Спешл: Искусство прикосновения

Идея пришла Алексею внезапно, во время одного из их совместных изучений древних свитков, где среди прочего описывались техники медитации и расслабления для драконьих воинов. ‎ ‎«Стрикс, а ты когда-нибудь делала массаж?» — спросил он, откладывая книгу. ‎ ‎Стрикс, растянувшаяся на полу и лениво следящая за парящим магическим шариком, насторожила уши. ‎«Массаж?Это что-то вроде техники боя?» ‎ ‎Алексей рассмеялся. ‎«Совсем наоборот.Это искусство расслабления с помощью прикосновений. Снимает напряжение с мышц, успокаивает разум. Я думаю, после всех этих тревог и тренировок, тебе бы не помешало.» ‎ ‎Идея показалась Стрикс странной, но заманчивой. Драконы редко касались друг друга без причины — боевой схватки, ритуального приветствия или грубого взаимодействия в работе. Идея, что прикосновения могут быть целью сами по себе, была новой. ‎ ‎«Хорошо, — согласилась она с легким любопытством. — Но только если мы сегодня весь день проведем вместе. Без магии, без учебы. Просто так.» ‎ ‎Так и решили. Они провели день в лесу, окружавшем логово. Алексей, наконец, смог вдоволь набегаться по снегу, который уже начинал подтаивать, обнажая первые проталины. Они играли в догонялки — Стрикс, конечно, лишь изображала, что не может его догнать, грациозно перепрыгивая через деревья. Он показывал ей, как строить снежные крепости, а она, смеясь, аккуратно разрушала их одним движением хвоста. Они просто были вместе, наслаждаясь тишиной, друг другом и ощущением, что за их спинами больше не стоит дамоклов меч Совета. ‎ ‎К вечеру, вернувшись в логово, они были приятно уставшими. Алексей разжег в очаге их комнаты ровный, согревающий огонь, а Стрикс растянулась на мягких шкурах, ее мощное тело наконец-то расслабилось после долгого дня. ‎ ‎«Ну что, готова?» — спросил Алексей, потирая ладони. ‎ ‎«Готова, — с легким скепсисом ответила Стрикс. — Но если ты хоть раз щекотнешь меня, я тебя сброшу с обрыва.» ‎ ‎Алексей засмеялся и начал. Сначала он просто положил руки на ее плечо, давая ей привыкнуть к прикосновению. Затем начал разминать мощные мускулы ее шеи и спины, двигаясь вдоль позвоночника. Он использовал не силу — его человеческие руки были ничто против ее мускулатуры, — а точность и знание. Знание, почерпнутое из тех самых анатомических томов. ‎ ‎Он нашел узлы напряжения у оснований ее крыльев и осторожно, круговыми движениями, разминал их. Стрикс сначала напряглась, затем издала тихое, горловое урчание, похожее на мурлыканье огромной кошки. Ее веки тяжелели. ‎ ‎«Боги… это… приятно,» — прошептала она, ее голос в его голове был томным и ленивым. ‎ ‎Алексей улыбнулся и продолжил, спускаясь ниже, к пояснице и мощным бедрам. Он работал пальцами, ладонями, даже локтями, находя все новые зажатые области. Он чувствовал, как ее тело постепенно оттаивает под его руками, становится податливым и тяжелым. ‎ ‎И вот тут его собственное сердце начало биться чаще. Его пальцы, двигаясь по внутренней стороне ее бедра, непроизвольно коснулись той самой области, которую он так тщательно изучал по схемам — зоны с особо чувствительной чешуей. Он почувствовал, как Стрикс вздрогнула, но не отстранилась. Ее урчание стало чуть громче. ‎ ‎Его дыхание сбилось. Это было уже не просто расслабление. Это было нечто большее. Руководствуясь смесью любопытства, желания и отваги, он позволил своим прикосновениям стать более интимными. Он осторожно провел пальцами по нижней части ее живота, чуть выше того места, где, согласно анатомии, находились ее репродуктивные органы. Он касался, поглаживал, считывая малейшую реакцию ее тела. ‎ ‎Стрикс замерла. Ее урчание прекратилось. Она лежала абсолютно неподвижно, но ее хвост, обычно лежащий спокойно, начал медленно, почти незаметно вилять из стороны в сторону. Ее дыхание стало глубже. ‎ ‎Алексей, ободренный ее молчаливым согласием, зашел еще дальше. Его рука скользнула еще ниже, к самой защищенной, самой интимной части ее тела. Он не делал резких движений, лишь осторожно, кончиками пальцев, касался краев плотно сомкнутой чешуи, чувствуя исходящее оттуда интенсивное, скрытое тепло. ‎ ‎В этот момент Стрикс издала тихий, сдавленный звук, похожий на стон. Ее все тело напряглось, но не для того, чтобы оттолкнуть его, а от переполнявших его ощущений. ‎ ‎И тут Алексей опомнился. Что он творит? Он зашел слишком далеко, воспользовался ее расслабленным состоянием. Он резко отдернул руку, как от огня. ‎ ‎«Прости! — выпалил он, его лицо пылало. — Я… я не знаю, что на меня нашло. Это было неправильно. Я зашел слишком далеко.» ‎ ‎Он ожидал, что она рассердится, встанет, maybe, даже рыкнет на него. Но вместо этого Стрикс медленно перевернулась на бок. Ее золотые глаза были темными, зрачки расширенными. В них не было гнева. Была… задумчивость и легкая дымка стыдливого удовольствия. ‎ ‎«Зашёл слишком далеко? — ее мысленный голос был тихим и хриплым. — …Может быть. Но это не было… неприятно.» ‎ ‎Она посмотрела на него, и в ее взгляде читалось смущение, смешанное с любопытством. ‎«Просто…в следующий раз предупреждай, прежде чем… углубляться в изучение анатомии.» ‎ ‎Алексей понял, что она все знала. Знает, что он изучал книги. И, кажется, ее это не просто не рассердило, а даже заинтриговало. ‎ ‎В этот самый неловкий и напряженный момент в комнату, как всегда без предупреждения, влетела Трикс. ‎«Так-так-так!А у нас тут, я смотрю, не просто массаж, а целое практическое занятие!» ‎ ‎Стрикс фыркнула и прикрыла крылом свое тело, а Алексей готов был провалиться сквозь землю. ‎ ‎Трикс, хихикая, швырнула Алексею небольшой, но плотный сверток. ‎«Держи,человек. Зазря старалась. Услышала, что ты там про «искусство прикосновений» рассуждаешь. Думаю, а почему бы не подарить тебе инструмент для… э-э… расширения практики?» ‎ ‎Алексей развернул сверток. Внутри лежал моток невероятно прочного, но мягкого на ощупь шелковистого каната темно-красного цвета. Он был искусно сплетен, и к нему прилагалась короткая инструкция с базовыми узлами. ‎ ‎Алексей смотрел на канат, потом на смущенную Стрикс, потом на ухмыляющуюся Трикс. Его мозг, уже знакомый с самыми разными аспектами драконьей и человеческой культуры, с радостным ужасом опознал в подарке основной реквизит для шибари. ‎ ‎«Трикс! — просипела Стрикс, ее чешуя залилась багрянцем. — Это вообще-то личное!» ‎ ‎«А я что? Я лишь даю инструменты для укрепления межвидовых связей! — парировала Трикс и, подмигнув Алексею, вылетела обратно, оставив их в гробовой тишине. ‎ ‎Алексей держал в руках канат. Он посмотрел на Стрикс. ‎«Э-э…я… мы…» ‎ ‎Стрикс, все еще красная, посмотрела на канат, потом на него. В ее глазах мелькнула искорка не страха, а того самого азартного любопытства, с которым она подходила ко всему новому. ‎«Спрячь это,— наконец сказала она. — И… может быть … как-нибудь… покажешь, что с этим делают. Но позже. Когда я буду к этому готова.» ‎ ‎Алексей кивнул, чувствуя, как по его лицу разливается жар. Их свидание с массажем закончилось не так, как он планировал. Оно закончилось куда лучше. Оно открыло дверь в новый, еще более интимный и доверительный уровень их отношений. И он с трепетом и волнением смотрел в это будущее. ‎