I. гл. Брошенные 5 ч.

Поздний вечер.

Гараж дома семьи Кинг.

      В тот вечер никто не следил за временем. Песня за песней звучала из гаража, то повторяясь заново, то резко меняясь на другую. Подростки совсем не собирались расходиться, по крайней мере, до того, как сама судьба не крикнет им прекращать и не бросит в них свой грязный тапок.       Уставшие и вымотанные, но довольные старшеклассники собрались с последними силами и третий раз доигрывали печально известную «Back in Black» AC/DC, пока та не стала бы звучать хотя бы приемлемо. Джефф вечно забывал свою партию, бас Дуг Тига опять было не слышно, а Эдди торопился и не рассчитывал время для очередного выпендрёжа на своей новенькой дорогущей гитаре, даже Бонни, находясь в этом постоянном хаосе, путалась в ритмических рисунках и играла совсем другую песню.       Сейчас она онемевшей рукой стучала по тарелке и качалась, уже еле двигая ногой, чтобы ударить бас-бочку. Девушка поднимает голову и видит, как Джефф и Дуг Тик, не замечая того, подходят друг к другу. Не успевает она и предупредить, как парни врезаются в друг друга спинами и музыка искажается.       — Ну аккуратнее! — Кричит один из них.       — Разуй глаза, идиот! — Слышится в ответ.       От невнимательности барабанщица криво бьёт по тарелке, прямо по металлической стойке, и палочка в руках трескается, ломаясь на две уродливые части.       — Твою мать. — На выдохе возмущается девушка.       От внезапного громкого звука Эдди оборачивается на девушку и натягивает струну так, что та лопается и рвется, ударяя парня по лицу.       — А-а-а-у! — Протяжно кричит, почти стонет Эдди, медленно кладя ладонь на щёку.       С разных сторон Бонни доносились голоса с ещё играющей на фоне музыкой и собственным гудением в теле. Чувствуя, что голова сейчас расколится пополам прямо как палочка в руках, девушка из последних сил ударила по тарелкам и воскликнула:       — Родители вернулись!       Три парня тут же замирают, перестают кричать и оборачиваются на Бонни, сидящую за барабанами. Музыка стихает, и в воздухе остаётся лишь звук гудения дешёвых комбиков.       — Чего? — Не понимает Джефф и отпускает гитару.       — Реально? Уже? — Эдди, наоборот, хватается за гитару, готовый снять её в любой момент или прямо сейчас, чтобы начать бежать.       — Нет, это чтоб заткнуть вас. — Обьясняет Бонни и демонстрирует остальным свою сломанную палочку. — Я пальцами играть ещё не умею.       Все выдыхают, и Эдди через время продолжает разговор:       — И не надо. Давайте на сегодня заканчивать. — Парень отцепил ремень с плеча и снял с себя гитару, придерживая её в руках.       — Я пальцев не чувствую. — Пробубнил Дуг Тиг, и ему кивнул Джефф.       — Но согласитесь, это было просто нереально! Реальный хэви-метал! — Мгновение спустя взрывается от эмоций Мансон и оборачивается на друзей, широко улыбаясь.       С этим было сложно не согласится. Подростки стали кричать, высвобождая из себя все накопившиеся эмоции от игры, и напоследок создали шум. Бонни, когда горло уже отказывалось работать, быстро палочкой стала бить по тарелке, поддерживая друзей. Все четверо засмеялись, то ли с самих себя, то ли от комичности ситуации, и смех их был настоящим, уставшим, но искренним.       — О-ох, у меня во рту сейчас Сахара. Может, кому-нибудь воды? — Бонни Кинг большим пальцем указала на дверь, ведущую в свой дом, и оглянулась на группу.       Разом руки подняли все. Ну конечно, несколько часов играть и петь в старом гараже, в перерывах покуривая деревянные сигареты — занятие не из лёгких.       Бонни протяжно встала из-за барабанной установки и, потянувшись, зашла в дом, направляясь в сторону кухни. Уже будучи в этой маленькой серой комнатке с длинной, но старой плитой, соединённой с духовкой и разнообразными пустыми шкафчиками, она стала искать пустую литровую бутылку. Пройдя мимо тарелок с чем-то только на вид съедобным, полным мусорным пакетом на полу и забитой раковины с посудой, Бонни недовольно застонала. В этой доме вообще не существовало бутылок! Девушка стала копаться в ящиках и наконец нашла достаточной большую пустую бутылку из-под газировки магазина 7/11. В принципе, это подошло бы.       Кудрявая по-быстрому помыла посуду в раковине и стала наполнять найденную бутылку фильтрованной водой, время от времени уже сама хлебая воду стаканами. В моменте, как она искала бутылку и расскладывала посуду, она нашла не открытую пачку чипсов, бросив их на стол. Наверняка то были родительские чипсы. Ребятам наверняка понравится!       Поднимая голову на пустой диван, на котором обычно сидят пьяные родители, Бонни вдруг стало интересно. Не то чтобы она только сейчас об этом подумала, но эта мысль вновь вернулась к ней — куда делись её родители и почему их до сих пор нет? Может быть, они были в клубе, баре или в ресторане? Нет, точно в баре. Удивительно только, откуда у них на это деньги.       Поставив полную воды бутылку и пачку чипсов на стол, девушка перевела взгляд на свою сломанную барабанную палочку. В музыкальных магазинах, что и так находились в милях от Хоукинса, они стоили неприлично много для безработной школьницы, что даже не получает карманные от родителей. Если бы вообще она хоть что-то получала от их.       Бонни решила, что лучшее время для быстрой замены палочек она не найдёт, поэтому, схватив два деревянных кусочка, быстрым шагом пошла к лестнице. Где-то в коробках она могла найти запасную пару и даже изоленту, чтобы временно починить нынешнюю. За окном она слышала, как парни стали складывать вещи обратно по коробкам и очень эмоциально и громко обсуждать их репетицию, игру и Бонни с её установкой. Девушка по-доброму закатила и попыталась избавиться от навязчивого приятного чувства. Почему она вообще улыбается? Тупица!       У себя в комнате, в ящике, лежавшем в шкафу, она нашла то, что искала. Последнюю пару палочек. Где-то под кроватью нашарила черную заканчивающуюся изоленту, ту самую, которой она клеила плакаты в гараже и комнате. Бонни обмотала изоленту вокруг разлома на палочке и как-то неряшливо убедилась, что держится неплохо. Опробовать своё новое творение она сможет уже завтра, если уже полюбившийся Эдди-фрик и его друзья не утащат её искать приключение себе на задницу. Они же теперь в одной группе, значит, наверное, друзья? Бонни надеялась, что так.       Все теребя палочку в руках, она торопясь спускалась с лестницы. Опустив голову, она думала о чем-то, совсем не смотря вперёд, из-за чего не заметила внезапно появившийся в проходе силуэт.       — Блять! — Выкрикнула та, отпрыгнув в сторону.       Бонни резко поднимает голову и встречается с мужской грудью в знакомой, мозолившей глаза футболке «Hellfire club», смотрящей прямо ей в лицо. Разница в их росте давала о себе знать. Подняв свой взгляд чуть выше, она поняла, что это Эдди, и закрыла глаза от испугу, положила руку лоб.       — Ой, прости! Не хотел напугать. — Виновато улыбнулся тот, выставив руки вперёд.       — Забудь. — Она убрала руку и отвела взгляд, выгоняя из своих мыслей натянувшуюся ткань футболки вокруг груди Мансона. — Ты чего здесь делаешь?       — Да мы там закончили уже, а тебя всё нет и нет. — С какой-то странной ухмылкой на лице объяснил Эдди и краем глаза оглядел тухлую кухню. — Уютненько.       — Ага, ещё что придумаешь? — Кивнула кудрявая, ответив тому неприкрытым сарказмом.       Бонни развернулась и направилась к столу, за которым уже покоялась долгожданная, прекрасная, холодная вода и чипсы в качестве бонуса.       — Я серьёзно! Очень даже...чисто. Если бы ты видела мою кухню. Там чистую тарелку не отличишь от собачьей миски. — Эдди пошел за ней, покачиваясь и жестикулируя руками.       — У тебя есть собака? — Спросила Бонни и на секунду обернулась, чтобы вновь вернуться к столу.       — Нет, но когда приходит дядя, он ест, как пёс. — Пошутил он.       Не сдержав смех от до ужаса забавного сравнения, Кинг в голос засмеялась и опустила голову, слегка ей покачивая в стороны. Она подняла голову с блестящими от смеха глазами и на секунду задержала взгляд на широкой и гордой, довольной собой, улыбке Мансона. Его глаза смотрели на неё сверху вниз, словно следили за каждым движением. Бонни удивлялась его мимике, та была такой выразительной и такой непривычной, что была даже привлекательной. Она почувствовала, что Мансон слишком засмотрелся на неё, и, чтобы тот опомнился, резко протянула ему тяжелую бутылку с водой. Да так, что та ударилась о его живот и заставила его чуть шатнуться и согнуться.       — Когда приходит дядя?! Так ты живёшь один или нет? — Слегка нахмурилась та, накидывая в голове возможные варианты.       Эдди, на вид, был явно давно не семнадцатилетним пацаном. Если Бонни не ошибается, то, кажется, тому было девятнадцать, если не все двадцать. Возможно, его родители оплачивали ему жильё, или, наоборот, бросили одно в Хоукинсе. По Эдди не скажешь, что он живёт в богатстве и любви. Так же, как и она. От этого становилось не по себе, ведь Мансон почти всегда выглядел весёлым и забавным, наверняка переживая одиночество дома, пока другие не видят. Ведь самые грустные люди улыбаются ярче всех.       — Не совсем. Мой дядя работает по ночам и уезжает на целую неделю. — Улыбнулся парень. — Ещё могу сказать, что мой дом стоит через улицу, в трейлерном парке, на третьем повороте направо.       — Ты забыл дать ключи и сказать, где лежит кошелёк дяди. — Пошутила она.       — А точно, он-       — Эй! — Засмеялась и закричала Бонни, лишь бы остановить своего друга. Она неровным движением схватила Эдди за щёки и широко раскрыла глаза. — Я и так знаю.       На секунду парень замер, опустив к ней голову, пока его разгоряченные щёки были обхвачены прохладными руками, но, опомнившись, изобразил на лице удивление. Это было похоже на наигранный испуг, что так хорошо вписался в их странную сценку.       Пара глупо засмеялась и наконец вернулась к остальным, что уже стояли у фургона и разговаривали, наверняка дожидаясь двоих. Парни сели в машину, и Эдди дотянулся до ручки внутри салона, чтобы открыть дверь для Бонни, но та прервала его, закрыв дверь обратно. Девушка положила локти на закрытое окно и наклонилась вперёд, закидывая Дуг Тигу и Джеффу пачку чипсов.       — Не поедешь? — Нахмурился Мансон.       — А зачем? Мой дом прямо позади меня, нужно встретить пьянчуг и послушать немного их тупых оров. — Ответила темноволосая.       — Оу... — Издал странный звук Джефф и открыл пачку снеков. — Ну, удачи с этим.       — Тебе не обязательно оставаться слушать их. — Сказал Эдди, и в голосе его послышалась серьёзность, похожая на заботу или нежность. — У меня сегодня ночью никого.       — И испортить с ними отношения ещё сильней? Не, Эдди, мне такое не интересно. — Кинг помотала головой, и её волосы чуть разболтались в стороны.       — Почти восемь, поехали. — Дуг Тиг посмотрел на часы и несколько раз стукнул Мансона по креслу.       Лидер клуба «Гиена» обернулся на того, быстро кивнул и тут-же вернул взгляд на Бонни, чтобы сказать:       — Спасибо, что сыграла с нами.       — Друзья должны играть вместе. — Улыбнулась та и, покопавшись в кармане, достала солнцезащитные очки в виде каких-то странных сердечек.       — Теперь ты обязана присоединиться к нам в компанию D&D. — Ухмыльнулся Эдди, чуть склонив голову в бок, и растянулся в улыбке. Двое парней на задних сиденьях загудели и стали бить по салону машины, как будто начало какого-то ритуального посвящения.       — Только в ваших грязных фантазиях, фрики. — Бонни быстрым лёгким движением надела забавные солнцезащитные очки и махнула им на прощание. — До скорого.       — Удачи, Бонни! И ты тоже теперь фрик! — Прокричал кудрявый парень, перед тем как его фургон тронулся с места и с дряхлым рычанием уехал по дороге вперёд.       Девушка недолго стояла и смотрела, как те исчезают за тенями деревьев и потемках позднего вечера. Когда, на удивление, прохладный летний ветерок стал обдувать ей лицо, Бонни развернулась и пошла в сторону гаража, чтобы закрыть его изнутри. И всё же она не пожалела, что пригласила главного фрика школы и его друзей к себе. Если уж начистоту, то он и вовсе не оказался придурком, а интересным, смешным и хорошим человеком, намного лучше, чем долбанные спортсмены или задроты школы.

***

      Когда последние солнечные лучи скрылись за горизонтом желтых кукурузных полей, а в небе стали появляться едва различимые мерцающие путеводные звезды, Хоукинс накрыла тьма. Ночь наступила, по тем меркам, и не быстро, и не поздно. Если коротко, то как обычно. Ничего не предвещало беды, особенно той, что уже поджидала Бонни за углом, затачивая свой острый нож.       С приходом темноты вернулись и родители. Они шатались в разные стороны, любили друг друга где только попало, кричали и одновременно ругались на бардак, которые сами и создали.       Бонни, закрывшись в своей комнате, пыталась закрыться от охов и ахов тупых пьяных людей, стараясь расслабиться и поспать после напряженного и забравшего все силы дня. Каждый раз из сна её вырывали громкие звуки, постоянно включающийся свет и противные разговоры, сменяющиеся надрывными криками.       Бонни не могла похвастаться железным терпением, и поэтому в ней не хватило стержня, чтобы остаться в комнате и дождаться утра. Девушка поднялась с кровати в домашней длинной футболке с принтом любимого фильма «Пятница 13-е», в практически протертых чёрных шортах и рваных носках с глупой дыркой на пальце. Не став переодеваться, она спустилась на первый этаж и встала напротив ругающихся родителей.       — Ты мразь! — Кричала мама, бросая в отца тарелку.       — Успокойся, я тебе говорю! — Икая, отвечал ей отец, еле как уклоняясь от ударов.       — Вы можете оба успокоится? Я хочу поспать. — Сонно промямлила та, пытаясь выдавить из себя более строгий голос.       — А ты чего ещё дома? В школу иди. — Мать наконец-то её заметила и нахмурилась.       — Сейчас два часа ночи! — Чуть громче сказала подросток, указывая на настенные часы позади них.       — Не кричи на мать. Мы тоже умеем орать! — Отец вдруг забасил и повысил голос, от чего стало не по себе. Словно тот мог в любой момент сорваться, и Бонни бы даже не успела ничего предпринять.       — Да я не кричала, вечно вы так. Я просто хочу спать.       — Иди уроки делай, оценки и так херовые. — Кажется, отцу стало скучно, и он отошел в сторонку, докидываясь ещё баночкой пива. Наверное, уже десятой. Как у него ещё печень не отказала?       — Нужно было вечером спать, а не шляться с кем попало. — Мама положила руки на волосы и с каким-то странным пьяным джижением стала их себе драть.       — Я не шлялась, вас не было целый, мать его, день! — Бонни почувствовала, как внутри неё вновь закипает злоба и обида.       — Ты посмотри, соплячка теперь указывает на то, какие мы плохие! — Возмущённо жаловалась мать, а в голосе её стало слышится напряжение. — У неё есть жильё, еда, родители, учеба! А она всё недовольна. Не, Грег, я так не могу, я её сейчас отпизжу!       — Просто можно потише? Завтра я уже уйду. — Пробубнила девушка, чувствуя, что от страха сковало тело и ком встал посреди горла. То было похоже на чувство перед опасностью, когда мозг перестаёт работать, а тело само пытается спастись.       — Нет. Сюда иди! — Громко прорычал отец.       Бонни не послушалась. Она не хотела больше с ними разговаривать. Говорить им что-то равноценно чистить дорогу в снегопад. Она знала, что пьяные оры не приведут ни к чему хорошему, но всё равно вышла из комнаты, наверняка надеясь, что в этот раз всё будет по-другому. Она ошибалась.       Только кудрявая закрыла за собой дверь, то сразу же почувствовала быстро поднимающиеся к ней шаги. Она подскочила к двери, чтобы успеть закрыть её, но не успела. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге показался отец. Он кричал и бубнил под нос что-то невнятное, приближаясь к дочери.       Отец хватает дочь за волосы и тащит к выходу из дома, не обращая внимание на протесты, крики и сопротивление Бонни. Он бросает её в одних шортах и футболке на дорогу, оставив у порога дома, и рычит, прежде чем закрыть дверь:       — Неблагодарная скотина. Пока не научишься ценить нас, можешь вообще не приходить!       Дверь захлопнулась перед женским лицом и больше не открывалась, сколько бы та не стучала по ней и не просила открыть. Бонни не была из тех людей, что стали бы искать любой выход из ситуации, любое извинение, лишь бы её обратно пустили. Так сильно принижаться перед пьяными уродами она никогда не стала бы, путь даже от этого зависела её жизнь.       Оказавшись прохладной ночью на улице, практически в одних трусах, Бонни обхватила себя руками и оглянулась. На улицах не было ни души, даже машины проезжали изредко. Чем дольше она смотрела, тем больше ей казалось, что это одна и та же машина наматывает круги или даже караулит её. Выбросив дурную мысль из головы, Бонни развернулась к входной двери и плюнула родителям на ковёр. Меньшего неуважения они не были достойны.       Ночью одна на улице в новом городе. Бонни совсем не знала, куда идти. Её сонный, уставший мозг просто отказывался работать и пытался выудить из глубин памяти лишь одно воспоминание о том, где она могла бы сегодня спокойно поспать. Школа? Библиотека? Может, какой-нибудь торговый центр?       Не видя больше других вариантов, кроме как самое свежее воспоминание, Кинг, собравшись с силами, направилась в сторону трейлерного парка.       "...мой дом стоит через улицу в трейлерном парке, на третьем повороте направо..."       Босыми ногами шагая по каменистой дорожке, Бонни оглядывалась на каждый трейлерный дом и стучалась в каждую дверь в надежде увидеть знакомое лицо.       — Здесь живёт Мансон? — спрашивала она в полудрёме.       — Девушка, вы время видели? — Отвечали в одном доме.       — Нет, не стучитесь больше! — Кричали из другого.       — Не знаю такого. — Мотали головой в остальных.       Люди закрывали перед ней двери, посылая дальше, всё говоря, что Мансон где-то дальше, или просто проклиная за то, что разбудила их. У Бонни даже не было сил извиняться или благодарить.       "Тебе не обязательно оставаться слушать их... У меня сегодня ночью никого..."       Очередной раз ударив костяшками пальцев по хлипкой трейлерной двери, она стала ждать, совсем уже не надеясь, что Мансон действительно живёт в этом парке. Она чувствует, что даже через пять минут дверь ей не открыли бы, и все эти попытки просто бесполезны. Собираясь уже уйти к следующей двери, Бонни начинает спускаться по небольшой лестнице и слышит позади себя звук открывающейся двери.       — Бонни?       До трепета в груди знакомый голос звучит позади неё, заставляя обернуться в ту же секунду, лишь бы успеть увидеть долгожданного парня. Словно тот мог оказаться видением и вовсе пропасть за мгновение, не успев она на него даже взглянуть. Но, несмотря на все её опасения, этого не происходит. Эдди Мансон стоит в дверном проёме, шокированный, даже схваченный врасплох, оттого кажущийся озадаченным. Об этом говорил и его внешний вид: растрёпанные кудрявые волосы, прилегающие к голове, часто моргающие и бегающие глаза. Эдди стоял перед ней практически голый, в каких-то мешковатых трусах со смешным принтом и с этим его дурацким кулоном в виде медиатора на шее. Только гитаристы носят медиаторы у самого сердца.       — Клёвые трусы. — Девушка опускает взгляд и тут же отводит его, слегка страдальчески улыбаясь. — К тебе можно?       Парень перед ней, кажется, не до конца понимает, что происходит. Он молчит и просто ошарашенно смотрит на Бонни, моргая. Он резко вздрагивает и закрывает глаза, с задержкой заговорив:       — Д-да, да! Боже, заходи. — Судорожно мотается он и пропускает замёрзшую девушку в дом, закрывая за ней дверь.       Молода девушка проходит внутрь и тут же оказывается в долгожданном тепле, о котором так мечтала последний час. Её даже не столь интересует трейлер Мансона, что на вид внутри был сам по себе необычный, как осознание того, что она наконец в безопасности и спать на улице не придётся. На стенах внутри трейлера были развешаны разнообразные бейсболки, заставленная посудой кухня, какие-то книги и кассеты на полках, одежда, валяющаяся на полу, на шкафах и кресле. Много мусора и бутылок, как неотъемлемая часть места обитания любого подростка.       — Прости за бардак. Гостей тут вообще не бывает, а горничная в отпуске. — Судорожно усмехнулся парень и стал быстро убираться, хватая первый попавшийся мусор и сминая его в руках.       Оглядываясь на Мансона, Бонни видела, как тот ловко прибирается, выбрасывая мусор, и подбегает к старому чайнику на плите. Он часто оборачивался на неё, а та всё отводила взгляд, лишь бы не смотреть на обнажённый торс парня.       В момент неловкого молчания Эдди понимает, что не так, он хватает первые попавшиеся под руку шорты и футболку и быстро натягивает одежду на себя. Бонни выдыхает, понимая, что больше не придётся пялиться на его татушки на груди и руках. Хотя Эдди явно был в хорошей форме, и Бонни была бы не против посмущаться вместе ещё немного... Осознав, о чём она думает прямо сейчас, девушка мотает головой, решив, что её больная фантазия слишком разыгралась из-за недосыпа.       — Бонни, что случилось? — Натянув на себя футболку Уэйна, заговорил Эдди. — Выглядишь... будто с пижамной вечеринки сбежала. — Парень подошёл чуть ближе и неловко, но обворожительно улыбнулся.       От этой улыбке девушке вдруг стало не по себе. Она переступила с ноги на ногу и попыталась спрятать свою дырку на носке. Она не была виновата в том, что её выгнали прямо в носках и шортах.       — Ты был прав, мне не нужно было оставаться. — Ответила та, вспоминая, как сильно зла на родителей.       — Давай я что-нибудь тебе принесу. — Мансон, кажется, увидев из-под шорт голые бедра девушки и её трясущееся тело, и улыбнулся, смущённо отводя взгляд в сторону коридора.       Взбудораженный их внезапной встречей Эдди последний раз взглянул на подругу и сорвался с места, убегая к себе в комнату.       — Хочешь, оставайся у меня! Дядя вернётся только на следующей неделе. У меня есть игры, и фильмы есть... э-э-э, даже ужастики где-то были. — Кричал он уже будучи в другой и дальней части трейлера.       Бонни в это время уже сидела на старом, но довольно теплом и мягком диване посреди комнаты. Подтянув к себе ноги, она положила голову её плечо и почувствовала, что сонливость вновь возвращается к ней. Соблазн закрыть глаза одолел её намного сильней, чем она могла сопротивляться, и она сдалась. Бонни была так вымотана, что уже не понимала, что кричит Эдди. А всё, что ей сейчас хотелось, это закрыть глаза и погрузиться в прерванный родителями сон.       Какое-то время она ещё ощущала, что происходит вокруг и чувствовала, как мягкое теплое одеяло медлено опускается на неё, обволакивая от пяток до самых ключиц. Это до мурашек приятное чувство могло сравниться лишь с ощущением рядом такого-то теплого тела. Диван рядом с Бонни проваливается, и та, не отвечая за себя, заваливается на бок. Спящая девушка уже не понимала, казалось ей это или Эдди действительно сел рядом и как-то неуклюже пытался подложить ей под голову подушку. К слову, подушка и не понадобилась, потому что во сне намного приятнее Бонни показалось расслабленное плечо Эдди.