Обновлённая революция

Год. Прошел ровно год с того дня, как император Чарльз зи Британия перестал существовать, а вместе с ним начала рушиться и его тысячелетняя мечта. Священная Британская Империя, некогда считавшаяся незыблемым колоссом, была стерта с лица земли автоботами и Легионом Кингсли. Там, где когда-то сиял золотом Пендрагон, теперь возвышался Новый Иакон - город-крепость из кибертронского металла, чьи башни пронзали облака, пульсируя холодным неоновым светом. В самом сердце этого механического кошмара высился Даркмаунт - массивная, зловещая цитадель, ставшая символом новой власти. Это было архитектурное воплощение воли Оптимуса Прайма: острое, беспощадное и абсолютно чуждое человечеству. Жизнь на оккупированных территориях превратилась в монотонный кошмар. Различия между «чистокровными британцами» и «номерами» исчезли - Легион уравнял всех в бесправии. Бывшие аристократы теперь работали в шахтах бок о бок с теми, кого они раньше презирали. Права человека стали мифом, сказкой из забытого прошлого. Евро-Британия оставалась нетронутой лишь потому, что автоботы позволили ей существовать. Кингсли прагматично решила, что пусть евро-британцы и ЕС продолжают истощать друг друга в бессмысленной войне, пока Легион укрепляет свои позиции. Китайская Федерация также прекратила любое расширение, решив вместо этого подождать и дождаться прибытия посла автоботов, чтобы они могли поговорить о возможном присоединении. Страх перед Кингсли стал той силой, что удерживала мир от открытого восстания. Её имя произносили шепотом, как проклятие. Люди видели, как она превратила мощнейшую военную машину планеты в пепел, и никто не хотел стать следующей целью. Из всех территорий, павших под пятой автоботов, ни одна не познала такого глубокого и безнадежного падения, как Япония. В годы британского владычества здесь еще теплилась жизнь: Токийское поселение сверкало огнями, а в гетто бурлила хоть и опасная, но живая энергия сопротивления. Теперь же Япония превратилась в одну сплошную братскую могилу, лишенную надгробий. Токио и другие мегаполисы лежали в руинах, превращенные в карьеры для добычи ресурсов. Вся страна стала гигантским лагерем, где стерлись границы между победителями и побежденными - бывшие британские аристократы и «одиннадцатые» теперь были скованы одной цепью, став бесправным рабочим скотом для кибертронского режима. Эпицентром этого индустриального ада стала священная гора Фудзи. Британия годами выкачивала из неё сакурайдит, но технологии автоботов превратили гору в выпотрошенный кокон. Глубоко под землей раскинулась сеть шахт, где более миллиона человек трудились в три смены. Здесь не было места состраданию, а царила лишь холодная эффективность. Людей кормили ровно столько, чтобы они могли держать кирку, и давали спать ровно восемь часов, чтобы их мышцы не атрофировались окончательно. Автоботы-надзиратели не убивали рабочих без нужды - мертвый раб не может грузить энергон. Но эта «забота» была страшнее любой казни. Порядок в этом подземном чистилище поддерживала «Гражданская Оборона» - полиция, созданная Кингсли из числа тех, кто предпочел предательство смерти. «ГОшники», как их презрительно называли рабочие, носили темно-синюю форму и белые безжизненные маски-противогазы с холодными синими линзами. За лишнюю пайку концентрата и относительную безопасность они с патологической жестокостью вымещали свою ненависть на тех, кто остался по другую сторону электродубинки. Анонимность, даруемая маской, позволяла им забыть о стыде. Среди теней, бредущих по туннелям Фудзи, едва ли можно было узнать Гилберта Гилфорда. Последний из «Гластонских рыцарей», когда-то бывший образцом чести и воинской доблести, превратился в живой призрак. Вместо мундира - вонючие лохмотья, вместо гордой осанки - сгорбленная спина под грузом тележки. Его лицо заросло неопрятной щетиной, а в грязных волосах застряла пыль энергона, светящаяся в темноте мертвенным светом. Гилфорд, тяжело дыша, толкал массивную тележку, полную острых кристаллов энергона. Металлические колеса скрежетали по камню, и каждый шаг отдавался болью в стертых в кровь ступнях. Внезапно тишину прорезал сухой треск электрического разряда. — Стой, скотина! По команде — замереть! — раздался резкий, искаженный вокодером противогаза голос ГОшника. Офицер Гражданской Обороны лениво поигрывал дубинкой, наблюдая за рабами. — Объявляется технический перерыв на пять минут. — сказал надзиратель. Гилфорд ничего не ответил. Он просто разжал руки, и тележка с глухим стуком остановилась. Ноги подкосились, и бывший рыцарь упал на четвереньки, жадно хватая ртом тяжелый, пропитанный озоном воздух шахты. «Как до это дошло?» этот вопрос Гилфорд задавал себе каждое утро, когда холодный свет ламп пробуждал его от беспокойного сна на твердом камне. Каждый прожитый день в этом аду был напоминанием о его поражении. Он потерял всё: братьев по оружию, Гластонских рыцарей, чьи имена теперь были лишь пылью; свой дом, который сравняли с землей; свое звание, которое теперь не значило ровным счетом ничего перед лицом кибертронского надзирателя. Но тяжелее всего было осознание того, что он подвел её. «Простите меня… принцесса Корнелия…» эти слова он шептал разбитыми губами, когда толкал тележку, когда глотал безвкусную белковую кашицу, когда закрывал глаза. Это была не просто молитва, это была его единственная связь с прежним миром, мантра, которая не давала ему окончательно превратиться в бездумный автомат. Однако, несмотря на изможденное тело, дух Гилфорда всё еще тлел под слоем пепла. Он тайно работал с небольшой ячейкой сопротивления, лелея безумную надежду на восстание. Но даже здесь, на самом дне, человеческие пороки не исчезли. Его соратники - бывший криминальный авторитет, известный как «Черный Король», и две аристократки из семей Штадтфельт и Эшфорд - были далеки от идеала. Он понимал, что их план слаб, что они действуют вслепую, но это была единственная альтернатива медленному увяданию. Внезапно по всем уровням шахты раздался резкий, пронзительный перезвон. Работа замерла. Рабы и охранники синхронно подняли головы к огромным экранам, висящим под сводами пещеры. Эмблема автоботов на экране сменилась лицом синего фембота. Это была Стронгарм - надзирательница горы Фудзи, чей образ сочетал в себе пугающую жизнерадостность и ледяную жестокость тюремного исполнителя. — Добрый день, мои маленькие полезные люди! — её голос, усиленный тысячами динамиков, заполнил пространство. — Говорит ваш надзиратель Стронгарм. Надеюсь, вы все чувствуете себя бодро? Ведь я лично слежу за тем, чтобы у каждого из вас было много увлекательной работы, а ваши животы... ну, скажем так, не были совсем уж пустыми. Она сделала паузу, и на её металлическом лице появилась фальшивая, приторная улыбка. — Видите ли, я обожаю порядок. Продуктивные работники - это счастливые работники! Это закон, это гармония. И я была так рада думать, что вы все разделяете мою страсть к труду... Но, увы, всегда найдутся те, кто не умеет быть благодарными. Те, кто пытается разрушить наш прекрасный механизм бунтами и заговорами. Это меня очень расстраивает. Примерно так же, как расстроили меня эти бездельники! Камера отъехала назад, и Гилфорд почувствовал, как сердце пропустило удар. На подвесной платформе, парящей над огромным чаном с бурлящим расплавленным металлом, стояли они: миссис Эшфорд, миссис Штадтфельт и «Черный Король». Их руки были скованы, а на лицах застыл животный ужас. — Посмотрите на них. — Стронгарм указала на пленников. — Пара пробританских болванов и один мелкий бандит. Они планировали «восстание». Разве вы, люди, еще не поняли? Британии больше нет! Она сгнила и была выброшена на свалку истории! Смиритесь с этим. Я повторю: производительные работники - это счастливые работники... но проблемные работники - это мертвые работники! Стронгарм с пугающей легкостью потянула за массивный рычаг. — Нет... — выдохнул Гилфорд, его пальцы впились в край тележки. Пол платформы разошелся в стороны. Трое заговорщиков рухнули вниз. На мгновение шахту заполнили их пронзительные, нечеловеческие крики, которые оборвались с шипением, когда тела коснулись раскаленного металла. Ослепительная вспышка, облако едкого дыма - и от его товарищей не осталось даже пепла. — И вот что происходит, ребята, когда вы пытаетесь играть в героев. — Стронгарм снова улыбнулась в камеру, поправляя свой наплечник. — Избегайте неприятностей, и мы все будем счастливы. Создайте проблемы мне - и я создам их вам в ответ. Хорошего рабочего дня! Экран погас, и шахта снова погрузилась в монотонный гул. Люди, зажатые между страхом и голодом, не смели задерживаться - их глаза дрожали, но шаги были точны и отработаны. Гилфорд стоял, не в силах пошевелиться. Его зрачки сузились, а руки дрожали. Он только что увидел смерть своих последних союзников, и этот расплавленный чан стал метафорой их общего будущего. Гилфорд, чувствуя, как силы уходят, медленно поднимался, готовый снова взвалить на плечи тележку, когда рядом прозвучал знакомый звук - треск электрического разряда дубинки. — Возвращайся к работе, перерыв кончился. — сухо произнёс ГОшник, его голос прорывался сквозь металлическую маску. Он сделал шаг, и посмотрел на Гилфорда так, будто считал себя вправе наказывать каждого, кто посмеет замедлить линию производства. Гилфорд задержал взгляд на человеке в маске. В этом взгляде не было ни мольбы, ни обиды - лишь горькое осознание. Он попытался подняться, но ноги предательски подкосились; тело отказало. — Смотри-ка. — усмехнулся ГОшник, дав волю насмешке. — Раньше я мечтал быть таким, как ты. А теперь? — он отдал лёгкий кивок по направлению к тележке — Теперь ты всего лишь ещё одна грузовая единица. Когда надоест толкать, можешь вступить в Легион. Там кормят лучше, платят - в смысле обеспечивают - бронёй, апгрейдами… Ты станешь полезной деталью в большой машине. Хочешь чуточку тепла и смысла? Подумай: усиленные суставы, постоянный рацион, и никакого мелкого побочного труда. Жизнь будет легче. Гилфорд вскинул голову, многолетняя усталость и боль прорезали голос, но в нём была стальная нота, которую не могли погасить ни удары, ни лишения. — Подменить мозг на чип? — тихо произнёс он. — Лучше сгореть в человеческом теле, чем жить как бездушный механизм ради чужих амбиций... — слова сжались в горле, но он продолжил, глядя прямо в синее стекло маски надзирателя, — Пусть хоть мои последние шаги будут человеческими. В ответ ГОшник захохотал, но смех был пустым. Он сделал шаг вперёд, собираясь ударить, когда, с явной резкостью в голосе, вмешалась молодая женщина. — Эй, дай ему передышку, ладно? — требовательно сказала японка, не пряча презрения. — Он едва стоит на ногах. Зачем доводить человека до смерти прямо сейчас? Нам и так невыгодно терять рабочие руки. ГОшник остановился и обернулся к ней. Его взгляд упёрся в неё сквозь маску, пытаясь прочесть причину дерзости. Девушка не отступала; в её голосе слышалась негаснущее упрямство. — Ты знаешь правила. — процедил ГОшник, активируя дубинку, чтоб сделать угрозу явной. — Не отвечай, не спорь - делай, что говорят... — Не слишком ли много просить десять минут просто для отдыха? — спросила японка. — Или ты хочешь объяснить Стронгарм, что позволил производству замедлиться только для того, чтобы возиться с рабами? — Ладно. — он сделал паузу, и в глазах его мелькнуло нечто человеческое. — Десять минут. Но ты помни - это милость, не слабость. Как только охранник скрылся за поворотом туннеля, японка, не теряя ни секунды, преклонила колени перед изможденным Гилфордом. Её движения были лишены той неуклюжести, которая была свойственна обычным рабам - в них чувствовалась скрытая грация и отточенная годами дисциплина. — Вот, возьми это. Тебе нужно восстановить силы. — негромко произнесла девушка, протягивая ему флягу. Гилфорд, чье горло напоминало высохшее русло реки, схватил её дрожащими руками. Он пил жадно, вода проливалась по подбородку, смешиваясь с грязью и пылью, но он не мог остановиться, пока фляга не опустела. — Спасибо… — наконец выдохнул он, вытирая рот тыльной стороной ладони. Он впервые внимательно посмотрел на свою спасительницу. У неё были мягкие черты лица, но взгляд был острым и проницательным. — Я… я раньше не видел тебя в этом секторе. Ты из новоприбывших? — Можно сказать и так. В этом мире мы все - новоприбывшие в ад. — девушка помогла ему подняться, поддерживая под локоть с удивительной для её хрупкого телосложения силой. — Меня зовут Саёко. Я здесь не просто так, Гилберт. Мне нужно, чтобы ты помог мне. Ты ведь давно здесь? Ты знаешь, где в этой части шахты можно получить доступ к средствам связи? В каждой крупной камере должен быть хотя бы один порт, верно? На случай экстренных ситуаций или обрыва основной магистрали. Гилфорд удивленно воззрился на неё, на мгновение забыв о своей усталости. — Порт связи? Ты хоть понимаешь, о чем просишь? Это не просто нарушение регламента, это прямой путь на плаху. Да, порты есть… они встроены в узловые терминалы для технического обслуживания. Но зачем тебе это знать? Ты хочешь послать сигнал о помощи? Поверь, никто не придет. Саёко лишь загадочно ухмыльнулась, и в этой ухмылке Гилфорд внезапно увидел не запуганную рабыню, а опасного хищника. — Вот увидишь. Не хотелось бы портить сюрприз раньше времени. Просто веди меня, пока патруль не вернулся. Саёко следовала за Гилфордом по извилистым коридорам. Она двигалась бесшумно, словно тень, постоянно сканируя окружение. Гилфорд же шел, борясь с нарастающим чувством тревоги. Он не понимал, кто эта женщина, но её уверенность пугала и завораживала одновременно. Если она решит саботировать связь, их обнаружат в считанные минуты. Он не хотел видеть, как эта храбрая девушка закончит свою жизнь в плавильном чане. Когда они подошли к тяжелой бронированной двери комнаты связи, путь им преградили двое ГОшников. Они лениво переговаривались, но при виде приближающихся рабов мгновенно подобрались. — Стой! Это закрытая зона, номера! — рявкнул один из них, кладя руку на кобуру пистолета. — А ну брысь отсюда, пока я не прописал вам по паре ударов током! Вы что, оглохли? Он не успел договорить. Движения Саёко были быстрее человеческого глаза. Из её рукавов, словно по волшебству, выскользнули два узких ножа. В один миг они прочертили в воздухе стальные дуги и с влажным звуком вонзились прямо в окуляры противогазов охранников. Те даже не успели вскрикнуть - ножи пробили маски и черепные коробки, оборвав их жизни мгновенно. Тела тяжело осели на землю. Гилфорд замер, его зрачки расширились от шока. Он видел много смертей на поле боя, но такая филигранная и хладнокровная расправа лишила его дара речи. — Быстро, помоги мне занести трупы внутрь, пока кровь не натекла на порог. — скомандовала Саёко, уже подхватывая одного из убитых под мышки. Гилфорд, повинуясь какому-то древнему воинскому инстинкту, бросился помогать. Они затащили тела в небольшое помещение, заставленное мерцающим оборудованием, и плотно закрыли дверь. В центре комнаты светилась основная консоль, на экране которой бежали строки кибертронских символов. — Хорошо, постой у двери и слушай, что происходит в коридоре. — бросила Саёко, уже склонившись над терминалом. — Что ты… что ты собираешься сделать? — прошептал Гилфорд, глядя на трупы. — Нас расстреляют на месте за это! Саёко лишь коротко кивнула, её пальцы начали летать по сенсорной панели с невероятной скоростью. — Это кибертронский язык. — пояснила она, не отрываясь от дела. — Интерфейс сложный, вероятно, построен для мини-конов или ремонтных дронов. Гора Фудзи огромна, концентрация энергона здесь зашкаливает, создавая чудовищные помехи. Поэтому им жизненно необходимы такие терминалы в каждом секторе, чтобы поддерживать локальную связь. Гилфорд смотрел на неё с нарастающим изумлением. — Это… звучит логично, но откуда человеку знать такие тонкости? Как ты вообще читаешь эти каракули? — Скажем так, я знаю одного выдающегося ученого. — ответила Саёко. — Я освоила основы кибертронского программирования, но это лишь верхушка айсберга. Тебе бы стоило увидеть Нину Эйнштейн в деле. В вопросах взлома систем автоботов она - настоящий мастер, её гений граничит с безумием. Саёко достала из потайного кармана небольшое устройство и вставила его в разъем консоли. Экран вспыхнул багровым, а затем по нему побежали строки на английском. Затем она вытащила компактную рацию странной конструкции. — Мегатрон, это Саёко. Вирус успешно загружен в подсистему Фудзи. Передай Шоквейву и его команде, чтобы начинали творить свои «чудеса». Мы готовы к следующей фазе. Сердце Гилфорда пропустило удар. Он почувствовал, как холодный пот пробежал по спине. — Ты… ты только что произнесла «Мегатрон»? — Да. И это еще не всё. — Саёко посмотрела на передатчик, её голос стал мягче. — Сообщи Корнелии, что я столкнулась с Гилфордом. Жив, хоть и потрепан. Я уверена, что она будет искренне рада это услышать. Теперь Гилфорду показалось, что мир вокруг него окончательно рухнул и собрался заново. «Корнелия?! Принцесса Корнелия жива?!» Горло сдавило спазмом, он вцепился в край металлического стола, чтобы не упасть. — Кто… кто ты такая на самом деле? Саёко выпрямилась и обернулась к нему. На её лице играла спокойная, торжествующая улыбка. Она повернула свое устройство связи, демонстрируя Гилфорду гравировку на обратной стороне. Там красовалась эмблема Альянса Серых Рыцарей и Десептиконов. — Я - Серый рыцарь, официальный партнер десептиконов. — твердо произнесла она. — Твоя принцесса сделала свой выбор, Гилберт. Она сражается на нашей стороне. И сегодня, здесь, в самом сердце этой проклятой горы, мы начинаем настоящую революцию.

***

В то же самое время в главной диспетчерской шахты Фудзи царила атмосфера стерильного, механического покоя. Огромное помещение было залито холодным синеватым светом мониторов, а воздух был пропитан запахом озона и разогретого металла. За одним из второстепенных терминалов сидел офицер Гражданской Обороны. Его маска-противогаз лежала на столе, открывая лицо молодого мужчины с глубокими тенями под глазами - признаком хронического недосыпа и постоянного стресса. Он лениво прокручивал логи выработки четвертого сектора, откровенно борясь со скукой. Ритмичный гул серверов убаюкивал, а однообразие цифр вводило в транс. — Поскорее бы эта смена закончилась. — пробормотал он себе под нос, бросив взгляд на настенные часы. — Еще два часа этого электронного болота, а потом - паек из синтетики и сон в жестяной коробке. И ради чего мы всё это терпим? Ради того, чтобы груды металла чувствовали себя комфортно? Внезапно его терминал издал тихий, едва слышный щелчок, и по экрану пробежала рябь. Колонки цифр на мгновение замерли, сменившись каскадом непонятных символов, которые тут же исчезли. — Хм, что тут у нас? Опять помехи от залежей энергона? — Охранник выпрямился, его пальцы привычно легли на клавиатуру. — Если датчики в С-17 снова полетят, Стронгарм лично вытрясет из меня душу за простой линии. Он начал быстро проверять целостность системы, ожидая увидеть обычный технический сбой, вызванный радиацией кристаллов. Однако, углубившись в субдиректории протоколов связи, он наткнулся на нечто совершенно иное. Это был не шум. Это был изящный, невероятно сложный программный код, который обходил стандартные фаерволы автоботов так легко, словно их и вовсе не существовало. Вглядываясь в строчки скрытого пакета данных, офицер вдруг замер. В самом конце кода был зашит крошечный идентификатор, доступный только тем, кто знал, где искать. На его лице, до этого выражавшем лишь усталость, медленно расплылась широкая, почти фанатичная улыбка. Он быстро схватил свою маску и нацепил её обратно, скрывая свой триумф от камер наблюдения. «Спустя целый год... вы всё-таки решили вернуться». думал он. «Мы ждали этого сигнала в каждой тени, в каждом шепоте. Леди Кингсли будет очень довольна». Его пальцы залетали по клавишам со скоростью профессионального хакера. Вместо того чтобы поднять тревогу или изолировать участок сети, он начал виртуозно возводить вокруг зоны взлома «зеркальный щит». Он перенаправлял запросы автоматических охранных систем на ложные серверы-пустышки, создавая для центрального процессора Стронгарм иллюзию абсолютного порядка. — Давайте, работайте. — бормотал он, затирая следы присутствия Саёко в системе. — Я создам для вас «слепое пятно», которое не заметит ни один сканер. Автоботы слишком полагаются на свою логику и мощь, они даже не допускают мысли, что крысы внутри их собственного амбара могут перегрызть провода. Он нажал финальную клавишу, подтверждая перенаправление данных. На главном экране диспетчерской показатели добычи в секторе Гилфорда застыли на идеальных отметках, хотя на самом деле система связи там была уже полностью скомпрометирована. Охранник откинулся на спинку кресла, наблюдая за тем, как за его спиной ничего не подозревающие коллеги продолжают патрулирование. «Революция началась». в его глазах, скрытых за синими линзами, вспыхнул опасный огонь. «И скоро Легион выжжет механическую заразу с нашей земли. Наслаждайтесь своим триумфом, жестянки. Ваше время истекает».

***

Тихоокеанская бездна скрывала в своих глубинах то, что мир считал лишь легендой или давно забытым кладбищем металла. «Немезида» - некогда величественный корабль десептиконов, покинувший Кибертрон теперь покоилась на океанском дне. Но за последний год этот «труп» ожил. Благодаря усилиям сопротивления и технологиям, поднятым с обломков «Предвестника» в Австралии, корабль превратился в скрытую крепость Альянса десептиконов и Серых рыцарей. Внутри мостика пульсировал тусклый свет энергона. Воздух здесь был сухим и наэлектризованным. У огромных консолей, перестроенных под нужды как гигантов, так и людей, работа кипела в абсолютной тишине, нарушаемой лишь шепотом электроники. Шоквейв, чья единственная синяя линза светилась холодным, расчетливым огнем, возвышался над тактическим столом. Рядом с ним находился Тандеркрекер - бирюзовый сикер, чей научный склад ума делал его незаменимым в подобных операциях. Между ними, на платформе, адаптированной для людей, стояла Нина Эйнштейн. Она сильно изменилась: исчезла былая робость, взгляд стал жестким, а темно-зеленые волосы теперь были собраны в практичный узел. Её новый наряд - красное платье с синими вставками и тяжелый черный плащ с эмблемой Альянса - подчеркивал её статус ключевого технического специалиста Серых рыцарей. — Протокол «Троянский конь» завершён. — голос Нины прозвучал удивительно твердо. Её пальцы быстро бегали по клавиатуре, адаптированной под её рост. — Ядро вируса развернулось в узлах связи Фудзи. Мы полностью перехватили пакеты данных службы безопасности. Сейчас я вывожу на наши экраны прямую трансляцию с камер и аудиоканалы надзирателей. Они видят лишь зацикленные картинки мирного труда, пока мы вычищаем их архивы. Тандеркрекер кивнул, его лицевая пластина выражала мрачное удовлетворение. Он повернулся к голограмме механического гуманоидного тираннозавра, мерцающей в центре зала. — Триптикон, отчет о готовности систем. Мы не можем позволить себе осечку на этапе изоляции. — Я уже глубоко в их подкорке, Тандеркрекер. — отозвался Триптикон. — Все внешние ретрансляторы горы Фудзи под моим контролем. Любой сигнал бедствия, посланный Стронгарм, будет поглощен и уничтожен прежде, чем достигнет ближайшего спутника автоботов. Шоквейв повернул голову к Нине. Его голос был лишен эмоций, как и всегда. — Логика подсказывает, что следующим этапом должна быть минимизация сопутствующих потерь среди людей. Нина, я подключаю твой пульт к системе внутреннего оповещения шахты. Используй кибертронские коды авторизации, которые мы извлекли. Ты должна направить толпу туда, где наши силы смогут их защитить. Нина глубоко вдохнула, поправила очки и придвинула микрофон. Её голос, усиленный мощными передатчиками «Немезиды», зазвучал по всей шахте Фудзи, имитируя официальный тон системного ИИ автоботов. — Внимание всем подразделениям и гражданскому персоналу! — её голос гремел из динамиков в подземельях Японии. — Зафиксирована критическая нестабильность в жилах Энергона сектора Дельта. Угроза спонтанной детонации - 84%. Всем людям немедленно бросить работу и проследовать в центральный жилой блок для экстренной эвакуации в защищенные зоны! Повторяю: немедленное перемещение в центральный жилой блок! Это не учебная тревога! Прошло несколько секунд напряженного ожидания. Затем в динамиках раздался хриплый, но довольный голос Саёко: — Сработало, ребята. Надзиратели в панике, они сами гонят людей в нужный нам сектор, думая, что спасают ценный ресурс. Мы с Гилфордом уже в толпе, смешиваемся с остальными. Охрана дезориентирована. Встретимся в точке «Зеро». Тандеркрекер хищно оскалился, проверяя системы. — Триптикон, начинай активную фазу атаки! Перегрузи их внутренние энергосистемы и заблокируй лифты для подкреплений Автоботов. — Уже в процессе. — прогудел Триптикон, и голограмма динозавра вспыхнула ярко-фиолетовым. — Начало конца для Стронгарм через три... две... одну... На мостике «Немезиды» воцарилась тишина хищника, прыгнувшего на жертву. Революция, которую они готовили целый год в темноте океанских глубин, наконец-то вышла на поверхность.

***

Пока на мостике кипела работа, в жилых отсеках, интегрированных прямо в командный центр «Немезиды», замерло время. В небольшой каюте, где человеческий уют странным образом сочетался с угловатыми кибертронскими переборками, пятеро ждали сигнала, который должен был изменить ход истории. Лелуш Ви Британия сидел в кресле, глядя в пустоту. На нем был надет облегающий черно-золотой комбинезон, под которым скрывался сложный экзокаркас. Услышав по внутренней связи голос Нины, он медленно, превозмогая легкую дрожь в коленях, спустил Мерлина на пол и встал. Послышался едва уловимый гидравлический свист экзокостюма, который за последний год стал его второй кожей, вернув ему возможность ходить после тяжелых травм, полученных восемь лет назад. — Итак… похоже, механизм пришел в движение, — произнес Лелуш. Его голос дрожал от волнения. — Ровно год мы копили силы в этой железной утробе на дне океана. Целый год подготовки ради одного мгновения. Юфемия Ли Британия, стоявшая у окна-иллюминатора, обернулась. Она выглядела повзрослевшей и строгой. Её новый наряд - черная униформа с золотой отделкой и эмблемой Серых рыцарей - подчеркивал её преображение из хрупкой принцессы в символ сопротивления. — Мы не могли вечно скрываться во тьме, Лелуш. — мягко, но твердо сказала она. — Этот год научил нас терпению, но он также показал, что бездействие - это медленная смерть. Теперь всё будет по-другому. — Верно. — воскликнула Ширли, которая сидела рядом с Ривалзом. — Мы больше не те дети, которые потеряли свою империю в огне. Мы - те, кто пришел построить нечто лучшее на её руинах. Кагуя Сумераги, юная глава Киото, сидела на краю стола, болтая ногами. Несмотря на свой возраст, в её глазах светилась мудрость человека, привыкшего к большой политике и играм сверхдержав. — Чего вы ожидали? Мы же собираемся развязать войну не с кем-нибудь, а с автоботами и их марионетками. — заметила Кагуя, поправляя полы своего кимоно. — Страх - это естественная реакция. Но посмотрите, кто стоит за нашими спинами. Когда в одном строю оказываются Шнайзель, Корнелия и Мегатрон… — Честно говоря, мне даже немного жаль автоботов. — отметил Ривалз с ухмылкой, откинувшись на спинку кресла — Мы объединили британский интеллект, японскую волю и десептиконскую ярость. Я знаю, что мы победим, чего бы нам это ни стоило. Лелуш подошел к Кагуе, тяжело опираясь на металлическую стойку. Его взгляд потяжелел. — Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу её лицо. Прайм захватил её… мою старшую сестру. Нанналли… Прошел год, и я до сих пор не знаю, что он с ней сделал. Жива ли она? Эта неизвестность разъедает меня сильнее, чем любая рана. Юфемия подошла к брату и положила руку ему на плечо. Её прикосновение было теплым и полным искреннего сочувствия. — Мы спасём её, Лелуш. Клянусь тебе всем, что у меня осталось. — твердо сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Мы вернем её домой, вместе с нашей свободой. Лелуш долго смотрел на сестру, затем его губы тронула слабая, но искренняя улыбка. Напряжение в его плечах немного спалось. — Спасибо, Юфи. Он обменялся короткими кивками с Кагуей, Ширли и Ривалзом, и в этом жесте было молчаливое признание их союза. Пятеро строителей нового мира, рожденного из пепла, повернулись к главному экрану жилого отсека.

***

Грузовой отсек «Немезиды» в этот час напоминал не просто ангар, а футуристический собор войны. Огромное пространство, залитое пульсирующим светом энергонных магистралей, было забито до отказа. Сотни Найтмеров замерли в своих захватах. Но настоящую мощь ангару придавали сами десептиконы. Ветераны былых сражений и новые бойцы, прибывшие на зов своего лидера, стояли плечом к плечу с человеческими машинами, создавая легион, подобного которому Земля еще не видела. Тысячи глаз - механических и человеческих - были обращены к возвышению в центре отсека. Там, возвышаясь над всеми, замер Мегатрон. Его стальной корпус казался вылитым из самой тьмы, а пушка на руке едва заметно гудела. По обе стороны от него стояли два флагманских Найтмера. Справа - массивный фиолетовый мех, на плече которого, словно темный ангел, стоял Шнайзель в своем обличьи Спектры. Черный бронекостюм облегал его фигуру, скрывая лицо под непроницаемой маской, а длинная фиолетовая накидка тяжело свисала вниз. Слева возвышался золотой Найтмер, на плече которого замерла Корнелия в костюме Афины. Её синий бронекостюм и лазурный плащ развевались от мощных потоков воздуха, нагнетаемых вентиляцией ангара. Афина сделала шаг вперед, и её голос, усиленный динамиками маски, прорезал гул двигателей. — Офицеры! Солдаты! Сегодня мы перестаем быть тенями, прячущимися в океанских глубинах! — её тон был резким, как удар меча. — Слушайте свои приказы! Отряд «Шахматистов», наше поле боя - северная сторона шахт. Мы - таран, что должен вскрыть их оборону прежде, чем они поймут, что происходит. Элитная Гвардия, вы берете на себя южный сектор. Отряд «Черного Дракона» ударит с запада, сминая их заслоны. А «Эскадрилья Х»... — Афина сделала паузу, и в её голосе проскользнула гордость полководца, — вы отправитесь на восток, в самое логово, где плотность войск Автоботов максимальна. Сделайте то, что у вас получается лучше всего: превратите их порядок в пепел! — Сикеры! — прогрохотал лидер десептиконов. — Небо над Фудзи принадлежит вам. Ни одна машина автоботов не должна покинуть зону конфликта. Мы не просто атакуем - мы захлопываем капкан. Отрежьте их от связи, подавите их волю. Пока Афина ведет штурм, мы со Спектрой лично проконтролируем эвакуацию. Мы не оставим людей Прайму. Вы ждали этого момента целый год. Год унижений, год тишины под толщей воды... Но ваше терпение стало вашей силой. Мы выросли. Мы адаптировались. Мы стали лезвием, приставленным к горлу Прайма. Шнайзель, скрытый маской Спектры, поднял руку, призывая к тишине. Его голос звучал спокойно, почти философски, но в этой размеренности крылась стальная угроза. — Сегодня мир увидит не просто бунт. Он увидит рождение новой силы. — объявил он. — Благодаря прибытию новых десептиконов и объединению Серых Рыцарей, Спартанцев и Знака Мира, мы создали коалицию, способную сокрушить любую диктатуру. Мы - те, кого автоботы списали со счетов. Они назвали нас «пережитками прошлого», «неэффективными формами жизни». Они совершили самую большую ошибку в своей долгой истории - они недооценили человеческую волю к свободе! Спектра обвел взглядом замерший ангар. — Леди и джентльмены... братья по оружию... — он сделал театральную паузу. — НАША РЕВОЛЮЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ СЕЙЧАС! И ПЕРВЫЙ КИРПИЧ ИХ ИМПЕРИИ ПАДЕТ СЕГОДНЯ У ПОДНОЖИЯ ФУДЗИ! В ту же секунду ангар взорвался. Сотни глоток и механических вокалайзеров взревели в едином боевом кличе, который, казалось, заставил содрогнуться сам корпус «Немезиды». Грохот металла, крики ярости и восторженный гул заполнили пространство. Найтмеры начали движение, десептиконы трансформировались, готовясь к вылету. Машина войны была запущена. И в этот раз Оптимусу Прайму не суждено было встретить её подготовленным.

***

Шахта - Диспетчерская

В это время в главной диспетчерской шахты Фудзи царил хаос. Синие экраны мигали красным, а монотонный гул сменился нарастающим тревожным воем. Стронгарм ворвалась в зал, её металлические шаги сотрясали пол, а сердитое рычание эхом отдавалось от стен. — Что происходит?! — взревела она, её вокалайзер исказил голос до невыносимого скрежета. — Почему мои маленькие работники сидят в жилых помещениях и не возвращаются к своим обязанностям? Я хочу видеть их на конвейерах, добывающих энергон, а не болтающих в своих конурах! Кто посмел отдать приказ об остановке работ? Один из ГОшников, тот самый, что ранее скрывал взлом, лихорадочно стучал по клавиатуре, имитируя отчаянные попытки восстановить связь. Он поспешно вскинул голову. — Мэм! Наши средства связи… они полностью взломаны! Мы не можем восстановить контроль над внутренними сетями! Центральный процессор Фудзи не отвечает на прямые команды, а каналы связи с внешним миром полностью оборваны! — Найди этого умника, и преподай ему урок, который он запомнит до самой своей смерти! — воскликнула Стронгарм, её оптические сенсоры вспыхнули от ярости. — Я лично разберу его на атомы, если он посмел помешать добыче! Какой-то жалкий органический паразит думает, что может играть с нами в кошки-мышки?! Внезапно диспетчерская задрожала. Сирена взвыла с новой силой, перекрывая все звуки. На главном тактическом экране, до этого демонстрировавшем лишь статичные помехи, появились многочисленные отметки, окрашенные в красный цвет. — Что теперь?! — голос Стронгарм звучал уже не просто сердито, а встревоженно. Автобот-связист, до этого пытавшийся восстановить хоть какое-то соединение, вдруг задохнулся, его вокалайзер издал звук, похожий на неисправную передачу данных. — Множественные порталы земных мостов открываются по всему периметру шахт! Не только внешние, но и внутренние, в самых глубоких секторах! Вражеские отряды хлынули в шахты со всех сторон! — Он застыл, глядя на экран, его оптические сенсоры расширились от неверия. — Я… я не могу поверить… это… десептиконы… И… Серые рыцари! — ЧТО?! — закричала Стронгарм, отталкивая бота-связиста в сторону, чтобы самой увидеть развернувшееся на экране сражение. Её лицевая пластина исказилась от шока и ярости. Пока автоботы и ГОшники были поглощены ужасом и попытками хоть как-то координировать оборону, никто не заметил, как тот самый офицер Гражданской Обороны, что скрыл взлом, тихонько отошел от своего поста. Он скользнул в скрытый технический проход, который вел к аварийному выходу. Его движения были быстрыми и отточенными, как у человека, заранее изучившего каждую деталь маршрута. Добравшись до небольшой ниши, он достал из потайного кармана компактную рацию и подключив её к шлему, связался по особому, зашифрованному каналу. — Белая Роща, это Медведь, приём. — произнес он в микрофон, его голос был глухим, но в нём звенела неприкрытая радость. — Медведь, это Белая Роща, слышу тебя. Доложи обстановку, приём. — раздался в ответ спокойный женский голос, лишенный какой-либо паники, несмотря на тревожный фон. — Сообщите леди Кингсли - «Искра зажглась», повторяю, «Искра зажглась». — ответил Легионер, и на его лице, скрытом за противогазом, появилась широкая, торжествующая улыбка. В этот момент шахта Фудзи ощутимо затряслась от серии мощных взрывов глубоко под землей. — Вас поняла, Медведь. Ждите эвакуацию.— голос на другом конце провода был всё так же спокоен. В ту же секунду рядом с ГОшником, прямо в металлической стене, возникло мерцающее отверстие. Оно не было похоже на хаотичный водоворот земного моста кибертронцев. Это был идеально прямоугольный портал, сияющий мягким белым светом. Он не издавал ни звука, лишь лёгкое потрескивание энергии. Не раздумывая ни секунды, Легионер сделал шаг вперед. Белый свет поглотил его, и портал мгновенно схлопнулся, оставив за собой лишь небольшое пятно выгоревшего металла на стене. Он исчез, оставив автоботов один на один с бушующим восстанием.

***

Северные туннели

Северный туннель горы Фудзи содрогнулся, когда пространство разорвала воронка Граундбриджа. Первым из сияющего портала вылетел массивный бело-золотой тягач с ярко-белой полосой вдоль борта. Он не сбавлял скорости, его двигатель ревел, заполняя туннель эхом ярости. В следующее мгновение механизмы пришили в движение: колеса ушли в пазы, корпус развернулся, и перед ошеломленными автоботами возник величественный Найтмер - Борейц. Его внешний вид напоминал древнего самурая в тяжелых доспехах, увенчанного золотыми рогами, которые грозно поблескивали в свете аварийных ламп. Используя инерцию разгона, машина Корнелии врезалась в ближайшего бота-охранника, сминая его броню весом многотонной конструкции. — Прочь с дороги, жестяные марионетки! — властный голос Корнелии Ли Британии, скрытой под маской Афины, разнесся по туннелю. — Вы слишком долго считали Землю своей игровой площадкой! Борейц вскинул правую руку, которая трансформировалась в пушку «Прометей». Залп плазмы озарил туннель ослепительной вспышкой, превратив троих ботов в груды расплавленного шлака. — Отряд Шахматистов, вперед! — скомандовала она. — Не давать им передышки! Раздавите их оборону, пока они не успели вызвать подкрепление! Мы - таран этой революции! Слева от неё черной молнией пронесся Саундвейв. Его новый облик - инвертированные цвета, где глубокий черный стал основным, а тонкие белые линии подчеркивали острые грани - делал его почти невидимым в тенях шахты. Он протаранил группу из трех ботов, прежде чем трансформироваться в воздухе с пугающей грацией. Еще не коснувшись пола, он выхватил свое новое оружие - высокочастотную катану. Одним круговым ударом Саундвейв разрубил противников, оставив после себя лишь искры и разрушенные корпуса. Он не произнес ни слова, но его эффективность была красноречивее любого приказа. На правой стене туннеля показался белый Найтмер - Гоука Бьякуэн. Орфей Зевон, чьи светлые волосы и решительный взгляд зеленых глаз были скрыты в кабине, мастерски управлял системой УПМ. Машина буквально летала, игнорируя гравитацию. — Цели захвачены. Очищаю сектор. — коротко бросил Орфей. Он активировал встроенный в правую руку клинок, и в резком выпаде снес головы двум автоботам, пытавшимся навести на него свои бластеры. Но врагов становилось больше. Из боковых ответвлений начали выбегать новые подразделения охраны. В этот момент сверху послышался гул винтов. Эйрахнида в форме вертолета пронеслась над головами союзников, ведя огонь на подавление. Рядом с ней по потолку, цепляясь гарпунами УПМ, мчался модернизированный Гурен 9 Элементов. — Ну что, жестянки, соскучились по настоящему пламени?! — Каллен Кодзуки резко дернула рычаги, заставляя «Гурен» сорваться с потолка прямо в гущу врага. — Получите! Она активировала свою знаменитую правую руку. Коготь вспыхнул багровым светом, высвобождая концентрированный заряд Излучателя. Мощная волна радиационного облучения охватила передних врагов. Броня автоботов начала вздуваться и плавиться на глазах, пока они не взорвались яркими оранжевыми вспышками. Оставшиеся трое ботов, осознав масштаб угрозы, попытались отступить, ведя беспорядочный огонь. — О, нет-нет, вы никуда не уйдёте. — прошипела Эйрахнида. Она трансформировалась прямо в прыжке, перелетая через приземлившийся «Гурен». Взлетев высоко под своды туннеля, она открыла огонь из своих Энергонных бластеров. Три точных выстрела - три пробитых головы. Тела автоботов рухнули на землю почти одновременно. — Хорошая работа, Эйри. — бросила Каллен, выравнивая «Гурен». — Но не расслабляйся, это только начало. В этот момент из Граундбриджа вылетел десептикон, в виде мощного синего трактора. Он лихо заложил вираж, сбивая с ног двух ботов ковшом, а затем, завершив трансформацию, насадил третьего на свои массивные рога, буквально впечатывая его в стену туннеля. Скрежет металла и стон умирающих механизмов заставил остальных автоботов в конце коридора дрогнуть. Видя, как слаженно действуют Найтмеры и десептиконы, как мощь технологий кибертронцев дополняется маневренностью и яростью людей, выжившие охранники предпочли бегство. — Ну что, жестянки, и это всё, на что вы способны? — Тандерхуф, массивный синий десептикон с внушительными рогами, стоял посреди обломков, стукнув кулаками друг об друга. — Что, для вас уже слишком много «Лося»? Я только начал разминаться, а вы уже выглядите так, будто у вас масло по коленям потекло! Он замолчал, заметив, как выжившие автоботы лихорадочно карабкаются в кабины огромных промышленных буровых машин. Массивные сверла начали вращаться с нарастающим визгом, высекая искры из каменного пола. — Вы это серьезно? — Тандерхуф замер с абсолютно пустым выражением лица, глядя на приближающиеся дрели. — Вы решили, что если не можете победить меня в честном бою, то просто попробуете проковырять во мне лишнюю дырку этой доисторической техникой? Ребята, это даже не смешно, это просто жалко. — Хватит болтать, Тандерхуф! — Голос Сузаку Куруруги прорезал эфир, и в ту же секунду белоснежный «Ланселот Альбион» пронесся прямо над головой десептикона. Крылья из лучистой энергии оставили в воздухе изумрудный след. Сузаку мгновенно вскинул винтовку ВАРИС, переключив её в режим максимальной мощности. Раздался оглушительный выстрел. Заряд плазмы врезался точно в основание центральной дрели, мгновенно превратив её в груду пылающего металла. — Мой выход! — отозвалась Сесиль Круми. Следом за Ланселотом из тени вылетел Драоид - светло-коричневый Найтмер, обладавший грацией ниндзя. Сесиль привычным движением выхватила из-за спины плазменный клинок, который тут же вспыхнул ярко-зеленым светом. — Посмотрим, как ваша броня выдержит высокую температуру! — Сесиль сорвалась в рывок, превратившись в размытое пятно. Она пронеслась мимо двух оставшихся машин со скоростью молнии. Послышался лишь тонкий звон разрезаемого металла. Спустя секунду дрели просто развалились на ровные куски, а их кабины взорвались, не выдержав перепада температур. — Отличный удар, Сесиль. Твоя координация стала просто безупречной. — Сузаку плавно развернул Ланселот, стоя рядом со своей девушкой. — Спасибо, Сузаку! — Сесиль весело хмыкнула, убирая клинок. — Приятно знать, что все эти тренировки не прошли даром. К тому же, эти боты такие неповоротливые, когда садятся в строительную технику. Тандерхуф, наблюдавший за этим зрелищем, обиженно скрестил руки на груди, издав звук, похожий на стравливание пара. — Ну конечно, смотрите на них. Парочка влюбленных на самых крутых Найтмерах в этом секторе. — проворчал десептикон, слегка дуясь. — Сначала они называют меня дерзким выскочкой, а потом прилетают и крадут всё веселье, выставляя меня медленным корытом. Да я бы их сам раздавил! Просто... чуть позже. Каллен, наблюдавшая за сценой из кабины «Гурена», лишь презрительно фыркнула. — Выпендриваются... Как обычно. — пробормотала она, хотя в глубине души не могла не признать эффективность их связки. — Сузаку никогда не упустит случая покрасоваться перед Сесиль. — Командир Афина, северный туннель полностью зачищен. — раздался голос Эйрахниды по общему каналу, когда вся группа перегруппировалась у входа в следующий сектор. — Вход защищён, внешние датчики противника уничтожены. Мы удерживаем периметр. Корнелия, находившаяся внутри «Борейца», обвела взглядом своих бойцов. Золотые рога её Найтмера тускло светились в полумраке. — Хорошая работа. — произнесла она, и в голосе Афины чувствовалась гордость. — Но не расслабляйтесь и не тратьте время на пустую болтовню. Мы только вскрыли внешнюю оболочку этой крепости. Основные силы Стронгарм всё еще впереди, и они наверняка готовят нам «тёплый» прием. Она перевела Борейца в режим скоростного транспорта. — Саундвейв, Тандерхуф, Эйрахнида - занять позиции в авангарде! Гурен, Ланселот, Драоид и Бьякуэн - прикрывать фланги. Мы движемся к центральному узлу. Вперед! С ревом двигателей и лязгом трансформирующихся механизмов, объединенная группа десептиконов и Серых Рыцарей рванулась вглубь горы Фудзи, оставляя за собой лишь дымящиеся обломки тех, кто пытался их остановить.

***

Южные туннели

Южная часть шахт Фудзи представляла собой колоссальный туннель, где могли бы разъехаться два тяжелых крейсера. Возглавлял атаку Скай-Бат, в форме гигантской механической акулы в яркой сине-желтой окраске. Он плавно парил в воздухе, словно в родной водной стихии, а за ним, сотрясая камни ревом двигателей, мчались наземные силы десептиконов: серый кибертронский джип, изящный коричневый спорткар, массивный зеленый пикап и белоснежный болид. Над колонной, озаряя своды туннеля светом двигателей, неслись три Найтмера. В центре шел Пелтаст, а по бокам, словно верные вассалы, летели обновлённые Тристан и Флоренция. Впереди, за баррикадами, их ждал заслон из тридцати ботов, которые немедленно открыли шквальный огонь. — Мои верные рыцари, посмотрите на эту жалкую преграду! — пророкотал Скай-Бат, его голос вибрировал от предвкушения охоты. — Неужели они думают, что их статика остановит нашу бурю? Моника, Джино! Проявите грацию и мощь Серых Рыцарей! Прорвите их ряды так, чтобы от них не осталось даже эха! Флоренция, Тристан - вперед! — Будет сделано, сэр! — Моника Крушевская, бывший Двенадцатый Рыцарь, говорила спокойным, ледяным тоном профессионала. — Флоренция готова к жатве. Активирую адронные пушки. Синхронизация… огонь! — Наконец-то! Тристан уже заждался настоящей работы! — азартно выкрикнул Джино Вайнберг, бывший Третий Рыцарь. — Прикрой меня, Моника! «Флоренция» резко затормозила в воздухе, и из её плечевых креплений с лязгом выдвинулись стволы адронных пушек. Два мощных багровых луча вспороли темноту, превратив пять передних ботов в груду оплавленного шлака. Следом за залпом «Тристан» вошел в крутое пике. Его высокочастотные клинки гудели, оставляя в воздухе едва заметный след. Джино пронесся сквозь ряды противника, словно молния, и еще пять ботов развалились на части, не успев даже навести оружие. Остальные двадцать ботов в панике начали рассеиваться, пытаясь найти укрытие за скалами, что позволило отряду Элитной Гвардии рассредоточиться и начать планомерную зачистку секторов. — А теперь… мой черед показать им истинную мощь! — выкрикнул Скай-Бат, устремляясь к группе из четырех ботов. В полете шарктикон начал стремительную трансформацию. Механические детали перестраивались с оглушительным скрежетом, и через мгновение на землю приземлился Скай-Бат в режиме робота. Одним мощным движением он активировал свой гарпун и совершил широкий замах, уничтожая всех четырех противников одним сокрушительным ударом. В этот момент из бокового ответвления выкатились три тяжелых танка. Их башни начали разворачиваться, а основные орудия засветились, накапливая заряд. — Внимание, командир! Вы слишком увлеклись ближним боем и подставили тыл! — раздался резкий голос Чигусы, пилотирующей Пелтаст. Из пушек Пелтаста вырвался непрерывный град плазменных пуль. Скорострельность была такой чудовищной, что танки просто не успели произвести залп - их броня превратилась в решето, и через секунду три мощных взрыва озарили туннель. — Спасибо, Чигуса. Твоя бдительность всегда была твоим лучшим качеством. — Скай-Бат коротко кивнул Найтмеру, убирая гарпун. — Продолжаем движение! Южный сектор должен пасть до того, как Стронгарм поймет, что её крепость рушится! По правой стороне южного туннеля, где стены были покрыты инеем от систем охлаждения энергона, две машины неслись на полной скорости навстречу отряду из шести ботов. Автоботы открыли плотный огонь, но нападавшие не сбавили темп. Прямо перед столкновением обе машины трансформировались в воздухе, явив собой Джаза и Стилджо. Джаз приземлился на одно колено, мгновенно выстрелив своим Энергонным крюком. Трос со свистом обвился вокруг головы ближайшего бота. С резким рывком Джаз притянул противника к себе и нанес сокрушительный удар кулаком, от которого металлическая черепная коробка врага вмялась внутрь. — Эй, ребята, вы явно сбились с ритма! Пора устроить вам небольшую встряску и добавить в этот скучный бой немного басов! — Джаз ухмыльнулся, пока его правая рука перестраивалась, превращаясь в звуковое орудие. — Попробуйте-ка мой новый ремикс! Он выпустил мощный заряд конденсированного звука. Воздух задрожал от низкочастотного удара, который буквально разорвал трёх ботов на части, превратив их внутренние системы в кашу. Не останавливаясь, Джаз выпустил из запястья небольшой белый диск, похожий на циркулярную пилу. — Твоя очередь, Андертон! Задай им жару! Диск в полете трансформировался в небольшого, но мускулистого белого мини-кона. Андертон с грацией хищника выхватил два лезвия, закрепленных на спине, и в одно мгновение обезглавил пятого бота, прежде чем приземлиться и принять боевую стойку. Стилджо в это время действовал куда более жестоко. Он повалил шестого бота на землю, вцепившись в него мощными манипуляторами. С хищным оскалом он вонзил когти глубоко в грудную пластину врага, раздирая металл и добираясь до самой Искры. — Что такое, бот? — прорычал Стилджо, глядя в гаснущие окуляры противника. — Тебе не кажется, что здесь становится слишком жарко? Это пламя революции, и оно сожрет вас всех без остатка! На левой стороне туннеля оставшиеся десять ботов пытались организовать оборону, ведя огонь по двум другим приближающимся машинам. Одна из них резко подпрыгнула и трансформировалась в Квилфайера - десептикона, чья спина была усеяна острыми иглами. — Долой тиранию Прайма! За свободу! — выкрикнул Квилфайер, бросая серию отравленных игл, которые с идеальной точностью пробили окуляры пяти ботов, мгновенно выводя их из строя. Приземлившись на руки прямо между двумя другими противниками, Квилфайер раскрутил ноги, словно лопасти вертолета, сбивая врагов с ног мощными ударами. Последние трое ботов попытались зайти к нему с флангов, но тут же получили по заряду плазмы в голову. Это был Спринглоад - десептикон, напоминающий огромную механическую лягушку, который атаковал точными выстрелами из своих бластеров. — Глупцы! Вы - лишь пыль на страницах истории, которую мы пишем прямо сейчас! — провозгласил Спринглоад, делая высокий прыжок и приземляясь рядом с напарником. — Скоро автоботы станут таким же анахронизмом, как руины Дорадуса! Квилфайер удовлетворенно кивнул, давая пять другу. — Революцию не остановить словами или жалкими солдатами. Мы - буря, которую они сами вызвали. Стилджо, закончив со своей жертвой, подошел к группе и связался со Скай-Батом. — Командир, говорит Стилджо. Южный вход полностью зачищен и находится под нашим контролем. Вражеское сопротивление в этом секторе подавлено. Скай-Бат, собрав вокруг себя весь отряд Элитной Гвардии, обвел их взглядом. — Хорошая работа, бойцы. Но помните: по мере того, как мы будем приближаться к центральному узлу, сопротивление будет только расти. Стронгарм не отдаст эту шахту без боя. Будьте начеку, берегите патроны и помните план. Мы здесь, чтобы освободить людей и нанести удар, который автоботы не забудут. — Да, сэр! — в унисон ответили десептиконы и пилоты Найтмеров. Молчаливый Андертон лишь коротко кивнул Джазу, показывая готовность, и трансформировался обратно в диск, закрепившись на руке напарника. Все десептиконы одновременно приняли режимы транспортных средств и с ревом двигателей устремились вглубь туннеля, сопровождаемые тремя Найтмерами. Революция продвигалась к самому сердцу горы Фудзи.

***

Восточные туннели

Вся пещера содрогнулась от колоссального взрыва, когда внешняя стена восточного сектора буквально испарилась, превратившись в град раскаленных обломков. Сквозь осевшую пыль более сорока тяжелобронированных солдат-автоботов, замерших на своих постах, с ужасом увидели то, чего никак не ожидали встретить в этих глубинах. Перед ними выстроился ряд тяжелых Найтмеров типа «Гоплит». Эти стальные гиганты были спроектированы для одной цели - тотального подавления: каждый из них был увешан тяжелой артиллерией, а из плечевых креплений грозно выглядывали блоки встроенных ракетниц. В центре этой грозной шеренги стояла машина, чей пилот, похоже, ждал этого момента весь последний год. — Серые рыцари вернулись, сучки! — заорал в эфир Шиничиро Тамаки, чей голос дрожал от безумного азарта. — Скучали по нам? А мы по вам - ни капли! Парни, покажем этим консервным банкам, что такое японское гостеприимство! Огонь! Тамаки первым нажал на гашетку, и его подразделение обрушило на врага стену свинца и плазмы. Взрывы разрывали броню автоботов, превращая их плотный строй в кровавое месиво из металла. Этот сокрушительный залп открыл путь для «Эскадрильи Х» под командованием Баррикейда. Ветеран десептиконов ворвался в пролом, на ходу трансформируясь из полицейского перехватчика в боевую форму. — Очистить сектор! Никаких пленных, никакой пощады! — прорычал Баррикейд, вскидывая свои бластеры. Мощные заряды Энергона снесли переднюю линию обороны, буквально разрывая ботов пополам. Следом за ним, словно два смертоносных вихря, пронеслись Брейкдаун и Найтмер «Галешин». Машина Нонетт Энниграм теперь была выкрашена в иссиня-черный цвет и оснащена новейшей системой полета, позволявшей ей двигаться с пугающей скоростью. Брейкдаун с диким воплем трансформировался и активировал свой массивный молот. — Размажу! В лепешку раскатаю! — выкрикнул он, обрушивая оружие на голову ближайшего бота, а затем, используя инерцию, развернулся и снес еще двоих мощным круговым ударом. Рядом с ним Нонетт на «Галешине» работала с хирургической точностью. — Слишком медленно, ребята! Ваша реакция никуда не годится! — бросила она, выхватывая вибро-лезвия. Одним молниеносным движением она отсекла руки противнику, а затем, отшвырнув искалеченное тело, обезглавила стоящего позади него солдата. Над полем боя, озаряя своды пещеры ярко-синим сиянием, парил уникальный Найтмер. Это была причудливая и смертоносная смесь технологий «Гурена» и «Пелтаста». Его левая рука представляла собой массивное серебряное устройство, внешне напоминавшее Волновой Излучатель, но несущее в себе совершенно иную мощь. — Ну же, боты! Неужели это всё, на что вы способны?! — раздался в эфире звонкий, полный энтузиазма голос Эрины Энниграм. — Позвольте мне продемонстрировать вам всю мощь «Райдена СЕЙТЕЙНА»! Это будет… шокирующе! Эрина рванула рычаги, и серебряный коготь «Райдена» выстрелил. Но вместо того, чтобы просто сжечь цель теплом, устройство начало аккумулировать чудовищный электрический заряд. Воздух вокруг затрещал от озона. В грудь первого бота попала ослепительная волна молний. Электричество не остановилось на одной цели - оно дугой переметнулось на пятерых соседних солдат, превращая их внутренние цепи в расплавленный мусор. Через секунду все шестеро сдетонировали в одном грандиозном взрыве. — Это моя девочка! — Нонетт довольно ухмыльнулась, наблюдая за триумфом дочери через мониторы своего Найтмера. — Настоящий семейный стиль Энниграм. Брейкдаун, размозживший еще одного противника, довольно хмыкнул, глядя на дымящиеся останки врагов. — Уничтожение грома... — пробормотал он с гордой ухмылкой. — Мне нравится, как работает эта штука. Погнали дальше, пока еще остались те, кого можно раздавить! Но они были не единственными; Сквозь дым и зарево пожаров, тяжело лязгая гусеницами и взревев мощными двигателями, в бой вступила группа тяжелой поддержки. Четыре десептикона в своих транспортных режимах прорывались сквозь завалы: неприметный серо-черный микроавтобус, два массивных кибертронских танка - один глубокого темно-синего цвета, другой ярко-светло-фиолетовый - и приземистый темно-синий зенитный танк. Эта бронированная лавина нацелилась прямо на строй танков, которые пытались перегородить основной путь. Тёмно-синий танк первым довернул башню, его орудие начало светиться пульсирующим неоновым светом. — Эй, Оверлорд! — пробасил Квейк, чей голос напоминал скрежет тектонических плит. — Ты только посмотри на эти консервные банки. Они выстроили их так ровно, будто специально просят, чтобы мы их откалибровали. Как насчет того, чтобы устроить им небольшой демонтаж на месте? Ярко-светло-фиолетовый танк, Оверлорд, издал довольный, рокочущий звук, переходя на форсаж. — Понял тебя, Квейк! — отозвался Оверлорд, и его системы наведения зафиксировали цели. — Давай покажем этим любителям, что такое настоящий калибр. Заряжаю энергонные снаряды... Синхронизация выстрела через три, две, одну... Кабум! Оба танка выстрелили одновременно. Два мощных луча концентрированного энергона прошили туннель, и строй вражеских танков просто перестал существовать - большая часть машин сдетонировала мгновенно, превратившись в пылающие остовы. Прежде чем дым от взрывов успел рассеяться, из него на бешеной скорости вылетел серо-черный микроавтобус. Прямо на ходу его корпус начал деформироваться и разрастаться, превращаясь в гигантского металлического крота, который передвигался на четырёх ногах. Это был Андербайт. В его массивной пасти сверкали острые как бритва зубы, способные перекусывать самую толстую броню. — О-о-о, я чувствую запах свежего сплава! — с диким энтузиазмом воскликнул Андербайт, его глаза-сенсоры безумно вращались. — Кого здесь нужно бить?! Кто первый в меню?! Я голоден до хорошей драки! Он с разбегу врезался в ближайшего бота-охранника, ударив его с такой сокрушительной силой, что того буквально размазало по стене туннеля, оставив лишь бесформенное пятно металла. Не останавливаясь, Андербайт нанес второй удар своей массивной лапой, вдребезги разбивая другого бота при первом же контакте. В это время зенитный танк заложил крутой вираж, прикрывая тыл группы. Трансформировавшись, он предстал в образе мощного десептикона - Граундпоура. — Спокойно, народ, я держу периметр! — Граундпоур мгновенно активировал свои наплечные пушки. — Вижу движение в боковых коридорах. Подкрепление автоботов пытается зайти с флангов. Он открыл ураганный огонь, буквально срезая верхушки колонн и обрушивая своды на головы приближающихся ботов. — Никакое подкрепление не разгромит нашу вечеринку без приглашения! — ухмыльнулся Граундпоур, наблюдая за тем, как коридор заполняется обломками. — Мы здесь хозяева, и сегодня мы закрываем это заведение на ремонт! Баррикейд, наблюдавший за слаженной работой своих бойцов, подошел к ним. По его броне всё еще стекали искры от недавних попаданий, но на лицевой пластине застыла одобрительная ухмылка. — Так держать, парни. — произнес он, кивая Квейку и Оверлорду. — Вы работаете как хорошо смазанный механизм. Но не расслабляйтесь - мы только разогрелись. Эскадрилья Х, продолжаем движение! Вперёд! — Эй, команда, не расслабляться! — голос Нонетт прозвучал в общем канале резко и предостерегающе. — Праздновать победу будем дома, а пока к нам пожаловали настоящие тяжеловесы. Смотрите, класс «Разрушитель». Этих ребят просто так не переедешь. Из-за поворота туннеля, тяжело топая и сотрясая своды, вышли два массивных автобота. Они были в полтора раза выше обычных солдат, их броня тускло поблескивала, а встроенные в предплечья сдвоенные пушки уже начали прогреваться, наполняя воздух гулом. — Моя очередь! Подвиньтесь, ветераны, дайте дорогу бывшему президенту студсовета! — внезапно прозвучал в эфире звонкий и решительный голос Милли Эшфорд. Сзади, перелетая через отряд, на полной скорости вылетел бело-зелёный Найтмер - «Альтэйр», который со стороны напоминал хищную механическую птицу. На спине Найтмера ярко вспыхнули крылья в виде вращающихся дисков, генерирующих потоки чистой энергии. Милли закричала от нахлынувшего адреналина, ведя «Альтэйр» прямо в лобовую атаку. Диски на спине завращались с невероятной скоростью, и из них вырвалась мощная изумрудная волна. Удар был такой силы, что оба «Разрушителя», несмотря на свою массу, потеряли равновесие и с грохотом повалились на землю, не успев произвести ни одного выстрела. Пока автоботы пытались прийти в себя и подняться, «Альтэйр» уже был над ними. Из манипуляторов Найтмера с лязгом вышли длинные вибро-лезвия. Одним точным движением Милли отсекла голову первому боту, а затем, использовав инерцию, перепрыгнула за спину второму. Автобот отчаянно пытался развернуться, его датчики метались, пытаясь поймать юркую машину в прицел, но Милли уже приставила дуло своей шок-пушки прямо к его лицевой пластине. — Открой рот и скажи «ААА»! — выкрикнула она, и в её голосе слышался азарт охотника. Раздался мощный заряженный выстрел. Голову и верхнюю часть туловища автобота буквально испарило. «Альтэйр» плавно приземлился на обломки, убирая шок-пушку и принимая эффектную победную позу, словно на сцене театра. — Ого! Отличная работа, Милли! — Эрина захлопала в ладоши прямо в кабине своего Найтмера. — Ты двигаешься так, будто пилотируешь всю жизнь! — Ха! Эти два придурка даже не поняли, что их убило. — задорно ответила Милли, поправляя выбившуюся прядь волос, хотя её руки всё ещё немного дрожали от пережитого напряжения. — Оказывается, это куда веселее, чем организовывать школьные фестивали. — Для первого настоящего боя это было просто потрясающе, Милли! — добавила Нонетт, когда отряд подошёл ближе. — У тебя определённо есть талант. — Мы ещё не закончили. — Баррикейд прервал общий восторг, его окуляры светились холодным светом. — У нас здесь самая важная и опасная работа во всей этой операции. Давайте продолжать, время не на нашей стороне. Милли мгновенно посерьезнела, её взгляд стал жёстким. — Мы… мы действительно собираемся это сделать? — спросила она тихим, серьезным голосом. — Я имею в виду, последствия будут катастрофическими. Даже Британия никогда не заходила так далеко... — Слушай, девочка, выбор невелик. — подал голос Тамаки, перезаряжая пушку своего «Гоплита». — Либо мы сделаем это, либо оставим это место в руках ботов, и тогда они выжмут из этой земли всё, до последней капли крови наших людей. — Кирихара и Киото взвесили все риски. — добавил Брейкдаун, его массивный корпус мерно гудел. — Они дали нам полное разрешение. Это единственный способ лишить Оптимуса Прайма его главного козыря в этом регионе. — Тогда нам лучше не медлить. — сказала Эрина, прищурив глаза. — Если мы решили жечь мосты, то сделаем это так, чтобы пламя было видно из космоса. «Эскадрилья Х» во главе с Баррикейдом двинулась дальше, углубляясь в те части горы Фудзи, которые не были отмечены ни на одной официальной карте. Они направлялись к сердцу сакурайдитовых месторождений, в самые неизведанные и опасные районы, где должна была решиться судьба этой битвы.

***

Западные туннели

Западные туннели шахты Фудзи превратились в арену скоростного и смертоносного танца. Солдаты-автоботы, привыкшие к позиционной обороне, столкнулись с отрядом, который превосходил их не числом, а невероятной грацией и отточенным мастерством. Для нападавших размер туннеля не имел значения - они использовали каждое препятствие, каждую тень, превращая окружение в своего союзника. Впереди, разрезая полумрак огнями своих сенсоров, мчался серый Найтмер «Зангецу». Его угловатый корпус, напоминающий доспехи древнего полководца, двигался с пугающей плавностью. Киоширо Тодо, «Чудотворец», не тратил лишних движений. Он на полной скорости ворвался в гущу из пяти ботов, и прежде чем те успели вскинуть винтовки, в его манипуляторах блеснула массивная катана. — Скорость - это душа битвы, а точность - её сердце. — холодный, спокойный голос Тодо раздался в эфире. — Вы слишком медлительны для этого мира. Вспышка стали. Тодо нанес серию ударов такой частоты, что окуляры автоботов даже не успели зафиксировать движение. Спустя пять секунд все пятеро замерли, а затем одновременно рухнули, распадаясь на идеально ровные части. — Отряд «Черного Дракона», вперед! — скомандовал Тодо, убирая клинок. — Покажите им, что дисциплина людей может превзойти мощь машин! Мимо него, взрывая тишину воем двигателей, промчались четыре темно-синих «Стигийца». Это были Четыре Святых Меча: Чиба, Урабе, Сенба и Асахина. Группа двигалась как единый организм, понимая друг друга без слов. Следом за ними летели фиолетовый мотоцикл и изящный фиолетовый Найтмер, вооруженный множеством встроенных клинков. — Окружить их! — выкрикнула Чиба, резко уводя свою машину влево. — Инициируем формацию «Вращение Жизни и Смерти»! Не дайте им прицелиться! — Есть! — слаженно ответили Асахина, Сенба и Урабе. Четверка Найтмеров мгновенно взяла группу из шести ботов в кольцо. Они начали стремительно вращаться вокруг врага, постепенно сужая круг. Катаны «Стигийцев» были направлены внутрь, и со стороны это выглядело как смертоносный стальной вихрь. Через мгновение из центра круга посыпались отрубленные манипуляторы и детали брони - автоботы были буквально разобраны на части за считанные секунды. В это же время фиолетовый «Гекка Сидэн» промчался сквозь строй ещё четверых противников. Его пилот, китаец Цзы Дьен, поправил очки в кабине, его взгляд за линзами был сосредоточенным и расчетливым. — В стиле «Пурпурной молнии»... — прошептал он. — Один удар - одна судьба. Он выхватил пару длинных мечей и в одно слитное движение перерезал корпуса всех четырех ботов, даже не замедляя хода. Его машина двигалась с такой легкостью, будто весила не больше пушинки. С другой стороны туннеля фиолетовый мотоцикл резко затормозил перед четверкой ботов, трансформируясь прямо в движении. Десептикон Фракчер выпрямился во весь рост, выхватывая свою катану. — Вы стоите на пути мира. — произнес Фракчер, и его голос звучал как сухой треск электричества. — И этот путь будет очищен. Двумя короткими выпадами он лишил голов двоих ботов. Оставшиеся двое в ужасе попытались разорвать дистанцию, но Фракчер лишь холодно ухмыльнулся. — Эйрэйзор! Дайвбомб! Вперёд! Работайте! — приказал он, и из его плечевых отсеков вылетели два фиолетовых Мини-Кона. Эйрэйзор, словно стальная кошка, мгновенно оказался на лицевой пластине одного из ботов. Его острые когти с дикой скоростью вгрызались в оптику и сенсоры врага, пока тот не рухнул на колени, ослепленный и беспомощный. Дайвбомб же, двигаясь низко у земли, молниеносно подрезал ноги второму боту, а затем, когда тот упал, добил его одним хирургически точным ударом в сочленение шеи. — Босс, с местным мусором в этой зоне покончено. — доложил Эйрэйзор чистя когти. — Они даже не сопротивлялись толком. — Если прикажете, мы можем проскочить вперёд. — предложил Дайвбомб, его голос звучал нетерпеливо. — Разведаем, что там за следующим поворотом. Мы любим сюрпризы. — Отрицательно. — отрезал Фракчер, жестом приказывая Мини-Конам вернуться. — Мы не будем растягивать наши силы. Мы должны двигаться плотной группой, чтобы сохранить преимущество. Эйрэйзор и Дайвбомб послушно трансформировались и закрепились на плечах командира. Тодо, наблюдавший за зачисткой, удовлетворенно кивнул. — Хорошая работа, Фракчер. Отряд «Черного Дракона», перегруппироваться! Наша цель - командный центр западного крыла. Вперед! Объединенный отряд, сверкая броней, устремился вглубь туннелей, оставляя за собой лишь тишину и мертвый металл.

***

Снаружи

На заснеженном склоне горы Фудзи, вдали от основных входов, с тяжелым скрежетом разошлись колоссальные створки аварийного шлюза. Это был путь эвакуации, который автоботы хранили на самый крайний случай. Из темноты ангара, тяжело гудя двигателями, выплыл массивный десантный транспорт, доверху груженный контейнерами с очищенным энергоном. Его сопровождала внушительная свита из двадцати боевых вертолетов, чьи винты взбивали холодный горный воздух. Стронгарм, всё ещё находясь в диспетчерской, яростно расхаживала по ней, пиная обломки оборудования. — Выжимайте из этих двигателей всё! — прорычала она пилотам через связь. — Взлетайте немедленно! Я скорее увижу, как этот энергон сгорит в атмосфере, чем позволю этим вонючим конам и их человеческим прихвостням наложить на него свои грязные манипуляторы! Это имущество Прайма! — Мэм, мы уже в воздухе! Покидаем зону шахт на максимальном ускорении! — отрапортовал пилот-ГОшник, лихорадочно переключая тумблеры. Но триумф был недолгим. Второй пилот внезапно вскрикнул, указывая на радар, который буквально заполнился новыми отметками. — Внимание! Контакт! Сверху, на десять часов! — его голос сорвался на визг. — Большая группа летающих моделей «Пелтаст»! И с ними... боги, что это за чудовища?! Из облаков, залитых холодным зимним солнцем, вынырнула группа перехвата Серых Рыцарей. Впереди летели два уникальных Найтмера. Первый - «Гавейн Нерион», угольно-черный и изящный, напоминающий уменьшенную, но более агрессивную версию легендарного «Гавейна». Второй - «Агравейн», массивный, тяжелобронированный гигант, чьи системы вооружения выглядели способными в одиночку снести небольшую крепость. — Посмотрите на них. — голос Канаме Оги, пилотирующего «Гавейн Нерион», был полон холодной решимости. — Думали, что можно просто забрать награбленное и уйти через черный ход? После всего, что вы сделали с этой страной? Не сегодня! — Они пытаются спасти добычу. — подтвердил мужчина в маске, известный как Волшебник, из кабины «Агравейна». Его голос звучал спокойно и властно. — Оги, мы с тобой займемся главным транспортом. Нужно повредить их двигатели, но не взорвать груз. Сикеры! Небо ваше. Очистите его от мусора, чтобы мы могли спокойно работать! Над ними, разрывая звуковой барьер, пронеслась четверка десептиконских истребителей. Старскрим, Слипстрим, Скайворп и Дредвинг выстроились в идеальный атакующий ромб. — Принято, Волшебник. — отозвался Старскрим. — Наконец-то работа для настоящих хозяев неба, а не для этих летающих коробок с пропеллерами. Сикеры, ко мне! Покажем ботам, что такое господство в воздухе! Приближаемся! Истребители и летающие «Пелтасты» обрушились на вертолетный эскорт. Застигнутые врасплох Автоботы даже не успели выстроить оборонительный порядок. Найтмеры Серых Рыцарей открыли шквальный огонь из винтовок, в то время как Сикеры устроили настоящую бойню. Старскрим трансформировался прямо в гуще вражеского строя. Используя реактивные ускорители на ногах, он завис в воздухе, выхватывая свои энергонные клинки. Двумя широкими взмахами он буквально разрезал три ближайших вертолета, превращая их в пылающие обломки. Дредвинг, как всегда методичный и надежный, прикрывал его спину. Выйдя из режима самолета, он завис позади своего лидера, его ракетная установка на плече уже захватила цели. — Цели подтверждены. Уничтожаю. — коротко бросил он, выпуская залп. Еще два вертолета исчезли в оранжевых вспышках взрывов. — Эй, Слипи! — задорно выкрикнул Скайворп, делая бочку в воздухе. — Спорим на полную заправку высококачественным энергоном, что я собью больше этих букашек, чем ты! — Ты сам напросился, братец! — Слипстрим приняла вызов с хищной улыбкой. — Готовься к проигрышу! Она перешла в режим робота, выхватывая свои гибкие энергонные хлысты. Одним резким ударом она перерубила лопасти двум вертолетам, а затем мгновенно трансформировалась обратно в истребитель, чтобы на форсаже протаранить третьего и расстрелять четвертого из носовых орудий. В это же время Скайворп, смеясь, трансформировался прямо посреди группы из трех машин. Зависнув в воздухе, он выхватил свой массивный энергонный дробовик. — Бум! И еще раз бум! — комментировал он каждый выстрел. Тяжелые заряды дроби разносили кабины и двигатели вертолетов, отправляя их в свободное падение к подножию горы. Внутри десантного транспорта автоботов воцарился первобытный ужас. Звуки разрываемого металла снаружи и крики погибающих ботов сопровождения по рации превратили кабину в камеру смертников. — Мы одни! Сопровождение полностью уничтожено! — в панике закричал первый пилот, вцепляясь в штурвал. — У них в небе истребители и Найтмеры, мы для них просто мишень в тире! Его напарник не успел ответить. Сверху раздался леденящий скрежет, и в потолок кабины вонзилось лезвие из зеленой энергии. Оно с легкостью вскрыло бронированный слой, словно нож - консервную банку, проделав дыру, сквозь которую в кабину ворвался морозный горный воздух. В проломе показалась хищная голова «Гавейна Нериона». — Ваше время вышло. — голос Оги через внешние динамики звучал тяжело и непреклонно. — Этот энергон больше не служит топливом для вашей тирании. Манипулятор Найтмера потянулся внутрь, и одним мощным движением Оги просто смял кресла вместе с пилотами-ГОшниками, лишая транспорт управления. — Оги, не увлекайся расправой! — резко скомандовал Волшебник из кабины «Агравейна», зависая рядом. — Машина теряет высоту, если она рухнет на склон, мы потеряем груз. Используй харкены, чтобы стабилизировать транспорт! — Понял! — Оги мгновенно переключил системы. — Выпускаю харкены! Десять единиц, левый борт зафиксирован! С характерным выстрелом из пальцев «Гавейна» вылетели десять харкенов, вонзившись в обшивку транспорта. Одновременно с этим «Агравейн» выпустил восемь своих харкенов, намертво вцепившись в правый борт. Два мощных Найтмера, напрягая свои двигатели и антигравитационные системы, буквально повисли в воздухе, удерживая гигантское судно на лету. Старскрим, наблюдая за этим сверху в режиме истребителя, открыл канал связи с базой. — Триптикон, это Старскрим! — провозгласил он. — У нас тут очень тяжелая и очень ценная посылка. Немедленно приготовь земной мост прямо в главный грузовой отсек «Немезиды»! И постарайся найти место побольше - мы везем столько энергона, что сможем залить всю Немезиду! — Принято, Старскрим... — раздался голос Триптикона. — Координаты синхронизированы. Портал открывается. Прямо под парящим транспортом пространство начало искажаться, пока не распахнулся колоссальный вихрь земного моста. Оги и Волшебник, синхронно координируя тягу, плавно опустили захваченное судно в сияющую воронку. Как только хвост транспорта исчез в портале, мост с тихим хлопком закрылся, оставив небо над Фудзи чистым. — Да-а-а! — Скайворп, трансформировавшись в робота, с размаху ударил кулаком по кулаку Старскрима в воздухе. — Видел это?! Мы только что обчистили их до нитки! Прайм будет в ярости, когда узнает, что его запасы на месяц вперед теперь кормят нашу «Немезиду»! — И всё же, действительно ли нам так необходим этот риск? — скептически спросила Слипстрим, зависнув рядом с ними. — Наши яйцеголовые уже рапортовали, что формула синтетического энергона практически завершена. Стоило ли подставляться под огонь ради природного ресурса? — Ты как всегда видишь только поверхность, Слипстрим. — вмешался в разговор Тандеркрекер, чей голос раздался по общей связи. — Нам действительно удалось стабилизировать синтетику настолько, чтобы она могла без вреда питать реакторы «Немезиды» и поддерживать автономную работу Найтмеров. Но синтетический энергон всё еще нестабилен при контакте с живыми Искрами. Он не подходит для медицины и полноценного восстановления систем десептиконов - побочные эффекты слишком непредсказуемы. Так что этот «улов» спасет не одну жизнь в медотсеке. — Плюс это отличный удар по престижу автоботов. — добавил Старскрим с ехидной ухмылкой. — Хватит болтовни. — отрезал Дредвинг, его мощная фигура в режиме истребителя пронеслась над ними, возглавив строй. — Работа не закончена, пока небо не станет абсолютно чистым. Прочесать всё воздушное пространство вокруг Фудзи! Ни один вертолет, ни один дрон связи не должен покинуть этот район и доложить об успешном захвате. Мы должны обеспечить полную тишину в эфире. Группа летающих десептиконов и Найтмеров Серых Рыцарей перестроилась в боевой порядок, начиная тщательную зачистку облаков. Охота продолжалась.

***

Гора Фудзи – Центральные палаты

Сектор жилых блоков шахты Фудзи был погружен в гнетущую тишину, нарушаемую лишь мерным гулом вентиляции и тяжелыми шагами патруля. Двадцать автоботов-солдат и пятеро офицеров Гражданской Обороны обходили территорию вокруг массивных стальных ворот, за которыми томились люди. Для надсмотрщиков это был просто очередной день охраны «биологического ресурса», но воздух внезапно задрожал. Пространство коридора разорвала неоновая воронка земного моста. Из сияющего зева, лязгая гусеницами, вылетел серо-зеленый танк, а вслед за ним - три Найтмера, чьи силуэты внушали трепет даже бывалым воякам. Первым был угольно-черный «Пелтаст», окутанный аурой угрозы. Вторым - темно-коричневый «Рекс Волкан», массивный мех с тяжелой броней, напоминающий своим шлемом и статью легендарных викингов. Но истинное величие воплощал в себе последний - высокий бело-фиолетовый «Инфинити Гелиос». Весь его корпус был усеян острыми шипами, за спиной гудела мощная турбина, а на груди из чистого сияющего серебра была выгравирована эмблема альянса Десептиконов и Серых Рыцарей. Он выглядел как механический дракон, готовый испепелить всё на своем пути. Автоботы вскинули винтовки и открыли шквальный огонь, но атакующие были готовы. Танк мгновенно трансформировался, и в следующее мгновение посреди коридора уже возвышался Мегатрон. Три Найтмера синхронно заняли позиции вокруг своего лидера. Их системы защиты вошли в резонанс, создавая куполообразный энергетический щит, о который бессильно разбивались плазменные заряды. — Посмотрите на них. — раздался в эфире голос Виктора, пилота черного Пелтаста. На его губах играла холодная ухмылка. — Они палят во всё, что движется, даже не дожидаясь команды офицеров. Просто слепая паника. — Страх - отличный дисциплинарный инструмент. — отозвался Канон Мальдини из кабины «Рекс Волкана», его пальцы уже летали по консоли, наводя адронные пушки. — Если они боятся, значит, наконец-то начали осознавать масштаб своей ошибки. Уважение придет позже - вместе с обломками их империи. — Как и должно быть в любой истинной революции. — произнес Спектра. Он на мгновение откинул маску, открывая спокойное, сосредоточенное лицо Шнайзеля эль Британии. — Мы здесь не для того, чтобы просить их о сдаче. Мы здесь, чтобы свершить возмездие. Шнайзель набрал комбинацию на клавиатуре, и купол щита опал. В ту же секунду пасть «Инфинити Гелиоса» раскрылась, накапливая ослепительный фиолетовый заряд. — Конец игре. — сухо бросил Шнайзель. Драконий рев «Инфинити Гелиоса» слился с басовитым грохотом адронных пушек «Рекс Волкана». Исполинская волна энергии пронеслась по коридору, испаряя десятерых ботов в первой шеренге. Оставшиеся солдаты попытались перегруппироваться, но Виктор на своем черном Найтмере уже сорвался в атаку. Пулеметы на его запястьях выплевывали плазму с безумной скоростью, превращая врагов в крошево. Мегатрон сделал шаг вперед, и его огромный меч со свистом рассек воздух. Одним круговым ударом он разрубил троих ботов пополам, после чего, даже не оборачиваясь, вскинул наручную пушку. Короткий залп - и еще пятеро охранников превратились в дымящиеся груды лома. В живых остались только пятеро ГОшников. Они жались к стальной двери, чувствуя, как по ногам течет теплая влага - их спесь испарилась вместе с их механическими защитниками. Мегатрон и «Инфинити Гелиос» нависли над ними, словно древние боги возмездия, а «Рекс Волкан» и черный «Пелтаст» перекрыли фланги. — Мы сдаемся! Пожалуйста! Сдаемся! — закричал один из офицеров, роняя оружие и вскидывая дрожащие руки. — Мы просто выполняли приказы! Мы не виноваты! — Где ваши пленники-люди? — прогрохотал Мегатрон. Его синие окуляры сверкнули так ярко, что ГОшники зажмурились. — Отвечайте быстро, пока моя искра еще сохраняет остатки терпения. — Там! В этой комнате! Прямо за этой дверью! — ГОшник затыкал пальцем в сторону массивных стальных ворот. — Ключи в консоли, клянусь! — Ты откроешь их. Сейчас же. — ледяным тоном потребовал Канон. Дрожащими руками охранник подбежал к панели управления. Его пальцы путались в клавишах, он несколько раз вводил неверный код, прежде чем ворота наконец заскрежетали и начали медленно расходиться. — В-все готово... — пролепетал он, возвращаясь к своим товарищам. — Мы... мы можем идти? Спектра едва заметно кивнул, его взгляд был бесстрастным. — Да. Уходите. Путь свободен. ГОшники, не веря своему счастью, бросились наутек в сторону аварийного выхода, спотыкаясь об обломки ботов. — Не стоило оставлять их в живых. — мрачно заметил Канон, глядя им в спины. — Эти люди месяцами издевались над пленными. Они должны были ответить за свои преступления. — Справедливость - это не всегда быстрая казнь, Канон. — ответил Виктор, проверяя боезапас. — К тому же, если Эскадрилья Х выполнит свою часть плана... они всё равно не успеют покинуть эту шахту живыми. Едва ГОшники скрылись из виду, Мегатрон, «Инфинити Гелиос», «Рекс Волкан» и черный «Пелтаст» двинулись к массивным стальным воротам. Оттуда, сквозь медленно расходящиеся створки, открылся вид на невообразимое зрелище. Внутри гигантских отсеков, словно скот в стойлах, ютились миллионы людей. Их изможденные лица, впалые глаза и худоба говорили о крайней степени истощения. Это было зрелище, куда более ужасающее, чем самые мрачные гетто Японии. Как только взгляды пленников остановились на величественном десептиконе и трех гигантских Найтмерах, по толпе пробежал вздох ужаса. Большинство людей инстинктивно отпрянули назад, их страх был осязаем. Все, кроме двух фигур, стоявших чуть впереди. — Мегатрон! Спектра! Мы здесь! — звонкий голос Саёко раздался из толпы, когда она появилась, помахивая рукой. Рядом с ней, с широко раскрытыми глазами, стоял Гилфорд. Он смотрел на Мегатрона и Найтмеры с нескрываемым шоком и благоговейным трепетом. В кабине «Инфинити Гелиоса» Шнайзель, скрытый под маской Спектры, почувствовал, как напряжение отпустило его. Он невольно вздохнул с облегчением. — Саёко… жива. Слава богам и ее собственным навыкам. — прошептал он, едва слышно для себя. — Подумать только… — голос Виктора в общем канале звучал глухо, в нем сквозила горечь. — Автоботы и Легион за такой короткий срок смогли поработить столько людей. Миллионы душ, сведенных до уровня биомассы для обработки энергона. Это не просто преступление, это полная дегуманизация. — И это лишь одна область. — Канон сжал рукоятки управления «Рекс Волканом» так, что суставы побелели. В его голосе бурлил гнев. — Я даже не могу себе представить, как выглядят остальные шахты. И моя родина… когда-то могучая Британия… Это просто немыслимо! Шнайзель медленно поднял руку, чтобы поправить маску, его взгляд стал серьезным и решительным. — То, что происходит здесь и сейчас, Канон - это лишь предвестник того, что очень скоро произойдет и в остальном мире. Автоботы не собираются останавливаться на Британии. Они планируют использовать эту планету как свою личную плантацию энергона, а человечество - как расходный материал. Но мы не позволим этому случиться. Этим людям нужно не просто спасение. Им нужно будущее, в которое они смогут поверить. Будущее, которое мы им дадим. С этими словами кабина «Инфинити Гелиоса» с шипением открылась, и Спектра, облаченный в свой боевой костюм, предстал во всем своем величии. Его фигура, возвышающаяся над толпой, была величественной и внушающей одновременно. Все взгляды, полные страха и недоумения, устремились на него. — Кто это? — прошептал один из освобожденных. — Он пришел… нас спасти? — спросил другой, его голос дрожал от недоверия. Спектра поднял руку, призывая к тишине. Его голос, усиленный динамиками шлема, разнесся по гигантскому отсеку, проникая в самые души пленников. — Жители Японии! Будь вы британцы или японцы! Меня зовут Спектра, и я - новый лидер Серых Рыцарей! — Его слова были четкими и властными. — Мне больно видеть, какие ужасы вам пришлось пережить здесь, в этих бездушных тюрьмах! Мне больно видеть вашу боль и ваше отчаяние! Мы знаем, что те, кто должен был вас защищать - правительство, армия - не смогли этого сделать. Они предали вас! Лица людей, бледные от голода, начали преображаться: от страха к замешательству, а затем к робкой надежде. — Но это закончится сейчас! — провозгласил Спектра, его голос наполнился стальной решимостью. — Мы пришли, чтобы вернуть вам вашу свободу! Чтобы дать вам новый рассвет! Ваши страдания закончатся сегодня! И мы, Серые Рыцари и наши союзники, Десептиконы, будем стоять рядом с вами, пока последний тиран не будет свергнут, а последний раб не обретет свободу! Свобода для всех! Его слова эхом отдавались в огромном помещении, медленно, но верно разгоняя мрак отчаяния, скопившийся в сердцах этих людей. На их изможденных лицах впервые за долгое время зажегся огонек надежды. После того как Спектра закончил свою речь, тяжелая поступь Мегатрона заставила платформу слегка вздрогнуть. Огромный десептикон сделал шаг вперед, возвышаясь над толпой подобно живому монументу из стали. Его голос, глубокий и резонирующий, заполнил каждый уголок гигантского зала, перекрывая даже шум систем жизнеобеспечения. — Для тех, кто еще не знает моего имени: я - Мегатрон, лидер Десептиконов. — провозгласил Мегатрон, и его окуляры медленно сканировали море изможденных лиц. — Мы здесь, чтобы вырвать Землю из цепких когтей тирании Автоботов и их Легиона. Он сделал паузу, давая людям осознать масштаб сказанного. — Я вижу в ваших глазах страх, и этот страх оправдан. Вас лишили дома, достоинства и надежды. Многие из вас измучены настолько, что в ваших сердцах не осталось даже искры желания сопротивляться. Но посмотрите на Серых Рыцарей. Это люди, такие же, как каждый из вас. Они отринули страх и решили встать плечом к плечу с моими собратьями-десептиконами. Они сражаются за свое право на жизнь - право, которое принадлежит вам по рождению, но которое у вас так подло украли. Я не призываю вас браться за оружие, если вы чувствуете, что не в силах это сделать. Это не позор. Моя задача и задача моих союзников - сделать так, чтобы о каждом из вас позаботились. В этот момент синяя оптика Мегатрона начала менять оттенок, и в самом центре его взгляда вспыхнул и развернулся белоснежный символ Гиаса. — Но если в вашей душе еще теплится желание свободы… если вы хотите бороться за свой дом или просто хотите жить в мире, где вам не нужно оглядываться в страхе - я призываю вас! — Мегатрон возвысил голос, и энергия Гиаса волной разошлась по залу. — Встаньте и идите с нами! Мы приглашаем вас стать частью нашего великого дела! Присоединяйтесь к революции! Как только эти слова достигли ушей присутствующих, в глазах практически каждого мужчины, женщины и ребенка вспыхнули белые круги. Даже Гилфорд почувствовал, как невидимая тяжесть, давившая на его плечи, внезапно исчезла. Настроение в зале изменилось мгновенно: отчаяние сменилось решимостью, а апатия - жаждой жизни. Люди начали подниматься на ноги, и в их глазах горел огонь, который невозможно было потушить. — Да! Мы пойдем за вами! Я не позволю им снова запереть меня! — выкрикнул молодой человек, вскидывая кулак. — Пора вернуть наш дом! Ведите нас, Спектра! Ведите нас, Мегатрон! — Я... я никогда не держал в руках винтовку, но я сделаю всё, чтобы мои дети никогда больше не видели этих стен! — прошептал пожилой мужчина, помогая подняться своей внучке. Виктор, Канон и Шнайзель наблюдали за этой метаморфозой с нескрываемым восхищением. «Потрясающе…» думал Шнайзель, глядя на Мегатрона. «Даже до того, как он получил эту силу, Мегатрон обладал врожденным даром менять судьбы и мысли людей. Он делал это со своими воинами, он сделал это с моей сестрой Нанналлли. И теперь его Гиас стал идеальным инструментом. Он не подавляет волю, как Гиас Нанналлли. Он лишь возрождает в них то, что было подавлено тиранией - надежду. Это истинный антипод силы Оптимуса Прайма». «Никогда бы не подумал, что доживу до момента, когда увижу, как миллион человек одновременно обретают смысл жизни благодаря одному лишь слову». размышлял Канон, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. «Первый в истории Гиас Абсолютной Убеждённости». анализировал Виктор. «Моя сила, слившаяся с Матрицей в его груди, породила нечто невероятное. Силу вселять надежду. Они не рабы его воли, они абсолютно осознают свои действия, просто их дух вознесся на недосягаемую высоту. В битве это решит всё». Мегатрон активировал связь с «Немезидой». — Триптикон, мне нужен Земной мост в моем текущем местоположении. У нас здесь более миллиона спасенных людей. Им немедленно требуются еда и медицинская помощь. Подготовь жилые палубы и склады. — Всего миллион? — в шутку спросил Триптикон. — Мои закрома полны, а коридоры кажутся слишком пустыми. Я готов принять их всех, Мегатрон. Открываю портал. Прямо посреди огромного зала пространство разорвалось, открывая колоссальный портал Земного моста. Мегатрон, Спектра, Канон и Виктор встали во главе колонны, направляя нескончаемый поток людей в сияющий зев перехода, ведущий к безопасности и новой жизни на борту великого корабля. Освобождение горы Фудзи подходило к своему кульминационному моменту.

***

Немезида

В огромной, ультрасовременной лаборатории на борту «Немезиды», специально спроектированной для комфорта как десептиконов, так и людей, кипела работа. Группа ученых - эксцентричный Ллойд Асплунд, прагматичная Ракшата Чаула и дотошный Клэй Фермин - наблюдали за ходом битвы в шахтах Фудзи на огромных голографических экранах, проецирующих тактическую информацию и прямые трансляции. — О боже мой, Ракшата, Клэй! Вы только посмотрите на это! Автоботы падают, словно кегли в боулинге! — небрежно воскликнул Ллойд. — Признаться, я бы сказал, что мы проделали довольно впечатляющую работу всего за год, не так ли? Ракшата, не отрывая взгляда от экрана, на котором «Гурен» Каллен эффектно взрывал очередную группу автоботов, ответила таким же беззаботным тоном. — А чего ты ожидал, Ллойд? Здесь буквально нечего делать, кроме как спасать эту жалкую планету. Никаких бюрократических проволочек, никаких глупых сражений за расовый или благородный статус, никаких идиотских приказов от британской аристократии… Честно говоря, я действительно безмерно благодарна, что автоботы решили отправить Землю в сущий ад. Это позволило нам, наконец, заняться настоящей наукой, без всяких ограничений. — Это звучит… ужасно обнадеживающе, Ракшата. — пробормотал Клэй, делая пометки на своем планшете. — Тем не менее, мы не можем взять на себя всю заслугу. Большая часть успеха в интеграции кибертронских технологий достается Шоквейву. Его знания были бесценны. — Да, да! Шоквейв - это бесспорный гений! — Ллойд усмехнулся. — Но теперь-то мы наконец-то получили полный и неограниченный доступ к старым добрым кибертронским технологиям! И самое забавное, что большая часть этого произошла от того, что мы разобрали «Предвестник» буквально по винтику и использовали его, чтобы отремонтировать и модернизировать «Немезиду». Судьба, злая тётка, не правда ли? Клэй, не удержавшись, ухмыльнулся Ллойду. — Спорим, ты особенно рад этому, не так ли, Ллойд? Учитывая, что автоботы обманули тебя, лишив возможности изучать их технологии раньше. Для тебя это, наверное, похоже на своеобразную месть, не так ли? Наконец-то ты можешь разобрать их игрушки до последнего винтика. Ллойд пожал плечами. — Я не из тех, кто принимает подобные вещи на свой счет, Клэй. Моя страсть - это наука, а не личные обиды. Но если ты веришь в карму или что-то в этом роде, я бы сказал, что то, что мы воруем у автоботов для создания собственных сил, то, что мы используем их же оружие против них… это вполне может считаться кармическим возмездием. Так что, полагаю, месть в данном случае действительно довольно сладка. — Меня саму гораздо больше впечатляют наши семь шедевров. — вмешалась Ракшата, обводя взглядом экраны, на которых мелькали Найтмеры. Она имела в виду машины, пилотируемые Корнелией, Сесиль, Каллен, Сузаку, Эриной, Милли и Оги. — «Борейц», «Драоид», «Гурен Восьми Элементов», «Ланселот Альбион», «Райден СЕЙТЕЙН», «Альтэйр» и «Гавейн Нерион». Семь самых могущественных Найтмеров в мире. Держу пари, они могут доставить массу неприятностей даже таким гигантам, как Фарброс и сам Оптимус Прайм. — Ну, учитывая, что они были созданы из тех уникальных протоформ, которые мы нашли на «Предвестнике», это имеет смысл. — прокомментировал Клэй, а затем тихо, почти шепотом, добавил. — Тем не менее, «Инфинити Гелиос» и «Рекс Волкан» тоже можно смело отнести к оружию массового уничтожения. Их потенциал… он просто чудовищен. Ллойд, повернувшись к Клэю, ухмыльнулся. — Всё еще дуешься, что Гелиос перестал быть Найтмер-крепостью? Ты должен признать, что несмотря на колоссальную мощь и разрушительный потенциал, это тупиковый путь развития, верно, Ракшата? Для оперативности и универсальности нужны машины, а не ходячие крепости. — В точности мои мысли, Ллойд. — Ракшата кивнула в подтверждение. — Для боевых действий на пересеченной местности и в замкнутых пространствах, таких как шахты, скорость и маневренность Инфинити Гелиоса куда важнее, чем его броня. Клэй закатил глаза. Он нехотя признал, что дальнейшая эволюция концепции Найтмер-крепости действительно зашла в тупик. Ему нравилась идея массивной, несокрушимой боевой платформы, но реальность требовала адаптивности. Поэтому «Инфинити Гелиос» стал «обычным» Найтмером, но значительно усиленным, как и «Рекс Волкан», технологиями десептиконов, что делало их не менее, а возможно, даже более опасными.

***

Гора

Каменная стена, скрывающая тайны горы Фудзи, рухнула с оглушительным грохотом, подняв тучи пыли и осколков. Сквозь это облако Эскадрилья Х, тяжело лязгая гусеницами и ступая гигантскими шагами, вошла в колоссальную пещеру. То, что они увидели, заставило даже самых бывалых десептиконов замереть в благоговейном шоке. Вся пещера, простирающаяся на многие мили, была заполнена мерцающими синими кристаллами энергона. Это был крупнейший нетронутый запас ресурса, который когда-либо видели на Земле. Миллионы тонн чистой энергии, ждущей своего часа. — Это… это просто невероятно! — Брейкдаун посмотрел на кристаллы с благоговением, его голос был полон удивления. — Сколько же тут необработанного энергона! Я никогда не видел такого количества в одном месте, даже на Кибертроне до войны! — Да уж, такого хватит, чтобы питать две сотни армий в течение десятилетий. — добавила Нонетт, её обычно спокойный голос был немного взволнован. — Или, что более важно, снабдить энергией целую планету на многие годы… Андербайт, его глаза-сенсоры безумно вращались, с энтузиазмом подпрыгнул. — Это круто! Милли, оглядывая пещеру, кивнула. — Этого достаточно, чтобы сровнять с землей всю гору Фудзи, не оставив даже холмика. И еще немного останется, чтобы взорвать пару соседних префектур, если захотим. — Эй, народ, посмотрите! — Эрина указала на дальний конец пещеры, где виднелись очертания массивной буровой техники и автоматических конвейеров. Квейк, внимательно изучив оборудование, нахмурился. — Откуда здесь эта техника? Автоботы еще не должны были найти это место. Наши разведданные говорили, что эта жила только-только была обнаружена. Они что, успели развернуть тут целую шахту, пока мы их отвлекали? — Какая разница откуда, Квейк! — Тамаки отмахнулся, явно не желая вдаваться в детали. — Главное, они не смогут использовать его, если мы сделаем то, что должны. Эта техника будет похоронена вместе со всей горой, а все их мечты о легком энергоне превратятся в пепел. — Итак… — Нонетт перевела взгляд с кристаллов на Баррикейда. — Мы действительно собираемся это сделать? Я знаю, что мне, вероятно, нечего тут сказать, поскольку я британка, и мы все знаем, что моя страна пыталась сделать с этим местом... — Лучше это, чем позволить Прайму делать с ним все, что он хочет. — ответил Баррикейд, его лицевая пластина слегка нахмурилась. — Он превратит эту гору в свою личную фабрику по производству топлива для бесконечной войны, а людей - в рабов. Мы здесь, чтобы лишить его этого инструмента. Это единственный способ остановить его до того, как он окончательно закрепится на Земле. — Я согласна с ним, мама. — Эрина кивнула, её глаза горели решимостью. — Да, это будет жестко, но это единственный выход. Давайте отправим автоботам и Легиону сообщение, которое они не смогут игнорировать… несмотря ни на что, мы им не уступим! Мы не позволим им взять Землю! — Хорошо! Тогда давайте взорвем эту гору к чертовой матери! — Милли сжала кулаки, её голос звенел от предвкушения разрушения. — Пора устроить самый большой фейерверк в истории! Баррикейд обвел взглядом свою команду, его окуляры светились холодным пламенем. — Вы слышали новичка, Эскадрилья Х. Это наш последний и самый важный удар в этой операции. Приготовьте бомбы. Разместите заряды по периметру жилы, чтобы гарантировать полное обрушение. Ни один кристалл не должен остаться целым.

***

В главной диспетчерской шахты Фудзи царил хаос. Стронгарм, ее броня была покрыта пылью и копотью, а лицо искажено яростью, трясла за плечи перепуганного бота связи. — ЧТО?! КАК?! Во имя Праймуса, как, черт возьми, вся шахта была захвачена?! — прорычала она, ее голос звенел от негодования. — И почему у нас нет никакой связи с внешним миром?! Почему мои отчеты не доходят до Прайма?! Бот заикался, его оптические сенсоры метались в ужасе. — Я… я не знаю, мэм! Все каналы связи заглушены! Наши датчики показывают полное отсутствие дружественных сигналов! Кажется, мы… мы полностью отрезаны! В этот момент в диспетчерскую ворвался запыхавшийся офицер Гражданской Обороны. — Стронгарм! Все десептиконы отступают! И… они забрали с собой всех пленных людей! Стронгарм с отвращением сплюнула на пол, ее челюсти сжались. — Скатертью дорога! Пусть катятся к чертовой матери вместе со своими мешками с мясом! — процедила она сквозь зубы. — Я найду еще больше этих органических ублюдков, чтобы заполнить недостающие места! Этот мир кишит ими, и Прайм всегда может найти новую рабсилу! Едва она закончила свою тираду, первый бот, который все еще дрожал, повернулся к ней, его окуляры светились паникой. — Э… мэм… у нас… у нас еще одна проблема… гораздо более серьезная… Стронгарм раздраженно взмахнула рукой. — Что теперь?! Только не говори мне, что они установили взрывчатку в шахте! — Десептиконы… они… они установили в шахте… взрывчатку… — голос бота сорвался на почти неслышный шепот. Лицо Стронгарм на мгновение стало абсолютно пустым, словно на нем застыл экран без сигнала. — Повтори… что ты только что сказал? Повтори. Медленно и четко. — В… в нижней части шахты… в главном энергоновом узле… она… она заполнена взрывчаткой… — бот судорожно активировал голографический экран, выводя изображение из камеры, которая была в зоне, где находилась Эскадрилья Х. На экране было видно, что вся огромная пещера, доверху заполненная сияющими кристаллами энергона, теперь была усеяна десятками, если не сотнями массивных бомб, закрепленных на несущих колоннах и вокруг самих жил. Все они были подключены к единой сети детонаторов, красные индикаторы которых угрожающе мигали. — ВАЛИМ! ВСЕ ВАЛИМ! — Стронгарм заорала во всю мощь своих вокализаторов, ее инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Она рванула к выходу из диспетчерской, не обращая внимания на подчиненных. — Я не останусь здесь, чтобы смотреть на этот чертов фейерверк! Как только она исчезла из виду, в диспетчерской поднялся дикий крик. Боты, обезумевшие от страха, бросились в погоню за своим командиром, сбивая друг друга с ног. За ними, бледные и дрожащие, мчались офицеры ГО, тщетно пытаясь догнать бегущих ботов, понимая, что их собственная жизнь зависит от скорости их ног. Гора Фудзи была готова взорваться.

***

Немезида

Все участники миссии на горе Фудзи вернулись на борт «Немезиды», и воздух наполнился смешанными звуками облегчения, радости и шума медицинских бригад, оказывающих помощь освобожденным людям. Десептиконы и Серые Рыцари, уставшие, но торжествующие, праздновали свою первую крупную победу в этой новой, жестокой войне. — Да, мы сделали это! Мы смогли! — Тамаки размахивал кулаками в воздухе, его крики заглушались ликующей толпой. — Автоботы - ноль! Серые Рыцари и Десептиконы - один! Это только начало! Сесиль и Сузаку, забыв обо всем, крепко обнимались. Их тела прижимались друг к другу, словно они боялись потерять друг друга в этой суматохе. — Ты была великолепна, дорогая. — прошептал Сузаку, его улыбка освещала его лицо. — Наши тренировки прошли не зря. Ты сражалась как настоящий рыцарь. — Это всё благодаря тебе, милый. — ответила Сесиль, её голос дрожал от счастья. — Твоя поддержка дала мне силы. Я так рада, что мы сражались вместе. В стороне, наблюдая за этой идиллической картиной, стояла Каллен. Скрестив руки на груди, она хмурилась, но внезапно почувствовала, как чьи-то руки накрыли её глаза. — Угадай, кто сегодня отправил на свалку огромную кучу ботов, даже не вспотев? — весело спросил Джино, его голос звучал прямо за её спиной. Каллен, повернувшись, улыбнулась, прежде чем убрать его руки и обнять. — Конечно, это была я, Вайнберг. Тебе ещё расти и расти, чтобы достичь моего уровня. Я думала, ты уже понял, кто тут главная ударная сила. — Ой, ты ранила меня в самое сердце, Каллен. — ответил Джино с улыбкой, но в его глазах читалось искреннее восхищение. — Но ты права. Твоё мастерство просто невероятно. За этой парой, с мягкой, едва заметной улыбкой на лице, наблюдала Эйрахнида. Она была рада видеть, что её подруга нашла свое счастье. Действительно, этот год стал годом зарождения новых пар. Первой была пара Джино и Каллен. Несмотря на то, что Джино поначалу раздражал её своей чрезмерной самоуверенностью, он сумел пробить её броню, и они начали встречаться. Второй парой стали Моника и Ривалз. — Эй, Моника. — воскликнул Ривалз, подходя к ней и нежно касаясь её руки. — Ты была просто потрясающа сегодня. Твоя точность и скорость во «Флоренции»… это было невероятно. — Спасибо, Ривалз. — ответила Моника, её улыбка была нежной и искренней. Она обняла его, чувствуя тепло и безопасность. За всеми этими парами, с легкой, но грустной улыбкой, наблюдала Милли. Она была искренне рада, что её друзья нашли свои вторые половинки, но в глубине души она остро ощущала пустоту. Она очень хотела, чтобы здесь была Нанналлли, с которой она так и не успела поговорить о своих чувствах. Внезапно она почувствовала легкое прикосновение к плечу. — Эй, Милли. — сказала Ширли, её лицо сияло гордостью. — Это было просто невероятно. То, как ты управляла «Альтэйром»… у меня просто слов нет! — Спасибо, Ширли. — ответила Милли, её улыбка стала чуть более искренней. — Это было легче, чем я думала. Теперь я понимаю, почему остальные так любят свои Найтмеры. Они действительно становятся частью тебя. Однако Ширли, будучи хорошим другом, почувствовала, что что-то беспокоит Милли. — Милли, ты в порядке? Что-то не так? — Нет, Ширли. — тихо ответила Милли, понимая, что скрывать свои чувства уже бессмысленно. — Я просто… я хотела бы, чтобы Нанналлли тоже была здесь. Чтобы она видела это. Чтобы она вела нас в бой вместе со Шнайзелем, Корнелией и Мегатроном. Я так хотела рассказать ей… Ширли мягко обняла её. — Милли, мы обязательно её спасем. Автоботы не могут держать её вечно. Как только мы её найдем, ты сможешь поговорить с ней обо всем, что чувствуешь. И тогда вы обе сможете быть вместе, сражаясь за то, во что верите. — Спасибо, Ширли. — Милли прижалась к ней, чувствуя, как напряжение немного отступает. — Ты такая хорошая подруга. Я так рада, что ты рядом. В это время на мостике «Немезиды», где панорамные экраны отображали тактическую карту Земли, а также прямую трансляцию из центра Фудзи, царило напряженное молчание. Шнайзель, Корнелия, Канон, Мегатрон и Виктор стояли у главного командного пульта. В руках Шнайзеля лежал небольшой, но зловещий детонатор. — Итак… вот оно. — голос Шнайзеля был ровным, но в нем слышалась легкая дрожь. Он слегка сглотнул, чувствуя тяжесть решения, которое вот-вот примет. — После этого… пути назад не будет. Мир изменится навсегда, и мы будем нести за это ответственность. — Я сомневаюсь, что кто-то из наших захочет вернуться к старой жизни. — ответила Корнелия, её взгляд был твердым. — Слишком много было пройдено, слишком много потеряно. Мы сожгли все мосты, Шнайзель. — Революция начинается сегодня. — кивнул Виктор, его голос звучал как приговор. — Сегодня мы переходим от обороны к наступлению, от выживания к борьбе за будущее. — Этот взрыв будет первым шагом к рассвету новой эры. — Канон, стоявший рядом, также кивнул в знак согласия. — Есть только одно направление, в котором мы должны двигаться. — твердо произнес Мегатрон, его взгляд был сосредоточен на экране, показывающем энергоновые жилы. — Вперед. Я сожалею о том, что нам придётся сделать с этой горой, с этим источником природной красоты, но это необходимая мера. Мы не можем позволить такой колоссальной силе, такому стратегическому ресурсу попасть в руки Оптимуса Прайма. Он использует его, чтобы окончательно поработить Землю и превратить ее в плацдарм для своей межгалактической войны. Шнайзель прекрасно помнил слова Кирихары, сказанные еще до начала операции: «Прайм уже разрушил гору Фудзи своим присутствием и своими целями. Теперь это не более чем пустая оболочка, источник его будущей силы. Я лучше буду видеть в ней груду обломков, символ нашего отчаянного сопротивления, чем продолжать смотреть, как она оскверняется руками этих мерзких автоботов! Пусть она станет для них проклятием, а не благословением!» Взгляд Шнайзеля скользнул по лицам своих соратников, а затем остановился на детонаторе. Его лицо стало серьезным и решительным. — Нокаут… Ультра Магнус… и все те, кто погиб, сражаясь за дело, за которое мы сражаемся сейчас… — пробормотал он, вспоминая павших товарищей, как десептиконов, так и людей. — Клянусь, ваша смерть не будет напрасной. Ваша жертва не будет забыта. Мы используем её как топливо для нашего гнева и как основу для нашей надежды. Надежда начинается сейчас! С этими словами, без колебаний, он нажал на спусковой крючок.

***

Многочисленные, оглушительные взрывы прокатились по самому подножию горы Фудзи, один за другим, словно раскаты грома в аду. Затем, с чудовищным, стонущим скрежетом, вся гора начала содрогаться, трескаться и оседать внутрь. Эскадрилья Х проделала работу с хирургической точностью: взрывчатка была размещена в критических точках опорных структур и энергоновых жил таким образом, чтобы гарантировать, что гора не взорвется наружу, причинив вред близлежащим населенным пунктам или тем немногим людям, которые могли еще оставаться в окрестностях. Вместо этого вся исполинская масса Фудзи должна была обрушиться сама на себя, погребая под обломками все тайны и все запасы энергона. Именно это и происходило в этот самый момент. В это время, внутри агонизирующей горы, Стронгарм неслась на полной скорости в режиме транспортного средства, её колеса едва касались разрушающегося грунта. Она гнала, как никогда в жизни, пытаясь отчаянно добраться до выхода. — Нет! Нет! Я не могу… я не могу проиграть! — ее внутренний вокс трещал от паники, когда она видела, как земля перед ней превращается в бездонную пропасть. — Прайм… Прайм должен узнать! Но было слишком поздно. Земля под ней внезапно обвалилась, словно карточный домик, прямо перед тем, как она достигла спасительного прохода. Тюремный надзиратель автоботов, ставшая безжалостным рабовладельцем, не успела даже издать полноценный крик. Ее крик оборвался на полуслове, когда тонны скальной породы, грязи и разрушенного металла обрушились на нее. Стронгарм была погребена заживо под обломками, когда гора Фудзи завершила свое разрушительное разрушение, став безмолвным памятником свершившейся революции.

***

Североамериканский континент – Новый Иакон

Тем временем, в сердце Нового Иакона, на вершине колоссальной крепости, Оптимус Прайм восседал на своем величественном троне. Его оптика излучала спокойствие. Бластер, верный аудитор и аналитик, только что закончил свой подробный доклад. — Отличная работа, Бластер. — Прайм поздравил верного солдата, его голос звучал глубоко и уверенно. — Ты превзошел все мои ожидания. Когда мы штурмовали Зал Записей в последние дни Войны за Кибертрон, мы получили доступ к секретным файлам, зашифрованным кодами Десептиконов, которые мы не смогли взломать… до сих пор. — Прайм усмехнулся, в его глазах мелькнул огонек триумфа. — Ты никогда не перестанешь меня удивлять, мой друг. Твоя преданность и ум - бесценны для нашего дела. Бластер кивнул, его визор тут же активировался, проецируя в воздухе трехмерное изображение Земли. На нем были отмечены три конкретные точки. — Координаты. — заметил Прайм, внимательно изучая проекцию. — Каон был величайшим оплотом Десептиконов, построенным не только для обороны, но и для хранения определенных артефактов… или даже конфискованного оружия… которое было отправлено на эту планету на хранение в качестве крайней меры на случай падения Каона... в чём я лично участвовал. — Он усмехнулся, вспоминая былые времена. — Итак, ты расшифровал только три записи? Должен ли я предположить, что тебе предстоит расшифровать еще? Бластер снова кивнул, подтверждая это. На его визоре появилось уведомление: «Расшифровка 27% завершена». — Хорошо. — Прайм задумчиво постучал пальцами по подлокотнику трона. — Мне остается только гадать, с каким утерянным оружием мы воссоединимся, или какие артефакты Десептиконы так отчаянно пытались скрыть от нас. Это может дать нам решающее преимущество. — На его лице мелькнуло выражение злорадства, едва сдерживаемого. В этот момент дверь тронного зала распахнулась, и Гримлок, запыхавшийся, но решительный, вбежал к трону, за ним следовали Айронхайд и Клиффджампер, их лица были выражением тревоги. — Лорд Прайм! Гора Фудзи в Зоне 11…! Она… разрушена! Полностью! Прайм медленно поднялся со своего трона, его взгляд стал пристальным, когда он взглянул на Гримлока. — Разрушена? Ты уверен? — Это правда, Лорд Прайм. — подтвердил Айронхайд, его голос звучал серьезно. — Мы только что получили экстренное предупреждение от наших разведывательных дронов. Гора Фудзи… её больше нет. — Гора Фудзи была одним из крупнейших запасов природного энергона на этой планете. — Прайм произнес это с некоторым скептицизмом. — Один из ключевых объектов нашей добычи. Почему я слышу об этом только сейчас? Мы должны были получить предупреждение о нападении гораздо раньше! Все наши системы должны были быть начеку! — Мы… мы не знаем, сэр. — ответил Клиффджампер, его оптические сенсоры мигали в замешательстве. — Что-то… что-то заблокировало все наши коммуникации с шахтами. Связь была полностью нарушена последние несколько часов. Мы не смогли получить ни единого сигнала. — Может быть, это Десептиконы? — с подозрением спросил Гримлок, сжимая кулаки. — Они могли использовать какую-то новую технологию глушения. — Вероятно. — Прайм задумчиво кивнул. — Британия превратилась в руины, Евро-Британия и ЕС продолжают бессмысленно конфликтовать друг с другом, а Кингсли всё ещё ведёт переговоры с Китайской Федерацией. Никакая другая сила, кроме Десептиконов, не обладает ни ресурсами, ни мотивацией для такой масштабной атаки. Это был лишь вопрос времени, когда Мегатрон снова покажет своё истинное лицо. Теперь я… Однако в этот момент визор Бластера внезапно загорелся, и он издал удивленный возглас, привлекший внимание всех присутствующих. — Трансляция? — с удивлением спросил Клиффджампер, оборачиваясь. — От кого? И откуда она исходит?

***

Китайская Федерация

В это время, в самом сердце Китайской Федерации, в величественном и пышном городе Лоян, проходили напряженные и деликатные переговоры. Местом действия был один из самых роскошных дворцов Федерации, где каждый уголок дышал древней историей и властью. За массивным, инкрустированным столом восседали Высшие Евнухи, их лица были непроницаемы, но в глазах читался страх. За их спинами стояла личная стража, которая старалась не дрожать при виде главной гостьи. Императрица Тяньцзы, юная и хрупкая, сидела на своем драгоценном троне, изо всех сил стараясь не смотреть в сторону Виктории Кингсли. Ее поза была напряженной, а взгляд метался по стенам, избегая прямого контакта. Рядом с ней, словно каменная статуя, стоял её верный телохранитель, Ли Синке. Его рука покоилась на рукояти меча, а глаза, острые как лезвия, не отрывались от фигуры Кингсли. Сама Виктория Кингсли, в своей неизменной броне и шлеме, расслабленно откинулась на спинку кресла. Её поза, излучавшая абсолютную уверенность и даже некоторую надменность, была полным контрастом к нервозности окружающих. За её спиной, безмолвные и неподвижные, стояли два "Фантома". — ...Мы очень рады видеть вас, леди Кингсли. — начал один из Евнухов, чье имя Кингсли даже не собиралась запоминать. Его голос был слащавым и полным приторной лести, а остальные Евнухи поддакивали ему, как марионетки. — Честно говоря, мы не ожидали, что Лорд Прайм пришлет на эти важные переговоры именно вас… Но ваша репутация, ваша военная доблесть, ваша стратегическая проницательность… Виктория молча слушала поток их хвалебных речей, и её внутренний вокс едва сдерживал отвращение. Эти слизняки смели восхвалять её, надеясь задобрить. В этот момент она всем своим существом хотела отдать приказ своим Фантомам, чтобы те порубили их на мелкие кусочки, превратив в кучу бесполезного мяса. Но она сдерживалась, зная, что сейчас было слишком рано для столь радикальных мер. Кингсли прекрасно знала, что они боятся её. Благодаря имплантам, встроенным в её тело, она слышала каждый учащенный удар их сердец, каждый сбитый ритм дыхания. Она была уверена, что если бы не шлем, скрывающий выражение её лица, Евнухи, увидев её истинное отвращение и презрение, словили бы бы инфаркт прямо за столом переговоров. «Паразиты, которые пируют за счёт собственного народа, осушая его до последней капли». с отвращением думала она, скользя взглядом по их откормленным фигурам. Её взгляд затем переместился на юную Императрицу, которая, казалось, хотела находиться как можно дальше отсюда. «Марионетка, у которой отобрали не только власть, но и саму свободу, превратив в живой символ их собственного контроля». Кингсли чувствовала легкую, почти мимолетную жалость, которая редко посещала её. Наконец, её взгляд остановился на Ли Синке, телохранителе, который, хоть и был насторожен, не выражал страха. Его поза была напряжена, но без малейшего намека на панику. «Верный своей Императрице солдат, готовый отдать жизнь за свой долг. В этом мире еще остались те, кто достоин уважения, даже если они враги». С легким, едва заметным уважением подумала Виктория Кингсли, внутренне отмечая его как потенциально опасного, но достойного противника. Переговоры только начинались, и она знала, что её игра потребует тонкого расчета и железной воли. — ...Надеюсь, мы сможем договориться о взаимовыгодных условиях, леди Кингсли. — продолжал Евнух, его голос вибрировал от самодовольства. Он не знал, да и не мог знать, что Виктория Кингсли его совершенно не слушала. Для нее его слова были лишь белым шумом, фоном для более важных размышлений. Пока Евнухи продолжали свою монотонную речь, Кингсли, пользуясь возможностями своих механических глаз, просматривала последние отчеты Легиона. В её оптике, подобно голографическим проекциям, всплывали данные. За год, прошедший с момента падения Пендрагона, Легион прошел путь от вспомогательного карательного корпуса до сокрушительной военной машины. Теперь он был второй по силе армией на планете, уступая лишь самим Автоботам. Этот факт наполнял Кингсли гордостью, лишенной тщеславия. Это была гордость мастера, создавшего идеальный инструмент. После завершения активной фазы завоевания, Виктория Кингсли не почивала на лаврах. Вместо этого она инициировала масштабную и беспощадную программу модернизации, которую она назвала «Эволюцией Железа». Её целью было не просто обновление, а создание силы, способной доминировать над любым противником. Флагманом этой новой эры стал бывший «Авалон». Некогда роскошный парящий дворец Шнайзеля был выпотрошен до последнего винтика и перестроен с нуля с использованием передовых кибертронских технологий. Его корпус теперь состоял из многослойного черного сплава, который поглощал радарное излучение, делая корабль практически невидимым для большинства систем обнаружения. А его двигатели, работающие на синтетическом энергоне, позволяли ему не только пересекать континенты, но и выходить в открытый космос, превращая его в универсальный командный центр, уступавший размером только Ковчегу и Немезиде. Переименованный в «Цитадель», корабль стал не просто штаб-квартирой Легиона, а мобильной крепостью, способной нанести удар в любую точку мира. Кингсли с удовольствием вспоминала лица Евнухов, когда она прибыла на переговоры на этом мрачном, колоссальном флагмане, который, подобно хищной птице, опустился в воздушном пространстве Лояна. Она была абсолютно уверена, что некоторым из них понадобилось сменить белье после такого впечатляющего появления. Чтобы не зависеть от Аэроботов в оперативном плане, Легион обзавелся своими собственными Воздушно-Космическими Силами, которые получили общее название «Жнецы». Они состояли из новейших моделей самолетов и вертолетов, способных трансформироваться в Найтмеры, а также из крупных летающих авианосцев, которые могли разворачивать целые флотилии этих боевых машин. Также Легион обзавелся мощнейшими бронетанковыми войсками под общим названием «Армагеддон». В их состав входили танки, самоходные артиллерийские установки, гаубицы и другие виды наземной техники. Все эти боевые единицы также обладали способностью трансформироваться в Найтмеры, что делало их невероятно универсальными и смертоносными, способными уничтожить буквально всё, что угодно, от укрепленных позиций до целых городов. На данный момент численность Легиона превышала объединенную численность армий ЕС и Китайской Федерации, чем Кингсли по праву гордилась. Она построила не просто армию, а инструмент абсолютной власти. Но всё это - и исполинская «Цитадель», и легионы «Жнецов», и стальные лавины «Армагеддона» - было лишь грандиозной ширмой, мастерски выстроенным театром теней для всего мира, и в первую очередь - для самих Автоботов. Пока Оптимус Прайм и его советники видели в Виктории Кингсли лишь верного, пусть и амбициозного генерала, создающего мощный карательный кулак, никто из них не догадывался о её истинном замысле. «Пусть смотрят на мои танки, пусть считают моих солдат...». Виктория позволила себе едва заметную ухмылку, скрытую за лицевой пластиной шлема. «Они видят только сталь, но не видят волю. Проект "Вестроя" близок к завершению, и когда пробьёт час, я сотру Автоботов в порошок. Прайм совершил фатальную ошибку, думая, что полностью сломал меня, подчинив Тёмному Энергону и своей воле. Но на самом деле он породил силу, которая исправит этот изувеченный мир. Его не спасут ни преданные автоботы, ни мощь его Тёмного Гиаса... А когда с богами будет покончено, я очищу Землю от таких паразитов, как эти Евнухи. И тогда, наконец, наступит истинный мир. Мир без границ, без господ и рабов». Внезапно внутренний интерфейс мигнул. В углу обзора всплыло сообщение по закрытому приоритетному каналу. Всего два слова, заставившие её сердце пропустить удар: «Искра зажглась». В этот миг Виктории хотелось рассмеяться в голос - громко, торжествующе, пугая этих никчемных бюрократов перед собой. Но она лишь крепче сжала подлокотники кресла. «Наконец-то... Вы всё-таки решились выйти из теней». подумала она, и её взгляд стал ледяным. «Что же, сцена готова. Посмотрим, кто из нас останется в живых, а кто отправится на тот свет в этой финальной постановке». Она активировала защищенный нейролинк со своим личным Найтмером, Фарбросом, который находился в ангаре флагмана над городом. — Фарброс, ты видел сообщение? — её голос прозвучал тихим субвокальным шёпотом, недоступным для слуха окружающих. — Да, Виктория, я уже обработал сигнал. — в динамическом ответе Фарброса слышалось нескрываемое, почти хищное веселье. — Похоже, твои старые друзья решили устроить шумный праздник. Кажется, нам всё-таки придётся ещё немного повоевать, прежде чем мы установим тишину. — Верно, мой друг. Игра вступает в активную фазу. Передай остальным, чтобы немедленно собрались в кают-компании «Цитадели». Нам предстоит обсудить новые правила этой партии и наши следующие ходы. — Понял тебя. Начинаю сбор. — ответил Фарброс и отключился. В этот момент тяжелые двери зала переговоров распахнулись. Внутрь вбежал китайский офицер, его лицо было бледным, а дыхание сбивчивым. Он прервал очередную льстивую речь Евнуха на полуслове. — Ваше Величество! Достопочтенные Евнухи! — воскликнул он, задыхаясь. — Мы только что засекли трансляцию! Глобальный перехват сигнала... Это Серые Рыцари! За столом воцарилась гробовая тишина, сменившаяся шокированным ропотом. Только Кингсли и её безмолвные Фантомы сохраняли ледяное спокойствие. — Серые Рыцари? — один из Евнухов вскочил, едва не опрокинув чашу с чаем. — Но как?! Это невозможно! — Разве они не были полностью уничтожены? — спросил другой, с надеждой и страхом глядя на Викторию. — Леди Кингсли, вы же заверяли нас в их ликвидации! — Половина их армии ушла в подполье, когда их лидера, Маску, пленил Лорд Прайм. — ответила Виктория спокойным, размеренным тоном. Никто не видел, как под шлемом её глаза вспыхнули гневом при упоминании «пленения» Маски, но голос оставался стальным. — Похоже, у этой гидры отросла новая голова. — Я хочу... я хочу посмотреть эту трансляцию. — внезапно прозвучал тонкий, робкий голос юной Императрицы Тяньцзы. Она впервые за всё время заговорила, и её просьба заставила Евнухов вздрогнуть. — Но, Ваше Величество... это может быть опасно... пропаганда террористов... — начал было один из стариков, пытаясь подавить волю девочки. — Я поддерживаю просьбу Её Величества. — резко перебила его Кингсли. В этот момент Фантомы за её спиной синхронно шагнули вперед, и звук их хрустнувших стальных кулаков прозвучал как выстрел. — Нам всем полезно знать, с чем мы имеем дело. Евнух сглотнул, чувствуя, как холодный пот катится по спине под тяжелым взглядом Кингсли. — Р-разумеется, леди Кингсли. Как пожелаете, Ваше Величество. Включить экран! Немедленно! Главная стена зала начала трансформироваться, превращаясь в гигантский монитор. По экрану пробежали помехи, а затем изображение стабилизировалось, готовясь явить миру тех, кто осмелился бросить вызов богам.

***

В главной цитадели Нового Иакона повисла мертвая тишина. — Покажи мне её, Бластер. — процедил Прайм, его кулаки на подлокотниках трона сжались с такой силой, что металл жалобно застонал. — Покажи мне тех, кто осмелился влезть в наш эфир. Бластер, по приказу своего лидера, активировал проектор. Из его массивной груди вырвался столб света, формируя в центре тронного зала мерцающее голографическое окно. Сначала по нему бежали серые полосы статики, но сквозь шум начали проступать очертания фигур, заставившие даже самых суровых автоботов затаить дыхание. Изображение внезапно стабилизировалось, став четким и пугающе детальным. Перед глазами автоботов предстали двое людей в величественных масках. — Я… Спектра! — прозвучал спокойный, но властный мужской голос, в котором слышалась уверенность лидера. — Я… Афина! — добавил женский голос, холодный и острый, как стальной клинок. — ЧТО?! — Прайм буквально вскочил с трона, полностью потеряв свое обычное хладнокровие. Его оптика вспыхнула яростным алым светом. — Это невозможно! Кто это такие?! Откуда они взялись?! Боты невольно отступили на шаг. Даже Бластер, чьи системы обычно работали с идеальной точностью, на мгновение замер, пытаясь обработать входящие данные. — Люди Земли… — изображение на голограмме начало отдаляться, показывая масштаб происходящего. — Мы - новые лидеры Серых Рыцарей. И мы вернулись, чтобы исполнить обещание, что дал Маска! Камера взяла общий план, и в зале раздался дружный возглас ужаса. Спектра и Афина стояли на плечах колоссального серого робота, чьи окуляры смотрели прямо в душу каждого зрителя. — Афина… Спектра… и МЕГАТРОН?! — взревел Гримлок, его массивное тело задрожало, и он даже не пытался скрыть первобытный страх, который внушало ему одно лишь имя лидера десептиконов. — Спектра… Афина… — Клиффджампер лихорадочно перебирал базы данных. — Кто они?! Новые Маски? Новые символы? — Как?! Как они смогли восстановить силы за такое короткое время?! — воскликнул Айронхайд, чья броня, казалось, стала тяжелее от осознания угрозы. Лидер автоботов стоял неподвижно, его лицо превратилось в маску ярости, пока трансляция продолжалась. — Услышьте нас, Автоботы и Легион! — начал Спектра, и его голос разносился по всей планете. — Все, у кого в руках сосредоточена власть, внимательно слушайте каждое наше слово! Ваши сердца очерствели, вы погрязли в гордыне. Война, дискриминация, рабство - вот что вы принесли на Землю под видом «нового порядка». Британия исчезла, превратившись в пыль, но мир не изменился к лучшему! Люди всё так же страдают под гнетом сильных. Именно поэтому сегодня мы объявляем о возрождении Революции! — Десептиконы и Серые Рыцари не просто выжили - мы стали сильнее! — продолжила Афина, гордо вскинув голову. — Мы приносим свои глубочайшие извинения жителям Земли за наше долгое отсутствие. Мы позволили автоботам и Легиону терзать этот мир слишком долго, но время нашего молчания подошло к концу. Мы готовы встретиться с тиранами лицом к лицу! — Сильный больше не будет угнетать слабого! — громовой голос Мегатрона заставил вибрировать стены тронного зала. — И это начинается сегодня, здесь и сейчас - с полного освобождения Соединенных Штатов Японии! — Отследи сигнал, Бластер! Немедленно! — скомандовал Гримлок, едва сдерживая желание броситься на голограмму. Но Бластер лишь покачал головой, его визор лихорадочно вспыхивал кодами. — Эта передача идет на всех существующих частотах! — воскликнул Айронхайд, глядя на отчеты, поступающие со всей планеты. — В каждом городе, в каждом доме, где есть экран… Все на планете видят это! Даже наши силы! Теперь каждый раб знает, что у него есть защитники! Трансляция, словно лесной пожар, мгновенно охватила всю планету. Сигнал пробивался сквозь самые мощные военные шифры и правительственные брандмауэры. В городах Европы, в парящих крепостях Легиона и даже в самых глубоких подземных бункерах - везде, где был экран или радиоприемник, звучали голоса Спектры, Афины и Мегатрона. На секретной базе Ордена Гиаса, Персептор и Рэтчет замерли перед диагностическими мониторами, которые внезапно переключились на трансляцию. СС, сидевшая на краю операционного стола, нахмурилась, глядя на три величественные фигуры. — Мы будем бороться против каждого, кто злоупотребляет своей властью, прикрываясь законом или божественным правом! — голос Спектры гремел, наполненный неподдельной страстью. — Справедливость не может быть избирательной! Персептор поправил свои линзы, его процессоры лихорадочно обрабатывали информацию. — Это… это абсолютно противоречит всякой логике. — пробормотал он. — Вероятность того, что Серые Рыцари смогут восстановить командную структуру и ресурсы после пленения Маски, составляла менее трех процентов. Откуда взялись эти новые переменные? — Логика - плохой советчик, когда дело касается воли к жизни, Персептор. — отозвался Рэтчет, скрестив руки на груди. Его старая оптика внимательно изучала Мегатрона. — Посмотри на них. Они не просто выжили. Они изменились. Давай подождем и увидим, что именно они планируют предпринять, прежде чем делать выводы. СС спрыгнула на пол, её взгляд был полон скепсиса. «Значит, вы всё-таки решили вернуться спустя целый год молчания?» подумала она, обращаясь к невидимым собеседникам на экране. «Неужели вы действительно верите, что сможете остановить отлаженную машину Прайма?» В этот момент Мегатрон сделал шаг вперед, его фигура заполнила собой весь экран. — Здесь и сейчас мы официально объявляем войну режиму Автоботов, который незаконно, несправедливо и кроваво оккупирует эту планету! — провозгласил он. — Земля принадлежит людям, и мы очистим её от тех, кто считает иначе! Трансляцию смотрели в ЕС и в Евро-Британии. Простые люди в своих тесных квартирах шепотом передавали друг другу имена героев, а военные на базах в замешательстве проверяли оружие. В залах совещаний высшие политики, еще вчера считавшие себя хозяевами жизни, теперь с холодным потом смотрели на экран. Даже Мэрибелл и её верные рыцари Глинды замерли, осознавая, что правила игры только что были переписаны кровью. В Китайской Федерации, в тронном зале Лояна, Евнухи выглядели так, будто увидели привидение. Императрица Тяньцзы смотрела на экран с робкой надеждой, а Ли Синкэ, стоявший рядом, едва заметно улыбнулся. Он поймал взгляд юной правительницы, слегка кивнул ей и незаметно подмигнул, словно говоря: «Наше время тоже придет». Виктория Кингсли, откинувшись на спинку кресла, слушала речь с выражением легкого, почти отеческого интереса. Её Легион на борту «Цитадели» замер в ожидании команды, но Кингсли не спешила. Она смаковала каждое слово повстанцев, видя в этом хаосе идеальную возможность для своей последней «игры». — Теперь мы направляем это сообщение лично лидерам Автоботов и Легиона - Оптимусу Прайму и Виктории Кингсли! — заявила Афина, и её голос был подобен звону меча. — Вы можете пытать нас в своих застенках, вы можете бомбить наши города и угрожать сжечь наши дома дотла вместе с нашими народами! Но знайте: вы никогда, слышите - никогда не сломите волю человечества! Наша армия будет расти с каждым вашим выстрелом, и мы не остановимся, пока вы и ваши силы не будете стерты с лица этой планеты! В уютной комнате Лелуша, Кагуя не смогла сдержать улыбки. — Как всегда, драматично и с размахом. — заметила она, поправляя кимоно. — Они действительно умеют произвести впечатление. Юфемия, сидевшая на диване, нежно гладила кота Мерлина, который свернулся у неё на коленях. Одной рукой она крепко сжимала ладонь своего младшего брата, а другой - руку Саёко, которая успела переодеться в броню ниндзя. В этой маленькой комнате, посреди великой бури, они чувствовали себя единым целым. — Они справятся. — тихо сказал Лелуш, глядя на экран. — Теперь у них есть то, чего не было раньше - единство. — Люди Земли! — голос Спектры набрал максимальную силу, отражаясь от стен домов и вибрируя в динамиках по всему миру. — Вы, кто познал горечь угнетения, и вы, кто втайне жаждет перемен! Мы не просто группа повстанцев. Мы - голос вашего достоинства. Мы приглашаем каждого из вас присоединиться к нам, влиться в ряды великого Альянса Десептиконов и Серых Рыцарей. Наша цель проста и одновременно величественна: сражаться за свободу каждого живого существа на этой планете! Он сделал короткую паузу, и в этот момент изображение сфокусировалось на его маске. — Забудьте о том, что разделяло вас раньше. Различия в расе, поле, идеологии и даже принадлежности к биологическому виду больше не имеют значения. В нашей коалиции кибертронец и человек стоят плечом к плечу как равные. Как только вы сделаете шаг в наши ряды, наше единственное и незыблемое требование к вам - это готовность сражаться за то, что справедливо! Свобода - это не дар, это право, которое мы вернем вместе! На борту «Немезиды», наступила тишина. Десептиконы, Серые Рыцари и тысячи только что спасенных гражданских замерли перед мониторами. В секторе разведки за трансляцией наблюдали лидеры «Киото». Старый Кирихара сидел в своем кресле, опираясь на трость, и на его изборожденном морщинами лице играла довольная ухмылка. Рядом с ним Дитхард Рид буквально дрожал от фанатичного восторга. Его глаза лихорадочно блестели, а пальцы летали над консолью, записывая каждый кадр. — Вы видите это?! — воскликнул Дитхард, едва сдерживая дыхание. — Это не просто трансляция, это рождение легенды! Идеальный ракурс, безупречная подача... Это история, которая пишется в прямом эфире! Лучший репортаж в истории человечества! Загадочная Мисс Икс, стоявшая чуть поодаль, сохраняла профессиональное спокойствие. Будучи опытным агентом разведки «Знака Мира», она оценивала не картинку, а последствия. — И так, это началось. — негромко произнес Кирихара, его голос был полон глубокого удовлетворения. — Кости брошены. Мир больше никогда не будет прежним. Когда экран окончательно погас, в тронном зале крепости Автоботов воцарилась такая тяжелая тишина, что казалось, сам воздух стал плотным, как свинец. Оптимус Прайм стоял неподвижно, его мощная фигура отбрасывала длинную, зловещую тень. Он буквально кипел от ярости, и это ощущалось физически - от него исходили волны жара и подавляющей энергии. Ни один из присутствующих ботов, даже Бластер, не осмелился пошевелиться или издать звук. Любое неосторожное слово могло обернуться немедленной смертью. — Так... значит, они выбрали войну? — наконец заговорил Прайм. Его голос был тихим, вкрадчивым, но в нем слышался рокот приближающегося шторма. — Да будет так. Если они хотят смерти в лучах славы, я лично позабочусь о том, чтобы их кончина была долгой и мучительной. Он резко развернулся к офицеру связи. — Бластер! Немедленно вызови сюда Кингсли по приоритетному каналу! Мне плевать на её переговоры в Китае! И дай мне первые расшифрованные координаты! Нам нужно это оружие сейчас! — Его приказ прозвучал как удар грома. — Гримлок! Айронхайд! Соберите каждого автобота, который в данный момент не занят в критических операциях! Сформируйте карательный корпус! Немедленно отправить их в Зону 11! — Д... Да, мой повелитель! Слушаемся! — Гримлок, чей голос обычно был полон бахвальства, сейчас едва заметно дрожал. Он и его товарищи поспешно поклонились и почти бегом покинули тронный зал, стремясь как можно скорее скрыться от гнева своего лидера. Прайм остался один в центре зала. Внезапно его глаза вспыхнули зловещим фиолетовым светом, а в самой глубине его окуляров проявился пульсирующий символ Темного Гиаса. — Я не знаю, кто вы такие на самом деле, Спектра и Афина. — прошипел он, и его голос исказился, становясь почти демоническим. — Но клянусь Искрой, которой у меня нет: я заставлю вас проклясть тот день, когда вы решили бросить мне вызов! Вы пожалеете о каждом своем слове! А ты, Мегатрон... ты будешь молить о дезактивации, когда я закончу с тобой. Твой путь закончится здесь, на этой никчемной планете!

***

В главном зале императорского дворца в Лояне повисла такая тишина, что было слышно мерное горение светильников и приглушенное дыхание людей. Трансляция Серых Рыцарей оставила после себя тяжелый, почти осязаемый след. На лицах Высших Евнухов застыла гримаса брезгливого недоверия, смешанного с глубоко запрятанным страхом. В то же время юная Императрица Тяньцзы и её верный защитник Ли Синкэ не могли скрыть вспыхнувшей в глазах искры надежды - той самой надежды, которую Спектра, Афина и Мегатрон только что пообещали всему миру. Внезапно этот вакуум безмолвия был нарушен. Раздались сухие, ритмичные хлопки. Все присутствующие вздрогнули и обернулись. В своем кресле, медленно и насмешливо хлопая в ладоши, сидела Виктория Кингсли. Её жесты были вальяжными, словно она только что досмотрела театральную постановку средней руки и решила проявить снисходительность к актерам. — Браво, браво! Просто великолепно! — начала она, наконец опустив руки, но продолжая сидеть в расслабленной позе. — Какой пафос, какой накал драматизма! Признаться, я почти прослезилась. Кем бы ни были эти самозванцы, Афина и Спектра, они явно брали уроки актерского мастерства у Маски. Тот тоже обожал дешевые спецэффекты и громкие лозунги перед тем, как всё превращалось в кровавую баню. Кингсли медленно поднялась из-за стола, и её Фантомы синхронно шагнули вслед за ней, заставив стражу Евнухов инстинктивно сжать оружие. — Я с большим удовольствием распоряжусь, чтобы этот текст выбили на их могильных плитах. — продолжила она, и в её голосе прорезались холодные, как сталь, нотки. — Господа, боюсь, наши очаровательные переговоры придется прервать на самом интересном месте. У меня внезапно возникла срочная... работа, которая требует моего немедленного присутствия и не может быть отложена на потом. Думаю, вы понимаете - долг перед Лордом Праймом превыше светских бесед. Один из Евнухов, чье лицо от облегчения стало почти серым, поспешно закивал, стараясь не выдать своей радости от скорого ухода Кингсли. — Разумеется, леди Кингсли, мы всё прекрасно понимаем! — затараторил он, подобострастно кланяясь. — Безопасность и порядок - это приоритет. Мы будем смиренно ждать вашего возвращения в Лоян, когда вы закончите свои... дела. Мы будем молиться за ваш успех. Кингсли легко прочла за этой лестью его истинную мысль: «Уходи и никогда не возвращайся, чудовище». Она лишь едва заметно усмехнулась под шлемом. — Благодарю за понимание. Но прежде чем я покину этот гостеприимный дворец... — Кингсли внезапно изменила траекторию движения и направилась не к выходу, а прямо к трону Императрицы. Маленькая Тяньцзы испуганно сжалась в своем огромном золоченом кресле, глядя на приближающуюся фигуру в черной броне как на воплощение смерти. Ли Синкэ мгновенно среагировал: он сделал стремительный шаг вперед, преграждая путь Кингсли и закрывая собой девочку. Его рука легла на рукоять меча, и металл звякнул, когда лезвие на дюйм покинуло ножны. — Вы что-то хотели, леди Кингсли? — голос Синкэ был низким и предупреждающим. Он был готов атаковать, несмотря на то, что за спиной Виктории стояли Фантомы, а над городом зависла «Цитадель». — Боюсь, аудиенция на сегодня окончена. Кингсли остановилась в паре шагов от него, и её шлем слегка наклонился набок, словно она изучала препятствие. — Успокойтесь, полковник Ли. Ваша преданность делает вам честь, но сейчас она излишня. — спокойно произнесла она. — Я лишь хотела вручить Её Величеству подарок. Лично от себя, в знак... признательности за оказанный прием. По залу пронесся шепот шока. Евнухи переглядывались, не понимая, что за игру затеяла представительница Автоботов. — П-подарок? — Ли Синкэ на мгновение замер, сбитый с толку. Это было последнее, чего он ожидал от хладнокровного командующего Легионом. — Что это значит? — Неужели вы думаете, что я настолько лишена манер? — Кингсли весело хмыкнув, покачала головой. — Вы ведь не будете против, если я проявлю немного вежливости по отношению к юной леди? Это совершенно безопасно, даю вам слово офицера. Если, конечно, оно еще что-то значит в вашем представлении. Ли Синкэ бросил быстрый, полный опасения взгляд на Императрицу. Тяньцзы, несмотря на дрожь в руках, едва заметно кивнула своему защитнику. Она понимала, что в нынешней ситуации отказ может быть воспринят как оскорбление, а гнев Кингсли был последним, что нужно было их хрупкому миру. Телохранитель нехотя отступил на шаг, освобождая проход, но его поза осталась напряженной, как натянутая тетива: он был готов броситься вперед при малейшем подозрительном движении гостьи. Кингсли медленно, чеканя каждый шаг, подошла к самому подножию трона. Тяньцзы старалась дышать ровно, но инстинктивно вжалась в спинку кресла, стараясь не смотреть в безжизненные линзы маски Виктории. «Не бойся, маленькая Императрица». пронеслось в голове Кингсли, пока она разглядывала испуганное лицо девочки. «Твои золотые оковы скоро падут». Виктория медленно запустила руку в карман своего тяжелого пальто. Евнухи за столом синхронно затаили дыхание, ожидая увидеть кинжал или миниатюрный детонатор, но Кингсли так же медленно вытащила небольшой прямоугольный предмет. Это была карточка, размером с обычную игральную карту, но выполненная из странного, матового и тяжелого на вид материала. — Прошу вас, Ваше Величество. Примите это как личный знак моего расположения. — произнесла Кингсли, протягивая подарок на раскрытой ладони. Тяньцзы, стараясь не косаться металлических пальцев перчатки Виктории, аккуратно взяла карточку. Она была прохладной и слегка вибрировала, словно внутри неё билось крохотное механическое сердце. Девочка начала с любопытством рассматривать её, забыв на мгновение о страхе. На одной стороне был выгравирован герб Легиона: идеально белый череп, заключенный внутри массивной черной буквы «С», лишенной всяких плавных линий - только острые углы и функциональность. На лбу черепа был нанесен девиз, который заставил Ли Синкэ нахмуриться, когда он заглянул через плечо Императрицы: «Война - наша отрасль». Но гораздо более странной была оборотная сторона. Там, на глубоком черном фоне, был изображен идеальный круг, внутри которого располагались шесть симметричных сфер. Каждая сфера сияла своим цветом: огненно-красным, изумрудно-зеленым, небесно-синим, угольно-черным, золотисто-желтым и землисто-коричневым. Внутри каждой сферы был вписан загадочный символ, не похожий ни на один земной алфавит. — С... спасибо вам большое за этот подарок, леди Кингсли. — прошептала Императрица, растерянно моргая. Она не понимала значения этих символов, но чувствовала исходящую от них скрытую мощь. — Мой вам совет, Ваше Величество: не теряйте её и ни в коем случае не выбрасывайте. — загадочно произнесла Кингсли, и в её голосе проскользнула интонация, которую можно было принять за наставление учителя. — Кто знает, возможно, наступит день, когда именно эта безделушка станет вашей единственной опорой и защитой. Виктория резко развернулась на каблуках, не дожидаясь ответа. Её тяжелый плащ взметнулся, когда она направилась к выходу из зала. Фантомы, словно тени, бесшумно последовали за ней, их тяжелые шаги эхом отдавались под сводами дворца. Она уходила, оставляя за собой шлейф недоумения и тревоги. Императрица Тяньцзы и Ли Синкэ завороженно разглядывали странную карточку, которая теперь казалась им гораздо более важной, чем все слова, сказанные за этим столом переговоров. А за стенами дворца уже ревела «Цитадель», готовясь унести Викторию Кингсли навстречу новой войне.

***

Гора Фудзи… точнее, то, что от нее осталось, представляло собой душераздирающее и одновременно величественное зрелище. Некогда идеальный конус, символ Японии, превратился в истерзанную груду обломков, едва достигавшую половины своей прежней высоты. С зияющей, неровной дырой на самой вершине, гора казалась гигантским выбитым зубом на лике земли. Для одних это была величайшая культурная трагедия, но для миллионов тех, кто только что покинул эти шахты, руины стали монументом их освобождения - символом того, что даже самые незыблемые основы тирании могут рухнуть. Тишина над местом катастрофы была почти абсолютной, прерываемая лишь редким грохотом оседающих камней. Однако на южном склоне, среди хаоса скальной породы и искореженного металла, началось движение. Что-то массивное под толщей завалов отчаянно пыталось пробиться на поверхность, толкая многотонные глыбы. В этот момент над местом борьбы нависла огромная тень, закрывая тусклый свет дня. Какая-то внешняя сила, мощная и уверенная, начала методично растаскивать завалы, отбрасывая в сторону куски гранита. Наконец, из-под обломков показался корпус Стронгарм. Она едва избежала окончательной деактивации, но выглядела жалко: её броня была покрыта глубокими вмятинами, один из манипуляторов висел плетью, а сенсоры мигали красным, сообщая о критических повреждениях. — Тебе нужна помощь, сестра? Или ты предпочтешь заржаветь здесь, погребенная под собственным провалом? — раздался новый голос, в котором сквозила странная смесь иронии и властности. Некто, обладающий габаритами кибертронца, протянул Стронгарм руку. Она, не раздумывая, вцепилась в неё, и незнакомец рывком вытащил её на твердую почву. Оказавшись на ногах, Стронгарм покачнулась, её системы стабилизации работали на пределе. — Спасибо… — прохрипела она, пытаясь сфокусировать оптику. — Я думала, моя искра затухнет под этой горой… Однако её благодарность сменилась резким вскриком боли и возмущения. Бот, который только что помог ей, внезапно прижал её к уцелевшему скальному выступу и острым клинком полоснул по сияющей эмблеме Автоботов на её груди, оставив глубокий, уродливый шрам прямо поверх знака. — ЭЙ! Ты что творишь, безумец?! — выкрикнула Стронгарм, пытаясь оттолкнуть его. — Мои искренние извинения за грубость. — ответил он тоном, в котором слышалось странное спокойствие. Перед ней стоял желто-красный бот с багровыми окулярами. Судя по обтекаемым деталям корпуса и мощным колесам за спиной, он трансформировался в скоростной спорткар, похожий на земной «Dodge Viper». На его плечах тоже красовались знаки Автоботов, но они были точно так же перечеркнуты глубокими царапинами. — Боль - штука временная. — продолжил он, глядя ей прямо в глаза. — Скоро ты поймешь, что эта метка необходима. Она отделяет тех, кто слепо подчиняется, от тех, кто видит истину. Глядя на тебя, я могу сказать, что ты только что прошла через самый трудный период в своей жизни. — Это еще мягко сказано! — огрызнулась Стронгарм, прижимая руку к поврежденной эмблеме. — Я была комендантом крупнейшего источника энергона на этой проклятой планете, а теперь он превратился в пыль у меня на глазах! Прайм… он не прощает таких провалов. Когда он закончит со мной, он отдаст меня Кингсли для вивисекции, просто чтобы посмотреть, как меня будут разбирать на запчасти для нового Найтмера Легиона! Незнакомец понимающе кивнул, и в его красных глазах вспыхнул опасный огонек. — Оптимус действительно стал… нетерпимым к слабости. Но я могу предложить тебе путь к спасению. Шанс не просто искупить свою вину, но и занять место в иерархии гораздо выше того, о котором ты смела мечтать. Это будет шанс на месть тем, кто тебя унизил. Он сделал паузу, давая словам вес. — Со мной уже есть та, кто буквально одержима жаждой возмездия. И её можно понять - она потеряла манипулятор и оптический датчик в стычке с десептиконами и их человеческими прихвостнями. Итак, Стронгарм, чего ты хочешь больше? Смерти в лабораториях Кингсли или власти, искупления и крови своих врагов? Присоединяйся ко мне, и я дам тебе всё это. Стронгарм замерла, её процессоры лихорадочно обрабатывали предложение. Перспектива встретиться с Праймом пугала её до глубины Искры. Она посмотрела на загадочного бота, и на её побитом лице медленно расплылась хищная ухмылка. — Прежде чем я подпишусь на это. — произнесла она, выпрямляясь настолько, насколько позволяли повреждения, — Мне нужно хотя бы знать, как зовут моего спасителя… или моего нового господина. Но должна признать, твоё предложение звучит чертовски заманчиво. Бот удовлетворенно кивнул и убрал руку с её плеча. — Рад слышать, что твой разум еще не окончательно затуманен страхом перед Праймом. Что же касается моего имени… — он на мгновение замолчал, глядя на закатное солнце, окрашивающее руины Фудзи в кровавый цвет. — Зови меня Хот Род.