Часть 13

Драко и Реми вернулись в поместье. В зале было пусто и безмолвно, лишь тиканье часов на стене нарушало гнетущую тишину. Драко тяжело дышал, словно готовый взорваться. Грудь сдавливал тугой ком, а ярость, подступающая к горлу, мешала сделать вдох. Его трясло. «Наоми... они все отправятся прямо туда... сегодня ночью...» Он тяжело рухнул на диван в гостиной, уткнувшись лицом в ладони. Реми молча наблюдала за ним, не утруждая себя пустыми утешениями. Внезапно её ухо уловило сдавленный, почти исступлённый крик Беллатрисы, донёсшийся из глубины поместья. Драко тоже услышал. Его сердце забилось чаще. Он коротко хмыкнул и резко поднялся, обернувшись к Реми. Та лишь чуть приподняла бровь, безмолвно спрашивая: «Идём?» Драко снова хмыкнул, медленно сжимая кулаки... и резко кивнул. Они вышли в холл, двигаясь на звук, который вёл в комнату, где Беллатриса допрашивала Гермиону и Наоми. На полу, среди тел гоблинов, лежал Крюкохват — бывший служащий Гринготтса. В центре этого хаоса, заляпанного полувысохшей кровью, стояли Люциус и Нарцисса, в то время как Беллатриса металась по залу. Реми пристально смотрела на Крюкохвата. Он не дышал, а в его руке был зажат меч. Вдруг меч стал растворяться, превращаясь в дымку, пока не исчез совсем. Беллатриса резко обернулась. Её глаза расширились от изумления, и она быстрыми шагами направилась к Реми, впиваясь пальцами в её плечи. Реми поморщилась от неприятных ощущений, её губы искривились. — Реми, ты же нам поможешь? — голос Беллатрисы дрожал, но в нём сквозила нездоровая, жадная надежда. — Ты же нам поможешь, глупая девчонка? Где они? Ты знаешь где Поттер? Драко отступил на шаг, едва сдерживая себя. Он смотрел на Беллатрису почти с ужасом, не веря, что та может выглядеть такой... неуверенной и испуганной. Реми хмыкнула и в её голосе явственно прозвучала насмешка: — С чего бы это? Беллатриса вспыхнула, но дрожь в голосе не утихала: — Потому что ты служишь ему! Ты знаешь его! Реми медленно покачала головой. Её глаза сверкали, как отполированная сталь. — Я никому не служу. — Неужели ты предашь своего господина?! — вскрикнула Беллатриса. Реми резко дёрнулась, высвобождаясь из её хватки одним отточенным движением. — Не смей прикасаться ко мне... и называть господином того, кто не знает моего прошлого. Беллатриса застыла, словно окаменев. Она смотрела на Реми с ненавистью и... страхом. Люциус и Нарцисса тихо переглянулись. Реми же сделала шаг вперёд, нависая над Беллатрисой. — Повторяю. Я. Никому. Не служу. Близость Реми явно беспокоила Беллатрису и она невольно отступила. Хмурясь и сжимая в пальцах палочку, она зло прошипела: — Тебе стоит помнить своё место, жалкая маглотка. Веки Реми дрогнули, будто от внезапного озноба. Даже Драко на мгновение опешил. — Что ты сказала? — голос Реми слегка дрожал, но в нём слышалась не злость, а безумная смесь страха и ненависти. Драко почувствовал, как по коже пробежал холод. Маглотка? Он не понимал... Реми — маглорождённая? Невозможно. Она чувствовала метку Тёмного Лорда, ощущала присутствие крестражей... чёрт возьми, она одним взглядом вселяла в него страх! Но её реакция... Это была не просто обида. Это была боль. Глубокая, пронзительная, как удар клинка. Но Драко вдруг осознал, что Реми и правда была маглом в прошлом. Она рассказывала ему. Реми застыла и казалось, будто воздух вокруг неё сгустился. Её голос стал тихим и опасным: — Никогда. Больше. Не произноси это слово в моём присутствии. Беллатриса рассмеялась — дико и истерично: — Что?! Я задела твои чувства?! А кто ты вообще такая?! Ты не рождена от магов! Не обучена нашими волшебниками! Ты — ничто! Реми вздрогнула. А потом... — Заткнись. Её голос стал ледяным. Бесстрастным. И в тот же миг комната словно замерла. Даже Беллатриса осеклась на полуслове. Реми медленно подняла руку... и метка на запястье Беллатрисы внезапно вспыхнула ослепительно-алым светом, пульсируя так сильно и болезненно, что та с криком рухнула на колени, хватаясь за руку. «Откуда она знает?» — пронеслось в голове у Драко. Откуда она узнала прошлое Реми? Воспоминания накатили лавиной: её молчание после допроса у Лорда, шрамы под повязкой... и то, как она всегда знала, когда его душа была ранена — не по словам целителя, а будто видела это насквозь. А теперь это... Беллатриса назвала её маглоткой. Но Реми только что заставила метку подчиниться ей без единого заклинания... Без магии? Нет — с помощью чего-то большего. Он смотрел на неё и впервые видел не холодную силу или загадочность. Он видел тот самый страх, ту самую дрожь в голосе, что прозвучала секунду назад. Реми опустила руку. Пульсация метки прекратилась. Беллатриса, тяжело дыша, оставалась на коленях. — Не смей говорить обо мне то, чего не понимаешь! — прошипела Реми. — Я существую вне ваших правил! Вне вашего мира! Я — тень того самого страха, что вы зовёте легендой! Драко замер. Его сердце колотилось громче, чем тиканье часов в холле. Реми, не мигая смотрела на Беллатрису, медленно приближаясь. Черты её лица заострились, кожа отливала мертвенной бледностью. Беллатриса попыталась отползти, но её колени не слушались. Из горла вырвался сдавленный стон. Реми медленно наклонилась над ней... И тихо, почти шёпотом, произнесла: — Если я ещё раз услышу это слово... — её голос стал зловещим.— Я сниму с тебя кожу живьем. Медленным движением Реми сняла повязку. Её глаза были ярко-зелёными, но в них не было ничего от обычного волшебника, да и в принципе того, кого они так безумно боялись. Лишь всепоглощающий холод, от которого стыла кровь. Казалось, её взгляд проникал под кожу, видя каждую трепетную мысль, каждый страх. Драко застыл. Сердце бешено заколотилось в груди. Она сняла повязку, но он стоял позади неё и не видел её глаз. Он почти боялся этого. Он видел, как Беллатриса трепетала под этим взглядом. Это была настоящая агония — не от боли в метке, а от самого проникновенного взора Реми. Реми медленно протянула руку к лицу Беллатрисы и прошептала: — Не сажай шипы на моей земле, быть может, завтра тебе придется явиться ко мне босиком. Больше она не добавила ни слова. Лишь надела повязку обратно. Комната будто вымерла, словно весь воздух и звуки были поглощены эхом её голоса. Беллатриса всё ещё лежала на полу, тяжело дыша. Воздух был наэлектризован. Люциус и Нарцисса молчали, обмениваясь красноречивыми взглядами. Драко не мог оторвать взгляд от Реми. Он едва сдерживал себя. Сжимая и разжимая кулаки, он пытался унять дрожь. Но слова Реми горели в его сознании, разжигая внутренний огонь. Гарри и его друзья, Наоми... Хогсмид, Хогвартс. «Она снова будет там. Снова пойдёт в самое пекло.» На мгновение ему захотелось схватить Реми за плечи и встряхнуть. Драко пожирал её взглядом. Тёмный Лорд в обществе Нагайны обошёл тела гоблинов и неторопливо покинул зал. Беллатриса, нервно дёргаясь, крикнула: — Уберите эти проклятые тела! Сожгите их к чёртовой матери! Беллатриса удалилась, а за ней — Люциус и Нарцисса. Реми постояла мгновение, затем направилась к лестнице. Драко догнал её и, грубо втолкнув в первую же открытую дверь, оказавшуюся кладовкой, заваленной хламом, захлопнул дверь. Он отшвырнул Реми к шкафу, так что она ударилась головой о дверцу и навис над ней, уперев ладони в дерево по бокам от её головы. — Что ты творишь, чёрт возьми? — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Что ты творишь, проклятая сука? — его голос сорвался на крик. — Разве Наоми заслужила участи, уготованной Поттеру? Реми даже не попыталась оттолкнуть его или отстраниться. Она лишь пристально смотрела ему в глаза, словно ожидая этой вспышки. Она молчала. Их лица были опасно близки. Реми наконец спокойно произнесла: — То, что я делаю, не твоё дело, Драко. — Нет, чёрт подери. Это как раз моё дело, мразь. Моё собачье дело, — его шёпот был обжигающе ядовит. — Ты ничего не понимаешь. Не понимаешь, каково это! Да, блять, ты пережила это в прошлом, но сейчас ты не в своём уме! Наоми — маглорождённая, она не связана с этим проклятым миром волшебников и войной. ОНА НЕ ДОЛЖНА БЫТЬ ВВЯЗАНА В ЭТО! Голос Драко дрожал, а глаза блестели — не от гнева, а от боли. — Ты сказала ему... ТЫ СКАЗАЛА ЕМУ! — он изо всех сил ударил кулаком по шкафу рядом с её головой. Дерево с треском поддалось. — Я не могу потерять её снова... Понимаешь?! Я НЕ МОГУ! Он замолчал, пытаясь перевести дыхание. — А ты стоишь и говоришь это так спокойно, будто тебе плевать, блять! Реми всё так же молчала. Лишь слегка склонила голову набок. В её глазах мелькнуло нечто неуловимое. Сочувствие? Или ледяное безразличие? Он пристально смотрел на неё. И не знал, что делать: задушить её здесь или... Внезапно Драко осознал, насколько близко он находится. Слишком близко. Но что-то мешало ему отступить. Очнувшись, он медленно выпрямился, сделав шаг назад, но не убрал руки от шкафа. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Руки всё ещё дрожали. На миг ему показалось, что сердце разорвётся. Но что-то удерживало его рядом. И Драко остался стоять почти вплотную, чувствуя исходящее от Реми тепло. Он продолжил, но уже тише: — Зачем ты это делаешь? Зачем причиняешь боль? Той, кого я... — его голос сорвался на шёпот. — Ты не понимаешь... — он почти про себя, закрыв глаза, — Я бы отдал всё, чтобы она была в безопасности. А ты... ты просто бросаешь её в пасть тому монстру. Он резко открыл глаза и уставился на Реми: — Ты хоть представляешь, что он может с ней сделать? Она даже волшебную палочку ни разу в руках не держала! Реми просто смотрела на него. Ни гнева, ни насмешки — лишь безмолвие и что-то непостижимое в её взгляде, скрытом за повязкой. Наконец, она медленно проговорила: — Я не причиняю ей боли. Я даю ей шанс выжить. Драко горько усмехнулся: — Шанс? Ты называешь это шансом? Реми чуть наклонилась к нему, её губы почти коснулись его уха, и она прошептала так тихо, что он едва расслышал: — Ты думаешь, я желаю ей смерти? Нет. Будь она обычной маглорождённой, она была бы уже мертва. Он замер. А она продолжила: — Но сейчас... сейчас она нужна Поттеру. Как никогда. И он защитит её любой ценой. Драко отпрянул, словно получив удар. Нет... это было хуже любого удара. Это было крушением всех его надежд и страхов одновременно. — Ты используешь её... как щит? — его голос охрип. Он запнулся, затем набросился снова: — Сними уже эту чёртову повязку, сука! Одним резким движением он сорвал повязку, и та упала на пол. Реми инстинктивно отвернулась, зажмурившись, затем, с тяжёлым вздохом, повернулась и встретилась с Драко взглядом. Да, её глаза были ярко-зелёными, но теперь он видел их, холод был не оттенком, а сутью. Взгляд, прожигающий насквозь. Драко застыл, глядя в них. Не от страха. А от осознания того, что он не увидел ничего — ничего, кроме этой пронзительной, нечеловеческой стужи. Он ждал чуда, знаков, тьмы... но нет. Лишь зелень. Холодная, как лёд. — Я смотрю на тебя... — его голос дрожал, — и не понимаю... Кто ты? Реми медленно подняла руку к его лицу. Он инстинктивно напрягся, но не отстранился. Её пальцы коснулись его щеки, ледяные. — А ты? Кто ты? Мальчик из знатного рода? Или тот, кто боится потерять последний свет в своей жизни? Драко хотел ответить резко, но слова застряли в горле. Потому что она была права. Абсолютно права. И тогда Реми вновь надела повязку и тихо произнесла: — Если хочешь спасти её — действуй, идиот.