Глава 2. Авария или подозрение насчёт калленов

POV Калленов 10 ноября 2004 года За три месяца до приезда сестёр Свон. В гостиной Калленов царила привычная суета. Джаспер и Эммет, увлечённые виртуальной баталией, неистово жали на кнопки геймпадов. Розали и Элис, погружённые в мир высокой моды, обсуждали детали новой коллекции, а Лукас, уютно устроившись рядом с Элис, углубился в чтение. Эдвард, сидя за пианино, извлекал из клавиш меланхоличные аккорды. Карлайл и Эсми вели тихую беседу, пока тишину не нарушил звук упавшего на пол журнала. Розали, удивлённо вскинув брови, спросила: — Элис, что случилось? Что ты увидела? Все взгляды обратились к ней. Лукас, обеспокоенно сжав её руку, ждал ответа. POV Видение Две девушки-брюнетки, словно отражения друг друга, сидели в салоне самолёта. Одна, погружённая в объятия сна, безмятежно покоилась на своем кресле. Другая, склонившись над книгой, изредка бросала взгляд на спящую спутницу. В следующее мгновение они уже выбежали из аэропорта, словно спасаясь от невидимой погони. Та, что бежала впереди, крепко сжимала руку своей подруги. Остановившись, она обернулась, и Элис увидела её – брюнетку с волосами цвета воронова крыла. Лицо незнакомки оставалось для Элис скрытым, словно за пеленой тумана, но лицо девушки, стоящей рядом с ней, было видно отчётливо POV, конец видению. Элис одарила Джаспера и Эдварда лучезарной улыбкой, в её глазах плясали искры предвкушения. Она знала – эти девушки, словно отражения их душ, скоро войдут в их жизни. Раз они связаны нитью судьбы, значит, их объединяет нечто большее – сестринская любовь или крепкая дружба. – Элис, что ты увидела? – с тревогой и надеждой спросил Карлайл. – У Джаспера и Эдварда… у них скоро будут пары! Они уже в пути, – воскликнула Элис, звонко хлопнув в ладоши. – Это чудесная новость! – Эсме, с материнской нежностью, была вне себя от радости, ведь счастье её детей – её собственное. Неделя тянулась за неделей, а таинственные незнакомки все не появлялись. В голосе Джаспера проскользнули нотки сомнения: «Может, они передумали?» На эти слова Элис лишь надула губки, словно обиженный ребенок, у которого отобрали любимую игрушку. (17 декабря 2004 года) Прошел месяц, а видение Элис так и не обрело плоть. Надежда начала таять, и даже память о предсказании стала блекнуть. Сама Элис, сдавшись под натиском реальности, допустила мысль, что девушки действительно могли изменить свое решение, оставив ее дар в плену несбывшегося. (20 января 2005 года) На второй месяц завеса тайны слегка приоткрылась. Элис видела обрывки видений – черноокую девушку, но образ ее был размыт и неясен, словно сон, ускользающий из памяти. Она молчала, не желая будоражить умы напрасными надеждами. Время шло, а Элис, словно одержимая, старательно зарисовывала призрачные образы, пряча свои наброски от посторонних глаз, чтобы никого не тревожить понапрасну. (17 февраля 2005 г.) За день до явления двойняшек. Миновал третий месяц с того странного видения, и Элис начала успокаиваться, словно пелена забвения окутывала ее тревоги. Она уютно устроилась с глянцевым журналом, когда вдруг ее сознание пронзила новая вспышка пророчества. pov видение Светло кожая брюнетка неслышно приблизилась к Джасперу, протягивая ему некий листок бумаги. Он тихонько усмехнулся, бросая взгляд то на бумагу, то на незнакомку. В их глазах плясали искорки веселья, пока девушка не проронила несколько слов, после чего стремительно удалилась… pov видение конец Видение оборвалось, оставив Элис с тяжелым вздохом и лицом, уткнутым в подушку. Лукас, обеспокоенный, присел рядом и ласково погладил ее по спине: — Элис, что случилось? — спросил он с тревогой в голосе. — Опять видение… об одной из тех девушек, о которых я рассказывала. Уже три месяца меня преследуют обрывки будущего, но я не понимаю, почему они не появились в тот самый день, когда я впервые увидела их приезд. В ее глазах плескалась усталость и растерянность. — Может, они просто решили отложить переезд? Обстоятельства изменились, знаешь ли, – попытался успокоить ее Лукас. — Элис, твои видения не всегда безупречны, ты сама это знаешь. В ответ она лишь устало вздохнула. — Давай так: если завтра они не приедут, мы забудем об этом и перестанем терзать себя напрасными ожиданиями. Элис кивнула, признавая правоту Лукаса: пора было остановиться. На следующий день семейство Калленов собралось на парковке, и атмосфера была наэлектризована ожиданием. – Ну что, господа, делаем ставки: явятся сегодня наши таинственные незнакомки или нет? – провозгласил Эммет с озорным блеском в глазах. Розали демонстративно закатила глаза: – Да брось, Эммет, три месяца прошло! Они уже точно не приедут. – Да ладно, Роуз, немного азарта еще никому не вредило! Итак, кто за, кто против? – продолжал подначивать Эммет. – Не приедут, – отрезал Эдвард, словно вынося окончательный приговор. – А пусть приедут, – внес нотку оптимизма Лукас. – Приедут! – поддержал Эммет, предвкушая веселье. – Не приедут, – твердо заявила Роуз. – Приедут, – прошептала Элис, вкладывая в эти слова всю свою надежду. – Не приедут, – констатировал Джаспер. После этого импровизированного голосования Эммет не унимался, подшучивая над загадочными девушками, а Роуз тихонько хихикала, поддакивая ему. Спустя томительные десять минут на парковку въехал старенький красный пикап и, сбавив скорость, остановился. Из кабины выбрались две девушки, и Элис радостно захлопала в ладоши: – Ура! Они приехали! – воскликнула она, не скрывая восторга. Роуз внимательно окинула взглядом обеих незнакомок: темноглазая брюнетка сразу привлекла ее внимание своим безупречным чувством стиля. Каллены прислушались к обрывкам их разговора, пытаясь составить первое впечатление о новых жительницах города. Семейство Калленов приблизилось к дверям столовой и замерло в изумлении: Тайлер и Майк, словно два назойливых поклонника, тянулись к Белле, пытаясь осыпать ее поцелуями с обеих сторон, но Ника молниеносно дернула сестру на себя, в результате чего Тайлер и Майк неловко столкнулись губами. Каллены не смогли сдержать тихих смешков. «Эта черноволосая девушка мне уже нравится», – прошептала Роуз, наблюдая, как смущенные Тайлер и Майк спешно ретируются. Когда они вошли в столовую, все взгляды немедленно обратились к ним, и новички не стали исключением. Они слышали, как Стэнли рассказывала сестрам Свон о загадочном семействе; обе девушки с любопытством разглядывали их, но когда Ника и Джаспер встретились взглядами, он заметил странный блеск в ее серых глазах. Однако странности на этом не закончились: ее сестра внезапно одернула Нику, словно поймав ее на чем-то непристойном. Ника, вздрогнув, предложила пойти в класс, но, выходя из столовой, она снова бросила взгляд на Калленов, и вновь произошло нечто необъяснимое. Это заметили все члены семьи. POV Джаспер Я сидел на уроке истории, безучастно глядя в окно. В дверь постучали, и в класс проник виноватый женский голос, произнесший невнятное оправдание. Учитель недовольно отчитал опоздавшую и указал ей на свободное место. Неожиданно кто-то опустился на стул рядом со мной. Я старался не обращать внимания, но к своему удивлению не почувствовал привычной жажды. Спустя некоторое время. Скучающим взглядом я окинул класс и вдруг заметил, что моя соседка по парте что-то увлеченно рисует. "У тебя замечательно получается", – сказал я, рассматривая ее рисунок. Девушка оторвалась от своего занятия и с улыбкой посмотрела на меня: "Спасибо, я Доминика". – Она протянула руку. – "Джаспер", – ответил я, пожимая ее прохладную ладонь. Девушка невольно вздрогнула, видимо, почувствовав холод моей кожи, но к моему удивлению ее кожа тоже была холоднее, чем у обычных людей. "Тебе тоже холодно?" – спросила она, внимательно глядя на меня. — Эмм, да, немного, — сказал я растерянно, убирая руку. — Здесь и правда очень прохладно.- сказала девушка- Видимо, преподаватель боится, что он растает, как снеговик.- Ника тихонько хихикнула над своей шуткой, и я невольно улыбнулся. Урок тянулся мучительно медленно: я снова уставился в окно, пока не заметил, что моя соседка опять что-то рисует. На этот раз это были какие-то забавные чудики. Я не смог сдержать смешок, и Доминика подняла голову, наши взгляды встретились. — Что? — спросила Ника, вопросительно глядя на меня.— Очень забавные чудики, — сказал я, переводя взгляд с блокнота на девушку. Ника улыбнулась, подняла блокнот и снова углубилась в свои рисунки. Затем она оторвала листок, на котором рисовала, и что-то быстро написала на нем. В этот момент прозвенел долгожданный звонок. Я собрал свои вещи и направился к парковке, где меня ждала семья. Неожиданно меня окликнула Ника: «Джаспер!» Она подошла ко мне, и я вопросительно посмотрел на нее. Ника протянула мне листок с забавными чудиками: — Держи, они ведь тебе понравились, — сказала она. Я взял листок и, усмехнувшись, вновь взглянул на чудиков: — Видишь, здесь я даже написала для твоего настроения, — начала объяснять Ника, показывая на надпись внизу: — Если будет грустно, просто смотри на них. Лучше всего повесить их на шкаф или зеркало, чтобы видеть каждое утро.- Девушка так увлеченно и мило объясняла мне это. — Спасибо, я обязательно так и сделаю, — ответил я Нике с искренней улыбкой. Ника улыбнулась в ответ: «Пока, я пойду, а то сестра ждет». Попрощавшись со мной, черноволосая девушка направилась к своей сестре. Провожая ее взглядом, я заметил, как Ника и Белла оживленно разговаривают. Мы даже слышали обрывки их беседы, но не смогли разобрать ни слова. Казалось, что-то случилось с Доминикой, и Белла очень обеспокоена из-за этого. Внезапно Эммет попытался выхватить у меня листок, но я резко отдернул руку с рисунком: «Даже не думай! Эти чудики подарены мне!». Лукас и Элис расхохотались, а Эммет надулся, как обиженный ребенок. Даже Роуз не смогла сдержать улыбку. Я посмотрел в сторону, где стоял красный пикап, и невольно отметил, что Ника – очень добрая и общительная девушка. Думаю, она быстро подружится с моей семьей. POV Джаспер. Конец. POV Калленов. Конец POV Белла. – Прости, – вдруг сказала мама в трубку. – Надеюсь, после весенних сборов мы сможем переехать во Флориду. И тут же, словно из глубин механического чрева, раздался сухой, бездушный голос: – Чтобы продолжить разговор, опустите один доллар двадцать пять центов. Я сразу поняла: мама снова где-то оставила свой сотовый. – Мам, где твой телефон? – Только не смейся, ладно? – заговорщицки прошептала она. – Я не то чтобы потеряла адаптер… он как будто… убежал! С визгом и воплями! Я всю технику в доме переполошила! Я невольно улыбнулась ее неиссякаемому оптимизму. – Скучаю, – выдохнула я, и в голосе прозвучала тоска. – Ох, детка! Я тоже очень скучаю! – в ее ответе чувствовалось тепло. – Но лучше расскажи мне о школе! Что там за дети? Есть симпатичные парни? Подружилась с кем-нибудь? – она обрушила на меня целый шквал вопросов. – Ну… вроде все очень дружелюбные, – уклончиво ответила я. – Так, так… Выкладывай все! – не унималась Рене. – Да это всё… неважно! – отмахнулась я. – Очень даже важно, крошка! – У меня куча уроков! – попыталась я увильнуть от маминого допроса. – Я перезвоню позже. – Ладно, – неохотно согласилась Рене. – Я люблю тебя. – И я тебя, – ответила я и тут же отключилась. Сидя за домашним заданием, я никак не могла выбросить из головы странное поведение Эдварда Каллена. Что с ним не так? Да и Ника вела себя как-то подозрительно, еще и заявила, что у неё дурное предчувствие насчет Калленов. Ника всегда была такой: если она говорит о плохом предчувствии, значит, наверняка что-то случится. Но что именно, и как к этому причастны Каллены – оставалось загадкой. На следующий день, собираясь в школу, я решила подкараулить Эдварда и потребовать объяснений. Я высматривала его весь день, но он словно испарился. Ника что-то подозревала, что очень усложняло задачу! И на следующий день – тоже самое. Дни тянулись в бесплодных догадках. Выйдя из дома вместе с Никой, я вдруг поскользнулась и растянулась во весь рост. – Белла! – встревоженно воскликнул папа, и тут же я услышала приглушенный смешок Ники, пока она помогала мне подняться. – Ты в порядке? – забеспокоился папа. – Да, все нормально, – заверила я. – Моя координация на льду оставляет желать лучшего. Ника снова хихикнула. – Вот поэтому я и поставил на пикап новую резину, – сказал папа. – Старая совсем облысела. – Я могу задержаться сегодня к ужину, – вдруг сообщил он нам. – Нужно съездить в округ Мейсон. Охранника на заводе Гришем загрыз какой-то зверь. Ника бросила на папу беспокойный взгляд. – Зверь? – переспросила я с тревогой. – Здесь тебе не Финикс, Белла, – заметил Чарли. – В общем, я предложил помощь. – Будь осторожен! – хором попросили мы с Никой. – Как всегда, – отмахнулся Чарли. – Нет, пап, не как всегда, а будь особенно осторожен, неизвестно, что это за зверь, – хмуро сказала Ника. – Да не переживай ты так, Ник, снова себя накручиваешь, – попытался успокоить ее папа. Ника лишь фыркнула и направилась к машине. – Спасибо за резину, – поблагодарила я папу. – Пока, – попрощались мы вместе. Pov Беллы. Конец. Эрик Йорк не умолкал ни на секунду. Он мечтал пригласить кого-нибудь из сестер Свон на выпускной, но, увидев мрачное настроение Ники, так и не решился к ней подойти. – Школа города Форкс, – вещал Эрик. – Я пишу для школьной газеты, и им нужен человек, чтобы выбрать музыку. Скинь мне свой плейлист. Затем, с некоторой неуверенностью, он добавил: – Слушай, ты уже решила, с кем… Но не успел он закончить фразу, как в разговор бесцеремонно влез Майк. – Привет, Аризона! – провозгласил Ньютон. – Тебе нравится дождь? – спросил Майк, демонстративно тряся своей огромной ладонью над головой Беллы. – Привыкай, подружка! – Майк, ты просто прелесть! – с досадой бросил Эрик. – Знаю, дружище! – гордо ответил Майк. – Не влюбляйся, – предостерег Ньютон. – Я к ней только-только начал подкатывать, а ты… – Да она почти сдалась! – возмутился Эрик. – Закатай губу! – отрезал Майк. – И не рыпайся!. POV Белла После разговора с Эриком я поспешила на биологию, словно к спасению. Войдя в кабинет, я сразу же увидела того, кого подсознательно искала последние пару дней. Подошла к парте, села на своё место, и тут тишину рассекло его «Привет». Как неожиданно… «Извини, мы не успели познакомиться на прошлой неделе, — начал разговор брюнет с бархатным голосом. — Я — Эдвард Каллен…» — представился парень, словно имя было сокровищем, которым он делился только со мной. — «Ты — Белла?» — уточнил он, заглядывая прямо в душу. — «Да,» — выдохнула я, поражённая его близостью. Прозвенел звонок, и мистер Молина, словно никудышный волшебник, начал своё заклинание: «На ваших предметных стеклах — клетки корня репчатого лука». — Объяснил преподаватель, словно сообщал о величайшем открытии. — «Ясно?» — переспросил он в пространство. — «Разложите их и пометьте по фазам митоза. Первые…» — он выдержал театральную паузу, — «получат приз… золотую луковицу!» — После этих слов весь класс обречённо вздохнул. «Ну и слава богу. Приступайте к заданию,» — благословил нас мистер Молина. «Уступаю даме,» — прошептал Эдвард, подвигая микроскоп ближе ко мне. «Тебя не было,» — начала я осторожно, глядя в окуляр. «Да,» — отозвался он коротко. «Я уезжал на пару дней из города… личные причины,» — добавил Эдвард с еле уловимой грустью в голосе. «Профаза,» — констатировала я, делая пометку в тетради. «Можно взглянуть?» — спросил парень, и я пожала плечами, позволяя ему войти в моё пространство. «Это профаза,» — подтвердил он, словно удостоверял моё существование. «Я же сказала,» — улыбнулась я уголком губ. «Радуешься дождю?» — вдруг спросил Эдвард. «Что?» — переспросила я, сбитая с толку. «Поговорим о погоде?» — ирония прозвучала в моём голосе. «Да,» — невозмутимо подтвердил парень. «Я не против,» — кивнул Эдвард. «Ну…» — я запнулась на мгновение, — «я не очень люблю дождь. И вообще, холод и сырость,» — призналась я, сама не зная зачем. «Что?» — спросил он, пристально глядя на меня. «Ничего,» — ответил парень. «Это анафаза,» — объявил Эдвард спустя несколько секунд, словно переводя разговор в безопасное русло. «Я проверю?» — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. «Конечно,» — Эдвард придвинул микроскоп ближе ко мне. «Анафаза,» — подтвердила я. «Я же сказал. Если ты ненавидишь холод и дождь…» — на мгновение он замолчал, словно собираясь с духом, — «то зачем переехала в самый мокрый город США?» — закончил он свой вопрос, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство. «Всё это сложно,» — вздохнула я, чувствуя, как поднимается стена вокруг моего сердца. «Я уверен, что пойму,» — ответил брюнет с такой уверенностью, что я почти поверила. «У мамы новый муж, и…» — я запнулась, обдумывая, стоит ли говорить дальше, — «и… ты с ним не ладишь?» — предположил Эдвард, смотря мне прямо в глаза. «Нет!.. Нет, не так!… Фил очень милый. Это метафаза… Посмотришь?» - предложил парень. «Я тебе верю,» — ответила я. «Почему ты не осталась с мамой и Филом?» — спросил он. «Ну… Фил играет в бейсбол, и он часто в разъездах. Мама оставалась со мной и сестрой, но она грустила, и…» — я выдержала паузу, — «я решила пожить пока с отцом,» - закончила я рассказ. «И теперь ты грустишь,» — спросил Эдвард, и я почувствовала, как по щеке скользнула предательская слеза. «Нет,» — попыталась я отрицать. «Извини, я просто пытаюсь тебя понять,» — ответил Каллен. «И мне это трудно дается,» — заключил парень, после чего ушел из класса под звон колокольчика, оставив меня наедине со своими мыслями. Учебный день пролетел в тумане. Я шла на парковку, когда неожиданно увидела Эдварда и поддалась внезапному порыву подойти к нему. «Привет,» — снова поздоровалась с ним я. «Привет,» — парень повернулся ко мне, и я замерла. «У тебя что, линзы?» — спросила я, заметив странное изменение. «Нет,» — ответил парень, словно речь шла о чём-то совершенно неважном. «Глаза были черными в прошлый раз…» — я замолчала на мгновение, — «а сейчас… золотисто-карие,» - закончила я, не веря своим глазам. «Да, я знаю… Это… флюоресценция,» — попытался оправдаться Эдвард, но его голос звучал неубедительно. Мы с Эдвардом направились к школьной парковке, где меня уже ждала Ника, стоявшая у машины без малейшего признака энтузиазма. Pov Белла конец. POV Ника Сегодняшний день выдался скверным с самого начала. Бессонная, кошмарная ночь оставила меня разбитой. Даже неуклюжее падение Беллы на льду перед домом, которое обычно вызывало у меня приступ смеха, не смогло поднять мне настроение. А новость о нападении на сторожа лишь добавила тревоги и страха. Я сидела на уроке истории, едва внимая бормотанию мистера Тэннера. Карандаш скользил по бумаге в блокноте, оставляя за собой причудливые узоры, в которых я пыталась утопить свои мрачные мысли и страх за отца. Что, если на него нападут ? Кошмары, продолжавшие преследовать меня из ночи в ночь, лишь подливали масла в огонь. Вещие видения, которые они приносили, пугали до дрожи. Внезапное прикосновение к руке заставило меня подскочить от испуга. «Боже, Джаспер, нельзя так пугать!» — прошипела я. «Прости, не хотел,» — виновато улыбнулся парень. «Что-то случилось?» — от его вопроса я вопросительно вскинула бровь. «Почему ты так решил?» — поинтересовалась я. «Ты какая-то грустная, да и твой рисунок… не очень позитивный,» — смущенно проговорил он. Взглянув на свой рисунок, я и сама поразилась его мрачности. Каким-то образом, мои чувства нашли отражение на бумаге. Тяжело вздохнув, я откинулась на спинку стула. Взгляд скользил по классу, цепляясь за детали, но не находя покоя. Почему Джаспер такой… проницательный? Слово вертелось на языке, отравляя обычной искренностью. — Ника! Ты с кем-то поссорилась? Я вздрогнула, оторвавшись от своих мыслей, и встретилась с обеспокоенным взглядом блондина. Отрицательно покачала головой. — Тебя кто-то обидел? Снова отрицание. Джаспер не сдавался, а меня душила тревога, вызванная словами отца и внезапно вернувшимися кошмарами, забытыми с шестнадцати лет. Отводя взгляд на исписанную формулами доску, я тихо проговорила: — Папа уехал в округ Мейсон. Там на сторожа напал зверь… — И ты боишься, что с ним что-то случится? Я вновь посмотрела на Джаспера. Тревога за отца – лишь часть беспокойства, вихрем бушующего у меня внутри. — Джас, он мой папа, конечно, я за него боюсь, – произнесла я, стараясь удержать дрожь в голосе. — Но тебя явно что-то еще тревожит. И это не только поездка отца, – констатировал он, словно чувствуя, как мои мысли бьются в клетке. – Что же, Доминика? — Меня бесит, что ты слишком хорошо меня видишь, – буркнула я, закатив глаза. — Ник! Если тебе нужна помощь, попроси ее, – мягко сказал он. – Я всегда помогу. — Мы знакомы всего неделю, Джаспер, а ты уже решил разгребать мои проблемы? – усмехнулась я, пытаясь скрыть растерянность. — Мы же друзья. Разве друзья не помогают друг другу? – скорее утвердил, чем спросил он. — Не знаю, – пожала я плечами, вызвав у Джаспера удивленный взгляд. – Я уже два года ни с кем не дружу. Последний раз, когда у меня были друзья, я оказалась в таком дерьме, что выбиралась оттуда сама, – кривясь, добавила я. — Доминик, не все люди такие, – возразил Джаспер. — Знаю, но тот случай… он оставил слишком глубокий шрам. Я умолкла, чувствуя, как в горле застревает ком. В глазах Джаспера я увидела сочувствие. И стало еще тяжелее. — Не нужно меня жалеть, — отрезала я, борясь с подступающей истерикой. Злость клокотала внутри от одной мысли о жалости в мой адрес. — Что же тебя тревожит, Доминика? Я хочу помочь, если смогу, — в голосе парня звучала искренняя обеспокоенность. Но я знала: единственный, кто мне сейчас нужен – хороший психолог, и то не факт, что он поможет. Тяжело вздохнув, я отвела взгляд. — Джас, это сложно объяснить, — прошептала я, чувствуя, как сдаюсь. — Просто скажи. Я постараюсь понять, — Джаспер нежно коснулся моей руки, и я невольно поджала губы. Собравшись с духом, я окончательно выбросила белый флаг. — Папа… в округе Мейсон… где напал зверь… И я всю ночь нормально не спала. Джаспер слушал внимательно, прикрыв глаза, словно собирая мои слова по крупицам. Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в голосе. — Меня всю ночь мучили кошмары. Я бы спокойно отреагировала, если бы это были просто воспоминания из прошлого, но… — я запнулась, не зная, как выразить то, что терзало меня. — Джас, это что-то другое. — Что тебе снилось, Ник? — тихо спросил блондин. — Какие-то люди, Джас. Они… Они… Я не знаю, как это объяснить, — я смотрела ему прямо в глаза, пытаясь найти там хоть каплю понимания. — Просто скажи прямо, не подбирая слова, — подтолкнул меня Каллен. — Эти люди набросились на мужчину, словно звери. Из глаз у них будто вырывался ярко-красный свет. Они… — я осеклась, чувствуя, как абсурдность моих слов с каждой секундой нарастает. Он решит, что я сумасшедшая. Тяжело вздохнув, я убрала руку Джаспера. — Прости. Это глупость. Забудь, — попыталась я отмахнуться. — Ник…? — начал было парень, но я, не дав ему договорить, подняла руку, прерывая его. — Да, мисс Свон? — услышала я голос учителя. — Извините, можно выйти? Я плохо себя чувствую, — пролепетала я. Преподаватель внимательно посмотрел на меня. Благо, на лице и правда отпечаталась бледность и усталость от бессонных ночей. — Выйди. С этими словами я спешно собрала вещи и пулей вылетела из класса. Джаспер даже не успел опомниться, как меня уже и след простыл. После утомительных уроков я ждала Беллу на парковке. Её появление в сопровождении Эдварда не трогало меня. Сестра заметила мою угрюмость. – Ник, что-то случилось? – обеспокоенно спросила Белла. – Да, случилось, – устало ответила я. – Что такое? – Я измотана, хочу спать, и вообще, мне надоело здесь. Хочу домой, – проговорила я, глядя на Беллу отчуждённым взглядом. – Ладно, может, заедем в аптеку? Тебе что-нибудь нужно? – Исса внимательно смотрела на меня, зная, что я плохо спала ночью. Я молча кивнула. Внезапно визг тормозов прорезал воздух. Слева на нас неслась машина, набирая скорость. Инстинктивно бросив взгляд на сестру, я оттолкнула Беллу в сторону, чтобы уберечь её от удара. Исса ошеломлённо смотрела на меня. Крики, звон в ушах… Я зажмурилась от ужаса. Лёгкий удар по голове, и я приготовилась к неминуемой смерти под колёсами. Но ничего не последовало. Открыв глаза, я увидела Джаспера. Он держал меня одной рукой за талию, а другая покоилась на искореженной боковой стороне машины. Там, где коснулась его рука, зияла огромная вмятина. Я уставилась на Джаспера, потом на изуродованный металл. – Ты жива? – спросил он. Вместо ответа, вырвалось встревоженное: – Белла? Боже, где она? Я попыталась подняться, но Джаспер преградил мне путь. – С ней всё хорошо. Посмотри на меня, Доминика. Просто посмотри на меня. Не сразу, но я подняла взгляд. Мои испуганные глаза встретились с его встревоженными. Он бережно убрал прядь волос, упавшую на лицо, и увидел на моём лбу рану, из которой сочилась кровь. Вокруг царил хаос. Кто-то наблюдал за последствиями аварии, кто-то пытался помочь. – Вызывайте скорую! – крикнул кто-то. – Срочно! Белла! Ника! Анжелика бросилась к моему лицу, Джессика — к Белле. Джаспер отстранился, словно отчуждённый от этой сцены. Шум, крики, вой сирен – оглушительная какофония, от которой хотелось зажать уши. Голова раскалывалась, кружилась. Кажется, я растрясла остатки мозга. Я попыталась встать, и со второй попытки мне это удалось. Джаспер снова оказался рядом, подхватывая меня под руку. – Я помогу, – сказал он. Но его слова тонули в звоне в ушах. Я вцепилась в его руку, чтобы не упасть. – Джаспер, всё кружится, я сейчас упаду, – пробормотала я, отчаянно пытаясь удержать равновесие. – Ты шутишь? Ник?! Ника!!! Врача! Срочно врача сюда! Это были последние слова, которые я услышала, прежде чем провалиться в темноту в его объятиях. Pov доминики конец Когда Ника потеряла сознание, Джаспера пронзил леденящий ужас. Рой мыслей, словно потревоженные пчелы, загудел в его голове. Подхватив ее на руки, он понес Нику к машине скорой помощи. В тесном салоне, помимо самой Ники, расположились Джаспер, Эдвард и Белла. Если на Калленах не было ни единой царапины, то Белла отделалась лишь разбитыми коленками и испугом. Ника же оставалась без сознания, а по бледному лбу, сквозь темные пряди волос, алела струйка крови, стекавшая к шее. Врачи суетились, пытаясь вернуть ее к жизни. – Давайте нашатырь! – скомандовал один из медиков, поднося ватку к ее лицу. Ника поморщилась от резкого запаха. – Фууу, уберите эту гадость, – пробормотала она, пытаясь отмахнуться рукой. С трудом приоткрыв глаза, девушка проморгалась. – Черт, последние остатки мозга отшибло, – пробурчала она, предпринимая попытку сесть. – Это плохая идея, – предостерег врач, стараясь удержать ее. Но Ника не послушалась. – Мне нужно сесть. Меня укачивает лежа, причем очень сильно, – сказала она. – Думаю, Джаспер будет против, если меня стошнит на него. Еще и обидится. И с кем я тогда на истории сидеть буду? – проговорила Ника, глядя на врача. – Ну, раз шутите, то уже не так все плохо. Наконец, машина остановилась. Всех пострадавших отправили в смотровую, где Ника сидела на кушетке, а Белла стояла рядом. Джаспер и Эдвард расположились на стульях у стены. В смотровую ворвался Чарли Свон, словно ураган, — известие об аварии с дочерьми пронзило его сердце, заставляя нестись к больнице на пределе скорости. "Белла! Ника! Как вы?" — встревоженный голос отца резал тишину, но, казалось, лишь подливал масла в огонь Никиного беспокойства. "А с тобой мы еще поговорим!" — прорычал Чарли с угрозой, ведь сегодня, по вине этого мальчишки, он едва не потерял самое дорогое. "Ну что?" — снова спросил Чарли, взгляд его был полон отчаяния. "Мы целы, пап!" — Белла попыталась унять бурю в отце. "Остынь, шериф!" — донесся приглушенный голос с соседней кушетки. "Извини, Белла… Ника… Я тормозил, как мог." — виновато пробормотал Тайлер. "Я знаю…" — тихо ответила Ника, глядя на парня с пониманием. "Ерунда какая!" — махнула она рукой, но эти слова лишь воспламенили гнев Чарли с новой силой. "Нет! Никакая не ерунда, черт возьми!" — сквозь зубы процедил шериф Свон, с трудом сдерживая ярость. "Папа, он не виноват!" — Ника попыталась заступиться за Тайлера, но каждое ее слово, казалось, лишь подливало масла в огонь. "Он чуть не убил вас! Ты это понимаешь?" — Чарли прожигал взглядом младшую дочь. "Да, но мы живы", — прозвучал слабый аргумент, которым они явно грешили всей семьей, ведь после этих слов Чарли перевел взгляд на Беллу. "Попрощайся со своими правами!" — жестко выплюнул он, словно клятву мести. – Я слышал, здесь дочери шефа. В смотровую вошел мужчина. На бейдже красовалась надпись: "Доктор Карлайл Каллен". Блондин подошел к кушетке, где лежала Доминика. – Доктор Каллен! – Чарли, на удивление, звучал спокойно, хотя еще недавно грозил Тайлеру лишением прав. – Чарли! – отозвался доктор. – Я займусь ею, Джеки. – Он ободряюще похлопал парня по плечу. – Доминика? Девушка бросила взгляд на отца, затем вопросительно посмотрела на доктора. – Как себя чувствуешь?- спросил доктор Каллен. – Хорошо, – пожала плечами Ника. – Смотри на палец. – Доктор начал водить пальцем перед ее глазами, затем посветил фонариком, отчего Ника скривилась. – Возможен посттравматический стресс и потеря ориентации, но в целом все в норме, – заключил доктор. – Травмы головы нет… – сообщил он, не то Чарли, не то самой Нике. – Думаю, все будет в порядке. Карлайл убрал фонарик в карман. – Прости меня, Ника!.. – снова начал извиняться Тайлер, и Чарли раздраженно фыркнул. – Я, правда… Шериф резко задернул шторку, отгораживая их от остального мира. – Все было бы хуже, если бы не Джаспер… – проговорила Белла, глядя на сестру. – Он оттолкнул Нику. – Белла сдала с потрохами одного из близнецов Калленов. – Джаспер?.. – переспросил Чарли. – Твой сын? – Это просто чудо!.. – Белла не умолкала. – Он будто подлетел! Ника тяжело вздохнула. – Его не было рядом! – Она посмотрела на Джаспера, сидевшего в углу комнаты. Его взгляд был таким усталым, что это не укрылось от Ники. – Похоже, вам повезло, – констатировал Карлайл. – Чарли! – окликнул доктор. – Мне нужно подписать бумаги. – А вы, может, позвоните маме? – предложил шериф Свон дочерям. – Ты ей сказал?! – вскрикнула Ника. – Она же, наверное… – она запнулась, – с ума сходит! Выйдя из смотровой, Ника направилась звонить матери. Неподалеку от кабинета Карлайла, словно изваяния из мрамора, застыли он и его дети, окруженные напряженной тишиной. Разговор, подобно тлеющему углю, грозил вспыхнуть в яростное пламя. – Могли бы заметить! – Роуз обрушила свой гнев на Эдварда и Джаспера, словно молния с небес. – А что нам оставалось? – Эдвард вопросом встретил ее упрек. – Дать им погибнуть? – тень сомнения скользнула в его голосе. – Это касается не только вас, но и каждого из нас! – Роуз не унималась. – Продолжим в моем кабинете, – прервал ее Карлайл, заметив Беллу, приближающуюся к ним с вопросом в глазах. – Можно тебя на минуту? – Белла словно искала спасения в разговоре с ним. – Розали! – Доктор Каллен остановил дочь. – Доктор Каллен, вас срочно вызывают в 34-ю палату! – подбежавшая медсестра увела Карлайла, оставив их наедине. – Что? – Эдвард обернулся к Белле. – Как… – она запнулась, словно подбирая слова, – ты оказался рядом так быстро? – Я стоял рядом, Белла, – Эдвард попытался успокоить ее, но тщетно. – Нет! – Белла покачала головой, отбрасывая его слова. – Ты был далеко! У выезда! – лоб ее прорезала складка, в глазах читалось недоверие. – Нет, конечно! – слова Эдварда прозвучали фальшиво даже для него самого. – Я видела! – Белла настаивала на своем. – Белла, похоже, ты ударилась головой. Думаю, тебе тоже стоит пройти осмотр, – Эдвард сменил тактику, пытаясь убедить ее в обратном. – И все смешалось, – словно ставя диагноз, заключил он. – Я не слепая! – Исса воскликнула, не в силах больше молчать. – И что же ты видела? – ледяным тоном спросил Эдвард. – Ты… – не дав ей закончить, Эдвард стремительно удалился, оставив Беллу в смятении. Договорив с мамой, Доминика направилась к выходу из больницы, места, которое с детства вызывало у нее лишь неприязнь. По пути она заметила Джаспера и его семью. "Что он здесь делает?" – промелькнуло в голове, но, в отличие от Беллы, у Ники было достаточно такта, чтобы не совать нос в чужие дела. – Джас! – позвала девушка, быстрым шагом направляясь к нему. Семья Калленов настороженно наблюдала, как она приближается. – Что-то хотела, Доминика? – спросил блондин. – С каких это пор – Доминика? – с улыбкой поинтересовалась она. – Когда я в обморок падала, ты звал меня Никой. В ее глазах плясали озорные искорки, и Джаспер понял, что подшучивать над ним она будет еще долго. Но улыбка вдруг соскользнула с ее лица, она посмотрела на блондина и, тяжело вздохнув, проговорила: – Спасибо. Я правда очень тебе благодарна за то, что спас меня. Если бы не ты, я бы… – Ника замолчала, не желая договаривать эту фразу. – Спасибо, – повторила она, не устраивая ему допрос, как это сделала бы Белла, чем немало удивила Калленов. – Не будешь спрашивать, как я там оказался? – с подозрением спросил Джаспер. – А ты расскажешь? – парировала Ника. Джаспер покачал головой. – Ну и ладно. Меньше знаешь – крепче спишь, – пожала она плечами. Джаспер внимательно изучал ее, но, не почувствовав лжи, немного успокоился. – Я не лезу в чужие тайны, Джаспер, – тихо произнесла Ника. – У меня своих секретов – хоть отбавляй. Если захочешь, ты сам мне все расскажешь. – Она говорила это с уверенностью. – Мы ведь друзья! Ты сам это сказал. На эти слова Джаспер улыбнулся. – Ты совсем не похожа на свою сестру, – заметил он. – Белла – ходячая катастрофа. И не только из-за неуклюжести, но и из-за маниакального желания выведать все чужие секреты, – проговорила Ника. – Я живу с ней семнадцать лет, так что знаю: она как репейник – прицепится и не отстанет. Иногда это просто выводит меня из себя, – она устало вздохнула. – Джаспер, я не знаю, какие у тебя тайны, как ты оказался рядом со мной, как остановил пикап, но… – Ника замолчала, подбирая слова. – Давай это забудем? Не хочу лезть в твои секреты. У меня своих – вагон и маленькая тележка. Так что просто сделаем вид, что ничего не было, и на следующем уроке истории снова будем смеяться над чудиками, которых я нарисую. Казалось, она произносила эти слова, чтобы убедить в этом саму себя. Ника коснулась лба – голова после удара все еще болела. Взглянув на Джаспера, она сказала: – Я пойду. Надеюсь, папа освободился, и мы поедем домой. Видя бледное лицо девушки, Джаспер обеспокоенно спросил: – Ты в порядке? Может, позвать Карлайла? Ника поморщилась: – Не надо никого звать. Я лучше домой поеду и лягу спать, – оглядела она помещение. Ее взгляд снова встретился с Джаспером. – Терпеть не могу больницы, – скривился ее носик. – От больничного запаха только хуже становится. Так что я лучше домой, в свою кровать, где нет этого отвратительного запаха медикаментов. Джаспер вздохнул. – Тебя ведь не переубедить, да? – спросил он. Ника отрицательно покачала головой. – До завтра, Джаспер. С этими словами Ника развернулась и направилась к парковке. Семья Свон ехала домой. Ника откинулась на спинку сиденья. Голова раскалывалась, и она чувствовала себя измотанной. Больницы всегда вытягивали из нее все соки. Доехав до дома, каждый разошелся по своим комнатам, чтобы отдохнуть. Ника сразу же завалилась на кровать и уснула. Белла сидела за компьютером, что-то лихорадочно ища в сети. Спустя пару часов она тоже уснула. Каллены были удивлены желанием Ники забыть все, что произошло на школьной парковке. Никто не понимал, почему она не устраивает допрос, но это было им на руку. Оставалось лишь убедить Беллу, что ей все померещилось. После всего случившегося Каллены уехали домой.