Глава 4. Масштабирование

Война с «Клыками» затянулась, превратившись в грязную рутину, но для меня это было идеальным прикрытием. Хаос — лучшая ширма для личных дел. Прошло два месяца с момента моей первой сделки. Рик, тот курьер, сдержал слово — исчез, забился в какую-то дыру на окраине. Но я чувствовал его. Каждую секунду. Тонкая, незримая нить тянулась от моей груди куда-то в серую мглу города, пульсируя слабой, но постоянной подпиткой. Одной души было мало. Она дала мне толчок, но не могущество. Я был как машина, которой залили полбака хорошего топлива, но двигатель всё ещё требовал переборки. Поэтому я начал охоту. Я не был маньяком, бегающим с ножом за прохожими. Я был менеджером. Я искал спрос. В Аду спрос всегда один: спасение, забвение или месть. Вечера я проводил не в баре с Аланом и Грэгом, а в «серой зоне». Я надевал неприметный плащ, скрывающий цвета банды, и шёл искать клиентов. Вторым стал старый бес-игрок, которого коллекторы собирались пустить на органы за долги. Я не убивал коллекторов. Я просто подсказал бесу выход через канализацию и дал пару монет на проезд. Цена? Его посмертие. Он подписал не глядя. Ему было плевать на вечность, ему нужно было дожить до утра. Третьей была бывшая актриса, которая сходила с ума от ломки и отсутствия внимания. Я просто посидел с ней, послушал её бред и пообещал, что «никто больше не причинит ей боли». Она отдала душу за доброе слово и иллюзию защиты. С каждой новой подписью на пергаменте (я завёл себе целую пачку бланков) я менялся. Три контракта. Три души в моём внутреннем кармане. Я сидел в своей комнате на базе, разглядывая свои руки. С каждой новой подписью я менялся. Моя серая кожа стала жёстче. Мышцы налились силой. Я мог не спать трое суток подряд, а мои когти теперь оставляли серьёзные зарубки на дереве. Это было приятно. Но это было ничтожно мало для того, кто собирается бросить вызов Аду. Против пули или когтей Алана меня ничего из этого не спасёт. Но души дали мне кое-что ещё. Ещё один трюк. Не боевой, но куда более опасный в правильных руках. Я подошёл к окну и посмотрел вниз, в переулок, где двое "шестёрок" делили украденные часы. Я прищурился, фокусируя взгляд. Мир слегка посерел, но вокруг одной из фигур начало пульсировать бледное, тошнотворно-жёлтое марево. Негативные эмоции. Я видел их в каждом. Страх, жадность, похоть. Пока что смутно, как тепловизор видит тепло. Однако, чем больше душ я поглощал, тем чётче становилась картинка. Это было оружие. Знать болевую точку. Знать, куда давить. Если ты видишь человека насквозь, ты владеешь его волей. Я опустил жалюзи. Полезный трюк. Но, чёрт возьми, это всего лишь трюк! Я ударил кулаком по стене. Штукатурка осыпалась, оставив вмятину. Этого мало! До Чистки остался месяц. Моя сила растёт по капле, а мне нужна полноценная река. Моя способность не остановит Ангельское копьё. Она не защитит Еву, если я её найду. Я упёрся лбом в прохладное стекло. Я — торговец. Я умею заключать сделки. Если я не могу накопить капитал (силу) медленно, мне нужно взять кредит. Огромный, рискованный кредит. Но у кого? Оверлорды? Нет. Они — конкуренты. Они такие же грешники, просто разжиревшие. Если я приду к ним, они просто сожрут меня. В прямом и переносном смысле. Мне нужен кто-то, кто стоит над системой. Кто-то, для кого души — просто цифры в отчёте. Я закрыл глаза, пытаясь выудить из памяти обрывки знаний из прошлой жизни. Воскресная школа, которую я ненавидел. Фильмы ужасов. Старые гравюры. Там, на Земле, нам говорили, что Адом правят Семь Смертных Грехов. Люцифер — Гордыня. Он здесь, это все знают. Его имя на каждом заборе. Но где остальные? Асмодей. Князь Похоти. Маммон. Князь Алчности. Существуют ли они здесь, в этой реальности? Или это просто земные сказки? Я не видел их. О них не говорили в новостях 666. Грэг и Кромб никогда не упоминали никого выше Оверлордов. Но если этот безумный мир хоть немного следует правилам, о которых писали в книгах... они должны быть. Они должны быть где-то там, внизу, куда нам, грешникам, вход закрыт. Это была соломинка. Безумная гипотеза. Но интуиция подсказывала: в мире, где есть спрос на пороки, должны быть и их главные Поставщики. В земных легендах они часто фигурировал как те, с кем можно договориться. Я посмотрел на стопку контрактов под половицей. Если я найду способ связаться с Высшим Демоном, пусть даже не напрямую с одним из князей греха... если я предложу ему оптовые поставки душ... возможно, я получу свой "кредит". Это был риск. Меня могли высмеять. Меня могли уничтожить за дерзость. Но другого бизнес-плана у меня не было. В коридоре послышались тяжёлые шаги. — Боксёр! — голос Алана. — Грэг собирает сходку. Есть новости по бюджету. Я поправил пиджак, скрывая дрожь нетерпения. — Иду. Сейчас я спущусь туда. Я сыграю свою роль. А завтра... завтра я пойду искать информацию. Мне нужно найти того, кто знает больше, чем уличная шпана. Того, кто помнит старые легенды. Я спустился в зал. Атмосфера в «Стальных Челюстях» напоминала похороны, на которых покойник ещё не умер, но гости уже делят его ботинки. До Чистки оставался месяц. За столом Грэга собралась вся верхушка. Бригадир, Алан, Паук Шни и Винт. Кромба не было — босс заперся в кабинете, пересчитывая, сколько он сможет унести с собой в бункер. — Садись, Боксёр, — буркнул Грэг, не поднимая глаз от карты района, залитой пивом. — Разговор серьезный. Я сел. Я не использовал ни Зрение, ни Голос. Мне не нужно было магическое зрение, чтобы видеть то, что висело в воздухе. Страх. Липкий, животный, безнадёжный страх. — Ситуация дрянь, — начал Грэг. — Цены на ангельскую сталь взлетели. Кармилла перекрыла поставки мелким бандам. Мы не смогли купить бронепластины для окон. — И что нам делать? — пискнул Винт. — Если Ангелы пойдут по нашей улице, они вырежут нас, как свиней! — Мы уйдём в подвал, — Грэг ударил ладонью по столу. — Заварим люк. Будем сидеть тихо. Еды и воды хватит на две недели. Переждём. — А если они прожгут люк? — спросил Шни. — В прошлом году они сожгли клуб «Похоть и Пыль» до фундамента. — Значит, будем молиться, чтобы пронесло! — рявкнул Грэг. — Мы — «Стальные Челюсти»! Мы выживем! Мы прячемся лучше всех! Я смотрел на них и чувствовал, как внутри разливается холодное презрение. Это и есть план? Спрятаться в норе и дрожать? Я посмотрел на Алана. Могучий волк, машина для убийства, сидел, опустив плечи. Он был готов умереть, защищая этот подвал. Но ради чего? Они были мелкими. Ничтожными. Они мыслили категориями квартала. «Отжать ларёк», «спрятаться в подвале», «пережить ещё один год». В этой стратегии не было места для Евы. Если я приведу её сюда, в этот подвал... мы просто сдохнем вместе с ними, когда очередной Экзорцист решит проверить руины. Банда — это тупик. Грэг — не лидер. Он просто самый жирный крысиный король в этой куче мусора. — Боксёр, ты чего молчишь? — Грэг заметил мой взгляд. — Есть идеи лучше? — Нет, — спокойно ответил я. — План отличный, Грэг. Надёжный. Я солгал. Не магией, а просто так. Им не нужны были идеи. Им нужна была иллюзия безопасности. Я встал. — Пойду проверю периметр. Выйдя на улицу, я вдохнул горячий, пропитанный серой воздух. Мне нужно больше, чем этот подвал. Мне нужна сила, которая заставит Ангелов обойти мой дом стороной. Или сгореть на пороге. Грешники здесь, в Кольце Гордыни, заперты. Мы варимся в собственном соку из ненависти и отчаяния, грызёмся за объедки силы, которые сбрасывают Оверлорды. Но есть и другие. Я вспомнил обрывки разговоров, которые слышал в «серой зоне». Вспомнил земные легенды и Библию, которую читал в детстве. Семь Смертных Грехов. Семь Королей. Они реальны. Они правят другими Кольцами, находясь бесконечно далеко от нашей помойки. Осталось найти выход в них. Среди грешников искать было бесполезно — они знали так же мало, как и я. Мне нужны были местные. Те, кто родился в Пекле. Те, для кого эти земли — не тюрьма, а просто ещё один уголок дома. Следующие дни я постоянно пропадал на вылазках. Для банды это выглядело как рутина: я искал провизию, переносил посылки, кошмарил должников. Война застыла в шатком равновесии. Все готовились к буре — Чистка приближалась неумолимо, как поезд без тормозов. А я рыл носом землю. Я искал не патроны и не консервы. Я искал ниточку. И я нашёл. По «серой зоне» ходили слухи, что какие-то парни обустроились неподалёку, в полуразрушенном офисном здании, и предоставляли услуги первоклассных наёмных убийц. Они позиционировали себя как импов и адорождённых. Думаю, стоило проверить оба их утверждения. Адрес, который я выбил из одного осведомленного барыги, привёл меня в тупик на границе нашего района. Это было старое, обшарпанное здание, чудом уцелевшее под перекрёстным огнём. На фасаде, на одном гвозде, висела кривая вывеска, нарисованная от руки красной краской: «I.M.P. — Профессионалы Немедленного Убийства». Я хмыкнул. Название звучало как дешёвая реклама, но именно эта нелепость давала надежду. Грешники обычно называют свои банды пафосно: «Владыки Крови», «Пожиратели Душ». А эти ребята... им было плевать на пафос. Я поправил пиджак, проверил легко ли выходит дробовик из крепления под плащом (на этот раз я пришёл вооружённым, но скрытно) и толкнул дверь. Внутри пахло дешёвым кофе, старой бумагой и псиной. Это был офис. Самый обычный, убогий офис, какие я тысячами видел на Земле. Потёртый диван, кулер с мутной водой, секретарский стол. За столом сидела она. Первое подтверждение. Это была не грешница. Это была Адская Гончая. Волчица-антропоморф с серой шерстью и длинными волосами, уткнувшаяся в телефон. Она даже ухом не повела, когда звякнул дверной колокольчик. Грешники могут принимать звериные формы, как Алан, но Гончие другие. От них пахнет иначе. От них пахнет свободой. — Мы закрыты, — буркнула она, не отрываясь от экрана. — Если кого-то надо убить, заполните форму на сайте или валите нахер. — Мне не нужно никого убивать, — спокойно сказал я, подходя к столу. — Пока что. Гончая наконец соизволила поднять на меня глаза. Красные, с вертикальным зрачком. В них читалась скука вечно недовольного подростка. — Тогда чего припёрся? Мы не благотворительная организация. В этот момент дверь во внутренний кабинет распахнулась, и оттуда вылетел — буквально вылетел, споткнувшись о порог — Имп. Маленький красный бес с длинными рогами в полоску и хвостом-стрелой. Он был в костюме, который выглядел на нём как на клоуне, но в его жёлтых глазах горел огонь безумной энергии. — Луна! Кто там?! — заорал он. — Если это налоговая, скажи им, что я умер! Снова! Он увидел меня и замер. Его взгляд мгновенно метнулся по моей фигуре, оценивая одежду, осанку и, я уверен, выпуклость от оружия под плащом. — О! Клиент! — он мгновенно растянул губы в широкой, зубастой улыбке и подскочил ко мне. Он был мне по пояс, но вёл себя так, будто был ростом с Кромба. — Здрасьте! Я Блиц! «О» не произносится! Чем могу служить? Месть бывшей? Устранение конкурента? Политическое убийство? Мы делаем всё! Быстро, дёшево и с огоньком! Я смотрел на него сверху вниз. Имп. Настоящий, пеклорождённый Имп. Для Грэга или Алана этот коротышка был бы просто закуской. Но в его глазах я видел то, чего не было ни у кого в этом городе. Право прохода. — Мне нужно, чтобы вы кое-что доставили, — сказал я, игнорируя его напор. — Мне нужно доставить сообщение, — я понизил голос, добавив в него немного магии. Совсем чуть-чуть, чтобы привлечь внимание. — За пределы Кольца Гордыни. В комнате повисла тишина. Луна оторвалась от телефона. Блиц перестал улыбаться. Он прищурился. — За пределы? — переспросил он, и в его голосе исчезли клоунские нотки. — Грязные грешники вроде тебя туда не ходят. Вы привязаны к этому дерьму, как собаки к будке. — Я знаю, — кивнул я. — Я не могу пойти. Поэтому мне нужны вы. Вы ведь местные. У вас есть доступ к лифтам. Вы можете пройти через границы Колец. Блиц скрестил руки на груди. — Допустим. А с чего нам быть твоими почтовыми голубями? Мы работаем за деньги, а у тебя, судя по прикиду, денег на межкольцевой трансфер не хватит. — У меня есть кое-что получше денег, — я медленно расстегнул пуговицу пиджака. Гончая зарычала, вскакивая с кресла, но я поднял руки, показывая, что не тянусь к оружию. Я достал из внутреннего кармана свернутый в трубочку пергамент. Контракт. Моя первая душа. — Валюта, которая котируется везде, — сказал я, кладя контракт на стол. — Чистая душа грешника. Глаза Блица расширились. Имп облизнулся. Для низших демонов души были редкостью, обычно ими торговали Оверлорды. — Я хочу, чтобы вы нашли мне контакт, — твёрдо сказал я. — Мне нужен Высший демон. Аристократ. Не важно, из какого Кольца. Гнев, Жадность, Похоть — мне плевать. Я опёрся руками о стол, глядя импу в глаза. — Мне нужен кто-то, у кого есть реальная власть и ресурсы. И кому нужны души. Найди мне того, кто готов вести дела с грешником, и передай ему это. Я положил на стол второй конверт. В нём было мое коммерческое предложение. План поставок душ в обмен на силу. Блиц посмотрел на меня как на умалишённого, а потом — с нарастающим уважением. — Ты хочешь, чтобы я нашёл тебе «папика» среди аристократии? Парень, у тебя губа не дура. Гоэтия и прочие шишки обычно не марают руки об уличную шваль. — Это уже моя проблема, — отрезал я. — Твоя работа — передать пакет. Если встреча состоится — ты получишь ещё две души сверху. Я блефовал насчёт двух душ, но Блиц этого не знал. Я посмотрел на него взглядом «Оценщика». Я видел его Жадность и странную, болезненную Амбициозность. Он хотел доказать, что его контора способна на серьёзные дела, а не только на убийства неверных мужей. Блиц переглянулся с Луной. Гончая пожала плечами, всем видом показывая, что ей плевать, лишь бы заплатили. Имп схватил контракт со стола и хищно ухмыльнулся. — Ладно, серый. Душа — это серьёзный аргумент. Ты меня заинтриговал. Я закину твои удочки. Но если это какая-то подстава или в конверте сибирская язва — я лично вернусь и засуну этот дробовик тебе в задницу. Понял? — Предельно. — Мне потребуется неделя, для того чтобы сказать какие-то результаты. Через неделю буду ждать тебя здесь Я сделал ставку. Я не знал, кто откликнется — генерал из Ада, ростовщик Маммона и откликнется ли кто-то вообще. Я развернулся и вышел в душную ночь Пентаграмм-сити. Механизм запущен.