Реальность 503109 — искривлённо-параллельная

Мир плывёт и мягко качается, разбиваясь на осколки отражений и вновь собираясь воедино. Тело лёгкое, совсем невесомое, подобно пёрышку. Кажется, что ещё немного и ты сможешь взлететь. Станешь птицей — стремительной и свободной. И сильный, но ровный ветер будет держать твои крылья, не давая сорваться в пропасти ущелий — прямо навстречу смертоносно-острым каменным зубьям. Ты будешь парить. Высоко-высоко. Выше всего мира с его вечными тайфунами проблем. Выше злых ветров, норовящих разбить тебя в щепки об уступы бед. Ты будешь принадлежать другому миру. Лучшему. Миру, где есть только солнце, просвечивающее облачные горы, и уверенное гудение попутного ветра. Но это будет потом. А пока ты всё ещё здесь. Всё ещё привязана к бренной земле, державшей тебя слишком долго. Но это ничего. Осталось немного. Связь ослабевает и начинает рваться. Постепенно, по ниточке. И в итоге оборвётся совсем. И вот тогда-то всё наконец изменится. А сейчас ты скользишь, почти не касаясь пола. Летишь и струишься в гипнотической плавности танцевальных изгибов. Раз-два-три, раз-два-три, раз… Это успокаивает. И даёт силы мириться со столь досадной задержкой, препятствующей желанному освобождению. Ничего. Всё кончается однажды. Так что кончится и томление ожидания. Только вечный полёт абсолютной свободы не закончится никогда… Раз-два-три, раз-два-три, раз… Танцевать одной всё же довольно неудобно. Стоит это признать. Здесь нужна опора, поддержка. То, что благословит тебя в полёт. Почему-то ей кажется, что раньше такая поддержка у неё была. Вот совсем недавно. Надёжная, неизменная. Пусть и неуклюжая. Норовящая то и дело тебя уронить. Но всегда в последний момент успевающая поймать и крепко прижать к себе, не давая упасть… Раз-два-три, раз-два-три, раз… Почему сердце так странно пропускает удар на числе “три”? Почему в голове начинает копошиться что-то неясное, но как-будто полузнакомое? Это число что-то значило для неё? Было чем-то важным? Вопросы роятся, толпясь и мешаясь. Но на них нет ответа. Она уже всё отпустила, готовясь взлететь. А потому память молчит. Там глухо и пусто. Но это не тяготит. Наоборот, обещает небывалую лёгкость. Она улыбается, встряхнув головой. Скоро всё перестанет иметь значение. Для полного перехода в новый мир нужно покончить с миром старым. Чтобы не держало ничего. Не заставляло метаться, порождая сомнения. Сжечь всё, чтобы некуда было отступать и возвращаться. Раз-два-три, раз-два-три, раз… Наверное, так левитируют над землёй призраки, больше не ощущая её притяжения, но по привычке продолжая невольно держаться ближе к ней. Наверное, так сходят с ума, желая отгородиться от всего за спасительной ширмой беспрекословного неведения. Наверное, так умирают, отчаянно пытаясь освободиться от всего, что так тяготило и связывало, не давая вздохнуть. Жутко-жутко-жутко… Раз-два-три, раз… Почему-то становится очень холодно. И очень страшно. Почему-то встревоженной птицей начинает биться сердце. Почему-то тело крупно пробивает дрожь. А сознание лихорадочно пытается найти то, чего там уже нет. Зацепиться за то, что уже невозможно поймать. Она пытается улыбнуться. Чувствует фальшь. Но уже не может остановиться. Поздно… Слишком… Птица уже в небе — её не поймать… Раз-два-три…