16. Рекрутинг

— Пока тебя не было, я занимался сбором информации, — допив тёплый чай, Нолан порылся в офисной тумбочке и вытащил аккуратно сложенную стопку старых газет. — "Тёмная метка над поместьем МакКиннон: закат древнего чистокровного рода", — прочёл на первой полосе Гувер. От короткой статьи "Ежедневного пророка" веяло атмосферой безнадёги военного времени. — Это новости семидесятых. — Ты очень проницателен. А теперь ответь, какой период истории куёт сильных людей, но обрекает их на судьбу белой вороны в мирном гражданском обществе? — Задумку твою я понял, но не вижу смысла так заморачиваться. В магическим мире есть вполне дееспособные бригады наёмников, в том числе из вампиров и оборотней. — И мы обязательно воспользуемся их услугами в будущем, при расширении бизнеса за границей. Однако костяк организации следует отбирать с нуля по принципу абсолютной преданности, — хитро прищурился Нолан, сложив пальцы домиком. — На данном этапе кадровые ошибки недопустимы. В зачаточном состоянии компания рискует и без призрачных гарантий дорогого контракта. — Прости, совсем забыл о твоей привычке обращать в рабство сотрудников, — "покаялся" Брэд. — С наёмниками такое и впрямь не прокатит. — Зря иронизируешь. Это простой студент по имени Брэдли Гувер не горел желанием ввязываться в корпоративную игру, а ты представь тяжело проклятого боевого мага, который был вынужден зарыть свой единственный талант в землю. И вот каждый день он просыпается по ночам от кровавых флэшбэков, запивает их горьким целебным зельем и идёт на низкооплачиваемую работу, куда его впихнули по ветеранской квоте вместо домового эльфа. Он не живёт — он существует. И когда на горизонте появится таинственный благодетель с лекарством и деньгами, он ухватится за второй шанс всеми конечностями. Я не буду никого принуждать — с Философским камнем и твоими навыками "тёмного целителя" мы в кратчайшие сроки соберём преданную мини-армию. — После репутационного краха Крауча и развоплощения Основы штат аврората знатно урезали, — вспомнил Гувер, всерьёз задумавшись над предложением Нолана. — Бюджет правительства тогда трещал по швам и чинуши задумались о расходах, а тут ещё и пресса подняла вой о произволе бравых стражей порядка. — Все Авады тёмные, но некоторые темнее. — Вроде того. Кое-кто подёргал за ниточки и использовал жертв беспредела для внутренних разбирательств. — Гринграсс. — Без неё точно не обошлось, — согласился он с очевидным. — Элизабет была близка с Краучем. Из-за схожести в методах достижения цели Барти считал её главной союзницей. Но пока он карал неугодных, она рыла ему яму и не моргнув глазом столкнула туда после скандала с Краучем-младшим. — Классика жанра. — Теперь эта стерва контролирует через него целый департамент по внешним связям и заодно добрую треть министерства. Готов поспорить, она как-то помогла его сыну и Лестрейнджам застать врасплох Лонгботтомов, уж больно гладко прошло задержание. — Вернёмся к делу, — призвал Нолан, мысленно взяв подозрения на заметку. Мать одноклассницы нравилась ему всё больше, как может нравиться хитрая головоломка со смертельным исходом. — Я проанализировал статьи, потом сам навёл справки: в то время как все пели оды младенцу со шрамом, десятки никому не известных героев войны система выкинула на обочину. Кто-то подался к аристократам в частные структуры, кто-то в криминал, но есть и те, кому взяться за старое здоровье не позволяет. Пенсионеры поневоле, так сказать. — И где же именно ты навёл "справки"? — Гуверу хотелось пошутить про полевую работу в ущерб прогреву креслу директора, но вдруг вспомнилось, что его босс довольно активен. Во всяком случае, не каждый бросится с ножом на тёмного мага, чтобы достоверно отыграть образ друга перед чистокровной наследницей. Стоило ему вспомнить о последней, как в окно вежливо постучалась клювом чёрная сова. Птица держала в лапах пергамент с гербом рода Гринграсс. — Преимущественно в "Трёх метлах" и "Дырявом котле". В "Кабанью голову" и заведения Лютного я лезть не рискнул даже под Оборотным, — взяв письмо и быстро изучив содержимое, Нолан с лукавой улыбкой сел писать ответ. — Интересно, что же такое весёлое может содержать переписка ментально взрослого мужика и маленькой девочки? — Гувер вздохнул с притворной печалью: — Как низко пали нравы в современности. — А в будущем падут ещё ниже, не сомневайся, — предсказал Авингтон, не отвлекаясь от письма. — "Маленькая девочка" впечатлилась ограблением и заинтересовалась магловскими игрушками. Как заботливый взрослый, я могу только поощрять её тягу к знаниям. Ну а ты можешь на досуге зачаровать второй огнестрел в подарок. — Класс. То есть мне ещё и твою личную жизнь налаживать, — всё, что оставалось Брэду — это пассивное ехидство, да и то пока оппоненту не надоест слушать. Впрочем, лишаться единственного собеседника Нолан явно не собирался. — Понятия не имею, о чём ты, — во взгляде Авингтона отразилось искреннее недоумение. — Ладно, имею, но не понимаю, с чего ты это решил. — Между мальчиками и девочками случается всякое. Уж от тебя я ожидал более... приземлённого отношения. — Ей двенадцать, а мне, как ты верно подметил, ментально почти девяносто четыре, — хмыкнул он, привязывая к лапе совы готовый текст. — Ты забегаешь далеко вперёд, обгоняя логику и здравый смысл. — Похвальное проявление ответственности, но ты уверен, что Дафной будет руководить схожая логика? Особенно после твоих весьма убедительных попыток... подружиться. — Не уверен, — честно признал трудность ситуации Нолан. Впервые он выглядел настолько сильно выбитым из колеи. — Но... — Давай подойдём к вопросу иначе, — перебив, предложил Брэд. — Элизабет наверняка захочет потушить огонёк бунтарства своей наследной дочери. Как любитель классики, ты должен знать все классические методы — например, брачный договор с каким-нибудь родовитым иностранцем. При условии, что у тебя через пару лет появится своя армия, элитный отряд из бывших крестражей Волдеморта, хрен-знает-что-ещё и половое созревание — ты просто покорно отойдёшь в сторону или возьмёшь на себя ответственность иного рода? «Ты пропустил оригинального Волдеморта в марионетках. Какую игру ты ведёшь, Брэд? Просто праздное любопытство?» — гадал Нолан. — «Если Элизабет вдруг резко отупеет и сама вобьёт клин между собой и дочерью — я воспользуюсь семейной драмой, как и её отсутствием. Но стоять в стороне, пока твой актив нагло сдают в бессрочную аренду...» Тут уже вопрос не столько интриги и выгоды, сколько банального самоуважения. — Я буду защищать свои инвестиции, — нечто злое зашевелилось в обычном с виду ребёнке. — Дафна — мой ресурс и потенциальный сторонник. Я никому не позволю перехватить контроль. Конечно не факт, что её суженый получит главную роль в браке (скорее наоборот), но планы корпората исключали чужое влияние. Ум и талант Дафны следовало отточить и направить в нужное русло, а семейный долг — затмить амбициями. — Вот только с её точки зрения это не является "защитой инвестиций", — заключил Гувер со знанием дела. — Раз уж мы в одной лодке, босс, то будь добр не ошибиться с направлением. Не хочу потом биться насмерть с великой ведьмой из-за подростковой влюблённости. — Ты дал мне определённую пищу для размышлений, — помолчав, благодарно кивнул Нолан. — Но пока что опасения преждевременны. Нам нужно сосредоточиться на работе. С причудами Дафны я разберусь — в своё время. «И без тебя...» — Да, ты кажется говорил, что знаешь, где искать одного из "героев войны" в отставке, — замял Брэдли неловкую для начальника беседу о личном. Всё-таки доверие — дело тонкое и перебарщивать с откровениями не следовало. — Знаю, — направился второкурсник к выходу. — Более того, хочу вас познакомить. Ты должен оценить фронт работы по исцелению и подогнать ритуал слияния под новую ауру. — Так и знал, уж слишком детально ты описал быт того ветерана. Ну, веди! Пока они вдвоём гуляли по Лондону, Нолан кратце поведал о том, как целый месяц провёл в окружении магов, стремясь постичь их культуру, общественное сознание и мнение касаемо фракций в частности. Само собой, обывателей куда больше волновало меню Флориана Фортескью и летние новинки Мадам Малкин, нежели выступление Альбуса Дамблдора на заседании Визенгамота в прошлую пятницу. В истинном облике Нолана часами пичкали историями о квиддиче и тех временах, когда рассказчик был "ого-го". В облике взрослого завсегдатая паба разговоры зачастую сводились к жалобе на жизнь: инфляция, продажное министерство, обнаглевшие аристократы, красивая жена соседа... уши вяли, но он стойко держался, по капле выдавливая из себя интерес и сочиняя на ходу собственный список жалоб. Наметив болтливую цель, Авингтон менял внешность и на следующий день представлялся любопытным путешественником или независимым журналистом. За скромное денежное вознаграждение и выпивку с ним охотно делились слухами разной степени свежести. Зная характер человека, не составляло труда грамотно подвести к нужной теме. Те, кто имели непосредственное отношение к войне редко её упоминали, разве что в контексте опыта и пренебрежения министерства. Именно при обсуждении последнего Нолану рассказали о судьбе кандидата. Добравшись до Косого переулка, Авингтон повёл подчинённого в архив Ежедневного пророка — место, давно забытое шумной толпой. Брэд невольно обратил внимание на ту лёгкость, с которой маглорождённый ориентировался на улице. Даром времени он действительно не терял. — Добро пожаловать в самую полезную контору на магической аллее, — заметив скептичное выражение лица спутника, Нолан добавил: — Во всяком случае, для меня. Когда-то здесь располагался главный офис редакции, но теперь здесь что-то вроде публичной библиотеки и оплота ностальгии. У входа в старую многоэтажку с выцветшей краской и покосившимся дверным проёмом школьников встретил домовой эльф. — Мистер Авингтон, сэр, — пропищало существо, поклонившись. — Хозяин предупредил о вас. — Они оставили бывшему аврору на попечение целое здание и комфортную работу архивариуса-затворника? — уточнил шепотом Брэдли. Нолан кивнул, заходя внутрь. — Спас жизнь главредактору или чего покруче. — Его коллекцию гитар музыкальной группы "Ведуньи". Для кого-то это ценнее жизни. — Серьёзный аргумент. С такими связями я бы отверг любое предложение. — Ты бы и так отверг. — Туше. Внутри архив выглядел куда презентабельнее, чем снаружи (с творческим беспорядком Олливандера не сравнить). Архивариус вёл строгий учёт архивных полок и фанатично поддерживал чистоту в своём уютном бумажном царстве. Ни пыли, ни мусора — лишь мягкий золотистый свет солнца заливал горы ветхих газет. Воображение Брэда при встрече с кандидатом на пост главы СБ рисовало сурового воина с тяжёлым увечьем и шрамами — этакого Аластора Грюма, только с более серой моралью. Что ж, он почти не ошибся. Почти. Визуально кареглазый шатен средних лет с волевым подбородком и офицерской выправкой не имел внешних следов тёмной магии, однако, приглядевшись, Гувер заподозрил иллюзию: левая сторона лица застыла, словно высеченная из мрамора, тогда как судорожная мимика правой стороны передавала острую боль. Бывший крестраж и сосуд для будущего обменялись оценивающими взглядами. — Господа, разрешите представить вас друг другу, — начал Нолан, игнорируя возникшее напряжение. — Это Брэдли Гувер, мой друг и первый соратник. А это — бывший командир отряда особого назначения "Мантикора" Эмерик Диггори. — Не думаю, что "Мрачный жнец" нуждается в представлении, — вышел из ступора Гувер, борясь с тихой яростью Тома Реддла, чью организацию данный персонаж изрядно потрепал, во многом превзойдя Грюма. По крайней мере, Аластор честно производил арест, а вот Эмерик пользовался карт-бланшем Крауча и убивал без суда и следствия. Без ненависти и обострённого чувства справедливости — просто потому что мог. Потому что считал носителей метки законной добычей. Слабаками. — Имя. Не имеет. Значения, — каждое слово, с видимым усилием произнесённое сквозь зубы отдавалось болью, чьё эхо искажало открытую область лица. — Только. Сила. Нолан. Даст её. Ты. Вылечишь. — Сначала покажи, от чего. Эмерик щёлкнул пальцами, развеивая иллюзию. Мужественная физиономия падшего аристократа осталась таковой ровно наполовину: магия скрывала обнаженный череп, из которого сочился едва заметный ядовито-зелёный дым. — Дыхание бездны, — моментально опознал проклятие Гувер. — Узнаю почерк Антонина. — Долохов. Взял. Восьмерых. Слабаков. Как приманку. Ударил. В спину, — в пустой глазнице черепа вспыхнуло зелёное пламя. — Убью. Медленно. — Эти "слабаки" метили во внутренний круг, между прочим. — Промахнулись, — вставил Нолан с детской беспечностью. — С кем не бывает... мы должны это вылечить, Брэд. — Хм. Убрать проклятие полностью будет проблематично даже с Философским камнем и ритуалами, — вынес Гувер вердикт. — Мы можем только облегчить эффект и вернуть ему доступ к резерву маны. Ты ведь сейчас полусквиб, Диггори? Эмерик молча кивнул. — Понадобится много жертв, порция эликсира жизни и куча редких ингредиентов из схрона. — Приемлемо, — согласился Авингтон на необходимые жертвы. — Эмерик, ты хорошо подумал над моим предложением? После клятв и слияния нет пути назад. Вместо ответа опытный аврор демонстративно преклонил колено. Новоявленный босс не растерялся и в церемониальном жесте положил руку ему на плечо. — Терпеть Дыхание Бездны двенадцать лет, — в голосе Брэдли закралось невольное уважение. — Как ты вообще столько продержался? — Сопляк, — резко выпрямился Диггори. — Не смей. Жалеть. Жалость — это мерзко. — Аккуратнее на поворотах, Мрачный жнец, — нехорошо улыбнулся бывший крестраж. — Тебе ещё формально числиться моим подчинённым. Корпоративная иерархия, мать её. — Формально, — подчеркнул архивариус с оттенком прямой угрозы, отзеркалив злую улыбку. В сочетании с оголённым черепом картина выглядела по-настоящему жутко. — Да брось, — поигрывая в руках волшебной палочкой, Гувер хищно сблизился с оппонентом. Эмерик не отступил, продолжая взирать на подростка с холодным пренебрежением. — Ты должен знать, кто я, если уж Нолан посвятил тебя во всё остальное. — Знаю. Сопляк, — жёстко повторил Диггори. — Который. Не заслужил. Дар. — «Дар?» — Брэд покосился на Нолана, который следил за их перепалкой с нескрываемым интересом и верой в концепцию "разделяй и властвуй". — «М-да уж, ты умеешь читать людей. Понятно, кем ты меня выставил в глазах второй сильной фигуры.» — Выдохните и расслабьтесь, господа, — всё же вмешался второкурсник Рэйвенкло, изображая из себя мудрого миротворца. — Мы на одной стороне. Брэдли уже доказал этим летом свою состоятельность. А ты, Эмерик... готовься трагически умереть сегодня вечером в огне смирения. Получишь новую личность сразу после всех надлежащих процедур. Собери пока всё необходимое и эльфов не забудь — пригодятся в хозяйстве. К немалому удивлению Гувера, жестокий цепной пёс Крауча подчинился приказу без колебаний. Каким-то образом корпорат в теле ребёнка успешно вписался в его критерии "силы". Впрочем, с дуэтом тёмных лордов за спиной Нолан Авингтон станет гораздо, гораздо опаснее. В новом выпуске Ежедневного пророка опубликовали короткую заметку в память о своём архивариусе, чью жизнь вместе с хранилищем унёс пожар. Автор статьи тактично вывел за скобки его биографию, лишь вскольз упомянув, что помимо несчастного случая авроратом рассматривались версии мести и самоубийства. Знающие о личности Мрачного жнеца не придали его внезапной смерти важности, давно списав магического инвалида со счетов. Расследование закрыли уже на следующий день — труп, который подбросил в архив Гувер не подлежал опознанию, а проводить энергозатратный ритуал никому и в голову не пришло: невзрачное здание в конце Косого переулка обходили по широкой дуге. Эмерик Диггори умер, но из пепла его мучений и крестража Волдеморта восстал кое-кто пострашнее. В отличие от Брэдли Гувера, он жаждал обрести Дар и практически не изменился после слияния. Воля, закалённая тёмным проклятием, доминировала над осколком чужой души, вобрав его знания и умножив мощь. Он безропотно принял клятвы верности — разумная цена за вторую жизнь. Получив свой шанс подтвердить их делом вместе с мешком галлеонов, Эмирик лично занялся вербовкой. Вскоре у Нолана появился костяк корпоративной армии.