Глава 21

POV Флора

Я медленно выдохнула. Остров Памяти. Это название прозвучало между нами, как щелчок капкана. — Нет, — сказала Фарагонда сразу, слишком быстро. — Даже не думай об этом. Я поднялась с кресла и прошлась по кабинету, чувствуя, как мысли ускоряются, складываясь в чёткую, пугающе логичную цепочку. — Там хранятся все истории когда-либо живших на Земле, всех бессмертных, всех избранных, — сказала я тихо, будто больше себе, чем ей. — Мне даже не нужно читать всю её книгу, достаточно взглянуть на первые страницы, и я всё пойму. — Флора, — перебила она жёстко, — остров Памяти не место для экспериментов. Ты уже была там и знаешь, чем это заканчивается. Я остановилась и посмотрела на неё. — Именно поэтому я и знаю, что там можно найти правду. Фарагонда встала, и теперь мы стояли друг напротив друга. В её взгляде была не строгость, а страх за меня. — Твои подозрения сейчас строятся исключительно на догадках, но если откинуть их, есть ли у тебя достаточно оснований полагать, что Дакота — не та, за кого себя выдаёт? — Вы сами говорили, что информация об избранных появляется в базе автоматически, а с ней этого не произошло. — Ошибки бывают в любой системе, это нормально. — Но это не технологии, это магия! — упрямо стояла на своём я. — И магия тоже допускает ошибки при определённых условиях. Мы ненадолго замолчали. Фарагонда вздохнула и снова села в своё кресло. — Флора, я понимаю, как всё это выглядит в твоих глазах, — она потёрла переносицу. — Но это недостаточные доказательства, чтобы вмешиваться в историю. Давай договоримся так, если ты найдёшь ещё хотя бы одну зацепку, то мы вместе с тобой отправимся на Остров Памяти. — Если я не пойду туда, — заговорила я тише, — она продолжит делать то, что делает с Огронoм и со мной. И мы так и будем называть это «сбоем». Фарагонда закрыла глаза на мгновение. Когда она снова посмотрела на меня, в её взгляде было неохотное принятие. — Я не стану тебя прикрывать. Тебе нужно забрать ключ-допуск у отца, я сообщу ему об этом. Я вздохнула, но всё же смирилась и медленно кивнула. — Это ради твоего блага. Ты же помнишь, что Совет до сих пор следит за тобой? Я закатила глаза. — Не действуй на эмоциях, — уже мягче произнесла Фарагонда. — И, кстати, я разговаривала с твоими отцом сегодня. Он просил передать тебе, чтобы ты навестила его. — Соскучился что ли? — усмехнулась я. — Хорошо, приду сегодня. Я вышла в коридор, и привычный шум академии на секунду показался ненастоящим. Если Дакота появилась без каких-то знаков, значит, кто-то очень постарался стереть её прошлое. А если кто-то стирает прошлое, значит, в нём есть то, что нельзя допустить к настоящему. И я должна это найти.

POV Рокси

Сад сегодня был слишком красивым для моего настроения. Солнечные блики цеплялись за листву, ветер мягко шевелил ветви, где-то вдали смеялись студенты. Всё это должно было успокаивать, обычно помогало, но не сейчас. Я шла по дорожке, не разбирая направления, просто чтобы не сидеть в комнате и не прокручивать одни и те же мысли. Хотя, кого я обманываю, я делала это на ходу. Перед глазами снова и снова вставала эта картина, рассказанная Дакотой. Бледная Стелла без сознания и сосредоточенный Анаган, будто это самое естественное действие для него — держать её на руках. Я сжала кулаки, ногти впились в ладони. — Да хватит уже… — пробормотала я себе под нос, но мысли только сильнее закручивались. Я вдруг остановилась и увидела их у входа во дворец. Стелла стояла вполоборота ко мне, свет падал на её волосы, делая их почти золотыми. Анаган что-то сказал ей, я не слышала слов, но увидела его тёплую улыбку. Ту самую, которую я ловила по крохам, как награду. Стелла коротко ответила, и он тихо усмехнулся. Потом она прошла мимо него внутрь, даже не заметив меня. Анаган задержался на секунду у двери. Всё. Хватит. Я быстрым шагом направилась к нему. Он заметил меня не сразу, а когда заметил, выражение лица стало настороженным. — Рокси? Ты чего такая… — Нам нужно поговорить, — сказала я слишком резко. Он кивнул, сразу стал серьёзнее. — Хорошо. Пойдём в сторону, — он сделал шаг от входа, чтобы не стоять посреди прохода. Я тоже кивнула. Я правда не собиралась устраивать сцену, я хотела поговорить спокойно, по-взрослому. — Я просто хочу понять, — начала я, стараясь держать голос ровным, — что вообще происходит? — В смысле? — В прямом, Анаган. Ты и Стелла. Он чуть напрягся, но не отвёл взгляд. — Мы друзья. У нас сложная история, ты это знаешь. — Сложная история, — я коротко усмехнулась. — Рокси… — Нет, подожди. Дай я договорю, ладно? — слова начали срываться быстрее, чем я успевала их фильтровать. — Я устала чувствовать себя запасным вариантом, пока вы там решаете, кто кому судьба, кто кому знак с неба. Анаган молчал и был так спокоен, словно этот разговор вообще никакого дела к нему не имел. — Ты смотришь на неё по-другому, — продолжала я, голос дрогнул, но я уже не могла остановиться. — Всегда смотрел, и сейчас тоже. И когда ей плохо, ты рядом. Когда ей трудно, ты знаешь, что делать. А я… я будто просто фон, чтобы не быть одному. — Это неправда, — тихо сказал он. — Тогда что правда? — я сорвалась. — Что ты её отпустил? Да ты врёшь даже себе! Вы всё ещё привязаны друг к другу, это видно всем, кроме, может, вас самих! Анаган глубоко вдохнул, но не повысил голос. — У нас с ней есть прошлое, которое никуда не денется. Это факт. — А я тогда кто? Настоящее? — горько усмехнулась я. — Настоящего не существует, Анаган. Сейчас оно есть, а через секунду уже нет. — Ты — это ты, Рокси. Этого недостаточно? — Как мило! — я почти рассмеялась, но вышло зло. — Знаешь, что самое паршивое? Я ведь правда старалась не ревновать, не устраивать сцен, доверять тебе и смиренно ждать, когда ты наконец определишься со своими чувствами. А ты просто живёшь между мной и ею, как будто это нормально! — Я никогда не обещал тебе, что у меня нет прошлого, — сказал Анаган спокойно. — И я не использую тебя. — Тогда почему я всё время чувствую себя второй?! Звенящая иишина повисла между нами. — Рокси, — сказал он тихо, — я не хочу, чтобы ты была чьей-то заменой. И никогда на тебя так не смотрел. Я чувствовала, как по щекам уже катятся слёзы, но вытирать их не стала. — Но если ты сама заходишь в эти отношения с мыслью, что должна занять чьё-то место, — он сделал паузу. — Это путь, на котором ты всегда будешь ранена. Я покачала головой. — Просто ответь честно. Ты её отпустил? Он не ответил. Что-то внутри меня окончательно оборвалось. Анаган сделал шаг ближе, голос остался мягким, но слова прозвучали жёстко, как приговор: — Если ты думаешь, что хочешь быть заменой, уходи. У меня перехватило дыхание от тишины, которая вдруг стала оглушающей. — Понятно, — сказала я хрипло, хотя на самом деле не понимала ничего. Ни как мы сюда дошли, ни почему больно так, будто из меня что-то вырвали руками. Он всё ещё стоял слишком близко для человека, который только что предложил мне уйти. — Я не говорил, что хочу, чтобы ты уходила, — тихо добавил Анаган. Я вскинула на него взгляд. — Нет? А что ты тогда сказал, Анаган? Что мне нужно быть сильнее? — Я сказал, что не хочу лжи между нами. — Лжи? — я нервно усмехнулась. — Ложь — это делать вид, что у тебя со Стеллой всё в прошлом. Он закрыл глаза на секунду, будто собирался с мыслями. — Я запутался, Рокси, да. Но я не использую тебя. И не держу рядом как запасной вариант. — Но и не выбираешь, — перебила я. Он не стал спорить. Это было хуже любого признания. Я вытерла щёки рукавом, злясь на себя за слёзы. — Знаешь, что самое унизительное? — голос дрожал, но я продолжала. — Я ведь правда старалась быть понимающей и терпеливой. А внутри всё это время просто надеялась, что однажды ты посмотришь на меня так же, как смотришь на неё. Он сделал ещё шаг, но я отступила. — Не надо, — тихо сказала я. — Не подходи, если не знаешь, кто я для тебя. Эти слова повисли между нами. В его взгляде была боль, но я впервые поняла, что она не равна моей. — Мне нужно время, — сказал он. — Разобраться в себе. Не между вами, а в себе. — А мне нужно перестать быть твоим вариантом, пока ты разбираешься, — ответила я. Я развернулась, пока снова не расплакалась при нём. Каждый шаг давался тяжело, но я не остановилась. Если остановлюсь, то вернусь. А возвращаться в это состояние, где я всё время на полшага позади чьей-то прошлой любви, я больше не могла. В груди было пусто и больно одновременно. И впервые за всё это время я злилась не на Стеллу и не на Анагана, а на себя за то, что согласилась на роль, которую он мне даже не предлагал. Дворцовые двери распахнулись резко, створки с глухим стуком ударились о стены. Я почти влетела внутрь, не разбирая дороги, лишь бы подальше от него и от этого разговора. — Рокси? Я не сразу поняла, что голос рядом реальный. Флора стояла у подножия лестницы, в руках какие-то книги, волосы собраны, взгляд как всегда внимательный. — Что случилось? — она шагнула ко мне. — Ты… — Не надо, — отрезала я, обходя её. — Ты плакала? — тихо спросила она. Я резко остановилась и повернулась к ней. — А если и так? — голос сорвался. — Теперь у нас в академии ещё и дежурный по моим слезам есть? Флора моргнула, явно не ожидая удара. — Я просто спросила, потому что волнуюсь. — Не надо за меня волноваться! — выпалила я. — У тебя и без меня полно драм и великих страданий, справишься как-нибудь без моего разбитого сердца! Слова уже летели быстрее мыслей. — Рокси… — в её голосе появилось предупреждение. — Что «Рокси»? — я развела руками. — Хочешь дать совет, как быть сильной? Как держать лицо? Как не любить того, кто любит другую? Флора замерла. Попала. — Я не собиралась… — Конечно, не собиралась! Ты всегда «не собиралась», просто каким-то образом всегда оказываешься права, сильнее, выше всего этого! — я горько усмехнулась. — А я, видимо, просто массовка в чужих великих историях. — Это неправда, — уже жёстче сказала она. — Да? Тогда почему я всегда чувствую себя лишней?! Где-то далеко раздались шаги, но к нам никто не подходил. Флора смотрела на меня долго. В её взгляде не было обиды, только усталое понимание. — Что он тебе сказал? — тихо произнесла она. Я сжала челюсть. — Он сказал ровно то, что должен был. И пытался сказать уже давно, просто я только сейчас услышала. Глаза снова защипало, и я отвернулась. А потом просто убежала в комнату. Коридоры сливались в одно размытое пятно, лица в тени. В голове звенели его слова, снова и снова. Если ты думаешь, что хочешь быть заменой, уходи. Дверь распахнулась от слишком резкого толчка. — Ты чего? Что случилось? Дакота стояла у окна, но сразу обернулась. В её голосе не было ни удивления, ни раздражения. Только мягкая, внимательная нотка, от которой внутри что-то болезненно дрогнуло. Я попыталась ответить, но вместо слов вышел какой-то жалкий вдох. Горло сжало. Я просто мотнула головой и прошла мимо неё, села на край кровати. Она не стала засыпать вопросами. Тихо подошла, села рядом, достаточно близко, чтобы я чувствовала тепло её плеча. — Анаган? — спросила она негромко. Я кивнула. Она всё поняла так, будто сама слышала этот разговор. — Мне жаль, — сказала она искренне. — Я просто… — я сжала пальцами край покрывала. — Я думала, что если буду терпеливой, если не буду давить, если буду лучше, чем все его прошлые ошибки… то он выберет меня, полюбит меня по-настоящему. Дакота медленно покачала головой. — Рокси… люди не выбирают тех, кто старается быть удобным. Они выбирают тех, к кому их тянет. А если его всё ещё тянет к Стелле… Она не договорила. И не надо было. Я зажмурилась. — Он не сказал, что любит её, — прошептала я, будто это что-то меняло. — Конечно, не сказал, — мягко ответила Дакота. — Такие, как он, никогда не говорят прямо. Им нравится держать рядом запасной вариант, — она чуть сжала мою руку. Сердце болезненно сжалось. — Я не запасной вариант… — прозвучало слишком неуверенно. — Конечно нет, — она сразу кивнула. — Для кого-то ты была бы единственной. Но он всё ещё живёт в своей старой истории. — Я чувствую себя такой дурой, — я всхлипнула, вытирая щёки рукавом. — Ты не дура, — твёрдо сказала она. — Ты просто поверила, и это нормально. Это делает тебя живой. Не такой холодной, как некоторые. Я сразу поняла, о ком она. — Стелла никогда не отпустит его до конца, даже если делает вид. Такие люди любят быть центром чужих чувств. Им важно знать, что кто-то всё ещё смотрит в их сторону. Перед глазами всплыл момент в саду, как Анаган улыбался ей, как будто никого больше не существовало. — И Флора… — тихо добавила Дакота, будто между делом. — Она всегда будет на стороне Стеллы. Ты же это видишь? Я вспомнила разговор в холле. Её спокойствие, её понимание, её рациональность. И как на этом фоне я выглядела истеричкой. — Наверное… — прошептала я. Дакота придвинулась ближе и осторожно обняла меня за плечи, будто я могла рассыпаться. — Ты заслуживаешь человека, который выбирает тебя без сомнений, — сказала она тихо. — И друзей, которые не заставляют тебя чувствовать себя лишней. Я уткнулась лбом ей в плечо, чувствуя, как постепенно выравнивается дыхание. С ней всё казалось понятным, простым, без этих вечных недоговорённостей, взглядов, намёков. — Спасибо, что ты есть, — прошептала я. Она улыбнулась, я это почувствовала, даже не видя её лица. — Я всегда рядом, Рокси. В отличие от некоторых. И я кивнула. Потому что в тот момент это казалось единственной правдой, за которую можно было держаться.

POV Флора

Дворец Ада встретил меня напряжённой тишиной, от которой звенело в ушах. Здесь всегда так: стены будто слушают, пол помнит каждый шаг, а воздух густой, тёплый, пропитанный силой, к которой я привыкла с детства, и от которой всё равно каждый раз перехватывает дыхание. Стражи у врат молча склонили головы. Я прошла мимо, и чёрные створки за моей спиной сомкнулись с глухим звуком. Это был мой дом. Когда-то эти коридоры казались мне бесконечными и безопасными. Сейчас узкими, слишком знакомыми, слишком наполненными ожиданиями, которые я давно перестала оправдывать. Каменный пол тихо отражал звук моих шагов. По стенам медленно текли огненные прожилки — живая магия Ада, пульсирующая, как кровь под кожей. Она узнала меня, я это чувствовала. Лёгкое покалывание в кончиках пальцев, тепло под рёбрами — родная стихия отзывалась, приветствовала. Слуги расступались молча. Кто-то опускал взгляд слишком быстро. Кто-то, наоборот, задерживал его на долю секунды дольше положенного. Я держала спину прямо, подбородок чуть выше. Та Флора, которую они знали раньше, никогда бы не позволила себе выглядеть сломленной. И, возможно, именно поэтому она и начала возвращаться. У дверей тронного зала я остановилась. Высокие, из тёмного металла, с узорами, которые шевелились, если смотреть слишком долго. За ними — сила, от которой когда-то дрожали миры. И иногда вздрагивают до сих пор. — Ваше Высочество, — раздался знакомый ехидный голос сбоку. Рейнар вышел из тени колонны, как будто всегда там и стоял. Холодный, собранный, с внимательными глазами, в которых редко отражалось что-то личное. Но сейчас отражалось. — Он ждёт тебя, — добавил он тише. — Знаю, — ответила я. — Что-то происходит, скажи честно? Рейнар на секунду задержал на мне взгляд. — Ты пришла в себя? Или это адская жара так на тебя повлияла? — улыбнулся он. — И то, и то, — я слабо усмехнулась. — Раз ты ускользаешь от ответа, значит, точно что-то происходит. Он чуть склонил голову, пропуская меня к дверям. Створки медленно распахнулись сами, подчиняясь моей силе. Из зала пахнуло жаром, древней магией и напряжением, как перед бурей. Я сделала шаг внутрь. — Ты хотел меня видеть, папа? — спросила я спокойно, хотя сердце билось где-то в горле. Тронный зал встретил меня огненным полумраком. Потолок терялся в клубах тёмного дыма, в котором вспыхивали редкие алые разряды. Лавовые реки текли по прозрачным каналам вдоль стен, освещая чёрный камень изнутри. Всё здесь дышало древней хищной силой. Наверное, это место было одним из немногих, которое выглядело точно так, как себе его представляют смертные, судя по глупым сказкам и легендам о Дьяволе. Отец стоял у края огромного разлома, который рассекал зал пополам, и смотрел вниз, в кипящую бездну. Его силуэт был неподвижен, крылья сложены, руки за спиной. Но даже так от него расходилось давление, от которого воздух становился плотнее. — Обычно ты дольше делаешь вид, что справишься сама, — произнёс он, обернувшись. Его голос разошёлся по залу, как далёкий раскат грома. — Обычно у меня получается, — я скрестила руки на груди. — В этот раз нет. Это не прозвучало как упрёк. Просто констатация. — Ты звал меня не для того, чтобы обсудить мои личные провалы, ведь так? Уголок его губ едва заметно дрогнул. — Нет. Хотя они и стали катализатором. — Катализатором чего? — я нахмурилась. Он сделал шаг ко мне, и тени на полу дрогнули, будто живые. — Баланс сдвинулся сильнее, чем мы предполагали. Совет пока не в курсе, но я чувствую, как трещит ткань мироздания. — Из-за меня? — Из-за вашей связи, — уточнил он. — То, что должно было стабилизировать два мира, сейчас ведёт себя как рана, которую пытаются зашить, пока лезвие всё ещё внутри. Я медленно выдохнула. — Мы больше не связаны так, как раньше. — Ошибаешься, — мягко сказал он. — Вы связаны глубже, чем чувства. И твоя боль отзывается не только в тебе. Сначала были твои проблемы с внутренним балансом, которые уже пошатнули вашу силу, но она ещё держалась хотя бы за ваши чувства. Теперь она пытается вернуться обратно к вам, но не может, поэтому становится всё более и более разрушительной. И вы её не контролируете, как это подразумевалось. Я сжала челюсть. — Теперь скажи мне, что пошло не так с этим избранным, который чуть ли не крыльев готов был лишиться за тебя, — почти брезгливо произнёс папа. — Он выбрал другую. — Эту… как её там? Дакоту, да? Я выпрямилась. — Ты всё знаешь? — Фарагонда поведала. — А она поведала, каким образом Дакота стала избранной? — хмыкнула я. — Мисс Фарагонда говорит, что её появление — сбой в системе, но у неё слишком большая сила для избранной. И она всегда слишком… вовремя оказывается рядом в моменты, когда всё начинает рушиться. Отец молчал. Это было хуже, чем если бы он сразу всё отрицал. — Ты ещё что-то знаешь, — тихо сказала я. Он подошёл ближе, остановившись в паре шагов от меня. — Я знаю, что в систему отбора избранных нельзя вмешаться извне. — Но? — я почти прошептала. — Но можно создать того, кто изначально не принадлежит системе. Мир на секунду стал слишком тихим. — Создать?.. — у меня пересохло в горле. — Ты хочешь сказать, что она… — Я хочу сказать, — перебил он спокойно, — что кто-то ввёл на доску фигуру, которой там не должно быть. И эта фигура двигается не по правилам ни ангелов, ни демонов, ни избранных. — Кто? — выдохнула я. Он посмотрел в сторону разлома. — Вот это, Флора, я и пытаюсь выяснить. Я почувствовала, как внутри поднимается знакомое, холодное сосредоточение. — Тогда мне точно нужно на остров Памяти, — сказала я. Отец перевёл взгляд на меня. — Я надеялся, что ты не сделаешь этот вывод так быстро. — Значит, я права. — Значит, ты моя дочь, — тихо ответил он. — А это всегда было проблемой для всех вокруг тебя.