Часть 3: (Раз)решение проблем.

      Дверь в его каюту с шипением закрылась, и Мегатрон на несколько долгих секунд просто стоял посреди серого помещения, опираясь руками о холодную консоль. В аудиорецепторах ещё стоял гул от голосов его командиров. Но теперь это был не шум битвы, а нечто более сложное и пугающее.       Мегатрон задумчиво уставился в одну точку, и его первой мыслью было то, что они действуют по неизвестным мне тактическим протоколам. Их мотивация — тёмная материя. Чтобы вернуть контроль над ситуацией, ему нужно понять логику противника. «— Нет... не противника. Союзников?.. Черт возьми.» Он резко выпрямился. Если это новая форма войны, то он её выиграет. Как и любую другую.       Он грузно опустился в кресло перед мощным терминалом и запустил его. Голографический экран вспыхнул в полумраке.       Это могло быть его решением. Глупо, но может сработает? — Так он предположил. — Если единственный вариант это... Внутренняя база данных Кибертрона. Он ввёл запрос: «Психология фем-кибертронцев. Особенности социального взаимодействия». · Результат: Сухие, устаревшие научные труды эпохи Расцвета. Диаграммы, формулы, статистика о рабочих коллективах. Ничего о том, как вести себя, когда твой начальник воздушных войск смотрит на тебя как на трофей, а главный учёный хочет разобрать на молекулы из чистого любопытства. Мегатрон бьёт кулаком по консоли. — Бесполезный хлам!       Отчаявшись, он делает то, чего никогда не делал — обращается к примитивным, но, возможно, релевантным источникам. Он взламывает земной интернет. · Запрос: «Как понять женщин?» · Результат: Его оптики чуть не выходят из строя от хаоса. Тысячи противоречивых советов, форумов, видео с котиками, статьи из глянцевых журналов с заголовками вроде «10 знаков, что она в вас заинтересована» и «Что хочет женщина: руководство для мужчин».       Мегатрона смотрит на всё это с нарастающим ужасом и непониманием. «Что... что значат эти диаграммы знаков зодиака? При чём тут лунные циклы? И почему они постоянно упоминают «разговор о чувствах»? Это какой-то шифр?» — Да нет. Какой-то земной бред. — Решил он. Такие гороскопы и уроки так называемого «пикапа» вряд ли помогут с четырьмя десептиконскими фемками.       Он не сдаётся. Он начинает составлять сводную таблицу, сопоставляя земные термины с поведением своих подчинённых. · «Кокетство» — Демонстрация боевой готовности с элементами эстетики». Объект: Нокаут. · «Ревность» — Повышенная агрессия в отношении внутрифракционных соперников. Объект: Старскрим. · «Забота» — Предоставление ресурсов/услуг без тактической необходимости. Объекты: Саундвейв (данные). · «Научный интерес». Тут он зависает. — Шоквейв... Ты просто ненормальная.       Мегатрон откинулся на спинку кресла, и на его лице появляется первая за день тень не злости, а стратегического удовлетворения. Он разрабатывает «Боевой устав по взаимодействию с фем-персоналом». Пункт 1: Любое предложение «обследования» от Шоквейв рассматривать как потенциальную диверсию и акт шпионажа. Требовать дублирующее заключение у... кого? Никого. Пункт требует доработки. Пункт 2: Запретить Старскрим и Нокаут находиться в одном помещении с легковоспламеняющимися материалами. И без острых предметов. Пункт 3: Поощрять молчаливую поддержку Саундвейв, так как она является единственным источником объективной информации в условиях дезинформации.       Он смотрит на свой «труд» и понимает, что не стал чувствовать себя увереннее. Он лишь осознал всю глубину пропасти. Эти земные руководства были бесполезны против кибертронских женщин, чья «симпатия» могла выражаться в желании разобрать тебя на запчасти или застрелить соперницу.       Мегатрон подумал и пришёл к такому выводу: — Так. Теория ясна. Она не работает. Остаётся единственный вариант... полевые испытания. Но с кого начать? С самой логичной... или с самой опасной?       Он гасит экран. В тишине его каюты рождается новый, пающий план. Возможно, Шоквейв была не так уж и неправа. Чтобы понять врага, нужно его изучить. И он начнёт... с самой большой загадки. А для этого ему надо встретиться с этим... этой безумной учёной. Он не привык так к ней обращаться...              

***

      Мегатрон стоял перед массивной бронированной дверью, ведущей в лабораторию Шоквейв. На ней красовалась стандартная табличка «Осторожно: Высокое напряжение. Биологическая опасность», а чуть ниже кто-то от руки подписал: «И просто опасно».       Его системы работали на повышенных оборотах. Внутренние датчики показывали учащённый пульс энергетического контура и лёгкую дрожь в пальцах, которую он подавлял, сжимая их в кулаки.       Он думал лишь одно. «Это безумие. Чистейшей воды безумие. Добровольно отдаться в лапы учёного, для которого этика — пустой звук, а мораль — переменная в уравнении. Она может... всё, что угодно. Перепрограммировать. Усилить. Ослабить. Разобрать на молекулы и собрать заново, встроив какой-нибудь дурацкий свисток, который будет пищать, когда я злюсь.»       Он вспомнил, как Шоквейв, увлёкшись, и стала инициатором всего этого квинтеца. И он (тогда) заявлял, что пытки своих соратников ради информации и знаний это совершенно нормально. Он этого как-то боялся. «Страх...» — констатировал он про себя. «Так вот как он ощущается. Не страх перед лицом Оптимуса Прайма, а холодный, липкий страх перед неизвестностью. Перед тем, кто смотрит на тебя не как на лидера или врага, а как на интересный образец под стеклом.» Он сделал шаг вперёд. Дверь не открывалась. «Я могу развернуться и уйти. Сказать, что передумал. Я — Мегатрон. Мне не нужно ни перед кем оправдываться.»       Мысль была заманчивой. Уйти. Объявить всё это глупой затеей. Вернуться в тронный зал и попытаться управлять своим «гаремом» старыми добрыми методами — криком и угрозами.       Но затем он вспомнил взгляд Старскрим, полный собственнического голода. Взгляд Нокаут, оценивающий его как аксессуар. Молчаливое, всевидящее око Саундвейв.       И он понял. Лаборатория Шоквейв, при всей её очевидной опасности, была известной угрозой. Проклятым, но логичным местом. В то время как его собственный корабль превратился в поле битвы, правила которой он не понимал.       Ему пришла мысль, которая почти до конца развеяла его неуверенность. Всё же он не трус как Старскрим. «Страх перед безумием одной — меньшее зло, чем страх перед безумием всех сразу. По крайней мере, здесь я могу ожидать определённой... последовательности в действиях.» Он поднял руку. Его палец замер в сантиметре от кнопки вызова. «Если она сделает хоть один шаг, хоть один сканер не в ту сторону... я вырву ей этот единственный глаз и отправлю его Старскрим в виде подарочной упаковки.» Эта мысль придала ему некоторого успокоения. Чувство контроля, даже иллюзорное, было лучше, чем ничего.       Он нажал на кнопку. Голос Шоквейв, ровный и лишённый эмоций, прозвучал из динамика: — Дверь открыта. Заходите, лорд Мегатрон. Не бойтесь, всё стерильно. — Она сказала "не бойтесь". Значит, она видит моё состояние. Значит, она его анализирует. Чёрт.       С глубоким вдохом, который больше походил на скрежет двигателя, Мегатрон переступил порог своей добровольной пытки. Дверь с грохотом закрылась за ним, отсекая путь к отступлению. Он пошёл. Не потому что был храбр. А потому что боялся того, что осталось за дверью, сильнее.