда «Северная дева» причаливала, она смотрела только на ближайший пирс и на идущую следом «Силу Восьмерых». Она даже не думала разглядывать все корабли в порту. Капитан Белис Хларин нарочно пришвартовался подальше от главного пирса, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Да, я знаю этого капитана, — тихо ответила Айя. — Госпожа, вам плохо? Вы так побледнели, — встревоженно проговорил Орт. — Нет, все хорошо, — через силу улыбнулась она, не в силах отвести взгляд от корабля, на борту которого только сейчас разглядела название — «Очи Барензии». — Так я вчера сказал капитану Хларину, что мы ждем вас не сегодня, а завтра. — Сообщите ему, что я навещу корабль позже. Сначала отведу детей и гостя домой. — Гостя? — машинально переспросил Орт. Айя указала на «Силу Восьмерых», которая как раз подходила к пристани. Вскоре по сходням бодро сбежал Серо, а следом, важно и неторопливо, спустился мастер Нелот. — Это же волшебник дома Телванни? — поразился Орт. — Я не ошибаюсь, госпожа? — Нет, вы не ошибаетесь. Прошу прощения. Оставив детей на попечении Эрандура, Айя поспешила навстречу Нелоту. Тот с деланным равнодушием оглядывал огромные городские стены, но взгляд его оставался цепким и внимательным. — Что с тобой, мут вахри? — тихо спросил Нелот, сразу заметив ее состояние. — Я скоро получу вести от человека, о котором мы с вами говорили на свадьбе Лидии и Стенвара, мастер, — ответила Айя, едва заметным движением головы указав на «Очи Барензии». — Очень хорошо. Я рад за тебя, — спокойно произнес волшебник. Его ровный тон неожиданно помог Айе взять себя в руки. — Одну минуту, мастер. Я только закончу одно небольшое дело. Она подвела к Орту боцмана «Силы Восьмерых» — Эннодия Кая — и представила его, тихо намекнув (не настаивая), что этот имперец мужественен, смел и достоин повышения. — Так корабль теперь, можно сказать, ваш, госпожа, — улыбнулся Орт. — Но мы все же потолкуем с Каем и еще раз обсудим нападение пиратов. Не смею вас больше задерживать. — До встречи, сера. Айя прикинула, что грузчики уже должны были миновать западные ворота, и наконец отправилась в город. Вопреки своей привычке, на этот раз она была в платье и меховой накидке. Она шла рядом с мастером Нелотом. Следом гордо вышагивали дети, а замыкали шествие Серо (все еще в старой броне, но без шлема) и Эрандур в обычной жреческой рясе. — Мутсера, вы вернулись! — радостно окликнул Айю один из жителей Квартара Серых. — Да, вернулась. Сообщите в «Новом Гнисисе», сера. Завтра я вас навещу. — Беру свои слова насчет голодранцев назад, — шепнул Нелот, глядя в глубь квартала. — Настоящие голодранцы тут…Он замолчал, но Айя заметила, с каким вниманием он осматривает обветшалые дома. — Ничего, мастер. Все постепенно изменится. Они миновали переулок с бывшим музеем редкостей, завернули направо и вышли на площадь. И обыватели, привлеченные любопытством (что за богатей приехал с таким количеством скарба?), и стражники слегка остолбенели, видя такое данмеровское «нашествие». Да, они приветствовали Айю, они были рады ее видеть, но ее спутники настораживали местных. Норды, разумеется, не могли опознать по одежде представителя великого дома Телванни, но Нелот выглядел донельзя важным. Необычная хитиновая броня Серо слишком бросалась в глаза, а два скимитара в ножнах приковывали к себе не один взгляд. Какой-то стражник в открытом шлеме даже приоткрыл рот от удивления, а потом поспешно сделал вид, что зевает. Вот разве что Эрандур казался почти своим, благодаря рясе. Ну и пусть данмер, зато не даэдрапоклонник. Да и кто станет опасаться данмера, который несет в маленькой клетке кролика? Дети же, особенно девочки и маленький Эно, вызывали у прохожих настоящие всплески умиления. Прелестные, нарядно, но не вызывающе одетые девочки радостно улыбались, а Эно с уморительно серьезным видом держал руку на эфесе игрушечного меча. Если кто-то говорил: «Здравствуйте, дети!», — девочки вежливо склоняли головы, а мальчик забывал о своей «рыцарской» роли, улыбался и махал рукой. Айя заметила, как по цепочке, от стражника к стражнику полетела ко дворцу весть о ее возвращении. Стоило, выходит, ждать приглашения от Ульфрика. Айя все-таки приготовила для ярла подарок — отличный сталгримовый топор, найденный в сокровищнице кургана. На другой день после битвы с Хакниром она первым делом отвезла в Тель-Митрин Черные книги, предупредила мастера Нелота, что корабли отчаливают на следующий день ближе к вечеру, и пригласила его на семейный ужин накануне отплытия. А потом отправилась в форт, чтобы выбрать подарки некоторым жителям Вороньей Скалы. Советнику Морвейну она приготовила акавирский кинжал — в его коллекцию. Госпоже Синдири — изящное ожерелье, а ее мужу, советнику Арано, — красивый перстень. Старику Кресцию и его жене Айя подарила кувшин и два стакана из тонкого синего стекла. Гловеру она просто сообщила, где лежит оружие и броня, и сказала, что он может делать с этим добром все, что захочет. Кузнец оторопел от такой щедрости. Айя прекрасно догадывалась, что Гловер связан с какими-то темными личностями, но всегда полезно иметь под рукой одну такую «прикормленную» фигуру про запас. — Нас тут не жалуют, — тихо заметил Нелот, ловя настороженные взгляды прохожих. — Так уж повелось, — пожала плечами Айя. — Но, как вы сами выражаетесь, голодранцы во многом сами виноваты. Кто действительно хотел работать — тот и работу нашёл, и обустроился. Вон за заливом даже ферма есть, данмерская. На него норды работают, между прочим. Нелот издал короткий смешок. — И всё равно ты им помогаешь. — От имени Ульфрика помогаю, — спокойно ответила Айя. — Он понемногу начинает понимать, что значит быть ярлом для всех подданных, а не только для нордов. Нелот слегка прищурился. — Аргониане, я заметил, всё ещё ютятся в порту. Не то чтобы я сильно переживал за бывших рабов… — Ульфрик им запретил жить внутри стен, — кивнула Айя. — Говорит — чтобы стычек не было между ними и данмерами. Только в Рифтене они живут бок о бок, и ничего, никто ещё никому голову не оторвал. Нелот хмыкнул, но промолчал. — А что раньше было в тех домах, мимо которых мы проходили? — спросил он через минуту. — Склады сейчас… — Айя вдруг остановилась, поражённая мыслью. — Хотя постойте… Там ведь раньше как раз аргониане и жили. Дома стоят пустые. Она повернулась к Нелоту, и в глазах у неё загорелся азарт. — Спасибо за идею, мастер. Пожалуй, начну уговаривать Ульфрика вернуть ящерам их старые дома. Вроде и в городе, но в стороне. Посмотрим, хватит ли у него на это гибкости. Наконец они вступили в Валунстрад, район, давно облюбованный богатыми горожанами. Грузчики суетились у повозок и тачек, остановленных узкими лестницами, ведущими к домам. Двери Хьерима были распахнуты, Калдар стоял на пороге и распоряжался. Грузчики пропустили Айю с семейством и ее важного гостя вперед. — Так-то тут неплохо, — поцокал языком Нелот. — Видно, что не голодранцы живут. Айя рассмеялась. Хьерим выгодно отличался от соседних домов выкрашенным заново фасадом и тщательно убранной площадкой перед дверями. Каменные плиты едва ли не с мыльным корнем вымыли. Калдар даже распорядился установить во дворике скамью и выложить из булыжников что-то вроде места для небольшого палисадника, куда уже натаскали свежей земли. — Добро пожаловать домой, госпожа, — Калдар поклонился. Поклонился он также и Нелоту: — Добро пожаловать в Хьерим… серджо. — Спасибо, — слегка удивленный данмерским обращением, кивнул Нелот. Айя одобрительно улыбнулась управляющему. Когда детям представили управляющего, те вежливо поздоровались и убежали наверх, осматривать свою новую комнату. Калдар отвел на минуту Айю в сторонку. — Я тут рискнул кое-что переделать в доме, госпожа, пока вас не было. Зато теперь ваш гость может временно разместиться в моей комнате. — Расскажи, что ты здесь устроил? — полюбопытствовала Айя. — Мы отгородили на чердаке две жилые комнаты. Я рассудил, что дому необходим работник-мужчина… А две… ну так, на всякий случай. Они вполне удобные, чтобы там спать. Вот мы с вашим… — Серо, подойди, пожалуйста. Знакомьтесь. — Айя представила управителя и телохранителя друг другу. — Мы с господином Серо спокойно разместимся в комнатах на чердаке, пока я еще тут. Вы же собирались отправить меня на Солстхейм, если я правильно вас понял… — Калдар так и не смог произнести эти слова беспечным тоном. — Да, ты поедешь на Солстхейм, но только после того, как кое-что изменится в моем статусе, когда я вызову из Вороньей Скалы Стенвара с супругой. А пока что ты служишь мне здесь. Спасибо, что произвел такие улучшения в доме. И насчет работника ты прав. Но мы потом потолкуем. Проводи, пожалуйста, мастера Нелота в комнату. — Прошу за мной, серджо. — Идем-ка посмотрим, что там Калдар устроил, — предложила Айя Серо. Данмер нашел среди мешков два своих и пошел за ней следом на второй этаж. Там появилась удобная лестница, ведущая на чердак. Собственно, чердак появился в доме благодаря настырности Айи, которой совершенно не нравились неоправданно высоченные потолки верхних покоев, тонувшие в тени. Поэтому уже во время ремонта дома рабочие построили новые перекрытия, и наверху образовалось большое помещение, которое Айя собиралась отдать под кладовую. Кладовую-то Калдар тоже обустроил, но, пусть и наскоро, рабочие возвели перегородки, и появилось две довольно удобных комнаты, где уже стояли кровати, шкафы, комоды и умывальники. — Вполне неплохо, — хмыкнул Серо. Никто еще этими совершенно одинаковыми комнатами не пользовался, так что он просто выбрал для себя первую, бросив пока мешки на пол. — Ну вот и хорошо, — кивнула Айя. — Переодевайся и спускайся вниз. Она побежала смотреть остальные помещения. В том, что Нелоту понравится в комнату управляющего, она не сомневалась — обстановка в Тель-Митрине была самая спартанская в том, что касалось спанья. Дети, с нетерпением ждущие, когда их багаж распакуют, тут же налетели на Айю с расспросами: для кого предназначена четвертая кровать в их комнате? — А вдруг у вас появится еще один брат или сестра? — Братик, братик! — запрыгал Эно. — Ладно, пусть брат, — согласились девочки. — Не надо нам еще одну девчонку. Нам и вдвоем хорошо. — Вы уже устроили Пушка? — поинтересовалась Айя. — Да, вот он, в своей большой клетке, — Люсия указала на угол комнаты. — Мы уже налили ему воды и дали морковку. Одобрительно улыбнувшись детям, Айя спустилась вниз. На кухне хлопотала довольная тем, что наконец может приступить к своим обязанностям, Сильда. Ей помогала вторая работница по имени Гунар, нордка лет сорока, судя по робости, с которой она смотрела на хозяйку и вообще держала себя, хлебнувшая на своем веку немало горестей. Айя сделала себе зарубку в памяти похвалить Калдара за то, что он дал женщине шанс обрести работу. Сильда не лгала, когда хвалилась, что когда-то была хорошей поварихой: запахи на кухне стояли такие, что желудок начинал урчать от предвкушения. — А кто вам дров нарубил? — первым делом спросила Айя. — Мой младший брат, госпожа, его зовут Торстен, — ответила Гунар. — У вас есть жилье в городе? — И да, и нет, госпожа. Так-то мы жили у моего старшего брата, на мельнице. — А… я его помню. Айя правда помнила мельника Сидварда, огромного, грубого норда с вечно красной физиономией, который владел здешней мельницей. Цвет его лица вовсе не был последствием пьянства, скорее он был вызван излишней полнотой и склонностью к постоянной раздражительности. — Нам не слишком… нам плохо жилось у брата, госпожа. Я никогда не была замужем… не довелось… а незамужняя сестра в доме женатого брата… вы сами понимаете. А Торстену всего восемнадцать, и он хромой с детства, у него одна нога немного короче другой, но вы не подумайте, он хорошо выполняет свою работу. — Я скажу Калдару, чтобы он нанял твоего брата, — кивнула Айя. — Он может пока что занять третью кровать в вашей комнате. Ты не возражаешь, Сильда? — Да что ж я буду возражать, госпожа? — удивилась кухарка. — Парнишка хороший, уважительный. — Ну вот и прекрасно. — Спасибо, госпожа! Вы так добры! — с чувством произнесла Гунар. Выражение ее лица намекало на то, что сейчас последуют просьбы ко всем аэдра благословить такую хорошую хозяйку и прочие выражения почтительности, и Айя предпочла ретироваться с кухни. Нелот, который даже переоделся в «простой», но явно дорогой данмерский наряд и попросил распорядиться почистить его мантию, сразу же захотел осмотреть подвал. Когда они спустились вниз, оказалось, что Калдар и здесь расстарался на славу. Подвал был грамотно обустроен для хранения припасов и всего необходимого, однако стену, ведущую в бывший тайник снежных эльфов, управляющий разбирать все-таки не решился. Зато теперь ее надежно закрывала тяжелая дубовая дверь с прочным замком. Возле лестницы на небольшом столике стояло несколько фонарей, уже заправленных маслом. При свете двух из них Нелот внимательно осмотрел комнату, где собирался устроить порталы: прошелся по периметру, пощупал стены, словно прислушиваясь к чему-то внутри камня. — Неплохо, — сказал он наконец. — Закажи у каменотесов восемь каменных плит. Размеры я тебе напишу. Также мне понадобятся шестнадцать великих камней душ — именно великих, а не черных. Думаю, ты сможешь приобрести их в Коллегии. Придется тебе потерпеть мое присутствие в доме подольше, мут вахри. Работа предстоит долгая. — Потерпеть? — искренне удивилась Айя. — Да я счастлива, что вы погостите у меня подольше. Скорее уж вам придется терпеть всех нас, мут ата! — Ладно-ладно, опять нежности, — усмехнулся волшебник, слегка покачав головой. — У меня уже есть пять великих камней душ, — добавила Айя. — Значит, мы сможем сразу создать два портала. Полагаю, тебя в первую очередь интересуют Вайтран и Солитьюд? — Вайтран и Морфал, мастер. От Вайтрана я смогу легко попасть и на свою ферму «Золотые холмы», и в поместье Хельяркен — оно как раз на границе Белого Берега. — Могу связать твой дом в Вайтране и это поместье, если захочешь. Но почему именно Морфал? — Неподалеку от Солитьюда, на землях Хьялмарка, я купила участок, где сейчас строится новое поместье. — Вот оно что… То есть оттуда ты легче доберешься до Солитьюда. Даже без портала пока что. Хорошо. Начнем с этих двух городов. Придется тебе, конечно, полетать на драконе. Впрочем, твой даэдрический конь всегда в твоем распоряжении. Весь оставшийся день прошёл в приятных, немного суматошных хлопотах. Вещи распаковывались и находили свои места. Шкафы постепенно наполнялись тяжёлой серебряной посудой из сокровищницы Хакнира. Дети тоже с радостью помогали: Софи и Люсия аккуратно раскладывали свою одежду и вещи братика по комодам, а Эно с важным видом расставлял на полках книги и игрушки. Нелот выбрал себе самое необременительное, но немаловажное занятие — с видимым удовольствием расставлял книги на полках кабинета, иногда тихо бормоча что-то одобрительное под нос. Работа прервалась лишь дважды, не считая перерыва на обед. Сначала прибежал слуга с короткой запиской от Ульфрика. Ярл писал, что, как только Айя обустроится в новом доме, он всегда рад видеть её во дворце. Айя тут же написала ответ, предлагая Эрандура на должность библиотекаря. Она осторожно подчеркнула, что тот — жрец Мары, и попросила выдать ему ключ, а также разрешение найти помощника среди нордов. Гонец вскоре вернулся с ключом и лаконичным ответом: «Хорошо. И помощника найди». Айя вновь перечитала первую записку и слегка нахмурилась. Та показалась ей странно холодноватой. «Отвык, что ли? — подумала она. — Или я в прошлый раз всё-таки перегнула палку?» Решив не забивать себе голову, она вручила Эрандуру ключ и небольшой кошель с деньгами на покупку провизии, а затем попросила Серо проводить друга и помочь отнести вещи. — А ужинать тоже приходи к нам, — напомнила она. — Да я бы лучше поработал, дочь моя, — улыбнулся Эрандур. — Мне, если честно, не терпится как следует осмотреть книги. Дети пусть приходят завтра, мы позанимаемся, как обычно. — Давай отложим занятия на послезавтра, — мягко предложила Айя, заметив, как разочарованно вытянулись лица у девочек. — Завтра мы осмотрим город. Я постараюсь как можно скорее найти тебе помощника. Она проводила Эрандура до двери и, глядя ему вслед, мысленно отметила, что позже обязательно отнесёт ему ужин сама — перед тем, как отправиться в порт на встречу с капитаном «Очей Барензии».