Часть 22

Маньяк решил больше не тянуть. — Ой, какие же вы хитрые… — протянул он, голос был настолько сладким, что от него по коже пошли мурашки. — Девочка, ты мне всё больше и больше нравишься. У тебя так много… необычных талантов. Меня едва не вывернуло. От его слов было мерзко, будто кто-то провёл ледяным пальцем по позвоночнику. Но он не остановился: — Расшифруй мне первую строчку. И тогда… — он сделал театральную паузу, — я добавлю вам тринадцать минут жизни. Вот это уже звучало интереснее. Хотя бы что-то полезное от моего ужасного почерка. Я пожала плечами, подошла ближе к доске и чётко произнесла: — Первая строчка. Ты там записываешь? Бежать через лес и спуститься по холму. Как бы я хотела увидеть его лицо в этот момент. Судя по голосу, маньяк уткнулся в свои записи: — Да быть этого не может. В слове «бежать» шесть букв, а каракулей — три с половиной. Даже не думайте меня обманывать. Где-то за моей спиной раздался тихий смешок. Конечно же — Радик. Маньяк, похоже, тоже услышал: — И что тут смешного? Смех у Радика тут же оборвался. Он будто вспомнил, что перед нами не дружеский розыгрыш, а человек, который распоряжается нашей жизнью. Он встал, поправил футболку и подошёл к доске с видом строгого преподавателя. — Всё же понятно, — начал он уверенно. — Буквы «б» и «е» идут вместе. Видишь вот эту вторую линию? Это буква «е». Остальное… ну, скажем так… я сам был бы не против не только понимать смысл, но и понимать технику письма. — Радик слегка усмехнулся. — Просто за много лет рядом с Софией научился улавливать… тонкую, как человеческая жизнь, нить логики, что тянется в этих каракулях. Кто-то в классе хихикнул. Кто-то нервно сглотнул. Учителя только переглянулись. А маньяк… замолчал. Словно не ожидал, что его смогут так спокойно переиграть.