Часть 36

— Остальное? Голос Нами крайне тихий, но в наступившей тишине звучит громко. — Деньги за аренду, деньги на еду, — начинает перечислять Арлонг, — деньги на расходы, на медицинские счета, на всю одежду и материалы для рисования. О, и ты всё ещё должна мне корабль. — Но… — Нами знает, что не победит, она знает, что Арлонг не сдвинется с места. — Но ты сказал 100 миллионов ягод. Ты сказал, что никогда не отступишь от своего слова. Что лгать — это то, что делаем мы, «грязные люди»! Её голос становится всё громче и громче с каждым словом, и в конце концов она практически кричит. — И я не отступлю от своего слова, — заявляет Арлонг. Он звучит так спокойно, как будто Нами — единственная, кто неразумен. — Ты можешь использовать эти деньги, чтобы купить Кокояши, но это не значит, что твой долг передо мной исчезнет. За все годы, что я тебя принимал, за все деньги, которые я позволил тебе занять, за всю еду и бумагу, которые ты использовала, ты должна мне ещё как минимум 50 миллионов. Курооби потом подсчитает. Всё в порядке. Если это долг Нами, тогда она может уйти, она просто может уйти и… — Конечно, если ты не вернёшь мне деньги, у меня не будет выбора, кроме как обратиться к твоим ближайшим родственникам, — торжествующе заканчивает Арлонг, указывая на Ноджико и Гензо. — Ты меня обманул. — Нет, Нами, не обманул, — говорит он с насмешливой улыбкой. — Я всегда говорил тебе, что в этом мире ничто не даётся бесплатно, почему ты думала, что моё гостеприимство будет другим? Гостеприимство. Гостеприимство! Он называет «гостеприимством» то, что заставлял её жить в той тёмной, душной комнате. — Что будет, когда я смогу получить эти 50 миллионов? — спрашивает она, звуча так же устало, как себя чувствует. — Ты отпустишь меня? — Конечно, если ты не понесёшь никаких дополнительных долгов. — Улыбка Арлонга становится шире. — Как только ты выплатишь всё, ты будешь свободна. До тех пор ты будешь продолжать рисовать для меня. Должна ли Нами попытаться поспорить? Попытаться сказать, что Арлонг должен был платить за её работу, и, следовательно, они в расчёте? Должна ли она попытаться обсудить каждый расход и уменьшить долг как можно больше? Какой в этом смысл? Арлонг её не отпустит. — Тебе не нужно это терпеть, — говорит ей Ноджико. — Ты не будешь это терпеть, — заявляет Гензо, обнажая меч. Жители деревни готовятся к битве, и Нами не может этого допустить. Они все умрут. — Стойте, — говорит она им. — Нет, мы достаточно долго стояли в стороне, — заявляет Нако. — Мы думали, что сможем выдержать это, пока ты будешь улыбаться. Но видя, как они растоптали всю твою доброту… — Мы будем сражаться, — заканчивает кто-то за него. — Вы умрёте! — поправляет Нами. — Мы знаем, — говорит ей Гензо, как будто это что-то меняет. Нами не знает, что делать. Как их остановить. Должно быть что-то, что она может сделать. Но времени нет. Гензо уже идёт в атаку, два рыбочеловека встают перед ним, и… И Гензо отлетает назад. Гензо отлетает назад, потому что вытянутая рука вытащила его из опасной зоны. И Луффи хмурится. — Перестаньте быть такими эгоистами! Жители деревни поворачиваются к нему при его вспышке. — Чт… — начинает Ноджико. — Я не знаю, что здесь происходит, но что бы это ни было, вы все расстраиваете Нами! — говорит им Луффи. — Нами годами страдала, чтобы защитить нас, — свирепо говорит казначей. — Пришло время отплатить ей за доброту. Если это означает, что мы умрём, значит, умрём. — Не поэтому она вам помогала! — отвечает Луффи, выглядя ещё злее. — Нельзя отплатить кому-то смертью! — Просто отойдите в сторону, — добавляет Зоро со вздохом. — Вы здесь не в своей лиге. Раздаются возмущённые ворчания, но люди действительно отходят в сторону, когда четверо мальчиков начинают идти к Нами. Они не выглядят испуганными. Они даже не выглядят обеспокоенными. И Нами вспоминает, что сказал ей Санджи накануне. Она не одна. У неё есть союзники. Может ли она действительно этому доверять? Какой у неё ещё есть выбор? — Ребята, — говорит она, и она чувствует, как её голос немного дрожит. Она действительно это делает? — Вы умрёте со мной? И её друзья улыбаются ей. — Думал, ты никогда не спросишь, — говорит Усопп, и в его голосе впервые нет страха. — Для меня это будет честью, — соглашается Санджи с вежливым поклоном в её сторону. — Я имею в виду, мы абсолютно точно не умрём из-за этих ребят, — презрительно заявляет Зоро. — Но да. — Ты пообещала, что я смогу победить капитана, — напоминает ей Луффи. — Потому что ты оставила меня в стороне, когда дралась с Куро. — Я действительно это обещала, — отвечает Нами. — Так что, думаю, Арлонг твой. — Отлично, — Луффи взволнованно подпрыгивает. — Какой из них? Это, кажется, оскорбляет Арлонга. — Это я, но если вы, глупые люди, думаете, что можете… — Итак, Усопп, можно мне драться? — спрашивает Луффи, полностью перебивая Арлонга. — Можно мне его уже ударить? Усопп улыбается. — Если ты этого не сделаешь, я сделаю. — Нет, Нами сказала, что он мой. И с этим он двигается так быстро, что Нами кажется, будто он исчез, только чтобы появиться перед Арлонгом, ударив его прямо в лицо и отправив в полёт к стене. Стена трескается, и жители деревни ликуют, и Нами впервые за долгие годы чувствует, что может дышать.