6. Сильная фигура (часть 1)

Через пару часов Нолан возился на складе Выручай-комнаты с тайником, доставая на свет осквернённое наследие основательницы его факультета. Детский организм охватил приступ возбуждения, будто при первом знакомстве с магией. Проведя ладонью по гладкой поверхности куба, он окропил его своей кровью. Рунические кластеры засветились изнутри мистическим зелёным оттенком, активируя заложенную внутрь программу. Из куба вырвались тонкие едва заметные нити и, удлинившись, оплели диадему светло-серым коконом. Внезапно из крестража раздался истошный вой. Нити дрогнули, покрывшись чёрной дымкой, но не отступили. Прочность изделия оправдывала его цену. — ТЫ! Что ты творишь?! — Историю, — ответил Нолан, отвлекаясь на появление иллюзии тёмного мага в балахоне. Амулет защиты разума слегка нагрелся, но сдержал ментальную атаку. — Не сопротивляйтесь. Итог никогда не подлежал сомнению, милорд. Вообще-то подлежал, но пока процесс захвата идёт успешно. — Думаешь, это жалкое устройство способно удержать меня? Не глупи, мальчишка! Лорд Волдеморт во врагах — худшая участь! — На мой взгляд, худшая участь — это поцелуй дементора, — непринуждённо рассуждал Нолан, пока ловушка выкачивала тёмную энергию. — Либо ваше нынешнее состояние. Дилемма века: вечная агония или вечное небытие. — Не тебе судить о столь тонких материях, ничтожество! — мрачную фигуру трясло от ярости и бессилия. В алых зрачках Реддла плескалось желание убивать, но вместе с ним и осознание тяжкого бремени первого варианта. Вне всяких сомнений, десятилетия в одиночестве без прав на полноценное существование изменит приоритеты кого угодно. — Ошибаетесь. Вы ведь и так заложник своего безумного "Я", — Авингтон прекрасно понимал, куда давить. — А я не безумен, или по крайней мере, моё безумие не выражено в примитивной форме. — Лорд Волдеморт НИКОГДА не станет чьим-то рабом! — отчаянно метался осколок души, чувствуя как его затягивает в новое вместилище. — Разве я говорил про рабство? Мне нужны лояльные сотрудники. Но ничего, у нас ещё будет время всё обсудить. Наконец, после нескольких минут тщетной борьбы крестража куб с тихим гудением заточил скверну внутри себя. Теперь настал черёд мощной привязки к хозяину артефакта, которым, как Нолан успел дважды проверить, он являлся со стопроцентной точностью, поскольку кровавая дань перед процедурой захвата служила чётким идентификатором. Сработало! Осталось только дождаться, пока непокорному духу магия привьёт узы покорности, благо часов праздного отдыха до отбоя хватало. Ранее он уже убедился, что Гринграсс не шпионит за ним возле гобелена Варнавы Вздрюченного, сейчас же пора убедиться в полезности диадемы. Надев очищенную диадему Ровены Рэйвенкло, Нолан моментально почувствовал разницу. Легенда гласила, что богатое украшение послужило для основательницы Хогвартса подспорьем в магических исследованиях и, к счастью, легенда подтвердилась. Эффект от её ношения напоминал продвинутый нейрочип, только без цифрового архива и интерфейса. Скорость мышления выросла кратно, а разум буквально разрывало от всевозможных идей. Память услужливо перебирала давно позабытые отрезки прошлого: от скуки на душных совещаниях до вкуса профитролей с ягодным льдом. Книги по Гарри Поттеру из далёкого детства всплыли столь отчётливо, что каждую фразу персонажа он смог бы повторить без единой заминки. — Как интересно! Она стимулирует нейронные связи, ускоряя их формирование или дело в другом? Очевидно, тут комплексное воздействие на весь мозг, но сохранится ли эффект во время обучения ментальной магии? Загадки во тьме невежества... временного, смею надеяться. Диадема Ровены Рэйвенкло безусловно пригодится, однако не решит все проблемы, а только ускорит обучение и поможет отточить навыки. Интеллектуальный буст конечно хорошо, но магические каналы как аналог мышц и резерв маны как выносливость играют не последнюю скрипку. При всей нелюбви пачкать руки лично, Нолану придётся однажды засучить рукава и отстоять место под солнцем. Премиальное место на вершине охраняют личности пострашнее Малфоя, которых не победить магловскими трюками и красивыми речами. С интригами и волшебной палочкой можно добиться большего, нежели просто с интригами. — Побочный эффект — головокружение, — заметил Нолан, с неохотой убирая диадему. — И по всей видимости, она потребляет ману. Диагностические чары подтвердили крохотную просадку в резерве. Если носить артефакт круглые сутки, его без того маленькое озеры маны высохнет. Понятно, почему Реддл в конечном итоге принёс её в жертву, создав крестраж — для активного бойца вопрос сохранения энергии всегда стоит ребром. Кроме того, эффект на разум природного гения, коим считался Волдеморт должен быть значительно слабее. — К слову, об этом — пора провести первую консультацию, — мысленной командой Авингтон призвал своего пленника через образованную между ними связь. Полнота власти над данной связью впечатлила даже того, чья подпись когда-то влияла на тысячи судеб. Он мог ощутить весь спектр эмоций духа и поймать того на лжи. Собственно, лгать крестраж отныне не в состоянии (если есть приказ), разве что туманно изъясняться. К несчастью для него Нолан знал, как развеять туман над истиной. — Стоит отдать должное твоей осведомлённости, — на сей раз вместо карикатурного злодея в балахоне перед Ноланом предстал образ обаятельного юноши со значком старосты, одетого с иголочки в мантию Слизерина. Тёмного лорда в нём выдавали всё такие же глаза: холодные, злые, с алым вертикальным зрачком. — Ты кто угодно, но только не обычный ребёнок. — Сто баллов Слизерину за выдающуюся дедукцию. Рад, что мы начали взрослый разговор без нагнетания пафоса. Пожалуй, перейду на "ты", всё-таки уже не чужие люд... пардон, разумные. Том Реддл внимательно осмотрел худое мелкое отродье с хитрыми серыми глазами, посмевшее надругаться над ценной реликвией. Сходу бросился в глаза контраст между возрастом и манерой поведения: "ребёнок" разговаривал как белый воротничок с синдромом эталонного мудака из высших эшелонов министерства. Наследник Слизерина проучился на факультете предка семь лет и отлично различал, когда дети с претензией на особый статус подражают статусным родителям, а когда ведут себя естественно. Этот "ребёнок" был неестественен в своей естественности. — Нахождение тобою крестража — не случайность, а четкий план, — тем не менее продолжил Реддл. Играть так играть, другого шанса не будет. — Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, что я. Ты знаешь слишком много, чтобы мой создатель оставил тебя в живых. И боюсь шантаж, равно как и моё временное подчинение тебе не помогут. Лицо юного Волдеморта исказила жуткая ухмылка. — Он уже в курсе, можешь не сомневаться. И он придёт за тобой, провидец, рано или поздно. Единственный шанс избежать мучительной смерти... — В таком случае не будем медлить и протестируем функционал привязки — это была скверная попытка запугать или правда? Ухмылка тут же увяла, сменившись чувством глубокой досады. Нечто в образе ребёнка не было настроено играть и задушило надежду на освобождение в зародыше. Нормальные дети бы запаниковали. — Первое, — скрипнул призрачными зубами Реддл, хлопнув ладонью по лицу в известном жесте. — А я только понадеялся, что твои когнитивные способности не деграднули в изоляции! Итак, мы установили, что у тебя есть чувство юмора, но нет чувства такта. Переходить от комплиментов к угрозам не слишком этично. Местная аристократия... разочаровывает. — Термин "дедукция" поймёт едва ли каждый десятый волшебник, — быстро сменил тему крестраж. — Грязнокровка и провидец в одном флаконе — куда вообще смотрит Дамблдор? — В сторону твоего создателя, полагаю. Из чего следует второй вопрос — ты разделяешь его память? — При желании. Нужна концентрация и немного энергии. Последние годы моя Основа скитался по лесам Албании, пока не натолкнулся на этого идиота Квирелла. — Ты всех своих слуг считаешь идиотами? Просто интересно, они ведь позволили заклеймить себя меткой. — Руквуд присоединился ко мне как учёный, недовольный стагнацией Отдела тайн и развития магии в целом. Малфой, будучи молодым по наивности решил половить рыбу в мутной воде, но я заставил его погрузиться туда с головой. Беллатриса... я никогда не понимал её одержимости, но не отрицал её пользы. Долохова изгнали из рода и он решил попытать счастья в землях Альбиона. У каждого из них были свои мотивы принять метку, но идейных идиотов во внутреннем кругу вечно не хватало. — Как и Долохов, семья Лестрейнджей предпочла заключение предательству, — возразил Нолан. — Естественно, министерство магии не могло отпустить всех. Думаю, список "заимперенных" во многом определяли галлеоны Малфоя и родственные связи с бюрократами. Долохов иностранец, а Лестрейнджи нажили слишком много врагов. — Так и знал, что ты оппортунист. Партия чистокровных радикалов для наследника Слизерина, пусть и полукровки подошла идеально. А чтобы не афишировать последнее есть громкий псевдоним. — Я... решил воспользоваться выгодным историческим окном, — поморщился Реддл, по прежнему испытывая давление от приказа говорить правду. — Война с Грин-де-Вальдом обескровила почти всю европейскую аристократию. Хотя Британия и пострадала в меньшей степени, часть источников перешла к молодым наследникам. Они жаждали перемен. Они хотели доказать самим себе и обществу, что не останутся в тени почивших родителей. Им было довольно легко продать революцию элит в обёртке культа чистой крови. — Особенно в тот момент, когда Альбус Дамблдор конвертировал свою славу победителя в "общее благо", — сообразил Нолан. — Дай угадаю — он тоже был не прочь прибрать чужие источники к рукам. — Угадал. Старик продвигал закон о возможности выкупа источников гильдиями и передачи части из них, принадлежащих якобы сторонникам Геллерта, правительству. Во имя безопасности, за всё хорошее против всего плохого и с прочими "светлыми" лозунгами, — презрение в голосе собеседника было, пожалуй, его самой искренней эмоцией. — Левыми лозунгами, — с улыбкой поправил первокурсник Рэйвенкло. — Вам, ребята, следовало поменьше выпячивать расистские догматы и сделать акцент на незыблемом праве частной собственности и традиционных ценностях; Сбавить градус насилия в отношении обывателей и укрепить экономическое лобби. Конкретно тебя, Том, погубила суетность и стремление возвыситься любой ценой: ты рановато надел мантию диктатора и построил культ страха на костях потенциального электората. — Сказал полусквиб, едва освоивший Люмос, — скривил губы крестраж, успевший по их связи оценить "могущество" хозяина. — Лучше подумай, какую цену ты заплатишь за моё заточение. Пусть Основа и не в курсе, возродившись, он захочет проверить своё главное сокровище. Поразмысли на досуге, какой гнев ты навлекаешь на себя и на тех, кто тебе дорог. Будешь прятаться по закоулкам в страхе, словно грязная крыса. — Не буду, ведь ты расскажешь мне обо всех способах усиления, — торжественно произнёс Нолан, помахав блокнотом с отметками. — Без утайки. Вот список ритуалов и зелий, предоставленный Выручай-комнатой. Я отметил наиболее интересные для моего случая. Приказываю ответить подробно по каждому пункту и опираться на проверенные факты. И конечно, приказываю рассказать о секретных способах, которые ты обнаружил за годы странствий по миру. — Затем я хочу послушать твою лекцию на тему тёмной магии, — Авингтон с удовольствием наблюдал, как нервничает крестраж, явно не горя желанием помогать таинственному выскочке. Знания, добытые потом и кровью приходилось задаром приподносить на блюдечке. — Какие виды тёмных чар оказывают негативный эффект, а какие стали жертвой пропаганды и внедрения равенства. Нолану необходимо было понять, спелый запретный плод или гнилой. Не будь под рукой мастера тёмных искусств, он бы и вовсе не рисковал понапрасну. — Затем мы вернёмся к иным направлениям с упором на зелья, магию разума и иллюзии. Расскажешь мне теорию вне рамок цензуры и составишь индивидуальную программу для развития, включая тренировки. Живой спарринг-партнёр у меня есть... что ещё? Ах да, точно! Нолан выдержал эффектную паузу. — Как я и упоминал, мне нужны лояльные сотрудники. Но поскольку лояльность — вещь хрупкая и встречается реже фениксов, я вынужден прибегнуть к дополнительным клятвам верности. — Зачем? — Чтобы вернуть будущему сотруднику утраченное, но не утратить контроль. Степень удивления Тома было трудно передать словами. — Ты собираешься... — Собираюсь. Согласно книге про фантомов и других данных из Выручай-комнаты, осколок души не имеет цельной астральной сигнатуры и при определенных условиях поглощается. К примеру, Герпий Злостный описывал случай поглощения фантомом крестража подопытного. Чем меньше осколок, тем проще это провернуть. — Никто до меня не создавал столько крестражей, — в голосе призрачного Тома проскользнула непонятная Нолану гордость. С его точки зрения это как гордиться дебютными танцами голышом на вершине Эвереста. — Слияние с живым человеком... может сработать, но только не с тобой — слишком маленький биологический возраст, как следствие хрупкий резерв маны и не сформированные магические каналы. Для злых духов дети лакомая добыча, но если цель не одержимость, а закрепление постоянного эффекта, то нужен стабильный сосуд. «Как будто я планировал рисковать собственной душой», — подумал Нолан, слушая опытного некроманта. — «Да я даже участвовать в таких вещах лично побрезгую». — О, не волнуйся, мне потребуется мощный козырь вне школы, — расчётливый ум Авингтона уже составил набросок плана. — Шестой курс. Парень. Полукровка. Резерв... вроде бы в три средних мага, по его собственным словам. — Увеличится при слиянии, если всё пройдёт гладко, — Реддл не мог не ухватиться за шанс вновь вдохнуть полной грудью. — Жаль, необходимо буквально с нуля по кусочкам воссоздать ритуал "раскола души наоборот". Ещё понадобится слепок его ауры. — Не проблема — объект увлекается древними рунами и регулярно проводит самосканирование для внеклассных ритуальных практик. — Вот как? Это радует, — впервые за десятилетия Том ощутил проблеск благодарности, но желание поквитаться с тюремщиком не пропало. — Не хотелось бы иметь глупого рецепиента. Хотя я могу захватить контроль над вместилищем и управлять всем единолично... — Забудь, — грубо перебил Нолан. — Мы не станем убивать парня. Ты выступаешь в роли дополнения и гаранта послушания, а не захватчика. — О, проснулась-таки совесть? Она у тебя тот ещё ленивец... хочешь дам встречный совет после твоей заумной лекции о политике? Усыпи её — и пробуди подлинное величие. — Сколько времени займёт разработка ритуала слияния? — Нолан сделал вид, что не услышал отборный поток нового пафоса. Будут его ещё всякие бесплотные огрызки жизни учить! — Много, — признал Том, не слишком довольный его приказом. — Недели. Может, месяц. Выручай-комната поможет с накопителями маны и ингредиентами. Здесь есть огромный склад, но судя по твоей хитрой физиономии он уже разграблен. — Уже, — подтвердил Нолан. — Что ж, тогда новый план: совмещаем моё обучение и подготовку к слиянию. Приказываю разработать ритуал таким образом, чтобы исключить моё непосредственное участие. — А у моего руководителя весьма странное понятие об осторожности, — не без иронии заметил крестраж, приподняв брови. — Взять в заложники частицу великого тёмного волшебника — раз плюнуть. Активировать рунные цепочки — ужас! — Смотря какие рунные цепочки, мой дражайший сотрудник, — тонко улыбнулся Нолан. — Я достаточно осторожен, чтобы не рисковать душой. — Основе подчиняются дементоры. — Сегодня они подчиняются министерству магии, — поправил Волдеморта первокурсник. — И в отличие от некоторых "осторожных" личностей, у меня нет намерений объявлять войну бюрократам. Пройдёт несколько лет — и тлеющий костёр войны разгорится с новой силой... — Свечение тёмной метки вновь озарит небеса, — Реддл не стал скрывать своего глубокого удовлетворения, на что Нолан лишь тихо фыркнул: — Ты уже перестанешь быть крестражем к тому моменту и превратишься в естественного соперника Оригинала. Хочешь достичь подлинного величия — отринь прошлое и сосредоточься на будущем в новой организации, пока Дамблдор и твой создатель рвут друг другу глотки. Из тебя выйдет достойный... корпоративный агент.