Часть 14

Ночь в Хогсмиде была холодной и беспощадной. Воздух, казалось, застыл от страха. По темным, пустынным улицам метались четверо беглецов, заливая ледяной лунный свет. Деревня кишела Пожирателями смерти. Заслышав вдали грубые крики, они шмыгнули в узкий переулок, отгороженный ржавой железной решеткой. — Выходи! — Выходи, Поттер! — донеслось из ночи. Гермиона с силой толкнула калитку, но та лишь злобно скрипнула, не поддаваясь. В леденящей темноте вдруг послышался хриплый голос. — Сюда, Поттер. Не раздумывая, они рванули внутрь и, почти не дыша, стали спускаться по крутой каменной лестнице. — Ты его видела? — прошептал Рон, хватая Гермиону за рукав. — Я на секунду подумал, что это... — Знаю, Дамблдор, — перебила она, все еще не в силах отдышаться от бега. Они оказались в низкой сырой комнате, погруженной во мрак, который едва разгоняли два-три коптящих фонаря. Взгляд Гермионы скользнул по стенам и зацепился за ряд потемневших от времени картин. На одной из них был изображен юноша с живыми зелеными глазами и знакомым шрамом на лбу. — Гарри... я вижу в нем тебя! — воскликнула она. Гарри медленно приблизился. Рон остался чуть позади, бдительно наблюдая за помещением. Из глубокой тени, за стойкой, донесся голос, звучавший как торопливый, недовольный шепот. — Наивные глупцы, зачем вас сюда принесло? Вы хоть представляете, насколько это опасно? — Вы... Аберфорт? — обернувшись, спросил Гарри. — Брат Дамблдора. Это вас я видел в осколке. И это вы послали Добби. — Где вы его оставили? — с беспокойством в голосе спросил Аберфорт. — Он у Билла. Его ранили, но мы спасли его. Он поправляется, — покачал головой Гарри. — Рад слышать. Мне этот эльф по душе. Гарри повысил голос, указывая на двустороннее зеркало в грязной раме. — А откуда у вас это зеркало? — Приобрел у одного наземника год назад, — буркнул Аберфорт, поправляя занавеску. — Он не имел права его продавать! Оно принадлежало... — начал Гарри, но Аберфорт резко перебил его. — Сириусу. Альбус сказал мне. И еще он сказал, что ты будешь в бешенстве, узнав. Но спроси себя, где бы ты был сейчас, не окажись у меня это зеркало? — Он монотонно произнес эти слова, приближаясь. Гарри замолчал. У него не находилось ответа. — Я принесу вам еды. Вы, кажется, проголодались. Он ненадолго удалился и вернулся с хлебом, сыром и кувшином воды. Гермиона, Рон и Наоми набросились на еду с жадностью, словно не ели несколько дней. Гермиона разломила булку и молча протянула куски товарищам. Её голос прозвучал тихо, но чётко, нарушая гнетущую тишину. — Вы слышали что-нибудь о других из Ордена? Аберфорт Дамблдор, полустоявший у стойки, не глядя на них, мрачно хмыкнул. Его голос был спокоен, но звучал хрипло, будто пропущенный через груду битого стекла. — Ордена больше нет. Сами-знаете-кто победил. А тот, кто говорит иначе, лишь обманывает себя. Гарри встал. Он подошел к камину, повернувшись спиной к загадочной картине, изображавшей юную девушку, которая неподвижно смотрела в пустоту. Его отражение в грязном зеркале за стойкой было бледным и изможденным. — Нам нужно попасть в Хогвартс. Сегодня. Дамблдор поручил нам одно дело, — сказал он монотонно, глядя на потухающие угли. Аберфорт медленно повернул голову. В его голубых, почти выцветших глазах, так непохожих на пронзительные очи его брата, мелькнула насмешка. — Да неужели? Хорошее дело? Легкое? — Мы охотимся за крестражами. И думаем, что последний находится в замке. Нам нужна ваша помощь, — Гарри повернулся и теперь его взгляд встретился со взглядом Аберфорта. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском огня. Аберфорт отставил свой бокал. Его лицо исказила гримаса гнева и чего-то еще, похожего на отчаяние. — Мой брат не поручал вам этого. Это настоящее самоубийство. Сделай одолжение, мальчик, иди домой. Поживи еще немного, — его голос стал тверже, в нем зазвучала сталь. — Дамблдор доверил мне сделать это, — холодно отчеканил Гарри, и имя Альбуса прозвучало как вызов. Аберфорт резко поднялся. Он шагнул к Гарри и его тень, гигантская и уродливая, заплясала на стене. — А с чего ты взял, что ему можно доверять? Чему можно верить из того, что мой брат наговорил тебе? Он хоть раз упоминал мое имя? — он говорил с горькой усмешкой, держа в руке пустой бокал. Затем его палец, жесткий и обвиняющий, резко ткнул в сторону картины. — Он говорил тебе про нее? Гарри непроизвольно повернулся к изображению девушки. Его взгляд скользнул по наивному лицу, а затем, ничего не поняв, вернулся к Аберфорту. — Зачем ему... — Хранить секреты? Это ты мне скажи, — глумясь, спросил Аберфорт и его хриплый голос зазвучал ядовито. В Гарри что-то сорвалось. Вся его боль, страх и ярость последних месяцев вырвались наружу одним криком, от которого Рон и Гермиона вздрогнули. — Я верил ему! — Это слова мальчишки! — надменно воскликнул Аберфорт, снова приближаясь. Он был теперь совсем близко и Гарри чувствовал запах эля и старой одежды. — Который гоняется за крестражем, следуя словам человека, который даже не сказал ему, с чего начать. Ты лжешь! — его палец снова был направлен на Гарри, как копье. В его голосе слышалось не просто раздражение, а давняя, выстраданная боль. — Не только мне, это неважно. Но и себе самому. Так поступают глупцы. Ты вовсе не показался мне глупцом, Гарри Поттер. И я снова задаю вопрос: так в чем же причина? Гарри замер. Он заметно замолчал, его сжатые кулаки дрожали. Но когда он заговорил снова, его голос был тихим и ледяным. — Мне неинтересно, что произошло у вас с братом. Мне все равно, что вы сдались. Аберфорт опешил. Эти слова, произнесенные с такой холодной уверенностью, казалось, сбили его с толку. Он отступил на шаг и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое — может, удивление, а может, тень разочарования. — Я верил человеку, которого знал, — окончательно и бесповоротно произнес Гарри. — Нам нужно в замок. Сегодня же. Напряжение в комнате достигло пика и вдруг лопнуло. Аберфорт медленно перевел взгляд на картину. Его плечи опустились, словно с них сняли невидимую тяжесть. — Ты знаешь, что делать, — тихо, почти беззвучно произнес он. И картина ожила. Девушка, до этого бывшая лишь мазками краски, повернула голову. Ее взгляд был живым и печальным. Она не спеша пошла прочь, растворяясь в пейзаже, где на фоне залитого багрянцем заката виднелись знакомые башни Хогвартса. Она шла к закату, становясь все меньше и меньше, пока не исчезла совсем. — Куда вы её отправили? — недоверчиво прошептал Гарри, не в силах оторвать глаз от теперь уже пустой, на первый взгляд, картины. Аберфорт тяжело выдохнул, словно этот разговор стоил ему последних сил. — Скоро вы всё узнаете. Он вышел, хлопнув дверью, оставив четверых охотников за крестражами в ошеломленном молчании. Воздух, казалось, сгустился от невысказанного. Гарри, Рон, Гермиона и Наоми переглянулись, не зная, что им делать дальше. Прошло несколько томительных минут, прежде чем дверь снова скрипнула и Аберфорт вернулся. Он бросил на стол какой-то сверток, но его взгляд был прикован к пустой картине. И тогда, не глядя на них, он заговорил. Его голос утратил прежнюю агрессию, в нем теперь звучала лишь бесконечная, выстраданная усталость. — Её звали Ариана, — начал он так тихо, что им пришлось замереть, чтобы расслышать. Он смотрел на место на стене, где секунду назад была девушка. — Моя сестра. Гарри почувствовал, как у него внутри всё сжалось. Он не знал, что у Дамблдора была сестра. — Ей было шесть лет, — продолжил Аберфорт и его глаза стали остекленевшими, устремленными в прошлое. — Когда на неё напали. Трое магглорожденных мальчишек. Они подглядели, как она колдует... им стало страшно. Они заставили её делать то, чего она не могла... это сломало её. Сломало разум. Магия обратилась внутрь, сделала её опасной... для себя, для окружающих. Он медленно повернулся к Гарри и в его взгляде была такая бездна горя, что Гарри стало не по себе. — Отец наш отправился мстить. Он нашел их. Он убил их. Не спросив, не разобравшись... он просто убил. За что его и упекли в Азкабан. До конца своих дней. Он ни о чем не жалел. Только просил передать ей, что любит её. В трактире стояла гробовая тишина. Даже пылинки, казалось, застыли в воздухе, слушая это давнее проклятие. — А мы с Альбусом... мы остались с ней. С Арианой. Мы должны были хранить её в тайне, спрятать её безумие от мира. Наша мать... она погибла от её же случайного заклинания. И тогда забота о сестре легла на нас. На меня. — Аберфорт сжал кулаки. — А Альбус... блестящий, гениальный Альбус... он рвался прочь. Он был пленником в собственном доме. Он ненавидел это. Ненавидел, что его великая судьба заперта в четырёх стенах с безумной сестрой и младшим братом. Он сделал паузу и его следующий выдох был похож на стон. — А потом появился он. Геллерт Грин-де-Вальд. С его идеями о благе великом, о власти волшебников... о величайшем благе. Они с Альбусом строили планы. Мечтали покорить мир ради нашего же блага. Ради блага всех нас, "несчастных". — Аберфорт ядовито усмехнулся. — Однажды я им сказал... крикнул, что их "величайшее благо" — это поставить чайник, позаботиться о больной сестре! Мы поссорились. Втроем. Вышла Ариана... она не понимала, что происходит... её магия вырвалась наружу... и её убило. Не знаю, чье именно заклинание, чья это была вина... моя, Альбуса, Грин-де-Вальда... Неважно. Её не стало. Он умолк и тишина, последовавшая за его словами, была оглушительной. Гарри смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова. Перед ним был не злой трактирщик, а сломленный горем человек, десятилетия носивший в себе эту боль. — И после этого, — голос Аберфорта снова стал твердым и колким, — ты хочешь, чтобы я верил каждому слову моего брата? Человека, который с юности был готов пожертвовать собственной семьей ради "высшей цели"? Человека, который никогда и никому не рассказывал о сестре, потому что эта история мешала его безупречному образу? Он использовал людей, Гарри. Всегда. И я вижу, как он использует тебя. Ты для него — очередной винтик в великом плане. И я не хочу, чтобы ты закончил, как Ариана. Просто ещё одной жертвой на алтарь "величайшего блага". С этими словами Аберфорт резко развернулся и снова вышел, оставив ребят под гнетом услышанного, с одной-единственной нитью к спасению — тайным ходом в замок, который вот-вот должен был открыться. Ребята переглянулись. — Он дважды спас нам жизнь. Следил за нами через зеркало, — наивно сказала Гермиона. — Это не похоже на человека, который сдался, — почти шепотом добавила она, наклоняясь к Гарри. В этот момент Ариана на картине начала возвращаться и с ней был кто-то еще. Проход открылся и в нем стоял... Невилл. — Невилл, ты выглядишь... — Гарри не мог сдержать улыбку. — Ужасно, я знаю, — присел на корточки Невилл и на его лице расплылась глуповатая улыбка. — Ерунда. Симус выглядит еще хуже. Позади них скрипнула половица. Вернулся Аберфорт. — Аберфорт, к нам еще люди подойдут. — Хорошо, Невилл. Спасибо. Идите, — спокойно сказал он. Затем его взгляд упал на Гарри. — Гарри Поттер, мой брат пожертвовал многим ради вас. Не подведите его. Гарри кивнул и они, не мешкая, последовали за Невиллом в тайный проход. — Не припоминаю этого хода на Карте Мародёров, — поднял бровь Рон. — Раньше его и не существовало, — пояснил Невилл, освещая палочкой темный туннель. — Семь потайных ходов опечатали перед началом года. Остался только этот. В замке полно Пожирателей Смерти и дементоров. — Что, Снейп ужасный директор? — поинтересовалась Гермиона. — Его почти не видно, — ответил Невилл, а затем сменил тему. — Остерегайтесь Кэрроу. — Кэрроу? — переспросил Гарри. — Да, брат и сестра. Отвечают за дисциплину. Они обожают наказывать, — обернувшись, Невилл пальцем указал на синяк под своим глазом. — Это они тебе поставили? За что? — встревоженно воскликнула Гермиона. — Сегодня на Заклинаниях Тёмных искусств нас заставили применить Круциатус на первогодках. Я отказался, — перевел дух Невилл. — Хогвартс изменился. Они продвигались по туннелю и только свет от палочки Невилла рассекал густую тьму. Наоми спотыкалась о валявшиеся на полу камни. Её запястье по-прежнему ныло и пекло, тогда как у Гермионы всё было в порядке. Наконец, они подошли к выходу. — Что ж, немного развлечемся? — спросил Невилл. Он отодвинул картину, ведущую в гостиную, где на кроватях и разбросанных матрасах сидели ученики. — Друзья, внимание, у меня для вас сюрприз, — объявил Невилл. Симус, сидя на своей кровати со скрещенными на груди руками, спросил: — Очередная стряпня Аберфорта? Сюрпризом будет, если мы её на этот раз переварим. Невилл усмехнулся и отступил в сторону, открыв взорам Гарри и остальных. — Чёрт возьми! — радостно крикнул Симус, подскакивая с кровати. Остальные ученики тоже вскочили. Со всех сторон послышались возгласы: «Гарри!» и зал взорвался аплодисментами. Они спрыгнула вниз. Все бросились обнимать Гарри. Наоми спустилась следом за Роном, который подал ей руку. — Скажи Люпину и остальным, что Гарри вернулся, — тихо прошептал Невилл одному из учеников. Затем он вышел вперед. — Ладно, не убейте его раньше, чем сами-знаете-кто. Наоми и Гермиона приблизились к Невиллу и Гарри. Невилл сложил руки на груди. — Итак, какой план, Гарри? Гарри медленно обвел взглядом собравшихся. — Нам нужно кое-что найти. Спрятанное здесь, в замке. И это поможет нам победить, — в его голосе впервые зазвучала надежда. — Понятно. И что это? — спросил Невилл. — Мы не знаем, — честно ответил Гарри. — Где оно? — крикнул кто-то из толпы. — Этого мы тоже не знаем. Понимаю, сведений мало. — Их вообще нет, — отрезал Симус. — Я думаю, это как-то связано с Когтевраном. Это что-то... маленькое. То, что легко спрятать. Есть идеи? Воцарилась тишина. Ребята переглядывались, но вдруг её нарушила Полумна. — Может, это диадема Когтеврана? — Чёрт подери, началось, — буркнул Рон. — Диадема Когтеврана. Разве никто о ней не слышал? Она же знаменита... Стоявшая рядом Чжоу повернулась к Полумне. — Да, Полумна. Но она исчезла много веков назад. Никто из ныне живущих не видел её. — Кто-нибудь объяснит, что такое диадема? — растерянно спросил Рон. — Это такая корона, ну... или тиара, — терпеливо пояснила Чжоу. Внезапно послышались быстрые шаги. Это была Джинни. Она замерла в нескольких метрах от Гарри. — Гарри... — произнесла она отчуждённо, с ноткой нервозности. — Привет... — смущённо и встревоженно сказал Гарри. Рон помедлил, затем обернулся к Наоми и Гермионе. — Полгода не виделась, а ведет себя, будто меня здесь нет, — раздражённо проворчал он. — Подумаешь, брат... — Братьев у неё много, а Гарри — один, — усмехнулся Симус. — Заткнись, Симус, — недовольно буркнул Рон. — В чём дело, Джинни? — обеспокоено спросил Невилл. — Снейп знает... он знает, что Гарри был замечен Хогсмиде. Ужас отразился на лицах всех присутствующих. Хогвартс погрузился во мрак, казавшийся гуще обычного. Атмосфера была пропитана холодом и подавляющей властью. Профессор Снейп собрал всех учеников в Большом зале. Медленно проходя между рядами, он остановился и обвёл всех ледяным взглядом. — Многие из вас, наверняка, удивлены, зачем я собрал вас в столь поздний час, — его голос был ровным и металлическим. — Мне стало известно, что сегодня вечером Гарри Поттер был замечен в Хогсмиде. По залу пробежал ропот. — Итак... если кто-либо из преподавателей или учеников попытается помочь мистеру Поттеру, он будет наказан со всей строгостью, какую заслуживает его проступок. Более того, любой, кто будет знать о подобном содействии и не сообщит о нём, будет считаться соучастником. Итак, если кому-то здесь что-либо известно о перемещениях мистера Поттера этим вечером, я приглашаю его выйти вперёд. Сейчас. Все ученики опустили головы и затаили дыхание. Казалось, в зале не дышали. Внезапно сзади послышался гул. Все обернулись. — Я думаю, несмотря на все ваши... исчерпывающие защитные меры, у вас проблемы с безопасностью, директор, — спокойно, отчеканивая каждое слово, произнёс Гарри, выходя из толпы. Дверь распахнулась. Позади него стояли члены Ордена Феникса — те, кто ещё оставался в строю. — И, боюсь, весьма серьёзные. Орден вошёл в зал. Среди них была и Наоми. — Как вы смеете стоять там, где стоял он? — закричал Гарри и в его голосе звенела ярость. — Скажите им, что произошло в ту ночь! Скажите, как вы смотрели ему в глаза! Он доверял вам, а вы... вы убили его! — его крик нарастал, — Скажите им! Снейп выхватил палочку, направляя её на Гарри. Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, закрывая Гарри собой, затем несильно оттолкнула его в сторону и навела свою палочку на Снейпа. Ученики ахнули. Члены Ордена сгруппировались, готовые вмешаться. Повисла звенящая тишина. Время, казалось, остановилось. И тогда МакГонагалл выпустила заклинание. Огненный шар рванулся к Снейпу, но тот легко парировал его, не отвечая атакой. В его глазах читался не страх, а скорее растерянность. Руки Минервы дрожали, но с каждым новым заклинанием она наступала, а Снейп лишь отбивался, не контратакуя. Один из огненных шаров, отражённый им, врезался в двух стоящих сзади Пожирателей и те рухнули на пол. Снейп, описав в воздухе стремительную дугу, вылетел в окно, разбив его вдребезги. — Трус! — крикнула ему вдогонку Минерва. Зал взорвался аплодисментами. Минерва одним взмахом палочки зажгла все факелы и в Большом зале снова стало светло. Внезапно у Гарри закружилась голова и он рухнул на пол. — Поттер? — обеспокоенно воскликнула Минерва, наклоняясь к нему. Тихий шёпот пронёсся по залу. Атмосфера снова стала жуткой. Воздух потемнел и сгустился. Раздался пронзительный крик. Все обернулись на девушку, которая, зажав уши руками, кричала в ужасе. К ней тут же присоединилась другая. Все инстинктивно заткнули уши. Голос Тёмного Лорда, шипящий и леденящий душу, разносился по залу, будто его доносили сами стены Хогвартса. — Я знаю, что многие из вас захотят сражаться. Некоторые из вас даже полагают, что сражаться — это мудро. Но это — безумие. Отдайте мне Гарри Поттера... и никто не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера и я оставлю Хогвартс в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера и вы будете вознаграждены. У вас есть... один час. Эхо его последних слов, пронзительное и страшное, медленно затихло. Атмосфера в зале вернулась к прежнему, напряжённому состоянию. Тишину нарушила Пэнси Паркинсон, прячась за Блейзом Забини. — Чего вы ждёте? Хватайте его! Наоми и Гермиона мгновенно выскочили вперёд, закрывая Гарри собой. К ним тут же присоединились остальные члены Ордена. — Ученики не в постелях! Ученики не в постелях! Ученики в коридоре, мэм! — с ужасом кричал Филч, вбегая в зал с миссис Норрис на руках. — Потому что им приказано быть здесь, бестолковый идиот! — раздражённо парировала Минерва. Филч опешил, застыв перед ней. — Э-э... простите, мэм... — Как ни странно, мистер Филч, ваше появление весьма кстати, — продолжила она, направляясь к нему. — Я попрошу вас вывести мисс Паркинсон и остальных учеников Слизерина из этого зала. — И куда именно мне следует их вывести, мэм? — В подземелье вполне сойдёт, — находчиво ответила Минерва. Зал снова взорвался аплодисментами. — Хорошо, ладно! Все, за мной! — скомандовал Филч и слизеринцы потянулись за ним. Минерва повернулась к Гарри. — У вас же была причина вернуться, Поттер? Вам что-нибудь нужно? — Время. Столько, сколько вы сможете мне дать. — Делайте, что должны. Я буду защищать замок. Гарри направился к друзьям, но Минерва окликнула его снова. — Поттер, я рада вас видеть. — Я тоже, профессор. Гарри обернулся и положил руку на плечо Невилла. — Держитесь, Невилл. Они поспешили к выходу, пока в Хогвартсе вокруг них царил хаос. Ученики бегали, кричали и собирались в группы. Наоми, Гермиона и Рон догнали Гарри. — Гарри, мы с девочками кое-что обсудили, — начал Рон. — Неважно, найдём мы крестраж или нет... — В каком смысле? — спросил Гарри. — Если мы не сможем его уничтожить... — добавила Гермиона. — В общем, я подумал... — запнулся Рон. — Рон подумал! Это его идея и она гениальна! — воскликнула Наоми. — Ты уничтожил дневник Тома Реддла клыком василиска. Так вот, мы знаем, где взять ещё один, — объявил Рон. — Хорошо, — Гарри кивнул. — Только возьмите Карту, так вы найдёте меня, когда вернётесь. Он сунул Карту Мародёров в руку Рону и развернулся, чтобы уйти, но Гермиона остановила его. — Куда ты идёшь? — В гостиную Когтеврана. Надо с чего-то начать. Гарри побежал вверх по лестнице, а Рон, Гермиона и Наоми остались внизу. — А мне куда? — тревожно спросила Наоми. — Наоми, дорогая, спрячься где-нибудь, — обеспокоенно сказала Гермиона. — Нам жаль, что мы втянули тебя во всё это, — печально добавил Рон. — Всё в порядке. Я найду вас позже! — Хорошо, — в унисон ответили они и все разошлись в разные стороны. Тем временем остальные следовали за Минервой МакГонагалл, которая быстрым шагом направлялась ко входу в замок. — Я правильно понимаю, профессор? Вы разрешаете нам это сделать? — восторженно спросил Невилл. — Совершенно верно, мистер Долгопупс, — сурово ответила она. — Взорвать мост? Бум! — Бум, — саркастично повторила Минерва. — Круто, — удивился Невилл. — Но как нам это сделать? — Обсудите это с мистером Финниганом. Насколько я помню, у него особая предрасположенность к пиротехнике. — Я всё устрою, — тут же вызвался Симус. — Я в вас не сомневаюсь. Идите уже, живо! — поторопила их Минерва и ребята бросились выполнять приказ. Один из преподавателей, стоявший рядом, мрачно заметил: — Мы не сможем сдерживать сами-знаете-кого вечно. — Однако мы способны его задержать, — твёрдо парировала Минерва. — Его зовут Волан-де-Морт. Называйте его по имени! Вас это не спасёт, но покажет, что мы не намерены прятаться. Он в любом случае попытается убить вас. Затем она повернулась к замку и, взмахнув палочкой, громко и чётко произнесла: — Пьертокорпус Локомотор! Каменные рыцари и горгульи, украшавшие фасад, с грохотом сошли со своих постаментов, приземлившись на одно колено. Один за другим они поднялись и медленно, неумолимо двинулись к воротам. — Хогвартс в опасности! — голос Минервы гремел под сводами. — Охраняйте границы! Защищайте нас! Исполните свой долг перед школой! Она сложила руки на животе и в её глазах блеснул огонёк. — Я всегда мечтала применить это заклинание, — с лёгким смешком призналась она стоявшей рядом миссис Уизли. Преподаватели и Молли Уизли, выстроившись в линию, начали накладывать защитные чары. Один за другим они произносили заклинания и невидимый, но прочный барьер начал медленно подниматься, окутывая Хогвартс сияющим куполом, готовым принять на себя удар тьмы.