Army Dreamers - Kate Bush

Гарри стоял посреди старого, забытого всеми дома на Тисовой улице. Стены, помнившие его родителей, Джеймса и Лили Поттер, безмолвствовали. Он очнулся от своих мыслей, когда под ногой с треском поддалась гнилая доска пола, и его лодыжка болезненно застряла в образовавшейся дыре. Он исследовал это место, если его можно было так назвать. Министерство магии провело здесь тотальную зачистку: не осталось ни единой фотографии, ни выцветшего свитера, ни осколка разбитой вазы ничего, что могло бы свидетельствовать о жизни, любви и смехе, наполнявших эти стены когда-то. Лишь толстый слой пыли, клочья паутины в углах и гнетущая, звенящая пустота. Здесь не было ни души уюта, ни тени домашнего очага лишь призрак того, чего он был навсегда лишен. С ворчанием и упорством, отточенным в квиддичных тренировках, Гарри высвободил ногу из хрупких тисков доски, которая впилась в него, как зубы голодного зверя. Счищая с рук занозы, превращавшиеся от прикосновения в труху, он окинул взглядом коридор. Ни тумбочек, ни шкафов, ни следов кровати или дивана. Лишь голые стены, обтянутые когда-то нежными, а ныне серыми и облупившимися обоями, да скрипучий пол под ногами. Казалось, сама вселенная настойчиво шептала ему, что ни в маггловском, ни в волшебном мире для него не найдется места, называемого «домом». Сделав осторожный шаг вперед, он снова почувствовал под ногой зловещий прогиб, но было уже поздно. -Мерлин! успел рявкнуть Гарри, прежде чем доска окончательно подломилась, и он, взмахнув руками, провалился вниз. На мгновение его сознание помутнело от удара. Он упал на прохладный кафельный пол, отлежал ладони и с стоном провел рукой по переносице. Когда перед глазами перестали плясать звезды, он открыл глаза и ахнул. Комната, в которую он попал, была явно зачарована. Это было не просто подполье, а потайное помещение, тщательно скрытое от посторонних глаз мощными чарами. Воздух здесь был неподвижным и прохладным, но на удивление чистым, без запаха плесени и тления. пронеслось в голове Но что? И от кого? «Родители... Они что-то прятали, Гарри, и его сердце забилось чаще. От Волан-Де-Морта? От Министерства?» Он поднял взгляд к потолку, и дыхание застряло в груди. Над ним простиралось не просто звездное небо, а его собственное, живое и дышащее. Тусклые созвездия пульсировали в такт его собственному сердцу, а Млечный Путь переливался едва уловимым светом, словно реагируя на его присутствие. Это было заклинание невиданной красоты и силы. Он медленно поднялся на ноги, оглядываясь. Комната была небольшой, и в ней не было ничего, кроме небольшого сундука и пары предметов, аккуратно расставленных на каменном постаменте. Пыль здесь не лежала толстым слоем, будто время обходило это место стороной. И тогда его взгляд упал на нее. Игрушечную метлу. Крошечную, не больше его предплечья, с аккуратно подстриженным прутиком ивы и рукоятью, выточенной из темного дерева. Он узнал ее. Не мог не узнать. На одном из горьких воспоминаний Снейпа он видел, как Сириус, смеясь, вручал этот сверток его отцу со словами: «Для маленького Джеймса-младшего! Пусть учится летать с пеленок!» Гарри медленно, будто боясь спугнуть призрак, подошел ближе и протянул руку. Его пальцы дрожали, когда он коснулся гладкой древесины. В глазах предательски заструилась влага, горячая и соленая. Он сжимал в руках не просто игрушку. Он сжимал обещание счастливого детства, подарок крестного отца, которого у него отняли дважды сначала тюрьмой Азкабана, а затем завесой в Аркой Смерти. Внезапно его печаль сжалась в плотный, холодный и невероятно твердый ком. Горечь подступила к горлу, сдавив его. Ноги сами подкосились, и он опустился на колени, все еще сжимая в руке маленькую метлу. «Я отомщу, мысленно поклялся он, и слова эти прозвучали в тишине громче любого заклинания. За родителей. За Сириуса. За все». И в сиянии волшебных звезд над его головой ему показалось, что крошечная метла в его руке на мгновение отозвалась едва ощутимой вибрацией, словно готовая взлететь.